Сердце дракона. Танец с врагом (СИ)

Глава Одиннадцатая

Нельта выходила с другой стороны, поэтому меня не заметила. Зато я могла хорошенько рассмотреть не только соперницу, но и ее выступление.

Добравшись до середины сцены, она встала рядом с господином Ферио.

— Итак, дорогая леди Иракай, какой из талантов вы нам сегодня продемонстрируете?

— Акварели, — объявила она. — Я прекрасно рисую.

За их спинами слуги уже установили три небольших мольберта, укрытых белыми шелковыми платками. Судя по очертаниям, картины были совсем небольшие. Интересно, как она собралась их показать? Я замерла в ожидании.

— Не смею вам мешать и удаляюсь, — произнес главный распорядитель, отступая в сторону и спускаясь в зал.

Только он достиг последней ступеньки, заиграла музыка. Легкая, мелодичная и очень приятная, она буквально лилась из оркестровой ямы. Странно, ведь проходя мимо, я никого не видела. Когда успели подойти музыканты? Наверное, прошмыгнули мимо, пока я разбиралась с главным распорядителем. Очевидно, что для каждой из участниц предусмотрели музыкальное сопровождение. Мне это было только на руку: не будут отвлекать перешептывания и посторонние звуки.

Нельта тем временем приблизилась к первой картине, медленно стянула с нее шелковый платок и, резко взмахнув им, рассыпала вокруг себя мириады голубовато-зеленых искорок. Выглядело очень красиво и необычно. Они мерцали на свету и не спешили опускаться на пол, зависнув в воздухе и медленно кружась. И чем быстрее они кружились, тем отчетливее проступало объемное изображение. Появлялись новые очертания и цвета. И вот каких-то пару минут спустя перед взором гостей предстала увеличенная копия акварели, изображавшей утро на морском берегу. Лазурные волны с белыми барашками пены, чистое небо, яркое золотистое солнце, белоснежный песочек — картинка была настолько яркой, что я невольно подалась вперед, ожидая услышать обычные для пляжа звуки.

Удивительно, но мелодия как нельзя лучше подходила к представлению. Она то замирала, усиливая волнение и предвкушение, то стремилась вперед, заставляя сердце биться быстрее. В ее переливах слышался и шум волн, и крики чаек, и шорох песка.

К сожалению, это не могло длиться бесконечно. Искорки медленно опадали, изображение постепенно бледнело, пока совсем не истончилось и не растаяло.

А Нельта уже приблизилась к следующей картине. И снова волшебство повторилось. Она сдернула платок, осыпая сцену магическими искорками, на этот раз золотисто-желтыми с изумрудными крапинками. Взгляду публики открылся летний сад, полный пестрых цветов, сочной зелени и яркого полуденного солнца. И снова все закончилось до обидного быстро. Не знаю, как зрителям, а мне очень хотелось рассмотреть каждый цветок, уловить его аромат, понежиться на солнышке, пусть и ненастоящем.

Дошла очередь до третьей картины, и вновь заискрило. Только сейчас бело-голубым, больше всего напоминающим лед. Я уже примерно догадывалась, что будет изображено на этом пейзаже. И точно, через секунду на сцене засверкали самые настоящие сугробы, засиял на черных ветках иней, а крохотные снежинки, влекомые ветром, разлетелись по залу. Мне даже стало немного холодно, хоть и всего на секунду, но это говорило о потрясающем мастерстве мага.

Но вот наконец искорки осыпались, исчезли и сугробы. Лишь зеленоглазая Нельта с золотисто-рыжими волосами стояла в центре, скромно ожидая приговора. Зал застыл, все еще находясь под впечатлением от увиденного, а потом разразился громкими овациями.

— Браво, леди Иракай, браво! — громко восхищался господин Ферио, поднимаясь на сцену. — Это было невероятно! Эти аплодисменты вам, моя дорогая. Вы их заслужили.

Девушка изящно присела в реверансе и направилась прочь. Как раз в мою сторону!

— Ты молодец! — шепнула я, когда Нельта поравнялась со мной.

— Ты видела? — Она широко распахнула глаза от удивления.

— Да. Это было потрясающе!

— Ну хоть не опозорилась, — улыбнулась девушка. — Дед бы не простил.

— Не хочешь посмотреть остальных? — тут же предложила я. — Господин Ферио вроде как разрешил.

