Система 3. Грань

Глава 2 Отчаяние

Словно по сигналу, со стороны капсульного сектора начали стягиваться союзовцы.

— Какие хмурые, — с жалостью в глазах наблюдала Айви, как все двадцать два местных жителя становились полукольцом передо мной и «Валькирией». — Они как будто с похорон пришли.

Эээ, нет. Я не раз бывал на похоронах. Там куда веселее, чем здесь.

Как и в случае с шептунами, все союзовцы были одеты идентично — ХБшные комплекты цвета хаки и тельняшки. А для дождливой погоды, как сейчас, у них имелись прозрачные дождевики.

Да уж, не густо у ребят с гардеробом. Видимо они за всё время так и не смогли отыскать безлимитных чертежей для репликатора, чтобы расширить коллекцию своей одежды.

Впрочем, сейчас это было далеко не самое важное.

— Ещё раз спасибо тебе, волевик, — закинув автомат за спину, та девушка, что ещё недавно целились в меня, подошла ко мне. — Ты даже не представляешь, как вовремя ты пришёл.

София Дубова, уровень 13.

Сущность: человек.

— Ух ты, ещё одного человека нашли, — улыбнулась Айви. А затем с оценивающим прищуром начала водить взглядом по сторонам. — Подожди-ка… Костя, да тут почти все человеки.

Я тоже провёл глазами по рядам молчаливых союзовцев, которые стояли под дождём с такими лицами, будто и впрямь кого-то хоронили. Интерфейс послушно начал транслировать их имена и сущности. В итоге обнаружилось, что среди них было всёго пять печаток. Все остальные — человеки.

Не многовато ли для одного лагеря?

— Однозначно перебор, — согласился со мной напарница. — Человек — явление редкое. Союзовцы не могли столько срыбачить. Тут явно какой-то подвох.

Пока я рассматривал угрюмых человеков, в памяти всплыл рассказ «Капитана» о том, что кузнецы в последнее время очень сильно досаждали «СОЮЗу». Также вспомнил о том, что на прошлой неделе враги убили очень много людей «Капитана» на сборе ресурсов.

Да и в инкубатор за новым уловом, где меня и срыбачили, Пал Андреич отправился не от хорошей жизни. А от того, что банально не хватало рук в лагере.

И вот, посмотрев на эти немногочисленные хмурые и голодные лица, я понял, что глава «СОЮЗа» свою историю сильно упростил. Дела у местных куда хуже, чем Пал Андреич описывал. Они буквально всем своим внешними видом кричали о своём крахе, как клана.

— Кстати, занятный факт, — подметила Айви. — Если все участники клана умрут, то все системы лагеря сбросятся к базовым настройкам. После этого такой лагерь может быть присвоен кем угодно. Может, в этом и заключается задумка кузнецов?

Уморить союзовцев голодом? Звучит, как план

— Стесняюсь спросить, — аккуратно обратился я к Софии, чтобы никто не услышал. — Как вы докатились до такого?

— Это всё кузнецы драные, — прошипела девушка, подтверждая догадку Айви. София единственная из всех присутствующих не накинула на себя дождевик и оттого её одежда к этому моменту промокла до нитки. А светлые волосы то и дело прилипали к лицу. — Задраконили нас так, что вон, — она всплеснула руками, показывая на своих товарищей, — в лагере остались две с половиной калеки. Каждый, кто за последний месяц выходил за стену, обратно не вернулся. Мы теперь даже ворота боимся открывать.

— Печально, — ещё раз глянул я на союзовцев, в чьих глазах легко читалось отчаянье. Они даже интереса ко мне не проявляли, будто волевики к ним на постоянной основе захаживают. — В таком случае давайте не будем тянуть. Показывайте, где у вас тут принтер. Поставим «Капитана» на печать и заодно расскажите поподробнее, как у вас тут дела обстоят.

Егорыч приказал всем сюзовцам отправиться по домам. Походкой потерявших страсть к жизни людей, те разошлись по капсулам, что громоздились над шумящей из-за дождя водой.

«Валькирию» Железяка загнал боксы, которые стояли вдоль стены недалеко от ворот. Мест там было прилично, машин на десять. Но никакого транспорта внутри не оказалось. Как объяснил Егорыч, всё было потеряно на последних вылазках вместе с людьми. То есть отняли или просто взорвали кузнецы.

