Глава 16

Настя рванулась вперед, но я преградил ей путь, схватив в охапку и зажав рот ладонью. Не время сейчас без подготовки нестись сломя голову туда, где кто-то так истошно орет. Может быть, мы сможем помочь, а может и нет. Сейчас главное самим не погибнуть и понять, что тут происходит.

Крик больше не повторялся. Я выглянул из-за угла.

Посреди довольно большой комнаты, ничуть не меньше той, где мы только что были стоял монолит — криво отёсанный камень с меня ростом. От его поверхности шло едва заметное зеленоватое сияние. Именно его я видел, стоя за углом.

Остальное пространство комнаты оказалось совершенно пустым, но было видно, что на монолит откуда-то сбоку падает желтый отблеск свечи. Нужно было быть осторожным. Мало ли кто там стоит за углом и держит свечу.

Я прокрался вдоль стены, стараясь издавать как можно меньше шума. Настя тихо следовала за мной.

Не заходя в комнату с камнем, я остановился. Прислушался.

Где-то впереди монотонно капала вода и раздавались какие-то ритмичные постукивания. На слух сложно было понять откуда они идут, но я был почти на сто процентов уверен, что не из комнаты. Может быть, и свеча находится там, откуда шел звук?

Вновь подойдя к углу, я остановился.

Свет был слишком тусклым, чтобы его источник был в комнате с камнем.

Я заглянул внутрь. Справа от меня была закрытая дверь с крохотным окошком на уровне глаз. Оттуда и падал свет. Оттуда и шел звук. За дверью явно кто-то был.

Я оглядел комнату с монолитом и убедился, что в ней никого нет. Прошел прямо к камню и коснулся его ладонью. Поверхность оказалась теплой. Примерно так грела ладонь рукоять кинжала с осколком Шанса, и такое же тепло шло от моего медальона.

Черт! Похоже, в этом монолите был растворен осколок духа. И я даже догадывался чей.

Настя подошла ближе и потянулась рукой к поверхности монолита. Я помотал головой. Не стоило её касаться. Мало ли что. Настя отдернула ладонь, так и не притронувшись к камню.

Кивком головы, я указал на дверь. Настя пожала плечами.

Я подкрался к двери и осторожно заглянул внутрь. Там оказалось какое-то подобие кухни. У противоположной от двери стены находился очаг, вырубленный в породе. Было видно, что белесый дым от поленьев уходит куда-то вверх. Похоже, там было прорублено отверстие дымохода. Над горящими поленьями висел объемный котел, где что-то бурлило. В голове всплыли образы из детских сказок, как ведьма варит своё зелье. Ведьма обнаружилась тут же рядом.

Ближе к двери стоял стол, за которым стояла пожилая женщина в старом грязном поварском колпаке. Какого черта тут делает повар? Я присмотрелся, оказалось за поварской колпак я принял задравшийся головной платок монахини. Но женщина действительно возилась с чем-то. На столе стояла большая ступа, а в руках монахиня держала пестик.

Этим пестиком она монотонно постукивала по лежащему на столе куску камня, издающего зеленоватое свечение. Монахиня крошила осколок монолита. Я оглянулся и понял почему глыба показалась мне криво отесанной. От нее бессистемно отламывали куски. Я вернулся к созерцанию действий монахини.

Наконец, закончив дробить камень, она ссыпала все осколки в ступу и принялась их толочь. Растирала с минуту. Все это время я наблюдал, что же произойдет дальше. Закончив приготовления, монахиня подошла к котлу и высыпала туда содержимое ступы.

Вот черт! Она добавляет крошево от камня с осколком духа в нем в какую-то жуткую еду. Не удивлюсь, если этой гадостью кормят послушниц. Как они тут еще живы-то на такой пище.

Я вспомнил зеленоватое свечение в груди Настиной матери. А ведь похоже, что ее кормили этой гадостью. Теперь я понял, что свечение шло не совсем от груди, а скорее от брюшных внутренних органов. Крошево каким-то образом задерживалось в организме. В почках, печени, может и в кишечнике что-то оставалось.

Твою же мать! Они пичкали ее этой гадостью, словно малыми дозами яда. Не давая организму помереть, но и не позволяя вывести лишнее. Так вот как Императору удалось добиться, чтобы человек получил нужное количество осколка духа внутрь и при этом остался жив. Да, Вон, схвативший сразу весь осколок едва не превратился в серый туман, а тут… Я даже не мог подобрать нужного слова. На ум шла лишь гомеопатия. Я и в своей предыдущей жизни ей не доверял, а уж теперь и подавно не стану.

