Семь кедровых орешков. Смертница

Глава 60

То, что увидела Бердайн и все те, кто шёл за ней, на мгновение повергло всех в ступор. Если бы лицо Верховной Фурии не было столь бледно словно восковая маска, то она побледнела бы ещё больше.

Еления встретилась потрясённым взглядом с холодным взглядом принца Оливара, сразу же нашедшим её беспокойными глазами, Май — с колючим взглядом принца Роланда, вышедшим вслед за отцом из портала, который за ним схлопнулся.

— По-моему, мы слегка припозднились, — обманчиво лениво протянул Роланд. — И без нас нашлись охотники остановить кортеж с заключёнными.

Принц Оливар мрачным взглядом оглядел побоище, потом внимательно осмотрел всех присутствующих и тяжело вздохнул.

— У меня письменный приказ императрицы проворачивать обратно, — произнёс он, найдя взглядом Бердайн. — Тени должны были его исполнить.

— Очень интересно, — процедила та в ответ. — Суд Ровении выносит приговор об осуждении заключённых и направлении их в Тюрьму Пустоши, а императрица не только своих людей отправляет охранять государственных преступников, но и своей писулькой изменяет приговор?

Оливар поморщился, в холодных серых глазах появились досада и раздражение.

— Бердайн, к чему этот спектакль? Ты не ребёнок, и я — тоже. Тебе же всё ясно давно? В принципе, как и всем тем, кто помог тебе сейчас. Отдай девочку, забирай парня, и все будут довольны.

Черные глаза ямы полыхнули огнём, в них отразилось бешенство, которое в данный момент испытала королева фурий.

— Все будут довольны, если ты и твой сынок сдохнете, — прошипела она скрипучим старческим голосом. — Отродья демоницы! — она дёрнулась в сторону принца, но Еля вцепилась в ее когтистую лапу и повисла на ней.

— Пожалуйста! Нет!

— В данный момент большая вероятность, что сдохнете вы все, а мы заберем девчонку и спокойно исчезнем, — усмехнулся Роланд, впиваясь взглядом в хрупкую фигурку, повиснувшую на Верховной. — Ваше величество, — встретился он взглядом с яростным взглядом Фурии, — теперь силы явно не равны.

— Не равны, — спокойно произнёс Май, — даже учитывая то, что у вас Жнец душ, и у нас Жнец душ.

— Жнец душ? — Оливар недоверчивым взглядом уставился на хмурого Мая, потом на сына. — Ты?! — перевёл он изумлённый взгляд на Роланда — из них двоих он явно не был Жнецом душ.

— А ещё ваш сын — Великий мудрец Невидимой Ровении, которая много лет уничтожает «пустышек», — вдруг с ненавистью процедил Рон Аверин. — Но вы, вряд ли, и этого не знаете, да, ваше высочество?

Однако потрясённый взгляд принца Оливара сказал всем наблюдающим за ним, что он ничего не знал.

Поняв это, Май сделал шаг вперёд, вставая ближе к принцу. Тут же несколько Теней направили на него магические пистолеты.

— Семь кедровых орешков, ваше высочество, — громко и чётко поговорил командир боевой пятерки, а его друзья осторожно подошли и встали рядом. — Символ «невидимок», много лет несущий смерть невинным неодаренным подданным Ровении, который они получали в конвертах перед тем, как их жестоко убивали.

— Заткнись! — в бешенстве процедил Роланд.

— Семь пустых орешков без ядра по числу тех родственников, которых ваш сын ненавидел: ваша первая жена, ваши три дочери и три внучки, — не останавливался Май.

— Пристрелите этого пса! — с ненавистью приказал Роланд Теням, а парни из боевой пятерки подобрались и закрыли собой командира.

— Нет! — в свою очередь громко и твёрдо приказал принц Оливар. — Пусть говорит.

Тени застыли в нерешительности, не зная, чей выполнять приказ.

— Не слушай его, отец, — повернулся Роланд к принцу, который мрачнел и чернел лицом на глазах. — Чего только не наговорят осуждённые для своего спасения. Лучше его пристрелить. Скажем, что напал и угрожал нашей жизни.

— Или чего не наговорят трусливые псы, знающие, что расплата близка, — жестко усмехнулся Май, у которого совсем не было страха в глазах и который уже растолкал друзей в стороны, снова выходя вперёд.

На месте недавнего побоища фигуры замерли в напряжении.

— Это правда, Оливар, — Бердайн холодно смотрела на принца, даже с некоторым непонятным ей самой сочувствием. — Твой сын настолько ненавидит «пустышек», что создал преступную империю, члены которой жестоко расправлялись с такими же неодаренными людьми, как твои дети и внуки. Наверное, рано или поздно он добрался бы и до них.

— Нет, не добрался бы, — язвительно отозвался младший принц, насмешливо смотря в чёрные глаза Верховной.

Роланд понял, что скрывать то, что он возглавляет Невидимую Ровению, уже не получится, и его неожиданно раскрыли перед отцом немного раньше времени.

— Мне было интересно наблюдать, как они старели и умирали, а ты отец страдал и ничего не мог с этим поделать, несмотря на титул, деньги, власть и магию.

Принц Оливар пошатнулся словно от удара, а лицо Роланда стало невероятно жёстким с болезненно горящими глазами на лице.

— Семь пустых кедровых орешков, — словно сомнамбула повторил Оливар. — Нита, Рута, Мирайя, Наина... три внучки. Семь женщин, дороже которых для меня никогда и никого не было. Ради которых я забыл, что такое жизнь, сон... Ты... — Оливар внимательно смотрел на сына. — Ты настолько ненавидел их?

— Как тебе сказать, отец? — лицо Роланда на мгновение все же скривилось от ненависти. — Больше всего на свете я ненавижу твою первую жену Ниту и твоих «пустышек».

— Я отдал тебя Оксии, подсознательно понимая, что она может вырастить из тебя чудовище...

Оливар очень долго смотрел в глаза сына, но видел в них только ледяное презрение.

— Приведите девчонку, — резко приказал Теням Роланд, а Бердайн задвинула Елю себе за спину. — Тени вас перестреляют, как котят.

— Всех не успеют, — усмехнулась Мадлен, и в этот момент началось что-то невообразимое.

Май, стоящий уже впереди парней, незаметными жестовыми знаками дал понять, чтобы были готовы, и, воспользовавшись тем, что принцы на секунду отвлеклись на Мадлен, сосредоточился, призвал магию, которую после снятия амагического браслета все это время собирал по каплям, и перевоплотился во вторую ипостась.

Май действовал очень быстро, чтобы противник не смог одуматься, и вот уже он овладел сознанием большинства Теней, а парни напали на близстоящих слуг принцев.

Елю кто-то толкнул на землю, прикрывая собой, а вокруг началось светопреставление.

А потом Еля почувствовала, как в её сознание кто-то нагло врывается и больше она уже ничего не понимала. Только знала, что ей нужно освободиться от лежащего на ней тела и войти в портал, который откроется через несколько минут.