Тайна опозоренной жены (дилогия)

Глава 40

Проснулась я от слов: “Пока рано еще будить госпожу!”.

Мне показалось, что это сказала Мария.

“Да, но нужна примерка платья!”, — спорил кто-то, а Мария шикнула.

— Да проснулась я, проснулась, — проворчала я, вставая.

— Сегодня день твоей свадьбы, дорогая, — улыбнулась Мария, открывая шторы.

Я шарахнулась от солнечного света, словно вампир и зажмурилась.

— Свадьба через два часа, — улыбнулась Мария. — О, как я за вас счастлива. Мне кажется, что лучше пары и представить себе нельзя!

— О! А! — слышался женский крик. — Умираю! Адриан!

— Кто это? — прошептала я, встревожившись.

— А, это прибыла матушка Адриана. Она так умирает уже третий час, — вздохнула Мария. — Но я уверена, что однажды, узнав вас получше, она полюбит вас, как родную дочь!

Мне ее любовь была не нужна. Но крики в доме меня раздражали.

— Адриан! Ты зачем разбиваешь сердца матери! Несите капли! Умираю! — послышался голос герцогини.

— Это она меня так со свадьбой поздравляет? — спросила я полушепотом.

— Она примчалась сюда сразу после завтрака, — произнесла Мария. — И с порога начала убеждать господина Адриана, чтобы он не делал глупостей! В мире еще столько хороших девушек…

— О, я не переживу такого! — простонал голос из коридора. — Ну и что, что королева приказала? Ее величество сейчас болеет! Ты мог бы перенести свадьбу! К чему такая спешка?!

Ее звонкий голос сотрясал окна даже в моей комнате. Мария вздохнула. Я покосилась в сторону приоткрытой двери.

— О, сейчас принесут платье! Оно великолепно! — послышался суетливый голос Марии. — Я когда увидела его, то сразу подумала, что такой красивой невесты еще ни разу не видела столица!

— Вы льстите, — заметила я, глядя на свое отражение. — Все так говорят о свадебных платьях.

— О, мадам! Я никогда не стану льстит! — возмутилась Мария. — Сейчас платье принесут, и вы сами все увидите!

Она выбежала за дверь, а я слышала, как один умирающий лебедь умирала на бис уже какой раз. Это начинало действовать мне на нервы.

Но тут внесли платье, и я обалдела. Я могла представить себе красивое платье, но до такого даже моя фантазия не дотянулась. Я и моя фантазия открыли рот от изумления почти одновременно.

Это было что-то волшебное. Ей- богй! Платье казалось невесомым, тонким, прозрачным и искрящимся магией. Такие я видела только на открытках.

— Ну, я же говорила! — умилилась Мария, пока я рассматривала кружево. — Ни у одной невесты не было еще такого платья!

Теперь я поняла, что мои страдания и нервы того стоили. Мне тут же захотелось его примерить…

— А вот и гарнитур, который подарил вам к платью господин Адриан, — заметила Мария, принимая из рук дворецкого черную бархатную шкатулку. Она открыла ее, а мне показалось, что это — сон. Все внутри сверкало так, что у меня чуть глаза не защипало.

— Фаты, увы, вам не будет. Она вам не полагается, так как это ваш второй брак, — заметила Мария. — Но будет диадема, поскольку вы второй раз входите в королевскую семью!

Сверкающую диадему вынесли на подушечке. А у меня просто не было слов.

Служанки принялись меня мыть, расчесывать и готовить к празднику. Мария дежурила у окна.

— Гости уже собираются! — заметила она.

— Ой, а я же не подписала пригласительные! — опомнилась я.

— Наш дворецкий все подписал за вас, — созналась Мария. — Пока он поправлялся, ему все равно делать было нечего. А у него изумительно — красивый почерк.

Фух! А я-то думаю, что забыла!

— Мадам, вы прекрасны! — прошептала Мария, пока служанки расправляли платье. — О, я представляю, что будет, когда вас увидит господин Адриан. Мне кажется, он в вас влюбится еще раз!

Я подошла к зеркалу, чувствуя, как замирает сердце.

— А вот и ваши духи, — произнесла Мария. — Господин Адриан попросил парфюмера составить ваш аромат…

Я увидела, как на столик встал флакон в форме сердца.

— Такого нет ни у кого, — улыбнулась Мария. — Только у вас!

Осторожно открыв духи, я вдохнула запах карамели и нежной пудры.

— Вам нравится? — спросила Мария.

— Очень, — обалдела я, снова вдыхая запах.

— Осторожней, не пролейте на платье! Сейчас я вам помогу! — суетилась Мария, осторожно брызгая воздух надо мной.

Кто-то постучался в двери.

— Цветы для невесты! — послышался голос, а вместе с белыми цветами внести красивые пирожные на многоярусной подставке.

Все вокруг напоминало волшебную сказку. Я даже и представить не могла, что свадьба может быть такой … приятной. Мне казалось, что меня окружает любовь и забота того, кого я с радостью готова назвать своим мужем. При мысли о том, что сегодня ночью я стану его, у меня внутри что-то сладко перевернулось.

— Туфельки вам не жмут? — спросила служанка, а у меня из-под юбок показался сверкающий носок туфельки.

— Ты посмотри, какая мама — красавица? — послышался голос Милдред. Она внесла малютку Кристиана, который смотрел на меня во все глаза.

— Как он? — спросила я.

— Сегодня намного лучше! — кивнула Милдред. — Немного почихал с утра, но потом прекратил.

Маленький дракон смотрел на меня как на сокровищницу, а его ручка тянулась к гарнитуру, который покоился у меня на груди.

— Вам пора, — послышался голос дворецкого. — Бесподобный Аскель уже прибыл.

Я поцеловала Кристиана, попросила Милдред беречь его, а сама направилась в гудящий, как улей холл. Разодетые дамы при виде меня ахнули и тут же стали хлопать в ладоши. Я спускалась по лестнице, видя только Адриана.

— Ваш букет, — прошептала Мария, сунув мне в руку цветы. — Вы забыли его на столике…

Прижав букет к груди, я спустилась и почувствовала, что все взгляды прикованы к нам.

В зале заиграла нежная музыка, а я почувствовала, как Адриан ведет меня вперед по алой дорожке, усыпанной лепестками роз.

Я видела сверкание бриллиантов, блеск бокалов, слышала завистливые голоса, а потом под самым сводом арки увидела бесподобного Акселя, который стоял со своей котомкой. Гости стояли за десять шагов от бесподобного, а мы буквально в двух шагах. Женщины все так же сохли по Акселю, который не обращал внимания на красавиц. Его атлетическая фигура была подчеркнула розовой тогой, вызывая интерес у дам.

— Сегодня мы собрались здесь, — начал бесподобный. — Чтобы объединить два сердца и исполнить волю ее величества королевы. Но больше для того, чтобы объединить два сердца…

Сбоку я увидела мать Адриана, которая стояла, словно на похоронах. Ее скорбное лицо выражало брезгливость и трагедию, но никто не обращал внимания на ее тонкую ниточку сжатых губ.

— Герцог Адриан, — начал Бесподобный Аксель, но тут же осекся. Еще бы!

— Остановите свадьбу! Немедленно!