Везунчик из Пекла или В поисках золотой жемчужины. Книга 3

Глава 20

— Пожалуйте сюда, куратор.

Водёр первым выскочил из лифта и побежал открывать массивную дверь. Фрэнк замешкался, уступил лидерство бодрому толстячку и теперь обиженно сопел за плечом Франта. Скрипнули петли, под ногами загудел перфорированный металл подвесного трапа. Они очутились на верхнем техническом этаже, объединённом в общую галерею.

Здесь оказалось достаточно многолюдно. На перекрёстках стояли охранники, вооружённые СВДК — крупнокалиберными винтовками Драгунова, по переходам сновали сотрудники в серых халатах. От непрекращающегося движения вся конструкция вибрировала и дрожала, Франт с опаской прижался к перилам — вниз лететь метров тридцать, чего ему очень хотелось избежать. Но кудрявый толстяк ходко семенил впереди, не сомневаясь в надёжности конструкции. Личный пример всегда заразителен, и куратор немного расслабился.

— В этой стороне у нас ферма, — Водёр говорил на ходу, размахивая руками, как ветряная мельница крыльями. В его голосе отчётливо прозвучала гордость, из чего Франт сделал вывод, что толстяк не просто заведующий, а имеет к созданию хозяйства прямое и непосредственное отношение.

— Ферма? — переспросил куратор и, стряхнув руку бросившегося помогать Фрэнка, пошёл следом. Выращивать можно всякое, от устриц до страусов, поэтому хотелось бы пояснений.

— Руберов мы здесь разводим. На жемчуг.

— Так они вроде в неволе жемчуга не дают. Да и процент небольшой, насколько я помню.

Водёр развернулся, хвастливо подбоченился и выдержал театральную паузу.

— У меня дают! Вы скоро лично во всём убедитесь, но давайте начнём по порядку. Здесь, — он ткнул пальцем себе под ноги, — у нас загон для пустышей.

— Зачем вам столько? — удивился куратор, опасливо выглянув за перила.

Внизу действительно бродило десятков шесть заражённых, явно из зелёного сектора шкалы.

— Кормовая база, — охотно пояснил Водёр. — Но это не всё. Я разработал специальную диету для поголовья. Раз в две недели мы отправляем поисковиков, и они нам привозят ещё не переродившийся материал для прикормки. Здесь неподалёку быстрый кластер есть. Как раз за это время перегружается.

Франт давно очерствел душой, но его слегка покоробило. Материал, кормовая база, прикормка… Нет, понятно, что все они станут заражёнными, но по факту безумные учёные скармливали монстрам живых людей. Причём поставили это на поток. Бр-р-р… Лучше об этом не думать.

— Здесь, — Водёр прошёл дальше и остановился над следующим боксом, — откормочная площадка. Мы обычно используем бегунов, с ними проще управиться. Кроме всего прочего, изучаем скорость перехода заражённых вверх по шкале.

Франт посмотрел вниз, потянул носом и брезгливо поморщился. Здесь пованивало. Не так чтобы сильно, но оттенки дерьма и гниющей плоти различались отчётливо. Но — издержки производства, ничего не поделать.

— А не логичнее ли тогда с пустышей и начинать? Для чистоты эксперимента? — спросил Франт, стараясь дышать через рот.

— Пробовали, но так гораздо дольше выходит. Бегуны — оптимальный выбор, — не замешкался с ответом Водёр.

Во втором боксе Франт задержался подольше, рассматривая, как тут всё устроено. Внизу своеобразной спиралью располагались отдельные загоны, соединённые переходами. В каждом сидел заражённый. От поджарого бегуна до мощного лотерейщика.

— Не вырвутся? — уточнил он, кивнув на здоровенную тварь в последней клетке.

— Сорок вторая арматура! — воскликнул Водёр, демонстративно сжимая пухлые пальцы в кулак.

Как будто это что-то гарантировало.

Франт с сомнением покачал головой. На месте Водёра он бы не был настолько уверен. Хотя… лотерейщика должна удержать.

— Отдельные клети, чтобы не сожрали друг друга, — продолжал объяснять технологию Водёр. — Как только последний переходит в стадию рубера, мы его перемещаем к продуктивному поголовью, остальных, соответственно, дальше по загонам. Освободившееся место занимает новый бегун. Мы недавно перешли на поточное производство. Непрерывный цикл, так сказать.

— Я понял, продолжим. — Франт сделал приглашающий жест, и они перешли в следующий бокс.

— А вот как раз то, о чём я вам говорил. Здесь мы получаем готовый продукт. — На губах Водёра появилась плотоядная улыбка.

