Сын империи. Чароплет. Том 2

Глава 4

Время до бала мы провели в разговорах, пытаясь как можно больше узнать друг о друге. Привычки, любимые цвета, что привлекает в людях, а что наоборот — раздражает и отталкивает. По итогу Зевана оказалась вполне обыкновенной девушкой, у которой было великолепно развито чувство силы.

Ей, как и всем остальным потомкам богов, было крайне важно чувствовать рядом сильного партнёра, мощную и непоколебимую армию за окном и почти всемогущего государя во главе, в противном случае никакой уверенности как в завтрашнем, так и в сегодняшнем дне, отчего повышенная тревожность и агрессия.

А в остальном — всё как у людей, любит цветы, слушать комплименты и целоваться.

Итак, мы, не вылезая из кровати, узнавали друг друга, с перерывами на еду, секс и уборную, до самого начала бала.

Наконец, к нам в комнату постучались и женский голос бесстрастно произнёс:

— Госпожа Зевана, через час начнётся бал.

— Это чего она так? — недоуменно спросил я у супруги.

— Слуги дворца не принимают мой выбор и таким нейтральным тоном об этом намекают, — хмыкнула девушка. — В глаза или даже за спиной сказать ничего не посмеют, конечно же.

— А они не знают обо мне ничего?

— Вот для этого отец и устроил бал. Там ты покажешь броню Чернобога, а также всем расскажут о твоих подвигах, и что именно ты вынудил Мару прекратить подготовку к войне и начать её не по плану, чем сильно помог Святому лесу в противостоянии с Ледяным.

— Ну да, богиня смерти и холода, — покивал я.

— Точно, — хохотнула девушка. — Никто не хотел жить в мёртвом лесу.

— А что будет, если старшие боги вернутся? — внезапно даже для самого себя проявил я любопытство.

На несколько секунд Зевана задумалась. При этом её пальцы стали накручивать один из зелёных локонов. Выглядело это мило, особенно когда красотка закатила глаза и прикусила нижнюю пухлую губку.

— Думаю, — протянула она, — каждый из нынешних правителей лесов пойдёт под руку тому, кому служил раньше. Хотя, есть и те, кто за все эти века сильно изменился. Они скорее всего выберут новых сюзеренов.

— Ясно, — благодарно кивнул я и усилием воли облачился в броню с маской на лице.

— Не будешь снимать? — заинтересовано уточнила девушка.

— Что-то не тянет, — мне не улыбалось, чтобы Мара, которой я мало того что планы сорвал, так ещё и руку отрезал, запомнила меня в лицо.

Нет, я её не боялся. И по большому счёту ей не составит труда узнать, как я выгляжу. Но не хотелось испортить людям праздник, потому как я был уверен, что добром это не закончится.

— Твоё право, — пожала плечами Зевана. — Тем более, что маска является частью доспеха Чернобога, а не ты сам её надел отдельно.

Выйдя в коридор, мы неспешно направились к залу, где всегда проводились подобные собрания.

По дороге Зевана рассказывала мне о правилах приличия, а также о дуэлях, что бывали между местными, но при этом практически не случалось, чтобы встречались представители разных лесов.

— Я вроде как тоже чужой на вашем празднике жизни, — заметил я, когда мы подошли к высоким и на вид тяжёлым створчатым дверям.

— Это пока они тебя не знают.

Я вздохнул. Было в моей юности время, когда я взахлёб увлекался романами об аристо, и том, как они себя ведут. И пусть там это были лишь фантазии авторов, но ведь не бывает дыма без огня.

В моей голове слово бал плотно ассоциировалось с восемнадцатым веком и его каркасными громадными женскими платьями. Даже и не знаю почему, может фильмов исторических пересмотрел.

Двери перед нами распахнулись, и мы вошли в огромный, украшенный всевозможными цветами и драгоценными минералами зал.

Благо, что после всех этих событий я научился включать и выключать способность чувствовать волшебство, иначе, скорее всего, у меня бы тут точно голова загудела от количества сильных одарённых.

Здесь были потомки богов, часть из которых танцевала под незамысловатую музыку, а остальные мирно перешёптывались, стреляя по сторонам глазами. По краям стояли длинные шведские столы, а на небольшой сцене, что возвышалась над всеми, стоял Волховец со знакомой черноволосой бестией.

Мы встретились с ней взглядами, и она хищно улыбнулась.

— Идём к отцу, — шепнула стоящая рядом Зевана.

Девушка, несмотря на присутствие Мары, от которой даже через весь зал несло жутью, легкомысленно потянула меня вперёд.

Внезапно на нашем пути возник высокий лысый бугай с волчьими глазами.

— Зевана, это кто? Познакомишь? — с явной угрозой спросил он, не отрывая взгляда от меня.