— Нет, с меня хватит, — покачала она головой. — Пойду к себе в каморку и отдохну. Слишком много сил забрало это глупое представление.

— Конечно, — кивнула я. — Но ты все равно большая молодец.

— А тебе удачи, Норде. Порази их.

Нельта удалилась, а я снова перевела взгляд на сцену, где господин Ферио объявлял следующую конкурсантку.

— Встречайте, леди Йеллар Уиндери!

Сероглазая шатенка тоже вошла на сцену с противоположного входа. Выглядела она немного иначе, чем каких-то полчаса назад. Совершенно точно переоделась, да и прическу переделала. Сейчас ее волосы были собраны в гладкий пучок и украшены лишь желтой лентой, а пышное платье сменилось чуть менее объемным и таким коротким, что из-под подола виднелись стопы и даже щиколотки. Только чуть позже я поняла, что именно мне напоминает этот наряд.

— Что же покажете нам вы, дорогая леди Уиндери? — спросил главный распорядитель, никак не реагируя на ее внешний вид. А ведь тот был далек от приличия.

— Танец. Я очень хорошо танцую, — заявила шатенка. — Учителя говорят, что у меня прекрасная пластика и осанка.

— И что же вы будете танцевать? — полюбопытствовал он.

— Старинный танец шарганай.

«Так вот почему такой наряд!»

— Танец влюбленных. Но для него нужен партнер.

— Он и будет. Скоро вы сами все увидите, — загадочно улыбнулась Йеллар.

— Что ж, нам всем уже не терпится. Йеллар Уиндери и ее танец шарганай!

Я затаила дыхание, внимательно наблюдая за застывшей посреди сцены конкурсанткой. Через мгновение зал заполнила знакомая мелодия старинного танца. Его всегда исполняют на помолвках или свадьбах. Интересный выбор и весьма говорящий.

Надо признать, танцевала девушка очень хорошо, плавно и красиво. Каждый жест был выверен и доведен до совершенства, так что свою партию она исполнила идеально. А потом настала очередь ее таинственного партнера. Последнее движение. Взмах руки, и внезапно рядом с ней как будто заколыхался воздух, завибрировал, меняя пространство и принимая облик… призрака? Нет, не призрака, хотя и очень похоже. Скорее это был какой-то образ, который девушка сумела частично материализовать. Мужчина, молодой, сильный, в белом мундире со светлыми волосами. Лица не рассмотреть, слишком расплывчатой оказалась картинка, кроме того, на нем была полумаска. Но я сразу поняла, кого он так сильно мне напоминает. Конечно, принца!

«Вот же плутовка!»

Тем временем призрачная фигура идеально станцевала свою партию, после которой они уже начали кружиться вместе. Признаюсь, это было красиво. От мужской фигуры исходило нежно-голубое свечение, красиво оттеняя кожу Йеллар, делая ее будто фарфоровой, добавляя таинственности и невесомости. В какой-то момент я даже забыла, что с ней танцует не человек — так гармонично они смотрелись вместе.

Но вот отзвучали последние аккорды, Йеллар застыла, переводя дыхание и уставясь на своего напарника. А тот медленно растворялся в воздухе, превращаясь в сотни крохотных снежинок, что опали на сцену к ее ногам. Они еще кружились в воздухе, когда раздались первые робкие аплодисменты, к которым тут же присоединились остальные зрители.

Наверное, мне следовало уйти и начать готовиться. После таких представлений очень важно было не ударить в грязь лицом, но я решила посмотреть еще одно. Третьей выпало выступать Лавинье, а мы все-таки родственницы. Хотелось как-то ее поддержать, что бы она об этом ни думала.

— Этот невероятный танец показала нам леди Йеллар Уиндери! А теперь поприветствуем новую участницу нашего конкурса. Леди Лавинья Фэррид!

Кузина решительно шагнула вперед, не забывая при этом ослепительно улыбаться.

— Что же вы покажете нам сегодня, дорогая леди Фэррид? — обратился к ней главный распорядитель.

— Игру на арфе, — отозвалась девушка.

«Надо же, какой интересный выбор!» — удивленно хмыкнула я.

Между тем огромную арфу уже вынесли на сцену и приставили к ней небольшой стульчик с бархатной подушечкой.

— И что же вы будете играть?

— Это мое собственное сочинение, — потупив глазки, ответила Ливи.

— Как необычно! Желаю вам удачи, леди Фэррид, — с поклоном произнес мужчина, прежде чем удалиться.