Франт хотел бы разделить его радость, но не смог, от зловония у него заслезились глаза и сбилось дыхание. Он достал из кармана белый платочек и прижал к лицу — стало немного легче. Но одежду, скорее всего, придётся выкинуть.

Через пять минут куратор проморгался, попривык к смраду и смог продолжить экскурсию.

Третий бокс был разделён на три части бетонными стенами со стальными дверями, открывающимися вверх. В большом отсеке, среди обгрызенных костей и человеческих останков, сидело несколько руберов. Центральная комната оказалась пустой. В третьей располагалось оборудование непонятного назначения: клеть с двойной стенкой прямо у перегородки; внутри неё некий механизм, снабжённый телескопической штангой; вторая клетка, пустая, примостилась у дальней стены, рядом с двустворчатым металлическим шкафом.

Куратор пытался как-то увязать увиденное в единый функционал, но не преуспел и решил уточнить:

— Что там?

— Убойный цех. — Лицо Водёра осветилось незамутнённым счастьем маньяка перед актом насилия. — Моя личная разработка. Сейчас сами всё увидите. Так сказать, в действии.

Он щёлкнул пальцами, и ближайший к ним техник привычно поспешил по лестнице вниз. Из шкафа, на поверку оказавшегося холодильной камерой, он достал говяжью ногу, затем протиснулся в небольшой люк клети со странным механизмом и прикрепил мясо к штанге. Вылез, чуть не разодрав халат, и спрятался во второй. Пока техник занимался странными манипуляциями, другой сотрудник сбросил в центральный отсек ещё несколько кусков говядины.

Водёр вытащил из кармана халата небольшой пульт, зачем-то показал его куратору и нажал одну из кнопок. В боксе противно заорали сирены, по глазам резанул жёлтый свет проблесковых маячков. Франт вздрогнул от неожиданности и даже на секунду зажмурился.

— Началось, — сообщил ему толстяк с придыханием любителя театральных постановок.

Куратор и сам понял, но съязвить не успел. Первая дверь рывком отъехала вверх. Ближайший монстр унюхал лакомство и рванул к угощению, но его сбил с ног другой, самый здоровый. Гигант грозно оскалился, рыкнул на остальных и неторопливо зашёл в промежуточную комнату. Первая дверь затворилась, открылась вторая, высунулась штанга с говяжьей ногой. Рубер ринулся к ней — приманка втянулась, его челюсти лязгнули впустую. Монстр недовольно заурчал и ринулся догонять.

Дальнейшие события протекали настолько стремительно, что ориентироваться можно было только на слух. Торжествующий рык перекрыл звук сирен — рубер настиг добычу; рык перешёл в злобный рёв — понял, что оказался в ловушке; рёв превратился в вой и оборвался на верхней ноте — в клетку подали высокое напряжение.

Франт подбежал ближе, чтобы рассмотреть детали.

По прутьям решётки бегали сполохи рукотворных молний, рубера трясло и корёжило. Наконец он затих, и в атмосферу свинарника вклинился запах хорошо подгоревшего шашлыка.

Толстяк с наслаждением потянул носом и обернулся к куратору:

— Сейчас я докажу, что Водёр слов на ветер не бросает. — Он потряс пальцем в воздухе и побежал к лестнице.

Пока учёный спускался, техник выбрался из укрытия и вырубил систему. Потом вытащил из-под стола багор, потыкал им в обмякшую тушу и отошёл в сторону. Рубер не подавал признаков жизни.

Толстяк, пыхтя от натуги, открыл люк, просунулся в него наполовину и принялся возиться внутри. Виден был лишь толстый зад, обтянутый тканью халата, но ни у кого не оставалось сомнений, чем именно он занимался. Наконец, учёный закончил, неуклюже выбрался обратно и победно воздел кверху сжатый кулак.

— Есть! — торжествующе завопил он. — Красная! Красная!!!

От удачи коллеги Фрэнка перекосило хуже, чем от зубной боли, и он потянул Франта за рукав:

— Пойдёмте отсюда, у нас ещё много дел.

— Конечно, — с охотой отозвался Франт.

Он и сам был не прочь убраться, настолько, что оставил фамильярность Доктора без внимания. Водёр нагнал их у самого выхода.

— Смотрите, смотрите! Красная! Красная!!!

Весь перемазанный в саже и ржавчине, он прыгал вокруг каучуковым мячиком, и всё норовил сунуть грязный кулак под нос Франту. Тот налился краской гнева и уже был готов сорваться на толстяка, но Фрэнк его опередил.

