Алексей Аржанов, Михаил Майоров Индийский лекарь. Том 3

Глава 1

Я хорошо помню, что Шьям говорил о недавней проверке страховой компании, когда мы сидели в кабинете у заведующего отделения. Возникает вопрос, а что они здесь забыли? Решили что-то перепроверить? Очень сильно сомневаюсь.

— Я тогда вызову заместителя по медико-социальной экспертизе, — предложил я. — Можете пока воспользоваться моим компьютером. Вроде я успел авторизоваться в личном кабинете.

— Как вам удобнее!

Один из сотрудников страховой компании сел за моё рабочее место. Второй встал рядом с ним. Я не видел, что они открыли на компьютере, но догадаться было нетрудно. Раздел с листками нетрудоспособности.

Всё это очень странно! С утра ко мне приходит пациент, который вызывающе себя ведет, чтобы ему продлили больничный. А тут проверка внеплановая от страховой компании. Нет ли случайно в этом какой-то взаимосвязи?

Они ведь вполне могли подговорить этого пациента, чтобы он поспособствовал открытию необоснованного больничного листа. Правда ему не повезло наткнуться на меня.

Дозвониться до заместителя по МСЭК удалось только с третьего раза. Услышав, что у меня уже в кабинете шерстят работники страховой компании, он уже через пять минут прибежал в мой кабинет.

Я надеюсь, что мой подчиненный не успел открыть новый больничный лист. Да и уйти из кабинета у меня нет возможности, ведь страховая компания пришла с проверкой. Если терапевт открыл больничный, то он должен высветиться на первом месте в поисковой строке.

— Так, я вас ненадолго отвлеку, — я взял с рабочего стола список сотрудников отделения с телефонными номерами. — Нужно по поводу льготных препаратов один момент уточнить.

Я соврал. Никакие уточнения мне не нужны были. Я хотел защитить своего подчиненного. Но дистанционно у меня не было возможности это сделать.

Сейчас ему главный врач на уши сядет, откроет этот больничный лист, а потом будет платить из своего кармана. Тем более там большой срок нетрудоспособности. Сомневаюсь, что сумма выйдет в пару тысяч рупий.

Наконец, нашел. Через пару гудков терапевт взял трубку.

— Здравствуйте, доктор, это вас беспокоит заведующий отделения, — поспешно сообщил я. — Можете ко мне в кабинет подойти?

— Сейчас мы разберемся с главным врачом… — нервно ответил терапевт.

— Нет, вы подойдете сейчас, — я сделал акцент на последнем слове.

— Тут дел на пять минут всего… — попытался оправдаться терапевт.

— Всё потом, — настоял я. — Ко мне в кабинет. Живо!

Я сбросил трубку. На меня даже не обратили никакого внимания. Заместитель по МСЭК хорошо отвлекал сотрудников страховой компании своими разговорами.

Через пару минут вошел терапевт. Судя по выражению его лица, он был сильно обеспокоен моим вызовом.

— Просили подойти, — кивнул головой терапевт.

— Я хотел с вами побеседовать по поводу заявок на льготные препараты по вашему участку, — строгим тоном сообщил я.

— А что с ними не так? — немного нахмурился терапевт.

— Ха, что не так? — я наигранно повысил интонацию. — Ошибка на ошибке. Нас в министерстве здравоохранения за это засмеют!

Один из сотрудников страховой компании обратил внимание на наш разговор, но быстро потерял интерес, услышав, что мы обсуждаем льготные препараты. Ведь проверка заявок не входит в их обязанности.

— А где вы у меня ошибки нашли? — искренне удивился терапевт.

— Сейчас я вам всё покажу! — я протянул ему в руки заявку с запиской от себя. — Вот что это такое⁈ Вы серьезно думаете, что ему хватит три упаковки препарата на год?

В записке я попросил, чтобы терапевт мне подыграл. Ведь я пытался спасти его шкуру от главного врача и проверки страховой компании. Терапевт пробежался глазами по записке и благодарно кивнул мне головой.

— Ну, я могу заново всё посчитать! — неуверенно ответил терапевт.

— А у нас есть на это время? — наигранно возмутился я. — Сейчас будете при мне всё это оформлять. Садитесь.

— Сингх, — обратился ко мне заместитель по МСЭК. — Можно вас на пару минут.

— Что случилось? — отвлекся я от разбор с терапевтом по поводу льготных препаратов.

— А доктора Джоши перевели в другое отделение?

— Да, а что случилось?

— Да у него здесь ошибки есть в выдаче больничных листов, уже нашли несколько штук у него. Скорее всего будет штраф.

Вот же повезло Шьяму. Мало того, что уволили. Так ещё и штраф прилетит теперь.

— А что у него не так с больничным? — поинтересовался я.

— Всё как обычно, — заместитель вытер пот со лба. — ОРВИ по пятнадцать дней, закрывает задним числом. Был пациент, которого он вел пятнадцать дней по одному заболеванию. Закрыл и стал вести по другому.

Пытался обмануть систему. Но для этого и существуют проверочный орган в лице страховых компаний.

Система не даст продлить больничный больше пятнадцати дней, потому что для превышения этого срока необходимо писать осмотр для врачебной комиссии.

Многим врачам лень её писать. Нужно полностью расписать осмотр, внести необходимые данные о результатах исследований и анализов. Очень долго и нудно. Не говоря уже о том, что нужно это всё распечатать, взять карту и отнести всё на подпись.

Намного проще просто закрыть больничный лист и открыть новый. Правда, это — грубая ошибка. Ведь страховая компания получает отчет о выданных листках нетрудоспособности.

Поэтому у них и возникает вопрос, а как человек, который находился пятнадцать дней на больничном, закрыл его, а потом внезапно оказался нетрудоспособным.

Должно быть продление. Даже если диагноз действительно уже другой фигурирует у пациента.

— Ну, будет для него сюрпризом, — коротко подытожил я.

— Мне кажется, что стоит его предупредить по этому поводу, — посоветовал заместитель МСЭК. — А то скажет, что ошибки никакой не было у него в картах. Это мы его как-то подставили.

— Ладно, позвоню, хоть и не особо хочется, — честно признался я и взял листок с указанными номерами сотрудников.

— Да просто сообщите ему и всё, делов то! — развел руками заместитель МСЭК. — Если он с чем-то будет не согласен, то я сегодня до пяти вечера на работе буду. Всё ему покажу самостоятельно. Просто это же ваш подчиненный.

— Ну, мы с ним коллегами были. Его перевели раньше, чем меня поставили заведующим терапии, — сказал я и набрал номер Шьяма.

Не отвечает. Может, просто не хочет со мной говорить? Или прием у него загруженный. Попробую ещё раз дозвониться.

— Мц, алло, — ответил знакомый голос. — Доктор Джоши слушает.

— Добрый день, это вас беспокоит заведующий терапевтического отделения третьей центральной больницы, — я ответил не менее официально, чем мой бывший коллега.

— Мц, уже так значит! — усмехнулся Шьям, узнав мой голос. — Что ты хотел услышать от меня, Аджай? Решил предложить свою должность?

А он не унывал от слова совсем. Даже не боялся отпускать шуточки, словно между нами ничего не произошло. Хотя он не так давно хотел меня очень сильно подставить.

— Нет, я позвонил по совсем другому поводу.

— Ладно, завязывай уже тянуть резину, Аджай. У меня полная очередь пациентов. Что ты хотел? — мой бывший коллега так и «лучился» раздражением. — К нам пришла страховая компания. У тебя есть проблемы с некоторыми больничными листами.

— Мц, страховая⁈ — удивился Шьям. — Они же у нас были не так давно. Сколько можно нас проверять⁈ Дурдом какой-то!

— А я как раз твои слова вспоминал сегодня по этому поводу, в общем, я тебя предупредил, — подытожил я.

— Случайно не знаешь из-за какого пациента проблемы возникли? — поинтересовался Шьям.

— У тебя же нет времени, — усмехнулся я. — Мне кажется тебе проще будет подойти к председателю МСЭК.

— Мц, я сейчас работаю в такой глуши… Ты бы только знал, Аджай, — пожаловался Шьям. — Мне же во всяком случае придет уведомление.

— Решай сам. А то штраф придет. Будешь жаловаться на нас, что мы тебя в известность не поставили.

— Мц, ладно, завтра перед работой загляну к нему. Давай! — Шьям бросил трубку.

По-хорошему нужно было подойти сегодня, но если у него нет желания принести свою тушу в больницу — это его проблемы. Всё что было в моих силах я сделал, остальное — его личная ответственность.

— Нам ещё нужны медицинские карточки посмотреть, — заявил один из сотрудников страховой компании.

— Тогда это придется ко мне в кабинет спуститься, — предложил заместитель МСЭК.

— Если от меня что-то понадобится, то позвоните. Номер знаете.

— Да, конечно, — ответил заместитель и вышел из кабинета вместе с сотрудниками страховой компании.

Вроде бы всё прошло относительно спокойно. В разговоре зачастую упоминали мелкие ошибки, если и оштрафуют, то по мелочи.

Мы остались втроём в кабинете: я, моя медсестра и терапевт.

— Спасибо вам, доктор Сингх! — поблагодарил меня мой подчиненный. — Надеюсь, что у меня из-за этого проблемы не возникнут с главным врачом.

— А что для вас страшнее? Штраф на пятьдесят тысяч рупий или недовольная физиономия главного? — ухмыльнувшись поинтересовался я. — Вы же были у меня сегодня утром. Мы обсудили эту тему. Что от вас главный хотел?

— Чтобы я продлил больничный пациенту. Если вы меня к себе не забрали, то скорее всего я бы его продлил.

— Значит, не зря вызвал! — улыбнувшись, заявил я. — И ещё раз напомню, что вы поступили абсолютно правильно. Если обоснования для больничного нет, то вы его просто не открываете. Даже если вас попросил заведующий, главный врач или сам министр здравоохранения. Чья подпись — тот и отвечает!

Я отпустил своего подчиненного, оставшись наедине с Сандхьей.

— Я хотела вас предупредить, — обеспокоенно сказала медсестра. — Да только они мне сказали, чтобы я это сделала, не выходя из кабинета.

— А какой в этом смысл? — поинтересовался я.

— Не имею понятия, просто сказали — вызвать вас по телефону. Один из них встал в дверном проеме. Я перепугалась не на шутку. Не думала, что сотрудники страховой себя так ведут. Словно бандиты какие-то!

— Эффект неожиданности, — отметил я. — Есть у меня предчувствие, что меня хотели подловить на больничном листе.

— Что вы имеете ввиду? — удивилась Сандхья.

— У меня сегодня был подставной пациент, — объяснил я. — По их логике я должен был ему продлить лист нетрудоспособности. Первым же делом они полезли смотреть вкладку с выданными больничными листами. Они здесь и сидели так долго, ожидая, что ему кто-то его откроет.

— Значит, ему всё таки кто-то открыл? Если они всё-таки ушли…

— Да, кто-то открыл необоснованный листок нетрудоспособности. Видимо, главный врач добился своего. Только ничем хорошим это не закончится, — нахмурившись, подметил я.

— Ну, значит, кому-то выпишут штраф, главное, что не вам! — развела руками Сандхья.

— Если бы только в этом проблема была!

Больничный лист — это серьезный документ. Необоснованная выдача листка нетрудоспособности может довести врача до уголовного дела. И в дверях покажутся не сотрудники страховой компании, а полиция.

Они периодически устраивают подобные проверки для врачей. И ведь кто-то откроет не из-за взятки, а по доброте душевной. Бывает же так, что жалко пациента. Ну, хочется ему ещё немного посидеть на больничном. С каждым человеком такое бывает.

Но врач с каждым таким решением берет на себя огромную ответственность. За которую будет отвечать исключительно он. И не получится сказать, мол «меня попросили» или «мне приказали». Стоит твоя подпись? Всё. Виноват только ты.

— А ему действительно продлили больничный, — отметила Сандхья, глядя в монитор. — На семь дней.

Судя по всему, главный врач не знал, что сегодня планируется проверка. Он так настойчиво пытался продлить больничный листок этому пациенту, словно от этого зависела судьба всей больницы.

Ну, приходится он родственником какой-то шишке. Что теперь? Ковер ему красный постелить и лепестки роз бросать? Да, не ожидал я, что стану свидетелем чего-то подобного.

Внезапно раздался телефонный звонок. Звонил заместитель по МСЭК.

— Ещё раз здравствуйте!

— Здравствуйте! — ответил я. — От меня что-то понадобилось?

— Хотел уточнить один момент по поводу инвалидности. Шарма был в курсе по этому поводу, но нам нужно будет уже с вами решить этот вопрос в ближайшее время.

— Внимательно слушаю.

— В общем, у нас пациент есть. В анамнезе перелом обеих пяточных костей.

— Вот это да! Он у нас на больничном?

— Да, довольно длительный. Около ста дней. А что у него не так? Перелом плохо срастается?

Интересно, а как он со сломанными пятками посещает врача? Или оформляет вызов на дом?

— Ой, доктор Сингх. Там вообще абсурдная ситуация. У него перелом произошел два года назад. Упал на стройке с четвертого этажа. Ходил на прием к нашему травматологу. Тот ему по дурости сказал, что оформит ему инвалидность. Хотя он вполне себе трудоспособный. На результатах компьютерной томографии — перелом нормально сросся.

— Подождите, он получил больничный лист спустя два года?

— Да, всё верно, — усмехнулся заместитель по МСЭК. — Теперь он собирается получить инвалидность, потому что у него якобы перелом сросся неверно и у него ноги затекают.

— Очень интересно, а от меня что нужно? — решил я перевести разговор ближе к сути.

— Сообщить терапевтам, чтобы ему больше не открывали больничный лист. Тот травматолог, что обещал ему инвалидность — уволился. Теперь он терроризирует ваше отделение. В общем, отправьте его анкету в бюро медико-социальной экспертизы. Он вряд ли получит инвалидность, но от нас отвяжется.

— Если память не изменяет, то даже такого заболевания в списке болезней, приводящих к инвалидности нет. Под каким мне кодом его отправлять?

— Я с этим сам разберусь, — перебил меня заместитель по МСЭК. — Вы только предупредите сотрудников и постарайтесь оформить его заявку в ближайшие дни.

— А что там с больничными? Большой штраф нам выписали?

— Почти всему вашему отделению по мелочи. Но вы и ещё один терапевт, фамилию, увы, забыл, в этот список не входите. Ещё сегодня продлили больничный лист по пневмонии на семь дней, а там по рентгенографии всё нормально, анализы без воспалительного процесса. Дурдом какой-то. Вот за это неплохой такой штраф выписали!

— Я вас понял, значит, когда инвалидность напишу — вам скину сообщение. Глянете.

— Договорились! — заместитель по МСЭК сбросил трубку.

Инвалидность из-за ранее перенесенного перелома пяточных костей? Что-то подобное мне ещё не доводилось оформлять. Не в прошлой жизни, не в нынешней. Ну, всё бывает в первый раз.

Штраф за больного с пневмонией… Значит, главный врач добился своего. Жаль, что так вышло. Даже не думал, что он так настойчиво будет ходить по кабинетам и просить моих врачей продлить необоснованный больничный.

Не успел я положить телефон в карман, как увидел, что мне звонит неизвестный номер. Кто на этот раз?

— Да, слушаю, — ответил я.

— Поднимитесь ко мне в кабинет, нужно поговорить, — я узнал голос главного врача.

— Хорошо, скоро буду.

Скорее всего вызывает по поводу этого больничного листа. А ведь я предупреждал его об этом. Что он от меня хочет теперь? Ну, что поделать? Придется пойти разобраться и с этим.

Я вышел из кабинета из своего кабинета и пошел в сторону лифта. По пути к главному врачу мне встретился тот самый пациент с пневмонией в компании двух сотрудников страховой компании.

Значит, моя догадка была верна. Пациент был подставным. Рыба клюнула на крючок, теперь нет смысла как-то скрывать свою роль в этом спектакле. Надеюсь, что до судебных разбирательств дело не дойдет.

В скором времени я добрался до кабинета главного врача. Пару раз постучался и вошел внутрь.

— Не ожидал от вас такого, доктор. Ой, не ожидал, — насупившись заявил главный врач, пристально глядя мне в глаза.

— Вы по поводу больничного? — решил уточнить я.

— Вы — молодец, доктор Сингх, — проигнорировал мой вопрос начальник. — Очень все интересно разыграли, правда я до сих пор поражаюсь… Как вам хватило на это наглости? Вы думаете, что вам это просто так сойдет с рук?

— Подождите. Желание открыть больничный лист — это ваша инициатива. Я вас об этом предупреждал ведь?

— Я просто так это не оставлю, — грозно заявил главный врач.

Я не совсем понимал, к чему он клонит. Да и почему он решил, что в этой ситуации — я причина всех проблем?

— И что вы планируете сделать? Уволить меня? — усмехнулся я.

— Хуже, доктор Сингх.

Глава 2

Такие вот тяготы быть заведующим отделения. Не успел вступить в должность, а мне уже главный врач пытается угрожать. Ладно бы ещё причина весомая была или хотя бы был подтвержден факт моей вины, но ведь ничего подобного не было.

Я всегда это связывал с отсутствием личной ответственности у людей. Если у них произошло что-то плохое в жизни, то они всегда найдут виновных в своих бедах. Никогда этого не понимал. Если ты виновен, то признайся в этом. Не другим людям, но самому себе. Дай себе отчёт, чтобы этого больше не произошло.

Идентичная ситуация с главным врачом. Больная идея-фикс пришла ему в голову, а крайним оказался я. В чём его проблема? Мы могли избежать этих неприятностей, если бы главный врач попытался ко мне прислушаться.

Ведь с самого начала было понятно, что пациент предельно мутный. Он полностью здоров, наигранно кашляет, очень хочет получить больничный лист. Слишком много тревожных звоночков, чтобы задуматься, а не сидит ли перед тобой сотрудник полиции или страховой компании.

Врача ведь тяжело обмануть. Достаточно просто приложить фонендоскоп к грудной клетке пациента, чтобы услышать здоровое везикулярное дыхание. Не говоря уже о результатах лабораторных и инструментальных исследований. Ведь на рентгенографии легкие этого пациенты не было ни намёка на пневмонию. Полностью здоров.

— В ближайшие дни вы поедете со мной в министерство здравоохранения. Вам ведь ещё не доводилось там бывать? — усмехнулся главный врач.

А, так вот этим он решил мне пригрозить? Вместо увольнения отчитываться в министерстве? Ну, это не такая уж и проблема.

Для начальства я был обычным терапевтом, который только недавно начал узнавать все прелести системы здравоохранения. И здесь важно сделать замечание, что именно системы, а не медицины в целом.

Нет стресса от работы с больными, нервными пациентами. Только постоянные разборки на ровном месте с коллегами и начальством. С первыми всегда можно найти общий язык, а вот с людьми второй категории — очень проблематично.

В прошлой жизни я занимал должность заведующего отделения полтора года. Мне доводилось ездить отчитываться в министерстве здравоохранения. Предельно нудное занятие, не говоря уже о людях, которые там сидят.

Они имеют весьма посредственное отношение к лечению людей и медицине. Судят о твоей работе по бумажкам и статистике. Местами это доходит до абсурда.

Высокая смертность на участках в больнице? Плохо работаете! Значит снизим вам заработную плату.

Да уж, конечно! Врач-терапевт ведь ещё должен уметь воскрешать из мертвых, чтобы статистика была хорошей. Разумеется, это не так.

Ведь хочется министерству здравоохранения предоставить документ, что у нас в стране низкий уровень смертности и высокий уровень продолжительности жизни.

Но ведь они не учитывают человеческий фактор. Просто банальное нежелание человека следить за своим здоровьем и проходить профилактические осмотры в поликлинике.

Вот заставьте к примеру Чирандживи прийти обследоваться в больницу. Он лишь улыбнётся во весь рот полный зубов и у виска покрутит. Скажет, что чувствует себя замечательно. И ничего ему не докажешь. А ведь врачи не могут же его силой принудить прийти в больницу.

Не знаю как устроено министерство здравоохранения в Индии, но в Российской империи я успел с ними наругаться вдоволь. Просто бюрократы, имеющие сомнительное представление о оказании помощи людям.

— Нет, не доводилось, — я пожал плечами. — Так уж и быть — составлю вам компанию.

— Ха, видимо, вы ещё не понимаете о чем говорите, доктор Сингх, — коварно улыбнулся главный врач. — Вам придется отчитываться за всё отделение. Прошлый заведующий, который был до Шарма, уволился по личному желанию после отчёта в министерстве здравоохранения.

Я прекрасно понимал о чём он говорил. Пытался меня запугать. По его логике меня сразу же должно начать трясти от волнения. Как же так получилось, что я только попал на должность заведующего терапевтического отделения, а меня уже везут в министерство здравоохранения отчитываться в ближайшие дни?

Главный врач сказал, что поедем в ближайшие дни. Так у меня ещё время десять раз подготовиться. Учитывая отношение Шарма к работе, проблем не должно возникнуть. Разберемся с этим на месте! Сейчас даже нет смысла переживать по этому поводу.

— Хорошо, — поспешно ответил я. — Сообщите мне, когда до сути дела дойдет.

Мимика главного врача говорила за него. Он был предельно недоволен моим ответом. Ему хотелось увидеть на моем лице тревогу. Я его такой радости лишил.

— Ну, посмотрим-посмотрим, — с сомнением в голосе подытожил главный врач. — Надеюсь, что мне не придется из-за вас краснеть. Не вовремя Шарма ушел в отпуск. Мало того, что с этим больничным попали, так ещё и проблемы с заявками на получения льготных препаратов. Всё это нам предстоит разгребать.

— Живы будем — разберемся! — ответил я. — Вам ещё есть что со мной обсудить?

— Нет, можете возвращаться на рабочее место.

Я попрощался с главным врачом и вышел из кабинета. Остаток рабочего дня прошел без каких-либо происшествий. Решал жалобы пациентов по различным поводам и постепенно начал осваиваться на новой должности. Ведь мне ещё только предстояло с головой вникнуть в проблемы своего отделения.

* * *

Я уже был дома, когда мне впервые за долгое время позвонила Амита. Мы совсем с ней не общались после той встречи в парке. Видимо, как и любая девушка она ждала от меня какой-либо инициативы, только у меня на это совсем не было времени.

Нужно было сначала освоиться в новой жизни, потом возникли проблемы на работе, которые подтолкнули меня к увольнению. Новое трудоустройство в приличную больницу, встреча важного гостя из Японии. Ещё и заведующим отделения назначили на десять дней. Про обучение у Чирандживи даже упоминать не буду.

Моя жизнь шла в таком быстром темпе, что у меня совсем не было свободного времени на общение с Амитой. Вполне возможно, что она это восприняла на личный счет.

— Да, слушаю, — я приложил телефон к уху.

— Привет, Аджай, извини, что беспокою, — робким голосом сказала девушка. — Ты сейчас не сильно занят?

— Нет, я уже как пару часов домой вернулся, — ответил я.

— Извини, что не звонила и не писала тебе всё это время. Просто я уже не знаю к кому обратиться за помощью. А ты единственный человек в моем кругу общения с медицинским образованием.

— Ничего страшного, я сам был занят. О чём ты хотела поговорить? — попросил я.

— У моего отца проблемы со здоровьем. Последний месяц жалуется, что его беспокоят боли в животе.

— Он как-нибудь обследовался? Или на приеме у специалиста какого-либо был? — я решил сразу уточнить важные детали.

Пользоваться лекарской силой мне было запрещено по наставлению монаха из Японии. Я бы себе существенно облегчил задачу, если бы использовал своё видение чакр. Но мне нужен был отдых, поэтому буду полагаться исключительно на свои знания.

— Ой, да у кого мы только уже не успели побывать. Все специалисты назначают разное лечение.

— А у кого именно были?

— У обычного терапевта по месту жительства. Обращались к хирургу и гастроэнтерологу.

— Что они сказали вам?

— Терапевт ничего не сказал, назначил обследование, а потом отправил на осмотр к хирургу. Тот всё посмотрел, развел руками и сказал, что это не его профиль. Надо обращаться к гастроэнтерологу. Ну, мы записались. А толку⁈ Она сказала, что у него гастрит и ему следует придерживаться диеты. Назначила лечение и исключила любые обезболивающие препараты. А ведь ему с болью тяжело работать. Да и уже две недели лечимся и нет никакой положительной динамики.

— А что именно делали из инструментальных исследований? Какие анализы сдавали?

— Ой, Аджай, я вот, честно говоря, не разбираюсь от слова совсем. Я не знаю отличий КТ от МРТ.

— Я понял, думаю, что проще всего будет приехать самому на это глянуть. Потому что лечить по телефону — сомнительное дело. Может, я его посмотрю, поверчу и там уже понятно будет. Ну и хотелось бы ознакомиться с результатами исследований, которые ему сделали. Может, нужно что-то дополнительно пройти.

— Да что угодно сделаем, Аджай, лишь бы только ему легче стало. Он мучается ведь. Его это периодически беспокоит, но я переживаю, что ему в какой-то момент станет ещё хуже. Или вообще…

— Ладно-ладно, — перебил я девушку. — Разберемся уже на месте. Как нам организовать эту встречу, чтобы я твоего отца посмотрел?

— Я с учебы освободилась, могу к твоему подъезду подойти, а там уже поедем к нему домой, — предложила Амита.

— Хорошо, через сколько тебя ждать? — поинтересовался я.

— Примерно час, полтора, — ответила Амита. — Спасибо большое, что согласился мне помочь, Аджай.

— Да рано ещё благодарить, сначала проблему решим!

Через час я получил сообщение от Амиты, что она почти дошла до моего подъезда. Можно выходить, заодно и свежим воздухом подышу. Может, это ускорит восстановление моего «магического сосуда».

— Привет, давно не виделись! — я подошел к Амите, сидевшей на лавочке около подъезда.

— Это точно! — отметила девушка. — Рада тебя видеть, Аджай. Хорошо выглядишь.

— Да неужели? — пошутил я.

Это был просто комплимент. Не сказал бы, что в моей внешности произошли какие-то радикальные изменения.

— Да, — с важным видом заявила Амита. — Мне кажется, что ты даже немного похудел.

— Вполне возможно, в последнее время у меня нет возможности спокойно перекусить, — пожал плечами я.

— А что вам совсем нельзя отлучиться с приема? — удивилась девушка. — Ведь врачи такие же люди.

— Можно, — поспешно ответил я. — Просто здесь сам решаешь. Когда у тебя под дверью стоит огромная очередь, а ты перед их глазами с едой идешь в сторону ординаторской. Такое зрелище не очень впечатляет пациентов.

— Ну и что⁈ Подождут! — отметила Амита. — Сил же совсем работать не будет.

— Мне просто самому некомфортно, когда меня ждут пациенты, — пояснил я. — Куда лучше всех принять и в спокойной обстановке принять пищу, чем сидеть и думать, что тебя ожидают. Ладно, мы едем?

— Да, — кивнула головой Амита.

Мы дошли до автобусной остановке и сели в транспорт. Ехать нужно было в течении тридцати минут в другую часть города. Из разговора я узнал, что Амита жила со своими родителями и младшими сестрами.

В скором времени мы доехали до остановки, где нам нужно было войти. Я уже неплохо так ориентировался в городе. Ещё идти примерно двадцать минут. Чем ближе мы подходили к её дому, тем сильнее Амита замедляла шаг.

— В чем проблема? — спросил я, остановившись на месте.

— Не понимаю о чем ты, Аджай, — удивилась девушка. — Что такое?

— Ты не сообщила родителям о моем визите? — поинтересовался я.

Девушка залилась пунцовой краской. У меня невольно стало складываться впечатление, что её отец был абсолютно здоров.

— Отец больше не хочет ходить по врачам, — девушка опустила глаза в пол. — Если бы я ему предложила, чтобы ты его осмотрел, то он отказался бы.

Теперь я всё понял. Типичная пациент мужского пола. Заболевание беспокоит не так сильно, можно потерпеть ещё. А если уж обратиться к доктору, то только при острой необходимости.

Всё, лимит доверия исчерпан. Ходить по врачам — только время терять. Да и надоело ему, видимо, что возятся с ним как с маленьким ребенком. А он ведь взрослый мужчина, у которого нет на это времени.

— Да не переживай, мы найдем с ним общий язык, — попытался я успокоить девушку.

— Очень на это надеюсь, — кивнула головой Амита.

Мои слова помогли ей справиться со своими переживаниями. Мы уже в обычном темпе направились в сторону её дома.

В скором времени мы уже поднимались пешком на четвертый этаж. Дом был достаточно старый, лифта в нем не было.

Наконец, мы дошли до квартиры. Девушка вставила ключ. А затем снова застыла, словно переживания снова нахлынули на неё.

— Успокойся, всё хорошо будет! — подбодрил я Амиту.

Девушка провернул ключ. Дверь открылась. Услышав, что в квартиру кто-то зашел, к нам на встречу вышел отец Амиты.

На его лице читалось искреннее удивление, что его дочь пришла домой ни одна.

— Привет, папа, — робко произнесла Амита.

— Здравствуйте! — добавил я следом.

Её отец был невысокого роста, но при этом крепкого телосложения. На его лице были густые черные усы.

— А почему ты не предупредила, что вернешься домой в компании молодого человека? — нахмурившись, спросил отец девушки. — Жених твой?

Амита залилась пунцовой краской, нужно как-то спасать её положение.

— Нет, — поспешно ответил я. — Мы с ней дружим. Меня зовут Аджай Сингх. Работаю врачом-терапевтом. Пришел по просьбе вашей дочери.

— А где работаете? — поинтересовался отец.

— В третьей центральной больнице.

— Жаль, что не жених! — подытожил отец, осмотрев меня с головы до ног. — Хорошая больница. В молодости доводилось там лежать по поводу паховой грыжи. Хирург Бурман меня оперировал. Он ещё работает или уже на пенсию ушел?

— Папа! — девушка попыталась остановить своего отца, а то ещё расскажет что-то постыдное.

— Ну а что? — развел руками отец Амиты. — Если Аджай — врач, то ничего такого в этом нет. Всё по делу.

— Я не так давно работаю в этой больнице. Примерно три недели. Поэтому на счет хирурга ничего сказать не могу. Возможно, работает, — ответил я.

— Вы проходите, что стоите в дверях? — пригласил нас отец Амиты внутрь.

Мы вошли внутрь квартиры. Отец пригласил нас на кухню. Из зала доносился звук телевизора.

Отец Амиты вполне спокойно отреагировал на мой визит. Не знаю почему девушка так переживала по этому поводу. Может, дело было не только в том, что он устал ходить по врачам? Вполне возможно, что ей было стыдно вести к себе домой знакомиться с родителями молодого человека, который ей нравился.

— Может, хотите что-то перекусить? — поинтересовался отец девушки. — Или просто чай?

— Думаю, что чуть позже можно, — ответил я.

Как же меня распирало от любопытства. Так и хотелось воспользоваться лекарским зрением, чтобы осмотреть его брюшную полость на наличие какой-либо патологии.

— А мама ещё не приехала? — спросила Амита.

— Нет, я ей звонил, просил, чтобы она купила молоко. Сказала, что через час приедет. — отец сел за стол. — Так что вы хотите узнать от меня, доктор? Всё что угодно вам готов рассказать.

— Мне уже часть анамнеза сообщила Амита, но у меня ещё есть вопросы. Какие исследования вы успели сделать?

— Ой, я в этом не разбираюсь! — развел руками отец девушки. — Давайте я вам лучше папку с документами принесу, а вы всё посмотрите самостоятельно.

— Как вам удобнее!

Отец ушел в другую комнату квартиры. Мы остались наедине с Амитой. Девушка была в невероятном напряжении. Словно я пришел не помочь её отцу, а сообщить о том, что собираюсь взять её в жены.

Мы встретились взглядами и я едва заметно улыбнулся, завуалированно намекнув, чтобы она расслабилась. Всё нормально.

— Вот, держите! — протянул мне папку с документами отец Амиты.

Мне потребовалось время, что найти нужные мне исследования и осмотры специалистов. Словно в эту папку собиралось все, что происходило со здоровьем отца Амиты за жизнь. На глаза даже попался ветхий послеоперационный эпикриз по поводу паховой грыжи. А ведь сколько лет уже прошло.

Осмотры специалистов были предельно неинформативны. Хоть гастроэнтеролог и принимал в частной клинике, но всю информацию оформил по шаблону.

Больше всего меня заинтересовал результат магнитно-резонансной томографии брюшной полости.

— А вас боли в животе когда беспокоят? — поинтересовался я, прикинув в голове предварительный диагноз.

— В смысле «когда»? — не понял отец Амиты сути вопроса.

— После или до приема пищи? Есть ли какая-нибудь взаимосвязь? Беспокоят ли боли в покое? И какого характера боль?

— Не знаю, — развел руками мужчина.

— Ну как не знаешь⁈ — насупилась Амита. — Ты же вон как похудел! От пищи отказываешься, потому что после этого тебя боли беспокоят.

— А, ну да, — кивнул головой отец девушки. — Поем и через минут тридцать боли появляются.

Среди документов я обнаружил диск с результатами МРТ брюшной полости.

— А у вас есть дома компьютер? — поинтересовался я. — Хотелось бы с другого ракурса посмотреть.

— Да, есть, — поспешно ответила Амита. — Пошли ко мне в комнату.

Я последовал за девушкой. Отец пошел вслед за нами.

Конкретно на этом снимке плохо было визуализирована патология. Чтобы поставить верный диагноз, мне нужно посмотреть с другого ракурса. Ведь МРТ — это не статичное изображение, изложенное на бумаге.

Вот ведь чёрт…

Нашёл. Вижу, где проблема!

У отца Амиты было куда более серьезное заболевание. Гастритом здесь и не пахнет!

Глава 3

Компьютер находился в спящем режиме. Я хотел сесть на стул, но Амита это сделала быстрее меня. Включив компьютер, она поспешно закрыла открытую вкладку с браузером.

Краем глаза я всё таки успел заметить, что там была статья в духе «Как понравиться парню?». Неудивительно, что она так инициативно пошла в свою комнату вперед меня. Ведь эта статья натолкнула бы меня на определенные мысли. Или она думает, что я до сих пор не догадался о её чувствах ко мне?

Ладно. Сначала нужно разобраться с заболеванием отца Амиты.

Девушка освободила мне место за компьютером. Я вставил диск и открыл новую вкладку, предлагающую мне ознакомиться с результатом исследования.

У меня были подозрение, что у отца Амиты компрессионный стеноз чревного ствола. Просто происходит пережатие сосуда, которое приводит к ишемии близлежащих органов. Зачастую протекает бессимптомно.

Ещё это заболевание называют синдромом Данбара. Патология врожденная и связана с аномальным расположением дугообразной связки. Чревный ствол пережимается в месте его отхождения от аорты.

В итоге возникает ишемия, так как из-за сжатия сосуд не может обеспечивать нормальное кровоснабжение внутренних органов.

Мысль об этом диагнозе у меня появилась сразу. Как только я узнал, что лечение у гастроэнтеролога оказалось неэффективным и по симптомам, которые я услышал от отца Амиты.

Самый важный симптом — это боль в животе после приема пищи. В зависимости от степени ишемии она может проявляться незначительно или вообще имитировать болезненные ощущения как при острой хирургической патологии.

