Рыцарь Резервации. Том III

Глава 16

День — полное дерьмо! Уже солнце садиться, а ни заказов приличных, ни бабок, ни пива, Поветрие оставило очередную вмятину на крыше, а по радио все этого Марлинского да нелюдей обсуждают. Якобы у него в этом богом забытом селе с дурацким названием их уже целая коммуна.

И это у самых границ Амерзонии! Как его там… Тарсино… Тварино? Или Тырино⁈

— Туда им и дорога, этим грязным нелюдям… кто бы перебил их к едрене фене, — пробурчал таксист Валера по прозвищу Энергетик, перекинул зубочистку в другой уголок рта и поменял станцию.

На новой волне пошли разговоры о том, что недавно обанкротившегося банкира Рощина наконец-то разыскали в окрестных лесах. Оборванного, истерзанного гнусом до состояния отбивной, а еще крайне кусачего.

Почесав пузо, Валера сделал погромче:

— '…и кто бы мог подумать, что его бывшее благородие так быстро оскотинится?

— Да, Дмитрий Степанович, я сама видела это воющее и рычащее на всех существо. Это же ужас!

— А не та же самая судьба недавно постигла и некоего гражданина Бездомного, печально известного начальника поезда «Ураган»?

— А я думала, вы и не вспомните!

— Это что, у них уже мода такая? Все проворовавшиеся негодяи сразу находят себе пристанище в наших непроходимых лесах, а потом прямой наводкой в дурдом с протекшей крышей?

— Вот-вот, я то же подумала! За Рощином тоже вылезли злоупотребления и уход от налогов, но длинные руки жандармерии дотянулись и до него! Сначала Бездомный, потом его благородие Ленский (но тот с летальным исходом), затем Рощин…

— В страшные времена живем.

— Не забудьте, что буквально на днях в Шардинский дурдом пожаловал и сам Горбатов. Причем вся мужская часть теперь местные клиенты!

— У санитаров, похоже, работы невпроворот.

— И не говорите. Но если притворяются мигом окажется на скамье подсудимых, а если нет… Знаете, Дмитрий Степанович, у меня есть некая теория, но мне кажется, я конспиролог.

— Излагайте!

— Марлинский…

— Марлинский⁈

— Да. Все из бесславно сгинувших игроков претендовали на поместье Таврино с деревней. Всех — и Ленского, и Горбатова, и Рощина юный барон оставил с носом еще на торгах, а затем… Сами думайте!

— Вы считаете это отголоски необъявленной родовой войны?

— Кто знает! Но я думаю…'

— Какая гадость! — сплюнул Валера зубочистку в окно.

И эти туда же! Еще в задницу своего Марлинского поцелуйте!

Настроение полный швах… Может, заехать в трущобы, и попробовать стрельнуть там какую-нибудь лисичку? Или девку-зайчиху?..

Нет, эти шлюшки уже надоели, да и норовистые они. Чуть синячок оставишь, как потом с их братвой разбираться. А может, в ШИИР и подежурить у выезда?

А это идея…

Валера вырулил на трассу и устремился в сторону Цитадели. Иногда у ШИИРа и вправду везет, и на остановке удается подобрать пару студенток из числа простолюдинок. Денег нередко у них при себе не копейки, а таксист знал пару способов, как заставить глупых первокурсниц сделать ему приятно.

Валера ухмыльнулся. Нужно только глядеть в оба и…

— Ага! — ухмыльнулся он и притормозил. Как ни странно, но то же самое сделал каждый второй на трассе.

На обочине голосовала просто очаровательная малышка. И еще лучше — японка!

— О, да… — ухмыльнулся Валера и быстрее всех подъехал поближе к этой узкоглазой дурочке.

Та, широко улыбнувшись, устремилась к нему. А вблизи она еще краше!

Это же джек-пот! Ее можно завести куда-нибудь подальше и… О такой, как она, даже вопросов задавать не будут.

Головастый чертенок на приборной панели такси компании «Чертова артель» трясся как ненормальный. Ям и выбоин каждые сто метров становились все больше, а усадьба постепенно приближалась. Выстрелы тоже — одиночные, но они звучали все громче.

Промелькнул указатель — «Таврино», а немного погодя мы услышали и очереди. Тут же на дереве показалась и связка костей, которую мне все было не с руки убрать.

