Сын империи. Чароплет. Том 2

Глава 7

— Топтыгин? — нахмурилась Зевана. — Ты хоть понимаешь, с кем связался?

— И с кем же? — лёжа на кровати рядом с женой, с иронией спросил я. — С кем-то равным твоему отцу?

— Нет конечно, — приподнялась она, а её грудь призывно оголилась. — Но он очень опасен! И те трюки, которые ты проделывал раньше, тебя не спасут!

— Это не трюки, — посмотрел я в её янтарные глаза, в которых сейчас почему-то было больше изумруда, что таился в самых глубинах.

— Во-первых, он ненавидит одарённых жизнью, во-вторых, его уровень вплотную подошёл к божественному, а в-третьих, он искренне, всей своей сутью желает убить каждого человека на планете.

— А разве ваши лекари, что работают на войне, не являются одарёнными жизнью? — удивлённо спросил я.

— Нет, — покачала головой Зевана. — Они используют чистую энергию, которую потом изменяют на жизненную. То есть, без зелий и оберегов они не способны вылечить хоть что-то сложное.

— Понятно, — прикидывая, насколько я теперь востребован в этом мире, проговорил я. Ведь это какой горизонт возможностей! Лекарь, который может излечить любой недуг, просто хлопнув ладошкой по больному месту! Или рядом, если болячка срамная, конечно.

— Чему ты улыбаешься?

— Продумываю варианты огромных заработков, — не стал я таиться.

— Это да, — задумчиво произнесла она, а потом спохватилась, и с жаром продолжила: — Топтыгина когда-то очень давно одарили сутью человека, и с тех пор он ненавидит людской род и всех с даром жизни! А ещё он коварный преступник и сильный боец!

— Спасибо, — улыбнулся я и поцеловал жену в носик, отчего та заалела щеками.

Удивительно, но мы столько занимались любовью, а она краснеет от подобных вещей! Милашка, иных слов не подобрать.

— Всегда рада помочь. Значит, ты не пойдёшь с ним на встречу в одиночку, как планировал? — с улыбкой, полной надежды, спросила она.

— Наоборот, — притягивая к себе её пухлые губки, прошептал я. — Теперь я знаю, как его наказать за хамство.

— Но… — попыталась она возмутиться, но я уже занял её губы чем-то более правильным, чем пустые разговоры.

В таверну я прибыл раньше срока, потому как хотел пообщаться с хозяином.

— Доброго дня, Алексей Николаевич, — на этот раз он без заминки назвал моё отчество. — Чем обязан?

— Хотел узнать, были ли у вас проблемы после моей небольшой вчерашней стычки.

— Что вы! Топтыгин в некотором роде честный медведь, и поступает по-справедливости, пусть и в основном силовыми методами.

— Даже так, — удивился я.

— Многие грешат на него, что он зло воплоти. А как по мне, мы стали больше на людей похожи, чем на потомков богов и зверей.

— И зверей? Я слышал только про богов, — с любопытством поинтересовался я, ведь, по сути, я ничего не знал о внутренней кухне этого странного народа, что живёт в волшебных резервациях.

— Да, — уверенно кивнул он. — Есть те, кого боги наделили разумом, их называют потомками зверей, а есть и те, кто получил человечность от людских одарённых, как Топтыгин.

— Он известная личность?

— Конечно, — улыбнулся хозяин таверны, кажется его звали Домний. — Топтыгин один из немногих, получивших разум от людей. Вот только в отличие от тех же богов, человеки не смогли его сделать цивилизованным и полностью разделить зверя и человека.

— То есть, он, в отличие от остальных, не способен в полной мере контролировать себя? — действительно не зря я пришёл пораньше, как много любопытного.

— Верно, — кивнул Домний. — И этот факт сделал из него истинного лидера всех потомков зверей. Они, те, кто утратили истинную звериную суть, чувствуют в нём настоящего зверя, каким должны были быть сами.

В этот момент я вспомнил своё знакомство с Лютым. Ведь он только выглядит жутким, а на деле до глубины души благородный любитель творчества Цоя.

— Спасибо за интересную беседу, — улыбнулся я.

— Вам спасибо за то, что утихомирили Бурого. Напитки за счёт заведения, — улыбнулся Домний, поднимаясь со стула.