Второй важный симптом — это снижение веса. Пациент из-за болезненных ощущений бессознательно начинает отказывать себе в приеме пищи. Или значительно сокращает свой рацион до мелких перекусов.

Из-за нарушенного кровоснабжение в желудке и других органах желудочно-кишечного тракта пища очень плохо усваивается. Для этого даже есть свой термин — мальабсорбция.

Питательные вещества плохо всасываются в тонком кишечнике, что приводит к расстройствам стула, например, диарее, болям в животе, похудению и гиповитаминозу.

— Ну что, доктор? — с веселым тоном обратился ко мне отец девушки. — Что-нибудь нашли у меня?

Он был искренне уверен, что я ничего не смогу обнаружить как и остальные врачи, у которых он уже был. Но, увы, я уже близок к разгадке.

— Снимок ещё до конца не прогрузился. Компьютер старенький, медленно загружает, — ответил я.

— Я его купила год назад, — с обидой в голосе ответила Амита.

— Ну, значит железо слабое. Еле вытягивает нагрузку от данной программы. Но он постепенно загружает, просто нужно немного подождать.

Так, наконец загрузилось. Сейчас посмотрим аорту со всех ракурсов. Жаль, что делали МРТ без контрастного усиления. Но это вполне логично. Ведь они даже не заподозрили, судя по всему, сосудистую патологию.

А ведь часто заболевание, которое я предполагал у отца Амиты, сопровождается ГЭРБ — гастроэзофагеальной рефлюксной болезнью. Что существенно осложняет диагностику основой патологии, которая беспокоит пациента.

Мне потребовалось не так много времени, чтобы обнаружить стеноз чревного ствола. Жаль, что исследование не проводили с контрастированием. В общем, теперь мне всё понятно, догадки подтвердились. Теперь нужно подумать о плане лечения.

— Что скажешь по поводу этого снимка, Аджай? — поинтересовалась Амита.

— Странно, что патологию не обнаружил врач-рентгенолог, но она здесь есть.

— Какая ещё патология? — удивился отец девушки.

— Стеноз чревного ствола аорты. У вас из-за пережатия сосудов произошла ишемия органов пищеварения, поэтому возникает боль после приема пищи.

— Это, видимо, только оперативным вмешательством лечится? — обеспокоенным голосом спросила Амита.

— Операция? Никаких операций! — развел руками отец девушки. — Я не буду никуда ложиться.

— А вам ещё никто и не кладёт, — вмешался я в разговор. — Нужно ещё провести ряд обследований и пройти консультацию у сосудистого хирурга.

— Может, вы мне назначите какие-нибудь таблетки? — спросил отец девушки.

— Так сколько ты их уже пьешь, папа! — отметила Амита. — Мама придет, запишем тебя на консультацию к сосудистому хирургу.

— Ага, а он меня сразу же на операционный стол! — возмутился отец. — Им же только дай возможность поковыряться в человеческом теле. Даже если в этом нет необходимости. Ещё и деньги ему явно нужно будет на лапу дать.

Невольно я стал свидетелем семейных разбирательств. Видимо, Амита из-за этого и боялась меня вести к себе домой. Ведь уже зашла речь про взятки и плохое отношение со стороны медицинского персонала. Была ли в этом доля правды?

Увы, была. Но так же не только в медицинской сфере. Везде есть коррупция, где-то больше, где-то меньше. Просто, когда дело доходит до человеческого здоровья, то человек ожидает искренней помощи и внимания к себе.

Одно дело купить водительские права, другое дело лечь на операционный стол, так ещё и деньги дать хирургу, чтобы операция успешно прошла. Совсем другой эмоциональный фон.

— Подождите, — вмешался я в разговор. — Я назначу вам консервативную терапию. Там ничего сложного, просто проблема в том, что вам уже эти препараты назначил гастроэнтеролог. Видимо, консультация сосудистого хирурга действительно нужна.

— Да он их и не пил, — махнула рукой Амита.

— Как же не пил? — отец гневно посмотрел на свою дочь. — Только и делал, что в себя пихал эти таблетки.

— Неделю? — Амита тоже завелась не на шутку. — От силы дней семь попил, а потом бросил.

— Я просто забываю, — почесал затылок отец девушки. — Но пить я не бросал. Просто они закончились, а толку не было. Поэтому и перестал пить.

Ой, как всё сложно. А ведь каждый хороший врач дает пациенту четкие назначение. Что, когда, зачем и в какой дозировке ему пить. Ведь не просто так что-то нужно принимать из лекарственных препаратов с утра, а что-то вечером. Делают ведь акцент — пить таблетку после или до еды.

Из этого и строится лечение с учетом наших физиологических особенностей. А системное применение способствует накопление лекарственных средств в организме.

— Всё, хватит! — строгим тоном я остановил спор отца с дочерью. — Я сейчас вам всё детально и подробно объясню. Неважно как происходило лечения до моего прихода. Сразу задам один вопрос. У вас боль возникает после приема пищи или даже в покое?

— Только после еды, — ответил отец девушки. — Я поэтому и стараюсь понемногу кушать. Вот у нас недавно корпоратив был на работе. Ой, я думал умру от боли. Даже пришлось обезболивающее пить.

— А ведь гастроэнтеролог тебе сказала, что нельзя тебе пить препараты эти, — строгим тоном отметила Амита.

— Стоп! — я пристально посмотрел на девушку. — Я уже сказал, что это всё — неважно. Зачем вмешиваться в наш разговор? Гастроэнтеролог сделала такое назначение, потому что основным диагнозом по осмотру была гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь, проще говоря, ГЭРБ. Учитывая, что твоего отца беспокоит боли в животе только после приема пищи, можно сделать один замечательный вывод. У него болезнь находится в стадии субкомпенсации.

— А что это значит? — неуверенно спросил девушка.

— Болезнь можно вести на консервативном лечении.

— Вот, хороший врач! Видишь! — ухмыльнулся отец девушки. — А тебе лишь бы отца на хирургический стол положить.

— Я не закончил. Консервативное лечение сдерживает прогрессирование заболевания. Проще говоря, если вы не будете придерживаться диеты и назначенной терапии, то вас начнут боли беспокоить даже в покое. Поэтому вопрос о хирургическом вмешательстве остается открытым. Рано или поздно это придется сделать, чтобы окончательно решить вопрос с данным заболеванием.

— Мда, — отец девушки серьезно нахмурился. — Я думал, что можно месяц другой таблетки поглотать и вылечиться.

— Увы, нет, ваше заболевание — это врожденная патология, связанная с особенностями анатомического строения. Только операция окончательно решает вопрос. Ну, я вас к этому не принуждаю. Просто значительно облегчили себе жизнь. Ведь сдерживать себя в питании, принимать таблетки систематично — это тяжело для вас. Нужно быть предельно ответственным по отношению к собственному здоровью.

— Но мне же необязательно прямо сейчас бежать сломя голову к сосудистому хирургу? — спросил отец девушки. — Пока болезнь не перешла в ту стадию, где меня и в покое боль беспокоит.

— Нет, можно вести на консервативном лечении. Но я всё равно рекомендовал бы обратиться на консультацию к сосудистому хирургу и пройти по его назначениям обследования.

— Я подумаю, доктор, — ответил отец Амиты. — Пока назначьте мне все необходимые препараты, а я попрошу, чтобы жена мне напоминала. Что, когда и как принимать.

— А это заболевание опасно? — обеспокоенным голосом поинтересовалась девушка. — Это сосуд может лопнуть от сжатия?

Я не пользовался силой лекарского зрения, но даже так видел по мимике отца девушки, что он серьезно обеспокоен. Ведь раньше у него просто фигурировал диагноз гастрит и ГЭРБ, а сейчас какой-то непонятный стеноз сосуда, о котором, скорее всего, он впервые слышит.

Поэтому лучше не буду рассказывать о всех возможных последствиях, для которых развития которых нужно много времени. На лечение он был настроен — это уже хорошее начало.

— Это заболевание чревато ухудшением качества жизни для пациента, — пояснил я. — Проще говоря, дискомфорт мешает жить человеку. Ты уже не можешь поесть то, что тебе внезапно захотелось. Нужно таблетки пить. Да и боль возникающая после приема пищи влияет на нашу нервную систему. Человек становится раздражительным, ведь он не может полноценно наслаждаться жизнью из-за своей болезни.

Мой ответ более чем убедил моих слушателей, которые не разбирались в медицине от слова совсем. Это к лучшему. Зачем накручивать раньше времени?

— А какие таблетки мне пить? — поинтересовался отец девушки.

— Амита, дай мне лист бумаги, я всё подробно распишу, — обратился я к девушке.

— Только пиши разборчивым почерком, — улыбнулся отец Амиты. — А то вы доктора как нарисуете, а потом сиди и расшифровывай.

— Ой, не переживайте по этому поводу, — я махнул рукой. — У меня нет подобных проблем. Я всегда пишу максимально понятно и доступно для человека, который ничего не смыслит в медицине.

— Очень на это надеюсь, — кивнул головой мужчина в знак благодарности.

Амита передала мне лист бумаги и я принялся расписывать схему консервативного лечения заболевания.

Важный пункт — щадящая диета. Нужно исключить из рациона жирную, острую и жареную пищу. Питаться дробно, чтобы избежать нагрузки на желудок. Почему этот пункт важен? Потому что это — самый главный камень преткновения для пациента.

Очень тяжело изменить привычный для себя рацион питания. Не говоря уже о срывах. Это тоже самое, что сесть на диету для полного человека.

Таблетки пить намного проще. К этому можно привыкнуть, а вот изменить кардинально свой рацион питания требует от человека выдержки и волевых усилий.

Схема лечения достаточно простая. Назначу гастропротекторы и обволакивающие вещества перед приемом пищи, чтобы обеспечить желудок защитой. Прокинетики для ГЭРБ и спазмолитики при возникновении болевого синдрома.

Закончив с написанием схемы лечения, я подробно объяснил когда и как принимать препараты дочери и её отцу. Вряд ли он сам это запомнит с первого раза, но думаю, что у Амиты в голове примерная схема останется.

— Если будет что-то непонятно, то можешь мне написать, — обратился я к девушки. — Даже если я нахожусь на работе, просто скинешь сообщение текстом. Я как освобожусь — обязательно отзвонюсь и всё объясню.

— Да я примерно запомнил, — кивнула головой Амита.

— Ну, это на всякий случай, — отметил я. — Время от времени, возможно, лечение нужно будет подкорректировать.

— Я тогда позвоню жене, скажу, чтобы она взяла мне сразу в аптеке все необходимые препараты, — сказал отец Амиты, взяв листок бумаги с моими назначениями.

Чуть позже я поужинал в кругу семьи Амиты. Её отец подробно меня спрашивал про работу, сложность учебы в медицинском университете, про мои дальнейшие планы на жизнь. Он очень сильно удивился, что в таком молодом возрасте я уже стал заведующим отделения. В общем, обычные бытовые разговоры.

На часах уже было восемь часов вечера. В гостях хорошо, но всё таки дома лучше. Поэтому я сообщил, что мне уже пора уходить. Семья Амиты не хотела меня отпускать.

— Ну, посиди ещё с нами немного, Аджай, — попросил отец девушки.

— Я бы с удовольствием, но у меня завтра утренняя смена. Очень рано вставать.

— Жаль, конечно, — с досадой отметил отец девушки. — Спасибо, что пришел. Не знаю как тебя моя дочь уговорила, но я ни о чем не жалею. Надеюсь, что назначенное тобой лечение мне поможет. Потому что оперироваться я не хочу. По крайней мере — сейчас.

Мне удалось настроить отца девушки на позитивный лад. Надеюсь, что он будет соблюдать назначенную мной схему консервативного лечения. Может, пройдет год, другой и он созреет на оперативное вмешательство. Всё таки я в личную жизнь их семьи не лезу, может, есть какие-то проблемы, из-за которых отец Амиты не хочет ложиться в ближайшее время.

Главное не давить на пациента. Он сам всё взвесит и рано или поздно решит, что ему надоело мучаться от этого заболевания. Ведь можно жить без этой болячки и радоваться жизни.

— Да, приятно было с вами познакомиться. Спасибо, что накормили и тепло приняли! — ответил я.

— Заходи к нам, если у тебе будет свободное время и желание, Аджай, — сказал отец девушки и серьезно задумался. — А ты случайно не женат?

— Нет, пока что на это нет времени, — едва заметно улыбнувшись, ответил я.

— Правильно! — отметил отец девушки. — Торопиться с этим делом не надо. Тем более у тебя вон какой карьерный рост идет. Заведующим отделения уже стал. Там гляди, год-другой, и главным врачом станешь!

— Будет видно, — улыбнулся я. — До свидания!

Амита решила меня немного проводить. Мы шли и говорили о всяких пустяках: про кино, музыку и прочие далекие от медицины темы.

— Извини, Аджай, что так получилось! — внезапно сказала девушка, когда мы почти дошли до автобусной остановки.

— Ты о чем? — я немного нахмурился.

— Да мы уже просто столько времени с тобой не общались, а я тебе позвонила лишь когда появилась острая необходимость в твоей помощи.

— Ничего страшного, я рад помочь, мы же уже обсудили эту тему.

— Просто мне искренне стыдно перед тобой, Аджай, — заявила девушка. — Может, сходим на днях куда-нибудь погулять?

— Я не против, если каких-то завалов на работе не будет, — я серьезно задумался, вспомнив о поездке в министерство здравоохранения с главным врачом.

— Всё понимаю, — кивнула головой девушка. — У тебя сейчас много обязанностей.

— Это очень приятно слышать! — отметил я. — Не каждый человек это понимает.

Автобус приехал. Пора прощаться.

— Пока, Амита. Я тебе сам позвоню, когда у меня появится свободное время. У меня на носу поездка в министерство здравоохранения, поэтому пока точную дата назвать не смогу.

— Я всё понимаю, Аджай, — призналась девушка. — Я буду ждать твоего звонка.

Мы попрощались и я сел в автобус. Что-то я утомился за день. Столько проблем успел решить, что уже глаза слипаются от усталости.

Внезапно раздался телефонный звонок. Эх, кто на этот раз? Странно. Номер неизвестный. Может, пациент?

— Алло, — я взял трубку.

— Привет, Аджай, — раздался мужской голос из трубки. — Это тебя Бахман беспокоит. Мы с тобой работали вместе.

Бахман? Неужели это тот самый Бахман Верма, с которым мы работали в прошлой больнице? Его ещё обманули с зарплатой точно так же, как и меня.

— Да, припоминаю, — ответил я. — Тебе зарплату вернули всё таки?

— Да, никаких проблем с этим не было. Но если бы ты не вмешался, то скорее всего на тормозах это дело спустили. Целый месяц без зарплаты сидел бы.

— Ну, я рад, что так получилось.

— Аджай, а ты уже устроился куда-нибудь? Работаешь?

— Да, уже три недели примерно.

— Неудобно, конечно, тебя об этом просить, но мне нужна твоя помощь. Надеюсь, что ты мне не откажешь.

Помощь? Интересно, у Бахмана тоже какие-то проблемы со здоровьем? Или что-то случилось на рабочем месте?

Хотя… Кажется, я догадываюсь, о чём сейчас зайдёт речь.

Глава 4

— Хотелось бы для начала узнать, что у тебя произошло, Бахман? — поинтересовался я.

— Я серьёзно задумался о том, чтобы сменить место работы, — ответил он. — Вот и позвонил тебе узнать, может у вас там свободное место в больнице есть.

— Да, у нас есть свободное место… — я задумался.

А ведь действительно есть. Шьяма уволили и теперь его участок свободный. Терапевт нам нужен. Правда в нашу больницу не так уж и просто попасть. Бахман — хороший терапевт, правда осилит ли он проверку заместителя главного врача Чатурведи?

Недостаточно быть просто хорошим терапевтом. Чатурведи требовал от потенциального кандидата не только идеальных знаний по всем отраслям медицины, но и умения быстро думать и принимать решения относительно предварительного диагноза и лечения.

Да, бывают в практике случаи, где время идет на минуты, а врач не имеет право на долгие раздумья. Ведь на кону стоит жизнь человека. Но такие случаи в практике терапевта происходят не так уж и часто. Да и зачастую в такие моменты ни один врач без лекарских способностей не может оказать помощь.

Вот произошло у пациента расслоение аорты. Вызвали скорую помощь. Какая вероятность, что они приедут быстрее, чем человек умрет от кровопотери?

Или даже терапевт зашел на адрес к пациенту, а у него там такое неотложное состояние. Чем терапевт может помочь? Без лекарских способностей человека не спасти, к сожалению.

Требования к трудоустройству были предельно суровы. Но они никак не связаны с реальной практикой, просто Чатурведи так пытается насолить нашему заведующему отделения.

— Алло? Аджай? Связь пропала? — прервал мои размышления Бахман.

— Просто думал как бы нам обыграть твоё трудоустройство, — ответил я.

— А ты где сейчас работаешь? — поинтересовался он.

— В третьей центральной больнице, — задумчиво ответил я.

Терапевт сразу же замолчал. Это была одна из лучших больниц нашего города. Многие были наслышаны о сложностях при трудоустройстве. И Бахману это было известно.

А я ничего не знал об этом, когда шёл сдавать вступительные экзамены. Причины были очевидны: с момента моего попадания в новое тело прошло чуть больше недели. Я только начинал осваиваться в неизвестном для меня мире.

— Как у тебя получилось туда устроиться? — предельно серьёзным тоном спросил Бахман.

— Сдал вступительные испытания, — усмехнулся я.

— Многие мои знакомые пытались туда попасть, но никому не удавалось. Честно говоря, не ожидал, Аджай, что ты там работаешь.

Это ещё Бахман не знает, что я временно исполняю обязанности заведующего отделения. А ведь с момента моего трудоустройства не так уж и много времени прошло.

— Ты уже передумал? — решил я взять своего бывшего коллегу на слабо.

Бахман был хорошим терапевтом. Мне доводилось читать его осмотры пациентов. Он тщательно собирал анамнез, назначал все необходимые исследования, схемы лечения тоже были полностью обоснованными. Не думаю, что он чем-то хуже Шьяма. Единственное что, может, опыта ещё не хватает.

— Нет, — поспешно ответил Бахман. — Но я тебе хочу задать парочку вопросов относительно работы в этой больницы.

— Внимательно слушаю, — ответил я.

— Заведующий у вас нормальный? — тут же спросил он. — Какой микроклимат в коллективе?

Хорошие вопросы. От заведующего и коллектива очень многое зависит на работе. Конечно, были свои нюансы, но каких-либо серьёзных претензий у меня не было. Мне неоднократно пытался насолить Шьям, но это мелочи. Бывает значительно хуже.

— Он чем-то похож на Мангала, только более мягкий по характеру, — подобрал подходящее описание я. — Радует, что за коллектив горой. В общем, хороший заведующий у нас. К слову, а как там Мангал поживает?

— Это одна из причин, по которой я собираюсь увольняться, — пояснил Бахман. — Мангал переезжает в другой город по семейным обстоятельствам. Больше ничего меня в этой больнице не держит. А работать за копейки у меня желания нет.

— А что там опять какие-то проблемы с зарплатой? — поинтересовался я.

— Ну, просто критерии срезают на ровном месте, — вздохнул он. — Работаем на голом окладе.

Зарплата врача зависит от выполненных специалистом планов на месяц или год. Диспансерный учет, количество принятых пациентов, отсутствие жалоб, общее количество пациентов, числящихся на враче, смертность на участке и многое другое. Но зачастую всю эту схему упрощают и ведут по определенному стандарту для всех, даже если специалист свой план не выполнил.

Но чаще всего выходит так, что всех критерии убирают. Твои коллеги не справляются с обязанностями? А будете отвечать все вместе. Срежут критерии и будете получать зарплату без дополнительных выплат. Ну, или они пойдут на карман к главному врачу и его сообщникам.

— Ну, у нас с зарплатой подобных проблем нет, — ответил я. — Всё хорошо рассчитывают. С коллективом тоже сложностей не должно возникнуть.

— Я это всё так дотошно спрашиваю, потому что не хочу наступить на старые грабли, — пояснил Бахман. — А как мне попасть на вступительные испытания?

— Давай поступим так, — предложил я. — Я созвонюсь с заведующим отделения и поговорю с ним по этому поводу.

— Хорошо, спасибо, что не отказался помочь, Аджай, — искренне поблагодарил он. — Буду ждать твоего звонка!

Мы закончили говорить с Бахманом. Через пять минут я вышел на автобусной остановке недалеко от моего дома.

Посмотрел в телефон, чтобы уточнить время. Без двадцати минут девять. Не так уж и поздно, думаю, можно позвонить заведующему отделения прямо сегодня. Только для начала вернуться домой.

Я поспешно поднялся на свой этаж и зашел внутрь квартиры. Набрав номер заведующего, стал ждать ответа.

— Алло, добрый вечер, слушаю вас, доктор, — поприветствовал меня Шарма.

— Да, здравствуйте, извините за беспокойство в столь поздний час, просто хотел один момент с вами обсудить.

— Да ничего страшного, я хоть и в отпуске, но до сих пор головой на работе, — усмехнулся он.

— Я хотел бы с вами поговорить по поводу трудоустройства одного терапевта, — пояснил я. — У нас же сейчас одно место свободно. Вас же сейчас нет на работе. А я временно исполняю ваши обязанности. Могу ли его попытаться трудоустроить?

— А почему нет? — спросил Шарма. — Можете, вы же во всяком случае не одни будете его принимать. Ему нужно будет побеседовать с главным врачом. Там уже по ходу дела решите всё.

— С главным? — удивился я. — Я думал, что Чатурведи принимает потенциальных кандидатов на трудоустройство.

— Так он сейчас на больничном! — усмехнулся Шарма. — Так бы он с радостью устроил небольшой экзамен. Мне иногда кажется, что Чатурведи только для этого на работу ходит. Поэтому сейчас самое подходящее время, чтобы трудоустроиться.

Учитывая, что не так давно мои отношения с главным врачом стали натянутыми, думаю, что Бахману не так уж и просто будет пробиться на должность терапевта. Но у меня было стойкое предчувствие, что у него должно получиться.

— А специалист хороший? Ручаетесь за него? — поинтересовался Шарма.

— Да, мы с ним вместе работали в той больнице, — ответил я.

— Молодой тоже? — уточнил Шарма.

— Да, опыта тоже не так уж и много, — признал я.

— У меня в этом плане никаких предрассудков по отношению к молодым специалистам нет, — пояснил заведующий. — Иногда они лучше справляются с работой, чем мы. Больше открыты к получению новой информации. Поэтому пусть приходит, а там уже проверят его. Соответствует требованиям нашим или нет.

— Хорошо, я тогда этим займусь, — подытожил я.

— Спасибо, что поставили меня в известность, доктор. У меня ещё есть один вопрос к вам.

— Да, слушаю, — отозвался я.

— Вы же в ближайшие дни собираетесь ехать в министерство здравоохранения?

Неудивительно, что Шарма об этом знает. Он любил свою работу, поэтому даже находясь в отпуске решал определенного рода проблемы, возникающие в больнице. О полноценном отдыхе заведующим стоит только мечтать.

— Да, — спокойно ответил я. — Распоряжение главного. А что такое?

— Ну, я просто подумал, что могу сам съездить,– предложил заведующий. — Все мозги вам вынесут, а вы только день на моем посту отработали. Всё-таки ответственность большая.

Он серьёзно собирается поехать в министерство здравоохранения вместо меня? Уникальный человек. Так зачем нужно было в отпуск уходить? Раз всё равно продолжает свои обязанности выполнять.

— Спасибо, конечно, но нет. Отдыхайте. Я сам съезжу и разберусь. Ничего страшного, — уверенно ответил я.

— Ну, пока время есть — подумайте, доктор Сингх. Если всё-таки поедете вы, то не стесняйтесь в случае чего мне позвонить. В любое время.

Мы договорились с заведующим отделения, что если у меня возникнут какие-либо вопросы в плане подготовки отчета для министерства, то я смогу спокойно с ним связаться и дотошно всё обсудить. Но думаю, что в этом необходимости не возникнет.

Всё-таки у меня был опыт работы на руководящей должности в прошлой жизни, о которой Шарма не знал.

Раз уж Чатурведи в отпуске, то нужно действовать. Шансы сдать у заместителя главного врача минимальные. Может, Бахман справился бы с его вступительными испытанием, но зачем так рисковать и усложнять себе жизнь?

Я набрал номер Бахмана, чтобы предложить ему решить вопрос с трудоустройством завтра.

— Алло, ещё раз привет, Аджай, — тут же ответил он.

— В общем, я звонил нашему заведующему отделения. Дали добро! Завтра сможешь прийти? — спросил я.

— Уже завтра? — искренне удивился Бахман. — Не думал, что ты так быстро всё узнаешь. Ну, я работаю во вторую смену, поэтому думаю, что должен вполне успеть к вам попасть.

О, хорошо. Уже чувствуется, что настрой у моего бывшего коллеги был решительный.

— Да, завтра, — тянуть смысла не было. — Тогда приезжай в девять часов утра. Где больница находится, думаю, знаешь. Терапевтическое отделение находится на шестом этаже. Меня найдешь в кабинете заведующего отделения. Только не стационара, а поликлинического отделения.

— А почему ты сидишь в кабинете заведующего? — недоверчиво поинтересовался Бахман.

— Потому что временно исполняю его обязанности. Наш заведующий сейчас находится в отпуске.

Бахман замолчал. Это было вторым потрясением для него за вечер. Сначала я сказал ему, что работаю в больнице, в которую очень проблематично устроиться. А потом ещё и заявил, что временно исполняю обязанности заведующего отделения.

— Хорошо, я подойду, — сдержанно ответил Бахман. — От меня какие-нибудь документы нужны?

— Ну, всё по стандарту, как при обычном трудоустройстве возьми.

— У меня просто срок годности медкомиссии истёк, — признался он. — Там психиатра надо заново проходить и кучу других специалистов, не говоря уже об анализах.

— Это вообще не проблема! — уверенно заявил я. — Просто возьми диплом свой и другие документы. Если тебя возьмут на работу, то на месте всё пройдешь. Здесь в этом плане очень удобно.

— А, даже так! — удивился Бахман. — Хорошо, тогда завтра в девять часов утра.

— Договорились.

Мы попрощались. Я начал свои приготовления ко сну. Для начала нужно принять душ, а потом помедитировать. Хоть я и не пользовался лекарским зрением, но когда восстановлюсь — уже накоплю достаточное количество энергии для работы.

* * *

— Вот и как нам теперь оформлять инвалидность? — недовольным голосом поинтересовалась женщина.

— А что вас смущает? — поинтересовался я.

— Мой отец больше не ходит, — заявила она. — Нам нужно переосвидетельствование.

— Раз в год, правильно,– кивнул я. — Можете, мне дать выписку последнюю из стационара?

С самого утра я разбирался с проблемами пациентов. И все были связаны с инвалидностями. Видимо, нужно провести в ближайшее время конференцию в ординаторской. Потому что всё это должно решаться с участковым врачом-терапевтом, а не со мной.

— Возьмите, — женщина передала мне папку с документами.

— Угу, вижу. Получается он последний раз делал МРТ головного мозга полтора года назад, — подытожил я, глядя в анамнез пациента.

— Да, а как теперь ему его сделать? Ведь он просто не встает с кровати. После третьего инсульта его парализовало. Я пришла к участковому терапевту, а он сказал, что мы должны вызвать невролога на дом. И сказал, что нужно этот вопрос через вас решать.

Через меня? Вызов невролога на дом он мог сделать через терапевта, который ходит по адресам. Я здесь при чём? Стационар — да, нужно будет договариваться, потому что пациент нетранспортабельный.

Нужно будет провести воспитательную беседу по этому поводу. Если так ко мне каждый терапевт будет скидывать пациентов по инвалидности, то я только этим и буду заниматься. Ведь он сам мог подойти ко мне и всё это обсудить. Зачем пациентов гонять туда сюда по кабинетам?

— Ну, осмотр невролога вам во всяком случае нужен,– проговорил я. — Это он правильно отметил. Вижу, что и сосудами на ногах проблемы есть. Скорее всего консультация сосудистого хирурга нужна будет. Ну и УЗИ сосудов нижних конечностей тоже. А по поводу инструментальных исследований, я договорюсь с заведующим стационара по этому поводу и мы его полностью обследуем.

— А когда вы этот вопрос решите? — нетерпеливо спросила женщина. — Нам через неделю уже документы подавать! Когда терапевт всё это оформлять будет?

— Если возникнет такая необходимость, то и в бюро позвоню, — вздохнул я. — Всё можно решить, не переживайте. Оставьте мне свой номер телефона. Я вам сегодня позвоню, как узнаю.

Женщина написала свои контактные данные и положила мне их на стол.

— Спасибо большое! — воскликнула она. — С вами говорить — одно удовольствие. А с участковым нашим вообще как будто нет смысла. Даже желание было на него жалобу на имя главного врача написать.

— В этом нет необходимости, — успокоил я женщину. — Я сегодня побеседую с доктором, думаю, что просто небольшое недопонимание произошло.

Дочь пациента ещё раз меня поблагодарила и вышла из кабинета. Я посмотрел на часы. Уже девять двадцать. Бахман опаздывает. Может, произошло что-то?

Дверь в мой кабинет открылась и я увидел своего Бахмана Верма.

— Доброе утро! — поприветствовал меня бывший коллега. — Прошу прощения, что задержался.

— Доброе, — кивнул я. — А я уже думал, что, может, произошло что-то.

— Нет, разговаривал просто, — признался он. — Неудобно было как-то уйти от разговора.

— Не хотели пускать? — прищурился я. — Или в чём проблема? Я вроде предупредил медсестру на посту, что сегодня должен прийти кандидат на трудоустройство в отделение.

— Нет, с ней вообще никаких проблем не возникло. Я с двумя терапевтами общался, — хмуро ответил Бахман.

Судя по его реакции, ему уже успели что-то наговорить. И у меня же были предположения по этому поводу.

— О чем? — решил я уточнить.

— Да они сказали, что ты не успел устроиться на работу, а тебя уже заведующим сделали, — признался он. — А пока Шарма нет, так ещё и пытаешься меня трудоустроить.

— А в чем проблема? — усмехнулся я. — Я же не единственный человек, который будет принимать экзамен. Не говоря уже о том, что я по этому поводу беседовал с нашим заведующим. В известность поставил.

— Не знаю, Аджай. Но неприятно это было слышать. Как будто я по связям пытаюсь сюда трудоустроиться.

— Не обращай внимания, — отмахнулся я. — Я с ними потом проведу беседу по этому поводу. Как раз на повестки дня есть у меня что своим подчиненным.

— А что случилось? — поинтересовался Бахман.

— Да чепухой занимаются, — вздохнул я. — Как и во всех больницах. Мало того, что друг другу пациентов перезаписывают, так ещё и мне стали инвалидности спихивать.

— Вот поэтому я никогда бы не согласился стать заведующим! — отметил Бахман. — Проще с пациентами работать, чем взрослых людей отчитывать.

— И не говори, — усмехнулся я. — Пошли к главному, не будем терять времени. А то ко мне сейчас пациенты зайдут и уже ближе к вечеру вопрос с трудоустройством решать будем.

Мы вышли с Бахманом из кабинета и пошли в сторону лифта.

Вопрос со своими подчиненными нужно решать в ближайшие дни. Ведь все их поведение — это проверка на прочность. Как в дикой природе. Вот как я отреагирую, если ко мне будут спихивать больных по инвалидности? Буду делать работу за них или устрою разбор полетов? Ну, скоро вы узнаете, дорогие коллеги.

Я постучался несколько раз, и мы вошли с Бахманом к главному врачу.

— Добрый день! — сказал я, сев напротив главного врача. — Я к вам привел на собеседование кандидата на трудоустройство.

— Даже так! — ухмыльнулся главный врач. — Ну, садитесь доктор на стул. Будем с вами беседовать. Жаль, что Чатурведи на больничном. Он обычно этим занимается.

— Вас же Шарма в известность поставил? — поинтересовался я.

— Да, он мне позвонил сегодня утром по этому поводу, — ответил главный врач. — Так, стаж какой у вас?

— Чуть больше года, — ответил Бахман.

— Угу, — нахмурившись, кивнул головой главный врач. — А работали где?

— В межрайонной больнице номер одиннадцать, — поспешно ответил Бахман.

Волнения со стороны бывшего коллеги не было. Хоть и было видно по мимике, что главный врач был не в восторге от кандидата.

— Как доктор Сингх, — подытожил главный врач. — Вам же известно, что мы перед трудоустройством проводим небольшой экзамен?

— Да, мне всё объяснили, — поспешно ответил он.

— Замечательно! — шмыгнув носом, сказал главный врач. — Увы, мой заместитель сейчас находится на больничном. А времени проверять ваши знания у меня нет. Но я уже решил эту проблему. Я договорился с доктором Тхакуром, что он будет вторым экзаменатором.

Главный врач посмотрел на меня и коварно улыбнулся. Вот же гад! Почему из всех возможных врачей он поставил именно Тхакура?

Ну, крепись, Бахман!

Глава 5

О терапевте Тхакуре я был изрядно наслышан. Пожилой и вредный врач, который с неприязнью относился к молодым специалистам.

Тхакур долгое время был заведующим терапевтического стационара. Но его сместили с должности, потому что он перестал вписываться в реалии современной медицины. Приходилось очень много работать с компьютером, а учиться чему-то новому в таком возрасте для некоторых людей тяжело. Тхакур не стал исключением.

Для него это стало сильным ударом. Ведь он всю жизнь занимал руководящую должность, а его в те годы сменил молодой специалист. Что способствовало развитию определенного озлобления.

Главный врач это прекрасно понимал. Тхакур не будет церемониться с Бахманом. Вполне возможно, что с Чатурведи экзамен прошел бы намного проще. Ведь у Тхакура ещё были проблемы со слухом в силу возраста, что значительно осложняло сдачу вступительного испытания.

— Может, выберем другого специалиста? — предложил я начальнику.

— Нет, мы уже договорились с доктором Тхакуром по этому поводу, — пристально глядя мне в глаза, ответил главный врач. — Что, я, по-вашему, зря что ли обсуждал с ним этот вопрос⁈ Всё, доктор Сингх, решение уже принято. Он вас ждет в стационаре.

Мы попрощались с главным врачом и вышли из кабинета.

— Кто такой Тхакур? — нетерпеливо спросил Бахман.

— Он раньше был заведующим стационара, сейчас работает обычным терапевтом. Но я о нем прилично так наслышан от коллег.

— Это плохо, — отметил Бахман. — Если ему столько лет — скорее всего будет спрашивать как по учебнику.

А мой бывший товарищ по работе мыслил в верном русле. Скорее всего ему будут задавать нетипичные вопросы, требующие глубокого понимания медицины.

— Я не смогу тебе как-то подсказать на вступительном испытании, — сразу я поставил в известность своего товарища. — Но в одном уверен наверняка… Тебя будут спрашивать вопросы по кардиологии. Одна из любимых его тем — это пороки сердца. Если есть возможность — посиди и повтори.

— Кардиология? — искренне удивился Бахман. — Тогда даже время тратить не будем! Я планировал поступать в ординатуру по этой специальности.