— Благодарю.

Девушка села на стульчик и застыла на мгновение, едва касаясь струн. С ней, наверное, застыл и весь зал. Уж я-то точно задержала дыхание. Первое прикосновение, легкий звук, и воздух словно завибрировал. Я следила очень внимательно, старалась уловить каждое изменение, каждый магический всплеск. Тонкие пальцы Ливи медленно и очень плавно перебирали струны, создавая приятную и неторопливую мелодию. Магия появилась не сразу, а где-то спустя секунд десять-пятнадцать. Сначала в ее ногах заклубился туман. С каждой секундой он все сильнее уплотнялся, а вскоре из него соткались навеваемые мелодией образы. Леса с густыми кронами, луга с высокими травами, пестрые цветы, чистые ручьи с ледяной водой и пушистые облака, похожие на сахарную вату. Картинки плавно сменяли друг друга, дополняли, и это не вызывало раздражения.

Ливи оказалась по-настоящему талантлива. Ее мелодия затрагивала потаенные струны души, заставляя переживать и тосковать, радоваться и печалиться. Не каждый композитор способен на такое.

Застыв в оглушительной тишине, я не сразу осознала, что все закончилась. А потом медленно отступила назад, смахивая застрявшую на ресницах крохотную слезинку.

Пришло время вернуться к себе в гримерную и готовиться к выступлению. Мои соперницы были настроены серьезно и хорошо подготовились. Теперь идея с пирожными не выглядела столь удачной. Вот только коней на переправе не меняют.

— Ну как? — вскакивая со стула, спросила Эмили, стоило мне войти в каморку. — Как выступления других?

— Отлично, — буркнула я.

— А по вашему голосу и не скажешь. Что-то случилось?

Случилось. Я боялась провалиться.

Каких-то два дня назад я мечтала сбежать с отбора, а сейчас готова была на многое, чтобы остаться.

Повернувшись к столикам с заготовками, я еще сильнее нахмурилась.

«Надо менять! Не все, конечно, но многое!»

Решить-то решила, а с какой стороны подступиться, чтобы не натворить бед и не ухудшить свое и без того шаткое положение, я понятия не имела.

— Что-то не так?

— Коржи. Надо порезать коржи. Как же я сразу не сообразила! — пробормотала я.

— Коржи? — удивилась Эмили. Судя по тону, она начала сомневаться в моих умственных способностях.

— Да.

Я уже схватилась за нож и застыла над заготовками, размышляя, как бы их так порезать, чтобы было ровно и красиво.

— Стоило сразу догадаться, что с колющими и режущими предметами меня бы не допустили на сцену. Хотя бы из соображений безопасности. И Ферио это знал. Вот уж старый интриган.

— Позвольте мне. — Эмили подошла ближе и осторожно забрала нож из моих рук. — Я сейчас все сделаю.

— Спасибо, — пробормотала я, отступая.

«Надо взять себя в руки и успокоиться! Иначе сделаю только хуже».

Я сама не понимала, откуда взялись эти страх и нервозность. Я ведь всегда была собранной и осторожной.

Закрыв глаза, сделала глубокий вдох, затем выдох. Потом снова и снова принялась повторять эти действия, пока не начало проясняться в голове. Вскоре пришло спокойствие, созрел план дальнейших действий. Да, полностью изменить номер я не могла, но кое-что переделать успевала.

Распахнув веки, я наткнулась на свое отражение. На губах играла дерзкая улыбка, а в карих глазах пылал огонь победы.

— Я справлюсь.

Когда настала моя очередь, я была уже совершенно спокойна и уверена в себе. Остановившись за кулисами, я ждала, когда главный распорядитель вызовет для прохождения конкурса.

— Наша следующая участница — леди Розалин Норде, — громко объявил господин Ферио.

Я нацепила на лицо счастливую улыбку и, шагнув вперед, на мгновение ослепла от яркого света, который бил прямо в глаза. К тому же он мешал рассмотреть зрителей, а для меня это сейчас было важно.

— Итак, леди Норде, что же вы сегодня нам продемонстрируете?

— К сожалению, в отличие от остальных участниц, я не имела счастья обучаться искусствам у таких потрясающих учителей. Как известно, наш род сильно поиздержался. Хотя пара талантов у меня все-таки есть, — сказала я, вставая рядом с ним.