С этой кухней все было ясно. Пора было идти дальше. Нужно бы еще узнать кто и от чего кричал. И почему сейчас все тихо? Может это кормление этим жутким варевом вызвало такую реакцию?

Я развернулся, подал Насте знак и пошел искать выход из комнаты.

Свой фонарик я уже не включал, отсветы из кухни освещали вход в коридор, а дальше были заметны блики с другой стороны.

Раздался звук льющейся воды, словно её плеснули из ведра на пол. Я прибавил шаг. Судя по звуку, мы были совсем близко.

Впереди замаячил свет. Поворот, еще поворот коридора и выход в новую комнату.

Там горели свечи. Я сразу это понял. И свечей было много.

А еще оттуда слышался какой-то скрежет, словно костью скребли то по камню, то ей же по железу.

Я оглянулся на Настю, та с застывшим выражением решительности на лице шла прямо за мной.

— Постой здесь, — едва слышно произнес я. — Сначала я гляну.

Девушка кивнула и остановилась. Я прошел дальше.

Заглянув за очередной угол, я застыл. Волоски на коже встали дыбом от неожиданности.

С моего места открывался обзор на стоящую посреди комнату огромную клетку, разделенную на две половины толстыми металлическими прутьями.

В одном отделении этой клетки на полу лежала полностью обнаженная девушка. С такого расстояния было сложно разобрать что с ней. Я напряг зрение и заметил, что она дышит, но лежит с закрытыми глазами. Вокруг тела поблескивала лужица воды. Девушка и сама вся была мокрая, словно на нее только что вылили ушат воды. Я посмотрел вверх и нашел над клеткой устройство, наподобие ведра с ледяной водой в русской бане, а точнее в ее коммерческом варианте. От ведра под углом уходила привязанная к ручке веревка. Видимо, кто-то за углом имел возможность ее дергать.

В другом же отделении находилось то, чего я никак не ожидал здесь увидеть и от чего холодок пробежал по спине. Почти все пространство, обрамленное толстыми прутьями, занимала тварь. Точно такой же монстр, какие падали с неба на польской границе. Твари там было явно тесно, и она, прижавшись уродливой головой к перегородке между отделениями, тянула свои передние конечности к девушке.

Ведро покачнулось, и порция воды вылилась на обнаженное тело. Девушка шевельнулась и открыла глаза. Увидела перед собой тварь за решеткой и вскочила на четвереньки. Часто перебирая руками и ногами, отползла к дальней от монстра стенке, прижалась к прутьям так, что с другой стороны стали видны позвонки. Упираясь ногами в каменный пол, она старалась продавить себя через металлическую преграду, а поняв, что это невозможно, едва слышно забормотала: «Чудовищ не существует! Чудовищ не существует! Это все не правда! Это все сон!»

Раздался звук, похожий на удар хлыста. Монстр приналег, я видел, как он стал сильнее давить на прутья своей клетки и протиснул второй сустав передней конечности в отделение к девушке. Протянулся и схватил беднягу за лодыжку. Леденящий кровь крик вырвался из горла девушки и тут же оборвался. Она упала на пол без сознания. Тварь принялась подтаскивать тело к себе.

Обзор мне заслонила монахиня в длинном платье, встав между мной и клеткой. Женщина замахнулась копьем, что было в её руке и вонзила острие в предплечье монстру, тот беззвучно отдернул лапу, оставив девушку лежать посередине отделения, там, где я ее и увидел.

Я услышал шаги за спиной. Ко мне подбежала Настя. Пришлось ее снова схватить и не дать рвануть вперед. Я видел, как полезли из орбит ее глаза, когда она заметила тварь. Теперь пришлось ей еще и рот зажать.

Монахиня отошла в сторону, дав мне возможность видеть происходящее. Но я и так уже понимал, что происходит.

Настю мелко трясло, но она стояла на ногах.

Ведро над клеткой снова наклонилось и обрушило свое содержимое на обнаженное тело. Девушка не очнулась.

Было ясно, что это психологическое воздействие вскоре ее сломает. Она и так уже не различала, где реальность, а где вымысел, пытаясь заставить себя поверить, что чудовище ей снится, но надолго это не поможет. Раз за разом ей будет все сложнее и сложнее. Я не собирался смотреть, как она сойдет с ума от страха.

— Ах вы старые суки! — пробормотал я негромко, скорее, чтобы завести себя.

Отодвинув Настю, я придавил ее рукой к стенке и прижал палец к губам, мол не высовывайся. Сам прошел за поворот и сделал несколько шагов по направлению к комнате. Накинул на себя щит.

