Везунчик из Пекла или В поисках золотой жемчужины. Книга 3

Глава 18

К смерти в Улье особенное отношение. Здесь смерть обыденна. Здесь каждый ходит по грани. Здесь живут взаймы, а по сути, одной ногой в могиле. Недаром кто-то придумал название «Стикс». Путь в царство мёртвых…

— Как парни? — спросил Бекон Голого.

Тот закончил перевязывать Ворота, вколол ему в бедро дозу спека и повернулся к боссу:

— Рыжий отбегался. У Ворота три сквозных в грудь, Венику прилетело в плечо по касательной. У Путёвого рука в двух местах и, похоже, бедро перебито. Пока держится, но тоже на спеке. Херово, короче, отвоевались, — невесело подытожил рейдер и принялся оттирать пальцы от крови.

— Выживет? — Бекон озабоченно взглянул на Ворота. Тому, несмотря на вколотый наркотик, явно становилось хуже. Он побледнел, часто прерывисто дышал, на губах надувались и лопались кровавые пузыри.

— Да кто ж его знает… — пожал плечами в ответ Голый. — На всё воля Стикса.

Пока шёл разговор, подтянулись остальные пленники. Подошёл Механик со своими бойцами, следом дяловские мужики. Приковылял Кипа со страдальческим выражением на лице. Ефимыч только где-то задерживался. Где — вскоре стало понятно по его тарахтению.

— Ну всё, всё, милые, успокойтесь. Не надо плакать. Всё обошлось.

Монгола кольнуло чувство стыда. За себя и отчасти за Кипу. Пока они тут стояли и тихо радовались освобождению, болтун-Незамай разыскал своих женщин. А маленький сенс прикрыл его и помог. Вот уж действительно, поступок не мальчика, но мужа. Пацана есть за что уважать.

— Есть у кого живец?

Незамай протолкнулся ближе, придерживая за плечо Танату, вторую сопровождал Мямля. Пузо сбегал в машину за фляжкой и напоил женщин. Вторая ещё хлюпала носом, а Танате помогло быстро. Правда, непонятно, что именно, то ли живец, то ли навыки медика. Раненым требовалась профессиональная помощь.

Она высвободилась из рук Незамая и опустилась рядом с Воротом. Прислушалась к свистящему поверхностному дыханию, простучала пальчиками по грудной клетке, пощупала пульс. Перешла к следующему. Осмотрела. Мельком глянула Веника и повернулась к Бекону, безошибочно определив его как старшего.

— Молодые выкарабкаются. Тяжёлый, если не вмешаться, помрёт. Я помогу, но мне нужны инструменты.

А вот с этим засада. «Ангелы» — солдаты удачи, а не бригада экстренной помощи. У них из инструментов топор и лопата, закреплённые на броне. Остальное больше предназначено для отъёма жизни, чем для спасения.

— В бронепоезде медотсек есть. Может, там чего найдётся, — вспомнил Монгол.

Поведение хрупкой девушки мобилизовало его на поступательные действия. Да и остальные пришли в себя. Веника, как легкораненого, отправили наблюдателем на крышу, Кипу, не слушая его возражений, туда же. Остальные занялись делами. Лопата, кстати, тоже пригодилась — своих погибших похоронить.

В медблок отправились целой делегацией. Могол и Бекон как штурмовики, Механик в роли технического эксперта. От Танаты не отходил Мямля, добровольно приняв на себя обязанности её телохранителя. Ну и Ефимыч, конечно. Он всегда был в гуще событий.

— За этим сюда приехали? — спросил Бекон, когда пошли вдоль платформы.

— За этим, за этим, — недовольно проворчал Механик. — По твоей милости у нас минус «Шилка», и я на крыше ещё не смотрел. Конечно, спасибо тебе за спасение, но имущество-то зачем портить?

Претензия, по сути, нелепая, но никто не обиделся, все знали отношение Механика к технике.

— Ну, извини, в следующий раз аккуратнее буду, — ухмыльнулся Бекон и уточнил: — Вообще-то, не у вас минус «Шилка», а у меня. По всем законам, это мой трофей. Честно отбитый.

Механик о такой постановке вопроса не задумывался, да, впрочем, и не хотел.

— Твой, мой. Он тебе на хрен не сдался.

— Ну как сказать. Вам, к примеру, могу продать. В Перевалок, — продолжал цеплять собеседника «Ангел».

— По-моему, этот вагон, — прервал их пикировку Монгол и полез открывать двери.

Оказавшись внутри, он протянул Нате руку. Бекон подсадил медичку, поднялся сам, следом забрались остальные.