— Пара? — хмыкнул главный распорядитель, и в глубине его темных глаз промелькнуло предупреждение. Мне не стоило много болтать, но и ему не стоило угрожать мне. Так что мы были квиты.

— Да. Я умею и люблю готовить, поэтому сегодня хочу угостить вас десертами, которые соберу прямо на ваших глазах. Кроме того, у меня есть… слабый дар эмпатии.

— Эмпатии? — нервно переспросил Ферио.

Предупреждение в его глазах разгоралось все сильнее. Я действовала не по плану и распорядителя это жутко бесило.

— Да. Так что дорогим гостям ничего не придется говорить. Надо лишь подумать о любимом десерте, и я вам его предоставлю.

— Вы не упоминали об этом.

— А вы не спрашивали. Впрочем, мой дар столь незначителен, что я сама временами о нем забываю.

Разумеется, никаким даром эмпатии я не обладала. Зато знала, с помощью какого заклинания можно усилить интуицию. Папа научил. У нас была такая игра: угадывать пожелания и настроение друг друга. Он утверждал, что это тренирует концентрацию и позволяет лучше узнать собеседника. Мысли читать строго запрещалось, но чувства… это ведь совсем другое.

— Что ж, поприветствуем леди Норде и ее кулинарный талант, — с едкой усмешкой произнес господин Ферио, прежде чем удалиться со сцены.

Я осталась одна. За спиной рядком выставили столики со всем необходимым.

«Пора начинать».

Прикрыв глаза, я быстро зашептала первое и самое простое заклинание — заклинание эмпатии, которое когда-то создал мой отец. Слова легко сорвались с губ, хотя я не читала его целых восемь лет. Но использовать его я не спешила. Не сейчас. Еще рано.

Следующее заклинание требовало гораздо большей сосредоточенности, и я забормотала его куда медленнее. Тем временем на заднем фоне зазвучала музыка.

Получилось, у меня выросло еще четыре призрачные руки. Светясь ровным голубым оттенком, они сильно отличались от обычных и не были заметны остальным.

Теперь мне следовало хорошенько сосредоточиться, чтобы контролировать все свои шесть конечностей.

«Итак, одна рука взбивает сливки, вторая подбрасывает в воздухе фрукты, третья будет формировать коржи, четвертая намазывать на них крем, пятая — формировать песочные корзинки, шестая — складывать все на тарелки. Главное не запутаться и не потерять контроль».

Настала пора третьего заклинания. Во время выступления Нельты я поняла, чего ей так не хватало. Запахов. К счастью, с этим проблем не предвиделось. Основа у меня имелась, стоило лишь чуть-чуть усилить интенсивность.

Я открыла глаза и, закусив губу, посмотрела на царящий вокруг кулинарный хаос. Но как же это было красиво!

Буквально секунду спустя по залу разлился сладкий аромат горячего шоколада с нотками ореха и ванили. Ненавязчивый, но очень притягательный. Стоило ему чуть утихнуть, как на смену пришел терпкий вкус меда, разбавленный нотками сливочного пломбира. Следом защекотал ноздри апельсин с корицей. К нему присоединились ароматы других фруктов. А потом снова шоколад.

Пришло время активировать заклинание эмпатии. И я точно знала, куда его направить.

Музыка зазвучала громче, а перед моим мысленным взором возник образ песочной корзинки с кремом из взбитых сливок с прослойкой из клубники, сверху посыпанной шоколадом и тонкими хлопьями миндаля. На изготовление этого десерта мне понадобилось секунд тридцать. Ничего сложного, если учесть шесть рук и магический дар. И вот тарелка, повинуясь моей воле, медленно поплыла в зал. Все выше и выше, пока не оказалась как раз напротив королевы.

— Это вам, Ваше Величество, — сообщила я, смиренно склонив голову. А руки уже готовили новые десерты. Не следовало прерывать процесс, ведь в запасе осталось не так много времени.

Королева ничего не ответила, но тарелку приняла. Попробует или нет? Однако ждать и тем более следить за ней, мне было некогда. Слишком многое предстояло сделать сегодня.

Сил требовалась целая прорва, и контролировать руки становилось все сложнее. А еще это было больно, неприятно и довольно выматывающе. Однако я улыбалась, творя один десерт за другим, едва не падая от усталости, считая мгновения до того момента, как все закончится, и мысленно взывая к Силе, чтобы она позволила мне с честью выдержать испытание. Круглые тарелки беспрестанно летали в зал, замирая рядом с выбранной дамой. Судя по стучавшим ложечкам, гостьи оценили мой дар.