— Хорошо, снова дома! — улыбнулась Метта и откинулась на заднее сиденье рядом с Аки.

Смертельно бледный толстяк-таксист до хруста сжал «баранку» и уже в сотый раз спросил:

— Вам точно сюда⁈

— Да-да-да! — шипел я с пассажирского сиденья. — Быстрей! Быстрей! Тащимся как черепахи!

Он немного прибавил оборотов, но спустя сто метров снова притормозил. Его колымага поди встала бы намертво, если бы не хруст денег у меня в кулаке.

И снова эти глаза! Как у забитого щенка, у которого вырвали кусок мяса!

— Гони давай!

Тот замычал, но надавил на педаль газа.

Эх, а ведь все так хорошо начиналось!

В ШИИРе как-то не с руки было отрывать народ от дел, и нам ничего не оставалось как ловить попутку. И до тех пор, пока мы оба махали руками навстречу потоку, ни один козел даже не затормозил!

Но вот зато стоило мне спрятаться в кустах, а Аки выйти на дорогу…

— Вах! — хихикнула Метта.

Да отставить ножку, затянутую в тугой тренировочный костюмчик…

— Вай!

А потом слегка-слегка нагнуться…

— Ох, Илья, даже я вспотела…

Ага, до ДТП, к счастью, не дошло, но шороху на трассе мы навели знатного.

Короче, через пять минут мы мчались в Таврино на всех парах. Водила, конечно, немного расстроился, когда вместе с попкой симпатичной малышки на заднее сиденье плюхнулась и моя заднца, а фраза «Мы едем в Таврино, и побыстрей!», и вовсе повергла толстяка в состояние легкого шока.

К счастью, двойная такса мигом его успокоила.

И вот мы здесь — вокруг нас шумели непроходимые леса, вечерние сумерки сгущались, что-то выло по кустам, на деревьях раскачивались кости в купе с гроздьями паутины, а вдалеке кто-то стрекотал короткими очередями.

Ах да, еще Амерзония близко, и, как мне сказали, вчера был очередной прорыв. А еще Поветрие почти каждый день. Весело нашим без меня точно не было.

— Я-то гляжу, чего этот парень такой нервный! — заметила Метта, подпиливая ноготочки.

— Монстров по этим лесам носится, наверное, видимо-невидимо, — сказал я, вглядываясь в темные дебри.

Даже времени нет взять меч и саму прочесать свои владения на предмет забредших тварей. Набьешь десяток, и уже неплохо — в ШИИРе с руками оторвут, да и толкнуть можно еще кому-нибудь из частников. А ведь еще Винни…

Нет, этим барону заниматься совсем не комильфо. Тем более, накануне отъезда в Амерзонию. Тома, кажется, любитель поохотничать, а еще деревенские, вроде Ермака, — вот пусть с ними поработает, раз она теперь настолько заматерела, что может выстоять против целой усадьбы автоматов!

— Ты поди ее поймай для начала! — заметила Метта.

Это да, но кто сказал, что будет просто?

Когда стрельба затихла, таксист выдохнул. Даже чертенок перестал трясти башкой как ненормальный. На одну минуту воцарилась почти священная тишь.

Вдруг из-за поворота показались очередная россыпь черепов и табличка «Убирайтесь!». Затем снова застрекотали как на стрельбище. Да еще в темноте блеснули чьи-то глаза. Красные!

— А это что за хрень? — всмотрелся я в окружающий полумрак. — Вы видели?

Водила заскулил и замотал головой.

— Ваше…

И тут — вжик! — мимо пролетела шальная пуля. А потом еще и еще одна и — динь! — чиркнула прямо по капоту.

Водитель покрылся испариной. Мы с Аки внимательно всматривались в лес. Либо драка перекинулась за пределы усадьбы — и слава богу! — либо, тут ползает какая-то гадость. Рукоять меча уже теплела в моих пальцах.

— … благородие… — продолжал ныть водила, — у меня дети…

— У меня тоже, — мрачно отозвался я, не отлипая от окна. — Целая усадьба.

Вдруг сбоку кусты, и из них вылезла… ОГРОМНАЯ ТЕНЬ!

— Мама! — и таксист ударил по тормозам.