В этот момент двери таверны распахнулись настежь, и в помещение вошёл крупный мужчина не старше сорока лет, с лёгким налётом седины на висках и внимательным, жёстким взглядом.

Наши глаза встретились. Мои, горящие синевой. И его, с расширенными зрачками цвета ночного неба без единой звезды или облачка.

Несколько секунд он пытался сломать мою волю, на что я непроизвольно хмыкнул. Серьёзно? В гляделки решил поиграть? Он просто еще не понимает с кем связался.

От всей этой ситуации я начал заводится. А энергия, будто ощущая мои эмоции, тут же отозвалась и начала вместе с адреналином циркулировать по телу, с каждым мгновением набирая обороты.

А ведь Зевана мне рассказывала, что в этом мире волшебство никак не зависит от эмоций. То есть ты можешь вспылить и выжать чуть сильнее чем максимум, но и то, это скорее всего ты просто раньше никогда не пытался по-настоящему. Это как с бегом. У тебя есть лучшее время, и ты вроде выкладываешься по полной, но потом к делу подключается адреналин, и ты побиваешь свой личный рекорд. Но при этом, не сможешь обогнать профессионального спринтера. Хотя ходили истории о матерях, которые поднимали автобусы, когда их детям грозила опасность.

Вот только я лично привык доверять лишь проверенным фактам, а не слухам. А факты упрямо говорят, что адреналин не всесилен, хотя и заставляет выложиться так, как человек никогда и не помышлял в своей жизни.

— Зять Волховеца? — рыкнул вошедший и широкими шагами за секунду оказался рядом.

Его руки рухнули ладонями на стол, а лицо с густой черной с проседью бородой исказилось в яростном оскале, с верхними клыками наружу.

Я недолго думая мгновенно создал небольшие кинжалы и воткнул их в тыльные стороны ладоней Топтыгина, пригвоздив их к столу, а в следующий миг, схватил его за бороду и прошипел в искажённое яростью лицо:

— Ты, наверное, позабыл, на что способен человек, обладающий даром жизни? Так я напомню, он способен окончательно уничтожить твою медвежью суть! Как тебе идея? — и я кровожадно улыбнулся. — Это уже внутри тебя и, если со мной что-то случится, тебе никто не поможет. День за днём ты будешь всё дальше от медведя и всё ближе к людскому роду, — я говорил это, не убирая кровожадной улыбки.

Топтыгин целую секунду осознавал сказанное. После чего в его глазах появилось сначала понимание, а после и животный ужас.

Он видимо, думал задавить меня своей аурой. Магии у него и правда до самых небес, почти как у тестя, да ещё и двое охранников, что скрестили сейчас свои мечи у меня на шее.

— Стойте! — взревел Топтыгин. — Пошли вон!

И охранников как ветром сдуло.

— Вот и славно, — удовлетворённо кивнул я и, развеяв ножи, отпустил его бороду. — Теперь можем и поговорить. Мы люди, всё именно так решаем, — вполне дружелюбно произнёс я.

— Убери это из меня, — мрачно пробасил Топтыгин.

— Не так быстро, — я покачал головой. — Как говорил один очень мудрый человек: поспешишь, людей насмешишь.

— Чего ты хочешь?

— Во-первых, извинений, во-вторых, развёрнутого ответа на вопрос: что ты от меня вообще хотел? А в-третьих, я ещё не придумал. Это будет зависеть от первых двух ответов.

— Какого рода извинения тебя устроят?

— Ты мне скажи, — я позвал жестом официантку. — Что можешь предложить?

— У меня есть ресурсы для развития одарённого, — перешёл он на деловой тон. — Причём весьма дорогие и качественные.

— Этого мало, — поразмыслив, произнёс я. — Мне нужен полигон, спарринг партнёры, учитель по магии, причём самый лучший из возможных.

Выслушав меня, Топтыгин озадаченно посмотрел и спросил:

— Ты ведь зять Волховеца, у тебя это всё по умолчанию должно быть, разве нет?

— Изначально я планировал воспользоваться гостеприимством тестя, но сейчас понял, что это не мой путь.

— А какой твой путь? — с искренним любопытством спросил Топтыгин.