— Автомеханика мы тоже потеряли, — с досадой сообщила София, с неподдельным интересом рассматривая «Валькирию» со всех сторон. — Единственное, чем можем помочь твоей тачке, это заправить её. Чего-чего, топлива и воды у нас с избытком.

— В отличии от всего остального, — добавил Егорыч, который тоже оказался человеком.

— Вот с этого места, пожалуйста, поподробнее, — обратился я к старику…

— Ну как тебе сказать, сынок, — бросил старик на меня короткий взгляд и сразу же отвёл глаза, — мы тут последний хер без соли доедаем. Ресурсов почти не осталось. Еду экономим, как можем, но она всё равно на исходе. От силы неделю ещё продержимся, а дальше… — он осёкся, не в силах продолжать свой рассказ.

— А дальше начнём подыхать от голода, — закончила за него София. — Ну либо выйдем за стены и нас убьют там.

— Печаток убьют, — поправил девушку Егорыч. — А из человеков сделают рабов.

— Да уж, перспективы хреновенькие — подошел я к одному из шкафов, чьи полки были завалены различным инструментом. — Одномоментно такое не решить. Кстати, — вспомнил я про личные запасы и счёл нужным упомянуть об этом. — У меня а есть немного провизии. Могу…

— Не надо, — остановила меня София. — У тебя же там не грузовой контейнер с едой. Уверена, при тебе запас на пару-тройку дней на одного человека. А нас тут двадцать два. Даже на перекус никому не хватит.

— Логично, — согласился я с блондинкой.

— Константин, — с тревогой в голосе заговорил аватар Айви. — Мы должны помочь этим людям. Как ты считаешь?

Поможем. Но всё по порядку.

Из боксов мы отправились в печатных цех. Тот находился не под землёй, как это было в лагере шептунов, а в огромном кубообразном здании из пластобетона. Частично утопленной в реку, куб стоял с противоположной стороны от спального сектора. Вело к нему тропа, выложенная из красного кирпича.

С учётом увиденного ранее, я приготовился к тому, что и в цеху будет царить полный бардак. Как минимум, ожидал, увидеть воду по колено. Но, к моему удивлению, ни с чем подобным столкнуться не довелось.

Внутри цеха-куба кроме основного первого этажа, на котором не имелось никаких перегородок, было ещё несколько разноуровневых галерей, протянутых вдоль разных стен. Каждый такой уровень был приспособлен для выполнения конкретных задач.

— Внизу у нас строительный цех, — показал Егорыч на две массивные печи-принтеры, предназначенные для печати металла и полимера. — А этот, — кивнул он на самый большой репликатор, стоящий у стены, — может создавать самый разный строительный материал — от кирпича и пластобетона до синтезитовых элементов.

— Ага, только вот для металлических строительных изделий у нас ни одного чертежа нет, — хмыкнула София. — А в остальном, да, потанцевал у этого аппарата огромный. Хоть небоскрёбы поднимай.

— Вон тот принтер, — показал старик на устройство, похожее на большой самогонный аппарат, рядом с котором громоздились канистры и бочки, — гонит топливо и масло для машин.

— ГСМ-принтер? — оценил я аппарат. — Неплохо.

— А там, на первой галерее, — продолжал Егорыч мини-экскурсию, — расположена оружейная с торговым терминалом. Чуть выше — био-конвейер. На нём у нас печатаются пайки, консервы и прочие вкусности.

— Пе-ча-та-лись, — по слогам отточила София. — Уже месяц репликатор простивает.

Я достал из подсумка пакетик с хлебцами, на котором было указано: «Продукт произведён на печатном конвейере лагеря 'СОЮЗ». Продемонстрировал его хозяевам.

— Теперь я знаю, где это было приготовлено, — произнёс я. — Кстати, ваши пайки ИРП-100 просто песня. Третий день на них живу.

— Рада, что тебе понравилась, — лёгким смущением отреагировала София.

— Софа, кстати, у нас за био-принтер отвечает, — объяснил Егорыч реакцию девушки. — У неё дар повара. А также специализации повара-кондитера и технолога-кондитера. ИРП-100 — это её собственное изобретение.

— В таком случае, больше спасибо, — кивнул я девушке. — Кстати, а много ресурсов нужно для работы биопринтера? — решил уточнить я. — А то у меня в машине биоматериала печати уже килограмма два скопилось. Валится и валится с тварей. Самому мне эти штуки ни к чему, но слышал, что они как раз используются для печати еды.