— Коллега, вы переходите границы приличий, — высокомерно процедил он сквозь стиснутые зубы. — Подите… Сдайте продукцию на склад и переоденьтесь. Мы будем в крыле инвазивных испытаний.

Водёр, ничуть не растеряв оптимизма, кивнул и скрылся в лифте, а куратор с Доктором Фрэнком зашли во вторую дверь.

Тут воняло меньше, было светлее и намного просторнее. И как-то технологичнее, что ли. Если в первом крыле Франт не мог избавиться от ощущения, что очутился в хлеву, то этот воспринимался как цех на заводе. Правда, соотношение технический персонал — служба охраны склонялось в пользу последних. И вооружены они посерьёзнее. Марку винтовок, что бойцы держали в руках, Франт с ходу определить не смог, понял только, что калибр крупный. Гораздо крупнее, чем у СВДК.

— Здесь у нас полигон, — Фрэнк начал знакомить куратора с хозяйством. — Изучаем уязвимость высших форм заражённых и разрабатываем методы эффективного поражения. Вся работа ведётся внизу, можем спуститься. Посмотрите ближе, сами попробуете.

— Мне и отсюда хорошо видно, — решительно отказался от предложения Франт. Да и на что там смотреть? Бокс практически пуст. Из десятка клетей у дальней стены только в трёх звенели оковами пленники — лотерейщик, кусач и топтун. Цепи проходили через решётку и были намотаны на бобины с электроприводами, пульты от которых вывели на самый верх. Напротив клеток стойка, как в тире, с разложенным на ней оружием. Франт присмотрелся, но ничего серьёзнее охотничьей двустволки не нашёл.

— Вы из этого хлама эффективно поражать собираетесь? — с усмешкой спросил он.

— Именно, — невозмутимо подтвердил Доктор Фрэнк. — С двадцатым калибром и дурак справится, а вы с пистолетиком попробуйте.

— Скажите ещё — с топором, — поддел его Франт.

Но Доктор ответил на полном серьёзе:

— Нет, топор эффективен только для зелёной шкалы. Жёлтые превосходят человека в силе и скорости, поэтому холодное оружие не работает без специальных навыков. Кстати, мы проводили исследования по этому вопросу, отчёты есть в архиве. Можете убедиться при желании.

— Позже, — отмахнулся Франт и вернулся к предыдущей теме: — Так вы хотите сказать, что сможете выйти с пистолетом против кусача и выжить при этом?

Постановка вопроса задела учёного.

— Я вам сейчас докажу.

Он достал из кармана портативную рацию и распорядился:

— Испытание в первом секторе. Активируйте пятую клетку.

После чего решительным, но слегка дёрганым шагом направился к лестнице. Пока он спускался, двое охранников заняли позицию, изготовившись для стрельбы сверху, к стене с пультами подбежал техник. Дверь узилища под номером пять открылась, и матёрый кусач встряхнулся, натянув цепи.

Доктор Фрэнк не спеша обогнул стойку, выбрал обычный ПМ, передёрнул затвор и замер в позе дуэлянта, удерживая пистолет в согнутой руке. Техник не стал дожидаться особого приглашения и вдавил следующую кнопку.

Лязгнул стопор барабана, цепи со звоном упали на пол, кусач рванулся вперёд.

Каждый прыжок сокращал расстояние. Осталось сделать три, два…

Франт зажмурился. Если монстра не остановят — Фрэнку каюк.

Тварь взвилась в воздух, ощерила пасть…

Раздался одиночный выстрел… и грохот ломаемой мебели.

Куратор открыл глаза и не сразу поверил увиденному. Долговязый учёный демонстративно сдувал дымок со ствола, а перед ним в груде поломанных деревяшек лежал ничком кусач с вывороченным изнутри споровым мешком.

— Просто нужно знать, куда стрелять! И когда! — самодовольно крикнул Доктор Фрэнк и помахал Франту пистолетом.

Такого хладнокровия куратор от него не ожидал. И правильно делал. Хладнокровия не было и в помине, происшествие подействовало на Фрэнка почище наркотика. Он мухой взлетел вверх по лестнице, схватил куратора за рукав и потащил дальше, посверкивая безумными глазами.

— Пойдёмте, я покажу лабораторию, где мы изучаем биологическую броню и возможности регенерации. — Он посмотрел на часы. — Быстрее, как раз должны на забор успеть.

— На какой забор? — спросил куратор, пытаясь высвободиться из цепких пальцев учёного.

