S-T-I-K-S. Резак 2

Глава 7. Добрая Милая Крёстная. Несговорчивая псина

Как-то мне один русский немец еврейского происхождения говорил, что ему жаловались немецкие немцы, которые вместе с ним работали в летней школе, куда съезжались дети со всего света. Суть жалобы была в том, что при появлении несколько русских малышей, когда их собирали в одну группу, то уже через два месяца даже собаки вокруг начинали гавкать по-русски. Вот такими русскими на нашем детсадовском кластере были малыши нео. Детёныши новых человеков, даже если они были младше и их было меньше, очень ловко собирались вместе и могли всегда дать отпор обидчику. Наша детвора, поначалу пытавшаяся отстаивать свою территорию, была вынуждена заниматься тем же, сбиваясь в банды малолетних преступников, договариваясь и находя общий язык с детворой нео. Наши дети тоже быстро пришли к теме объединения усилий в борьбе за свои детские права. Может быть в развитом обществе, где главным является толерантность, воспитание человека, в рамках культурного развития общества и эстетики потребления — это и неправильно, но Стикс — это совсем другое место и подобное общение в нашей детворе шло только на пользу. Малыши нео своим наплевательским отношением ко всему материальному, кроме Тамагочи, с которыми они обожали играться и оружия, которое было у них вполне боевое, на мой взгляд очень благотворно влияли и на нашу детвору.

Наша группа давно вернулась из экспедиции, притащив на стаб Тотошку. После того, как Голодная Настенька шугнула орду элитных элитников, мы с перепачканными штанами, но живые и здоровые, галопом вернулись к городу мастеров. Сразу прибежали к Мосе, сообщили о смертельном стабе и нижнем ярусе проходов, куда уходит переросшие все пределы заражённые. У мастеров были планы рыть вниз, и они уже подыскали пару подходящих пустот, идущих глубоко под землю, и им не доставало только инструмента. После похода к закромам Родины, как раз такое оборудование у них появилось, но мы успели остановить работящих «гномов». Не известно, все ли проходы уровнем ниже заполнены такими тварями, но даже одного такого развитого заражённого вполне хватит, чтобы сожрать всех трудолюбивых жителей разом.

Весь остальной путь был проделан без приключений. Благодаря карте подземелий, которую нам вручил Мося, мы знали не только путь, но и примерное время перегрузок. Это очень ускоряло движение, и мы могли подгадать как время отдыха, так и пути. Наш участок, о котором мы как можно подробнее рассказали, тоже уже был на этой карте.

На стабе папуасов нам немного попоклонялись, упросили сходить в подземный переход города Коняевск, где набрали жратвы для вечно голодных чёрных человечков. Нашу группу одарили грудой китайской бижутерии. В этот раз отвертеться не удалось, ссылаясь на незавершённость похода. Пигмеи и слышать ничего не хотели об отказе от сокровищ. Пришлось благодарно брать. Отойдя на несколько километров, на крохотном стабе, похожем на нишу в стене, мы заныкали клад, задвинув подаренные сокровища четырьмя бетонными блоками, которые Настя Лёня таскали вместе. Через щели был виден мешок с имуществом, но обычный человек до него мог добраться только с помощью динамита.

Подходя уже ближе к нашему стабу, Настя Лёня просили не разговаривать, и двигаться как можно тише. Квазы уходили далеко вперёд, бесшумными тенями растворяясь в темноте и поглядывая на потолок. Демократа хотят поймать? Щас! Нашли дурака.

По возвращении нас радостно встретили знакомые лица, распахивающие перед нами стальные ворота, окружённые толстенными бетонными стенами. Пока мы ходили и искали Голодную Настеньку, Король Артур организовал на подземном стабе, расположенном под кластером Бабы Яги, настоящий форпост. Наши соорудили свежие бетонные укрепления, огневые точки, оснащённые как обычными, так и крупнокалиберными пулемётами, даже притащили пару скорострельных тридцаток.

Наш Главком разумно предположил, что возможна ситуация, когда мы вернёмся и нам ещё долго придётся сидеть под землёй в ожидании открытия прохода. Возможно нам потребуется защита, еда и снаряжение, поэтому к нашему возвращению построили крепость. Всё в духе нашего эффективного кризисного управляющего — Короля Артура.