— Ты уверен? — я пристально посмотрел в глаза бывшему коллеге. — Он может задать предельно абсурдный вопрос.

— Например? — поинтересовался Бахман.

— С какой скоростью сужается просвет аорты при дегенеративном склерозе? Разумеется, в среднем. Точные цифры я и сам не помню.

— Ноль целых двенадцать сотых в год, — уверенно ответил Бахман. — Если будут такие вопросы, то я сдам экзамен без проблем.

— Как знаешь. Но когда мы окажется в стационаре — возможности повторить и что-то вспомнить не будет.

— Я всё прекрасно понимаю, Аджай. Пошли.

Мы спустили на этаж терапевтического отделения и зашли стационар. Около постовой медсестры стоял Тхакур. Я сразу его узнал, потому что он был единственным специалистом, работающим в таком солидном возрасте.

Если мне не изменяет память, ему где-то в районе восьмидесяти лет. Он закончил говорить с медсестрой и повернул голову в нашу сторону.

— Здравствуйте, я временно исполняю обязанности заведующего терапевтического отделения Аджай Сингх, — представился я. — Привел вам потенциального кандидата на трудоустройство в наше отделение.

Тхакур пристально посмотрел на Бахмана, а потом перевел взгляд на меня.

— Ну и времена пошли! — насупившись, заявил старый терапевт. — Такой молодой, а уже временно исполняет должность заведующего отделения. Я двадцать лет бегал по адресам, прежде чем меня назначили на руководящую должность в стационаре.

— Вы ставите под сомнение решение Шарма? — спокойным тоном парировал я.

— Ни в коем случае, — развел руками Тхакур.

— В каком формате вы хотите провести экзамен? — поинтересовался я у старого терапевта.

— Сначала хочу задать ряд вопросов по госпитальной терапии, а потом уже проверить знания на практике. Пройдемте, — позвал за собой Тхакур. — Только я загляну в ординаторскую. Нужно будет взять мою папку с ЭКГ.

Мы последовали за старым терапевтом. Он зашел в ординаторскую, мы остались снаружи.

— Вполне адекватный, — пожал плечами Бахман. — Брюзжит, но тут уж особенности возраста.

— Ха, поспешно делаешь выводы, он ведь ещё не стал тебя принимать. Самое веселое только впереди.

Наконец, Тхакур медленно вышел из кабинета. В его руках лежала папка и несколько историй болезни пациентов, лежащих в стационаре.

— Думаю, что можно начинать, — подытожил Тхакур. — Вы готовы, доктор?

— Да, — кивнул головой Бахман.

— Какие вы знаете аортальные пороки сердца? — спросил старый терапевт.

— Стеноз устья аорты, недостаточность аортального клапана, комбинированные пороки, — уверенно ответил Бахман.

Пока что Тхакур задавал вполне нормальные вопросы. Если так пойдет и дальше, то Бахману не составит труда сдать экзамен и устроиться к нам на работу.

— Кто впервые описал двухстворчатый аортальный клапан? — едва заметно улыбнулся старый терапевт.

Вот! Началось. Эти вопросы имеют весьма сомнительное отношение к работе. Да, это имеет определенное значения для история развития медицины. Но как тебе поможет это знание в лечение человека? Никак.

— Леонардо да Винчи? — неуверенно ответил Бахман.

— Точно он? — переспросил Тхакур. — Вижу, что вы сомневаетесь, доктор.

Бахмана этот вопрос выбил из колеи. Он без труда бы ответил на вполне адекватные вопросы по кардиологии, но это уже было слишком.

— Да, он, — кивнул головой Бахман.

— Верно, но нужно увереннее отвечать. Что вы переживаете? — усмехнулся старый терапевт.

Заместитель главного врача задавал вопросы исключительно по существу, требуя от потенциального кандидата быстрого и верного ответа. Тхакур принимал иначе. Он любил задавать абсурдные вопросы, которые ему случайно приходили в голову.

— Я не переживаю, — ответил Бахман. — Просто было неожиданно услышать вопрос такого формата.

— А что вас не устраивает? — недовольным тоном поинтересовался Тхакур.

— Вы только вдумайтесь, что в те далекие годы Леонардо смог описать такую сердечную патологию. Никаких современных приборов не было, не говоря уже о учебниках по анатомии.

— Я всё понимаю, — кивнул головой Бахман.

— Ладно, — махнул рукой Тхакур. — Представьте, что вы пришли на адрес. Перед вами лежит женщина пятидесяти лет. Жалоба со стороны родственников, что не встает весь день. Ваши действия?

Да у подобного состояния может быть тысяча причин. Он так всю смену экзамен будет принимать, пока Бахман пытается ответить. Видя перед собой живого человека, ты сразу примерно уже в уме можешь предположить, что произошло с человеком.

А здесь Тхакур создает такую ситуацию, где Бахман должен догадаться, что пришло на ум этому старику. И ведь вполне возможно, что он сейчас начнет рассказывать про неврологию, а там вообще причина окажется в другом.

— Есть ли у ассиметрия лица? Намёк на односторонний паралич? — Бахман предположил инсульт у воображаемой пациентки.

— Нет, всё в порядке, — ответил старый терапевт.

— А что говорят родственники? — решил уточнить Бахман.

— Ну, вы задавайте мне вопросы, а я вам на всё отвечу, — строгим тоном ответил Тхакур.

— Может, у неё раньше был инсульт?

— Нет, ничего подобного с пациенткой не происходило. Следующий вопрос.

— Может, перейдем к практическому заданию? — попытался настоять я. — Просто у меня лично нет времени, чтобы играть в угадайку целый день. На часть ваших вопросов доктор уже ответил.

— Ну, а как доктор будет работать, если придет и перед ним будет лежать пациент, а родственники ничего не знают? — возмутился Тхакур.

— Он будет видеть больного человека перед собой. Сможет провести полноценный осмотр, мы же можем просто взять несколько случайных пациентов из стационара. К чему излишне усложнять? Достаточно просто зайти в любую палату, чтобы проверить знания и способности нашего кандидата.


— Тогда я отказываюсь принимать экзамен, — махнул рукой Тхакур. — Ждите выхода заместителя главного врача. Пусть он проводит так, как вам удобно.

Так и знал, что чем-то подобным закончится. В чём была проблема провести нормальные вступительные испытания? Нет, нужно задавать тонну бесполезных для трудовой деятельности вопросов и тратить моё время.

— Подождите, продолжаем, — поспешно заявил Бахман. — Какой цвет кожи у пациентки?

— Бледный, — ответил Тхакур.

— У неё есть в анамнезе анемия? — задал Бахман следующий вопрос.

— Нет, — односложно ответил тот.

— У неё желудочно-кишечное кровотечение? — предположил Бахман.

— Как вы это проверите? — выражение лица Тхакура изменилось на более серьезное.

Вероятно Бахман мыслит в верном направлении. Безусловно радует, что старик не стал жульничать. Ведь он мог легко изменить диагноз в своей голове.

— Пальцем, — тихо ответил Бахман.

— Что? — переспросил Тхакур. — Палец? Что вы им собираетесь сделать?

— Засуну палец в задний проход, чуть погромче проговорил тот.

— Ещё раз, доктор, плохо слышу, — нахмурился старый терапевт.

— Засуну палец в задний проход, чтобы исключить желудочно-кишечное кровотечение, — очень громко повторил Бахман.

По стационару раздался неприятный смешок. Тхакур улыбнулся.

— Всё верно, доктор. Я загадал желудочно-кишечное кровотечение, — ответил старый терапевт и повернулся в сторону источника смеха. — Что смешного⁈ Побрезгуете, а пациент умрет на ваших глазах!

— Что теперь? — поинтересовался я. — Приступим к осмотру пациентов?

— Да, у меня уже есть один пациент на примете. Пройдёмте со мной в палату, — согласился Тхакур.

Я молча похвалил Бахмана, хлопнув ему рукой по плечу. Хорошо, что он угадал. Не придется ждать выхода Чатурведи.

Мы вошли в палату и подошли к койке пациента. Перед нами лежал бледноватый мужчина.

— Можете спрашивать, что угодно. Диагноз он свой не знает, — объяснил Тхакур.

— Здравствуйте, — сказал Бахман. — Сколько вам лет и на что жалуетесь?

— Мне сорок пять лет, — ответил больной. — На что жалуюсь? Задыхаюсь постоянно, слабость невыносимая, сердце стучит как не в себя. Ещё и температура стала подниматься.

— До каких единиц? — тут же уточнил Бахман.

— Тридцать семь, бывает что и до тридцати восьми доходит, — вздохнул пациент. — Вызвал вчера скорую. Ночью вот меня положили к вам.

Бактериальный эндокардит? Очень похоже по клинике, правда, думаю, что не всё так просто с этим мужчиной. У него ещё есть какое-то заболевание помимо этого.

— У вас есть какие-нибудь хронические заболевания? — тем временем спросил Бахман.

— Горло беспокоит часто, — ответил тот. — Как она там называется. Ангина?

— Угу, хронический тонзиллит, — отметил Бахман. — Я вас посмотрю?

— А что вы его спрашиваете? — нахмурился Тхакур. — В договоре на госпитализацию у нас черным по белому написано, что он не имеет права отказать в осмотре. К нам же студенты на практику приходят.

— Там даже такое есть? — удивился мужчина.

— Конечно! — кивнул головой старый терапевт. — Нужно внимательно читать, что подписываете.

— Ну, я во всяком случае против не был, — пациент едва заметно улыбнулся.

Мужчина снял с себя одеяло. На его коже были мелкие геморрагические высыпания. Бахман приступил к осмотру. Полностью сконцентрировался на сердце. Если он действительно был одержим кардиологией, то ему не составит труда определить патологию.

Закончив с сердцем, он приступил к легким. Пока что всё делает правильно. Тхакур даже не делает замечания, хотя вижу по его лицу, что ему не терпится указать на ошибку.

Радует, что бывший заведующий стационар не торопит Бахмана. Есть время хорошо осмотреть пациента. С Чатурведи такой номер бы не прокатил. У Бахмана есть все шансы хорошо ответить.

Молодой терапевт не стал зацикливаться исключительно на сердце и легких. Он также попытался пальпаторно определить размеры печени и селезенки.

— Ай, — тут же воскликнул пациент.

— Больно? — спросил Бахман.

— Ну, немного, — признался мужчина.

— Я могу посмотреть его анализы? — спросил разрешения бывший коллега у Тхакура.

— Да, конечно, — он открыл папку с документами и предоставил Бахману возможность ознакомиться с результатами анализов.

Я подошел ближе, чтобы самому взглянуть. Сомнений нет, что бактериальный эндокардит. Скорость оседания эритроцитов в районе пятидесяти. Ярко выраженная воспалительная реакция.

— Как закончите с осмотром пациента, я задам вам ряд вопросов, — отметил Тхакур.

— Я уже закончил. Готов отвечать, — поспешно заявил Бахман.

— Скажу сразу, что права на ошибку у вас нет, — строго заявил старый терапевт. — Если вы правильно ответите на мои вопросы, то мы закончим с экзаменом.

— Будет достаточно осмотреть одного пациента? — поинтересовался я.

— Да, — кивнул головой старый терапевт.

Он сомневается, что Бахман сможет верно ответить. Очень зря ты его недооцениваешь, Тхакур. Если бы я сомневался в нем, то вряд ли бы стал ему предлагать приходить сюда на трудоустройство.

Ну или вспомнил про свои трудовые обязанности. Мы только час возились с его нелепыми вопросами, хотя уже могли осмотреть нескольких пациентов. Намного лучше бы показало знания моего бывшего коллеги.

— Первый вопрос. Какие исследования необходимо провести для уточнения диагноза?

— Эхокардиографию, посев крови на стерильность и рентгенографию грудной клетки, — перечислил мой бывший коллега.

Молодец, Бахман. В крови явно можно обнаружить патогенные бактерии, которые привели больного к бактериальному эндокардиту. Эхокардиография позволяет нам обнаружить порок сердца. Тут не к чему даже придраться.

— Ваш предварительный диагноз? — задал следующий вопрос Тхакур.

— Подострый септический бактериальный эндокардит. Сочетанный аортальный порок сердца, — ответил Бахман.

— Угу, а почему вы так решили? Что у вас получилось услышать при аускультации?

— Хочу начать с того, что у больного расширена граница сердца на два сантиметра вправо, — правильно начал отвечать тот. — Сами тоны приглушены, ритмичные. Присутствует диастолический шум на легочной артерии и акцент одиннадцатого тона.

— Что-нибудь выслушали в легких? — допытывал Тхакур.

— Нет, без каких-либо особенностей. Печень и селезенка немного увеличены.

— Я вас об этом не спрашивал, — нахмурился старый терапевт. — Что скажете по поводу лечения этого пациента?

— Требуется антибактериальная и дезинтоксикационная терапия, — поспешно ответил Бахман. — Нужно учитывать результаты посева крови и определить чувствительности к антибиотикам.

— И всё? — ухмыльнулся Тхакур.

— Нужна консультация хирурга. Для решения оперативного вмешательства по поводу порока сердца.

— Угу, — кивнул головой старый терапевт и серьёзно задумался.

— У вас с собой нет истории болезни? Я хотел бы пробежаться глазами. Я ведь пациента не осматривал, — попросил я у Тхакура.

Старый терапевт мне передал мне необходимый документ. Я внимательно прочитал диагноз и схему лечения. Бахман всё ответил верно.

— Ну, ваш вердикт? — обратился я к Тхакуру.

— Доктор всё ответил верно. У меня каких-либо претензий нет, — подытожил старый терапевт.

— Тогда замолвите словечко перед главным врачом, — улыбнулся я. — Я тоже его поставлю в известность.

Мы попрощались с Тхакуром и вышли из отделения.

— До сих пор не могу поверить, что прошел вступительное испытание, — Бахман был вне себя от радости. — Неужели мне не потребовалось работать много лет, чтобы устроиться сюда.

— Мне кажется, что всё упирается в знания специалиста, — ответил я. — Ты молодец, даже подсказывать не пришлось.

— Да и ведь такой возможности не было, — отметил Бахман.

— Я думал, что экзамен закончится на его угадайке, — посмеялся я. — Ну, теперь можешь идти в отдел кадров уточнять какие тебе нужны

— Спасибо, Аджай, что помог трудоустроиться! — внезапно заявил бывший коллега.

— Да я же ничего такого не сделал, — я пожал плечами. — Ты сам прошел вступительное испытание.

— Ну как же? — запротестовал тот. — В тот же день связался с заведующим отделения, провел меня до главного врача, на экзамене тоже присутствовал. Мне комфортно было, что рядом хоть один знакомый человек.

— Да брось… Всё, мне пора бежать, — ответил я, почувствовав, что телефон в моем кармане стал вибрировать.

Бахман сел в лифт и поехал в отдел кадров. Я достал телефон и увидел, что мне звонит Шарма. Что случилось, неужели Тхакур пожаловался? Хотя вроде без конфликтов экзамен прошел.

— Да, слушаю, — я приложил телефон к голове.

— Добрый день, Аджай, — обеспокоенным голосом поприветствовал меня заведующий отделения. — Не сильно занят?

— Пока что нет, а что случилось?

— Мне главный врач звонил, сказал, что вы едете завтра на проверку в министерство здравоохранения, — встревоженно заявил тот.

— Так, — согласился я. — Что дальше? Мы же с вами говорили уже по этому поводу. Если мне понадобится ваш совет, то я вам отзвонюсь.

— Мне нужна твоя помощь, Аджай, — Шарма внезапно перестал говорить со мной официально. — Я совсем забыл, что у меня осталось одно незаконченное дело, которое нужно исправить. А я уже уехал отдыхать на южное Гоа. Не успею вернуться. А дело срочное.

— Я внимательно слушаю, — проговорил я.

— У меня есть один секрет, который должен остаться между нами. Всё очень серьезно.

Почему он так внезапно стал беспокоиться по поводу проверки? Ведь мы с ним вчера говорили и всё было нормально.

Неужели у моего заведующего были какие-то скелеты в шкафу перед министерством?

Глава 6

— Я так понимаю, что это секрет, о котором никто кроме меня не должен знать? — решил уточнить я.

— Да, Аджай… — нервно ответил заведующий отделения. — Дело в том, что я списывал дорогостоящие препараты и…

— Можете дальше не рассказывать, — остановил я исповедь Шармы.

Теперь я понял в чем было дело. Мой заведующий списывал препараты и продавал их на стороне. Неудивительно, что он поехал отдыхать на один из дорогостоящих курортов в Индии.

При проверке со стороны министерства здравоохранения вся эта коррупционная схема может всплыть, что в итоге вылится в очень крупные неприятности не только для Шарма, но и всей больницы в целом. Будет такой скандал!

— Так что, Аджай… Я могу на тебя рассчитывать? — поспешно спросил заведующий отделения.

Согласиться — значит стать соучастником. Хоть я от этого и не имел никакой выгоды. Но если я откажусь, то у вышестоящего начальства полетят шапки и уголовные дела. Стоит ли до этого доводить дело? Мне кажется, что нет.

— Хорошо, я вам помогу, — я выдержал небольшую паузу. — Но вы мне должны пообещать, что больше ничего подобного не повторится.

— Ну, слушай, если ты хочешь, то мы можем вместе… — хотел начать Шарма.

— Нет, — перебил я. — Я в этом участвовать не собираюсь!

Ещё и хотел меня в долю взять. Нет, спасибо, не надо. Я, конечно, понимаю, что врачам платят не так уж и много в нашей стране, но доходить до мутных коррупционных схем у меня желания не было.

— Просто мы ведь никого не обделяем, — пояснил Шарма. — Просто заказываем чуть больше, чем положено. Живем ведь один раз, а наш труд не оценивают по достоинству.

— Нет и ещё раз нет, — строгим тоном сказал я. — Я не хочу жить с мыслями, что меня рано или поздно поймают за руку. Не хочу с вами ругаться на эту тему, но сразу поставлю перед фактом. Я помогу, но только с условием что ничего подобного с вашей стороны больше не будет.

— Я тебя понял, Аджай, — смирился заведующий отделения. — Только тщательно всё проверь, чтобы до министерства эта информация не дошла. Не знаю даже, как так получилось. Вспомнил об этом, когда уже был в самолете.

— Правильно понимаю, что вы согласны с моим предложением? — уточнил я. — Потому что мне неприятно не то чтобы связывать с этим. Просто знать — уже достаточно.

— Да, больше такого не повторится, — поспешно заявил Шарма.

— Хорошо, надеюсь, что вы сдержите своё слово, приятно вам отдохнуть, — ответил я и сбросил вызов.

Я проверю насколько слова заведующего были правдивы. Ведь Шарма сказал, что не обделил ни одного из пациентов. Просто заказывали препараты чуть больше, чем надо. А учитывая стоимость некоторых льготных препаратов…

В общем, если окажется, что кто-то из пациентов не получил своё лекарство, то я не собираюсь прикрывать заведующего. Даже если этого больше не повторится. Проверить мне не составит труда. Я не знаю, в течении какого времени мой заведующий занимается этими махинациями с со списыванием препаратов.

Когда я работал в прошлой больнице, то ко мне часто приходили пациенты, нуждающиеся в льготных лекарствах. И я постоянно сталкивался с проблемой, что их банально нет в аптеке. Их же могли списывать идентичным образом. А мне сиди перед пациентом на приёме, глазами хлопай, что препаратов, в которых он нуждается, нет на складе.

Я вернулся на рабочее место. За время экзамена успела сформироваться большая очередь из самых разных пациентов. Каждому нужна была помощь в том или ином вопросе. Ну, сначала придется со всем этим разобраться и только потом уже заниматься подготовкой к моей поездке в министерство здравоохранения. А тут ещё и Шарма мне подкинул дополнительную работу.

Я отпустил нескольких пациентов. Нет, мне уже это по-настоящему надоело. Взял телефон в руки и открыл рабочий чат нашего отделения. Оставил сообщение, что сегодня будет внеплановая конференция. Сколько можно на меня списывать пациентов, неужели нельзя самостоятельно вопросы решать?

Семьдесят процентов людей, которых я принял, пришли ко мне после приема терапевта. Нет записи на УЗИ? Записывайтесь через заведующего отделения. Проблемы с инвалидностью? Решайте вопрос через доктора Сингха. Такими темпами я только и буду делать, что работать за других докторов.

А ведь здесь возникает очень неудобная проблема. Не могу же я пациента, который целый час сидел и меня ждал, сказать, чтобы возвращался обратно к доктору? А по идеи я так и должен был поступить. Ведь вопрос вполне решается на уровне рядового терапевта.

Но тогда чем я лучше? Просто буду футболить пациентов по своим докторам. И я не удивлюсь, если они вернутся обратно ко мне. И как это будет воспринимать человек, который просто пришел в больницу, чтобы ему оказали помощь по тому или иному вопросу? Разумеется, негативно.

Поэтому я принял всех пациентов, которых ко мне успели записать на сегодня. Созвонился с кабинетом ультразвуковой диагностики. Они без проблем пошли на уступки и согласились сделать все необходимые исследования с их стороны.

Ну, теперь пора поставить разобраться со своим коллективом. Я снова взял телефон в руки и оповестил терапевтов, что жду их всех в ординаторской.

Вышел из своего кабинета. В ординаторской ещё никого не было. Ну, ничего страшного, подожду.

Постепенно помещение стало заполняться моими сотрудниками. Под рукой у меня был список пациентов и врачей, которые не захотели заниматься своей работой, а просто спихнули всё на меня.

— Добрый день, доктора! — сказал я, убедившись, что все собрались.

— Здравствуйте! — ответили мне хором врачи.

— Планёрка не займет много времени, скажу сразу, от силы минут пятнадцать-двадцать, — оповестил их я. — Не более того.

— А почему вы решили провести конференцию посреди рабочего дня? — поинтересовался один из присутствующих терапевта.

— Хороший вопрос! — отметил я. — Впереди ещё четыре часа до окончания смены. За это время вы, доктора, успеете мне переписать всех проблемных пациентов. Но ведь это не дело.

Зал замолчал. Многие присутствующие поняли, о чём идет речь.

— Вот далеко ходить не надо… — я взял листок с фамилиями в руки и пробежался глазами по списку. — Доктор Дикшит здесь присутствует?

— Ну да, — усмехнулся терапевт. — Вы же нас сюда всех позвали!

А я ведь помню его. Это тот самый терапевт, который любит на собраниях отпускать шуточки. Ну, сейчас побеседуем. Посмотрим как тебе будет весело.

— Зачем вы ко мне направляете пациентов своих пациентов? — поинтересовался я.

— Так вы запись откройте на ультразвуковое исследования, тогда не буду отправлять, — по залу раздался неприятный смешок.

Их отношение понять можно. Ведь я был таким же терапевтом как и они. Да, меня назначили на должность заведующего отделения, но я ведь временно исполняю обязанности. Значит, можно творить что угодно? Нет, так не получится.

— То есть вы считаете нормальным, что скидываете на меня свои должностные обязанности? — строгим тоном спросил я, пристально посмотрев в глаза терапевту.

— Но а что мне делать, если просто записи нету? — развёл руками терапевт-шутник.

— Если пациент действительно нуждается в срочном решении вопроса с УЗИ, то вы вполне можете связать с кабинетом ультразвуковой диагностики и договориться, — заявил я. — Зачем ко мне отправлять пациента?

— Ну, вы же смогли записать, — ухмыльнулся терапевт. — Поэтому и направил.

— Хорошо, тогда я проверю все ваши осмотры, — спокойно отозвался я. — Если показаний для ультразвуковой диагностики не будет, то каждая услуга будет вычтена из вашей заработной платы. Я поговорю по этому поводу с заведующим отделения, когда вернется из отпуска.

Физиономия доктора резко изменилась. Он даже подумать не мог, что до чего-то подобного может дойти. Кому захочется платить из своего собственного кармана?

— Вот взять последнюю пациентку. На каком основании вы ей хотели выписать ультразвуковое исследование щитовидной железы? — не давая опомниться, я задал второй вопрос.

— Ну, она ведь жалуется, что чувствует инородное тело в этом районе, — растерянно ответил доктор.

— А анализы вы ей назначили на гормоны щитовидной железы? — допытывал я.

— Нет… — признал он.

— Вот, уже можете высчитывать данное исследование из своей зарплаты, — вынес я суровый вердикт.

— Ну, а что мне делать, если она меня настойчиво просила, — растерянно спросил терапевт. — Мы же тогда вообще ничего получать не будем.

— Я не понимаю вас, — усмехнулся я. — То есть получается, что это она решила о необходимости данного исследования?

Попал в яблочко. Терапевт окончательно был выбит из привычной колеи шутника моим вопросом.

Это насущная проблема. Когда к врачу приходит назойливый пациент, настойчиво требующий направить его на то или иное исследование. А доктор просто соглашается, чтобы поскорее от него избавиться и не ругаться.

Учитывая развитие современных технологий и интернета, пациент может поверхностно прочитать обо всех заболеваниях и необходимых исследованиях по этому поводу. Поэтому уже приходит на прием с четко сформулированными требованиями.

— Если мы будем идти на поводу у пациентов, то тогда запись на все исследования всегда будет забита, — строго продолжил я. — У нас очень много онкологических больных, людей с хроническими заболеваниями. Из-за вас и ваших коллег у них нет возможности пройти необходимые обследования перед госпитализацией. Так вы ещё и ко мне записываете и считаете это нормальным явлением. Количество мест ограничено. Если нет острой необходимости в решении вопроса с исследованием, то всё должно идти в плановом порядке. Или решаться через частную больницу. У нас бюджетное учреждение, большой поток людей.

— А если у неё действительно проблемы с щитовидной железой? — вмешался в разговор другой терапевт. — Мы же не будем ждать месяц, чтобы её посмотреть.

— Вы меня, видимо, совсем не слушаете, — я развел руками. — Доктор ей не назначил анализы. А ведь с этого и следовало начать. Если у неё есть проблемы с щитовидной железой, то на анализах будут изменения. Это куда проще сделать, чем проводить ультразвуковое исследование. Пациентка просто пришла на прием, записи на УЗИ не было, её отправили ко мне. Я с ней побеседовал и сошлись на том, что начнем с анализов. В чем проблема поступить идентичным образом?

Ответить им было мне нечего. Потому что я был абсолютно прав в этой ситуации.

— Так получается вы не отправили её на УЗИ? — пришел в себя терапевт-шутник.

— Конечно, нет. Но продолжим. К вам завтра придет пациент и попросит, чтобы вы его отправили на ПЭТ-КТ. Тоже направите? — допытывал я.

ПЭТ-КТ — это метод диагностики с очень высокой лучевой нагрузкой. Обычно назначается онкологическим больным, у которых метастазы находятся в разных участках тела для быстрого определения локализации.

— Ну, если будет основание…– протянул он.

— Вот именно! Если оно будет. Чем это отличается от УЗИ? — поинтересовался я. — Ведь если исследование абсолютно безопасное — это не является основанием, чтобы назначать каждому второму. Думаю, что я доходчиво всё объяснил.

— Значит, у меня ничего не снимут из заработной платы? — опять обратился ко мне терапевт-шутник.

— Нет, — ровным тоном ответил я. — Но если вы продолжите ко мне футболить своих пациентов, то я именно так и поступлю. Если есть спорный момент, то вы можете обратиться ко мне за помощью. А лучше самому решить вопрос. Я сегодня договорюсь со всеми узкими специалистами по этому поводу. Так, кто у нас там был дальше… Доктор Мукерджи?

— Да, я здесь… — неуверенно поднял руку другой сотрудник.

— Зачем вы записали ко мне своего пациента? — спросил я уже у него. — Вам трудно было открыть приказ относительно исследований по заболеванию пациента?

— Просто я не был уверен в том, что действительно нужно назначить…

— Мы могли по этому поводу подойти ко мне, — отрезал я. — Или на крайний случай к председателю по врачебной комиссии. Посмотрели бы историю болезни пациента и всё назначили. Строго по приказу. Но вы ведь даже обычные не выписали. Инвалидность, значит сразу к заведующему, правильно понимаю?

Терапевт ничего не смог ответить. На конференцию в ординаторской ушло куда больше времени, чем я изначально планировал. Но я спросил с каждого, кто решил, что на моей шее можно кататься. Мои коллеги были сильно удивлены, ведь я был на должности заведующего второй день, а действовал предельно опытно.

И в отличии от Шарма, не страдал мягкотелостью. Я не пытался кого-то унизить или чем-то оскорбить. Нет. Просто спросил обо всем по существу. После проведенной конференции у меня не было сомнений, что больше подобных ситуаций с их стороны не произойдет.

Закончив с конференцией, я вышел из ординаторской. Около моего кабинета меня ждал Бахман.

— Ну, всё, можешь меня поздравить! — искренне улыбаясь, заявил старый товарищ.

— Уже трудоустроился? — я решил уточнить.

— Нет, но мне там нужно донести все необходимые документы, — объяснил он. — И я же ещё не закончил с отработкой в межрайонной больнице.

— Ну, это дело времени, — отметил я. — Поздравляю тебя! Ты действительно себя хорошо проявил на экзамене.

— Что-то долго конференция шла, — сказал Бахман. — Какие-то неотложные вопросы?

— Да нет, так, мелочи, — махнул я рукой. — Сколько тебе дней осталось отрабатывать?

— Всего четыре дня и я официально уволен, — ответил бывший коллега.

— Ну, значит, успеешь побыть под моим руководством, — пошутил я. — Ладно, желаю тебе хорошего отработать. А мне пора возвращаться на рабочее место. Завтра мы едем с главным врачом в министерство здравоохранения. Работы через край.

— Хорошо, спасибо большое за всё, Аджай, — протянул мне руку Бахман. — Скоро увидимся!

Мы пожали друг другу руки и попрощались. Я принялся устранять улики за своим предшественником, периодически отвлекаясь на пациентов. Но они уже приходили не от моих подчиненных. Значит, конференция имела смысл. Иначе я бы не успел подготовиться к завтрашнему дню.

* * *

На следующий день

— А зачем мне ехать с тобой? — прошипел голос в голове.

— Мне просто скучно ехать туда одному, — ответил я, — Ты представь, что я несколько часов буду слушать про всякие отчеты и прочую бюрократическую чепуху в течении нескольких часов. Да я с ума сойду!

— Хочешь, чтобы я разделила твоя тяжкую ношу? — пошутила Шеша. — Ты ведь знаешь, что я всегда рада составить тебе компанию.

— Ну, тогда вопрос исчерпан. Едем вместе, — ответил я, и мы вышли из дома.

В скором времени я встретился с главным врачом около здания, в котором сидели представители министерства здравоохранения Индии.

— Надеюсь, ты готов, Аджай? — спросил главным врач.

— Более чем, я успел подготовиться, — ответил я.

— Очень на это надеюсь… — недоверчиво заявил главный врач.

Мы вошли внутрь. Поднялись на четвертый этаж и зашли в один из кабинетов. Там сидело несколько человек, преимущественно зрелого возраста, у каждого была кислая физиономия и суровый взгляд. Я сел на одно из свободных мест и достал папку со своими документами.

— Значит, третья центральная больница, — подытожил один из представителей министерства. — Думаю, что можем начинать.

Они начали с опроса главного врача. По своей части он отвечал предельно уверенно. Каких-либо претензий в его адрес даже не могло возникнуть. Ну, это неудивительно. Он был руководящим лицом одной из лучших больниц нашего города, а это определенно что-то значило.

В конечном итоге очередь дошла и до меня.

— Вы подготовили отчёт о заболеваемости ишемической болезнью сердца за этот год? — нахмурившись, спросила пожилая женщина.

— Да, больных стало значительно больше. С тридцати семи с половиной поднялось до шестидесяти четырех, — уверенно ответил я и протянул подготовленный документ. — Можете ознакомиться.

— Угу, — женщина передала другому сотруднику подготовленный отчет.

— Так, а за прошлый год? — спросила рядом сидящий мужчина в костюме.

Ещё и за прошлый? Ведь нужно было подготовить только за этот год. У них же должна быть информация от нашего заведующего отделения.

Не думал, что они и это спросят. Главный врач стал нервно стучать ручкой по столу. Все присутствующие замолчали, а внимание было предельно приковано ко мне. Нужно как-то выкручиваться из этой неприятной ситуации. Но как?

Глава 7

Сотрудники министерства явно искали причину, чтобы хоть за что-то зацепиться. Ведь не могут они просто кивнуть головой и сказать, что всё нормально.

И как мне отвечать на этот вопрос? В прошлом году я не работал в этой больнице, на должности заведующего второй день. Только это никого не волнует. Нужно импровизировать.

— Шеша, мне нужна твоя помощь, — мысленно обратился я к своей хвостатой напарнице. — У одного из сотрудников министерства находится отчёт заведующего отделения Шарма за прошлый год. Посмотри, пожалуйста.

— Даже подумать не могла, что пригожусь в подобной ситуации, — ответила Шеша и спустилась с моей руки на стол. Я же сделал вид, что вспоминаю цифры.

— Ну так что? — пристально посмотрела мне в глаза пожилая сотрудница министерства.

Шеша заняла удобное место на плече одном из проверяющих, где ей открывался обзор на все документы, лежащие перед их глазами. В скором времени она начала мысленно мне передавать необходимые мне данные.

— В прошлом году было тридцать четыре с половиной, — ровным тоном ответил я.

— Как вы можете это объяснить? — строгим тоном спросил другой сотрудник.

Пошли интересные вопросы. Исходя из разговора с министерством, складывалось впечатление, что в этом виноваты врачи.

— Из-за общего старения населения, — ответил я.

— Так произошло увеличение показателей в два раза. Все мигом постарели что ли? — усмехнулся другой сотрудник министерства.

— Вполне возможно, что в прошлом году не все из них пришли на диспансеризацию, — сказал я. — Поэтому они просто могли не числиться в ЕМСИЗ. Многие из пациентов, числящихся на участках, редко обращаются за медицинской помощью. Кроме того, возраст тоже имеет значение. Ишемическая болезнь тесно связана с возрастными изменениями сосудов.

Вот что они хотели от меня услышать по этому поводу? Человек стареет, питается жирной пищей, усугубляется атеросклеротическое поражение сосудов сердца. Как рядовой врач на это может повлиять? Мы же не можем полностью взять ответственность за жизнь человека. Заставить его вести здоровый образ жизни, правильно питаться и проходить регулярные обследования.

Зачастую человек обращается в больницу, если его уже что-то сильно начинает беспокоит: одышка, перепады артериального давления, боли в сердце.

— Тут есть один вопрос, который нужно решить в кратчайшие сроки, — перебил мужчина в костюме. — Поступила жалоба от дочери пациентки, которая недавно умерла от анафилактического шока. Почему сотрудник вашего отделения допустил подобную ошибку?

— Так по этому поводу уже была написана объяснительная. Как со стороны самого сотрудника, так и со стороны заведующего отделения, — спокойно ответил я.

— Да, мы ознакомились, но хотим уточнить ещё некоторые моменты, — хмуро заявил мужчина. — Ведь его ошибка привела к смерти пациентки. Неужели этого нельзя было избежать?

Я был осведомлен относительно этой ситуации. Врач-терапевт пришел на вызов на дом. Пациентка нуждалась в терапии антибиотиками. Разумеется, врач собрал аллергоанамнез, и аллергии ранее у неё не было. Он назначил один из подходящих стандартных антибиотиков. Но после его введения произошел анафилактический шок, который привел к смерти пациентки.