— Еды и живых организмов в том числе, — София округлила глаза и потянула руки ко мне, будто желая обнять. — Из двух кэгэ БМа я могу сорок пайков напечатать. Людям на пару дней хватит.

— В таком случае забирайте, мне не жалко, — я глянул на своегос путника, что всё это время летал рядом с нами. — Железяка, будь другом, метнись за БМами по-молодецки.

Дрон, пропищав что-то на своём языке, послушно покинул цех и отправился в боксы за биоматериалом.

— Спасибо, — положила София ладони мне на грудь. — Это же целых два сытых дня. Я так благодарна тебе. Мы все… должны будем тебе.

— Пожалуйста, — улыбнулся я. — Но никакой платы не надо.

— Еще раз спасибо, — девушка не удержалась и приобняла меня. — Если вы не против, я пойду готовить конвейер к работе.

— Прямо ночью решла заняться этим? — удивился я.

— Люди уже давно не ели ничего вкусного, — ответила София. — Второй месяц на пустой гречке сидим.

— Без соли, — добавил Егорыч, — и без хлеба. Ступай, Софа. А я Покажу Константину всё остальное.

София побежала к своему принтеру.

Я тем временем глянул наверх, на самую верхнюю галерею.

— А там у вас, как я понимаю, воскрешатели? — спросил я.

— Правильно понимаешь, — кивнул Егорыч. — Поднимемся?

Преодолев железную винтовую лестницу, мы со стариком добрались на верхнюю галерею, где нашлись сразу четыре яйцеобразные капсулы.

— А вот с этими штуками, смотрю, система вас не обидела, — хмыкнул я, глядя на пустующее репликаторы. У шептунов таких было всего два. — Как понимаю, для возвращения печаток к жизни у вас тоже ресов нет?

— Не только, — пожал плечами Егорыч. — Нам по сути и воскрешать-то некого. Мозговые мосты пропавших печаток нам ведь никто не возвращает. Кузнецы все забирают себе и делают из них ошибок. Кстати, — серьёзным взглядом посмотрел старик на меня. — Наслышан, какую взбучку ты устроил им. Сперва даже не поверил, когда узнал. Ты где служил-то? Где таких навыков набрался?

Самое большее веселье для «Ледяной кузни» наступит, когда я пойму, как пройти мимо систем безопасности их лагеря, — подумал я, вспоминая Алину. Но вслух сказал другое:

— Как-нибудь потом расскажу. Сейчас есть темы поважнее. Такое дело, отец, — я сунул мозговой мост «Капитана» в соответствующее отверстие на панели управления первым принтером-воскрешателем. Затем в контейнер для ресурсов поместил пластину, которую Людмила называла изи-ресалкой. Нажал большую зеленую кнопку, после чего капсула начала заполняться мутной жидкостью. — Сейчас у меня есть задача, на решение которой может уйти немало времени. Вы не против, если я поживу у вас в лагере?

— Я? — усмехнувшись, ткнул Егорыч пальцем себя в грудь. — Против ли я? Да живи сколько угодно. Хоть навсегда пропишись тут.

— Навсегда — это вряд ли, — покачал я головой, перейдя ко второй капсуле, чтобы поставить на печать Андрюху «Жука». — Но до возвращения к жизни «Капитана» точно проторчу здесь. Кстати, буду благодарен, если выделите мне жилплощадь и безлимитный пропуск. А то Пал Андреич дал мне только одноразовый ключ.

— Выбирай любую капсулу, — махнул Егорыч куда-то рукой, — у нас там сотни свободных. Пропуск тоже организуем.

— Спасибо, — пожал я руку старику.

— Это тебе спасибо, Константин, — с довольным выражением лица похлопал он меня по плечу. — Но… — поджав от неловкости губы, задумался старик. — Я понимаю, что ты и так уже немало сделал. Чего только стоит путь, который ты проделал к нам. Но… — опустил он голову.

— Да говори уже, — подбодрил я собеседника, запустив третью капсулу, в которой через две недели заново соберётся Сергей «Кемп». — Не стесняйся.

— Мне придётся попросить тебя ещё кое о чём, — разволновался Егорыч. — Разумеется не за просто так.

— Да ну? — дошёл я до последнего принтера, в который поместил эмэмку Семёна «Танка». — А я думал, у вас ничего нет.

— Кредиты есть, — ответил старик. — Их ведь съесть невозможно. И потратить тоже негде. Для этого ведь нужно лагерь покидать. А нас пасут.