Тварь заметила меня первой. Развернулась в тесной клетке и уставилась на меня. Видимо монахиня с копьем сообразила, что в коридоре кто-то есть, так как выскочила из-за угла, а опознав во мне незнакомца замахнулась копьем.

Я создал энергетическое щупальце и схватил им монахиню, сжал, так что из неё вылетел тонкий писк, отбросил в сторону. Женщина улетела за угол и с противным чавкающим звуком врезалась в стену. Там же и осела.

Войдя в комнату, я огляделся. Вдоль стен стояли еще четыре женщины в черных длинных платьях.

Тварь в клетке, сообразив, что все идет не по плану, взревела.

Девушка в соседней клетке очнулась и вскочила. Тварь глянула на нее и сунула в клетку лапу, схватила свою жертву за талию. Та заорала.

Я представил, как сверху на монстра обрушиваются семь тончайших плоскостей желтоватого света. Вертикально проходят до самого каменного пола и замирают.

Мне показалось, что чудовище успело пару раз моргнуть, прежде чем я испарил светящиеся плоскости. Восемь отдельных частей тонко нашинкованной твари с противным хлюпаньем упали на камни, сразу окрасив все вокруг черным.

Отсеченная лапа так и продолжала держать голую девушку за талию, но та уже снова потеряла сознание и грохнулась на пол.

Монахини заорали в голос, сообразив, что твари больше нет. Схватили кому, что под руку попалось и бросились на меня. На что они рассчитывали? Ведь только что видели, как я разделался с монстром.

Настя выскочила из коридора и бросилась к клетке, где лежала девушка.

— Стой! — крикнул я ей, но она не обратила на меня никакого внимания.

— Умри! — заорала подбежавшая первой ко мне полная монахиня.

— Не дождешься, сука! — усмехнулся я и отбил нанесенный с дикой скоростью и силой удар деревянной дубинкой.

Рука мгновенно отсохла по плечо, даже несмотря на кокон, а в голове зазвучал уже позабытый рояль.

Черт! Как больно! Она что качается тут с утра до вечера?

Бешено завертев дубинкой, монахиня пошла на меня, даже не заметив моего щита. Сзади подбегали еще трое.

Драться с ними честно я не собирался. Что-то я не заметил каких-то благородных порывов в их действиях.

Создав ксеноморфа, я приказал ему заняться подбегающей троицей. Чужой кивнул и ломанулся наперерез сумасшедшим монахиням. Я влил в него еще немного силы пожелав, чтобы моя ручная тварь просуществовала достаточно долго. Теперь мои фантомы могли помогать мне на протяжении какого-то времени.

Вращение дубинки замедлилось. Монахиня с удивлением посмотрела на светящуюся жуткую тварь. И крикнула своим:

— Машка, выпускай их!

Одна из троицы развернулась и бросилась куда-то в обратную сторону. Что там я не видел. Прямо за клеткой стояли какие-то деревянные стеллажи и закрывали мне весь вид.

Мой противник вновь завертел своей дубинкой и удары посыпались на щит, каждый раз заставляя его мерцать. Такое я видел только когда мать Насти в императорском дворцы остервенело тыкала в кокон изнутри.

Черт! Похоже, мой щит так долго не выдержит.

Я вновь попытался создать щупальце, но удары дубинкой за несколько секунд сделали из него отбивную, не позволив мне даже схватить монахиню.

Чужому тоже прилетало не слабо. Я видел, что ксеноморф уже отступает под натиском двух представительниц школы монашеского рукопашного боя.

Настя где-то нашла ключи от клетки, открыла дверцу в прутьях и помогала едва шевелящейся девушке избавиться от конечности твари.

Энергетическое щупальце отжило свое и рассыпалось ворохом желтых искр. Монахиня, не раздумывая, снова бросилась на меня.

Настя справилась с конечностью, схватила девушку за руку и потащила за собой к выходу.

С другого конца комнаты послышался нечеловеческий рев. И сразу за ним женский визг, оборвавшийся через мгновение.

Сразу с двух сторон из-за клетки выскочили два монстра. В пасти одного из них была нижняя половина монахини, у второго из зубов свисали кровавые ошметки рук, разодранная в лохмотья грудная клетка и чудом сохранившаяся голова. Не повезло же тебе Машка.

Отскочив от наседающей на меня монахини с дубинкой, я взмахом руки забросил обратно в клетку Настю и ту девушку, что она оттуда выводила. Не знаю, чего я ожидал. Телекинезом я не владел до сего момента, но теперь видимо все изменилось.