Чертенок тряхнул своей рогатой репой, а наши ремни безопасности натянулись. Под визг покрышек машину занесло. Плюх! — мы откинулись на сиденья, а тачка встала как вкопанная.

К счастью, в дерево влететь она не успела.

— Вы это видели⁈ — оглянулся водила, вылупив слезящиеся глаза от страха. Кажется, чем-то завоняло.

— Ага, — выдохнул я, прислушиваясь.

В лесу было тихо и темно, но глаза меня едва ли обманывали. Это было похоже на гигантского шестиногого паука.

— Только куда он делся⁈ — заерзала Метта на месте. Меч Аки поблескивал золотом.

— Врубай боевой режим, — сказал я, напитываясь энергией. — Если оно нападет…

Икнув, Аки подняла пальчик и указала на переднее стекло. Мы с водителем посмотрели вперед.

Бах! — и на капот, поблескивая металлом, прыгнуло нечто рукасто-ногастое со спицами и шипами по всей человекоподобной туше.

С женственными округлостями. И их было явно больше, чем у обычной дамы.

— Хорош! — охнула Метта.

Цок! Цок! Цок! — и переставляя заостренные лапки, оно нависло над машиной. Пустое лицо слегка поблескивало в свете фар.

— Вот и вы-с… — прошипело существо и медленно приблизилось к ветровому стеклу. — Мы так долго вас ждали-с… босс.

Босс⁈ Клянусь, я едва не вынес стекло вместе с этой тварью. А голос был знакомый. Неужели?..

— Вен⁈ — ахнул я и полез наружу. — Это ты?

— А кто? Вы не узнали старушку Вен? Как же так⁈

Встав прямо перед ней, я снова осмотрел паука-автомата с головы до… неважно. Тут всего было слишком много.

— Из какой преисподней она вылезла? — спросила Метта. — Я не помню такого автомата… Красивый.

Я тоже не помню. Видимо, Механик постарался. У него было много-много полуразобранных и сломанных автоматов. Тут, кажется, пересобраны штук пять-шесть, а то и все десять. Благо голова была одна.

Мы с Меттой обошли новенькую Вен со всех сторон. Нет, это явно произведение искусства — несколько тел было переплетено, как на какой-то картине… не совсем приличного содержания. Однако, как ни крути, но выглядело красиво, эффектно! И немного жутковато.

— Аки, вылезай давай! — сказал я и направился к стеклу водилы. — Извините…

— Я не хотел! Я не знал! Я отдам все до копейки!!! — закричал он еще в салоне. — Берите машину! Жизнь дороже!

Мы все переглянулись. Вен наклонила голову набок. А затем жутковато защелкала жвалами.

— Что ты не знал⁈ — и она снова нависла над салоном.

— Ну пожалуйста… Отпустите меня! У меня дети! Я больше не буду совращать школьниц!

Дальше он начал выть что-то нечленораздельное. Похоже, дальше эта машина точно не поедет… Ладно, пусть, до дома всего ничего легкой трусцой.

Аки пыталась успокоить водилу, но тот лихорадочно пытался отстегнуть ремень безопасности и выбраться из собственного такси.

— Эй, а не у тебя, лысый, написано, что ваше такси доставит пассажира даже в преисподнюю⁈ — ткнула Метта пальцем в табличку на боку броневичка.

— Видать, Таврино пострашнее будет, — прыснул я, отсчитывая деньги.

— Ты ему еще и платишь⁈

— Не ворчи, идти всего-то десять ми…

Хлопнула дверь, и водитель пустился бежать. Да так быстро, что спустя секунд десять он покрыл все сто метров.

— Неплохо… — поморгала Аки. — Мог бы и в Комнате класс показать.

— Вен, взять! — сказал я, и паучиха вприпрыжку бросилась за убегающим водилой. Еще чего задумал, бежать от барона Марлинского, когда он хочет дать тебе денег!

Пару секунд спустя таксист отчаянно барахтался у Вен в лапках. Всего секунду, затем он обвис в ее «объятьях» как мешок. Видно, принял свою участь.

Затем мне пришлось насильно совать ему деньги — всего одну таксу! — и запихивать заплаканного таксиста в собственную машину.