— Леди Норде, а как же я? — внезапно раздался в тишине голос наследного принца. С трудом превозмогая ломоту в мышцах, я подняла взгляд. Асджера рассмотреть не удалось, лишь его очертания. — Я тоже хочу получить свой десерт. В вашем исполнении.

«Вовремя он. Как раз осталась одна тарелка».

Потянувшись к принцу, я постаралась уловить его желания и едва не задохнулась от смущения. Хорошо, руки действовали сами по себе и не успели отреагировать на короткую заминку. Иначе все вокруг, да и я сама оказалось бы в остатках крема, фруктах и шоколаде.

Перед глазами так и застыла картина гастрономического желания его высочества, где главным блюдом оказалась я. Полностью обнаженная, с покрытыми живописными полосами шоколада животом и грудью, пиками взбитых сливок на сосках и нарезкой из сочных фруктов на самом интимном месте.

Чего он добивался, демонстрируя столь яркую и неприличную сцену? Зачем провоцировал и стремился выбить из колеи? Не знай я об его чувствах, могла бы решить, что наследник таким образом пытается заставить меня покинуть отбор.

— Вы не могли бы подумать о желанном десерте, — вежливо отозвалась я.

Последние тарелки с угощением достигли цели, и теперь я могла позволить себе избавиться от магических рук. Стало легче, правда, ненамного, поскольку на смену боли и напряжению на меня навалилась жуткая усталость. Даже слегка закружилась голова.

— Я уже подумал, — нахально заявил принц.

Я не видела, но очень живо представила себе кривую ухмылку на красивом лице и яркий блеск синих глаз. Как же мне хотелось развернуться и уйти! К сожалению, было нельзя.

«Улыбайся, Шерри, улыбайся».

— Еще раз. И более детально. Какие основа, крем и украшения. Я и так задержалась на сцене дольше положенного, как бы господин Ферио не посчитал подобную вольность непозволительной.

— Он не посмеет. Но я понял, что вы хотите ощутить, леди Норде. Обещаю сейчас быть более конкретным в желаниях.

Я испытывала дискомфорт, не стремясь вновь погружаться в его чувства. Впрочем, на этот раз принц представил другой образ. Для разнообразия приличный. Темные коржи, шоколадный крем, сверху стружка и дольки клубники, которые тоже следовало сбрызнуть шоколадом.

Все ингредиенты у меня имелись. Я специально делала больше заготовок. Быстро собрала шоколадный десерт и отправила его заказчику.

«Наконец можно выдохнуть. Теперь главное не упасть. Улыбаться. Широко. Всем назло!»

Как же мне хотелось просто сесть или лучше лечь. И не двигаться. Закрыть глаза и позволить себе расслабиться. Однако это того стоило. Десерты — это, конечно, красиво и вкусно, но для будущей королевы мало. А вот дар эмпатии, пусть и слабенький, значительно повышал мои шансы. После такого пусть попробуют меня выгнать.

— Леди Розалин Норде и ее необычные таланты! — возвестил господин Ферио, поднимаясь на сцену.

Я так устала, что почти не слышала аплодисментов, а ведь они точно звучали. Я словно оглохла, все ощущения притупились, исчезли, ничего не осталось. Прямо за кулисами меня подхватила Эмили. Не знаю, как девушка догадалась, но мне ее поддержка и крепкое плечо очень пригодились.

Мы уже почти вернулись в каморку, когда я неожиданно почувствовала на себе чей-то взгляд. Да такой пристальный, что пробрал до костей, пробив кокон охватившей меня апатии. Обернувшись, я встретилась с темно-карими глазами Сиэны. Она уставилась на меня так, будто заново знакомилась, подмечала какие-то детали, на которые раньше не обращала внимания. Меня аж передернуло.

«Ее настолько впечатлило мое выступление или дело в другом?» — гадала я, медленно входя в гримерку.

— Присядьте. — Служанка помогла мне опуститься на стул и предложила: — Пить будете?

— Да.

Сделав пару небольших глотков, я вздохнула и осторожно поинтересовалась:

— А Сиэна Эллорт видела мое выступление?

— Да. Впервые вышла из своей гримерки, чтобы посмотреть на вас.

— Ясно.