— Всё что будет у меня в жизни, будет достигнуто не по чьей-то доброй воле, а моими собственными руками. Иначе, мне никогда не достичь поставленной цели.

— И что за цель? — Топтыгин аж подался вперёд, с каким-то странным фанатичным светом в глазах ожидая ответ.

— Стать самым сильным в этом мире, — буднично произнёс я, не отводя взгляда.

Собственно, я никогда ни от кого не скрывал свои цели.

Топтыгин несколько секунд так и просидел, будто статуя, а потом резко откинулся назад и выдохнул:

— Достоин.

— Оно и так понятно, — хмыкнул я, с благодарностью принимая напиток от официантки. — Но хотелось бы больше конкретики.

— Достоин моей дружбы, — широко улыбнулся Топтыгин. — Ты не думай, я с человеками тоже дела веду, как и не охочусь на одарённых жизнью. Ведь если прижмёт, то придётся к ним обратиться.

— Тогда… — я приподнял бровь.

— Кто знает, что ты в меня подсадил? Я сейчас тебя пошлю или грохну, а оно как активируется, и останется от меня, — он поморщился, — лишь половина.

Вот оно как. Да он вполне адекватный, чего стоит оговорка о том, что человеческая часть не худшая из его сутей.

— Приятно слышать, — улыбнулся я. — Тогда давай выпьем за первый пункт.

Выпили, помолчали, а после Топтыгин заговорил:

— Хотел посмотреть на теневика, который открыто заявил о своей силе. А ещё узнать, что ты за человек, и можно ли с тобой иметь дело.

— То есть сделать из меня своего шпиона? — поднял я бровь, вспомнив как именно меня хотели пригласить на встречу. — Или чего похуже?

Топтыгин поморщился. Конечно, сейчас, когда я его держу за причинное место, ему крайне невыгодно раскрывать детали своего коварного плана.

— Думал, станешь работать на меня. Сначала бы припугнул, а после пообещал бы много ресурсов

— Понятно, — покачал головой я. Чисто бандитский подход, основанный на силе и только ей. Что ж, этот подход понятен и предсказуем, сработаемся. — Раз ты всё сам рассказал, то третье я пока придержу. Давай, составим вместе клятву, по которой ты не станешь мне вредить и будешь помогать в развитии всеми силами, а я в ответ освобожу тебя от моего небольшого подарка.

К слову, я не знал точно, смогу ли сделать из оборотня полноценного человека, но моя вера в свои силы и слова была крепка, и Топтыгин звериным чутьём почувствовал это, на что и был основной расчёт.

Официантка принесла нам ручку с бумагой, а я подумал, что слишком часто в этом мире я действую через силу и запугивания, а не цивилизованными способами взаимодействия. С другой страны, а как с ними иначе? На шею сядут!

Мы с Топтыгиным некоторое время обсуждали детали, и я поражался, насколько он сдержанный и собранный, что никак не соответствовало ни мнению Зеваны, которая являлась представительницей местных элит, ни твёрдой уверенности Домния в том, что Топтыгин являлся последним оплотом истинных зверей в человеческом обличии.

Обсудив все нюансы, он некоторое время молча смотрел на лист с получившейся клятвой и, подняв на меня глаза, восхищённо спросил:

— Как тебя нанять для составления подобных вещей⁈

От былого раздражения, что его всё это принуждают делать, не осталось и следа.

— Когда будет время, могу помогать, — кивнул я. — А об оплате договоримся.

— Договорились, — протянул он мне свою лапищу, которая была больше похожа на лопату, нежели на ладонь.

Скрепив наш союз клятвой, я вернулся к жене рассказать новости. С завтрашнего дня у меня начнутся усиленные тренировки, и нужно было хорошенько отдохнуть.

Утром у дворцовых дверей меня ожидал мальчишка лет пятнадцати, но это если не смотреть на лицо. Недетские черты и отросшая каштановая борода у него были таковыми, что меньше тридцати и не дашь. Но если обратить внимание на невыветрившуюся из глаз наивность, то понимаешь — пятнадцать, не больше.

— Шеуф вас ожидает, — ломающимся подростковым голосом произнёс он. — Идёмте к колеснице.