— Пасут? — нахмурился я, повернувшись к старику. — Кажется я догадался. Нужно избавиться ото всех кузнецов, что шляются возле вашего лагеря?

— Контракт оформим официально, — закивал Егорыч. — Через системный терминал. Он там, — показал он рукой на нижнюю галерею, — в оружейной.

Тем временем интерфейс мне выдал следующий логи:

Задание «Достать Жука с того света» — выполнено.

Задание «Пробитие Танка» — выполнено.

Задание «Вернуть Кемпа из рук бездны» — выполнено.

Задание «Спасти капитана Пал Андреича» — выполнено.

* Получите награду в ближайшем системном терминале.

— А оружейник у вас остался? — вспомнил я про повреждённый «Вестник воли». — У меня штурмовка в хлам износилась.

— Да, — кивнул Егорыч. — Он же человек. А человеки за стену не ходят. Потому и живой.

— Что ж, — почесал я подбородок. — В любом случае нахлебником быть не собирался. Да и в остальном — жить в спокойном и сытом месте куда лучше, чем вымирающем лагере, — я дружески хлопнул Егорыча по плечу. — Завтра посмотрим, что можно сделать.

Лагерь клана «Ледяная кузня».

— Обрадуешь? — не поднимая глаз, задал вопрос Зак.

Высший офицер «Кузни» находился в своём офисе. Он сидел в кресле перед панорамным окном. В руках он держал томик старой книги, написанной ещё до появления в этом мире системы — «Симбиоз. Вторжение».

— Никак нет, товарищ полковник, — вытянулся по струнке зашедший в офис сержант. — Мы потеряли волевика в Новониколаевском посёлке. Очень резвая у него тачка, не угнаться.

— Плохо, — Зак отложил книжку, поднялся на ноги и взглянул на карту Казани, что была растянута на все стену. — Куда же едет наш «рысёнок»?

— Товарищ полковник, можно спросить? — неуверенно проговорил сержант.

— Можно Машку за ляшку и телегу с разбегу, — не глядя на бойца, ответил офицер. — А всё остальное — разрешите.

— Разрешите вопрос…

— Валяй.

— В общем, такое дело, — едва хватало сержанту смелости, чтобы задать вопрос. — Люди интересуются, короче. На кой ляд мы гоняемся за этим гадом?

— Понятия свои для пацанов оставь, — недобро посмотрел полковник на сержанта. — А волевик вовсе не гад.

— Ну как же? Он столько наших исполнил…

— Зверь защищался, — полковник вернулся к окну и взглянул, как снаружи в карьере трудятся пленные печатки и ошибки.

— Но как-то борзо он это делал, — стоял на своём солдат.

— Вот тут согласен, — Зак снова посмотрел на карту. — Куда же ты едешь?

— А может он в другой город срулил? — предположил сержант. — В той стороне М7. Драпанул, например, в Чебы и ищи его теперь там.

— А смысл ему бежать? — не согласился полковник. — Он уверен, что охота за ним прекратилась. Да и харизматичку свою он вряд ли бросит. А если… — пробежался Зак взглядом по трассе М7, которая полукругом огибала всю Казань. — Может он рванул в «СОЮЗ»? — он снова повернулся к сержанту. — Вы же не нашли эмэмок «Капитана» и его офицеров?

— Нет, — покачал боец головой. — Пропали куда-то.

— Что, если наш «рысёнок» их приватил? — задумался полковник. — И теперь направлется к союзовцам, чтобы выполнить контракт.

— Оно ему надо? — хмыкнул сержант. — А почему он «рысёнок», товарищ полковник?

— Ну так это спец из отряда «Рысь», — ответил офицер. — Слышал про такой?

— Никак нет.

— Оно и понятно, — махнул рукой полковник. — Откуда тебе знать про такой. Ты ведь не застал момента, когда этот отряд появился. Как же они попортили нам нервы в девяностые… — он вернулся в своё кресло и снова взял в руки книжку. — А наши дежурные по «СОЮЗу» что-нибудь необычное видели?

— Никак нет, товарищ полковник, — ответил сержант. — Разве что серена этой ночью орала раньше времени. Но они её врубают по всякой фигне. Это нормально.

— Ясно, — Зак сделал жест, чтобы боец покинул помещение. — Передай дежурным, чтобы повнимательнее изучили союзовцев. Чем чёрт не шутит.