Ведьмы Зелёной Волши

Глава 2

Зелёная Волш — самое нелепое название для населённого пункта, которое могли придумать люди. Городские ребята всегда смеялись над этим, говорили обидные вещи и о том, что такое только спьяну сочинить можно. Они считали нашу деревню отсталой.

На самом деле столь странное название появилось из-за огромного леса, который окружал нашу деревеньку. Так уж вышло, что лес этот считали волшебным и мрачным, собственно, от старинного слова «волшба» и пошло название деревни. Говорили, про жуткие вещи, которые скрывали высокие ели и сосны. Ходили легенды о духах, подстерегающих заблудившихся на мшистых тропинках, о лешем — лесном хозяине из славянских сказок. Кто-то божился, что видел его воочию и лишь добрый нрав нечисти сберёг его от непоправимого. Много болтали и про домовых, ведьм и про болотную нечисть, которая в нашем озере якобы обитает. Кстати, название у озера тоже необычное — Водянка. Находится оно довольно далеко от домов и ходить туда правда небезопасно. Но связано это лишь с тем, что единственная дорога проходит через тёмную часть леса, где деревья сплетались ветвями, не давая проникать солнечному свету. Можно было совершенно спокойно не заметить обрыв и скатиться в крутой овраг, как сделал однажды Егор Михайлович, местный рыбак. Засиделся у озера до позднего вечера и в потёмках оступился, даже фонарь ему не помог особо.

Вот так и обрастал наш дом сказками и небылицами, городские как слышат про причуды всякие, только хмыкают и качают головами — деревня и всё тут. Не чета мы им. Зато ребят, живущих в Рудневке, посёлке, который находился через реку, городские уважали. На самом деле Рудневка была коттеджным посёлком и дома там были большими, стильными и современными. Вся местность огорожена, а при въезде находился охранный пункт. Чужакам попасть на территорию невозможно. Так уж вышло, что с соседями мы не особо ладили. Слишком уж ребятки там высокомерные: снисходительно общаются, а порой и глумятся, будто лучше нас. Мы отвечали, как могли, так и повелось, что добрыми друзьями никто из нас не был. Парни наши как-то пытались попасть за ограду, да только охранник быстро поймал нарушителей и отправил обратно.

С ребятами из посёлка пересекались в основном в школе и в городе, а в летнее время и на речке, когда купаться ходили. Так и установилось что-то вроде холодной войны.

С Мариной мы не встретились возле её дома, как договаривались.

В отличие от меня, подруга проспала, и пришлось зайти за ней. Хромовы жили через пять домов от нас, и мы с Мариной с детства были лучшими подругами. Остальные дети нашего возраста были мальчишками, которые не очень нас жаловали в своих играх. Поэтому держались мы вместе, старались не ссориться по пустякам. Наша самая долгая ссора длилась всего два дня. Я уже и не вспомню, кто тогда первым пошёл извиняться, но мир был достигнут.

— Простите, о ваше высочество, я не хотела подвести вас! — воскликнула она, отвесив шуточный поклон.

— Маринка, хватит дурачиться, — возмутилась Василиса Анатольевна или тётя Вася по-нашему. — Поздравила бы Танюшку по-нормальному!

Мама Марины была, кажется, крайне возмущена поведением дочери, но я поспешила её успокоить:

— Бросьте, тёть Вась, это шутка у нас такая.

Марина на слова своей родительницы лишь хмыкнула, осмотрела меня и неодобрительно покачала головой. Обычная реакция на синие джинсы и розовую маечку.

— У тебя ведь День Рождения! Почему бы не надеть по такому случаю красивое платье?

На ней самой было именно такое. Платье пастельного розового оттенка, с длинными рукавами и квадратным вырезом. Оно было чуть выше колен, но при всём этом не казалось праздничным, скорее летним. На этом моменте можно было выдохнуть, была у меня мысль, что подружка вырядится как на бал. Каштановые волосы у Марины были распущены и мягкими волнами достигали плеч. Сама подруга обладала именно той фигурой, которую я желала некогда видеть в зеркале. Тонкая как тростинка, она казалась невероятно хрупкой, с миловидным лицом и серыми глазами, аккуратным носиком и пухлыми губами.

— Я думаю, тебя в платье будет достаточно.

Я приподняла кружку с кофе, которую приготовила тётя Вася, пока я ожидала эту соню у них на кухне. Дома я не стала его пить, ведь предполагалось, что мы уже будем в пути. Если я и ездила в город в выходные или на каникулах, то есть в свободное от школы время, то предпочитала делать это утром, чтобы успеть вернуться до вечера. Не люблю тащиться в полной электричке, а других способов попасть туда самостоятельно нет. Конечно, в планах на будущее было получение прав, и покупка машины или хотя бы скутера.

Мой наигранный жест с молчаливым тостом оставили без внимания.