— До свиданья! — сказали мы с Аки, а японка еще и поклонилась. Вен сделала ему ручкой.

Водитель же, развернувшись, стартанул с такой прытью, будто за ним увязалось все адское воинство. Стоило пыли рассеяться, а желтого броневичка, как не бывало.

— Тоже мне «Доставим даже в преисподнюю!» Мошенник! — зарычала Метта, потрясая кулачком. — Надо было номер запомнить. Рассказали бы начальству, какие у них трусы работают!

Оставшуюся дорогу мы с Аки преодолели на своих двоих — пригнувшись и короткими перебежками, а то кто его знает, что за дрянь притаилась в кустах. В усадьбе все еще палили.

— Они там совсем озверели⁈ — зашипела Метта, выглядывая из-за дерева. — Весь дом поди разнесли! Вычтем у Томы из жалования!

— Как бы ей не пришлось до конца дней работать бесплатно…

Вен же наскоро рассказала нам про домашнюю обстановку, и выходило, что на состояние Томы наложилась три аспекта — первый, это тренировки с Вен, а второй — тот самый «мигающий» ящик с картинками.

— Телевизор. Они смотрят его почти каждый вечер, — с явной ненавистью пробурчала Вен. — Меня отправляют охотится на монстров, а сами…

— Ты охотишься на монстров⁈

Я даже остановился. Вен гордо выпятила грудь и защелкала жвалами.

— Ну да! Сегодня немного — всего-то пять юдо-змеев. Но вчера прибила целую дюжину юдо-ящеров. А позавчера поймала чудо-завра. Хотите покажу?

— Надеюсь, все отволокла в усадьбу?

— А как же! Механик целый день их разбирает. Часть нам в хозяйство, часть на продажу. Лиза уже договорилась с парочкой частников.

Я улыбнулся и чуть было не расцеловал Вен. С ее новым видом это выглядело бы… короче, Аки бы не так поняла.

— Все бы она поняла! — хихикнула Метта, и я пожал довольной Вен лапку.

Эх, хорошо осознавать, что пока ты как проклятый томишься в Комнате, и в Таврино происходит что-то кроме стрельбы, просмотра телевизора, скандалов и странных историй. Денег и так не слишком много, а девочки начинают превращать свои новые тела в капитал.

— Кстати, а что за третий аспект? — спросил я.

— Тома на днях вернулась из города сама не своя. Говорила что-то про сестру… Потом сорвалась. Хрен знает, я постаралась побыстрее свалить и… В сторону!

Тут в кустах завозились, а затем сверкнул огонек. Я мигом выхватил меч, но Вен была быстрее. Секунду спустя она рванула навстречу твари со скоростью пули.

Бум! — и огонек завертелся в воздухе. Я подставил руку и поймал сверкающую геометрику Огня.

Вен же выползла к нам — в лапах обвис здоровый юдо-змей.

— Неплохо! — подкинул я кристалл и убрал в карман. — Есть и хорошие новости… Вен, иди сюда!

Бросив свою жертву, паучиха подошла ко мне, и, таки обняв эту женскую аппликацию, я прошептал ей на «ухо».

— Каждого десятого можешь взять себе. На апгрейд.

Вен охнула:

— Серьезно⁈

— А что нет? Нет предела совершенству. И такой громадине как ты, Вен. Чем черт не шутит, вдруг, если Рен немного перестанет нервничать и бояться темноты, вы с ней тоже выйдите на охоту? Поучишь ее, как использовать свою мощь не только для сидения в подвале, а ради общего блага.

— Спасибо, босс! Я вас не подведу!

И тут она плюхнулась прямо на траву. Выгнула спинку и посмотрела на нас с Аки.

— Садитесь прямо на меня, босс! Домчу с ветерком!

Я посмотрел на Аки. А моя подруга довольно бледненькая. Видно, еще побаивалась такую союзницу. Но я бесстрашно взял ее за руку и помог взобраться верхом.

Затем уселся сам, и она обняла меня за талию.

— Держитесь крепче!

Валера осматривался каждые сто метров. Вроде… Ушел!

Он откинулся на сиденье и, зажмурившись, начал читать «Отче наш». Наверное, впервые за тридцать девять лет своей жизни он делал это абсолютно искренне. Под задницей было мокро и тепло, но Валере было плевать — он выжил! Выжи…

Грохот и искры затопили собой все. Мир вертелся, дергался и подпрыгивал. Затем все стихло, и башку Валеры пронзила острая боль. Он выключился.