— А как можно было этого избежать? — поинтересовался я. — Аллергоанемнез был спокойный. Врач это уточнил. Намека на сильную аллергическую реакцию на фоне введение препарата не было. Человек может всю жизнь жить и не знать, что у него на тот или иной препарат есть аллергия. Просто потому что ранее пациент его не использовал. С этим ничего не сделаешь.

— Хорошо, — кивнула головой сотрудница министерства. — На сотрудника вашего отделения поступила жалоба, что пациенту Абусарии не сделали МРТ пояснично-крестцового отдела позвоночника, которое ему необходимо для проведения оперативного вмешательство по поводу межпозвоночной грыжи.

— Данное обследование ему полностью противопоказано в связи с наличием металлоконструкций и кардиостимулятора в теле, — усмехнувшись, ответил я.

— И что теперь… Пациент должен мучаться от боли? — развела руками пожилая сотрудница министерства. — Почему Абусарии не предложили аналогичное исследование?

— Это он так в жалобе, видимо, указал, — отметил я. — Абусария планировал провести оперативное вмешательство в частной клинике. Но захотел сэкономить и сделать МРТ пояснично-крестцового отдела в государственном учреждении. Из-за ряда противопоказаний мы предложили ему сделать компьютерную томографию. Прекрасно понимаю, что хирургам нужно именно МРТ, но из-за кардиостимулятора и металлоконструкций в теле мы не можем назначить ему данную процедуру.

— Это что же получается… Ему нельзя никак помочь? — допытывала сотрудница министерства.

— Консервативное лечение, — ровно ответил я. — Вряд ли кто-то из хирургов согласится делать ему операцию без результатов магнитно-резонансной томографии.

Меня спрашивали буквально за каждую жалобу, где мне нужно было на пальцах объяснять почему и зачем мои сотрудники поступили в той или иной ситуации определенным образом. Я успешно парировал любые нападки в адрес моего отделения.

— У нас есть ещё одна серьезная тема для обсуждения, — сказал сотрудник министерства и взял в руки стопку документов. — Мы нашли у вас несоответствие по льготным препаратам.

Всё таки Шарма допустил ошибку в каком-то отчете. Я на это повлиять никак не мог. Хоть и успел исправить большинство ошибок. Вполне возможно, что Шарма сам где-то успел ошибиться. Ведь можно отправлять дополнительные заявки в течении года.

— А что не так? — поинтересовался я.

— Мы всё внимательно посчитали, учитывая историю болезни пациентов. Слишком много получается препаратов на одного человека выходит. Куда делся излишек? — сотрудник министерства посмотрел мне пристально в глаза.

Есть риск, что мне не получится сдержать обещание, которое я дал заведующему отделения. Ведь нас уже поймали на несоответствии по документам. Да и мне до сих пор нельзя пользоваться чакрами. А без них у меня вряд ли получится его убедить в том, что там ошибки не было.

— Вы верно отметили, — кивнул я головой. — Только мы эти препараты списали для нужд стационара. Вы, видимо, не обратили внимания. Проверьте ещё раз.

— Действительно, я совсем не учел этот момент, — растерянно ответил сотрудник министерства и внимательно пробежался глазами по документам. — Всё верно, вижу.

Не знаю как это объяснить, но мне удалось воспользоваться своей силой без напряжения чакр. Сам того не желая, я оказал влияние на восприятие сотрудника министерства здравоохранения. Осознание этого лишь пришло в моменте. Неужели это долгожданные плоды моего отдыха? Тогда сложно представить, что со мной будет, когда я полностью отдохну. Это сильно должно повлиять на мои лекарские силы.

Ведь я просто смог пользоваться убеждением с помощью чакр без затрат энергии. Раньше мне требовалось потратить, много сил, чтобы человека в чем-то убедить. То сейчас это происходило на бессознательном уровне, когда в этом была острая необходимость.

— На ваше отделение ещё поступила анонимная жалоба от вашего сотрудника, — вмешался в разговор сотрудник, который всё это время молчал.

— По какому поводу жалоба? — насупился главный врач.

— О том, что заведующий отделения трудоустраивает сотрудников, которые ещё не успели закончить медицинский университет, — ответил тот. — Проще говоря, студентов старших курсов. Ещё в письме было указано, что очень сильно снижают критерии медицинским работникам на основании личной неприязни…

— А какие-нибудь доказательства по этому поводу есть? — усмехнулся я.

— Нет, — спокойным тоном ответил ранее молчавший сотрудник министерства.

— Тогда, может, перейдем к более насущным вопросам? — поинтересовался я.

Не знаю, что за сотрудник там написал жалобу, но это было полным враньем. Подобных проблем в больнице у нас не было. Если и были инциденты со снижением критериев, то они имели твердое обоснование.

Да и как можно говорить про трудоустройство студентов, если у нас такие испытания при трудоустройстве в больницу? В общем, складывалось впечатление, что никакого анонимного письма не было. Сотрудники министерства нас хотели смутить абсурдным вопросом.

Хотя я не удивлюсь, если это письмо успел написать Шьям перед своим увольнением. Пакостничество в его духе.

Мы провели несколько часов с главным врачом в министерстве здравоохранения, отвечая на каверзные вопросы. Наконец, всё закончилось. Мы вышли из здания.

— Хорошо подготовились, доктор Сингх, — отметил главный врач. — С вами я себя чувствовал гораздо комфортнее, чем с Манмоханом Шарма.

— А чем наш заведующий вам не угодил? — поинтересовался я.

— Он очень сильно нервничает на беседе с представителями министерства здравоохранения, — признался тот. — Они ведь мало что знают о практической медицине. Обо всём судят по бумажкам. Вы достойно отвечали на каждый вопрос, хотя у вас даже опыта в этом не было.

Тогда зачем он меня брал с собой? Если сомневался в моих способностях. Ведь у нашего отделения могли возникнуть крупные проблемы. Одни махинации с списанием льготных дорогостоящих препаратов могли вылиться в очень крупный скандал.

Может, главный врач хотел найти повод, чтобы меня уволить из своей больницы? Думал, что я сейчас приеду в министерство, опозорюсь, сделают выговор нашему отделению и меня под шумок уволят. Нелепый план.

Но сейчас главный врач ко мне относился иначе. Он проникся уважением ко мне как к специалисту, из которого может выйти неплохой начальник в будущем.

— Ну, все люди разные, — подытожил я. — Просто я хорошо подготовился. Немало времени личного у меня на это ушло.

— А вы не хотите остаться заведующим отделения на постоянной основе? — внезапно спросил главный врач.

— Мне больше нравится лечить людей, чем заниматься управленческой деятельностью, — я пожал плечами.

— Вы бы так не отказывались с ходу, доктор Сингх, — серьезным тоном заявил главный врач. — Будете гораздо больше получать, чем на своей нынешней должности. У вас отличные задатки.

— Хотите уволить Манмохана Шарма? — поинтересовался я.

— Нет, но он мне озвучивал такие пожелания, — объяснил главный врач. — Да и вообще учитывая нагрузку на ваше поликлиническое отделение, я думаю, что нужен второй заведующий.

— Идея хорошая, — отметил я. — Но у меня нет желания этим заниматься. Мне комфортнее работать на должности врача-терапевта.

— У вас есть время подумать, доктор Сингх, — едва заметно улыбнулся главный врач. — Никто не просит вас прямо сейчас дать окончательный ответ. Просто подумайте о перспективах.

— Хорошо, — кивнул я головой. — Подумаю.

— Замечательно. Возвращаемся в больницу.

Мы сели в автомобиль главного врача с личным водителем и поехали на работу.

— Ты мне очень здорово помогла, — обратился я мысленно к Шеше. — Пересказала всю необходимую мне информацию.

— Ну, ты и сам неплохо справлялся, — отметила хвостатая напарница. — Ведь тебя не только про данные прошлого года спрашивали. Про нынешние цифры ты отвечал без моей помощи, Аджай.

— Да, но всё равно твоё присутствие сыграло существенную роль, — похвалил её я. — Если бы не твои подсказки, то они меня только по этой теме бы и опрашивали. А так я ответил на вопрос-другой и всё, перешли к другой проблеме.

Не думал, что Шеша мне поможет в таком ключе. Сейчас для неё совсем не было работы. Ведь я контактировал преимущественно с людьми, которые требовали от меня решения организационных вопросов. Мне не приходилось самому лечить пациентов.

В скором времени мы приехали. Я поднялся на лифте до терапевтического отделения и направился в сторону кабинета заведующего отделения.

Внезапно начал звонить телефон. Я достал его из кармана и увидел, что это заведующий отделения.

— Да, слушаю, — ответил я.

— Ты уже освободился, Аджай? — обеспокоенно спросил Шарма.

— Я уже в отделении, — коротко ответил я. — Всё прошло гладко, без каких-либо проблем.

— А по поводу списанных препаратов вопрос поднимали в министерстве? — аккуратно поинтересовался заведующий.

— Да, я им наврал, что списанные препараты ушли на нужды стационара, — просто сказал в ответ.

— И они тебе поверили? — удивился заведующий.

— Да, был предельно убедителен, — усмехнулся я. — В общем, сам вам хотел позвонить, но раз уж вы набрали первым, то хотелось бы ещё раз напомнить вам о нашем уговоре.

— Я помню об этом, Аджай, спасибо, что выручил! А то я не знал даже что мне делать и к кому обратиться за помощью.

— Вы действительно планируете увольняться? — поинтересовался я.

— Да, у меня есть такие мысли, — признался Шарма. — Но я до сих пор в раздумьях. А тебе самому нравится работать заведующим отделения?

— Ну, что-то в этом есть, но всё равно это не моё, — честно ответил я.

— Просто у меня не было бы переживаний, если бы ты занял моё место, — отметил Шарма. — Я могу ведь поговорить с главным по этому поводу.

— Он мне уже сам предложил. Подумаю об этом на досуге.

— Ну, если надумаешь, то позвони мне, — с надеждой сказал заведующий. — Обсудим. Всё, не смею тебя отвлекать от работы.

— Угу, до свидания! — ответил я.

Подойдя ближе к кабинету, я увидел перед собой старого знакомого. Это был гуру Маниш Ачария. Что он здесь забыл?

— Привет, Аджай, давно не виделись! — протянул мне руку Маниш, но сразу же её одернул, увидев Шешу. — Опять что ли её носишь⁈

— Тише, — шепотом сказал я. — Иначе повторно госпитализируют на принудительное лечение.

— Я до сих пор не могу к этому привыкнуть, — признался Маниш. — Она ведь не настоящая⁈

— Что значит не настоящая⁈ — возмутилась Шеша.

— Прошу прощения, — поспешно заявил гуру. Он выглядел виноватым. — Я хотел несколько иначе выразиться.

— Давайте лучше обсудим это в моем кабинете, — предложил я.

Всё-таки лучше не вести таких разговоров посреди коридора.

— Без проблем! — согласился гуру.

Мы вошли в мой кабинет. Внутри сидела моя медсестра.

— Доброе утро, доктор! — поприветствовала меня Сандхья. — Как прошла поездка в министерство?

— Доброе, — поспешно ответил я. — Всё хорошо! Можете меня оставить наедине с пациентом?

— Да, разумеется, — послушно ответила медсестра, взяла папку с документами, и вышла из кабинета.

— Теперь можем всё обсудить, — подытожил я. — Давно тебя выписали?

— Четыря дня назад, — ответил гуру. — Вижу, что тебе уже интересно зачем я сюда пришел?

— Да, не ожидал с тобой здесь встретиться, — кивнул головой я.

— Я столкнулся с одной проблемой, — признался он. — Хотел отправлять к тебе своих учеников на лечение, если в этом есть необходимость, но они не могли тебя найти. А ты оказывается стал заведующим отделения.

— На десять дней, — отметил я. — А что у них есть какие-то проблемы со здоровьем?

— Да в основном гормональный дисбаланс, — ответил гуру. — Ведь у тебя идет надбавка за количество принятых пациентов?

— Всё верно, но это нужно значительно превышать допустимую норму, боюсь, что у тебя учеников не хватит, — ответил я.

— Ну, тем не менее, приятный бонус, — отметил гуру. — Ещё я принес тебе распечатку со своими старыми лекциями. Мне нужна твоя помощь, что их переделать.

— Думаю, что тебе в этом плане поможет Чирандживи, — отметил я. — У меня сейчас нет на это времени. Но я рад, что ты принял мои слова к сведенью.

— Консультироваться с этим безумным стариком? — возмутился гуру. — Да он просто шарлатан!

— Он тоже самое говорит про тебя, — рассмеялся я. — Но я во многом ему обязан. Поэтому вам нужно будет найти общие точки соприкосновения и пойти на компромисс.

— Боюсь, Аджай, что это невозможно! — пожал плечами Маниш Ачария.

Внезапно в кабинет постучался и вошел пациент. Он ранее уже бывал у меня на приеме, когда я просто работал терапевтом.

— Извините, доктор Сингх, а вы больше не принимаете как терапевт? — обеспокоенным голосом обратился ко мне мужчина.

Меня же беспокоило кое-что другое.

Почему я не использую свои чакры, но при этом вижу состояние его здоровья… Неужели моя магия стала ещё сильнее?

Точно… Похоже, способности изменились кардинально. Монах был прав. Даже небольшой отдых пошёл мне на пользу. Что ж, сейчас посмотрим, как изменились мои навыки!

Глава 8

— Принимаю, — ответил я. — Но у меня снизили количество часов на прием пациентов.

— Странно, мне в регистратуре сказали, что к вам записи нет, — сказал обеспокоенный мужчина и обратил внимание на сидящего у меня гуру. — Ой, извините, у вас пациент на приеме. Я сразу не заметил.

Когда я только оказался в новом теле, то единственное, что я мог видеть — это чакры, представленные в виде сфер. Например, я видел патологию в Анахате, отвечающую за сердечно-сосудистую и дыхательную системы. Но мне нужно было приложить усилия, чтобы выяснить точную причину. Собрать анамнез, сдать анализы или провести инструментальное исследование.

Я познакомился с Чирандживи и стал медитировать, вести более осознанную жизнь, избегая потери энергии от жизни в большом и шумном городе, посещать места силы. В конечном итоге у меня получилось не только видеть сферы чакр, но и находить точную локализацию патологии.

У меня даже отпала потребность, чтобы проводить дополнительные исследования. Достаточно было знать симптомы и немного анамнеза, чтобы поставить предварительный диагноз.

Потом произошла встреча с Кикуока Горо, буддийским монахом из Японии. Я пожаловался, что у меня были выявлены отклонения по результатам анализов. Он сказал, что это из-за избыточного использования сил мой организм стал разрушаться. Нужен был покой, чтобы сосуд моей души остыл.

Я уже солидное количество времени не использовал свои лекарские силы. Работал как самый обычный врач, полагаясь лишь на свой жизненный опыт и знания.

Первые изменения я заметил в министерстве здравоохранения. Мне удалось убедить человека в откровенной чепухе. Словно я использовал какую-то разновидность гипноза. Но мне даже не пришлось для этого напрягаться.

А ведь я потратил изрядное количество сил, чтобы скрыть от врача-рентгенолога момент на видео, где я забрал из его кабинета МРТ-снимок. Это был очень энергозатратное применение сил. Но с сотрудником министерства всё произошло на около-бессознательном уровне.

Сейчас ко мне зашёл в пациент, а я видел не только его чакры или конкретный орган, ответственный за его недуг, но и сам патогенез. Это было новым открытием для меня. Я видел как чакры направляют жизненную энергию через кровеносные сосуды, лимфатическую и нервную системы. Это открывало для меня более безграничные возможности для лечения людей.

— Аджай⁈ — прервал мои размышления гуру. — Ты примешь этого пациента? А то что он в дверях стоит…

Я просто внимательно изучал этот биохимический каскад, который видел у этого мужчины. Мне даже не нужно было слушать его жалобы, чтобы понять какой у него был диагноз.

— Приму, — спокойно ответил я. — Это не займет много времени. Проходите!

Чем раньше этот пациент начнет своё лечение, тем лучше же для него будет. Мы были знакомы с этим мужчиной. Он приходил ко мне закрывать больничный лист, поэтому я не использовал своё лекарское зрение. Но если бы в тот день до этого дошло бы дело… Пришлось бы больничный лист продлевать дальше, ведь заболевание было достаточно серьезным.

— Мне выйти? — поинтересовался гуру.

— Да, — ответил я. — Ведь ты же не медицинский сотрудник. Как ни крути, но врачебную тайну никто не отменял.

Заболевание не было уж каким-то постыдным, но всё-таки гораздо спокойнее беседовать с доктором наедине. Максимум кто может присутствовать — это медицинская сестра или другой врач.

— Я не спорю, — кивнул головой Маниш Ачария. — Подожду тогда и закончим наш разговор.

Я остался один на один с пациентом, который хотел попасть ко мне на приём. Через пару секунд к нам присоединилась Сандхья. Видимо, гуру сообщил ей, что мне нужен ассистент для ведения приема. Маниш Ачария же пришел ко мне с деловым разговором, а не для лечения.

— Так, я вас внимательно слушаю, — сказал я, хотя уже понимал в чем была проблема у этого больного.

Но мне нужно было обоснованно подвести к решению вопроса о его лечении. Если я сразу отправлю его к онкологу, то меня неправильно поймут. Хоть потом и убедятся, что направили его с верным предварительным диагнозом.

— А записываться не надо? — удивился мужчина.

— По этому поводу не беспокойтесь, я помню вашу фамилию, поэтому уже записал к себе на свободное место, — пояснил я.

— Но ведь регистратура сказала… — хотел было начать пациент.

— Я открыл дополнительный слот для записи, — прервал его я. — Мест ко мне действительно на сегодня не было. Рассказывайте по какому поводу ко мне хотели обратиться!

Я не обманывал этого пациента. Но не хотелось, чтобы на этой почве возникла жалоба на регистратуру или конфликт дальнейший. Поэтому сразу решил об этом оповестить пациента, что записи действительно на прием не было.

— Я постоянно задыхаюсь и меня беспокоит головная боль, — начал рассказывать он. — Ещё и потею постоянно. Хотя был ведь у доктора с другого участка, который назначил мне лечение по поводу артериальной гипертензии. Но как будто мне эти препараты вообще не помогают. Решил, что стоит обратиться к вам, как к своему участковому терапевту. А потом узнал, что вас с приема сняли.

— Угу, — кивнул головой я. — А когда в последний раз вы делали ультразвуковое исследование почек и надпочечников?

— Ой, давно уже это было, — махнул он рукой. — Около пяти лет назад. А что почки как-то связаны с давлением?

— Надпочечники, — поправил я. — Видимо, придется вам сделать это исследование.

У пациента было достаточно тяжелое заболевание. Я видел патологический процесс, происходящий в надпочечниках. В крови большое количество катехоламинов, а именно адреналина и чуть меньше норадреналина.

Это была феохромоцитома. Злокачественное новообразование, тесно связанное с избыточным выделением гормонов.

— Что угодно, доктор Сингх, — кивнул головой пациент. — А вы мне схему лечения поменяете?

В этом не было необходимость. Единственное лечение данного заболевания — это оперативное вмешательство с удалением опухоли и пораженного надпочечника.

Тут может возникнуть хороший вопрос. А что если поражены два надпочечника, неужели придется оба удалить? Всё верно. Пациент будет вынужден принимать пожизненно заместительную глюкокортикостероидную терапию. Благо, что у этого мужчины был поражен лишь левый надпочечник.

— Я вам сейчас всё объясню, — спокойно сказал я. — Вы вот в данный момент принимаете препараты для снижения артериального давления. Ведь должен же быть какой-то положительный эффект, а его нет. У меня есть подозрение, что у вас вторичная гипертензия.

— Что это значит? — недоумённо спросил пациент.

— Первичная артериальная гипертензия связана с возрастными изменениями в сосудах, — терпеливо ответил я. — То есть чаще всего страдают именно люди в возрасте от сорока лет и дальше. Зависит от генетических особенностей и образа жизни. Вторичная же артериальная гипертензия связана с изменением совсем в других органах человек, например, щитовидная железа, надпочечники и всё остальное, что влияет на давление. Поэтому я хочу вам назначить анализы и ультразвуковое исследование надпочечников. Нужно исключить патологии в других органах.

— Но вы бы уже могли мне назначить мне какую-то терапию, — предложил мужчина. — Потому что я пока все исследование пройду — месяц пролетит.

— Нет, мы всё сделаем за один день, — уточнил я. — Я же теперь заведующий отделения и могу вас быстро провести по всем необходимым исследованиям.

Я немного лукавил. Мне хотелось его провести быстро по обследованиям не потому, что был заведующим отделения. Это было связано с необходимостью в экстренном лечении.

Ведь злокачественное образование — это штука серьезная. Пройдет один месяц и на втором надпочечники вполне может появиться ещё один очаг опухоли. А по близлежащим органом и крупным лимфатическим сосудам расползутся метастазы. У нас нет на это времени.

Но и сообщать эту плохую новость в лоб без результатов исследований у меня не было желания. Сейчас заставлю его сделать УЗИ, а там отправлю на консультацию к онкологу. Может, сегодня или завтра уже его госпитализируют.

Прогноз? Вполне хороший. Главное избавиться от этой заразы в кратчайшие сроки, удалив надпочечник с опухолью.

— Ой, доктор Сингх, даже не знаю как вас отблагодарить, — схватился за сердце пациент. — Я же не был к вам записан, а вы меня приняли.

Ещё и отправил на инструментальные исследования в тот же день. Многим пациентом приходится ждать от двух недель до целого месяца. Но здесь времени для планового обследования не было.

— Когда решим вашу проблему — тогда отблагодарите, — ответил я. — Пока что нужно нам провести все необходимые исследования и сдать анализы.

Я услышал звук работающего принтера. Сандхья уже распечатала все необходимые направления и передала мне. Я поставил свою личную печать и указал, что необходимо сделать по cito. Указав на латыни, что у пациента подозрение на феохромоцитому.

На латыни — потому как пациент вполне мог прочитать это по дороге на обследование. Незачем пугать его раньше времени.

Отпустив пациента на ультразвуковое исследование, я договорил с Манишем. Мне удалось убедить гуру сотрудничать для разработки учения со своим наставником Чирандживи. При этом мне даже не пришлось использовать силу чакр для убеждения.

Пока я разбирался с пациентом, он связался с Чирандживи. Они всё обсудили и решили, что могут вдвоем помогать людям изменять свою жизнь к лучшему.

— Значит, вы взяли Чирандживи в долю, — пошутил я. — Под его чутким руководством уверен, что теперь проблем не возникнет.

— Я просто не думал, что он так спокойно пойдет со мной на контакт, — искренне удивился гуру. — Ты с ним явно говорил по поводу меня, Аджай.

— Всё так, — кивнул я головой. — И это помогло.

До конца смены оставалась не так уж и много времени, а мне уже нужно было возвращаться домой. Я попросил Сандхью, чтобы она написала направление на консультацию к онкологу от моего имени.

Её искренне удивило, что даже не зная результатов исследования, мною было принято решение отправить к нему на консультацию. Чуть позже мои догадки подтвердятся, но я уже возвращаюсь домой после тяжелого трудового дня.

— Наконец-то! — прошипел голос в голове. — Всё-таки каждый день общаться с людьми — это очень утомительное занятие.

— Тебя нужно почаще с собой брать, а то совсем одичаешь, — пошутил я. — Да и ты мне сегодня здорово помогла.

С министерством вопрос решили, да ещё и направили гуру Маниша Ачария в нужное русло. Я начинаю постепенно начинаю разгребать ряд навалившихся на мои плечи проблемы.

Собирался поставить чайник, когда услышал в голове очень знакомый голос, но он не принадлежал Шеше.

— Вы ведь слышите меня? — прозвучало эхо в голове.

— Аджай, почему ты обращаешься ко мне во множественном числе? — с недоумением поинтересовалась Шеша.

— Это не я, — мысленно ответил я. — Но я тоже услышал этот голос.

— Так ведь он принадлежит тебе, — прошипел голос в голове.

И тут у меня пришло внезапное осознание. Шеша подумала, что я обращаюсь к ней, потому что услышала именно мой голос. Или голос Аджая… Прошлого носителя тела. Но как подобное возможно?

— Я не знаю твоего имени, но ты сейчас находишься в моем теле! — заявило эхо.

Я внимательно посмотрел на Шешу. Хотел убедиться, что не тронулся умом и тоже это слышу. Но рациональное объяснение всему происходящему просто не мог.

— Ты хочешь его вернуть обратно? — обратился я в неизвестность.

— Нет, — ответил прошлый Аджай. — Я сейчас нахожусь в твоем мире. Уже несколько лет занимаюсь лекарской магией.

Что? Как подобное возможное? Какими же силами он обладает, чтобы разорвать ткань реальности и обратиться к самому себе в другом мире? Это что-то за гранью фантастики, ведь у меня же не было подобной возможности.

А ведь я хотел связаться со своим лекарским орденом. Но я попал в настолько слабое тело, которое не было заточено под использование целительных способностей. Мне пришлось развиваться буквально с нуля.

Он сказал, что несколько лет занимается лечением людей с помощью магии. А ведь с момента моего попадания в тело Аджая Сингха прошел всего лишь один месяц. Не больше. У меня было множество вопросов, которые мне хотелось бы спросить у прошлого носителя тела.

— Зачем ты решил со мной связаться? — поинтересовался я.

— Я беспокоился за своих родителей, — пояснил прошлый Аджай. — Хотел узнать, всё ли у них хорошо?

— Да, всё в порядке. У меня даже удалось восстановить связь с отцом, — спокойно ответил я.

Прошлый носитель тела начал отвечать с существенным задержками по времени. Судя по всему, на это общение у него уходит огромное количество энергии. Разговор не продлится долго, поэтому нужно задавать и отвечать предельно четко и быстро.

— Спустя столько лет… — с долей тоски прошлый Аджай. — Я рад, что у тебя получилось сделать то, что не удавалось мне. А что с моей жизнью? У тебя удалось вклиниться в новый мир?

— Не переживай по этому поводу, — ответил я. — Всё в порядке! Недавно назначили временно исполняющим обязанности заведующего отделения третьей центральной больницы.

— Даже так, — искренне удивился прошлый носитель тела. — Ты достиг куда большего, чем я в своей жизни… У меня не получится долго вести разговор. Думаю, что ты понимаешь это. Но мне нужно передать тебе одну важную новость.

Интересно, что мне хотел рассказать прошлый носитель тела. Неужели лекарский орден знает о том, что я нахожусь в другом мире?

— Я внимательно слушаю, — с интересом ответил я.

— С тобой хочет связаться один человеком. Он давно пытается до тебя достучаться, но ему до сих пор это не удалось. Поэтому этот человек связался со мной. И попросил, чтобы это сделал я. Ведь с самим собой намного проще связаться, чем с другим человеком.

— Он находится со мной в одном мире? — спросил я.

— Всё верно! — отозвался тот. — Ты — это исключение из правил. Ваши магические системы радикальным образом отличаются, поэтому он не может до тебя достучаться. До тебя же дошло видение храма?

Откуда он об этом знает? Неужели это и была неудачная попытка связаться со мной через видение?

— Да, видел, мне уже известно, где он находится, но я до сих пор откладывал поездку… — ответил я.

Прошлый носитель тела уже отвечал с большими интервалами по времени. А его голос постепенно становился больше похожим на эхо. Кажется, его силы на исходе.

— Найди этот храм! Он тебя будет ждать там и ответит на все твои вопросы, — ответил эхом голос прошлого носителя тела.

— А кто он? — обратился я, но не получил ответа.

Кажется, что его силы истекли на разговор со мной. Не знаю когда у него ещё появится возможность связаться со мной. Ведь это требует невероятных усилий.

Мы говорили всего пару минут. Для меня это не стоило даже малейших усилий, потому что я был в роли слушателя. А прошлому носителя тела пришлось разорвать ткань реальности миров, чтобы до меня достучаться.

— Что ты думаешь по этому поводу, Аджай? — прошипел голос в голове.

— Мы должны направиться на поиски этого храма, — серьёзно задумавшись, ответил я. — Но сначала я дождусь возвращения заведующего отделения. Возьму отпуск за свой счет.

— Думаешь тебе его дадут? — засомневалась Шеша.

— Уверен.

Не думаю, что мне придется даже прибегать к использованию своих сил убеждения. Со стороны заведующего отделения вряд ли возникнут проблемы, но главный врач может вставить палки в колеса. Ладно, разберёмся с этим.

* * *

Семь дней спустя

— Сколько дней ты хочешь? — обеспокоенно спросил Шарма.

— Думаю, что двух недель вполне хватит, — ответил я.

— Ну, многовато, конечно, — отметил заведующий отделения, почесав затылок. — Я то не против тебя отпустить в отпуск, Аджай. Но это придется согласовывать с главным врачом.

— Подпишите тогда, а я к нему схожу побеседовать по этому поводу, — я положил на стол оформленное заявление.

— Мне кажется, что он не даст добро, — поставил свою подпись Шарма. — Ты у нас даже полгода не отработал. Представь какое возмущение будет со стороны других сотрудников? Это же как полноценный отпуск.

— Я это прекрасно понимаю, но мне это необходимо, — я взял заявление в руки.

Шарма беспокоился, что со стороны главного врача могут возникнуть проблемы. Но у меня уже был припасен для этого дела козырь.

Я вышел из кабинета и направился в сторону лифта. Если лететь на самолете, то полет до Джайпура займет у меня несколько часов. Мне хотелось взять две недели, если возникнут какие-то непредвиденные обстоятельства.

Да и целом не помешало бы немного отдохнуть. А то как появился в новом теле — живу как загнанная белка в колесе. Постоянно решаю какие-то проблемы.

Я подошел к кабинету главного врача, несколько раз постучался и вошел внутрь.

— Добрый день, Аджай! — поприветствовал меня главный врач.

— Здравствуйте, — кивнул я.

— По какому поводу? — поинтересовался начальник.

— Хотел, чтобы вы поставили свою подпись, — протянул заявление.

Главный врач взял листок в руки и внимательно пробежался глазами. Недолго раздумывая, он поставил подпись. Без каких-либо лишних вопросов. Я даже не использовал какую-либо силу.

— Тебе не помешает отдохнуть, — отметил главный врач. — Ты очень многое успел сделать для больницы. В этом году вообще не возникло никаких проблем с министерством здравоохранения. Ты куда-нибудь собираешься поехать?

— Да, в Джайпур, — кратко ответил я.

— Розовый город… — мечтательно протянул начальник. — Мне доводилось там бывать в молодости. Очень интересный выбор.

— Спасибо, я тогда, пожалуй, пойду, — я взял заявление в руки и хотел выйти из кабинета.

— Подожди, Аджай, — обратился ко мне главный врач.

— Что такое? — я обернулся.

— Прости меня, — выдохнул он. — Я был не прав тогда. Ну, с тем больничным. Не хотелось, чтобы так получилось. У меня есть такая проблема. Не могу долго признать свою вину перед кем-то.

— Я не держу на вас обиды, — искренне признался я. — Но мне было приятно слышать, что вы это осознаете.

— Надеюсь, что так, — начальник улыбнулся. — Ладно, не буду тебя задерживать. Приятно отдохнуть!

— Благодарю! — я кивнул головой и вышел из кабинета.

Билеты уже были куплены. Я переоделся из ординаторской, взял свой небольшой чемодан со всеми необходимыми документами и вещами и вышел из больницы.

Дойдя до остановки, сел на автобус. До аэропорта около сорока минут езды.

Всё-таки я уже успел привязаться к этому городу. Даже немного тоскливо его покидать. Мягкий свет солнца проникал сквозь стекло, освещая моё лицо.

— Даже не верится, что мы уезжаем, — прошипел голос в голове.

— Это точно! — отметил я и одновременно тонко уловил, что со здоровьем водителя что-то не так.

Но было слишком поздно. Мощный толчок, грохот. Автобус резко дернулся, а моё тело по инерции выбросило вперед…

Глава 9

Я успел прикрыть лицо своими локтями. А то отделался бы перелом носа о пластмассовое изголовья впереди стоящего пассажирского сидения.

В автобусе уже началась паника. Я внимательно осмотрел пассажиров на наличие серьезных травм. Но они больше перепугались, чем пострадали. Отделались легкими ушибами, кому-то довелось сильно удариться головой. Но даже намёков на сотрясения головного мозга не было.

Я сидел в самом конце автобуса. Поэтому добраться до водителя была не так уж просто. Часть пассажиров встала в ступоре на моем пути.

— Я врач, — громко сообщил я пассажирам. — Мне нужно пройти к водителю.

Донести это удалось не с первой попытки. Но я был предельно настойчив, поэтому в скором времени меня пропустили.

Водитель лежал на руле. Его кожа была бледной и по ней стекал холодный пот. Этот симптом особенно сильно бросался в глаза, ведь в целом мои соотечественники были достаточно смуглыми.

— Как вы себя чувствуете? — обратился я к водителю.

Мне прекрасно было известно его состояние, но к своим новым силам я относился с осторожностью. Или, может, это уже сформировавшаяся привычка? Собирая анамнез, устанавливать контакт с больным.

— Плохо… — еле-еле ответил водитель.

— Я сейчас вам помогу, но мне нужно знать, что с вами произошло, — мягко сказал я.

— Не знаю, — держась за руль, ответил водитель.

Мужчина отвечал предельно односложно. Уверен, что он даже до конца не понимал сути вопросов, которые я ему пытался задать. Мой организм успел отдохнуть, поэтому у меня была возможность пользоваться своими лекарскими способностями.

У больного резко упало артериальное давление. Произошел коллапс. Острая сосудистая недостаточность, которая может привести к печальным последствиям, если не оказать помощь человеку.

Я обратил внимание, что мышечный тонус снижался, двигательная активность постепенно сходит на нет. Водитель начал очень шумно и громко дышать. Я взял мужчину за запястье. Ледяное, пульс еле определяется.

Сомнений нет, это ваготонический этап коллапса. Все симптомы указывали именно на это. Организм пытался компенсировать последствия пониженного давления, но сам он не справится. Он ждёт помощи извне.

Кровь постепенно накапливается в капиллярном русле, что усугубляет состояние. Ведь она должна циркулировать по сосудам, но сниженное давление не позволяет этому произойти.

Я попытался найти аптечку в автобусе и обнаружил её на непривычном месте. Она просто лежала на пассажирском сидении. А на коврике валялась коробка с каким-то препаратом.

Протянул руку и поднял лекарственное средство. Это был гипотензивный препарат центрального действия. Его пьют для экстренного снижения артериального давления. Судя по всему, водитель его слишком сильно сбил.

Я серьёзно задумался. Ведь это сколько нужно выпить, чтобы себя до коллапса довести? Скорее всего, у водителя было сниженное давление на момент приема лекарственного средства. Уверен, что он гипотоник, который перепутал препараты. Иного объяснения не вижу.

Открыл аптечку. Препаратов для полноценного оказания неотложности помощи было мало. А учитывая, сколько мы находились в пробке, то скорая помощь будет ехать к нам минимум час. Хотя мы не так далеко от центра города.