— Ну что, поехали покорять город?

— Я думаю, что Лесовинка не тот город, который нужно покорять.

— Когда-нибудь и до столицы доберёмся, — подмигнули мне.

На это я уже не стала реагировать. Говорить, что столица уж точно не ждёт Таню Морозову и Марину Хромову, не стоит. Ещё получу в ответ несколько других фразочек, и тётя Вася потом разозлится на подружку, у которой язык порой бежит вперёд головы.

Чувствую, день обещает быть долгим. Слишком воодушевлённой казалась Марина, и немного унылым было моё настроение.

Тётя Вася попросила быть осторожнее, когда мы уходили. Пришлось пообещать, что в городе пробудем недолго и обязательно зайдём к ним ещё раз прежде, чем пойдём ко мне. Хотя бы для того, чтобы забрать подарок, который подруга не стала вручать сейчас.

На станции мы были через двадцать минут неспешного шага. Чтобы добраться до железной дороги или железки, как у нас сокращали, нужно было пройти через реку по деревянному мосту, единственному на всю округу, который соединял два берега. Река была широкой и длинной, поэтому, на мой взгляд, помимо этого мостика нужен был как минимум ещё один запасной. Хорошо хоть рудневских ребят не было видно. Сам посёлок находился в другой стороне от станции, да и от моста на приличном расстоянии был.

Когда сели в электричку, время уже приблизилось к одиннадцати. Людей было очень мало, а я надеялась, что задерживаться в магазинах мы не будем. На дворе лето, поэтому вероятность встретить кого-то из одноклассников или ребят с посёлка была велика. А мне меньше всего хотелось видеть их ещё и в свой день.

Единственный торговый центр находился недалеко от главной городской площади. Надо отдать должное нашему местному бизнесмену, владельцу этого здания, который смог привезти столицу в глубинку. Я нередко гостила у папы в Москве и знала, что такое столичные торговые центры не понаслышке. На мой взгляд, наш местный был ничуть не хуже. Господин Покровский явно имел представление о том, что делал. Здесь на выбор находилась куча магазинов с одеждой, были и рестораны с фудкортом, а ещё кинотеатр. Последний я не очень любила из-за огромного количества народа и сложностей с билетами. Из-за этого очень не хватало второго такого же.

В моём списке покупок значилось не так много вещей. Но с Маринкой распланированное время можно было умножать на два. К новым джинсам и двум футболкам прибавились два платья и блузка, а к кроссовкам дополнением пошла сумочка. И самое обидное, что всё предложенное Мариной невероятно подходило мне. Подруга умела выбирать с толком. В другие дни я обязательно бы противилась её напору. Я умела противостоять её уговорам, и, если мы шли в торговой центр за какой-то конкретной вещью, с ней и уходили. Но сегодня решила, что могу и хочу порадовать себя.

Второй вещью в списке были новые наушники. Старые пришли в негодность, поэтому к выбору я отнеслась ответственно, заранее прочитав отзывы в интернете. Как итог, в магазине мы не пробыли и пяти минут.

Последней точкой была небольшая кофейня. Мы с Мариной любили здесь бывать. Приятный интерьер в белых и зелёных тонах украшали красивые растения. Столики были небольшими, круглыми, а стулья напоминали больше плетённые кресла. Место не было рассчитано на компании более трёх человек, поэтому, на мой скромный взгляд, идеально подходило для свиданий или встреч с подругой. Марина тоже любила это заведение, хоть оно и не пользовалось популярностью у наших сверстников.

Заказ мы сделали очень быстро. Я взяла большой американо и апельсиновый десерт из мусса. Подруга выбрала горячий шоколад со взбитыми сливками и клубничный чизкейк. Наша неспешная беседа была наполнена всем подряд: от обсуждения новых сериалов и фильмов до сплетен об одноклассниках. В какой-то момент приятная болтовня прервалась удивлённым восклицанием подружки:

— Тань, смотри-ка кто вернулся на малую родину!

Я проследила за её взглядом. За дальним столиком сидела знакомая фигура. Короткие светлые волосы выделялись на фоне загорелой кожи, голова была немного опущена, но даже отсюда я могла разглядеть красивое лицо с тёмной щетиной, прямой нос и квадратный подбородок. Одет мужчина был в обычную белую футболку и джинсы. У меня, кажется, сердце в пятки ушло…

— Не думала, что Покровский вернётся этим летом, — отметила Марина.

Я спешно отвернулась, возвращая всё внимание подруге.

— Что здесь такого? Вернулся домой после сессии…

— Сессия во всех институтах длится до июля, в худшем случае, а сегодня начало августа. В прошлом году он сразу вернулся домой, а в этом как-то припозднился.

Мои глаза полезли на лоб от услышанного:

— С каких пор ты за Покровским так пристально следишь?