Проход вниз открывался на каждую третью перезагрузку. Раз в три недели мы становились обладателями широкой дороги вниз. Под землёй оборудовали настоящую гостиницу, размещённую в крепости, а всё пространство вокруг перетянули решётками и осветили. Мастера и чёрные человечки с удовольствием приходили в гости, приводили детвору поиграть на солнышке и откормиться на экологически чистых продуктах из глубокой древности. Подземные соседи с удовольствием принимали наши подарки, гостили, пытались помогать чем могли. Мастера включились в проектирование и строительство новой цитадели, таскали арматуру из проходов, и демонтировали необходимые строительные материалы. Папуасы задаривали нас грудами китайской бижутерии и неслабо помогали ловить одичавших собак и кошек, притаскивая попутно кучу мелкой живности, о наличие которой у нас на кластерах мы и не знали.

Наши вояки полностью перевооружили и оснастили армию пигмеев самым современным оружием. Они подарили подходящее для их небольшого роста холодное оружие и подобрали бесшумный компактный огнестрел. Разнообразием калибров заморачивать соседей не стали, а выдали им пистолеты и автоматы под один тип патрона, всё равно им боеприпасы брать негде, кроме нашего стаба. Папуасы приходили всем табором, с детьми, женщинами, шаманом и вождём. Чёрные женщины, не обременённые этическими заморочками современного общества, с радостью соглашались на всё, с понравившимся белым великаном, чем невероятно бодрили и заставляли держаться в тонусе наших баб.

Король Артур, получивший в свои руки мастеров и неограниченный доступ к современной стали, потирал руки и переделал проект цитадели из высотной башни в «Башню Саурона», не меньше. У нас было очень много хороших металлов привезённых соседями и нео. Это много для жизни, но ничтожно для строительства. Цемент мы делали из блоков песчаника, под несколькими домами, а арматуру, переплавляя дрянное железо из Терема. Теперь мы имели доступ к рельсам и могли, раздалбливая бетон подземных кластеров, выколупывать арматуру в астрономических количествах. Всю неделю, пока проход был открыт, гудели лебёдки, поднимающие металл на поверхность.

Это не всё. Наши тоже ходили в гости и военные походы. Всем было интересно посмотреть, как живут наши новые друзья, а такая отдушина, после многолетнего сидения взаперти, пришлась как нельзя кстати. Соседи беззастенчиво использовали мощь наших рукопашников для продуктовых экспедиций. Несколько раз посещали подземный переход города Коняевск, добывали груды еды, чем приводили в восторг чёрных человечков. Один раз брали склады мобрезерва. В этот раз, используя информацию предыдущего нашествия о копающих заражённых, сразу завалили половину склада, выиграв для себя почти двенадцать часов спокойной мародёрки. Пол суток паровозики мастеров катались туда-обратно с ценным имуществом.

Однако. Несмотря на то, что у нас над головой было солнце, ни папуасы, ни мастера не захотели у нас оставаться и переселятся. Я бы и сам десять раз подумал. Видя мощь наших рукопашников и умения, дающиеся жителям нашего стаба десятками, поневоле ощущаешь дисбаланс необходимого для выживания и избыточного для чего-то то грядущего. Ещё и нео, выбравшие наш стаб местом эвакуации своего молодняка. Ситуация с молодью новых людей была «секретом полишинеля». Об этом не болтали, но все понимали, что если неприятности будут слишком большими, а чернота не выдержит, то тут будут проблемы на порядки большие, чем у жителей подземелий. Предусмотрительные мастера и чувствующий своим звериным чутьём маленькие чёрные человечки старались держаться от нас подальше, хотя всюду совали свои любопытные носы и загребущие лапки, с удовольствием получая наши подарки.

Я сидел на скамейке под навесом, разложив на большом бревенчатом столе листы формата почти А0, и занимался оригами. У нео тоже были свои форматы листов, и они почти совпали с нашими, достаточно было обрезать небольшой край по тонкой линии, чтобы получить оригинальные размеры бумаги новых людей. Наши умельцы распечатали для меня весьма интересную документацию, а именно, схему умений. Какой уже раз пытался разными способами складывать листы, и опровергнуть свою теорию, но получал только подтверждение. Последнюю неделю я сильно нервничал и ждал для научной консультации моего бессменного оппонента и критика Батюшку Айболита.

