Глава 27

— Майкл! — закричала она.

— Что ты делаешь в шкафу? — ошеломленно спросил он. Элисон буквально упала в его объятия и обвила своими бессильными руками его шею.

— Майкл, Майкл, Майкл, — стонала она, уткнувшись носом ему в плечо.

— Все будет хорошо. Я же здесь.

— Я не могу…

— Успокойся. Я держу тебя. — И он сильнее прижал ее к себе, чтобы дать ей почувствовать, что она в безопасности.

— Я видела кровь, запонку.

— Все будет хорошо, — повторил он. — Все-все-все.

— Голова болит! — вскрикнула она, сжимая руками виски, где бешено пульсировала кровь. — Мне так плохо.

— Знаю. И я знаю, почему тебе плохо. Скоро все пройдет, и ты будешь прекрасно себя чувствовать. Он перенес ее на кровать и присел рядом.

— Успокойся, тебя никто не обидит, — мягко сказал он, словно и не было никогда никакой опасности.

— Как это, Майкл?

— Скоро, скоро, — сказал он.

— — Ты здесь.

— Да, и мне многое нужно объяснить тебе.

— Объяснить?

— Да. За последние несколько часов я раскрыл тайну этого дома. Знаю, в чем заключается роль отца Галлирана. — Элисон вздрогнула при упоминании о таинственном священнике. — Пойми, человеческий мозг просто не в силах это усвоить.

Элисон озадаченно смотрела на него.

— Я расскажу тебе все, но сначала ты должна взять себя в руки и успокоиться. Ты вся дрожишь.

— Со мной все в порядке, — сказала она. — Я хочу знать все. Говори.

Майкл взглянул на нее, сомневаясь, готова ли она услышать то, что он собирался сказать, и начал:

— В это просто невозможно поверить!

— Во что?

— В это. — Он вытащил из кармана листок с переводом Рудзински. — Ты когда-нибудь читала это прежде? Элисон пробежала глазами текст.

— Нет, — уверенно заявила она.

— Читала, только на латыни, в книге. Видишь, я сделал перевод. Но этих слов не было в той книге, хотя ты определенным образом получила их через нее.

— А где же они были?

— Латинский вариант фразы внедрили в твой мозг, так что когда ум твой освободится от всей прочей информации, в нем останутся только эти слова. Это команда.

— Майкл, я…

— Пока тело твое и мозг очищались, тебе постоянно было плохо, у тебя болела голова, тебя мутило.

— Но…

— Я все объясню. Наберись терпения. — Он поднялся с кровати, подошел к шкафу и, достав оттуда книгу, возвратился. — Знакомо тебе это произведение?

— Смутно.

Майкл раскрыл на коленях «Потерянный Рай» Мильтона. Найдя нужную страницу, протянул книгу Элисон.

— Ну и что ты скажешь?

Элисон опустила глаза в книгу и прочла: «Книга четвертая».

— Но Майкл, это нелепо! Я никогда не читала «Потерянный Рай» ни по-английски, ни по-латыни.

— Это отнюдь не нелепо. Отнюдь. — Майкл встал и с книгой в руке прошелся по комнате, словно профессор перед аудиторией. — Данная цитата является предупреждением ангела Урйила ангелу Гавриилу, охраняющему Рай. Урйил узнал, что злой дух бежал из преисподней и направляется к Эдему. После его предупреждения Гавриил отправил двух ангелов к Адамовой куще. Они обнаружили там Сатану, который, оборотясь жабой, прикорнул над ухом Евы, и вышвырнули его из Эдема. Но Сатана под видом; вечернего тумана вновь проникает в Рай с коварной целью и вселяется в спящего Змия. После этого произошло грехопадение человека. Интересно?

— Да, — ответила Элисон, пораженная блеском его эрудиции.

Майкл заглянул в книгу.

— Сторожевые ангелы покидают Рай и возвращаются на небеса, — сказал он и зачитал:

Отряды Ангельские, торопясь, На Небо из Эдема воспарили, Супругам соболезнуя, грустя Безмолвно, ибо ведали уже О их грехопаденье и безмерно Дивились: как незримый Враг проник Украдкой в Рай?

— Бог простил их и послал Своего Сына судить ослушников. Грех и Смерть, до сих пор сидевшие у врат Ада, последуя Сатане — их властелину,

— стремятся проникнуть в обиталище человека.

— Это смешно, Майкл.

— Ш-ш-ш, — он прижал палец к губам. — Слушай. Элисон кивнула, сморщилась от боли и снова кивнула. Майкл улыбнулся, подошел к окну, держа раскрытую книгу перед собой, и продолжал:

— Сатана вернулся к своим легионам и поведал о своей победе, о новом мире и призвал их следовать за собой в новое царство. Вместо рукоплесканий в ответ раздается соединенный свист и шипение всего собрания, обращенного, вместе с Сатаной, в змиев, согласно приговору, произнесенному в Раю.