Мне это не нравилось, но я никак не могла понять, в чем причина. Я явно где-то ошиблась, но где? Показала себя серьезной соперницей, и теперь она постарается убрать меня с дороги? В голове крутилось слишком много вопросов, на которые пока я не имела ответов.

— Вы очень хорошо выступили. Не знала, что вы обладаете даром эмпатии, — продолжала болтать служанка.

— Совсем слабеньким, — отмахнулась я, опуская веки и наслаждаясь тишиной.

Жаль, пауза оказалась слишком короткой. Не прошло и минуты, как Эмили снова открыла рот.

— Вы как себя чувствуете?

— Не очень, — честно призналась я.

— Господин Ферио велел всем девушкам после выступления вернуться к себе в покои и не ждать официального объявления победительниц.

— К чему такая спешка? — приоткрывая глаза, спросила я.

— Не знаю. Вы как? Сможете дойти?

Я некоторое время сидела, прислушиваясь к себе и своему уставшему и изможденному организму.

— Не уверена, — ответила спустя несколько мгновений. — И как теперь быть?

— О, не переживайте, устроители все предусмотрели! Леди Йелар настолько сильно выложилась на конкурсе, что отсюда ее вынесли маги.

— Что значит «вынесли»? — нахмурилась я.

— Помните кресло с колесиками, на которым вы спускались к принцу после покушения?

— Помню.

— Вот с помощью него вас и доставят в комнату. Если вы, конечно, не возражаете.

Как будто у меня был выбор.

— Не возражаю, конечно.

Эмили выскочила из комнаты и отправилась на поиски магов и кресла с колесиками, а я вновь опустила веки в попытке хоть немного отдохнуть.

Все произошло, как и обещала служанка: специальное кресло, два крепких мужчины и ощущение полета. Доставив меня в комнату, маги удалились, а я наконец смогла лечь и вытянуть гудящие от напряжения ноги. И даже уснула, хотя не собиралась, ведь перед сном хотелось бы переодеться, смыть макияж и искупаться. Кроме того, не мешало бы узнать результаты конкурса. Молчание очень сильно настораживало. Однако усталость оказалась сильнее, и я банально отключилась.

Открыла глаза я уже ночью. Солнце давно зашло, погрузив спальню во тьму. Лишь в углу горел тусклый светильник, немного разгоняя мрак. Привстав на локтях, я огляделась в попытке выяснить, сколько сейчас времени. Часы показывали половину первого.

«Ничего себе прилегла на минуточку!»

Спустившись с кровати, я вышла из спальни в гостиную, где обнаружилась дремлющая в кресле Эмили. Удивительно, как ей вообще удалось заснуть в такой неудобной позе и на таком крохотном пространстве. Услышав мои шаги, девушка встрепенулась и вскочила, едва не задев ногой столик, на котором стоял поднос с холодными бутербродами и сладким лимонадом. Организм тут же отреагировал на ароматы и болезненно сжался, напоминая, что я не ужинала.

— Вы уже проснулись, — пробормотала девушка, поправляя измятое платье.

— Да. А почему ты здесь?

— Принесла вам еду. Кроме того, мне велено передать вам информацию от господина Ферио.

— И что на этот раз нужно от меня главному распорядителю? — осведомилась я, присев на диван и взяв бутерброд с вареной говядиной, листьями салата и сладким соусом.

— Он просил передать, что результаты конкурса будут известны завтра утром. Но говорят… — она понизила голос, — говорят, что проигравшие уже этой ночью покинут дворец.

Тут же забыв обо всем, я отложила бутерброд и подалась вперед.

— Ты знаешь, кого выгнали?

— Нет, все делается тайно. Меня поэтому сюда и отправили, до поры запретив выходить. Чтобы я ничего не узнала и вам не сообщила.

— Хм, странно. К чему такая таинственность? Хотя кое-что во всем этом хорошо. Получается, я прошла испытание.

Сказала и сама не поверила. Неужели и вправду прошла?

— Поздравляю, госпожа. Может, вам еще чего-нибудь принести из кухни?

— Нет, спасибо, отправляйся к себе.

— А вы?

— А я немного перекушу и лягу спать.

Однако Эмили не торопилась покидать меня.

— Давайте я помогу вам переодеться и наберу воды для ванной.

— Спасибо, не переживай, я справлюсь сама.

