А было ли убийство? 331 год

Глава 3

Хотя Ойли и был немного удивлен поведением странной госпожи, это не помешало ему спокойно идти сзади и почти не прислушиваться к тому, что происходит вокруг. Один печальный опыт еще мало чему может научить, к сожалению.

Но у госпожи опыта было больше. Буквально перед самым входом во двор она настороженно замерла и огляделась. А потом обернулась, резко дернула мальчишку за руку и затащила за калитку.

— Ключи, — прошипела она сквозь зубы, и сейчас в ее голосе было очень мало женского…

— Сейчас, сейчас… — Ойли испуганно шарил по всем карманам.

Руки у него почему-то снова затряслись и зубы начали постукивать.

К счастью, окончательно впасть в панику парнишка не успел — ключи нашлись, и он быстро протянул их странной госпоже. Но легче не стало — почему-то очень захотелось поскорее оказаться дома и запереться на все засовы. Какое-то неприятное предчувствие… ощущение угрозы.

— Эойлиз Найрэйдж? — яркий луч света от фонарика прорезал темноту, заставив Ойли испуганно вскрикнуть и зажмуриться.

— Твою мать так зовут? — шепотом уточнила странная госпожа, быстро открывая дверь дома. Мальчишка едва заметно кивнул, прижавшись спиной к стене.

— Я ее знакомая, в чем дело? — госпожа резко развернулась, одновременно делая несколько шагов в сторону. Луч света последовал за ней, словно нарочно пытаясь ослепить.

— Мы хотели бы поговорить с ней. Позовите ее.

Внятно пояснить, почему от довольно приятного женского голоса было страшно до озноба, Ойли не смог бы. Может быть, ему просто передавалось напряжение, излучаемое стоящей рядом с ним госпожой. А может, это впадала в панику наконец-то проснувшаяся интуиция.

— Ее сейчас здесь нет. Приходите завтра.

Да, наверное, все дело в излучаемом его спутницей напряжении. Сжатые кулаки и перекатывающиеся желваки на скулах… и… наверное, в темноте показалось… просто шарфик на шее госпожи размотался, приоткрывая ее шею, а там…

Ойли испуганно сжался, осознавая весь ужас их положения. Настойчивая ночная посетительница заявилась сюда явно не с мирными намерениями. Приличные госпожи по ночам в гости не ходят!

— В дом, живо, — процедила… странная…. Кто?!

Мальчишка тут же выполнил приказ, а странная госпожа влетела следом за ним.

— Матерь… надо же было так вляпаться… чтобы я еще раз… тля… — реализовав мечту Ойли и заперев дверь на все замки, женщина тихо материлась, одновременно разглядывая узенький коридор. Стены с кое-где облезшей краской. Выцветший половичок. Гвоздики вместо вешалки… В доме всегда царила бедность, но сейчас, после смерти отца, это стало еще более заметно.

В дверь настойчиво постучали. Ойли сжался, ссохся, словно втянул самого себя в какое-то внутреннее подпространство. Ладони вспотели, дыхание перехватило, даже сердце словно остановилось от страха.

— Открой!! Открой сейчас же! Открой, а не то окно вышибу…

— А я гвардейцев вызову! — громко огрызнулась госпожа. Она стояла спиной к двери, словно подпирая ее. Даже руками уперлась, готовая удерживать настойчивую ночную посетительницу. — Спокойной ночи, гэйвэйрэйтэ! Приходите завтра!

Замерев от ужаса Ойли просто весь превратился в слух. Ему казалось, что он слышит тихие шаги по дорожке… до ближайшего окна… в отцовский кабинет!

Но тут на улице послышался еще один женский голос, властный и какой-то… успокаивающий?.. Надежный!

— Что вы делаете на частной территории, гэйвэйрэйтэ? Покиньте чужой участок, немедленно!

— Я хочу поговорить со своей подругой, госпожа капитан!

— Судя по тому, что вам не открывают, ваша подруга не отвечает вам взаимностью.

Дышать стало легче, а сердце снова забилось, причем часто-часто. Ойли расслабился и вытер со лба капельки пота.

Только госпожа у двери стояла по-прежнему напряженная и озабоченная.

И тут снова постучали.

— Капитан гвардии Дайрина Эльмейдос. Откройте, нам надо поговорить.

Странная госпожа продолжала стоять и не двигаться. Даже глаза закрыла и что-то опять шептала про себя. Похоже, снова ругалась.

Наконец, глубоко вздохнув, все же развернулась и распахнула дверь.

Гвардейка вошла в дом, небрежно отодвинув госпожу плечом, и уставилась на Ойли:

— У тебя все в порядке?

— Да, госпожа, — растерянно прошептал мальчишка, совершенно не ожидавший такого заботливого и участливого голоса от такой суровой с виду женщины.

— Собирайся, я отвезу тебя к твоей бабушке.

И тут на Ойли вновь накатил приступ паники пополам с отчаянием. Столько всего пережить, чтобы не оказаться под опекой госпожи Кайврайдос, и в итоге… Дар речи снова где-то потерялся, и юноша смог лишь отрицательно замотать головой, а затем, всхлипнув, опуститься на колени, чтобы так и застыть.

— У твоей матери серьезные проблемы, она не сможет присматривать за тобой какое-то время.