— Ни за кем я не слежу, — фыркнула Маринка, возвращая своё внимание к нашему столику. — Мне Надя рассказала об этом. Она ведь влюблена в него с детства.

Теперь понятно откуда ноги растут. Надька Алфёрова, как и мы, жила в Зелёной Волши с рождения, правда она была старше на два года, но из-за того, что общаться в родной деревеньке ей не с кем, она старалась поддерживать общение с Мариной. У нас с Надей не складывалось общение с детства, так уж сложилось. Сложно даже вспомнить из-за чего в какой-то момент мы с ней стали кем-то вроде заклятых врагов и даже поздороваться не могли нормально. Сейчас, конечно, никто никого не оскорбляет, но более тесное общение было для нас исключено.

— Я думала она переборола свои чувства, — улыбку при этом пришлось прятать за чашкой, но, судя по взгляду Марины, она всё прекрасно видела, и только головой покачала.

— Она просто смирилась с безответностью своих чувств.

После её слов я не удержалась, снова повернулась в сторону знакомого. Ярослав Покровский точно не мог ответить на чувства Наденьки, ведь за его столом сидела красивая девушка. Золотистые локоны водопадом спадали на плечи и достигали поясницы. Пара сидела к нам боком, поэтому вполне можно было рассмотреть лицо с лёгким макияжем, густые ресницы, идеальные брови. На девушке было надето длинное белое платье с цветочными узорами. Она над чем-то весело смеялась, привлекая взгляды других посетителей.

— Интересно, кто это? — вопрос вырвался быстрее, чем я успела подумать. Хотелось себя по лбу хлопнуть, как бабушка Инга этим утром. Какая мне, собственно, разница?

— Явно неместная, — ответила Марина. — Мы бы её точно знали.

А вот это была правда. Эта красотка выглядела немногим старше нас, а значит мы должны были пересекаться в школе, но и я, и подруга впервые видели эту девушку.

— Тань, нас заметили!

Я так увлеклась разглядыванием таинственной спутницы давнего знакомого, что не заметила, как быстро оказалась поймана на этом.

Мои глаза тут же встретились с глазами Покровского. В какой момент он повернул голову? По телу прошли колющие мурашки, будто кто-то понизил температуру в помещение. Карие глаза смотрели на меня неотрывно.

— Танька, отвернись уже, — сквозь зубы прошипела подруга, возвращая моё внимание. — Не пялимся туда больше!

— Извини, — шепнула, чувствуя, как кожу на щеках начинает немного покалывать от смущения.

Смотреть резко расхотелось, а от понимания, как выглядела, и вовсе стало неудобно. Не первый же раз девушек рядом с Покровским наблюдаю!

Маринка постаралась отвлечь меня, рассказывая о новом фильме, который она успела посмотреть. На вопрос спит ли она по ночам, подруга только посмеялась. Я тоже любила посмотреть что-нибудь новенькое, но Марина била все рекорды.

В какой-то момент присутствие Ярослава забылось, но ненадолго. Когда подруга отошла в дамскую комнату, а я намеревалась доесть свой десерт, на который просто не хватало времени из-за разговоров, рядом выросла знакомая фигура. Я как-то сначала не предала значения появлению кого-то рядом, подумав на официантку. Вот только это был Покровский, который без приглашения занял чужое место.

— Морозова, тебя не учили, что глазеть на других людей неприлично?

Я от такой наглости даже про смущение, которое испытывала, забыла. Чуть не поперхнулась десертом.

— А тебя не учили здороваться, Покровский?

Моя реплика почему-то вызвала у него улыбку. Да-да, именно улыбку, а не ехидную ухмылку, которую он любил демонстрировать в наших перепалках. Завтра, вероятно, снег пойдёт. Я, наверное, выглядела слегка пришибленно, а он продолжал удивлять.

— А ты не меняешься, Тань. Давно не виделись.

Хотелось сказать, что лучше бы ещё столько же не встречались, но не стала. Сейчас он говорил нормальным тоном, а я не любила пускать колкости попусту.

— Тебя давно не было в наших краях, — не сразу ответила я, опустив почему-то взгляд в чашку. Не могла на него смотреть. Не сейчас, когда он такой нормальный.

— Приехал позже, чем планировал. Не думал, что встречу тебя в городе. Ты ведь не очень любишь сюда ездить в свободное от школы время.

— Мы за покупками приехали, — кивнула на пакеты, стоящие у столика.

— Понятно.

Разговор как-то не клеился, а Маринка почему-то не возвращалась.

— Зачем ты подошёл, Яр? — не удержалась от вопроса.

На этот раз всмотрелась прямо в глаза. Что крылось в этом омуте? Столько вопросов оставалось без ответа. На этот раз он первый отвёл взгляд.

— Увидел, как ты смотришь, и решил поздороваться.