Мимо меня про трусил Тотошка. Человек двадцать детворы ехала на нём верхом, вцепившись в бронепластины и удобные квадраты динамической защиты. Детвора обожала кататься на огромном псе, который с удовольствием играл с мелкими. Тотошка на меня косо посмотрел, я ответил ему таким же взглядом. Первое что он сделал, когда мы вернулись с поисков Голодной Настеньки — это потащил меня зубами за рукав, желая отправиться к себе домой и приглашая нас последовать за ним. Я ему предложил просто, по-человечески поговорить, озвучить друг-другу интересные истории. Он расскажет где живёт, а мы разумеется сходим к нему в гости. Тотошка пыталась лизать, чесать за ухом, наблюдать за воронами и делать прочие собачьи штуковины, но я упрямо предлагал поговорить по душам. В конечном итоге пёс плюнул на моё предложение и пошёл открывать рукава Батюшке Айболиту, пытаясь уже ему по собачьему объяснить, что хочет домой и нам бы тоже неплохо прогуляться.

Наш глава церкви подсел ко мне на лавку, положив шестопёр на стол:

— Рассказывай давай, чего у тебя у еретика такого, что от дел праведных отрываешь?

— Хотел сначала с тобой поговорить. Боюсь, что Короля Артура удар хватит. Вот смотри, и я показал на разложенный лист бумаги. — Это ты заешь. Схема умений, что новые человеки рисуют. Они для меня распечатали. Вот оригинал, он на пластике, почти как бумага, только не мнётся и не пачкается, с него бумажные копии сделал и формат подравнял.

Я сложил большой лист по диагонали, потом сложил отогнув в треугольники уголки, сделал это очень аккуратно восемь раз и развернул.

— Ну Батюшка Айболит, зацени!

Провёл пальцем по линиям сгиба. Моё умение пересекали линии смятой бумаги и упирались в восемь квадратов, которые нео обозначили как абсолютные умения Стикса. До появления дара Амазонки, само существование таких возможностей ставилось под сомнение, а квадраты на схеме появились исключительно как дань математической логики, чтобы место пустое заполнить. От моего умения расходились лучи и пересекали пустые и заполненные квадраты. Один из них теперь тоже был подписан как умение Голодной Настеньки. На схеме никакой связи между моим умением, расположенным совсем не в центре листа и разбросанным по всей схеме пустыми местами со знаком вопроса не существовало.

— Добрая Милая Крёстная, так ты ведь мог как угодно бумагу сложить, но сложил именно так.

Святой отец покачал головой, взял листы и сделал свою версию оригами, стараюсь складывать квадратами, прямоугольниками и деля листы на симметричные полоски по три части. Когда развернул, крякнул от удивления. Его полоски тоже проходили через моё умение, пересекаясь и расходясь на все восемь квадратов, два из которых были заполнены умениями Джульетты и Голодный Настеньки. Моё умение и умение наших двух девушек на схеме не пересекались стрелками и лежали в разных частях листа бумаги. Батюшка повторил эксперимент, взяв ещё один лист из пачки ещё не мятых. Новая версия повторила рисунок, где линии сгиба шли от меня к знакам вопроса.

— Добрая Милая Крёстная, почему это нео не увидели? Они же до отрыжки дотошные? Каждую глупую шутку тащат своей искусственной голове на проверку, и каждое слово поведенческим анализатором проверяют, особенно теперь твоё, а ты эту таблицу процентов на пять заполнял. Должны были увидеть.

— Может потому, что лет эдак тысячу ничего не печатали? Они всё на компьютерах делают, или потому, что о Голодной Настеньке пока не знают. Для них это пока квадратик с вопросом. Нео эти листы специально для меня печатали и передали. Не думаю, что у новых людей кроме моей персоны много научных работников, которые до сих пор на деревьях по верёвках лазят.

Батюшка взял из пачки ещё один лист и сложил двухтрубный пароход, а потом немного подумав, сложил его втрое, скомпоновал из него треугольник с носиком. Развернул. Убедился, что моё умение опять упёрлось в квадраты. Хмыкнул. Я показал штук пять своих вариантов сворачивания, которые лежали на столе.

— Да, согласен, — выдал своё традиционное наш глава церкви. — Им надо сказать, пусть свои электронные мозги напрягут, а вот Королю Артуру давай пока ничего не говорить. Есть чего бояться, и я тоже теперь опасаться стал. Пока сами не разберёмся, молчим. Зверёнышей напряги, как танк в гости придёт, пусть информацию научникам скинут.

Мы седели рядышком на лавке под навесом, смотрели на множество вариантов измятых листов бумаги, и молчали.