Придется лечить по-старинке, с помощью лекарской магии. Вижу, что в аптечке есть адреналин. Вполне сойдет. Мне нужно было алиби, как я оказал ему первую медицинскую помощь.

Я набрал в шприц лекарственное средство и вылил его на пол, оставив на видном месте с пустой ампулой.

Всё. Пора заводить моторчик. Положил руку на сердце и стал посылать энергию пациенту из Анахаты-чакры. Отдых мне пошёл на пользу.

Я тратил гораздо меньше сил на лечения. Коэффициент эффективности существенно увеличился. Но и случай был не совсем уж тяжелый. От меня требовалось не так уж и много.

Просто нагнать давление в сосудистом русле и восстановить полноценную деятельность сердца. С условным инсультом гораздо сложнее. Ведь там происходил некроз мозговых тканей, на восстановление которых уходит предельно большое количество энергии. В общем, с водителем было всё просто.

В скором времени его кожа стала приобретать естественный оттенок. Пульс начал нормализоваться, а сердце перешло на спокойный режим. У него уже не было необходимости в тахикардии, чтобы компенсировать сниженное артериальное давление.

Водитель начал приходить в себя. Я убрал руку от сердца. Мне удалось восстановить состояние его здоровья до приёма лекарственного средства.

Мужчина сразу обратил внимания на последствия аварии. Из-за пробки скорость движения автобуса было в районе двадцати километров в час. Поэтому пассажиры легкового автомобиля отделались легким испугом. Сильное повреждение задней части, вместо багажника — вмятина, почти доходящая до пассажирского сидения.

— Хоть убейте, ничего не помню, — хриплым голосом выдавил из себя водитель.

— С вами всё будет в порядке, скорую помощь уже вызвали, — сказал я.

Мужчина посмотрел на пассажирское сидение, где лежал пустой шприц и ампула.

— Это я вам ввёл лекарственный препарат, чтобы повысить артериальное давление, — пояснил я. — Иначе скорой помощи вы бы не дождались.

— Не знаю почему у меня так давление сильно упало, — отметил водитель. — Забыл лекарство дома. Решил выпить, а то чувствую, что дурно мне. В итоге ещё хуже стало.

Моя версия произошедшего события была верна. Водитель был гипотоником. Человеку, который далек от медицины, легко перепутать в показаниях к применению слова гипотензия и гипертензия.

— Вам нельзя пить препараты от гипертензии, если у вас давление снижено, — отметил я. — Вы просто выпили не тот препарат, который вам был нужен.

— Теперь буду знать, — кивнул головой водитель. — Спасибо вам за помощь.

Мужчина был серьёзно погружен в свои мысли. Он ведь был виновником автомобильной аварии. Но отчасти была и вина со стороны медицинского сотрудника. Явно же перед выездом ему должны были измерить артериальное давление.

Благо, что пострадавших не так много. А если бы не было пробки? И автобус двигался со скоростью шестьдесят-восемьдесят километров в час? Да он бы разорвал легковой автомобиль, а потом бы перевернулся или ещё куда-нибудь врезался.

Но это уже было не моё дело. Пусть решают юристы и прочие люди, разбирающиеся в законах. Я свою задачу выполнил.

Взяв телефон в руки, я решил уточнить время. Дело плохо. До рейса оставался один час. А ведь я специально отвел время на случай пробок, а здесь ещё и непредвиденное обстоятельство в виде аварии. Нужно поторопиться, а то сегодня останусь в Мумбае.

Большая часть пассажиров автобуса уже пересели на другой общественный транспорт, часть ипохондриков осталась, чтобы дождаться скорой помощи.

Я же вышел из автобуса. И так много времени ушло на оказание помощи. Проблем с таксистами в моем городе не было. Сразу приметил группу мужчин, стоящих недалеко от уличного кафе.

— Вас довезти куда-нибудь? — обратился ко мне мужчина с густыми усами и зализанными назад волосами.

— До международного аэропорта имени Чатрапати Шиваджи, — ответил я.

— Двадцать рупий за километр, — предложил таксист.

— Пятнадцать, — решил я поторговаться, потому что цена была завышена.

— Нет, брат, давай за двадцать рупий. Очень быстро довезу. Ноль проблем, — развел руками мужчина.

Да, быстро. Так я в это и поверил. Боюсь, что мне придется тебе всю дорогу показывать маршрут. Вроде живут здесь всю жизнь, а в городе совсем не ориентируются.

— Брат, давай довезу за восемнадцать рупий за километр, — вмешался в разговор другой таксист.

— Отвезу за семнадцать, — сказал третий водитель.

Внезапно недавно мирно разговаривающие мужчина начали между собой спорить.

— Я же первый к нему подошел, — развел руками таксист с густыми усами. — Зачем ты моего клиента забрал?

— Да ты сразу цену бешеную назначил, ты иностранца что ли в нем увидел? — возмутился второй.

У меня не было времени на их разбирательства. Иначе я так никуда и не уеду по итогу. Буду целый час разборки слушать.

— Я поеду только за двенадцать рупий, — громко сказал я, чтобы меня услышал каждый из них. — Если такая цена не устраивает, то я закажу такси по телефону.

— Какой двенадцать⁈ Ты шутишь, брат? — тут же возмутился усатый таксист. — За шестнадцать отвезу!

А ведь он мне изначально предлагал за двадцать. Цена менялся предельно быстро. Даже представить боюсь как они могут обмануть туриста со своими ценниками.

— Хорошо, — кивнул я головой. — Я вызову такси по телефону.

Я развернулся и сделал вид, что собираюсь уходить.

— Нет, за двенадцать даже лень машину заводить, — услышал я голос второго таксиста за спиной.

— Они цены вообще на бензин видели⁈ — возмутился третий.

— Брат, — вновь обратился ко мне таксист с густыми усами. — Вижу, что опаздываешь. Давай за четырнадцать рупий, но с ветерком довезу до аэропорта. Очень быстро поедем.

Ниже четырнадцати у меня вряд ли получится сбить цену. Да и она была вполне приемлема, если мы действительно быстро доберемся до аэропорта.

— По рукам! — согласился я. — Но если будем тухнуть в пробках, то больше десяти рупий не получишь. Я серьёзно опаздываю.

— Обижаешь, брат, пошли, — таксист кивнул головой в сторону его машины. — Доедем быстро.

Усатый таксист меня не обманул. Доехали действительно быстро. Пока мы ехали у меня закрадывались мысли, что может произойти вторая авария за этот день. Но всё обошлось. Поездка вышла в восемьдесят один рупий. Из них я дал одиннадцать рупий на чай.

Зайдя в аэропорт, я прошел регистрацию и сдал свой багаж. После прохождения контроля безопасности оказался в зале ожидания. Не успел взять кофе в автомате, как объявили посадку.

Когда до меня почти дошла очередь, чтобы подняться на самолет внезапно зазвонил телефон. Отец? Я же его вроде предупредил, что сегодня улетаю в другой город.

— Да, привет, папа, — поспешно ответил я. — Я сейчас на самолет сажусь. Может, перезвоню тебе через три часа?

— Аджай… ты… э-э-э, ну, угу, да, — услышал я голос отца из телефона.

Что с ним? Если бы я его не знал, то подумал, что он находится в состоянии сильного алкогольного опьянения. Но мой отец был достаточно религиозным человеком. Да и к алкоголю у него было отношение предвзятое.

А ведь у меня как-то был такой пациент… Клиническая картина похожа на прединсультное состояние. А всё началось с обычного нарушения речи.

— Проходите, — обратилась ко мне стюардесса, ведь очередь уже дошла до меня.

Отец явно не в порядке, а у меня идёт посадка в самолёт. Нужно решить этот вопрос прямо сейчас!

Глава 10

— Пусть другие пока проходят, — ответил я стюардессе и отошел в сторону. — Ты скорую помощь не вызывал?

Отец что-то невнятно ответил, но по интонация я понял, что он в первую очередь решил позвонить мне.

И что мне делать в этой ситуации? Я не могу уехать, если моему отцу плохо. Но мне до него ехать минимум полтора часа, а учитывая пробки… Уйдет слишком много времени.

— Слушай, отец, я сейчас тебе перезвоню. Свяжусь со своим начальством. У меня уже есть идея как тебе помочь.

Через двадцать минут самолет должен покинуть аэропорт у меня не так уж и много времени. Я сбросил трубку и набрал номер заведующего отделения.

Шёл гудок за гудком, но Шарма не отвечал. Да что же теперь делать! Может, он занят чем-то и оставил свой телефон в кабинете. Всякое может быть. Я сбросил трубку и решил дозвониться до скорой помощи своей больницы.

— Отделение скорой помощи третьей центральной больницы города Мумбаи, — протараторил диспетчер.

— Здравствуйте, это вас беспокоит доктор Аджай Сингх. Моему отцу нужна помощь, готовы записывать адрес?

— А какие симптомы у пациента? — поинтересовался диспетчер.

Я услышал, что на заднем фоне начались переговоры, когда озвучил своё имя. Мне всё было прекрасно слышно. Они вспомнили тот неприятный инцидент, когда большая часть диспетчеров отдела было уволено из-за жалобы со стороны заведующего отделения Шарма.

— Я не могу точно вам всё сообщить, потому что в данный момент нахожусь в аэропорту, — сообщил я. — Но я уверен, что у моего отца вот-вот случится инсульт. Если ещё не случился.

— На каком основании у вас сложилось такое впечатление? — скептично поинтересовался диспетчер.

— Я знаю, что это не веская причина для вызова, но симптомы — невнятная речь, — я убрал телефон и головы и посмотрел на время.

— То есть вы его лично не смотрели? Может, он просто находится в алкогольном опьянении?

— Давайте не будем этот разговор доводить до конфликта. Мой отец не пьет.

— Ну, всякое в жизни бывает, — протянул диспетчер. — Может, произошло что-то такое в жизни, что он решил расслабиться?

— Вы сейчас серьезно? — строгим тоном поинтересовался я. — А если он живет один и у него невнятная речь? Как ему вызвать скорую помощь?

— Я, конечно, всё понимаю, доктор, но нам нужно четкое обоснование. Нагрузка сейчас большая в связи с сезоном, поэтому к нам очень сильно придираются по этому поводу. Очень часто пациенты вызывают по какой-то откровенной чепухе. Ладно, диктуйте адрес, — нехотя попросил диспетчер.

Я полностью сообщил название улицы, номер дома и квартиры, даже назвал пароль от подъезда.

— Это не наш адрес, — шмыгнув носом, ответил диспетчер. — Позвоните в…

— Ты совсем что ли⁈ — вмешался второй диспетчер. — Это же Аджай Сингх, он недавно заведующим терапевтического отделения был. Тебе проблемы нужны? Если тебе этим лень заниматься, то я сейчас сам передам вызов.

Всё таки они хорошо запомнили тот инцидент. Больше не хотят со мной связываться. Ведь не мало тогда шапок слетело, даже начальство вроде как сменилось. И при этом у меня даже не было таких намерений. Это была исключительно мотивация моего заведующего отделения Шарма.

— Да, вам бы стоило прислушаться к словам коллеги, — строгим тоном отметил я. — Мне не хочется ругаться, но отношения у меня совсем с диспетчерским отделом скорой помощи не складываются.

— Прошу прощения, доктор Сингх, — обеспокоенно ответил диспетчер. — Мы постараемся связаться с другим отделением скорой помощи.

— Очень на это надеюсь, — ответил я и сбросил трубку.

Снова попытался дозвониться до Шарма, но он в упор не хотел отвечать на звонок. А времени у меня совсем не была.

Стюардесса впилась в меня взглядом. Я был последним пассажиром, который должен был зайти в самолет. До отъезда оставалось пятнадцать минут.

— У меня ведь ещё есть время? — обратился я к сотруднице самолета.

— Есть, — ответила стюардесса.

Я решил дозвониться до главного врача. Но он тоже не брал трубку. Они прям как сговорились. Прошло восемь минут.

Мне позвонил неизвестный номер телефона. Я взял трубку.

— Да, слушаю, — сказал я.

— Здравствуйте, вас беспокоит врач скорой помощи. Мы приехали к вашему отцу. Осмотрели. Действительно подозрение на инсульт. Возможно, ещё успеем остановить дальнейшие нарушения кровообращения. Хорошо, что вы так быстро среагировали. Мы уже его везем в больницу.

Серьезно? А как они так быстро доехали до дома моего отца? Ведь прошло так мало времени.

— Даже не знаю как вас отблагодарить, коллега, — искренне признался я. — Но как вам удалось так быстро оказаться на адресе?

— С нами связался начальник диспетчерского отдела вашей больницы. Передал адрес, а мы как раз были неподалеку. Меня попросили, чтобы я вам отзвонился. Вы ведь заведующий терапевтического отделения?

— Я был временно исполняющим обязанности, — поправил я. — Ещё раз спасибо вам за быстрый визит. Это очень многого стоит.

— Всегда рад вам помочь, доктор Сингх, — ответил врач скорой помощи. — С вашим отцом всё будет хорошо. Не переживайте по этому поводу.

— По какому диагнозу вы его госпитализируете?

— Транзиторная ишемическая атака.

Мой диагноз оказался верным, хоть я и не видел вживую своего отца. В отличие от инсульта транзиторная ишемическая атака является обратимым состоянием.

Происходит локальное снижение кровотока в головного или спинном мозге, но омертвения тканей не происходит. Значит, теперь можно лететь с почти что спокойной душой в другой город.

Стюардесса показала мне на свои часы — уже пора заходить внутрь. Я убрал телефон от уха. Осталось пять минут до вылета.

— Ещё раз спасибо, — поспешно заявил я. — Но мне пора заходить в самолет, а то улетят без меня.

Мы попрощались и я поднялся внутрь самолета. Стюардесса сопроводила меня до моего места около окна. Другая девушка сотрудница уже дочитывала правила поведения в самолете во время полета. Я их знал, поэтому не многое потерял.

— Чуть не опоздали? — не скрывая улыбки на лице, ко мне обратилась симпатичная девушка, сидящая рядом со мной.

Мне хотелось позвонить отцу, чтобы узнать как у него обстояли дела со здоровьем. Но лучше его пока что не беспокоить. Ему нужен был покой. Думаю, что смогу ему сегодня позвонить, но только после того как ему окажут полноценную помощь в больнице.

— Можно и так сказать, — усмехнулся я. — У отца со здоровьем возникли проблемы, которые нужно было решить. Вопрос с госпитализацией.

— Вы врач? — оживилась девушка.

— Да.

— Видимо, совсем недавно стали работать? — девушка внимательно посмотрела на моё лицо.

Полет начался. Я положил себе в рот жевательную резинку. Меня чуть-чуть прижало к сиденью, потому что самолет начал набирать скорость. В салоне был слышен звук громкий шум двигателей, а по тело чувствовало небольшие вибрации.

— А вы хотели что-то узнать от меня? — поинтересовался я.

— Да, мне всегда вот было интересно, а почему нужно с собой брать жевательную резинку или леденцы в полет? — поинтересовалась девушка и положила себе в рот жевательную резинку.

Наконец, самолет оторвался от земли. Возникло ощущение лёгкого «подъёма» в животе. Словно я катался на американских горках.

— Всё достаточно просто. Таким образом вы стимулируете движение мышц, связанных с евстахиевой трубой. Мы ведь пытаемся таким образом избежать заложенности в ушах. А из-за резкого перепада давления евстахиевая труба не успевает адаптироваться. Вот как раз за счет движения мышц — мы снимаем эту нагрузку.

— Я просто не люблю жевательные резинки, — надув губки, пожаловался девушка. — А сладкое мне нельзя, потому что я на диете.

Я внимательно присмотрелся к фигуре девушки. Она себя решила совсем заморить голодом? И так достаточно худая. Ну, это не моё дело, конечно.

— Ну, это совсем необязательно, — отметил я.

— Но мне не хочется, чтобы у меня была заложенность в ушах, как мне поступить в этой ситуации? Ведь из-за жевательной резинки вырабатывается желудочный сок. А это часто приводит к язве в желудке? Так ведь?

— Не совсем, что-то вы меня прям завалили вопросами… — я улыбнулся. — Необязательно что-то держать во рту, чтобы избежать заложенности в ушах. Есть одна специальная методика. Называется техника Вальсальвы.

— Первый раз о такой слышу! — удивилась девушка. — А в чем суть?

— Просто закройте рот, зажмите нос пальцами и осторожно выдохните. Этот способ повышает давление в носоглотке, что помогает открыть евстахиеву трубу, — объяснил я. — Только не делайте резких выдохов, чтобы не повредить барабанную перепонку.

— Повредить перепонку? — испугалась соседка. — Пожалуй, я лучше буду с язвой в желудке.

Эх, ну вот как обычно! Она ведь явно ограничивает себя в еде. А это куда больше наносит вреда, чем однократно пожевать жевательную резинку. И ведь на таких вот предрассудках и складывается достаточно специфичное отношение к собственному здоровью.

— Да вряд ли у вас возникнет язва из-за этого, — усмехнулся я. — Около сорока процентов язв желудка во всём мире связаны с поражением желудка бактерией Хеликобактер пилори.

— А я думала, что если пить много газировки и есть жаренной пищи… — девушка серьезно задумалась. — Видимо, это входит в оставшиеся шестьдесят процентов.

Я думал, что в полете буду молча смотреть в окно. Но незнакомая не замолкала ни на секунду.

— Отчасти да, отчасти нет, — ответил я. — Конечно, проблемы в питании играют определенную роль для формирования язвы, но на втором месте, если мне не изменяет память, стоит неконтролируемый прием обезболивающих препаратов. Ну, группа НПВС. Где-то рядышком разместилось употребления алкоголя.

— А если просто пить стакан вина перед приемом пищи? — улыбнулась во весь рот девушка. — Ведь сами врачи советуют так поступать.

— Не знаю, первый раз об этом слышу, — я отрицательно покачал головой.

— Ну, вроде было проведено исследование в Италии, что вино перед приемом пищи значительно уменьшает риск сердечно-сосудистых заболевания.

— Ну да, это связано с расширением сосудов. Своего рода профилактика. Только это палка о двух концах. Да, может у вас не будет проблем с сердечно-сосудистой системой. Но со временем можете угробить свой желудок и двенадцатиперстную кишку. Не говоря уже о том, что выработается зависимость. Мне кажется, что лучше просто заниматься спортом. Это вполне физиологическая нагрузка на сердечно-сосудистую систему.

— А как эта бактерия попадает в желудок? — поинтересовалась девушка. — Или она там всегда находится?

— Нет, в норме она отсутствует, — пояснил я. — Передается разными способами. Я устану рассказывать. От больного человека к здоровому. Даже через столовые приборы или поцелуи, допустим.

— Как оказывается страшно жить, — закивала головой девушка.

— Вам доводилось ранее бывать в Джайпуре? — я решил сменить тему.

— Это мой родной город. Возвращаюсь домой, потому что хочу попасть на праздник. А так… я просто хочу стать актрисой, а Мумбаи — самое подходящее место в нашей стране.

— Можете что-нибудь интересное рассказать о вашем городе? Просто мне не доводилось бывать в Джайпуре.

— Джайпур — город, которым я так горжусь. Мы, местные, с любовью зовём его «Розовым городом».

— А почему розовый? — поинтересовался я.

Что же это за город такой необычный? Я вроде собираюсь ехать на поиски белого храма, а перед этим мне надо посетить какой-то розовый городок.

— Сразу видно, что вы ни разу не были у нас в гостях, — девушка весело засмеялась. — Всё просто, в одна тысяча восемьсот семьдесят шестом году наш город выкрашивали в этот цвет к визиту английского принца. Эта традиция сохранилась и центральная часть города по сей день переливается тёплыми оттенками розового.

— Было бы интересно взглянуть на это, — отметил я. — А куда мне можно ещё сходить?

— Ну, — надув губки, протянула девушка. — Зависит от того, что вам интересно!

— Может, есть какие-нибудь интересные блюда, которые лучше попробовать у вас?

Мумбаи был достаточно многонациональным городом. Но гастрономический туризм всё таки уступал другим местам в Индии.

— Обязательно попробуйте кхандви, даал-баати-чурма, гхевер, — посоветовала девушка. — Очень вкусно. В Мумбаи такого не найдешь.

Нужно будет обязательно купить. Чтобы хоть иметь представление, что это такое. Но названия интересные. Про гхевер, мне кажется, я даже что-то слышал. Вроде это какая-то сладость.

— Гордость нашего города — дворцы и крепости, — продолжила свой рассказ девушка. — Наверное, вам уже рассказывали про Хава-Махал? Его ещё называют «Дворец ветров», где сотни маленьких окошек, через которые раньше женщины махараджей наблюдали за городом. Махараджа — это титул индийского князя. Или про Амбер Форт? Это — средневековая крепость на холме, куда туристов часто ведут на слонах.

Слоны? Неужели впервые за долгое время я смогу увидеть эти великих животных. А ведь я уже прожил целый месяц в Индии. Правда я жил в предельно урбанизированном месте, поэтому они мне совсем не попадались на глаза. Может, они были где-то за пределами города.

— Да, — я многозначительно кивнул головой. — Меня очень сильно заинтересовало Амбер Форт.

— А если я захочу купить сувениры для близким мне людей? — поинтересовался я.

— Тогда рекомендую обязательно прогуляться по базарам Джохари и Бапу. Там можно найти и традиционные украшения из серебра и золота, и искусно расшитые ткани, и специи, которые пахнут на полквартала. Выбор огромный.

Всё таки насколько Индия разнообразная. Просто такой культурный пласт, на разжевывание которого уйдет столько времени. Множество кулинарных блюд, храмов, памятников, народов, традиций, религий.

Ведь даже индуизм — это совокупность самых разнообразных религий. Как великое древо. Если дойти до простой аналогии, то индуизм будет равен авраамическим религиям. То есть это обобщенное понятие. Но мы ведь четко разделяем авраамические религии на ислам, христианство и иудаизм. А вот с индуизмом не все так просто!

Я уже был весь в предвкушении. Очень интересно она описала свой родной город. Хотелось скорее взглянуть на всё это дело. И, разумеется, прокатиться на слоне.

— Надеюсь, что я вас не утомил со своими вопросами, — я кивнул головой в знак благодарности.

— А с какой целью вы едете в Джайпур? — поинтересовалась девушка. — У вас командировка или просто едете к нам отдохнуть?

Я хотел посетить храм Чатурмукха Дхарана Вихара. Он находился на приличном расстоянии от Джайпура. После того как я прилечу, мне нужно будет добраться до города Пали. Но и это не является конечной точкой моего маршрута.

Мне нужна была деревушка Ранакпур, где собственно и находился этот храм из моего видения.

— Нет, у меня цель визита к вам исключительно туристическая. Небольшой отпуск. Но я собираюсь после приезда в Джайпур поехать в Пали.

— То есть вы совсем не планируете останавливаться в моем родном городе? — спросила девушка.

Останавливаться в Джайпуре? Я просто не был уверен, а хватит ли мне времени, чтобы за отпуск успеть отыскать этот храм? Не хотелось сильно рисковать, ведь основная цель моя визита — это Чатурмукха Дхарана Вихара и встреча с человеком, который раскроет мне занавесу моей реинкарнации в новое тело.

Я бы с удовольствием остановился в этом городе, но если только останется время после посещения храма. Тем более мне очень понравился рассказ этой девушки.

— Мне нужно в Пали, боюсь, что у меня совсем нет времени, что останавливаться на долгий срок в Джайпуре.

Девушка пристально посмотрела мне в глаза, словно пыталась меня загипнотизировать.

— Просто мне хотелось сделать вам предложение, от которого вам будет сложно отказаться…

— Вот же дает! — прошипел возмущенный голос Шешы у меня в голове.

Каюсь, но ей удалось меня заинтриговать. Что же ты задумала, таинственная незнакомка?

Глава 11

— Даже боюсь представить, что вы мне хотите предложить, — я едва заметно улыбнулся.

Мы ведь едва знакомы. Если бы я был не на борту самолета, то подумал о возможном мошенничестве со стороны девушки. Чаще всего от этого страдали туристы из других стран, но и рядовым согражданам тоже доставалось.

— Я хочу вам предложить остаться в Джайпуре на несколько дней, — девушка улыбнулась в ответ. — Завтра ведь Дивали! Разве вам не хотелось бы на него сходить? Я бы с удовольствием вам составила компанию и показала город.

Предложение было заманчивым. Дивали — это один из национальных праздников. Его ещё называют фестивалем огней. Я услышал краем уха об этом празднике, когда посещал службу в храме Богине Лакшми несколько недель назад. Видимо, фестиваль и это божество каким-то образом связаны.

В запасе у меня было четырнадцать дней. Если я задержусь в Джайпуре на пару дней, то всё равно успею посетить этот храм. Просто когда со мной связался прошлый носитель тела, то я ни о чем не мог думать, кроме как посещения места из видения.

— Будет правда весело! — не дожидаясь моего ответа, дополнила девушка. — Соглашайтесь.

— Аджай, не забывай о нашей цели, — вмешалась в мои мысли Шеша. — Сначала храм, а потом всё остальное.

— Этот праздник происходит всего лишь один раз в году, — серьёзно задумался я. — Мы успеем убить двух зайцев одним выстрелом.

— Решать тебе, — задумчиво прошипела хвостатая напарница. — Просто я переживаю, что из-за этой девушки мы задержимся.

А я думаю, здесь дело снова в ревности моей хвостатой напарнице. Никак не отучить её от этой вредной привычки.

— Нет! — строго отрезал я. — Подобному не суждено случиться. Но мне хотелось бы ненадолго остановиться в этом городе. Перевести дух. Впервые за долгое время у меня есть возможность просто отдохнуть. С головой окунуться в другую культуру, не думая ни о чем.

— Может, это будет действительно к лучшему, — вынуждена была признать Шеша. — Ты много работаешь и совсем не жалеешь себя. В храм мы точно успеем. Я тебе напомню об этом, если что-то пойдет не по плану.

— Что я без тебя бы делал, — мысленно отшутился я. — Тогда поступим именно так.

Девушка пристально смотрела на меня, ожидая ответа. Но она не давила на меня с быстрым принятием решения, ведь мы были знакомы всего лишь один час.

— Я всё взвесил, поэтому соглашусь на ваше заманчивое предложение, — улыбнулся я.

— Вам есть где остановиться? — поинтересовалась девушка.

— Я думал, что не буду задерживаться в городе, — признал в ответ. — Поэтому даже не смотрел отели в вашем городе.

— У моего дяди есть бизнес, связанный с этим делом. Рекомендую вам остановиться у него.

— Мне кажется или пахнет жаренным⁈ — тут же прошипел голос в голове. — Может, мы рано радовались?

— Я же вижу состояние её чакр, — мысленно заметил я. — У меня не сложилось впечатление, что она меня пытается в чем-то обмануть. Тем более она из этого города. Неудивительно, что у неё здесь есть много родственников, которые могут мне чем-либо помочь в путешествии.

— Просто всё очень странно складывается, не успокаивалась Шеша. — Едва знакомы, а уже чем-то решает помочь. Ты же и сам знаешь, Аджай, что в Индии очень много мошенников.

— Мне кажется, ты уже начинаешь параноить по этому поводу, — вздохнул я. — У меня с ними разговор короткий. А чакры не дадут обмануть.

— Хорошо, но будь начеку.

Да, ситуация была действительно неоднозначной. Я не мог дать точного ответа, почему эта девушка решила со мной пойти на фестиваль. С условной Амитой было все предельно понятно. Я ей нравился как молодой человек.

С незнакомкой было всё иначе. Словно часть её чувства ко мне были закрыты вуалью. Либо она хорошо сдерживает свои чувства, либо здесь действительно что-то нечисто.

— Ну, если есть такая возможность, то почему бы и нет, — ответил я незнакомке.

— Меня зовут Нандита, — представилась девушка. — А вас?

Её имя означало «Приносящая счастье». Интересно насколько она ему соответствует?

— Аджай, — поспешно ответил я.

— Очень приятно познакомиться с вами, — мягко улыбнулась она. — Никогда бы не подумала, что мне встретится такой интересный человек в самолете.

— Взаимно, — кивнул головой я. — Тогда когда приедем в Джайпур — первым делом решим вопрос с номером.

— Как вам удобнее! — улыбнувшись, ответила Нандита.

* * *

После приезда в Джайпур мы заказали такси и доехали до небольшого отеля, который находился недалеко от исторического центра города.

Из окна такси я не так много успел увидеть. Но всё таки Мумбаи сильно отличался Джайпура. По архитектуре, природе, улицам и общей атмосфере.

Мумбаи был городом современности и колониального наследия. Высотные здания и небоскрёбы, соседствующие с величественными зданиями колониальной эпохи. Архитектура более разнообразна и эклектична.

Джайпур был пропитан духом раджпутской эпохи. Преобладали традиционные индийские элементы: резные балконы, арки, купола, украшенные орнаментами. Раджпуты — этническая и сословная группа, входящая в варну кшатриев в Пакистане и Северной Индии.

Мы остановились около отеля и вышли из такси. В скором времени Нандита меня познакомила со своим дядей.

— Добро пожаловать в Джайпур! — с искренней улыбкой на лице поприветствовал меня родственник девушки. — На сколько дней вы планируете остановиться?

— Думаю, что на два дня, — ответил я, серьёзно задумавшись. — А будет возможность в случае чего продлить?

— Аджай! — незамедлительно прошипел голос в голове. — Ты же сказал, что мы здесь останемся на два дня.

— Я просто интересуюсь, — ответил я мысленно Шеше.

— Да, сейчас у нас не так много посетителей, — кивнул головой дядя Нандиты. — Ваше имя?

А он зря времени не теряет, даже не спрашивает согласен ли я остановиться у него в отеле или нет. Может, меня что-то не устраивает? И даже не пытается обговорить цену аренды.

— Аджай Сингх, — ответил я.

— Не мое, конечно, дело, но что-то вы не похожи на сикха, — искренне удивился владелец отеля.

Я увидел что мимика девушки изменилось. Она посчитала этот вопрос в какой степени оскорбительным и с укором посмотрел на дядю.

— Вы хотите убедиться, что у меня нет с собой кирпана? — пошутил я.

— Нет, просто мне зачастую встречались ваши однофамильцы с совсем другим обликом, — поспешно ответил дядя девушки. — Видимо, нелепый стереотип. Значит… На два дня?

— Всё верно, — кивнул головой я.

— Четыре с половиной тысячи рупий за день, — настороженно сообщил дядя девушки.

Да, цена, конечно, немаленькая. Это выйдет девять тысяч за два дня. Я не особо ориентировался в ценах, может, он меня пытается на мне сделать деньги? Внешне отель выглядит отлично. Думаю, что в нем есть абсолютно все удобства, но лучше в этом убедиться.

— А можете мне показать номер? — поинтересовался я.

— Да, конечно, — ответил владелец отеля и вышел из-за стойки.

Я пошел вслед за дядей девушки. Он повел меня на второй этаж, где находился мой номер. Войдя в комнату, я не обнаружил намека на каких-нибудь тараканов или грязное постельное белье. Всё было как-надо.

— Ну как вам? — спросил владелец отеля.

— Мне всё нравится, — ответил я, серьезно задумавшись.

Вполне стоит своих денег. Дорого, но ведь я не собирался останавливаться в этом городе надолго. Да и отель находился в самом центре города. Все достопримечательности буквально в пяти минутах ходьбы. В общем, отель действительно был хорошим.

— Ещё забыл добавить, что входит бесплатное трехразовое питание, — поспешно добавил владелец отеля.

Не знаю чем меня там собрались кормить, но если ещё и национальными блюдами этого штата, то это точно того стоит.

— Да, я согласен, — кивнул я головой.

Мы оформили документы и я заселился в номер, оставив там свои вещи. Позже мы пошли вместе к Нандите домой. Потому что она после приезда не успела переодеться и сразу поехала со мной в отель.

Я не стал заходить в квартиру. Меня знакомство с её родителями не интересовало. И так уже успел познакомиться с дядей.

Пока шли к её дому, в целом отметил, что в Джайпуре более спокойный и размеренный ритм жизни. В Мумбаи широкие и оживленные, заполненные нескончаемым потоком автомобилей, рикш и пешеходов. Город никогда не спал.

Я увидел множество мелких лавочек, торгующих яркими тканями, ювелирными и ремесленными изделиями. Мне кажется, что даже аромат специй отличался.

Не говоря уже о природе. Мумбаи располагался на побережье Аравийского моря. Часто можно было увидеть чаек и почувствовать дуновение море. Особенно если живешь или находишь неподалеку от Набережной.

Джайпур же расположен в холмистой местности, окруженный живописными холмами Аравалли.

Создавалось впечатление, словно я попал вообще в другой мир. Был существенный контраст между этими городами.

Наконец, Нандита вышла из дома. И мы пошли по местным достопримечательностям.

— Что тебе было бы интереснее всего глянуть? — кокетливо поинтересовалась девушка.

— А я уже увидел там какую-то крепость или замок недалеко от отеля. Можно начать оттуда.

— Хочешь посмотреть поближе?

— Да, я бы не отказался ещё немного пройтись.

Мы пошли в сторону Хава-Махала. Его ещё называли Дворец Ветров.

— А зачем столько маленьких окошек? — поинтересовался я.

— Там интересная история. Раньше через них жены махараджей наблюдали за городом.

— Вот же были развлечения у древних правителей, — усехнулся я. — Целый день за людьми наблюдать в окно.

Конечно, я понимал, что у аристократов были свои причуды. И не скажу, что это было бессмысленное занятие. Так лучше улавливали настроение народа. Можно было случайно услышать и увидеть заговорщиков-аристократов.

Джайпур был действительно розовым городом. На многих зданиях присутствовал именно этот цвет. Не знаю чем он так понравился местной аристократии, но цвет был интересный. Словно добавлял какого-то волшебства.

— Посмотрели и хватит, — сказал я с коварной улыбкой. — Теперь я хочу пойти в Амбер Форт.

Девушка лишь удивленно посмотрела на меня. Она ведь ещё не знала, что я задумал.

Да, долгожданная поездках на слонах. Был уже вечер, поэтому в голову закрадывались мысли, что эти животные пойдут на долгожданный отдых. Может, успеею на последний рейс? Схвачу, так сказать, последний билет!

Когда я впервые увидел их, стоящих у подножия величественного Амбер Форта, сердце мое забилось быстрее.

Девушку моя реакция удивила. Ведь она даже не понимает тех чувств, которые я в данный момент испытываю.

Часто ли русский человек видит этих животных? Возможно кому-то повезло их застать в какой-нибудь цирке. Но ведь ты их не встретишь в дикой природе или в деревенской местности?

Да и в цирке на них нет возможности покататься. Если ты не работаешь там дрессировщиком.

А здесь было всё буквально на ладони. Только вот не знаю пока что, как я на него залезу. В прошлой жизни я даже на лошади не катался, что уж говорить про слонов.

Я подошел к мужчине, который занимался перевозкой к Амбер форту.

— Здравствуйте, за сколько довезете? — поинтересовался я.

— Пять тысяч рупий с одного человека, — безэмоционально ответил мужчина.

А ведь я снял номер за четыре с половиной. Ну, тут у меня даже раздумий особо не было. Хотя бы один раз в жизни стоит попробовать.

Я хотел протянуть десять тысяч рупий. Но продавец отказался. В чем проблема?

