Ведьмы Зелёной Волши

Глава 23

Когда-то люди веровали в магию, древних богов, соседствовали с духами большими и малыми.

Горели костры на Ивана Купалу, велись гадания в пору морозной стужи, проводились древние ритуалы полные Силы.

Она родилась летом, в час, когда солнце ещё не выглянуло из-за горизонта, но ночная мгла уже отступила с небосвода. Прохладная роса укрывала высокую траву.

Мать рассказывала ей, что окна в их небольшом домике, плотно закрытые на ночь, резко открылись, когда она сделала свой первый вздох.

Ветер словно приветствовал её в этом мире.

Её назвали Радмилой.

Сейчас это имя помнили единицы, но это было хорошо. Ведь столько силы было скрыто в этом имени, столько власти.

Сейчас её знали, как Ягу. Она была бабкой из древних сказок, хранительницей для духов, стражем границы между двумя мирами, великой колдуньей, которой даровали боги свою милость и обрекли на вечность в заключении.

Она шла по неровной тропинке, среди высоких деревьев. Её хвостатый друг и вечный соратник, заключённый в тело кота, бежал впереди и был не слишком доволен этой прогулкой. Но Рада лишь весело посмеивалась, глядя на это.

— Осталось совсем немного, — приговаривала она.

Но Борис и сам это видел. Он много раз бывал со своей хозяйкой здесь и знал каждый клочок земли.

Радмила дошла до высоких исполинов, которые здесь, на границе миров, считались самыми древними деревьями. Впереди пролегло огромное поле, окутанное плотным туманом.

Дышать вмиг стало тяжело, но девушка из сказок, не сомневаясь ни секунды, пошла дальше. Туда, в туман, за которым скрывался большой особняк. Но она была не единственной, кому была подвластна здешняя материя.

Секунда… и туманное поле сменилось просторной столовой. Девушки-слуги поклонились при виде неё. Как всегда молчаливые и прозрачные.

Шагнул к ней на встречу давний друг.

— Рад видеть тебя, Ягуша, — пропел мужчина с хитрой улыбкой. — Давно ты не заходила ко мне.

Когда-то к его ногам падали девушки. Его боялись, уважали и почитали за мудрость.

Темноволосый красавец с жёлтыми глазами с вытянутым зрачком.

— Я пришла по делу, царь Полоз.

Мужчина скривился, словно что-то поперёк горло встало ему.

— Не называй меня так, Рада. Знаешь же, что не люблю я этот официоз. Тем более какой я нынче царь?

— Так и ты не зови меня Ягой, — попросила она, подходя ближе.

Они крепко обнялись. Два старых друга, которые не виделись очень давно.

— Какое же дело привело тебя ко мне спустя много столетий?

Его слова заставили девушку нахмуриться.

— Неужели уже столько времени прошло?

— А ты и не заметила? — с горечью вопросил он. — Мы собираемся каждый год у меня в замке, чтобы развеять скуку и каждый год зовём тебя, но ты утонула в своём молчании и горе.

— Прости меня, Ян, — с сожалением шепнула Рада, — Не могла я раньше прийти. Много дел было.

— И сейчас ты здесь не просто так.

— Кощей готовится нарушить запрет Богов.

— Зачем ему это делать?

Во взгляде мужчины, известного в историях, как царь, сквозило полное непонимание.

— Я расскажу. Но сначала нужно связаться с остальными, ведь это касается нас всех.

В небольшой комнате у разожжённого камина сидели двое. Один — хозяин дома, другая — рыжеволосая девушка, в чьих волосах искрилось пламя.

Они сидели рядом и смотрели на то, как трещали поленья, а после огонь стал ярче, будто пламя возмутилось. И по комнате пронёсся немного искажённый возмущённый голос.

— Душенька моя, так зачем этому уроду какая-то девчушка? Или он в своей Нави так одичал, что молодая кровь нужна?

В другой ситуации Рада не стала бы говорить, но умолчать о таком перед лицом нависшей опасности она не могла.

Ей пришлось рассказать, почему Кощей положил глаз на Таню и её магию, про то, зачем старому Навьему царю девушка, едва вошедшая в силу.