Мне хотелось как можно скорее выпроводить девушку из своих покоев. Не могла же я ей сказать, что жду гостя этой ночью. Я очень надеялась на визит Лейсара. Надеялась и боялась этой встречи одновременно. Вдруг я все себе придумала? И тот разговор, и поцелуй, и все остальное.

— Тогда приятных снов, госпожа. Если что-то понадобится, зовите.

Эмили наконец-то направилась к выходу.

— Да, конечно. Отдыхай. Я все сделаю сама, — повторила я и вновь принялась за бутерброд.

Да, я помнила вчерашние слова Лейсара о том, что он не придет. Что нам нельзя так часто встречаться. Что это может быть опасно. И даже не из-за того, что несмотря на многочисленные блокировки, его могли застать в моих покоях. Просто остановиться с каждым разом будет все сложнее. Но я все равно ждала его. Не могла не ждать.

Я внезапно стала испытывать непреодолимую потребность видеть дракона, касаться его, дышать с ним одним воздухом. Эти эмоции походили на одержимость, приворот или нечто подобное. Наверное, мне следовало остановиться, хорошенько подумать, постараться взять себя в руки. Вот только я не хотела. Впервые за восемь лет я жила, чувствовала и даже, возможно, любила. Разве я могла отказаться от такого?

Я распустила волосы, взяла из спальни халат и сорочку и направилась в ванную комнату. Набрав горячей воды, добавила специального средства, чтобы взбить пену, и несколько капель эфирного масла. И только потом забралась в ванну, давая своим мышцам расслабиться.

На какое-то время я позабыла о времени, проблемах и тревогах прошедшего дня. Словно вода действительно их смыла. Взяв мягкую губку, я медленно водила ею по рукам и ногам, стараясь не пропустить ни сантиметра кожи.

Мне нравилось это ощущение. Если закрыть глаза и включить воображение… всего на секундочку представить, что это мужские руки скользят по влажной коже. Такие сильные, слегка шершавые ладони…

Щеки мгновенно вспыхнули. И явно не от воды, которая уже начала остывать. Я не могла поверить, что опустилась до такого. Срам-то какой! Кожа на щеках загорелась еще сильнее.

Я пробормотала под нос не очень приличное ругательство и ополоснула лицо, надеясь, что это поможет хоть немного унять жар. После чего быстро выбралась из ванны, вытерлась махровым полотенцем и оделась. Сначала сорочка, ткань которой быстро прилипла к важному телу, сверху халат. Волосы я наспех заплела в косу. И только потом покинула комнату.

В покоях было все так же тихо и сумрачно. На столике остался еще один бутерброд. На этот раз на темном хлебе с пряностями лежали политые горчичным соусом кусочки вяленой говядины и нарезанные кружочками маленькие красные помидоры. Снова захотелось есть. Тем более, Лейсар так и не явился. Или пришел, но не застал меня и ушел? Нет, он бы меня дождался.

С тихим вздохом я села на диван и потянулась к тарелке. От первого же укуса соус вытек, тут же оказавшись на пальцах. Пришлось ненадолго отложить бутерброд в сторону и слизать соус, слегка морщась от острой горчицы, которую повар не пожалел. Конечно, можно было вытереть руки о салфетку, она лежала как раз рядом с тарелкой, но мне приспичило именно слизать с пальцев. Совсем неаристократично, по-простому, как мы делали это с братьями. Естественно, бабушка ругалась, но во времена, когда была ценна каждая капля и крошка, позволяла нам подобные вольности за столом.

Как же я по ним соскучилась! Да, у меня имелось волшебное зеркальце, которое позволяло посмотреть на них, однако это совсем не то. Хотелось не только наблюдать за ними, но и поговорить, рассказать о своих страхах и тревогах, спросить совета.

Я снова откусила кусочек бутерброда, стараясь жевать медленно и неторопливо. Тревожные мысли настолько поглотили меня, что я не сразу почувствовала чужое присутствие. Это было именно ощущение. Я не слышала звуков, не ощутила запаха или еще каких-то физических проявлений. Я именно почувствовала чье-то присутствие.

Сердце замерло, на мгновение зайдясь от счастья.

«Лейсар! Он все-таки пришел!»

Впрочем, холодный разум моментально остудил мои вспыхнувшие эмоции.

Это был не Лейсар. Кто-то посторонний явился в мою спальню. Кто-то посторонний сейчас прожигал злым взглядом мою спину… и готовился нанести удар.