— Забор материала, — пояснил Фрэнк, не ослабляя хватки.

Его слова заглушили сирены, и по поверхностям забегали оранжевые блики. В дальней стене разошлись створки сдвижных ворот, пропуская мудрёную лебёдку. Та вытянула за собой матёрого рубера и остановилась в центре бокса. Электромоторы пришли в движение, тросы натянулись, и заражённый повис в позе распятого мученика. Франт даже вырываться перестал, настолько заинтересовался процессом.

Откуда ни возьмись появились двое в глухих прорезиненных комбинезонах с капюшонами и с защитными щитками на голове. Мощный бензорез в руках одного из них уже тарахтел на холостом ходу. Они подошли к руберу, и к какофонии прерывистых звуков добавился ноющий вой болгарки и пронзительный рёв монстра. Алмазный диск на четырёх тысячах оборотов впился заражённому в плечо. Посыпались искры, облаком завихрилась кровавая пыль, пахнуло горелой плотью. Через минуту отрезанная конечность беспомощно повисла на тросе, сжимая и разжимая когтистые пальцы, словно хотела схватить обидчиков.

— Смотрите, смотрите, какой всё-таки удивительный организм! — воскликнул Доктор Фрэнк.

Из культи хлестнула тугая чёрная струя и тут же иссякла — сосуды чудовища сжались, предотвращая кровопотерю. Лебёдка утянула дёргающегося от боли рубера обратно, двери захлопнулись, сирены угомонились. Забор материала закончился.

Франт перевёл дух и спросил:

— А это вам зачем?

Он только сейчас обратил внимание на лабораторные столы и медоборудование, расставленное по периметру. Два экзекутора как раз установили отрезанную конечность на один из них и начали подсоединять к системе жизнеобеспечения.

— Как зачем, как зачем? — снова возбудился Доктор Фрэнк. — Ищем способ имплантировать человеку. Вы представляете возможности такого солдата? Неуязвимость! Мощь!! Сила!!!

— Ну да, ну да, — пробормотал Франт и на всякий случай отошёл от него подальше.

— Пойдёмте, я покажу, какие у нас экземпляры. Мы их в последнем боксе содержим, — всё никак не мог успокоиться учёный.

— Нет, в следующий раз как-нибудь, — решительно отказался Франт, — хочу с документацией ознакомиться.

На сегодня впечатлений более чем достаточно. И насчёт документов приврал. Больше всего ему сейчас хотелось под душ и переодеться в чистое. Куратор развернулся и пошёл к выходу, но доктор Фрэнк его остановил:

— У меня ещё вопрос. Насчёт вашего пациента.

— А что с ним не так? — обернулся Франт.

— Всё так, но кто он и для чего вы его сюда привезли? Подробных указаний не поступало, что с ним делать-то? Мы его пока в изолятор поместили, до особого распоряжения.

Франт остановился и задумчиво почесал подбородок. Он не забыл про Халка, и цель у него была вполне конкретная. Но он пока не знал, как эту цель осуществить. И с кем.

Куратор пытливо посмотрел на учёного и, встретив искрящий неприкрытым безумием взгляд, тяжело вздохнул. Других вариантов-то всё равно нет.

— Слушайте. — Куратор приблизился к Фрэнку и понизил голос до шёпота. — Человек, которого я привёз, употребил золотую жемчужину…

— Золотую? — Глаза Доктора округлились и загорелись желанием. — Вы серьёзно?

— Более чем, — спокойно ответил Франт. — А ваша задача — найти решение, как передать его способности мне. Если надо, я съем его печень. Сырой.

— Какие у вас интересные идеи, куратор, — протянул Фрэнк, убедившись, что собеседник не шутит.

— Имейте в виду, он опытный рейдер и опасный противник, так что охраняйте его как зеницу ока. Это теперь ваш самый ценный пациент.

— Конечно-конечно, я немедленно прикажу перевести его на особый режим содержания.

— И ещё. Если о нашем разговоре узнает кто-то третий, я вас уничтожу и лично скормлю тварям. Это ясно?

И, чтобы не быть голословным, Франт активировал дар.

Учёный судорожно вдохнул, схватился за сердце и упал на колено. Куратор подождал, пока на лице Фрэнка не появился страх, и посчитал демонстрацию силы достаточной.

— Ну так как? — уточнил он.

— Да-да, куратор, я всё понял, — закивал Фрэнк в промежутках между судорожными вздохами. Хотя им руководил даже не страх, скорее — возможность приобщиться к новой тайне Улья.

Золотая жемчужина и её дары. О таком он даже не мечтал.