— Знакомься, убийца богов, хозяин чёрной брони Чернобога, спаситель Первого волка, тот, кто разрушил планы Мары по подготовке к войне, тот кто голыми руками убил старшего полевика, тот, кто нашёл и очистил дикий источник. Мой законный муж Алексей, отмеченный кровью Мары, — с нескрываемой гордостью перечислила она мои заслуги, а я даже нахмурился.

Это что, реально всё со мной произошло за такой короткий период? Чем дольше я здесь живу, тем чаще думаю, что это всё плод моего воображения, сильно разогнанный медикаментозной комой, в которую я угодил после отравления.

— Это… — удивлённо протянул он, и я вдруг понял, что на вид он не старше двадцати лет, а внутри и того видимо младше, уж слишком искренние эмоции. С возрастом такое, к сожалению, проходит.

— Это я, — протянул я руку для рукопожатия.

— Молок, — механически ответил он, и протянул руку в ответ.

— Ладно, Молок, нас отец ждёт, — хмыкнула моя супруга и мы, обогнув хлопающего глазами парня, дошли до сцены и поднялись по ступеням.

— А чего местный герой носит маску? — вместо приветствия на манер Бабы-яги из советского кино заговорила Мара. — Али сглаза опасается?

— Это броня так распорядилась, — произнесла безмятежным тоном Зевана, будто и не заметив явной агрессии в голосе Мары.

— Племяшка, — всплеснула руками женщина и с нежностью обняла девушку. — Неужто ты его себе в мужья выбрала?

— Точно, тётушка, — счастливо улыбнулась она. — Он хоть и не силен, но потенциал в нём просто безграничный! Мне даже показалось сначала, что сам Чернобог вернулся в теле смертного.

На это я мысленно нервно хохотнул. О, ты даже не представляешь, насколько это близко и далеко одновременно.

— Давайте я его представлю перед всеми! — взял слово до этого молчавший и с отеческой улыбкой наблюдавший за нами Волховец.

После чего он усиленным магией голосом произнёс:

— Хочу представить вам моего зятя из людского рода. — Замолчав, он с удовольствием полюбовался на недоуменные лица, у кого они, конечно, были. Потом продолжил: — Алексей, — он указал на меня. — Хозяин Черной брони Чернобога и новый командир первого отряда.

Командир? Серьёзно? Я кто угодно, чароплёт, полицейский, адвокат, но не полевой командующий! Я ведь в этом ничего не понимаю! Но и отказываться сейчас было неуместно. А потому я лишь молча кивнул.

Народ на это заявление зашумел, а один из ближайших к сцене мужчин, что больше был похож на медведя, чем на человека, глубоким басом спросил:

— По какому праву люд вступит в нашу войну?

— Хороший вопрос Михайло Потапыч, — довольный, как кот, дорвавшийся до сметаны, улыбнулся Волховец. — Видите ли, достопочтенная Мара, хозяйка хлада и смерти, почти открыла портал на территории, принадлежащей Святому лесу, а мой зять не позволил ей это сделать, отрезав руку.

Мара закатила глаза, а её губы бесшумно шевельнулись в отчётливое: «позёр». Причём, рука у неё была на месте. Видимо, новую отрастила.

— Всё так и было, — выдохнув, громко произнесла богиня. — Этот человек отмечен моей кровью, и он имеет право участвовать в нашей войне.

Народ откровенно загомонил, будто разворошённый улей, но никто и не планировал их призывать к тишине.

Некоторое время мы присутствовали на балу, и даже потанцевали немного. Потом Волховец подошёл ко мне.

— Ладно, — сказал он, — пойдём уже по-семейному посидим.

И мы последовали за ним, выйдя из зала и пройдя по короткому коридору, пока не оказались в небольшом банкетном зале с ломящимся от еды столом.

Стол оказался не длинным, а как раз на плюс минус десяток персон, видимо, по количеству близких родственников Волховца.

Сам он сел во главе, а мы уже по обе его руки. Интересно, что Мара не стала занимать противоположную сторону, а села рядом с ним.

Фужеры, вполне обычные, а не из бамбука или черепов врагов, уже были наполнены какой-то мутной жидкостью, и Волховец произнёс тост, обратив внимание на Мару:

— Не важно с чего началось ваше знакомство, Алексей — теперь часть нашей семьи. Так же, как и твоя дочь, и её муж, — в этот миг он совсем незаметно поморщился, видимо там тоже не всё было гладко. — Никто не заставляет любить, но и ненавидеть не нужно. Уважайте друг друга.

— Тогда пусть лицо откроет, — с неприязнью посмотрела она на меня, а её волосы, будто змеи, зашевелились.

И в этот миг память, которая до того не подавала никаких сигналов, внезапно выдала картинку, где Мара серебряным клинком замахивается на это тело.

Я шумно сглотнул.