— Если вы вместе с девушкой, то можете сесть на одного слона, — предложил мужчина. — Это же ваша жена?

— Да, год вместе, — мило улыбнулась Нандита.

— Тогда пять тысяч хватит! — улыбнулся в ответ мужчина.

Настоящая актриса. Одной улыбки хватило и он так засмущался, что даже сделал нам скидку. Будь я здесь с Бахманом — предложил бы нам поездку за десять тысяч. Да ещё и должны бы остались! Шучу, разумеется, но цену бы назначил куда более высокую. Тем более мы не были местными и не знали расценок.

Слон, на которого мне предстояло взобраться, был огромен. Его кожа, морщинистая и грубая, казалась высеченной из камня. Глаза, маленькие и глубоко посаженные, смотрели на меня с удивительным спокойствием и добротой. Когда я приблизился, он издал низкий, утробный звук, который, казалось, проникал в самую душу. Он со мной поздоровался?

Поднявшись на его спину с помощью владельца, я почувствовал себя крошечным. Настолько он был крупный. Сиденье, украшенное яркими тканями, было надежно закреплено, и я устроился поудобнее, крепко держась за поручни. Нандита села позади меня.

И вот, медленно, но уверенно, наш слон начал движение.

Это было не похоже ни на что, из испытанного мною ранее. Каждый шаг гиганта был плавным и размеренным. Я чувствовал, как его мощное тело движется подо мной, как его ноги мягко ступают по земле. Я думал, что нужно будет держаться значительно крепче, чтобы не упасть.

По мере того, как мы поднимались по склону к форту, открывался захватывающий вид. Амбер Форт, с его величественными стенами и башнями, возвышался над нами.

Я наблюдал за слоном, который вел нас. Его уши, огромные и подвижные, ловили каждый звук. Хобот, гибкий и ловкий, время от времени опускался, чтобы понюхать землю или сорвать лист. А он времени зря не теряет.

Идёт-идёт, лист подцепил — и дальше пошёл. И так всю дорогу.

В его движениях была естественность и грация, даже несмотря на то, что животное само по себе очень крупное. Казалось, он знает каждый камень на этой дороге, каждую тропинку.

Вполне возможно, что действительно знает. Это ведь его работа. Возит целый день туристов, а потом возвращается домой. А утро опять подниматься к форту. Один и тот же маршрут.

— А тебе раньше доводилось кататься на слонах? — поинтересовался я у девушки.

— И не один раз. Меня очень часто водили родители в это место, — призналась девушка.

Эх, а ведь она совсем не понимает мои чувства. Для неё это уже стало в какой-то степенью обыденностью. Ну, поездка на слонах… И что такого?

Я ведь на них не катался. Да и видел всего лишь пару раз за жизнь в цирке.

— У тебя было очень интересное детство, — пошутил я.

— Я рада, Аджай, что тебе нравится! — отметила девушка. — Но я, наверное, уже привыкла. Может, если бы поехали куда-нибудь в джунгли. Тогда было бы гораздо интереснее.

В моей голове неожиданно всплыл один любопытный факт. Мне захотелось поделиться им с моей спутницей.

— А ты знаешь, что слоны вообще не болеют раком? — поинтересовался я у Нантиды.

— Первый раз об этом слышу, — ответила мне девушка. — А почему?

— У этого даже есть научное название — парадокс Пето, — отметил я. — Там есть достаточно сложный генетический механизм. Но если говорить простым языком, то клетки слонов убивают опухоль с помощью особого белка. Название не вспомню, но суть примерно такая.

— Был бы у нас такой же белок, — сказала девушка. — Сейчас у многих людей возникают онкологические заболевания.

— Да, это одна из самых частых причин смертности людей, — я взял поводья покрепче. — Но уже ведутся исследования по этому поводу. Вполне возможно, что когда-нибудь человечество поймет принцип работы защитного механизма слонов. Тогда онкологические заболевания уйдут в историю. Останется только решить вопрос с сердцем.

Хотя, я слышал, что фармацевтическая корпорация, которая поставляет препараты в нашу клинику, уже вовсю распространяет очень эффективный препарат. Кажется, «Онкокура-2». Всё никак не возьмусь за изучение этого лекарственного средства.

Хотя торопиться нет смысла. Оно всё ещё тестируется. Так просто людям его не назначишь.

Я отстранился от размышлений и вновь взглянул на слона.

Интересно, а как у моего друга дела обстоят со здоровьем? Я ведь могу не только людей, но и животных осматривать. По крайней мере, обычно лекарская магия на это способна.

Я решил проверить чакры слона, на котором ехал. В прошлой жизни я не специализировался на лекарских ветеринарных способностях, но принципы всё равно общие…

Что люди, что слоны — млекопитающие. Поэтому наши системы органов была достаточно сильно схожи. Например, с теми же птицами нас уже не сравнить.

Но у моего слона, к счастью, никаких проблем со здоровьем не оказалось. Он ещё молод, пока его ничто не должно беспокоить. Но за его состоянием явно хорошо следят. Ведь даже молодая особь может заразиться, например, тем же туберкулезом. Стоит отдать должное владельцу! Хорошо старается.

Внезапно слон остановился. Хотя такой команды не было. В чем проблема?

Я посмотрел вперед и увидел, что на нашем пути была королевская кобра. Не знаю как она здесь оказалась, но животное совсем не хотело идти дальше. Змея встала в боевую стойку.

А слон попятился назад. Я внимательно присмотрелся к его чакрам и увидел, что произошел выброс гормонов стресса. Кортизол и адреналин.

Она его напугала.

Я взялся покрепче за поводья. Это может очень плохо закончиться.

Глава 12

Принцип устройства чакр всех млекопитающих похожий. Но мне никогда не доводилось работать с Сахасрарой.

Я положил руку на голову слона и, полностью сконцентрировавшись на седьмой чакре стал успокаивать его нервную систему. Если бы была хоть секунда промедления с моей стороны, то у животного началась бы паника.

Может, если бы я был опытным погонщиком, то имел бы представление что делать в подобной ситуации. Поэтому попытка воздействия на Сахасрару было единственным решением с моей стороны.

— Что случилось⁈ — только сейчас Нандита обратила внимание, что слон пятится назад.

— Он увидел на своем пути змею, выползла внезапно из какой-то норы, — я продолжал оказывать воздействие на Сахасрару.

Слон постепенно успокоился. У него уже не было желания сломя голову бежать с холма вниз. Но змея вообще не хочет сходить с места. Может, она думает, что мы настроены идти дальше? Поэтому змея до сих пор находилась в боевом положение.

— Видимо, нужно отойти немного назад, чтобы змея могла спокойно скрыться, — подытожил я, обратившись к хозяину слонов.

— В этом нет необходимости, дорогой, — нахмурившись заявил индус, я сейчас её прогоню сам.

Я, конечно, понимаю, что ему хочется показать невероятно удобный сервис, но она же укусить может. Змея достаточно крупная. Просто так к ней не подойдешь, чтобы палочкой отогнать с дороги. Не зря же кобра называется королевской. С монархом просто так не поспоришь.

Ты либо предлагаешь компромиссное решение, например, отойти чуть дальше и дать ей возможность пройти.

Либо идешь в открытую конфронтацию. Поэтому не стоит удивляться, если королевская кобра даст отпор.

— Я могу с ней договориться, — прошипел голос в моей голове. — Я слышу её голос.

— Странно, а почему его я не слышу? — я серьезно задумался.

Вполне возможно, что это было связано с тем, что Шеша была змеей. Хоть и весьма необычной, скрытой от обычного человеческого глаза.

Шеша спустилась по хоботу слона вниз и вступила в переговоры, которые я не мог слышать. Невероятно чудо, что кобра при этом её видит. Я мог отследить объект её внимание по направлению головы. Оно полностью было сосредоточено на Шеше.

Владелец слонов уже начал спускать вниз, чтобы прогнать королевскую кобра с нашего пути.

— Подождите, — попытался я остановить его. — Сейчас эта кобра сама отсюда уползет.

— Вряд ли, — покачал головой владелец.

И что самое удивительное это мужчине абсолютно не страшно. Складывалось впечатление, что он каждый день прогоняет этих величественных змей. Может, это действительно было так.

— Я уверен, что она сейчас уйдет сама, подождите, — крикнул я владельцу.

— Я работаю здесь уже не первый год. Она так и останется на своем месте. Решила, что на сегодня хватит экскурсий, — пошутил мужчина.

Когда он повернул голову, он увидел, что королевская кобра сдвинулась с места и направилась в сторону от дороги, уступая нам место.

Переговоры прошли успешно. Не знаю о чем они там вели речь, но Шеша, видимо, оказалась очень убедительной.

— Первый раз вижу что-то подобное, — искренне удивился мужчина. — Может, это уже дрессированная змея?

— Вполне может быть, — весело пошутил я. — Не первый же раз её прогоняют. Уже привыкла, что лучше уйти с дороги. Вот можно попасть под ногу слону.

Владелец слонов улыбнулся и вернулся на слона. Вскоре мы продолжили нашу поездку к Амбер Форту. Чем ближе мы приближались, тем больше крепость представала перед взором во всём своем величии.

Амбер Форт выглядел значительно старше, чем сам город. В Джайпуре было много зданий старой эпохи, но крепость выглядела значительно старше.

— А что старше? Город или крепость? — поинтересовался я у девушки.

— Джайпур был построен сто тридцать пять лет спустя, после основания крепости, — ответила девушка.

Ну, отчасти неудивительно. У Амбер Форта была стратегическая позиция, учитывая войны, происходящие между индийскими князьями. Поэтому сначала появилась небольшая крепость, а рядом с ней появился город, когда влияние и сила владельца этой твердыни укрепилось в регионе.

Мы вошли в Амбер Форт через монументальные Слоновьи ворота. Да, здесь было на что посмотреть. А индийские князья жили на широкую ногу. Чего здесь только не было!

Храм, залы для публичных и частных аудиенций, банные комплексы с уборными, жилые и дворцовые здания — все это создает уникальный архитектурный ансамбль. Однако не все постройки открыты для туристов. Все здания соединены переходами и открытыми дворами.

Мы спустились со слонов, чтобы продолжать пешую экскурсию по комплексу. Я почувствовал легкую грусть. Прощание с моим слоном было таким же эмоциональным, как и встреча. Я погладил его по хоботу, и он издал тихий гудящий звук. Словно прощался со мной.

Мы прогулялись с Нандитой по крепости, изучая остатки ушедшей в историю эпохи, когда здесь жила индийская знать. Наступил вечер и нас стало клонить в сон.

Поездка произвела на меня неизгладимое впечатление. За день я успел посмотреть все культурные достояния города. Остался только базар. Но мы решили с Нандитой, что лучше посетить во время фестиваля огней завтра.

Мы заказали такси и доехали до отеля. Попрощавшись около него, я поднялся в свой номер. Сразу же принял горячий душ, чтобы расслабить тело и подготовиться ко сну.

В шее чувствовалась приятная усталость. Вроде бы ничего трудного нет, чтобы держать поводья. Но определенные мышцы всё равно задействуются в деле.

Если так каждый день ездить — неплохая профилактика шейного остеохондроза.

Не успел я выйти из душа и переодеться, как в мою дверь постучались. Я открыл дверь и увидел перед собой девушку невысокого роста.

В её руках было две тарелки, судя по всему мне принесли ужин. А я ведь совсем забыл, что у меня режим «всё включено».

— Ваш ужин! — кивнула головой девушка.

— Благодарю! — ответил я и разрешил ей пройти внутрь номера, чтобы она оставила еду на столе.

Мне принесли Дал Бати Чурма. Традиционное индийское блюдо этого штата.

Дал — это чечевица, бати — запечённые пшеничные шарики, а чурма — порошкообразная сладкая крупа из пшеницы грубого помола. Её готовят, разминая пшеничные лепёшки в топлёном масле с сахаром.

Очень странное сочетание, но еда очень сытная и вкусная. Никогда бы в голову не пришло, что можно что-то подобное совмещать.

Я проснулся в девять утра от шума на улице. Праздник уже начался? Я поднялся с кровати, накинул на себя халат и вышел на балкон.

Джайпур изменился. Кажется, что каждый уголок города сияет. На многих балконах и за окном стояли маленькие глиняные лампы-дия. А воздух наполнен сладковатым ароматом благовоний, цветочного жасмина и свежей выпечки.

Интересно, а когда ко мне приедет Нандита?

Я написал ей сообщение, чтобы уточнить в какое время мы пойдем на праздник. Вскоре она прочитала и коротко ответила, что идти нужно вечером. В течении дня будет идти подготовка.

Женщины на улицах в ярких сари украшают входы в дома разноцветными рисунками ранголи. Часто это были какие-то солнечные символы. Сегодня ведь праздник огня. Вполне символично!

Дети радостно бегают по улице и раздают друг другу конфеты, а по всему городу со всех сторон слышны смех и музыка.

Так веселье уже началось? Почему Нандита решила идти вечером? Ну, ничто не мешает мне самому погулять по городу.

Я стал постепенно собираться для своей вылазки на базар. Вроде интересное местечко, можно какие в продажу есть сувениры. Хочу что-нибудь привезти родственникам. Они ведь явно за пределами города не бывали.

Не знаю, что на счет отца, но мать — точно. Отец всю свою молодость прожил в Штате Пенджаб. Это же ведь родина моих предков сикхов.

Нужно позвонить отцу. Я вчера не стал его беспокоить, всё таки лучше в спокойной обстановке поговорить.

Я набрал номер и стал ждать ответа.

— Доброе утро, Аджай, — услышал я голос отца.

Уже хорошо. Хотя бы речь стала связная.

— Доброе, как у тебя самочувствие?

— Лучше, чем вчера. Весь вечер и ночь под капельницей лежал, — ответил отец. — Есть хочу, а нам всего лишь рисовую кашу принесли с небольшим куском лепешки.

— А ты не звонил дяде? — поинтересовался я. — Я мог бы ему перевести деньги на карту, чтобы он сходил к тебе за продуктами.

— Не успел, утром обход врача был, потом капельницы все сняли, на завтрак пошел.

— Понятно, но, судя по голосу, приходишь в норму. А есть, конечно, будет хотеться. Ведь ты вчера весь вечер не ел. Ну, ничего страшного. Голодание с такими интервалами полезно для человека. Так что у тебя по итоге произошло?

— Меня обманули на деньги, — признался отец. — На очень крупную сумму.

Интересно, а что там за сумма такая, что он себя аж чуть но инсульта не довёл⁈ Судя по всему, немаленькая.

— А как так получилось? — осторожно поинтересовался я.

— Мне днем позвонили из больницы. Меня поприветствовал молодой женский голос. — начал свой рассказ отец. — Ну, я потом понял, что к медицинским работникам она отношения не имела. Спросила, мол, прихожусь ли я родственником Нанаку Сингху? Я ответил, что так и есть. Диспетчер сказала, что у него ухудшилось состояние. Нужны деньги на срочное оперативное вмешательство.

Видимо, рассказывали очень складно. Интересно, а откуда у них доступ к медицинской информации? Вполне возможно, что кто-то из мошенников работает в медицинской сфере. Иначе я не могу представить откуда они знают такие детали.

— Что было дальше? — поинтересовался я.

— Мне озвучили сумму в двести тысяч рупий.

— А ты не спросил почему они позвонили сначала тебе, а не его жене? Мне кажется, что это намного логичнее.

— Я спросил, — поправил меня отец. — Они сказали, что уже целый час она не принимает телефонный звонок. А без оплаты они не могут начать вмешательство.

— Ты просто перевел деньги?

— Да, на карту по телефонному номеру.

— Ты в тот день разговаривал с дядей?

— Да. Мы с ним созвонились. Я начал спрашивать его про самочувствие после операции. Он очень сильно удивился. И тут я понял, что меня просто нагло обманули.

— Сумма, конечно, немаленькая, — согласился я. — Тебе после этого, судя по всему, стало плохо?

— Я думал у меня голова лопнет от боли, — признался отец. — Ведь я давно копил эту сумму. Просто столько лет жизни было потрачено в никуда.

— Мы обратимся в полицию и мошенников вычислят, — серьезно заявил я. — Деньги тебе вернут. Не переживай.

— Да у нас же постоянно говорят в новостях, что их никто вычислить не может. Это уже всё, Аджай, нет смысла даже обращаться в полицию. Это только время тратить.

— Так а что, они не могут отследить по номеру?

— Нет. Зачастую эти карты регистрируют на несуществующего человека. А начинают переводят твои деньги на множество других счетов.

Да, дело плохо. На полицию рассчитывать, видимо, правда не было смысла. Но у меня уже появилась идея как решить этот вопрос.

— Я позвоню самостоятельно, а ты пока отдыхай. У меня есть знакомый в департаменте, думаю, что он может помочь, — соврал я отцу.

— Ну, если тебя заняться нечем, то можешь попробовать, — с полным чувством безнадежности заявил отец. — Мне кажется, что про деньги можно забыть.

Мы ещё немного с ним поговорили по поводу его здоровья. Чувствовал он себя действительно хорошо. Но ещё нужно время, чтобы побыть в покое под медицинским наблюдением.

Закончив разговор, мы попрощались.

Я решил, что стоит воспользоваться связями своего нового товарища. Я набрал номер гуру, он крутился в очень сомнительных кругах, поэтому вполне может знать людей, которые обманули моего отца.

— Привет, Аджай! — радостно воскликнул Маниш Ачария. — Тебе совсем стало скучно в Джайпуре?

— Привет, возникла одна ситуация, в которой ты мне можешь помочь, — завуалированно ответил я.

— Если ты по поводу новых препаратов на фармакологическом рынке для лечения эректильной дисфункции, то я в деле! — пошутил Маниш Ачария. — Только я надеюсь, что на натуральной основе. Так проще будет продавать!

— Нет, дело серьезное, — строгим тоном ответил я. — Моего отца обманули на деньги.

— Ты хочешь занять у меня в долг? — уже серьезно поинтересовался гуру. — После выхода из психиатрической лечебницы у меня возникли определенные проблемы с деньгами. Явно не смогу помочь вам в этом месяце, Аджай.

Как же с ним тяжело! Любит уши заговаривать по старой привычке.

— Нет, Маниш, — отрезал я. — Мне нужно, чтобы ты нашел этих людей.

Гуру замолчал на десять секунд, словно ему нужно было полностью обдумать мою просьбу.

— Да брось, Аджай. У меня начинает складываться впечатление, что ты думаешь будто я знаю всех мошенников в городе!

— Ну, давай не юли, Маниш! Я думаю, что ты прекрасно знаешь кто это сделал. Я же ведь помог тебе выбраться из психиатрической лечебницы.

Я знал больное место гуру, поэтому сразу же решил на него надавить.

— Ладно, я обзвоню всех своих знакомых, — ответил Маниш серьезным тоном. — Вполне возможно, что это их рук дело.

Понятное дело, что ему не хотелось лезть в глаза своим знакомым ради моего отца. Но гуру был из тех людей, которые не любят оставаться в долгу.

Я очень крупно ему помог. Он бы целый месяц мог лежать в психиатрической лечебнице, а его сам пришел и вытащил его.

Да, это произошло случайно. Но в моих планах же не было стремлений помочь ему выйти из больницы раньше срока. Просто спонтанное решение.

* * *

Когда солнце село, город окрасился огнями в темноте. Сначала мгновенно вспыхнули тысячи ламп. Начали взрывать фейерверки. Кажется, теперь праздник действительно начался.

Странно, что Нандита ещё не пришла. Праздник уже в самом разгаре. Хорошо, что я решил прогуляться по базару. Накупил кучу мелких сувениров не только для близких, но и для своих коллег с работы. Думаю, что будет хорошим подарком. В этом есть что-то такое сакральное, когда тебе привозят что-нибудь из других земель.

Я решил ей набрать, но она не отвечала на телефонные звонки. Может, её дядя что-нибудь про это знает.

Я принял душ и переоделся в новую одежду для вечерней прогулки. Купил её на рынке у торговца, который сказал, что в ней будет максимально комфортно на празднике.

Это был ачкан. Традиционный белый камзол на пуговицах. Её носили все окружающие меня мужчины, поэтому я решил влиться в их ряды. Как меня и учил японский монах.

Если я сделаю всё правильно, то у меня получится самостоятельно извлечь полезную для себя энергетику из этого праздника. Войти в поток, как меня этому научили Чирандживи и Горо.

Я переоделся и спустился со второго этажа. Дядя девушки договаривался о заселении с новым жильцами номера.

— Не хочу вас отвлекать, но вы не знаете куда пропала Нандита? — поинтересовался я. — Мы с ней договаривались увидеться вечером, а её до сих пор нет. На телефонные звонки не отвечает.

— Она помогала своим родителям украшать дом, — ответил владелец отеля. — Видимо, немного задержалась, думаю, что она скоро должна прийти.

Ну, ничего. Мы в любом случае увидимся с ней на празднике. Отсиживаться в отеле точно не стоит.

Я вышел на улицу, где уже собралось изрядное количество народу. Внимание рассеивалось из-за количества привлекающих огоньков в темноте. На импровизированных алтарях появились фрукты, рис, цветы, сладости. Судя по всему, это подношения Богам.

Ко мне подходили окружающие и поздравляли с праздником. У каждого на лице были искренние улыбки. Джайпур будто стал одной большой семьёй на одну ночь — полной горящих лампад в округе, гармонии и счастья.

Я стал участником этой удивительной церемонии. Где царит мир, спокойствие и взаимное пожелание добра. Я вошел в толпу, полностью расслабился и погрузился в единый поток человеческих душ.

— Поздравляю тебя с праздником Аджай, — обратился ко мне знакомый голос.

Я не сразу отреагировал, потому что было очень шумно. Повернув голову, я не мог поверить свои глазам.

Глава 13

— Как ты здесь оказался, Джимми?

Это единственный вопрос, возникший у меня в голове, когда я увидел перед собой надоедливого танцора.

— Я приехал на праздник, — коротко ответил Джимми.

И для этого нужно ехать в другой город? Этот праздник, скорее всего, везде проходит везде одинаково. Нет никаких принципиальных отличий. Так зачем он приехал в Джайпур?

Зная характер Джимми, в этом городе сейчас находится либо его соперник, либо девушка, которая ему понравилась.

— Ты здесь один? — поинтересовался я.

— Надеюсь, что сегодня уже буду с ней, — Джимми коварно улыбнулся.

— О, ты говоришь о конкретной девушке. И это явно не Иша, ведь она вряд ли бы сюда поехала, зная её характер, — отметил я.

— Да, Аджай. Иша в прошлом, — отшутился танцор. — Две недели назад я говорил со своей мамой по телефону по поводу неё. Она сказала, что Иша — не моё пальто. И я вспомнил, что мной интересовалась одна девушка со съемочной площадки.

Так. Стоп. Девушка со съемочной площадки. Значит, скорее всего, актриса. Живет в Джайпуре. Неужели…

Нет, я не могу в это поверить. Он же не хочет сказать, что влюбился в мою новую знакомую?

— Она актриса? — допытывал я.

— Да, — кивнул головой Джимми. — А вот, к слову, и она.

Я повернул голову, ожидая увидеть Нандиту. Но там была совсем другая девушка. Эх, а я уже начал размышлять, что вторая раз мне с Джимми плясать не особо хочется.

— Всё, Аджай, извини, но мне нужно идти, — коварно улыбнулся танцор. — Приятно отдохнуть на празднике!

— И тебе тоже, Джимми, — усмехнувшись, ответил я.

А я уже подумал, что опять он меня начнет преследовать. Нетрудно представить реакцию Джимми, если бы он узнал, что интересующая его девушек идет гулять со мной.

Было бы тоже самое, что и с Ишей. Очередные провокации, преследования и приглашения потанцевать. В общем, обошлось!

На мой телефон позвонили. Я достал его из кармана и увидел, что это был звонок от Нандиты.

— А я уже думал, что мы с тобой не увидимся, — ответил я.

— А ты где, Аджай? — поинтересовалась девушка. — Я сейчас в отеле. А тебя тут нет.

— Я сейчас недалеко от базара, — ответил я. — Где нам лучше встретиться?

— Оставайся там, я скоро буду, — ответила девушка и я сбросил трубку.

Ну, осталось её только дождаться. Сегодня отдохну, а завтра поедут искать этот храм.

Через десять минут мы встретились с Нандитой. Я не сразу её узнал. Если вчера она выглядела, как обычная девушка в западной одежде. Обычные джинсы, футболка, кроссовки. То сейчас она стояла передо мной в новом обличье.

Нандита пришла на праздник в этнической одежде. Словно сошла с учебников по истории. Ну, я соответствую образу не меньше. Ведь успел закупиться на базаре местными вещами.

— Ну? Как тебе? — Нандита покрутилась на месте.

— Здорово выглядит, — отметил я. — Я тебя не сразу узнал, скрывать не буду.

— Где ты взял эту ангаркху? — засмеялась девушка, указывая на мой новый камзол.

— На базаре, — усмехнулся я. — Тебе не нравится?

— Наоборот, — поспешно заявила девушка. — Очень даже к лицу.

Нандита присоединилась ко мне. Мы гуляли по ночному городу. Я полностью вошел в поток человеческой энергии. Праздник существенно пополнил резервы моих чакр.

И при этом мне удалось это сделать без помощи Чирандживи. Интуитивно понял, что необходимо делать, исходя из непонятных инструкций, которые мне предоставил японский монах.

Люди дарили друг другу подарки, чаще всего это были какие-то местные сладости. Вокруг горело тысячу мелких огней, а воздух был пропитан благовониями.

— Давай зайдем на базар, — предложила Нандита. — Нам обоим нужно ещё кое-что сделать.

Я последовал за девушкой через гущу людей. Из-за количества народа было проблематично ориентироваться в городе. Не говоря уже о том, что наступила ночь.

Мы подошли к небольшой лавке, где торговали чем только можно.

— Две лампы дия, — обратилась Нандита к торговцу.

Кажется, я начинаю понимать, что она хочет. Мы купили две лампы дия и некоторые сладости, которые традиционно оставляли рядом.

А вот с местом ещё предстояло определиться. Мы внимательно осмотрелись вокруг, но везде горели маленькие огоньки.

— Я вижу, — я махнул рукой. — Пошли.

В здании, которое попало под моё поле зрения было свободное место.

— Вполне подойдет, — заявила девушка и достала из пакета две глиняных лампы.

Каждый из нас зажег свою, поставили на достаточном близком расстоянии друг от друга, едва хватило места, чтобы остановить подношение.

— Теперь всё как надо! — улыбнулась Нандита. — Как тебе праздник, Аджай? Понравилось?

— Да, — кивнул головой я.

Этот праздник мне чем-то напоминал новый год. Столько приготовлений, гирлянд и украшений, чтобы отметить.

В Российской империи не так много подобных праздников. Можно буквально на руках пересчитать: Новый год, Пасха.

В Индии же было достаточно много красочных праздников. Дивали был одним из них. Пока что он — самый запоминающийся для меня.

— Ты ведь завтра уезжаешь, Аджай? — внезапно поинтересовалась девушка.

— Да, у меня больше нет времени задерживаться здесь, — ответил я.

— К родственникам? — кивая головой, сказала девушка.

— Нет, мне нужно найти один храм, — признался я. — Он находится недалеко от Пали.

— Хочешь я тебе составлю компанию? — весело спросила Нандита.

— Нет. Поеду один.

Не знаю чем закончится эта поездка. Учитывая какие были последствия после видения, то рядом с храмом со мной может что-нибудь произойти. Зачем мне лишние глаза? Ведь у неё подобного состояние не возникнет, потому что она не обладает силой.

— Напомни, а у тебя сколько дней отпуск? — поинтересовалась Нандита.

— Четырнадцать, два дня уже прошло, — ответил я.

Был ещё один сдерживающий фактор. Я не знал на сколько дней я там останусь. Если бы моим предполагаемым спутником был Чирандживи, то у меня не было бы сомнений, что он комфортно бы себя чувствовал.

Ведь храм находится не в городе. Если всё пройдет хорошо, то я останусь там как минимум на неделю. А это очень мощное место силы. Скорее всего.

Не буду же я объясняться зачем мне пришла в голову идея там остаться.

— Мы хорошо провели время, Аджай. Давно я так не отдыхала. Почему-то у меня были мысли, что ты собрался посетить необычный храм. Даже до того, как ты об этом мне рассказал. Он ведь находится в джунглях? — спросила девушка.

— Как тебе такие мысли в голову пришли? — искренне удивился я. — Разве я создаю впечатление человека, который на регулярной основе посещает храмы?

Девушка ехидно улыбнулась, словно так и было. Но чем я себя выдал? У меня не было каких-либо черт во внешности, которые бы указывали о моей принадлежности к группе верующих людей.

Например, у сикхов — это растительность на лице, на голове тюрбан, кирпан на поясе и многие другие атрибуты. У других религиозных групп тоже были свои особенности, устанешь рассказывать.

— Видимо, ты уже привык к этому запаху, — отметила девушка. — Но у тебя одежда пропитана запахом благовоний.

Странно, я ведь всегда стирал одежду. Или, может, стиральный порошок плохой. Меня лично этот запах никогда не смущал. Намного интереснее, чем типичный мужской одеколон. Проще говоря, меня этот запах не раздражал.

Ну, теперь мне всё понятно. Вполне логично, что у неё возникло такое предположение. Для меня стало привычным — приходить в храм после работы.

Это возвращало утраченную энергию. Конечно, мне сложно будет объяснить ей, что это сделано не из религиозных побуждений. Каждый храм был местом силы, где я мог восполнить утраченную энергию в ходе своей трудовой деятельности.

Не могу же я признаться обычной девушки, что я своего рода волшебник, который может видеть болезнь без инструментальных исследований. Да, мог. Но зачем мне это?

— Мне просто интересна тема религии, — усмехнулся я. — Я скорее исследователь и практик, чем просто рядовой верующий.

— И не только, — девушка весело улыбнулась. — Я заметила, что тебе очень интересна архитектура.

А Нандита проницательная девушка. Обратила внимание, что мне нравится архитектура. Особенно моё внимание привлекали храмы и сооружения, давно минувших эпох.

Ведь многих удобных для строительства вещей банально не было. Как им удалось так красиво из камня сделать множество статуй? И ведь должен был быть какой-то образ в голове. Множество различных божеств, демонов, мифологических мотивов, которых скульптор пытался донести.

— Я думаю, что мы можем обменяться контактами, — предложил я. — Во всяком случае поеду обратно через Джайпур.

Девушка согласилась и не стала настаивать на том, чтобы поехать со мной. Я вернулся в свой номер, принял душ и лёг спать. Завтра я доберусь до храма из видения.

* * *

Рано утром меня разбудил хозяин отеля. Он планировал сегодня поселить сюда новых жильцов, если мой договор не будет продлен.

Я отказался и, собрав свои вещи в чемодан, вышел из отеля. Остановил первого попавшегося таксиста и поехал на железнодорожный вокзал.

В скором времени я купил билет автобус. Поездка продлится около двенадцати часов, и я, наконец, буду в Пали. А там уже придется думать, что делать дальше.

Большую часть времени я проспал. Чем ближе к храму, тем тяжелее мне становилось. Я бы назвал это — небольшим дискомфортом. Словно ты встал рано утром на работу и не выспался.

Ближе к вечеру мы приехали в город Пали, я вышел из автобуса и пошел искать отель по навигатору. Поиски проводника решил оставить на утро завтрашнего дня. Сомневаюсь, что его найти так же просто как и таксиста.

Рано утром я вышел из отеля. Ну и с чего мне начать поиски? Никакой информации о проводниках в этот храм не было. Небольшая статья в интернете и очень старая фотография. Где он именно находился — трудно даже представить.

— Вам случайно такси не нужно? — поинтересовался мужчина, стоящий рядом с отелем.

— Нет, спасибо, — ответил я, продолжая размышлять как можно выйти на проводника.

— Вы же ведь приехали на фестиваль? — вновь продолжал докучать меня таксист.

— Нет, — сухо ответил я, пытаясь найти в интернете какую-нибудь зацепку.

— Может, вам хотелось бы расслабиться? — спросил мужчина.

Так, что-то он разговор повел совсем в другое русло. Судя по всему, он намекает на покупку чего-то незаконного. Интересно получается. И таксист, и посредник.

— Мне это неинтересно, мне нужен проводник в один храм, который находится в джунглях. Может, вам что-то известно по этому поводу?

Мне хотелось от него окончательно отвязаться. Но нужна была веская причина, поэтому я честно признался, что мне было нужно в этом городе.

— Проводник? Я могу тебе помочь найти проводника! — кивнул головой таксист, словно понимает о чем шла речь.

Абсолютно незнакомый человек вряд ли согласится тебе помочь. Что-то с этим таксистом было не так. Предчувствие, что он хочет меня обмануть в чем-то. Но, может, он действительно что-то знает? Во всяком случае на данный момент у меня зацепок не было.

— А вы точно знаете человека, который может меня провести? — строго поинтересовался я.

— Да, конечно, — кивал головой мужчина. — Сюда только и ездят, чтобы посетить этот храм.

Нет, кажется он меня пытается обмануть. Но как далеко это зайдет?

— Сколько я вам должен, чтобы вы мне помогли? — перевел я непосредственно к делу, этот вопрос стоит сразу уточнить.

— Шесть тысяч рупий, — с серьезном видом заявил таксист.

— По рукам, но деньги я отдам только после того как мы найдем проводника, — озвучил я второе уточнение.

— Садитесь в машину, — предложил таксист.

— Куда вы меня собираетесь везти? — нахмурившись, поинтересовался я.

— К проводнику, — коротко ответил мужчина.

Я сел в машину и мы поехали на окраину города. Остановившись около частного дома, мы вышли из автомобиля. Таксист несколько раз постучался в дверь.

Открыл мужчин примерно лет тридцати с бородой. Он активно жевал жвачку во рту.

— Что хотел? — спросил хозяин дома.

— Я привез человека, который ищет проводника, — ответил таксист. — Сможешь его довести?

— Тебе куда надо? — обратился ко мне потенциальный проводник.

— В храм, который находится в джунглях, — ответил я.

— В джунглях? — нахмурился хозяин дома. — Первый раз о таком слышу. Может, ты хочешь прокатиться на слонах?

— Нет, мне это неинтересно, — ответил я.

— Там очень интересный маршрут, зря отказываешься, — с серьезном видом заявил хозяин дома.

Я махнул рукой и пошел в сторону машины. Просто теряю время. Таксист подошел ко мне.

— У меня ещё есть несколько человек на примете.

Мы сели обратно в машину и поехали к следующему проводнику. Жил он в совсем в другом конце города, но тоже в пригороде.

В этот раз потенциальным проводником был мужчина чуть постарше с густой черной бородой.

— Храм? Мне доводилось о нем слышать, но я не имею представления где он находится, — развел руками незнакомец. — Увы, не смогу вам чем-то помочь.

Мы уже собрались уходить с таксистом, чтобы ехать к другому кандидату, но мужчин нас остановил.

— Подождите, я вам могу посоветовать одного человека, который потенциально может знать дорогу. Правда не знаю он сейчас этим занимается или нет.

Неужели мы вышли на человека, который знает, где его можно найти.

— Где он живет? — спросил таксист, шмыгнув носом.