Света внутри хватало, только чтобы не спотыкаться, но в медотсеке царила кромешная темень. Капитан достал фонарь и пробежался пятном света по стенам. Шкафов было много, так что шансы найти необходимое возрастали.

— Ната, тебе лучше самой посмотреть, — посторонился Монгол, пропуская медичку. — Дайте ещё фонарь.

Зажглись сразу два. Третий, свой, Танате протянул Мямля.

Девушка открыла первую дверцу, но рассмотреть, что там, толком не успела. Пол под ногами вздрогнул, вагон завибрировал, по глазам резанул яркий свет.

— Да чтоб тебя!

Ефимыч закрыл лицо рукавом и в испуге шарахнулся назад, остальные засуетились. Изменение обстановки трактовалось как угроза, а согласовать действия не успели. В тесном коридорчике тут же образовалась куча-мала. Монгол ринулся к выходу, Мямля поспешил к Нате, Бекон и Механик сцепились автоматами. Наконец разобрались и смогли отступить в кубрик, где и замерли, ощетинившись во все стороны стволами.

— Ната, Мямля, продолжайте искать. Бекон, Механ, за мной. Незамай, остаёшься прикрывать тылы, — приказал Монгол.

— А чё это…

— Незамай! — привычно рявкнул на него Монгол и пошёл вперёд, осторожно переставляя ноги.

— … как Незамай, так сразу тылы… — полетело неразборчивое вслед. Но капитан не услышал, он полностью сконцентрировался на новой задаче. Найти и обезвредить. Остальное его пока не интересовало.

Первый тамбур. За ним ракетный вагон. Капитан ещё на подходе решил, что использует дар — фактор неожиданности, скрытное проникновение и всё такое. Монгол «прыгнул»…

Единственное, в чём он просчитался — товарищей в план действий не посвятил. И чуть не получил пулю в лоб, когда открыл дверь с той стороны.

— Ты бы предупреждал, что ли, — недовольно прогудел Бекон, опуская автомат.

— Предупреждаю, — ухмыльнулся капитан. — Здесь чисто, дальше пошли.

Два артиллерийских вагона осмотрели тем же макаром. Монгол нырял через двери, потом запускал остальных. Наконец остановились у крайнего тамбура. Дальше только локомотив. Последнее необследованное место. Там по любому кто-то есть, поэтому тактику немного поменяли.

Монгол прыгнул, упал, Механик распахнул дверь, Бекон сунулся следом. Все трое замерли с натянутыми в струну нервами и пальцами на спусковых крючках. Никого. Только гул турбин, дрожь стен и яркий свет лампочек по коридору.

— Ты бы пушку сменил, — шёпотом посоветовал зампотех Бекону. — Здесь реактор, а ты из своей дуры таких дырок наделаешь, мало не покажется никому.

Совет запоздалый, но «Ангел» согласно кивнул, закинул ШАК-12 за спину и вытащил «Пустынного орла». Механик сокрушённо покачал головой — так себе замена, если быть совсем честным…

— Пс-с-с! — шикнул Монгол, качнув стволом в сторону приоткрытой двери реакторного отсека.

Похоже, нашли.

Всё это время Антон провёл в дальнем локомотиве. Атомит настолько погрузился в атмосферу сложных механизмов, что позабыл обо всём. Он читал и не слышал, когда началась перестрелка. А может, не обратил внимания. Тем более что толстая броня скрадывала звуки.

Для инженера теория без практики немыслима, поэтому дважды перечитав раздел, посвящённый реактору, Антон пошёл его запускать. Он шагнул внутрь отсека, открыл книжку на развороте со схемой и принялся разбираться на месте. Если верить инструкции, то система заглушена, значит, запускать нужно с нуля. То есть в ручном режиме.

Так, что здесь?

Подача воды перекрыта. Открыть. Он завертел кран, в трубах забулькало. Вроде подал.

Управление регулирующими стержнями. Самое большое колесо. Довернуть на четверть оборота против часовой стрелки. Довернул. Низко загудели набирающие мощность турбины.

Питание внутреннего контура. Перевести тумблер в положение «ВКЛ». Перевёл и зажмурился — тусклый дежурный свет сменился ярким рабочим. Отлично.

Система охлаждения. Перевести в активный режим. Есть. В общий гул добавился шум насосов подкачки и заработавших вентиляторов.

Проверить показания контрольных приборов. Инженер пробежался взглядом по циферблатам — все стрелки в зелёном секторе. Здесь порядок.