Однако, тут же вспомнились слова сначала Зеваны о том, что, обладая аспектом жизни, я легко смогу изменить лицо, а потом и слова Лютого — о сердце, что является материальным якорем этой стороны волшебства.

— Хорошо, — постарался я придать голосу уверенности. — В качестве знака доверия, я покажу своё лицо.

Мара сидела напротив Зеваны, но мы друг друга отлично видели. Потому нужно было сделать всё максимально быстро.

А ещё, мне нельзя было закрывать глаза или как-то иначе выдать себя. И шанс был всего один.

Я выдохнул и, закрыв лицо рукой, будто вручную собирался снять маску, прислушался к себе, затем к бешеному биению сердца. И в этот миг будто со стороны увидел, как кровь разносит кислород по телу, позволяя мышцам сокращаться, а клеткам жить.

Затем я представил, как сниму маску, и все увидят лицо… Серёги, будь этот урод неладен. Не знаю почему на ум пришёл именно он, но времени что-то менять уже не было.

— Рада, что ты смог открыться, — с явным разочарованием произнесла Мара, а остальные никак не отреагировали на мою новую внешность. Даже эмоциональная Зевана никак не отреагировала.

Мы выпили сладковатый напиток, больше всего похожий на виноградный сок, который слегка забродил, вином здесь и не пахло.

— Вы будто другого человека ожидали увидеть? — всё же не удержался от вопроса я.

— Сравнительно недавно в империи людей пропал один молодой человек с точно такими же приметными глазами как у тебя, — легко рассказала она.

— Это какой же? — с любопытством спросил Волховец.

— Это уже не важно, — отмахнулась женщина. — Там человек уже нашёлся. Но я подумала, что там может быть двойник, а тут у вас прячется настоящий. Уж слишком выдающийся у тебя зять, брат, — ухмыльнулась Мара и приступила к еде.

Остальные последовали её примеру, перед этим, слава богам, не став многозначительно переглядываться.

После того как Мара покинула нашу компанию, Волховец сделал несколько движений рукой, будто разгоняя дым, и покачал головой:

— Ни разу ещё она не уходила, не оставив после себя прослушки.

— Она всегда оставляет, ты находишь, — пожала плечами Зевана, — традиция.

— И не факт, что вы всё находите, — произнёс я. — Возможно, только те, что специально созданы для отвлечения внимания. Как-то же она провернула тот трюк с источником.

Волховец посмотрел на меня задумчиво, после чего медленно кивнул.

Мой отряд оказался кучкой боевиков-волколаков, причём, в отличии от Лютого, они были если не низшими, то около того.

— Вот ваш новый командир на этой войне, пока Лютый находится в коме. Все вы его знаете, так что я пошёл, — коротко представил меня Волховец, и как мне показалось, с еле скрываемой улыбкой поторопился удалится, оставив меня наедине с не самыми доброжелательными взглядами, что скрестились на мне.

— Меня можете называть Алексеем Николаевичем, — приподнял я губы, обозначая улыбку. — А теперь представьтесь по очереди и расскажите о своих сильных и слабых сторонах, — и на миг замолкнув я добавил: — Оба пункта обязательны, чтобы я мог понять, как лучше всего достичь победы.

Как говорил старшина роты, прежде чем прыгать в воду, желательно узнать все подробности о дне.

Мужики, все как один бородатые, переглянулись, и самый крупный заговорил:

— Я — Второй, — затем он скептически осмотрел меня и добавил: — Сейчас уже, наверное, Первый.

Я вздохнул и сделал шаг вперёд.

— Я так не думаю, — сказал я, когда очутился за спиной волколака, а к его горлу прижалась холодная сталь чёрной косы. Конечно, в мире дикой природы альфа определяется одним единственным, исключительно силовым, способом. Да что там, у нас в армии было примерно так же. — Ещё кто-то желает оспорить моё первенство?

Судя по молчанию, желающих не нашлось.

— Вот и отлично, — я развеял косу и вновь переместился на своё прежнее место.

Мы собрались на тренировочном полигоне, покрытом песком, со статуями манекенов по периметру овальной площадки размером с футбольное поле.

— Я, Второй, — вновь взял слово мой недавний оппонент и, хмыкнув, добавил: — Обращаюсь в волка, владею силой земли. Работаю с пятым и седьмым в связке.

После чего все остальные начали поочерёдно представляться, исключительно номерами, давая о себе краткую характеристику.

Общее количество бойцов в отряде было пятнадцать вместе с командиром, и каждый работал в связке с определёнными воинами. Причём, друг друга они вполне нормально могли заменить, а вот с Лютым вышла загвоздка. Он оказался уникальным и неповторимым древним волколаком с аспектом воды, и выступал в качестве танка, что со мной, мягко говоря, не вязалось. А переделывать всю стратегию под новые реалии уже не было времени. Нас ожидала битва и уже завтра, с первыми лучами солнца.