— Какие удивительные дела творятся у нас под самым носом, а мы и не ведаем, — раздалось задумчивое замечание от маленького зеркала, которое они положили на пол, чтобы лучше было видно собеседника.

— И не говори, Марья, — затрещал огонь мужским голосом. — Ты уверена, душенька, что хочешь того, о чём сама говоришь?

Радмила грустно улыбнулась, ничуть не дрогнув от столь прямого вопроса.

— Я слишком долго выпрашивала у наших Богов эту милость, Горыныч. И они услышали меня.

— Но девушка… не слишком ли это жестоко для неё? — спросила женщина из зеркала. — Ты бежишь от этой судьбы, но при этом не жалеешь юную девчушку.

— Боги дадут ей выбор, — с улыбкой прошептала Рада. — После того, как жизнь её в Яви будет окончена и прежде, чем уйдёт она на перерождение, они спросят у неё. У Тани будет выбор, которого не было у меня.

Они промолчали. Да и нужны ли слова там, где и без них всё было ясно?

Тоска давно съедала их подругу, рвалась душа на волю из душного заточения.

Только сейчас каждый из них осознал, как много времени прошло с той прошлой жизни, когда жили они по соседству с обычными людьми, разделяя вместе с ними и горе и радости.

Когда-то их уважали и почитали, их боялись. Теперь память о них гуляла среди людей старыми сказками, легендами. Но ни один из них не был наказан, как Яга. Или как тот же Навий царь. Но если Ягу наказали за помощь людям, то последнего за жестокость и жадность по отношению к ним и к созданиям магическим и не обладающим способностями. Он мечтал о господстве, но Боги вовремя вмешались, сумев заковать злодея в цепи.

Рада завершила свой рассказ неохотно. В молчании, которое повисло в тёплом помещении, стала остро ощущаться горечь. Но никто из них не стал отговаривать её, молить подумать ещё разок. Хотя она и боялась этого. Они бы не смогли переубедить, но их попытки принесли бы им всем ещё больше печали.

— Мы будем рядом, Рада, — пообещала Марья. — Позови нас и мы задержим Кощея.

Ян кивнул, подтверждая её слова, а от огня пошло утробное гудение.

— Не переживай, душенька. Мы этого ирода отправим обратно в его гнилое царство, как только он явится.

Они поболтали ещё несколько минут, не больше. Всё же настроения не было веселиться.

«Им нужно привыкнуть», — с сожалением признала Радмила, выходя на крыльцо полозовского дома.

Магия отозвалась на желание своей хозяйки и перенесла её от добротного особняка в чащу леса.

Не стала Хранительница границы переноситься сразу к себе в обиталище. Решила немного пройтись пешком. Борис, успевший задремать у камина в доме царя Полоза, вольготно поёжился и недовольно покосился на свою хозяйку. Но Рада лишь улыбнулась.

«Ещё один долг», — мелькнула мысль, но кот, уловив по ментальной связи отголосок её мыслей, лишь фыркнул. И это заставило улыбнуться.

Боря никогда не попрекал её своим положением, хотя она прекрасно знала, как скучает он по своему телу и своей жизни, и как опостылело ему быть заключённым в форму кота.

В чаще этого леса было тихо. Здесь не пели свои песни птицы, не шумел в ветвях ветер. Не было здесь ни жизни, ни смерти.

Сердце Радмилы не плясало от прохлады воздуха и от запахов травы. В отличие от друзей, которые могли спокойно посещать людской мир и даже вернуться при желании на постоянное место жительство, ей оставалось лишь мечтать об этом.

Всё, чем могла довольствоваться Рада, это сны. Яркие, красочные сны других ведьм. Она бродила по образам из реальности в этих снах, прохаживалась босиком по траве, гуляла по золотистому песку на побережье моря. И неважно, где она была в этих снах — у штормового океана, в горах или в тихой деревеньке, окружённой яблонями и соснами.

Её манил запах свободы. Сердце, некогда жаждущее приключений, теперь мечтало о покое и тишине.

Радмила молилась, чтобы Боги выполнили свою часть сделки и сдержали своё слово.

Шла по лесу ведьма Яга, слушая, как шепчется магия об оборотнях, об угрозе, нависшей над ними и о злодее, который начал действовать. Осталось недолго. Нужно было лишь подождать.