Какое-то время не слышалось ничего, кроме звона в ушках. Наконец, он раскрыл глаза и скривился. Больно было зверски. Машина же лежала на крыше.

— Но я жив… — простонал он, ощупав ноги. Они болели, но слушались. — Я жи…

Вдруг сбоку послышалось шипение и по спине пробежались мурашки. Валера оглянулся.

Прямо по траве к нему полз оскаленный человеческий череп с металлическим хвостом. Глаз на лбу пылал поистине адским сиянием.

— Мама… — застонал Валера и потянулся к кнопке активации защиты против Поветрий.

Юдо-змей прыгнул, и Валера зажмурился. Бах! — и щиты загрохотали по корпусу.

Тишина. Он жив, он снова жи… Шипение… Совсем близко! Валера открыл глаза.

Всепоглощающую тьму пронзал красный демонический свет.

Да, ехать верхом на огромном паук-автомате, это вам не покатушки на такси! Не раз, не два мне казалось, что мы вот-вот слетим у покатимся в кусты, но к счастью у Вен всегда было за что ухватиться…

Да, да, Метта, именно за них!

— А чего, я ничего! — пожала она плечами, летая вокруг на крыльях.

Хорошо, что дорога до усадьбы заняла каких-то пару минут.

И вот она… Эх, только мы более-менее привели усадьбу в порядок, и вот на тебе! Хорошо хоть, по словам Сен, пули у них резиновые.

Были. На момент нашего разговора.

Одно хорошо — усадьба окунулась в тревожную тишь. И это могло означать три исхода: либо фокс таки угомонили, либо фокс угомонила всех, кто мог ее угомонить. Ну либо все затаились и зализывают раны. Что-то подсказывало мне, что верный третий вариант.

Уже на подходах мы заметили кого-то в кустах. Вен, подошла поближе и…

Кусты разразились огнем. Вен прыгнула в сторону, а затем вжалась в землю. Грохот стрельбы не умолкал, и мы с Аки откатились в сторону.

Нападение⁈

— Нет, это не Винни… — послышалось издали. — Похоже, та самая Каракатица. Черт бы побрал эту Амерзонию! Где она? Видели, куда делась⁈

Говорили знакомым голосом. Я приподнял голову, и… Ба! В меня из штурмовой винтовки целился сам Авраам Емельяныч, староста Таврино.

Увидев мою физиономию, он опустил оружие.

— Илья Тимофеевич⁈ — вытянулось его лицо. — А мы думали, вас там с концами⁈ Эй, не стрелять!

Зашуршало, и отовсюду показались еще пятеро деревенских, в том числе и сын старосты Кирилл, охотник Ермак, еще двое охотников и, конечно же, Яр.

Нас с Аки они взяли в кольцо и, повернувшись спинами, подняли пушки.

— Не волнуйтесь, — прошептал староста. — Эту шестиногую тварь мы замочим. Она уже третий день баб да ребятню пугает. К счастью, пока никого не задрала…

— Так, отставить огонь! Опустите оружие! Вен, выходи уже! Я сказал, не стрелять, это своя!

Все шестеро посмотрели на меня как на полного идиота. Вдруг кусты разошлись, и из лесного полумрака показалась моя шестиногая подруга. В лапах у нее была еще одна юдо-змея.

Пушки тут же вскинулись.

— Не стрелять, вашу мать! — загородил я паучиху, которая тихо-мирно выковыривала у юда изо лба геометрику. — Это друг! Я послал вам в помощь!

Рты открылись как по сигналу. Один Ермак только почесал бороду, глядя на эту в чем-то даже элегантную машину. Щелк! — и геометрика упала в траву. А затем и в мой карман.

— Хорошая работа, Вен. Ты можешь идти развлекаться дальше, — кивнул я. — Поймаешь еще десяток змеек и возвращайся. Двух отдашь Механику. Пусть сделает из них… что-нибудь новенькое.

— Спасибо! Спасибо! Спасибо! — запрыгала она вокруг меня, а затем с радостным воем рванула в заросли.