Миг, и тварь, что тащила верхнюю половину монахини, я накрыл светящейся клеткой из толстых энергетических прутьев. В дополнение пожелав, чтобы прутья оказались под напряжением.

Тварь сунула морду и тут же осела на жирную задницу, получив разряд.

Второй монстр не рванул сразу ко мне, а кинулся на монахинь, успешно разделавшихся к тому времени с ксеноморфом. Похоже, они были не слишком добры с тварью, а любое существо хочет быть приласканным.

Свою же женщину с обрубком весла я решил приласкать бетонной плитой, что смог создать над ее головой и заставить рухнуть вниз. Монахиня в каком-то диком нечеловеческом прыжке бросилась вперед, но не смогла выйти за пределы многотонной ласки. Все что оказалось ниже шеи взорвалось кровавой бомбой, разлетевшись из-под плиты, придавившей и расплющившей человекоподобную тварь в одно мгновение. Плита, выполнив свою цель существования, исчезла, оставив посреди комнаты лишь откатившуюся голову со взглядом, застывшим в дикой злобе.

Я глянул на монахинь, что, к моему удивлению, все еще были живы и дрались с монстром в дальнем от меня углу. Женщины умело уворачивались от жутких ударов твари, то отскакивали от нее, то подныривали под удары. Выждав момент, когда все трое оказались максимально близко, я посадил их в одну клетку на троих, где им было самое место. Тварь за несколько ударов разодрала монахинь и принялась пожирать их останки.

Первая тварь не унималась. Едва отходила от удара током, как сразу же снова бросалась на прутья. Я заметил, что последние разы разрядов уже не было. Предел прочности фантомов все же существовал — это точно. А значит нужно было торопиться.

Я вновь представил светящиеся плоскости и обрушил их на тварь, в очередной раз вспомнив старый фильм с Дженнифер Лопез. Нашинковав первую тварь, я принялся за вторую. С первого раза повторить трюк с плоскостями в третий раз не вышло. Тварь, видимо, сообразила, что к чему и сумела вовремя вжаться в одну из стенок клетки. Плоскости оттяпали половину задницы, но монстр выжил и только сильнее разозлился.

Я протянул руку в сторону твари и представил, как схватил ее за шкирку и поднял в воздух. Если мне удалось провернуть отбрасывание Насти в клетку, то почему бы не сделать и такое? Хотя нет, я не прав, в тот момент в голове не было таких мыслей. Была только ничем не омраченная уверенность, что у меня получится это сделать.

Монстр, как мерзкая окровавленная шавка повис над полом и принялся вырываться. Плоскости на этот раз сработали, как надо. Для бутербродов нарезка была толстовата, но мне ее не есть.

Я осмотрел комнату. Весь пол был залит кровью: черная от монстров смешалась с красной от монахинь. Отвратительная картина дополнялась парой оторванных голов, валяющихся жуткими мячами по разным углам.

Посмотрев на Настю, я увидел, что она придерживает за волосы голову девушки, пока ту тошнит. Черт! Да какой смысл их держать, когда вся деваха уже и так с головы до ног в каких-то ошметках. Похоже, брызги из-под плиты накрыли их в клетке по полной. Сама Настя была бледна и стояла пошатываясь, но держалась.

Девушка встретила мой взгляд и кивнула.

Зрение вдруг снова начало двоиться, как совсем недавно. Я увидел и энергетическую и обычную картинку. Увидел и пришел в ужас. Весь подвал от пола до потолка светился энергией. Стены, потолок и пол пылали.

С полом все было ясно. Тут полно крови, которая сама по себе энергия, к тому же, я заметил зеленоватое свечение. Похоже, монахини тоже не пренебрегали своим жутким варевом. Но вот откуда столько энергии на стенах и потолке. Может туда что-то и попало во время драки, но ведь не столько.

Я присмотрелся. И действительно и на стенах, и на потолке можно было легко заметить множественные брызги крови. Я сосредоточился и переключился на обычный взгляд. Стены были чисты, словно их совсем недавно отмывали. Моргнул, и весь подвал вновь окрасился разводами энергии, словно его разрисовывал спятивший художник, причем рисовал исключительно свежеоторванными кистями рук. Черт! Да что тут произошло?

Я вдруг понял, чем так неуловимо пахло в монастыре в первый наш визит. Это был запах крови, фекалий и извести.

Настя вдруг замерла, а затем медленно вышла из клетки.

— Слышишь? — спросила меня девушка.

Я прислушался. Откуда-то из дальнего угла комнаты раздавалось тихое поскуливание.

Загрузка...