16

Я ПОЧУВСТВОВАЛ могущество.

Так мне казалось. Не просто силу, которая распирает, и думаешь, что способен опрокинуть горы вниз вершинами, нет. Чувство можно было сравнить со вседозволенностью. Когда ты понимал, что мог совершить любой поступок, и некому было дать оценку, некому судить и осуждать. Потому что могущество в том моем понимании в момент обучения или даже инициации, включало в себя множество субъективных ощущений. Но первоначальными стали именно сила и вседозволенность на уровне бога.

Все это даровала Огненная Лестница. Что-то сверхъестественное, даже противоестественное человеческой природе проникало в меня — в тело, разум и душу. Захватывало, но не порабощало, заставляло ценить мир и даровало возможность победить в любой войне.

— Теперь, — произнес Рондал каким-то болезненным голосом и положил мне на плечо руку, похожую на отмершую ветвь, — когда ты прошел посвящение, сила Огненной Лестницы полностью сольется с твоей человеческой силой или сутью. А я… я стану обычным смертным. Но пока этого не произошло окончательно, пока во мне осталось хоть немного сил, я хочу показать барьер. Да, тот самый барьер, разделяющий миры. Может быть, тебе удастся найти в нем брешь. Открывай портал в нутро Вселенной, Эрик. Теперь ты это умеешь.

Захотелось воскликнуть возмущенно: «Как я могу уметь? Мне даже приблизительно не ясно, о чем ты говоришь!»

Однако я промолчал — и правильно сделал. Стоило старому Хранителю заговорить о портале в нутро Вселенной, как мой разум стал как будто включаться заново, начал не просто понимать суть вещей, но находить пути решения любых задач.

Я все знал! Я действительно ВСЕ знал.

Создать проход к сердцу Вселенной не составило труда. Стоило представить портал и конечную точку прибытия, как в памяти всплыло…

Что это? Заклинание? Как такое может со мной происходить? Как вообще такое может происходить?

Обычное, человеческое во мне еще пыталось удивляться и бунтовать. Но другая, новая часть меня, наделенная божественной силой, все знала и принимала с привычным спокойствием.

Всплыли в памяти заклинания и каноны ритуалов. Как будто всегда их знал и применял ежедневно — изменял элементы Вселенной, перекодировал.

Перешел к внутреннему взору. Руки вывели на зеленом полотне огненный узор. Я усмехнулся. До этой секунды мне, непосвященному, казалось, что Хранитель просто делал какие-то пассы. Узор же, по сути, являлся необходимой частью заклинания, вербальные элементы которой должны были произноситься вслух.

Через несколько мгновений перед нами раскрылся зеленоватый портал.

Вокруг царила тьма и ничего, кроме нее. Она обитала здесь с древнейших, доисторических времен. Я не чувствовал под ногами опоры, хотя каким-то образом оставался на месте, а через секунду осознал, что тайна левитации для меня теперь не секрет, а простая способность — легче, чем простой прыжок на месте.

— Протяни руку, — прохрипел Рондал, — Чувствуешь?

— Да, — ответил я.

Моя ладонь уперлась в стену. В стену, которой я не видел, которую не видел никто, даже старый Хранитель.

Барьер невозможно было почувствовать рукой. Он не казался ни гладким, не шероховатым, ни холодным, ни горячим. Но упругой силой сдерживал меня при приближении.

Осторожно я начал исследовать невероятную преграду в утробе Вселенной.

Барьер представлял собой древний сгустившийся пучок энергии неизвестной природы. И энергия эта имела отрицательную относительно ко всему направленность — к предметам, к воздействию, к любой силе и даже мыслям. Барьер отталкивал абсолютно все. Свет, тьму, волны, мысли, живое и мертвое. Идеальная защита.

Для исследования хватило нескольких минут.

— Нет, — сказал я Рондалу, — не чувствую никакой бреши. Барьер в целости и сохранности.

Старик лишь устало вздохнул.

— Тогда возвращаемся, — сказал он и, собрав последние силы, трясущимися от напряжения руками поводил во тьме.

Перед нами раскрылся портал.

— Видимо, было глупо рассчитывать, что сейчас новообращенному удастся то, чего я не смог сделать в расцвете своего могущества.

Зеленоватый портал поглотил нас и закрылся.

Загрузка...