В ответ Ойли только еще раз всхлипнул… потом еще… еще… Даже сил спросить, насколько все плохо с мамой и что вообще с ней случилось, не было. Одному оставаться — страшно. Госпожа Кайврайдос о нем позаботится… Может быть, отдаст в мужья в хороший дом. Он больше никогда не будет голодать… и не услышит, как мама напевает, когда рисует. И…

В хороший дом к незнакомой госпоже… А как же сказки?! Мамины сказки! Принцесса, дракон, башня… Его, Ойли, принцесса?.. Глупости, конечно. На Венге совсем другие принцессы, да и из Ойли защитник никогда не получится, его самого пришлось защищать. Хорошо, что рядом проходила эта странная госпожа, а так бы…

— Если позволите… — упомянутая госпожа произнесла эту фразу как-то странно, немного другим голосом, — …за мальчиком могут присмотреть какое-то время в приюте. Пока его мать не решит свои проблемы.

— У мальчика есть родственница, которая изъявила желание взять его под опеку, — рыкнула капитан на странную госпожу, даже не взглянув в ее сторону. — А с тобой мы поговорим потом, в участке.

— Но мальчик не хочет… Смотрите, как он напуган! В связи с новыми законами, разве вы не должны разобраться, почему он настолько сильно боится своей родственницы?

Гвардейка выдала на это такую отборную брань, что Ойли не понял и половины. Но потом произнесла замечательную… чудесную фразу:

— Отмирай и все равно проваливай собирать вещи! Хотя если у тебя все шмотки старше тебя по возрасту, то лучше не напрягайся. В приюте тебе выдадут новую одежду.

Ойли, быстро подскочив с колен, ринулся к себе в комнату. Надо взять любимые книги и маленького плюшевого зайку, сидящего на тумбочке рядом с кроватью. Этот зайка был с Ойли буквально с самого рождения. По крайней мере, сколько себя парень помнил, столько с ним рядом этот зайка, Гойчик. Он с ним даже в Джордан ездил…

***

— Карнавал по случаю Первоснейжена уже давно прошел, — почти спокойным голосом произнесла капитан, глядя в упор на Рейста. Тот лишь вздохнул и отвернулся. Но потом любопытство взяло верх:

— Как вы догадались, госпожа? Где я спалился?

— Вульгарно. Ярко. Вызывающе… — после каждого слова секундная пауза. — Специально так одеваешься, чтобы можно было в любой момент свалить на розыгрыш?

Рейст обреченно кивнул. Умная какая госпожа попалась. Но чтобы понять все это, одного быстрого взгляда при столкновении в двери мало.

— Вы это все поняли, пару раз посмотрев на меня в полутьме коридора?

— Нет, я все это поняла неделю назад, когда в заброшенный и совершенно пустой дом вошла женщина, а вышел мужчина. Тогда я проследила за тобой до самого приюта, а следующим вечером — до казино. Как я понимаю, там все в курсе, кто ты такой.

— Ничего противозаконного, — речь у Рейста уже была продумана и заучена буквально наизусть. — Все согласовано с администрацией, и мне даже платят зарплату…

— За то, что ты подпаиваешь богатых госпожей и соблазняешь их делать крупные ставки? — в голосе капитана прозвучало плохо скрываемое презрение.

— Я делаю ровно то, что умею. Играю. Каждый выживает, как может. Грузчиком в Космопорт меня не взяли — конкуренция очень высокая.

Рейст едва заметно грустно усмехнулся. С его-то образованием за жалкую мелочь разгружать корабли и таскать тяжести… Вот уж делать больше нечего!

— Я совершенно законно оформлен на работу помощником крупье. Одеваюсь, как вы правильно заметили, достаточно вызывающе, чтобы всякий наблюдательный человек смог понять, что я — не женщина…

— А полупьяная пожилая госпожа могла тебя принять за ночную бабочку и захотеть с тобой пококетничать, верно?!

— Вы мне льстите, госпожа. Из возраста ночных мотыльков я уже давно вырос.

Да, сначала Рейст пытался устроиться как мужчина, но… его очень грубо ткнули носом в очевидное — он уже давно не мальчик. Тем более играть в казино мужчинам было нельзя, а вот женщинам, даже вульгарно одетым, — можно. Хорошо, что капитан не совсем четко понимает его «должностные обязанности». Подпаивать и соблазнять было как раз мужской работой, а вот он и еще парочка уже настоящих «девочек» занимались «разводом лохов»… Поддаваться, потом немного выиграть, снова долго поддаваться, заставляя клиента расслабиться и потерять бдительность. А потом ра-а-аз и… Главное, никаких претензий к крупье, даже если на самом деле он и подыграл слегка. Незаметно. Казино — очень грязное место… и крутятся там очень большие деньги.

— Ладно, в участке разберемся…

— Вам не за что меня арестовывать, госпожа, — Рейст очень постарался, чтобы его голос звучал уверенно. — Я не нарушал закон. Наоборот, посодействовал спасению…

— Да, я видела твой подвиг, — капитан, наконец-то, соизволила посмотреть на собеседника, причем одобрительно. — Ладно, отвезу сейчас вас двоих в приют. Но имей в виду… Закон за сегодня ты нарушил и не один раз. Начиная с прогулок по Венгсити в ночное время и заканчивая попыткой выдать себя за госпожу, настоящей попыткой. К тому же передо мной ты тоже собирался играть роль женщины, верно?

Рейст опустил голову, старательно изображая чувство вины.

— Так вот, имей в виду, если я еще раз замечу тебя за подобным…

— То есть пацанов больше на улице не спасать, я вас правильно понял, госпожа?

Не удержался, Матерь Всего Сущего… Ну вот кто за язык тянул, а?! Все ж так здорово было. Сейчас отвезли бы в приют… Нет, полез права качать зачем-то. Главное, никогда раньше за собой ничего подобного не замечал, а тут словно… укусил кто! Или подначил… Тля…