Запитать внешний контур и подсистемы. Антон методично защёлкал переключателями и последним воткнул главный рубильник в верхнее положение. Тот с гулким клацаньем встал на место. Состав, словно живое существо, задрожал всем своим бронированным телом и ожил.

Готово!

Реактор запущен. Дальше можно управлять удалённо. Но Антон не спешил.

Он сделал глубокий вдох, закрыл глаза и замер, наслаждаясь содеянным. Каждой клеточкой тела впитывал разлившуюся по отсеку энергию. Представлял, как электрический ток бежит по кабелям. Чувствовал, как требует приложения разбуженная мощь. Невероятная и неудержимая мощь атома!

Всплеск излучения избавил от сомнений, бессилья и страхов.

Он бог!

Бог из машины!

Сила его беспредельна!

Ему не равен никто! Он готов бросить вызов любому — Бур, Раджа, кто там ещё⁈ Он отплатит за всё! Он весь мир на колени поставит!..

— На колени! Руки за голову!

Дверь реакторного отсека распахнулась, внутрь ворвался мужик с автоматом. Второй — огромный — целился из пистолета поверх плеча первого прямо ему в лоб… Мгновенья триумфа сменились очередным поражением. В идеальный мир снова ворвался жестокий Стикс…

Антон испарился, вернулся Сыкун…

— Не стреляйте, я безоружен! — Он изогнулся крючком и в ужасе закрыл голову руками.

— Замер! Замер, я сказал! — Монгол драл глотку не потому, что хотел, а потому, что так научили. — Где остальные⁉

— Один я здесь. Остальные на улице, — пролепетал Сыкун и ещё больше сжался в комок.

— Вышел! Вышел, я сказал! Бекон, принимай!

Монгол, удерживая атомита на прицеле, попятился, сместился немного в сторону. Сыкун сделал один неуверенный шаг, второй… Дальше помог Бекон — ухватил его за шиворот, выволок за порог и с грохотом захлопнул дверь. Атом здесь, конечно, мирный, но ну его на хрен.

— Туда давай, — Монгол качнул стволом в направлении рубки.

— Погоди.

Механик заметил на полу обронённую книжку. Поднял, прочитал название, с удивлением посмотрел на пленника.

— Ты, вообще, кто такой?

— С-сыкун я… Антон то есть… — запричитал тот, захлёбываясь соплями. — Я не виноват… Раджа… Бур… заставили…

Атомит забился в истерике, слова потонули в череде судорожных всхлипов.

— Да погоди ты. Успокойся. Тебя никто не винит.

— Умник я… я не хотел… заставили…

— Да угомонись.

— Не убивайте… Пожалуйста… А-а-а-а!..

— Бля! Да сделайте уже с ним что-нибудь, — бессильно опустил руки Механик.

Бекон встряхнул тщедушного пленника, словно нашкодившего котёнка, утащил в рубку, там швырнул в операторское кресло. Стволы они с Монголом опустили, но Антон ещё минуты три приходил в себя. Наконец он совсем успокоился и уставился на Механика овечьими глазами.

— Давай заново, — зампотех старался говорить спокойно и ласково, как с ребёнком. — Как тебя зовут и кто ты такой?

— Антон я. Атомит из клана Раджи, — всхлипнул тот, но уже без прежней экспрессии.

— Хорошо, Антон. Что ты здесь делаешь?

— Источник ищу. Наш не перегрузился, а нам без источника нельзя. Я поисковый умник в разведывательной группе. Умение у меня, я радиацию вижу. Издалека.

— Сколько в группе, кто старший? — включился Монгол, едва прозвучали слова «разведывательная группа».

— Бур старший. Здоровый такой, — Антон с опаской покосился на Бекона. — С ним вместе одиннадцать нас здесь было. Восемь воинов, и мы с Пархатым. Он тоже умник. Бур шестерых гонцами к Радже отправил, а мы на охране остались.

Монгол пытливо посмотрел на Бекона. Тот с минуту прикидывал: двое в пикапе, двое в другом, расчёт «Шилки» — тоже двое. Одного шлёпнул малыш, второго Веник нашёл, уже мёртвого. Громила с копьём. Девять. Этот десятый.

— Одного не хватает, — сообщил он и выскочил из вагона, включая рацию на бегу. — Голый, у нас беглец.

— Гонцов к Радже? Зачем? — Капитан посчитал, что Бекон справится без его участия, и продолжил допрос.

— Ну так говорю же, наш источник пропал. Это, — пленник крутнул головой, подразумевая бронепоезд, — новый. Раджа ведёт сюда клан.

— Как скоро прибудет?

— Дня два, наверное, может, три. Точнее не скажу, — пожал плечами Антон.