Шипение, снова удар… Там что-то опять блеснуло, и — бенг! — полетело в воздух.

Хвать! — и у меня в руках сверкнула еще одна геометрика.

— Иди к папочке, — улыбнулся я, убирая ее в карман к двум ее подружкам. — Итак, а чего вы тут забыли? Охотитесь на Вен что ли?

Парни немного помялись, но затем Авраам Емельянович объяснил:

— Сначала да, но потом парни рассказали, что в усадьбе целый день кто-то палит почем зря. Трубку не брали, вот мы и приехали, чтобы помочь… А то вдруг Горбатовы снова решились на вылазку?

— Это вряд ли, — покачал я головой и встретился глазами с Яром. Тот был мрачнее тучи. Впрочем, как обычно.

— Тома сказала, что учится стрелять, — проговорил он. — Только не говорите, что это часть обучения?

— Ты против?

— Не кажется ли вам, что это уже чересчур⁈

— Кажется, — кивнул я. — И я здесь, чтобы немного приостановить пыл твоей сестры.

— Моей сестры⁈

— Угу. Она уже поставила всех моих слуг в коленопреклоненную позицию, — ухмыльнулся я. — И откуда в ней это?

Яр еще сильнее нахмурился.

— Вот этого я и боялся…

— То есть? С ней уже было такое?

— Угу… Стоит ей только как следует разозлиться… И в ней просыпается… Нелюдь.

— Эй, ты бы полегче на поворотах, Яр, — пихнул его в бок охотник-ушастик. — Зверье в ней просыпается, а не нелюдь! Вон, Семеныч, не даст соврать. Как-то к ней хотел подкатить его племянник, а она… Зверь, а не девка!

Яр зарычал. Я решил поменять скользкую тему и, мягко взяв старосту под локоть, пошел с ним в сторону усадьбы:

— Как там дела в деревне?

Тот мигом принялся загибать пальцы:

— Забор с домами закончили, лесопилка во всю работает. Нам бы с дорогу сделать, отремонтировать и вновь запустить электростанцию и водопровод, но не на что, — и Авраам Емельянович развел руками. — А тут еще Винни!

— Думаю с Вен Винни долго не протянет, — улыбнулся я и сунул ему в карман все три геометрики. Он охнул, а я продолжил: — А что пополнение? Не бунтует?

— Скажете тоже! Яра они уважают, и каждому нашлась работка.

— И слава богу. Ладно, сегодня урезоню Тому, а завтра прокатимся к вам, посмотрим, что можно сделать. Сегодня вам тут делать нечего, возвращайтесь.

— Но…

Вновь шуршание, и я подставил руку. Хлоп! — и в нее влетел еще один сверкающий камешек. Прыг, — и он пропал в кармане у старосты. Ему будет куда потратить эти деньги.

— Достаточно?

— Более чем! Как я могу…

— Результат. Только и всего.

И вот усадьба. Было тихо. Слишком тихо.

— Я пойду с вами! — вышел вперед Яр, и остальные тоже намылились со мной.

Я поднял руки:

— Всем ни с места! Все возвращайтесь в деревню. Яр, тебя это тоже касается. Тома приедет со мной. А ну!

— Но…

— Никаких «но»! В жандармерии я смог вытащить твою сестренку из потных лап «правосудия». Смогу и унять ее неуемный характер. Еще не хватало вам ее напугать своим воинственным видом.

А это было правдой — разоделись они как на войну. Помимо оружия, на них были и экипировка, и боевой раскрас. Взгляды же отнюдь не воинственные. Охотники смотрели на нас со странным выражением, то ли любопытства, то ли надежды, то ли отчаяния. Староста же почти с любовью.

К счастью, строптивый фокс меня послушался. Мы с Аки вышли из леса, а за спиной заворчал мотор и звук удаляющегося броневика.

И вот, наконец, мы у ворот. Я ткнул пальцем в кнопку «вызов».

— Кто там? — послышался голосок Рен.

И это теперь она на воротах сидит⁈

— Рен, дорогая, это Илья…

— Привет, Илья. Ты уже вернулся из ШИИРа?

— Да, и мне позарез нужно пройти в дом. Отставь свой пальчик и ткни в кнопочку «Открыть», будь хорошей девочкой.