— Недалеко от придорожного кафе. На выезде из города. Если мне не изменяет память, то он им и владеет.

Таксист кивнул головой. Значит, знает о чем шла речь. Хотя, может, он просто делал вид.

Мы поблагодарили второго проводника и поехали искать того самого человека. Через тридцать минут мы добрались до этого придорожного кафе. На самом деле оно оказалось обычным небольшим магазинчиком, в котором стояла барная стойка на два стула.

Что-то подобное здесь называют кафе? Серьезно?

Мы встретились с владельцем. Это был невысокого роста пожилой мужчина с длинными седыми волосами, убранными в хвост.

— Я уже знаю зачем вы пришли, — нахмурившись заявил проводник, — Сразу скажу, что никуда вас не поведу.

— А вы знаете где этот храм находится? — пристально посмотрев в глаза, спросил я у владельца магазина.

— Да, знаю, — ответил проводник. — Но я уже давно занимаюсь совсем другим делом.

Может, набивает себе цену? Скажет, что уже много лет никого не водит и он в этом не заинтересован, но за приличную сумму готов всё бросить и отвести. Правда у меня в голову закрадывались сомнения, а действительно ли он знал путь?

— Если вы не хотите вести сам, то, может, вы знаете человека, который сможет это сделать?

— Боюсь, что сейчас таких людей в городе нет, — хмуро сообщил владелец магазина. — И я вам советовал бы выкинуть эту идею из головы.

— А в чем проблема? — поинтересовался я.

— Слишком опасный путь предстоит пройти. Зачем мне так рисковать на старость лет?

— Так что не так по итогу? — допытывал я. — Животные? Насекомые? Проблематичный маршрут. Меня это не пугает. Просто назовите сумму.

— Дело не в деньгах, — пожал плечами проводник. — Тут проблема совсем в другом русле. Я просто не хочу туда вас вести. Вот и всё. Это слишком опасно.

— Я куплю всю необходимую одежду, чтобы спокойно идти через джунгли. Думаю, что у вас, как у проводника, есть оружие. Поэтому диких зверей тоже бояться не стоит.

— Я не знаю вашего имени, молодой человек, но вы очень настойчив, — проводник почесал седую бороду. — Храм, который вы собираетесь посетить — давно заброшен. И дело вовсе не в насекомых, диких животных и прочей гадости, которыми кишат джунгли. Нет. В этом месте есть вещи куда более опасные.

— Пятнадцать тысяч рупий, — я вытащил деньги из бумажника. — Ещё пятнадцать после того как мы вернемся обратно.

— Вижу, что вы настроены решительно, — глаза у проводника заблестели. — Но я вас предупреждал. А ведь вы ещё совсем молодой…

Сделка была заключена. У меня был проводник, но куда он меня заведет — неизвестно. Разберемся!

Глава 14

Глаза заблестели не только у проводника. Таксист тоже рассчитывал на свою долю.

— И мне пятнадцать тысяч рупий, — водитель положил мне руку на плечо.

— Мы же договаривались на шесть тысяч рупий, — я пристально посмотрел в глаза таксисту.

— Брат, я ведь катал на машине за свой счет. Ты совсем не хочешь этого учитывать?

Так вот в чем был подвох. Он ни слова не упомянул про то, что проезд будет входить в стоимость.

Таксист сразу озвучил цену в шесть тысяч рупий за поиск проводника. И он ведь целенаправленно возил меня так долго, чтобы накрутить себе ещё сверху. Правда я сомневаюсь, что там всё равно получится пятнадцать тысяч.

— Нет, погоди, — я развел руками. — Ты же мне не озвучил, что этот проезд будет входить в стоимость?

— Ну, ты сам подумай, я же ведь работаю в такси! Как ты мог этого не учитывать?

Пытается меня обвинять. Хотя я знаю, что это был прокол именно с его стороны. Ведь он должен был заранее это озвучить. А он просто промолчал, словно я подписал какой-то договор, в котором это было указано. С тех пор, как я оказался в Индии, меня всё время кто-то пытается развести. Даже отца с деньгами нагрели! Нет, понимаю, всякое бывает, но не так же часто!

Алчных людей везде хватает.

— Давай проверим твой таксометр, — махнул я рукой в сторону автомобиля. — Посчитаем сколько мы успели накрутить. Сколько стоит один километр у тебя?

— Ты мне не веришь? Обижаешь! — возмутился таксист. — Я же уже всё посчитал. Там всё чётко!

Какой же он нудный, одуреть можно. Ещё и пытается так от разговора увести. Такая нелепая манипуляция с его стороны, но разве он не понимает, что я уже раскусил его аферу?

— Если тебе нечего скрывать, пошли, посмотрим, — я пошел в сторону машины. — Цену мне назвать не хочешь?

Таксист не успел посчитать. Я сбил его своим поведением и вопросами с толку. Он ожидал совсем другое развитие сценария. Думал, что я признаю свою вину и заплачу ему больше суммы, на которую мы договаривались.

— Нет, погоди-погоди, — подбежал ко мне таксист. — Зачем нам это? Почему ты не веришь мне?

— Семь тысяч рупий, — ухмыльнувшись, заявил я. — Не больше. Если твоя сумма не совпадает со значениями таксометра, то поездка будет бесплатной.

— Ты издеваешься? — взвизгнул он.

— Я тебе даю шанс, семь тысяч и я закрываю глаза на твою попытку меня обмануть, — предложил я.

Таксист нехотя взял из моих рук семь тысячных купюр. В этой сумме ещё должно было в районе двухсот рупий остаться на чай. Правда, он его не заслужил. Но уж тут мелочиться не буду.

Спорить со мной таксист больше не стал. Если бы он просто возил людей по городу, то заработал бы гораздо меньше.

— Надеюсь, что наш договор в силе? — обеспокоенно спросил проводник.

Быстро он своё отношение сменил. Очень любят деньги глубинный народ нашей страны. Надеюсь, что с проводником таких подводных камней не будет. А то с таксистом вышла уж очень любопытная история. Еле отвоевал свои деньги!

Мы зашли внутрь дома проводника. Выпили по чашечке масалы и обсудили детали пути.

— Почему вы избегаете вопроса об опасности? — поинтересовался я. — Могли бы рассказать, что меня ждёт в этих джунглях.

— Это очень плохое место, — нахмурился проводник. — Там есть вещи пострашнее диких зверей.

Может, хочет ещё цену себе набить? Вполне возможно, учитывая местных жителей этого города. Готовы «безвозмездно» помочь, но на каждом шагу кроется обман.

Мне не нравилась теория проводника. Я нашел в ней логическую ошибку. Как что-то подобное может находиться рядом с храмом? Ведь аура священной земли отпугивает всякую нечисть. С чем конкретно мне предстоит столнкуться?

А ведь с другой стороны… Не просто так этот святилище было заброшено. Переход через джунгли не будет простым. Нужно быть очень внимательным. Наступил не на тот куст, а тебя уже в ногу змея кусает. Или другая зараза, которая там обитает.

— Ладно, — я проверил свой рюкзак. — Думаю, что можно идти. И больше не надо мне нести всякую чепуху про паранормальные явления.

Проводник нахмурился. Хорошая актерская игра, но ещё есть куда расти.

Мы вышли из дома и сели в его машину. Это был старенький внедорожник. Сколько ему лет? Столько ржавчины, что у уже все пороги сгнили. Климат здесь не самый подходящий для автомобилей. Дожди, изнурительная жара, влажность.

Проводник вез меня за пределы города. Идти до храма полтора дня, если знать дорогу. Значит, ночевать придется в джунглях. Очень сомнительная идея, но выбора не было.

Машина остановилась. Я выглянул в окно и увидел бурную тропическую природу. И мы пойдем через все эти заросли?

— У вас есть мачете? — поинтересовался я. — Думаю, что без него мы никак не пройдем.

Проводник ничего не ответил. Открыл багажник и достал мешок из под муки, в котором лежало два инструмента. Вот это уже совсем другое дело.

Я вышел из машины и повесил себе мачете на пояс. Я пристально посмотрел вглубь джунглей и почувствовал странное присутствие.

И оно появилось не прямо сейчас. Я это ощутил ещё в дороге. Ведь меня постоянно тянуло в сон. Неужели слухи о чем-то паранормальном в этом лесу имеет место быть?

— Мы ведь идем? — поинтересовался проводник.

— Да, ведите, — махнул я рукой в сторону джунглей.

— Лианы сильно разрослись в этом сезоне. Может путь до храма займет чуть больше времени.

— Это на сколько?

— На день больше, — ответил проводник.

Не очень радужная перспектива. Ладно, обратно пойдем по проверенной дороге.

Мы начали пробираться сквозь густые заросли. Мошки так и норовили оккупировать слизистую оболочку глаз. А если попадали под веки, достать их было практически нереально. Глаза из-за этого слезились, видимость портилась. Поэтому мне приходилось справляться лёгким воздействием лекарской магии, чтобы хоть как-то очищать свои веки.

Каждый шаг я совершал аккуратно, без резких движений. Кому известно, что находится под кустом. Паук? Скорпион? Змея? Да что угодно.

Проводник несколько отдалился на меня, пробиваясь в глубь. Я шел уже по проверенному пути, но всё равно оставался предельно внимательным.

Жаль, что я не взял с собой маску на лицо против насекомых. Я протёр глаза, плотно сомкнув веки.

Я решил, что пора догнать проводника. Пройдя по его тропинке, я вышел на открытую поляну. След пропал. И куда он делся?

Несколько раз попытался его позвать.

Но в ответ лишь тишина. Ни единого звука. Даже шорох листвы куда-то исчез. Только надоедливое жужжание мелких мошек над головой.

Он меня бросил? А какой в этом был смысл? Да и ничего не мешает мне вернуться назад по моему следу. Мы ещё не так сильно углубились в джунгли.

Я посмотрел на время. Дело близится к вечеру. Может, подожду его здесь. Он же не мог меня бросить. В случае чего вернусь по старому пути.

Я нашел мелкий хворост и организовал небольшой костер. Дым — отличное средство от надоедливой кровососущей заразы. Наконец, я смог расслабить свои веки, не боясь, что ко мне туда кто-то залетит.

Как-то быстро проводник исчез. Словно под землю провалился. Я ведь всего лишь остановился на пару минут. Почему он не проверил иду ли я вообще за ним?

Я взял тлеющую палку. На некоторое время поможет мне от насекомых. Я решил осмотреть поляну, может, я просто не заметил поворот, по которому прошёл мой спутник.

Нашёл лишь одну тропинку, которая не вела меня к автотрассе. Путь свежий, я это понял по срезанным крупным листьям. Они ещё не успели начать желтеть. Значит, проводник проходил здесь примерно минут тридцать назад.

Я сконцентрировался и использовал видение чакр, чтобы найти его в глубине джунглей. Никого нет. Это очень странно.

Но мне удалось заметить кое-что другое. Что-то с этим место было не так. Моё нутро изнывало от усталости. Словно из меня кто-то пытался изъять всю энергию.

Я развернулся на сто восемьдесят градусов и увидел тень, скрытую в кустах. Что это было — неизвестно. Но в одном я был уверен наверняка — это был не человек.

Зверь? Нет, у них совсем другая аура. Что-то подобное вижу впервые.

— Нам нужно уходить, Аджай, — прошипел голос в голове.

— Ты тоже это почувствовала? — поинтересовался я у Шеши.

— Да. Нам четко дали понять, что наше присутствие здесь неприемлемо.

— Как это понимать?

— Это место пропитано негативной энергетикой, — прошипел голос в голове.

Да. Примерно такие ощущения у меня и возникли. Но я не собирался сходить со своего пути.

Я глубоко вдохнул и очистил все свои мысли. Внутренний диалог был остановлен, а моё внимание было обострено.

Нет, не позволю кому-либо стоять у меня на пути. Я пошел в сторону преграды, из которой исходила для нас опасность.

— Что ты делаешь, Аджай? — испуганно прошипел голос в голове.

Я стал подходить ближе. Тень мгновенно скрылась с прежнего места и увеличила между нами расстояние. Я видел её перемещения с помощью чтения чакр.

— Что это такое⁈ — обратилась ко мне Шеша.

— Мне не хочется это говорить, но это некое подобие — низшего духа, — объяснил я. — Мне об этом рассказывал Чирандживи. Правда, он сам сомневался в их существовании.

— Дух?

— Может, какой-нибудь бес или демон, — пожал плечами я. — Эта сущность питается страхом. И даже может убить человека, если он сильно испугается.

— Думаешь, что она проводника… того? — спросила Шеша.

— Не могу быть в этом уверен наверняка, — ответил я. — Но нам предстоит рассчитывать только на себя.

Я полностью сконцентрировался. Моё тело находилось в самом эпицентре этого места. Но вдали я увидел, как лучи света пробиваются наружу.

— Я уже знаю куда нам надо идти, — мысленно я сообщил Шеше. — Скоро всё закончится.

Дело близилось к вечеру. Сколько я уже здесь нахожусь? Если верить моим наручным часам прошло не так уж и много времени. Не больше одного часа. А создавалось впечатление, словно уже прошло все пять.

Я стал продвигаться сквозь густые заросли, пробивая себе путь мачете. Количество кровососущих насекомых резко снизилось, словно днем они совсем меня не докучали.

Я дошел до места, из которого исходило сияние. Но это был на свет в общепринятом понимании. Это был выход из этой проклятой тропы. Только человек, владеющий особыми силами, способен из него выйти.

Когда я выбрался, ощутил, словно тяжкий груз с моей души был сброшен. Находился я в том же самом месте, с которого начала поиски своего проводника.

— Наконец, я тебя нашел! — возмущенно обратился ко мне проводник. — Где ты пропадал?

— Долго меня не было? — поинтересовался я.

— Десять минут, — ответил проводник. — Думал, что ты, потеряв меня, вернулся к машине. А тебя там тоже не оказалось.

Временной парадокс. Я попался в ловушку неизвестного демона. Если бы не моя сила, то в этот мир мне было не суждено вернуться.

— Здесь часто пропадают, люди? — я пристально посмотрел в глаза проводнику.

— Это одна из причин, которой я перестал сюда водить паломников, — признался мужчина. — Раньше подобных проблем не было. Но последние десять лет я не успевал довести людей до храма. Они просто пропадали.

— Полиция пыталась их найти?

— Они связывают исчезновение людей с организованными преступными группировками, действующими в городе. В джунгли они не суются. Но мне кажется, что им это всё известно. Преступники здесь не при чем. Это место проклято!

— Ладно, со мной всё в порядке, — я едва заметно улыбнулся, — Продолжим наш путь.

— Что ты видел? — обеспокоенно спросил проводник. — Неужели… ты…

Догадался. Только сейчас проводника мучает любопытство. Гадает, что же произошло за эти десять минут. Ведь он наступал на тропу этой сущности.

Это очень сильная магия. Место действительно опасное. Здесь разрывается ткань реальности и начинается совсем другой мир. Один шаг и ты пропал.

Я не стал отвечать на его вопросы. Попросил вести меня дальше к храму. Проводник был обычным человеком, который был свидетелем паранормальных явлений, но сам при этом не становился их жертвой.

Но меня эти явления не удивляют. Если есть лекарская магия, значит может быть и нечто противоположное ей.

Мы сильно углубились в джунгли. Солнце уже почти скрылось из виду. Нужно делать привал.

Проводник стал разбирать небольшую палатку, в которой мы могли спокойно провести ночи, не беспокоясь о назойливых насекомых в округе.

Ночь прошла спокойно. Мы миновали опасный участок на пути. Это действительно могло стоить мне жизни. Но всё обошлось. Я жив. Завтра мы дойдем до храма.

* * *

— Нам ещё долго идти? — спросил я, прищурив глаза от мошек.

— Осталось немного. Самый тяжелый маршрут остался позади, — подытожил проводник. — Если не будем останавливаться, то дойдем до заката солнца.

— Было бы неплохо, — кивнул я.

Спать на земле было неудобно. Да и слишком душно в этой палатке. Насекомые не лезут, но и дышать нечем. Ужасная влажность.

Но я чувствовал, что мы уже близко к храму. Точное расстояние я определить не мог. Но знал, что мы рядом.

Аура была противоположной. Я чувствовал, что путь дается мне легко. Совсем другое энергетическое поле.

Может, об этом меня и предупреждало видение? Ведь я почувствовал упадок сил, когда Шеша указала мне видение. Место силы дает тебе энергию, а не забирает.

Мы медленно продолжили путь по густым джунглям Индии. Я иногда останавливался. Перед взором всегда стояла пышная зелень. Со всех сторон доносились звуки дикой природы.

Яркие цветы и необычные деревья поражали воображение, между ветвями пролетали птицы, похожие на попугаев, а где-то вдали доносилась возня обезьян.

Порой плотные заросли преграждали путь, и мы с трудом продирался сквозь них, осторожно раздвигая высокую траву и большие листья ладонями.

Очень часто я морщился, прикрывал лицо ладонью, но упрямые насекомые не отступали, будто сами джунгли испытывали мою решимость.

И все же я не сдавался. Преодолев неудобства и усталость, мы наконец вышли на небольшую поляну, и вдруг перед нами открылся впечатляющий вид: среди зарослей стоял храм, обвитый лианами и покрытый мхом.

Он совсем иначе выглядел в видении. Словно прошло тысячу лет. Храм был действительно заброшен, но внешний вид был передан предельно точно.

— Мы пришли, — сообщил мне проводник. — Свою часть уговора я выполнил.

Я сунул руку в рюкзак и достал кошелек. Проводник подошел ко мне и взял пятнадцать тысяч рупий за свою работу.

— Не похоже, что в этом храме кто-то есть, — прошипела Шеша.

— Я тоже сейчас ничего не чувствую, — ответил мысленно я. — Нужно войти внутрь. Вполне возможно, что эти стены скрывают источник силы. Ведь я ощущал его, когда шел сюда.

Я стал подниматься по лестнице. Проводник остался на месте. Словно остерегался вступить на землю этого храма. Он и это место считает проклятым? Или просто боится, что ему что-то упадет на голову.

Я дошел до входа. Но дверь был заперта. Возможность попасть внутрь не было. Может, здесь есть какой-то тайный проход? Я осмотрел все возможные места, где мог находиться скрытый механизм.

Либо я не вижу вход, либо здесь его и не было. Тогда как мне открыть эту дверь? Я попытался силой её толкнуть, но сдвинуть каменную плиту в четыреста килограмм, в одиночку практически невозможно.

Нет, явно проход не здесь. Я спустился по лестнице и увидел, что в внутрь храма ведет ещё один путь. Там тоже была похожая дверь. Я повторил все те же процедуры, чтобы найти возможность пройти внутрь.

Я подошел ближе, ощущая холод, исходящий от камня. Провел рукой по шершавой поверхности, пытаясь найти хоть малейшую трещину, хоть какой-то скрытый механизм. Тщетно.

Не верю, все проходы внутрь закрыты… И это всё? Конец моего пути?

Я смотрел на двери, чувствуя, как внутри зарождается новый, более глубокий вызов. Если они так крепко держат свои секреты, значит эти секреты того стоят.

И я не собирался сдаваться. Я знал, что где-то здесь, рядом должен быть ключ.

И я найду его.

Глава 15

— Что мы планируем делать теперь? — поинтересовалась Шеша.

— Я думаю, что не стоит торопить события, — я отошёл от двери. — Мы попадем внутрь — это вопрос времени.

Я стал собирать хворост в округе. Нужно немного перевести дух. Уверен, что разгадка лежит на поверхности. Сейчас разведу костёр, отгоню надоедливых насекомых и полностью сконцентрируюсь на медитации.

Уверен, что попасть внутрь можно с помощью моей силы.

— Вы ещё не планируете возвращаться? — подошел ко мне проводник.

— Я не смог попасть внутрь, — ответил я, подкинув сухой листвы в костер. — У вас не идей как можно попасть туда?

Проводник уже не первый год водил сюда людей. Может, ему доводилось видеть как кто-то из его спутников заходил внутрь храма.

— Внутрь? Храм давно закрыт, — искренне удивился моему вопросу проводник. — Может, где-то есть вход, но я бы не рискнул заходить внутрь.

— Стоит чего-то опасаться? — я пристально посмотрел в глаза мужчине.

— Этому месту уже много лет. Мало ли что может произойти внутри. Пол обвалится или потолок на голову упадет, — развёл руками проводник.

Значит, внутри меня вряд ли поджидает какая-то сверхъестественная сущность, которая захочет полакомиться моей энергией. Но всё равно стоит быть аккуратным, ведь мои способности не рассчитаны, чтобы выбираться из завала.

Проводник сел рядом. Здесь было значительно спокойнее. Чем дальше отходишь от костра, тем больше тебя достают мошки и другие кровососущие насекомые покрупнее.

Я сел в полную позу лотоса и принялся медитировать, закрыв глаза. Глубокий вдох, выдох. Попытался успокоить свой разум и остановить беспрерывный поток мыслей.

А их у меня было немало. Как войти внутрь? Что меня ждет там? Когда я вернусь в город? Я хочу есть и пить.

Весь этот поток лишает концентрации. Мыслительный процесс распылился на кучу мелких задач, ответа на которых не было в ближайшей перспективе.

Внутренний диалог был остановлен. Я чувствовал как жаркий поток воздуха обжигает моё тело, почувствовал как мои мышцы забились от избыточной физической нагрузки, а открытые участки тела гудели от укусов насекомых.

Я готов. Закончив медитировать, вновь подошел к дверям храма. Моё внимание привлекла выемка, которую я ранее не замечал. Туда вполне может поместить моя рука.

Что же это за ключ такой должен быть, чтобы попасть внутрь? Во всяком случае, у меня рукой не получается достать до конца.

— Шеша, проверишь? — я мысленно обратился к своей хвостатой напарнице. — Мне кажется, что там в этой выемке должен быть переключатель, чтобы открыть дверь.

— А у меня есть выбор? — пошутила Шеша. — Поднеси меня чуть поближе.

Я протянул руку, на которой находилась Шеша, к углублению в стене храма. Змея проходила по габаритам, но не стала сразу же проникать внутрь.

— Ты меня за хвост только держи, — попросила Шеша. — А то обратно я отсюда не вылезу.

— Не переживай, я это момент учел, — я обхватил пальцами кончик хвоста.

Удостоверившись, что всё впорядке, Шеша принялась заползать внутрь. Но я и подумать не мог, что всё закончится именно так…

Внезапно моя подруга в одно мгновение превратилась в камень. Полностью заполнив собой свободное пространство в этом отверстие.

— Шеша⁈ Ты слышишь меня? — но я не получил привычный мне ответ в мыслях. Неужели на этом наши пути разошлись?

Я услышал странный звук, который постепенно стал нарастать. Пол храма начал дрожать под моими ногами. Пыль поднялась в воздух. Дверь внутрь стала открываться. Надеюсь, что жертва Шеши не была напрасной.

Ведь даже подумать не мог, что всё так закончится. Она была моей первой верной спутнице, которая помогала мне в новой жизни. А сейчас Шеша просто стала винтиком в древнем механизме.

Внутри храма было светло. Горели мелкие лампады, а воздухе стоял терпкий запах благовоний. Словно этот храм никогда и не прекращал свою работу. Значит, меня ждут.

Дверь была открыта. Я сделал шаг и вошел внутрь. Внутри сразу услышал голос человека, который с кем-то вел беседу. Но слова были едва различимы, чтобы составить их в единую мысль. Странно.

Внезапно наступила тишина. Незнакомец вышел из уединенной комнаты. Я сначала подумал, что это был Кондо Кагари. Но чем ближе он приближался, тем очевиднее становилось различие в их внешнем виде.

На лице у иностранца были аккуратные темные усы и небольшая растительность на подбородке. Что вполне характерно для японского народа. Среди них не встретишь человека с развитой растительностью на лице.

— Вам удалось войти через главный вход, значит, вы действительно избранный, — со сдержанной улыбкой отметил незнакомец. — Рад, что нам удалось встретиться.

Я внимательно присмотрелся к состоянию его чакр. Мне не доводилось видеть чего-то подобного у других людей. Каждая из его чакр находилась в идеальном состоянии. Как подобное возможно?

У многих владельцев силы была одна проблема. У них та или иная чакра по размерам была крупнее, чем остальные. Яркий пример — это гуру Маниш Ачария. Его Манипура была гораздо крупнее, чем размер других чакр. Что негативно сказывалось на его видение мира.

С этим же незнакомцем было всё иначе. Полная гармония. Словно он настолько тонко ощущал свои силы, что мог по щелчку пальца контролировал ту или иную сферу.

— Избранный? — переспросил я. — А вы разве зашли не через этот вход?

— Да, вы избранный! — кивнул японец. — Я вошел через другой вход. Он находится на противоположной стороне. Воспользуюсь случаем, чтобы представиться. Меня зовут Кацураги Тендо. Это я передал вам послание.

Значит, этот японец и есть тот самый владелец силы, который связался с прошлым носителем тела? Каким же уровнем силы он обладает? Видение чакр не раскрывает мне полную картину.

— Меня зовут Аджай Сингх, — представился я. — Рад с вами познакомиться!

— Взаимно, правда ваше имя мне уже известно.

— От Кондо Кагари? — поинтересовался я.

В этой жизни я знал не так много японцев. Лишь клинического фармаколога и буддийского монаха. Поэтому вариантов было не так уж и много.

— Всё верно! — кивнул Кацураги. — Но я даже рад, что наша встреча по итогу произошла именно здесь.

— О чем вы хотели со мной поговорить? — решил я перевести разговор ближе к сути. — Это видение, попытка связаться со мной через прошлого носителя тела. Хотя он вообще находится в другом мире…

Было достаточно непривычно разговаривать на эту тему. Я привык, что мне приходилось утаивать информацию о реинкарнации от своего собеседника.

— Мы с вами очень сильно похожи, Аджай Сингх, — ответил тот. — Я тоже попал из другого мира в своё нынешнее тело. Возможно, что мы с вами жили в одно и тоже время. Но я решил реализовать то, что было в нашем мире. А именно создать свой Лекарский орден.

Как он планирует это сделать? Ведь в мире не так уж и много носителей силы, да и большая часть из них имеет весьма посредственное отношение к медицине. А что если информация о наших способностях станет общественным достоянием?

Даже трудно представить какой каскад ответной реакции со стороны общества возникнет. Ведь магические способности в этом мире для большинства людей — это просто человеческая фантазия.

— И как продвигаются ваши успехи? — поинтересовался я.

— Я уже на протяжении нескольких лет ищу людей, которые обладают силами. Не только в Японии и Юго-Восточной Азии. По всему миру!

— Не хочу перебивать, но вы хотели, чтобы я вступил в ваш орден? — поинтересовался я.

— Да, хотел, — ответил Кацураги и серьезно задумался. — Но я не просто так назвал вас избранным. Ваша душа тесно связана с этим храмом. Я был во многих местах силы по всей Индии, но это обнаружил совсем недавно. Примерно год назад. Я и сразу ощутил, что это место силы отличается от других. Оно не подойдет каждому обладателю магических способностей.

— Что вы имеете ввиду? — я решил уточнить.

— Дело в том, что реинкарнация происходит не просто так, — отметил японец. — Это процесс сложно передать словами. Существует единая жизненная энергия во вселенной, которая сообщается с разными мирами. Именно она несет ответственность за вашу реинкарнацию в Индии. У каждого человека есть своё предназначение. У вас оно тоже есть. Именно по этой причине вы оказались здесь.

Значит, некая неведомая сила решила, что меня нужно отправить в другой мир? Очень интересные у неё способы решения проблем. Правда я до сих пор не понимаю зачем ей нужен именно я. Чем плох Кацураги? Он ведь тоже является носителем силы, не говоря уже о том, что он был членом лекарском ордена в моём родном мире.

Я не жалуюсь на свою судьбу, но пока не мог найти логической цепочки моего нахождения здесь. И ведь мне довелось оказаться не в Российской империи, а именно Индии. В роду у меня индусов точно не было. Как подобная реинкарнация возможна?

— Что я должен сделать? — поинтересовался я.

— Я не могу вам помочь с этим, — признался Кацураги. — Но у меня есть возможность направить вас. Определить нужное русло.

— Что мне нужно сделать, чтобы понять цель своей реинкарнации?

— Этот храм имеет для вас особое значение. Возможно, что кто-то из далеких родственников прошлого владельца тела жил здесь… Пойдемте со мной, — Кацураги повел меня вглубь храма. — Вот то место, где вы узнаете своё предназначение.

Японец указал мне на конкретную точку для медитации. Словно он видел то, что не мог обнаружить я сам.

— Что теперь? — поинтересовался я, удобно расположившись в позе лотоса.

— Вам же довелось встретиться с Кикуока Горо? — поспешно спросил Кацураги.

— Всё так! — ответил я.

— Ну, значит мне не придется вам объяснять, что значит — войти в поток жизненной энергии. Принцип примерно одинаковый.

Я полностью сконцентрировался на дыхании. Вдох. Выдох. Сидел я в этой позе долго. Словно храм не хотел делиться со мной своими секретами. Ноги постепенно стали затекать. Значит, я уже сижу больше двадцати минут.

При медитации нельзя полностью закрывать глаза. Я следовал всем наставлением, которые мне ранее дал Чирандживи. Если твои глаза закрыты, а тело утомлено, то легко погрузиться в сон. Или воображение начнет рисовать случайные картинки.

Внезапно я ощутил острый прилив сил. Словно энергия храма стала постепенно проникать в моё тело. Стали возникать едва уловимые зрительные образы, но я едва мог за них зацепиться. Не хватало концентрации.

Сам того не желая, я нарушил правило, закрыв глаза. И перед моим взором открылось долгожданное видение.

Я прекрасно понимал, что медитирую в храме, но мои глаза видели совсем другую картину. Словно я был птицей, парящей в небе. Мой взор устремился вниз.

Я увидел перед собой очень крупную реку. Её цвет был предельно неестественным. Это искажение реальной картины в видении или сильное загрязнение водоема? Я подлетел ближе и увидел, что рядом находится завод, сливающий отходы своего производства в воду.

В Индии были существенные проблемы с экологией. Но чего-то подобного мне не доводилось ранее видеть. Словно это была картина далекого будущего.

Внезапно видение прекратилось. Я думал, что на этом все и закончится. Но меня затянуло в другую видение.

Словно я был на конференции каких-то важных политических деятелей. Я смотрел глазами одного из них. Один полноватый мужчина в очках бурно что-то пытался до нас донести, но я не слышал его слова.

Я попытался вмешаться в эту ситуацию.

Что здесь происходит? Зачем мне показывают это собрание?

Внезапно меня перенесло вновь к этой реке. В этот раз там было много народу. За чем они наблюдают? Ведутся какие-то работы? Зачем так много рабочих? Что они хотят сделать с этой рекой?

Я ощутил на себе взгляд человека из толпы. Я внимательно присмотрелся. Это же тот самый полноватый мужчина в очках, который пытался что-то донести до своих коллег на том собрании. Судя по всему, он какой-то чиновник.

Внезапно все люди исчезли. Осталась лишь загрязненная река. Но в том месте, где велись работы — река была значительно чище. И что бы это могло значить?

Наконец, мои видения прекратились. Я встал на ноги, нужно было немного размяться и обдумать всё увиденное.

— Что вы видели? — поспешно поинтересовался Кацураги.

— Загрязненную реку.

— И всё? — допытывал Кацураги.

Я подробно рассказал, что мне довелось увидеть. Японец серьезно задумался.

— Вам ранее доводилось видеть этот водоем или этого чиновника? — поинтересовался Кацураги.

— Нет, после того как я оказался в этом теле, я не уезжал за пределы Мумбаи. А новости по телевизору я никогда не смотрел.

— Это значительно осложняет задачу, — отметил Кацураги. — Но хочу сразу отметить, что ваше предназначение тесно связано с тем, что вы лучше всего делали в прошлой жизни.

Нет, японец уже и так сделал достаточно для меня. Я получил ответы на многие вопросы, которые беспокоили мой разум с момента реинкарнации.

Я оказался в этом теле не просто так. У меня была цель, которую можно было решить только с помощью моей силы.

Загрязненный водоем? Вряд ли у меня получится его очистить. Учитывая, что люди как продолжали выбрасывать туда мусор и сливать отходы, так и продолжат.

Что могу сделать я, как врач, в этой ситуации? Может, вылечить человека, который сможет остановить это загрязнение?

— Кажется, я начинаю понимаю суть своё предназначения, — прервал я длительное молчание.

— Что же вам было уготовано? — искренне поинтересовался Кацураги.

— Я должен помочь тому чиновнику из видения. Да, мне не довелось услышать о чем он пытался рассказать своим коллегам на собрании. И видение было весьма завуалированным. Но я должен помочь этому человеку. Просто… Чувствую это.

— Звучит вполне правдоподобно, — кивнул Кацураги. — Ведь в Индии большая численность населения. Нужны большие запасы чистой воды, чтобы обеспечить каждого человека. Просто очищать воду обычным хлорированием — это бесполезное занятие, если водоем сильно загрязнен. Может, этот чиновник — единственный человек, который сейчас об этом беспокоится?

— Жаль, что здесь совсем не работает интернет, — сказал я, пытаясь воспользоваться телефоном.

— Хорошая идея, — отметил Кацураги. — Он ведь явно связан с какой-нибудь зеленой партией.

— Очень на это надеюсь!

— У меня ещё есть один вопрос к вам, — обратился я к японцу. — Кем была Шеша?

— Что? — переспросил японец.

— Как бы это объяснить, — я почесал затылок. — У меня была своя змея. Необычная. Помогала мне лечить людей. Именно она показала мне то видение, которое вы послали для меня.

— Змея, значит. Кхм, — Кацураги серьезно задумался. — Примерно месяц назад я столкнулся с ней в этом храме. Но она быстро сбежала от меня. И больше я её не видел. Значит, направилась к вам…

— Вы её здесь видели месяц назад? — искренне удивился я.

Ведь примерно в это время я и оказался в новом для себя теле. Учитывая особенности ландшафта и расстояние… Может, это была другая змея? Да и Шеша совсем не упоминала, что ранее здесь бывала. Хотя не стоит забывать, что у неё были пробелы в памяти.

— Да, — уверенно ответил японец. — Я ведь ощутил её ауру на короткий промежуток времени. Она — часть этого храма. Если говорить проще — главный ключ от него. И ведь удивительно, что она сразу же направилась к вам.

Мне было искренне жаль, что мы расстались с Шешей. Если бы я знал, что была другая возможность войти в храм, то я не стал бы пользоваться главным ходом. К чему такие жертвы?

Ведь она полностью осознавала себя. Была как живой человек, только в другом обличье.

— Признаюсь, что уже успел к ней сильно привязаться. Словно к домашнему питомцу. Неужели она обречена быть каменным ключом?

Глава 16

— Вам это предстоит узнать самостоятельно, — пожал плечами Кацураги. — Мне ранее не доводилось видеть таких сущностей-союзников.

Значит, я могу попытаться её достать из углубления в храме. Правда, она так плотно с ним слилась, что даже ломом вряд ли получится подцепить. Может, я смогу вытащить её с помощью своих сил?

— На пути к храму мне довелось встретиться с враждебных духом, вы случайно не пытались предупредить меня о нём в видении? — поинтересовался я у японца.