— Понравилось платье на твоей девушке.

Врать было легко, особенно когда за своей ложью скрываешь дикое смущение.

— Алина не моя девушка, но я могу спросить про платье…

— НЕТ!

Кажется, на этот крик обернулись все, кто присутствовал в зале. Если до этого момента горели только щёки, то теперь, я уверена, пылало всё лицо.

Его губы растянулись в лукавой ухмылке.

— Ладно, не буду больше отвлекать вас, — с этими словами место напротив опустело, а сам Яр уже отходил от стола, когда вдруг замер, и через плечо громко крикнул: — С Днём Рождения!

Теперь уже точно хотелось провалиться сквозь землю. Не привыкла я к такому повышенному вниманию. А Покровский уже вернулся за стол к своей Алине, которая косилась в мою сторону со странным выражением лица. Было очень неудобно ощущать на себе чужие взгляды.

К моему счастью, стоило Покровскому вернуться за свой столик, к нашему вернулась блудная подруга.

— Ты утопилась там? — прошипела я сквозь зубы.

— Я же не больная, чтобы мешать вам, — улыбка у неё получилась чуть ли не ангельская.

— Ты не больная, а дурная, Марина! Видела же, что меня надо спасать!

Теперь было понятно, что кто-то не топился, а наблюдал за тем, как лучшая подруга отдувается в одиночестве.

— Не увиливай, Тань. Расскажи, о чём вы говорили!

— Давай уйдём отсюда, — попросила я, и, кажется, только теперь подруга поняла, как мне некомфортно.

— Так, без паники!

Она подозвала официантку и попросила счёт. Пока милая девушка, явно студентка на подработке, отсутствовала, я быстренько допила остывший кофе. Маринка прикончила свой десерт и как-то подозрительно покосилась на тот столик, где сидел Покровский со своей Алиной.

— Чего ты так туда смотришь?

Сама я старалась лишний раз не оборачиваться в ту сторону. Уже насмотрелась, спасибо!

— Покровский то и дело сюда оборачивается.

— Пусть глазеет, если очень надо!

— Не пыхти, Танька. Сейчас расплатимся и уйдём.

Наверное, мы выглядели очень странно, когда, расплатившись, быстро вскочили и чуть ли не бегом убрались из кафе. Торопилась скорее я, а Марина просто следовала за мной.

Уже по пути на станцию, когда торговый центр остался позади, я пересказала наш разговор с Яром.

— Какая прелесть! Он не забыл про твой День Рождения.

— Марин, ты сейчас только это услышала?

— А что ты хочешь от меня услышать? — вопросом на вопрос ответила она. — Вас всегда тянуло друг к другу.

— Рехнулась уже? — своим возмущением я разве что не давилась.

— Скажи ещё, что это не так, — возмутилась Марина. Светлые брови подруги взлетели вверх, а мимика лица сделалась непередаваемой. — Разве не ты рыдала у меня дома, когда он уехал на учёбу впервые? Не ты переживала, что вернётся Покровский не один, а с какой-нибудь столичной кралей? Не тебя я успокаивала, когда ваш поцелуй так неудачно прервали, а он за тобой не последовал, когда ты убежала?!

— Марина!

— Я уже семнадцать лет Марина! Чего ты как маленькая? Сразу на меня обижаешься. Поговорить вам надо с глазу на глаз! Без меня, без этой Алины, и чтобы дружков его не было близко.

Как же права была Марина. От осознания этого было ещё больнее, чем от её слов, которые нещадно напоминали о прошлом. Минувшие давно дни всплывали в памяти, принося с собой забытые чувства. Небывалый трепет, когда твои губы горят огнём первого поцелуя, нежность и безграничное счастье, в которых утопает душа, и влюблённость, которая заставляет сердце бешено колотиться. А ещё разочарование, стыд, страх неизвестности, когда этот момент разрушается и оставляет за собой вкус горечи…

Я это пережила. Должно было отболеть, когда, обливаясь слезами, проводила часы в объятиях единственной подруги. Как-то сразу стыдно стало за все слова, успевшие вылететь в её адрес.

— Прости меня, — наверное, мой голос был едва различим среди шума автомобилей, гомона прохожих и прохладного ветра, играющего с листьями деревьев.

Мы остановились посреди дороги. Я чувствовала себя виноватой за свою слабость и грубость. Марина крепко обняла меня. Аромат лавандового масла приятно защекотал нос, и на глаза вдруг выступили слёзы.

— Всё хорошо, — тихо сказала она. — Я рядом. Ты всегда можешь поговорить со мной.

Наверное, это выглядело странно. Две девушки стоят и обнимаются, не обращая внимание на глазеющих прохожих. Слёзы всё равно заструились по щекам, как бы я не старалась собрать волю в кулак. В конце концов, это ведь мой праздник, и никто не может мне запретить эту слабость.