Майкл закрыл книгу и поставил обратно в шкаф.

— Мне плохо. Уедем отсюда, пожалуйста.

— Я не закончил.

— Потом закончишь.

— Нет, сейчас!

— Но Майкл, какой в этом смысл? Он строго взглянул на нее.

— Смысл есть. Я пытаюсь объяснить тебе, что здесь происходит и кто ты есть.

Элисон вздрогнула и пристально уставилась на него.

— Кто я есть?

— Ты страж, — холодно произнес он. — Ты сменишь отца Галлирана, который был им до тебя. А до него были другие, целая вереница стражей, восходящая к ангелу Гавриилу.

— Что?

— То, что ты слышишь!

— Нет. — Она покачала головой. — Я ничего не понимаю.

— Когда человек был изгнан из Рая и поселен на Земле, Сатана поклялся, что вернется со своими легионами. Так что Богу пришлось поставить часовых и в новом мире. Но он решил, что ангелам не подобает охранять этот мир, ибо в утрате Рая не было их вины. Грехопадение совершил человек, человек и был поставлен на стражу. Как Гавриил… Как отец Галлиран… И вот теперь ты. Все стражи своим избранием обязаны собственным прегрешениям. Все они пытались убить себя. Они призваны не только охранять Царство Божие, но и искупить свои грехи против самих себя и спастись от вечного проклятия!

— Это смешно!

— Разве?

Элисон рассмеялась, превозмогая боль.

— Если бы Бог захотел выбрать часового, он никогда не выбрал бы меня.

— Она снова рассмеялась. — После всего, что я… И кем я была…

Он криво ухмыльнулся.

— Пути Господни неисповедимы. Эти же слова Элисон слышала совсем недавно в церкви.

— Знаешь, каким образом ты попала в этот дом?

— По объявлению в газете, которого ты не смог найти.

— Тебя заманили. Никакого объявления в газете не было. Его внедрили в твой мозг так же, как и фразу из книги. Тебе просто было приказано прийти сюда и дождаться момента, когда отец Галлиран передаст тебе распятие и ты займешь его место. Управлял всеми действиями, обеспечивал твою безопасность бдительный священник. Компаньон мисс Логан. Монсеньер Франкино. Он убрал тело убитого тобой сыщика. Которого, кстати, нанял я, чтобы он обыскал здание и подтвердил или опровергнул все то, о чем ты рассказывала. Франкино отдавал приказания мисс Логан, тоже агенту церкви. Он организовал ее исчезновение, когда страсти слишком накалились.

Этот дом — мост, перекинутый через Хаос. Он связывает Врата Ада с границей этого света. Здесь сиди! Страж, ангел Божий на земле и наблюдает за силами зла. — Голос Майкла звучал все громче и громче. — Здесь будешь сидеть ты, когда завершится превращение. Это произойдет сегодня ночью — если никто не помешает. Ты избавишься от всех своих знаний и способностей, станешь дряхлой и страшной, тебя невозможно будет узнать. И ты навсегда усядешься в кресло. Чтобы наблюдать и ждать.

— Что значит «если никто не помешает»?

— Могут помешать. Тебя пытаются уничтожить, заставив отречься от самой себя. Отказаться от собственной жизни. Повторить свой главный грех. Это сложная задача. Вот почему цепь никогда не прерывается. Миссис Кларк, лесбиянки, прочие, кого ты видела, твой отец — все они солдаты легионов Сатаны. Они уже попытались помешать однажды — в ту ночь, когда ты встретилась со своим отцом — и сегодня они попытаются вновь. И если им это удастся, адские орды ринутся на Землю.

— Прекрати это! Прекрати! Чего ты добиваешься? Чтобы я сошла с ума? Бред какой-то.

Майкл бросился к ней и порывисто обнял ее.

— Успокойся. Я же здесь, значит, все будет хорошо. Я остановлю их, но ты должна поверить мне.

— Майкл… Я… — бормотала Элисон, схватившись руками за голову. — Как можно в это поверить?

— Поверить можно, потому что это — правда. Теперь пошли. Я покажу тебе кое-что.

Элисон начала с трудом приподниматься на кровати, но остановилась и как-то странно взглянула на него. Она прижала руку к губам, мгновение подумала и спросила:

— Почему ты не отзывался?

— Я ничего не слышал.

— Но я просто надрывалась.

— Двери в квартирах толстые.

— Какая разница: ведь я была в гостиной.

— Что-что? — переспросил он, не совсем понимая, о чем идет речь.