— Откуда их ждать?

— Оттуда, — пленник ткнул пальцем в стену вагона.

— Людей сколько в клане?

— Не считал, но много. Сотни полторы, может, больше.

— Да чтоб вас, блять! — не сдержал эмоций Монгол и призадумался.

Понять его несложно — нескончаемые приключения задолбали бы уже самого обезбашенного авантюриста. А задуматься было о чём. Сотня рыл — это до хрена. Сотня рыл — это рота. А у него двадцати бойцов не наберётся, даже если с бабами считать. И манёвр ограничен наличием раненых. Если сматывать удочки, то Ворота гуманнее будет сразу пристрелить. На самом деле капитан не собирался никого стрелять, просто просчитывал возможные варианты.

— Антон, а здесь ты что делал? — воспользовавшись молчанием Монгола, возобновил диалог зампотех.

— Ну так это… — растерялся атомит от смены темы разговора. — С матчастью знакомился.

— Хочешь сказать, ты реактор запустил, просто прочитав инструкцию? — Механик для наглядности помахал книжицей у него перед носом.

— А что тут такого? Там всё доступно написано, — рассеял его сомнения Антон. — Да и по образованию я инженер. Атомщик.

Зампотех ещё только осознавал размеры их с Монголом везения, а капитан уже включил командирский режим и нацелился на следующую задачу.

— Так, Механ, ты с этим сам разбирайся пока, а я побежал людей расставлять.

Он выпрыгнул на пути и чуть не столкнулся с Беконом. Тот уже возвращался и, судя по довольному выражению лица, с удачей.

— Ну что? — всё же уточнил Монгол. — Нашли?

— А куда ж ему деться? Под колёсами прятался, дурачок.

— Слушай, Бекон, ты не против, если я твоими людьми покомандую? Ситуация у нас усложнилась.

— Попробуй, если получится, — добродушно улыбнулся рейдер.

— Ты давай не лыбься. Пойди проверь, как у Наты дела.

— Как скажешь, командир, — шутливо козырнул Бекон и полез вверх по ступеням.

— К пустой голове руку не прикладывают, — напутствовал его капитан и побежал вдоль состава.

Под настроение Монгол кого хочешь напряжёт, ему даже пробовать не нужно.

— Кипа! — гаркнул он, когда поравнялся с вагоном, где по его расчётам сидел лейтенант.

В ответ тишина.

— Кипа, едрить твою мать!

Над краем крыши появилась взъерошенная голова с заспанными глазами.

— Чего? — едва сдерживая зевоту, спросил он.

— В оба следи, гостей ждём! И не спать мне! — погрозил ему кулаком капитан. — Бинокль с тобой?

— Не, в машине оставил.

Капитан сокрушённо покачал головой. Учит его жизнь, учит… не научит никак. Почему ещё живой — непонятно.

— Мой возьми.

Монгол вытащил из разгрузки бинокль, но кидать передумал. Один же хрен не поймает, раздолбай.

— Веник!

С соседней крыши тот же показался «Ангел».

— Всё слышал?

— Ага.

— Лови. Бойцу моему передай.

Веник ловко поймал бинокль, а капитан побежал дальше, размышляя, какие люди всё-таки разные. Этих двоих хотя бы взять за пример. Считай, пацаны, возраст один, оба с подбитыми руками, но Веника можно в разведку брать, а Кипу утопить хочется.

Тьфу!

Монгол смачно сплюнул себе под ноги и отбросил ненужные мысли. С Кипой он потом разберётся. Если доживёт до этого «потом». Благородные порывы — штука, безусловно, высокоморальная, но на кластерах в любую минуту можно превратиться из спасателя в спасаемого. А если точнее, то в неспасённого. Так что лучше подготовиться к любым неожиданностям и заранее. Для начала вооружиться нормально.

Снаряга Монгола и остальных перевалковских бойцов нашлась там же, где обнаружили девушек, в ремонтной летучке. Это уже потом выяснилось, когда машины обыскали. Монгол без сожаления избавился от оружия атомита и с удовольствием облачился в разгрузку. Собственный автомат он приласкал как родной.

По понятным причинам решили встать лагерем. Ангелы не могли никуда уехать, пока не определятся с ранеными, военные остались с ними. Бросать собственных спасителей было бы по меньшей мере паскудством. Дяловские тоже решили присоединиться ко всем, единственно, попросили машину — барахлишко в посёлке собрать, какое уцелело после нападения атомитов.

Один только вопрос не порешали — с Перевалком связаться не получилось. Случайная пуля раскурочила рацию.