— Хорошо, — выслушав всех, я хлопнул в ладоши. — Сейчас вы проведёте бой против тени, так, будто с вами есть Лютый.

Мужики резко заозирались. Спустя несколько секунд Второй неуверенно задал вопрос, и я услышал в его голосе явные нотки страха:

— А где он?

— Кто? — поднял я одну бровь.

— Ну, тень, — мотнул он головой, в сторону ближайшей тени, что отбрасывало ограждение полигона.

— Да какая ещё тень? — с раздражением спросил я, оглядывая лица враз посмурневших боевиков.

— Воины тени. Это те, что служат непосредственно вашему тестю. Те, кто обладают этим аспектом, способны скрываться в любых тенях и из них же атаковать.

— Говорят, — подключился к нашему диалогу Четвёртый, — что такие бойцы стоят десятка обычных одарённых!

Мужики загомонили, а я с удивлением обнаружил, что суровые на вид бородачи оказались заядлыми любителями сплетен.

Хмыкнув, я поднял руку, призывая к тишине, и произнёс:

— Бой с тенью — это выражение обозначает тренировочное сражение с невидимым противником. Вы его себе чётко представляете, как он двигается, что делает, как бьётся, — и на всякий случай добавил: — И никаких одарённых тени здесь нет. Это ясно? Есть вопросы?

Мужики переглянулись, и медленно, будто собаки которых подобрали с улицы, недоверчиво кивнули.

Я задумался.

— А все знают о чудесной силе теневых одарённых?

Те секунду молча с недоумением смотрели на меня, после чего Первый ответил:

— Конечно.

— Тогда нам нужен реквизит, — ухмыльнулся я.

Утро наступило как-то слишком быстро. Организм настойчиво требовал сна, а челюсть то и дело стремилась покалечится в широких зевках.

— Первый, — обратился ко мне Второй и уже, наверное, в сотый раз спросил: — Вы уверены, что это сработает?

— Нет конечно, — как и во все прошлые разы, ответил я ему.

Солнце только показалось из-за горизонта, а из-за возвышающегося столетнего леса вокруг царили сумерки. Поляну, на которой нам предстояло принять бой, уже обнесли высоким забором, от которого вверх устремилась прозрачная волшебная плёнка, видимо защита зрителей и леса от «шальных пуль».

К слову, зрителей оказалось много, а вот посадочных мест для них предусмотрено не было. Но потомки богов не унывали. Кто-то устроился на ветке ближайшей ели, другие просто стояли, а третьи же, создали себе высокие сидячие места из камней или земли. Из последних были мой тесть, Мара и Зевана. Они сидели рядом, и с любопытством посматривали на мой отряд.

Волховец что-то шептал на ухо своей жуткой сестре, а та всё с большим любопытством посматривала в мою сторону. Видимо, рассказывал ей о ситуации, в которую меня поставил. Ну ничего, я не злопамятный, просто у меня есть специальная книжечка, в которую я всё тщательно записываю, и время от времени туда заглядываю.

Подмигнув жене, я посмотрел на отряд в противоположном краю арены.

Все как один жилистые, худые, с бледными лицами, закованные в тёмные доспехи, чем-то похожие на мои. У них, как у близнецов, были чёрные длинные волосы, которые свисали водорослями.

Среди противников выделялся один — ростом и шириной плеч. Он носил за плечами гигантский ростовой щит.

Он сделал шаг вперёд и произнёс, глядя на Мару:

— Повелительница, я — Кикимор, один из первых в роду, посвящаю эту победу вам, — всё это он говорил без всякой интонации, будто и не был живым, а являлся биомашиной.

Та благосклонно кивнула, подбадривая командира, который, видимо, как и Лютый, являлся танком в их отряде.

— Это Кикимор, первый сын прародительницы всех кикимор. Его аспект — грязь, смесь воды и земли. Он крайне опасен в ближнем бою.

— Я вот не понимаю, — глядя на то, как здоровяк достаёт щит, проговорил я, — как Лютый мог быть танком, если он волк, а не броненосец?

— Ледяная броня титана, — пояснил Второй. — Она позволяет выдерживать атаки даже Волховеца.

— Тогда почему он её не использовал, когда сражался с заражённым волком? — в недоумении покосился я на Второго.

— Гордость, — вместо него ответил Третий. — Как он мог использовать такую сильную волшбу, против какого-то обычного, пусть и накаченного скверной магией волка?

— Логично, — кивнул я и уточнил: — Все помнят план действий?

В ответ получил дружное:

— Так точно, капитан!

Вот есть плюсы в командирстве и том, что они тут в лесу никогда не смотрели тот не совсем адекватный мульт.

— Отлично! Тогда вперёд!