— Ты не мог не услышать меня, сидя в стенном шкафу в гостиной!

— Мог, — тихо ответил он.

— Майкл! — взорвалась она. Он нахмурился:

— Я вовсе не был в стенном шкафу. Элисон судорожно глотнула воздух.

— Дверь была заперта на засов. Как ты вошел? И откуда ты все это знаешь?

Майкл глубоко вздохнул и уже открыл было рот, чтобы ответить, как Элисон вдруг вскрикнула. В темноте, у двери стояла, выгнув спину и округлив глаза, кошка. Джезебель.

— Кошка! — кричала Элисон, забираясь обратно на кровать и прижимаясь к спинке, чтобы как можно большее расстояние отделяло ее от кошмарного животного.

Кошка зашипела и приблизилась на дюйм.

— Убей ее!

— Нет. Мне интересно, чего она хочет, — сказал Майкл.

— Убей ее! — истерически визжала она. Кошка прыгнула на кровать, подкрадываясь к добыче.

Элисон вжалась в спинку, оцепенев от ужаса. Майкл взял ее за руку, пытаясь успокоить. « — Убей ее!

Кошка пробиралась по кровати и наконец замерла прямо перед ними, приготовившись к нападению. Она злобно зашипела на Элисон и прыгнула… Майклу на колени. Уютно свернулась в клубочек и еще раз злобно прошипела в сторону Элисон.

Элисон перевела дыхание и вопросительно взглянула на Майкла.

— Майкл, я не… — бормотала она, буквально каменея от страха перед маленьким исчадием ада.

— Ты не понимаешь? — невозмутимо спросил он, поглаживая кошку.

— Нет! — закричала она. Выскочила из кровати и бросилась к окну. — Я ничего не понимаю, но я чувствую, что ты — это зло!

— Что ты, я добрый! — Он разразился смехом, который становился все громче и громче с каждым разом, как он набирал в легкие воздух. Что-то странное появилось в нем, отчего волосы на голове у Элисон зашевелились. Это было по-настоящему страшно. Майкл кричал:

— Меня убил священник Франкино, когда я пытался задушить отца Галлирана, и я проклят во веки веков за свои прегрешения! За то, что нанял Бреннера для убийства своей жены Карен! — Он продолжал хохотать, тело его содрогалось. — Я из легионов Сатаны!

На ее глазах дух его, ласкающий кошку, становился прозрачным, бесцветным, казалось, он мог развеяться от малейшего дуновения ветерка. Смех и звук его голоса словно исходили откуда-то издалека, из царства греха и зла.

Элисон метнулась из комнаты вдоль по коридору к выходу. Запутавшись в замках, слыша медленно приближающиеся шаги, она поняла, что не сможет победить. Если победит он, она будет уничтожена. Но и в случае своей победы она исчезнет, приговоренная к вечному сидению у окна во искупление своих грехов. Но когда, наконец, ей удалось повернуть ключ в замке, отодвинуть засов и снять цепочку — в это самое мгновение она решила, что раз суждено ей быть побежденной, пусть победителем будет Бог. И она станет сидеть и смотреть и превратится в стража его, и спасет себя от проклятия.

Элисон распахнула дверь, бросилась вниз по лестнице на второй этаж, мгновение помедлила перед дверью квартиры 2-А, пробежала через холл и, замерев спиной к надписи, которую все еще не замечала, взглянула вниз. Она пошатнулась и схватилась за перила, чтобы удержать равновесие. Сзади раздавались шаги. Элисон понеслась вниз, спотыкаясь, падая и на этот раз позабыв проверить прочность перил. Она пробежала мимо висящего на стене зеркала и остановилась как вкопанная.

— Добро пожаловать домой, — ласково проговорил Чарльз Чейзен. Он стоял в дверях, одетый так же, как и в тот вечер, когда впервые появился у нее. — Не бойтесь, — сказал он. — Я ждал вас. Я прямо-таки мечтаю о том, как мы вместе произведем перестановку в моей квартирке. У вас такой тонкий вкус. А сами вы такое милое дитя. Я просто млею от восторга, когда вы рядом.

Элисон медленно пятилась назад.

— Джезебель была счастлива, что вы пришли поздравить ее с днем рождения, хотя и не нашли времени купить подарок… В следующем году я дам вам знать пораньше. Непременно!

— Нет! — вскрикнула Элисон.

— Тц-тц, зачем так громко, моим старым ушкам больно. Такое хрупкое дитя и столько шума! — Он начал приближаться к ней.

Элисон похолодела. Она увидела свое отражение в зеркале. Что случилось? Она выглядит старухой, в сотни раз хуже, чем когда вошла в дом. Она закричала и закрыла лицо руками.