— Хорошо… А… Ой…

Что-то щелкнуло, и по дому прокатился грохот. В следующую секунду окна во всей усадьбе накрыло железными щитами — включилась защита против Поветрий.

— Рен…

— Ой, темно! Илья, Илья, где ты? Я боюсь, когда темно! Я не хочу в угол!!!

Послышалось щелканье и дом буквально начало плющить. Снаружи замигали фонари, откуда-то зазвучало пианино, а потом по округе прокатился вой воздушной тревоги.

— Рен, кнопка «Открыть»! — зашипел я. — Быстрее, малышка, мы с тетей Аки спешим…

— Где? Где⁈ Я не умею читать!

Я закатил глаза. Из динамика послышалось безудержное рыдание.

— Тогда как тебе сказали открывать двери⁈

— Тетя Сен сказала нажать на зеленую кнопочку. Но тут так темно…

Что-то зашумело, зажужжало. Пианино замолкло, а железные щиты начали биться и громыхать, как будто дом решил как следует проморгаться.

А потом…

…здесь ядовитый воздух, каждый здесь живой труп…

— О, нормальная тема! — ахнула Метта и начала приплясывать в такт бодро звучащей музыке. — А у этого Онегина был хороший музыкальный вкус. Ну что⁈

— Метта, а где Шпилька?

— Охраняет кристалл и перестраивает жучков, — пожала плечами она. — У нее тоже синхронизация, я же сказала… Ой.

Час от часу не легче. А тут еще в усадьбе снова началась стрельба! А еще эта музыка…

— Рен плохая! Плохая! — пищали с той стороны. — Рен сама себя накажет. Только не в угол!

— Нет, Рен хорошая! Никаких углов! Включи уже свет!

Стрельба загромыхала с новой силой, но девочка, к счастью, взяла себя в руки.

— … подождите, босс, сейчас я сбегаю с фонариком! Я быстро!

Послышался топоток, а затем динамик отрубило. Приехали.

— Нет, через главный вход нам туда не попасть… Ладно, Аки, давай, — и я сложил руки лодочкой. Та поставила стопу и бодро подпрыгнула.

Хлоп! — и ее мордашка уже с той стороны. Дальше полез уже я. Было не так эффектно, но через пару секунд мы с ней бежали к дому.

К счастью, одно окошко оказалось приоткрыто, а там…

— Пригнись! — рыкнул я и прыгнул на Аки.

Над головой загромыхала очередь. Мы полетели в траву и нас накрыло осколками стекла.

— Ой… — пискнули из окна. — Илья Тимофеевич, это вы? А я думала, это Тома решила напасть на меня с тыла!

Я поднял голову. Из окошка вылезала Мио с дымящимся автоматом наизготовку. Даже с двумя. В третьей руке сверкал штык-нож, в четвертой пушистая щетка для пыли.

…здесь очень трудно жить, здесь трудно сделать вздох…

Опасаясь даже голову поднять, мы с Аки поднялись на ноги. Но нет, пули больше не свистели. Стреляли, но где-то глубоко в доме.

— Ага… — протянул я. — Вы, я гляжу, развлекаетесь?

— Отбиваемся как можем, — пожала плечами Мио. — Тома отчаянная. Сен хорошо потрудилась!

— Замечательно. Дай руку.

И с помощью Ги мы с Аки забрались в дом.

К счастью, все выглядело не так плохо — пыль везде, штукатурка, а дырки от пуль оставались и после нападения Горбатовых. А вот мебель жалко, хотя она и тогда выглядела настолько потрепанной, что половину точно на выброс.

— Где Сен? — спросил я, выходя в коридор.

Тут тоже обстановочка была не ахти — пули пусть и резиновые, но вот стены они не щадили. Короче девочки доломали то, что не успели доломать до моего визита. Их детская непосредственность и душевная дурость иногда меня забавляла, но ее надо срочно пресечь.

Для их же блага, а то…

…здесь не дожить до сорока…

— Мио? Где Сен?

Автомат-дворецкая замялась.

— Не знаю. Девочки заперлись в гостинной. Вен охотится в лесу, а вот Сен… Мы с ней пытаемся найти Тому. Она прячется где-то в усадьбе, и у нее…

— Что?

— У нее боевое оружие.