К слову, о местном транспорте. По широким и не очень улицам ездили разного калибра повозки, в которые были запряжены всевозможные лесные животные, а также магические конструкты, более всего напоминавшие громадных робо-псов из моего мира.

Но вот медведей в качестве тягловой силы я ещё не видел.

Мы подошли к роскошной покрытой глянцевым лаком резной карете, в которую был запряжён косолапый.

— Это что? — с удивлением спросил я, кивая на животное, что понуро опустило свою здоровенную башку.

— Один из штрафников шеуфа, — мальчишка открыл двери кареты, предлагая мне сесть внутрь.

— Интересно, — хмыкнул я методам воспитания подчинённых и залез в карету, обитую изнутри бархатом или чем-то очень на него похожим.

Парень не последовал моему примеру а, взобравшись на козлы, крикнул:

— Пшел к базе! — после чего свистом подтвердил свои слова.

— Р-а-у-у-у, — заревел медведь, и мы неспешно тронулись.

Спустя почти час езды, который я потратил на оттачивание управления аспектом жизни, меня наконец довезли до базы, где видимо находился полигон.

С удовольствием покинув сидячее, пусть и очень удобное место, я потянулся и размялся.

Нет, офисная работа точно не для меня, во всяком случае возвращаться к бумажной работе, которая составляла большую часть труда дознавателя, желания не было никакого. Лучше идти по пути силы и, возможно, власти. Всё же без последнего не добыть нужное количество ресурсов для возвышения.

За этими мыслями я не заметил, как мы дошли до высокой массивной двери.

— Шеуф вас ждёт, — сказал парень и ушёл.

Я же толкнул дверь и вошёл внутрь просторного кабинета с красной дорожкой-ковриком и массивным дубовым столом, и с не менее крупным хозяином.

— Приветствую, Алексей Николаевич, — с широкой улыбкой поднялся Топтыгин и, шагнув мне на встречу, протянул руку, которую я пожал.

— Интересно тебя твои подчинённые кличут, — улыбнулся я его крепкой хватке и чуть усилил тело. Ну, конечно, при каждом удобном случае обязательно нужно меня проверять, и это не смотря на уже принесённую клятву. Зверь, одно слово.

— Это они в каком-то фильме увидели и решили, что это будет наш корпоративный стиль общения, — хмыкнул он и добавил: — У вас и физическая сила на неплохом уровне. Обычно бояричи из знатных не видят смысла задерживаться на низких классах, развиваясь как воины.

— Высокомерие ещё никогда никого не делало ни сильнее, ни здоровее, — хмыкнул в ответ я, усаживаясь в приглянувшееся кресло перед столом и помечая в памяти, что нужно обязательно посмотреть это кино. Если это то самое, про которое я подумал, то будет весьма занятно увидеть имперскую версию.

— Есть такое, — вздохнул Топтыгин. — Борюсь с этой напастью много лет и даже исправляюсь, но не настолько быстро как хотелось бы.

— Дорогу осилит идущий, — одобряюще кивнул я. — А теперь рассказывай, что ты мне подготовил.

— Ваш наставник по магии сейчас на дальних рубежах сражается на полноценной войне, — так что его пока заменит Сильвестр, его ученик.

В этот момент в дверь негромко постучали.

— Входи, — повелительным басом приказал Топтыгин.

Дверь распахнулась и на пороге показался низенький человечек, на голове которого красовалась широкополая грибная шляпа мухоморной окраски.

— Сильвестр, знакомься, это твой временный ученик, Алексей Николаевич, адепт аспектов жизни и пространства.

— Не теневик? — с сомнением посмотрел он на меня, и там, где у него должны были находится глаза, обнаружились два фасетчатых, немного выпуклых окуляра, какие бывают у насекомых.

Увидев мою реакцию, этот мухомор-мутант с достоинством монарха пропищал:

— Вы, люди, редко видите таких как мы. Мы — великое племя потомков Старичка Боровичка! А мой наставник — его прямой потомок, один из первых, кто отделился от материнской грибницы!

Я несколько раз моргнул, пытаясь развидеть это недоразумение, но тот, в виде устойчивого глюка, никуда не собирался исчезать.

Выдохнув, принимая суровую реальность, я произнёс:

— И чему он меня может научить?