А Чейзен продолжал неумолимо приближаться мелкими, аккуратными шажками — Да, — снова произнес он. — Добро пожаловать домой. — Неожиданно уныние улетучилось с его лица, взгляд его посуровел, рот искривился от ярости. Он напрягся, воздел вверх руки, словно проповедник, обращающийся к пастве, и принялся извергать изо рта громовые мольбы. Стены здания задрожали. — Я преуспел в задуманном превыше всех надежд, и воротился, чтобы с торжеством вас вывести из адских недр, — кричал он, словно помешанный, — проклятой, мерзостной юдоли бед, застенка нашего Тирана.

В глазах у Элисон потемнело.

— Мир обширный достояньем вашим стал, немногим хуже отчины небесной, в опасностях великих и трудах, добытый мною.

Она продолжала пятиться назад, а он медленно надвигался, раскинув руки в предвкушении добычи.

— Долго б повелось повествовать о том, что претерпел, пучину невещественную, хлябь безмерную, где правит искони разлад ужасный; ныне Грех и Смерть соорудили там широкий мост, дабы ваш славный облегчить исход.

Отступать стало более некуда, Элисон начала подниматься по лестнице, понимая, что попала в ловушку.

— А что теперь вам, боги, остается, как не встать и поспешить в блаженную обитель!

Он стоял, подняв руки.

Элисон ощутила вибрацию у себя под ногами. Обернулась и увидела, что лестница и холлы заполнены бесцветными неясными фигурами.

Каждая клеточка ее тела горела, словно ее уже жгли адским огнем. Она не знала, куда идти. Назад? В эту толпу? Или вперед? Она неохотно двинулась назад. Назад! По холлу второго этажа, вверх по лестнице, на третий этаж, где на полу была кровь Майкла и лесбиянки Сандра и Герда, совершенно голые, смотрели на нее и ласкали друг друга. А рядом стояли Малькольм с женой. Идти дальше некуда. Сзади по лестнице поднимался Чейзен.

Дико озираясь, Элисон прошмыгнула в дверь квартиры 3-Б и вскрикнула. На полу лежало истекающее кровью тело Майкла. Бескровные его губы посинели.

Она подбежала к стене и оглянулась. Из спальни вышла миссис Кларк. Вслед за ней выплыли огромные сестрицы Клоткин, их отвратительно колыхающиеся тела внушали ужас. Появился детектив Бреннер. Все они остановились в нескольких ярдах от Элисон и замерли в ожидании.

— Оставьте меня! — закричала Элисон. — Дайте мне умереть! — Из груди ее вновь вырвался вопль. В противоположном конце комнаты неподвижно стоял ее отец. Она всхлипнула. Он не шелохнулся. Он ждал чего-то.

Дверь распахнулась и вошел Майкл. Остановившись у своего мертвого тела, он обернулся к двери. Вслед за ним появился Чейзен — на плече у него подпрыгивал Мортимер. Он прошел в центр комнаты и поднял руки; голоса его паствы смешались в невообразимом режущем ухо крещендо. Не переставая шипеть на Элисон, к хозяину подбежала Джезебель.

Чейзен опустил руки и шум мгновенно прекратился.

— Ты избранница Господа Бога, Тирана и нашего врага, — обратился он к Элисон. — Ты призвана защищать и охранять вход на Землю. Ты призвана получить знак власти Господа от предыдущего стража и занять его место. Таково твое предназначение, и ты будешь уничтожена, если мы победим. Настал час решительных действий. — Он повернулся к своей Армии. — Мы выполним предначертанное и превратится она в одну из нас и восстанем мы и поспешим в блаженную обитель и предадим весь мир в добычу Смерти и Греху! — Он снова обернулся к Элисон, потрясая скипетром. — Ты сама предашь себя проклятию!

Чейзен вновь поднял руки и вновь пение, бряцание оружия и отзвуки самого Ада заполнили здание. Элисон начала медленно оседать на пол, содрогаясь всем телом. Изо рта у нее текла кровь, ее рвало, она не принадлежала больше самой себе, и она жаждала смерти.

Монсеньер Франкино распахнул дверь квартиры 5-А. Рядом с ним в дверном проеме стоял отец Галлиран. В протянутой руке он держал крест, другую руку прижимал к измученной своей груди. Он двинулся вперед, даже дыхание давалось ему с огромным трудом. Он должен был разыскать Элисон и передать ей распятие, дабы не разорвалась цепь и не расчистился путь греху и злу.

Армии ночи восстали, звеня оружием и доспехами. Они бросались на крест, но высшая сила сокрушала их. Легионы выходили на бой со старым священником. Но он шел сквозь всю эту суету. Он шел. Он шел. Отыскивая в толпе своего преемника. Избранника Божьего, Стража.

Загрузка...