— Вы о ракшасе? Или как там его местные называли… — Кацураги почесал затылок. — Да, я вас предупредил о таком препятствии на пути к храму.

— Я почувствовал некую опасность, но ассоциация возникла именно с храмом, потому что намеков на наличие этого существа не было, — отметил я. — Но мне не доводилось слышать о ракшасах.

— Это демонические сущности низкого порядка, — объяснил Кацураги. — Разве вы не разу не сталкивались с их упоминанием?

— Я в Индии всего лишь один месяц, — я едва заметно улыбнулся. — До сих пор узнаю для себя что-то новое.

— Дело в том, что в индуизме Демоны и Боги — братья. Как день и ночь, — уточнил Кацураги. — Демонов ещё называют у вас асурами, что дословно переводится как противник суров. А это дэвы и другие божки — и есть святые Асуры.

— Значит, не все демоны являются злыми сущностями? — поинтересовался я.

— Если сравнивать с греческой мифологией, то асуры или демоны в индуизме — это титаны у греков. Как условный Прометей, который украл у Богов огонь.

Значит, не все асуры являются враждебными и злыми сущностями. Вполне возможно, что даже есть какой-нибудь религиозный культ, который молится одному из них.

Но сущность, которую мне довелось встретить в лесу, была явно настроена враждебно.

— Так ракшасы — это демоны? — поинтересовался я.

— Да. Великих демонов сейчас нет. Их активно истреблял один из Богов, кажется, Вишна, — Кацураги серьезно задумался. — Ракшасы скрылись в потусторонний мир, чтобы избежать судьбы своих старших собратьев. Хочу сразу отметить, что я подвергаю сомнению всю информацию.

Японец тоже столкнулся с этой сущностью. Он не был на сто процентов уверен, что столкнулся именно с ракшасом. Скорее всего, Кацураги ознакомился с мифологией моего народа, и на основании этого сделал вывод о принадлежности к этому виду.

— Я вас прекрасно понимаю, — кивнул я.

Мы оба относились скептично к различным религиозным культам. Брали только нужную и полезную информацию, которая могла бы пригодиться.

Например, знания о чакрах я узнал из уст гуру Маниша Ачарии. Кацураги узнал о таких демонических сущностях как ракшасы из мифологии моего народа.

Медитация — это тоже духовная практика, уходящая корнями в индуизм. Но была иначе раскрыта именно буддизмом.

В общем, мы брали самое нужное и полезное, отсеивая все возможные предрассудки.

— Этот храм выглядит очень ухоженным, — я осмотрелся. — Это ваших рук дело?

Когда я вошел внутрь, то услышал, что Кацураги с кем-то общался. Мне хотелось узнать, может, в этом храме был кто-то. Хотя присутствия ещё одного человека внутри я не ощущал.

— Я говорил со своим учителем и его новым учеником. Они живут в другом мире, — ровным тоном ответил Кацураги.

Японец спокойно говорил на эту тему, словно в этом не было ничего сверхестественного. Надеюсь, что со временем и у меня появятся такие силы. Мне хотелось бы связаться с лекарским орденом из моего родного мира.

— А вы можете меня научить этому? — поинтересовался я у японца.

— Да, — кивнул Кацураги. — Но сейчас у вас ещё мало энергии.

Японец мне намекнул, что мне ещё предстоит много научиться. Но сейчас у меня уже была четкая задача, которую нужно было решить.

Пора исполнить своё предназначение. И у меня уже была идея, как это можно реализовать. Правда, для начала нужно выбраться из джунглей. Мне нужен был интернет.

Мы попрощались с Кацураги, обменявшись контактами. Он планировал остаться ещё на несколько дней в храме. Но когда он вернется в город, то будет возможность связаться по телефону или интернету.

Хотя я и не был ещё членом его лекарской организации в этом мире, он отметил, что готов мне помочь с решением вопроса о моем предназначении.

В общем, у меня появился очень ценный и сильный союзник. Также я узнал, что он тесно связан с клиническим фармакологом и буддийским монахом.

С самого начала моего пути в этой жизни Кацураги мне помогал в меру своих возможностей. Сначала до меня добралась Шеша, которую, возможно, Тендо разбудил своими способностями.

Позже я встретил Чирандживи, который был знаком с Кикуока Горо и Кагари. И ведь всё это время Кацураги пытался со мной связаться.

Я направился к главному входу. Внимательно присмотревшись к углублению для ключа, я понял, что просто так достать Шешу не получится.

Обычные ключи полность не входят в замковый механизм. Шеша же была полностью внутри, слившись с храмом.

Я положил руку на свою окаменевшую спутницу и обеспечил сообщение со своими чакрами. Внезапно каменная поверхность тела начала лопаться.

Появились очертания хвоста. Я аккуратно зацепился и вытащил Шешу из ловушки.

— Не думал, что мы с тобой ещё увидимся, — мысленно сказал я Шеше.

Ворота храма стали закрываться. А моя хвостатая напарница постепенно возвращалась к прежнему внешнему виду.

— Я поняла абсолютно всё, Аджай, — воодушевленно прошипел знакомый голос в голове.

Я был очень рад её возвращению. Не нравилось, что мы с Шешей даже не успели попрощаться. Так всё быстро произошло в тот момент.

— Я рад, что ты снова со мной, Шеша, — честно сказал я.

— Да ты и без меня хорошо справляешься, — мысленно усмехнулась она. — Я уже как обуза для тебя.

— Это неправда! — отрезал я. — Лучше расскажи, что ты узнала?

— Я никогда не была человеком. Хоть и понимаю вашу природу. Я — отделившаяся часть вселенской жизненной энергии. Мое единственное предназначение — это служить тебе и быть ключом для этого храма.

— Теперь я тоже всё понимаю, — задумчиво ответил я. — Моя реинкарнация в этот мир произошло тоже по задумке этой жизненной энергии. Неудивительно, что она решила мне подарить ещё верного спутника, который поможет мне на пути моего предназначения. Ведь как она ещё может проявить себя!

— Спасибо, Аджай, у тебя лучше получилось изложить мою мысль, — благодарно прошипел голос в голове. — Надеюсь, что тебе тоже удалось понять цель твоего пребывания в этом мире?

— Да. Мне кажется, что моя цель — вылечить человека, который очень сильно обеспокоен климатической обстановкой в мире.

— А какой в этом смысл? — спросила Шеша.

— Очень много рек в Индии загрязнено, — объяснил я. — И с каждым годом эта проблема только усугубляется. Сейчас обстановка вполне терпимая. Народ не привередливый у нас в Индии. Ведь сколько лет они живут по кастовой системе. И у них нет желания избавиться от этого социального конструкта. Поэтому решение вопроса с загрязнением рек будет долго отходить на самый последний план. А ведь из-за загрязненной воды будет очень много проблем со здоровьем. Индия — это самая густонаселенная страна планеты. Наш водный ресурс будет испорчен за ближайшие двадцать-тридцать лет, если не меньше.

— Но сможет ли этот человек изменить судьбу этой страны? — скептически поинтересовалась Шеша. — Мне кажется, что для этого дела нужно гораздо больше людей. Что может изменить один человек?

— Абсолютно всё, — отрезал я. — Один человек может изменить жизнь целой страны. Таких примеров в истории множество. И не все из них хорошие для жителей страны.

— У тебя уже есть планы как найти этого человека?

— Есть, но нужно выбраться в цивилизацию,– ответил я.

Ко мне подошел проводник. Я сообщил, что хочу вернуться обратно в город. И мы отправились в путь. Дорога была прежней, но в этот раз я был предельно осторожен, чтобы не угодить в ловушку ракшаса.

На моё приключение до храма ушло ровно два дня. Думал, что эти переходы по джунглям никогда не закончатся. В следующий раз буду искать проводника, у которого есть слон. Самому пешком туда ходить предельно проблематично.

Хотя, возможно, мне проводник больше и не понадобится, ведь я могу запомнить дорогу туда и обратно. И даже подобрать куда более удобный маршрут, не заходя на территорию раджаса.

Я не испытывал страх перед этой сущностью. Даже если я повторно попадусь в его ловушку — то спокойно из неё выберусь. Дело в другом, это банальная экономия времени.

Зачем искать дополнительные проблемы, если они тебя сами находят? Мне кажется, что в этом смысла мало. Хотя, может я когда-нибудь достигну такой силы, что смогу отправить его к старшим демонам, которых убил Вишну?

Но лучше я потрачу эти силы на лечение людей, чем буду устраивать охоту. Тем более я врач, а не охотник за древними чудовищами. Есть цели гораздо более важные.

Может, если я прикончу раджаса, то смогу спасти нескольких потенциальных спутников, которые забрели на его территорию.

Но если я поспособствую очищению рек по всей стране, то это спасет миллионы жизней.

Поэтому нужно отдать приоритет своему предназначению, а не распыляться на всякую мелочь.

Мы, наконец, вернулись в город. Когда мы выбрались из джунглей, связь уже появилась, но была слабой.

У меня было около двадцати пропущенных звонков от отца. Надеюсь, что за это время ничего плохо не произошло. Ведь это мог позвонить и медицинский персонал.

Я отдал оставшуюся часть от выплаты своему проводнику. Мы попрощались.

Сразу же набрал отцу, чтобы узнать в чем дело. Ответил он предельно быстро.

— Что-то уже третий день до тебя не получается дозвониться, — услышал голос отца. — Чем ты занимаешься, Аджай?

— Ходил на экскурсию в храм, который находится за городом. Связь вообще не ловила.

— Ну, я понял, у тебя всё хорошо? — поинтересовался отец.

— Да, ты лучше скажи зачем мне столько раз звонил? — спросил я. — Если бы у меня была возможность с тобой связаться, то я вышел бы на связь.

— Да я ведь изначально звонил тебе, чтобы поделиться радостной новостью. Мне деньги вернули. Полностью. А потом сутки прошли, а ты даже не перезвонил. Стал переживать, что с тобой что-то случилось, Аджай.

— Нет, всё в порядке, — ответил я.

Значит, мой новый товарищ в лице Маниша Ачарии постарался. Хотя пытался меня убедить, что никого не знает. Ну, значит долг гуру перед мной был возвращен.

— Я рад, что тебе всё вернули, — сказал я. — В следующий раз будь более внимателен к звонкам с незнакомых для тебя номеров. Могу тебе сразу сказать, что ни один сотрудник банка не будет тебя просить перевести куда-то свои деньги. Да и если речь заходит об этом, то стоит самому сходить в ближайший отдел их компании. Где ты и узнаешь, что из банка тебе никто не звонил.

— Всё таки наша полиция ещё что-то может, — пошутил отец. — Не думал, что мне уже вернут эти деньги.

А ведь он даже не догадывается, что ему помогла не полиция. Ну, отцу это знать необязательно. Лишний повод для беспокойств.

— А как дела со здоровьям обстоят? — поинтересовался я.

— Сказали, что ещё три дня и должны выписать, — бодро ответил тот.

— А в целом как себя чувствуешь?

— Если бы была возможность, то уже сегодня домой ушел, — ответил отец. — Всё хорошо.

Мы ещё немного поговорили, и договорились увидеться после моего приезда обратно в Мумбаи. К тому моменту его должны были выписать.

Оставалось восемь дней, чтобы отдохнуть. Я вернулся в Джайпур, чтобы дальше продолжить изучать этот город.

В свободное от прогулок с Нандитой время, искал информацию по поводу человека, которого мне предстояло найти.

За эти две недели отлично отдохнул. Несмотря на два дня в джунглях, я успел перевести дух. Теперь предстояло очень много работать. Возложенных на мои плечи задач стало больше. Вопрос времени. Разберемся!

Отпуск был закончен, и я вернулся в Мумбаи.

* * *

Поиски необходимого мне человека были успешно завершены. Я сразу же узнал его лицо, оно было точь-в-точь таким же как в видении. Но в реальной жизни этот мужчина был примерно на двадцать лет моложе. Значит, это была видение будущего, время в запасе есть.

Звали его Динеш Пиллай. Политик, который только начинал набирать свою популярность среди обычных людей. Он представлял одну из зеленых партий нашей страны. Динеш был сильно обеспокоен загрязнением окружающей среды.

Жил он, как и я, в Мумбаи. Но как мне с ним встретиться? Мы вращались в абсолютно разных кругах. Он политик и влиятельный чиновник, а я просто врач-терапевт, хоть и в престижной клинике.

Если бы я был главный врачом, то мы бы были примерно на одном уровне. Во всяком случае сейчас сфера влияния была совсем разная.

Мне удалось получить исчерпывающую информацию относительно человека, которого мне предстояло найти. Хотелось хотя бы увидеть его со стороны, чтобы оценить состояние его чакр. Может, у него было скрытая патология, которую только я мог вылечить или остановить?

Было множество вопросов, жаль, что явно не получится найти на них ответ в кратчайшие сроки.

Однако кое-что играло мне на руку. Через неделю у Динеша Пиллая планировалось открытое выступление, где присутствующие смогут задать ему вопросы. Там уже на месте разберусь.

Думаю, что смогу найти способ вывести его на личный разговор, хоть это и не будет просто.

Я работал сегодня во вторую смену. До первого рабочего дня оставалось примерно два часа.

Вскоре я был на рабочем месте. Пришел гораздо раньше, потому что меня попросила об этом моя медсестра. За время моего отсутствия накопилось изрядное количество пациентов, которые хотели бы со мной встретиться.

— Пять инвалидностей? — удивился я. — Меня же всего лишь две недели не было.

— А там вроде бы все на переосвидетельствование, первичек нет, — ответила Сандхья.

— А, ну тогда нормально! — отметил я. — Можно будет быстро всех записать на необходимые исследование, а дальше уже по накатанной.

— Так я уже это сделала, — заявила Сандхья. — Вам осталось их только написать, когда результаты будут готовы.

— Спасибо большое, — улыбнулся я.

Да, кто-то о такой медсестре только мечтать может. Меня не было, а она уже решила часть вопросов без моего вмешательства. Сильно облегчила мне ношу в пять инвалидностей.

Внезапно зазвонил стационарный телефон.

— Да, слушаю, — подняла трубку Сандхья и позже протянула её мне. — Это заведующий отделения с вами связаться хочет.

Странно, а почему он мне решил позвонить на стационарный телефон. Ведь всегда звонил на мобильный.

— Да, здравствуйте, слушаю вас, — поприветствовал я Шарма.

— Привет, Аджай, в общем нужна твоя помощь, совсем не справляемся с нагрузкой, — быстро проговорил он.

— А в чем проблема? — поинтересовался я.

— У нас план по вакцинации горит, совсем не успеваем. Я могу тебе направлять пациентов, которым какая-нибудь прививка нужна?

— Разумеется, — ответил я. — Они нулевками будут записаны?

Я решил сразу уточнить этот момент. Потому что если они записаны нулевками, то есть не по времени, то могут возникнуть проблемы в очереди.

— Да, — ответил Шарма. — У тебя на сегодня полностью запись закрыта, к сожалению.

— Ничего страшного, буду иметь ввиду, — отозвался я.

— Спасибо большое за помощь, Аджай!

Заведующий тут же положил трубку.

— Оповести пациентов в очереди, что те, кто идут по нулевым талоном. Пусть чередуются с людьми, которые записаны по времени. А то сейчас начнут переть все без очереди. Сразу этот вариант событий исключим, — обратился я к медсестре.

— Хорошо, — ответила Сандхья.

Прием шел хорошо, ровно до тех пор, пока не зашел один мужчина.

— Меня на работе попросили сделать прививку, но желания у меня делать её нет, — ухмыльнувшись, заявил пациент. — Кто знает, что вы врачи туда добавляете.

— Я ничего против вашего нежелание не имею, — ответил я. — Но нужно четкое обоснование, что вам противопоказано её сделать.

Я стал листать его карту, чтобы зацепиться хотя бы за одно заболевание. Но никаких отклонений со здоровьем, которые мешают вакцинации не было.

— Увы, я не могу вам сделать медотвод, — заявил я. — У вас нет противопоказаний для вакцинации.

— Может, вы что-нибудь сочините? — допытывал мужчина. — Они ведь явно не будут проверять.

— А зачем мне это? Правила для всех одни! — я развел руками.

— А если так? — мужчина положил на стол три купюры по пять тысяч рупий.

Он пытается дать мне взятку? С ума сошёл, не иначе.

Именно в этот момент дверь в мой кабинет открылась, и вошёл никто иной, как заместитель главного врача Чатурведи.

Разумеется, он сразу обратил внимание, что на моем столе лежали деньги.

Вот это меня подставили…

Глава 17

— Доктор, подойдёте ко мне в кабинет? — бегло бросил заместитель главного врача и тут же закрыл дверь.

Ведь он видел, что на моем столе лежала взятка. Его это не смутило? Или он хочет обсудить это со мной в личной обстановке?

Очень странная ситуация получается. Ведь он заглянул ко мне не по чистой случайности, явно.

Я перевёл глаза на своего пациента. Он пристально смотрел на меня, ожидая ответной реакции.

— Вы ведь понимаете, что меня за это могут уволить? — я кивнул в сторону пятнадцати тысяч рупий, лежавших на столе.

— Учитывая сумму, ещё и посадить, — отметила медсестра.

— Да я и не думал, что кто-то зайдет, доктор, — замешкался пациент. — Что же вы сразу в карман не положили?

Вот умора! Он сейчас на полном серьезе предположил, что я готов взять его деньги? Подозреваю, что так и есть.

— Вышло небольшое недопонимание, — покачал я головой. — Я не буду вам писать липовый медотвод. У вас нет противопоказаний для вакцинации.

— Это вы такой принципиальный, доктор? — насупившись, спросил пациент. — Если вам мало, то мы можем договориться. Назовите сумму.

Слишком настойчиво он начал предлагать мне взятку. Меня уже видел заместитель врача. Да даже если бы не возникла эта нелепая ситуация, зачем мне так рисковать? Ради пятнадцати тысяч?

Нет, слишком плохо он меня знает. Даже если бы ты предложил пятьдесят тысяч, то я бы отказался. Дело не в сумме.

— Я работаю по совести, — серьёзно ответил я. — Вот вы мне кинули эти деньги на стол. Мне это кое-что напоминает.

— К чему вы клоните? — пациент пристально посмотрел мне в глаза. — Думаете, что я хочу вас подставить?

— Я не об этом, — перебил я. — Вы мне кинули эти деньги, словно кость собаке. Вот так это выглядит со стороны. Только я не хочу их брать. В отличии от собаки, которая сразу же бы в эту кость вцепилась. Мне вот интересно, а почему вы решили, что я возьму эти деньги?

— Ну, вам ведь мало платят, — попытался оправдаться пациент. — Я же не прошу вас продлить больничный лист, хотя являюсь абсолютно здоровым.

— Как ни крути, а вы мне предлагаете написать ложь в официальном документе. А сумма вполне тянет на взятку. Ещё и свидетель есть, не говоря уже о моей медсестре, — я перевёл взгляд на Сандхья.

— А мне-то какая разница? — развела руками медсестра. — Я бы никому ничего не сказала.

— И вы туда же, — я махнул рукой. — Извините, но ваши деньги я не возьму. Мне хватает моей заработной платы. Лишнего мне не надо. Тем более, если речь заходит о вранье в документах.

— Прошу прощения, — мужчина забрал свои деньги со стола. — Мы, кажется, друг друга неправильно поняли.

— Почему вы не хотите делать прививку? — поинтересовался я. — У вас ведь нет никаких противопоказаний к ней.

— Моя мать чуть не умерла от прививки! Хотя врачи сказали, что противопоказаний у неё никаких нет, — серьезно нахмурился пациент. — А меня заставляют сделать на работе. Пытался им объяснить, а толку нет. Ведь у меня тоже самое произойдет, если меня уколоть.

Личных страх и недоверие к медицинскому персоналу. Так вот в чем была причина.

— Вы ведь понимаете, что у вас аллергии на эту прививку может и не быть? — поинтересовался я.

Заранее это проверить невозможно. Да, они были близкими родственниками, но всё равно это очень сомнительный критерий. Уверен, что мой пациент спокойно перенесет прививку. Я же вижу состояния его чакр.

— Я боюсь задохнуться… — обеспокоенно ответил пациент.

Видимо, он намекает на отёк Квинке. Проще говоря, анафилактический шок, возникающий при попадании аллергена в организм. Гиперболизированная реакция со стороны организма.

Происходит отёк слизистой оболочки дыхательных путей, что приводит к удушью. Раз его мать жива, значит, анафилактический шок смогли купировать.

Но негативные эмоции от вакцинации близкого человека отбили у него всё желание проходить вакцинацию.

— Вам нужна прививка против столбняка, а где вы работаете? — поинтересовался я.

— В строительной бригаде, — поспешно ответил пациент.

— Так вам тем более её необходимо сделать, — отметил я. — Ведь на стройке есть риск пораниться об какой-нибудь гвоздь, на котором находится возбудитель столбняка. И это заболевание намного страшнее, чем анафилактический шок.

— Ну, если наступлю на гвоздь, то приду сделаю. За всю жизнь подобных ситуаций у меня не возникало, — развел руками пациент.

— Вы совсем не понимаете меня, — я едва заметно улыбнулся. — Может, вы видели статью в интернете, что столбняк лечится. Вижу, что с вопросом вы уже ознакомились. Но вы, видимо, не вникали насколько тяжело он поддается лечению.

Пациент серьезно задумался. Я двигался в верном направлении. Ещё немного, и он согласится сделать прививку.

Ведь причина его отказа носила личный характер. Была связана с убеждением, что вакцинация окажет ему вред. Но ведь он не был в этом уверен наверняка. А я видел, что каких-либо проблем со здоровьем у него не должно возникнуть.

— Я вам обещаю, что с вами ничего не будет, — ровным тоном заявил я. — Если у вас возникнет анафилактический шок, то я готов вам сам заплатить пятнадцать тысяч рупий в качестве возмещения за моральный ущерб.

— А может, они мне уже не пригодятся, — мрачно ответил пациент. — Задохнусь и всё. Прививка уже не нужна будет.

— Забыл ещё один момент уточнить по поводу столбняка. Это заболевание можно получить даже через микротравмы. Необязательно целый гвоздь себе в ногу вогнать. Поэтому учитывая вашу трудовую деятельность и распространенность заболевания в нашей стране, я вас настойчиво рекомендую сделать прививку. Тем более я готов вам выплатить моральную компенсацию из своего кармана.

Конечно, у пациента не было желания навариться. Скорее он хотел как-нибудь избежать вакцинации. Дал взятку — получил отказ. А сейчас он получает очень важный сигнал.

Я завуалированно сообщил, что у него не возникнет побочной реакции и всё пройдёт спокойно. И готов на кон поставить свои деньги. Что располагает его довериться мне.

— Хорошо, — кивнул пациент. — Но вы мне прямо обещаете, что я задыхаться не буду?

— Обещаю, — едва заметно улыбнувшись, ответил я. — Я могу даже вам компанию составить, если вам страшно.

— Нет-нет, — покачал головой пациент. — Если вы сказали, что проблем не возникнет, то пойду и сделаю. Мне же окажут первую помощь, если что-то пойдет не так?

— Ещё и пятнадцать тысяч рупий сверху получите, — пошутил я. — Сандхья?

Медсестра передала мне направление для пациента. Я быстро поставил свою роспись и заверил печатью.

— Держите! — я протянул направление пациенту.

— А что потом? — поинтересовался пациент. — Мне к вам заходить надо ещё?

Видно, что давно не ходил в больницу. Ведь справку о вакцинации дают в прививочном кабинете. Цель врача-терапевта убедиться в том, что у пациента нет противопоказаний для вакцинации.

— Ко мне больше не надо, — улыбнулся я. — Вам дадут справку о том, что вы прошли вакцинацию в прививочном кабинете.

— Хорошо, — ответил пациент, и встал со своего места. — Если со мной что-то случится, то всё в силе?

— Всё верно! — улыбнулся я. — Но у вас никаких проблем не возникнет. Не переживайте так.

— Спасибо, доктор, — улыбнулся в ответ пациент и вышел из кабинета.

Так, воспользуюсь случаем, схожу к заместителю главного врача. Интересно даже о чем он хотел со мной побеседовать.

Я вышел из кабинета, сообщив пациентам, что меня вызвало начальство к себе.

— А когда вы подойдете? — спросил мужчина из очереди. — Я к вам нулевкой записан.

— Я всех успею принять. Отойду от силы на минут пятнадцать-двадцать, не больше, — ответил я и пошел в сторону лифта.

Кабинет заместителя главного врача находился на одном этаже с местом, где сидел главный врач.

Вскоре я постучался и вошел внутрь. Чатурведи сидел один.

— Заходите, доктор Сингх, — заместитель главного врача пристально посмотрел на меня. — И дверь закройте, пожалуйста.

— По какому поводу хотели со мной побеседовать? — спокойно поинтересовался я, словно Чатурведи не видел, что мне предлагали взятку.

— По поводу пациента, который у вас был, — ответил заместитель главного врача. — Вы хоть понимаете, доктор, что произошло бы, если зашел бы главный врач?

— Пациент сам положил мне деньги на стол, а следом зашли вы, — подытожил я. — Я не взял у него ничего.

— Вам очень крупно повезло, доктор, что вошел именно я, — серьезным тоном заявил Чатурведи. — Сколько он вам предлагал?

Создавалось впечатление, словно я общаюсь со стеной. Заместитель главного врача меня абсолютно не хотел слышать. Он уже сделал вердикт, что взятку я взял, а сейчас пытаюсь его обмануть.

— Пятнадцать тысяч рупий, — спокойно ответил я. — Но я повторюсь, что это была инициатива исключительно пациента.

— Считаете, что если вам добровольно дают, то можно брать? — допытывал Чатурведи. — Что он хотел? Продлить больничный?

Нет, так дело не пойдет. Чатурведи словно пытается меня загнать в ситуацию, где я буду оправдываться перед ним, а он мне вынесет какой-нибудь вердикт или выговор.

— У меня есть свидетель — это моя медсестра. Деньги я не взял, — я проигнорировал вопрос заместителя главного врача.

Не хотелось, чтобы меня просто обвинили в том, чего не было. Поэтому нужно было излагать свои мысли предельно четко и прямолинейно. А не уходить в оправдания.

— Если мы сейчас спустимся к вам в кабинет, она это подтвердит? — пытался меня подловить Чатурведи.

Заместитель главного врача пытался сыграть на человеческой жадности. Если врач берет взятку, то зачастую медсестре ничего не достается. Даже за банальное молчание.

— Да, без проблем, если вам не лень, конечно, — я едва заметно улыбнулся.

Нужно четко дать ему понять, что у него не получится меня загнать в угол. Мы будем играть по моим правилам, а его попытки меня обвинить предельно нелепые.

— В общем, я недоволен тем, что сегодня мне довелось увидеть, доктор Сингх, — Чатурведи сложил руки в замок перед собой. — Мне не хочется доводить дело до объяснительной, а тем более до главного врача.

— Мне тоже, потому что это бессмысленное занятие. Или вы хотите, чтобы у пациента возникли проблемы?

Мой вопрос сбил заместителя главного врача с толку. Ведь я был абсолютно невиновен в этой ситуации. Мог спокойно обратиться в полицию с жалобой на пациента по этому поводу, но ведь закрыл на это глаза.

Зачем мне тратить на это время? То есть изначально попытка меня зацепиться со стороны Чатурведи была полностью необоснованной. Неужели он подумал, что я действительно взял взятку?

Я присмотрелся к состоянию его чакр. Он ожидал совсем другой реакции с моей стороны. Мне удалось уловить, что Чатурведи ожидал от меня своей доли за молчание, но ведь я не взял деньги. О чем неоднократно ему сообщил.

В общем, я солидно обломал заместителя главного врача. А со своего кармана ему платить у меня желания не было.

Теперь я понимаю почему он так настойчиво мне намекал, что я взял взятку. Ему очень хотелось в это верить.

— Так что? — поинтересовался я. — Давайте обратимся в полицию. Я готов написать жалобу на пациента.

— Я вас понял, доктор Сингх, — махнул рукой Чатурведи. — Мне просто нужно было убедиться, что вы не взяли взятку. Если отказались — правильно поступили.

Какая прекрасная актерская игра. Но вам крупно не повезло, заместитель главного врача, что я вижу состояние ваших чакр. Они мне куда больше рассказали, чем вы сами.

И как же нелепо выглядит его попытка реабилитироваться в моих глазах. Убедиться он хотел. Да-да, так я в это и поверил.

— Благодарю, — кивнул я. — Надеюсь, что больше подобных вопросов в мой адрес не возникнет.

Я вышел из кабинета. Было пропущенное сообщение от Сандхьи, что пациентов в очереди стало больше.

Спустился на этаж терапевтического отделения.

— Доктор, доктор, помогите, пожалуйста, — обратилась ко мне медсестра из прививочного кабинета.

— Что такое случилось? — поспешно поинтересовался я.

— Сделали прививку и пациенту стало плохо, — быстро ответила она.

Надеюсь, что это не тот мужчина, которого я направил. И дело даже было не в пятнадцати тысяч рупий. Просто я не мог допустить подобной ошибки.

Я молча вошел в прививочный кабинет. Клиническая картина была предельно типичной. Благо, что пациент был совсем другой.

— Это отёк Квинке, — я сразу обозначил диагноз, глядя на пациента — Преднизолон уже укололи?

— Да, — ответила медсестра. — Но у пациента очень сильно давление упало.

— Значит, ещё нужно ввести подкожно адреналин. Дозировку помните? — я обратил внимание, что на стене висел плакат с оказанием первой медицинской помощи при анафилактическом шоке. — Вот, на стене у вас плакат, и тут всё расписано. Давно укололи пациента?

— Две минуты назад. Всё так внезапно произошло, — обеспокоенно сообщила медсестра. — Вроде аллергический анамнез в осмотре был не отягощен.

— У вас как самочувствие? — обратился я к пациенту. — Дышите нормально?

— Голова кружится, да и лицо всё отёкло, — мужчина провел руками по разбухшим губам.

— Хорошо, значит отек не затронул слизистую оболочку дыхательных путей. Сейчас еще преднизолон подействует, и должно быть всё в порядке. А по какому поводу хоть прививку делали?

Вполне возможно, что медсестра быстро среагировала. Поэтому до отека слизистой оболочки дыхательных путей дело не дошло.

Раз уж я зашел в прививочный кабинет, то постараюсь помочь младшему медперсоналу. Видно, что медсестра молодая, и такую ответную реакцию со стороны организма видит впервые.

Молодец, что сразу уколола преднизолон. Не стала тянуть время. А вот про адреналин забыла. Это уже нужно опытным быть, чтобы не растеряться.

— От гриппа, — ответил пациент.

— А вы ранее прививались от него? — поинтересовался я.

— Нет, — коротко отозвался он.

— А у вас в целом аллергия на что-нибудь была? — собирал я анамнез дальше.

— На куриные яйца только. На лекарственные препараты у меня не было ничего подобного.

— А разве доктор вас об этом не спросил? — я пристально посмотрел в глаза пациенту.

— Нет, он вообще ничего по поводу аллергии не спрашивал, — пациент пожал плечами.

Так я и думал. Такой бы ситуации не произошло, если бы доктор уточнил этот момент.

У пациента скорее всего была аллергическая реакция на яичный белок. А ведь многие вакцины разрабатывают на его основе. Если есть аллергия на яйца, то направлять на прививку — это выписывать направление на смерть пациенту.

Как вообще он умудрился его отправить? Даже представить себе не могу. Просто нужно задать один вопрос пациенту и получить ответ.

Тем более сам мужчина знает, что у него есть аллергия на яичный белок.

Зачастую аллергические реакции на препараты возникают у пациентов, которые даже не догадываются о своей гиперчувствительности к лекарственному средству.

Бывают случаи, что пациент ранее спокойно принимал какой-либо препарат. И у него внезапно началась аллергическая реакция на него.

— А что за врач направлял? — поинтересовался я.

— Да кто-то из вашего отделения, — ответила медсестра. — Направление на столе лежит.

Меня хорошо знал медицинский персонал, потому что я десять дней находился на должности заведующего отделения терапии. Поэтому успел со всеми познакомиться.

А, так это мой старый знакомый. Терапевт, который любит шутить на конференциях. Как же ты умудрился допустить такую ошибку? Чуть пациента на тот свет не отправил.

Да, врачи готовы оказать первую медицинскую помощь пациенту в случае анафилактического шока. Но риски всегда велики…

Пациент постепенно стал приходить в норму. Отёк начал спадать. Я решил оценить состояние его чакр.

Так, а это что такое? Как врач допустил пациента на прививку в таком состоянии? У меня слишком много вопросов возникло к этому доктору.

А смотрел ли он вообще этого пациента? Или ситуация оказалась не такой уж и простой, как мне показалось изначально?

Глава 18

У пациента иммунитет находился в угнетенном состоянии. Я пробежался глазами по чакрам и увидел, что часть суставов была поражена.

На ревматоидный артрит не похоже, больше напоминает подагру. Я увидел скопление солей мочевой кислоты, окруженных соединительной тканью. Это были подагрические тофусы.

Один в локтевом суставе, второй на суставе большого пальца ноги.

Я узнал об этом благодаря видению чакр, потому что пораженные суставы были закрыты одеждой.

Теперь понятно, почему у пациента иммунитет находится в угнетенном состоянии. В связи с подагрой он принимает глюкокортикостероиды.

Эта группа лекарственных препаратов снижает активность иммунной системы. Подобный эффект связан в большей степени с угнетением образования Т-лимфоцитов.

— Вы принимаете какие-либо лекарственные средства на постоянной основе? — поинтересовался я у пациента.

— По подагре пью, да, — кивнул пациент.

— А как давно вам назначали глюкокортикостероиды?

— Я их до сих пор колю, — развел руками мужчина. — У меня не так давно было обострение подагры. Внутрь сустава мне страшно колоть. Поэтому решили с лечащим врачом, что лучше внутримышечно.

Значит, моё предположение относительно диагноза и причины угнетения иммунитета были верны.

Глюкокортикостероиды являются относительным противопоказанием для вакцинации.

— Я задам вам нескромный вопрос, — я сел напротив пациента. — А зачем вы внезапно решили сделать себе прививку от гриппа?

Мужчине было в районе сорока лет. Странно, что он дожил до такого возраста, а прививку от гриппа никогда не делал.

— Если честно, то я и не хотел её делать, — признался пациент. — Меня с работы направили. Сказали, что всем сотрудникам нужно пройти в обязательном порядке.

— А кем вы работаете? — поинтересовался я.

— Я работаю журналистом. Думаю, что вы слышали о газете «Таймс оф Индиа»?

— Да, — кивнул я. — Наслышан.

Это довольно популярная газета. У неё была одна интересная особенность — она выпускалась на английском языке. Нетрудно догадаться, что она имела колониальное происхождение. И изначально была газетой для британских подданных.

Правда я не понимаю, почему этого пациента заставили сделать прививку от гриппа. Ведь его профессия не входит в высокую зону риска.

В мою голову постепенно закрадывались подозрения, что в этой истории что-то не так…

Да, вакцинация при применении глюкокортикостероидов — это относительное противопоказание. Но всё равно лучше делать прививку в то время, когда заболевание пациента находится в ремиссии. И нет потребности в введении этой группы лекарственных средств.

Если бы мой коллега дал медотвод или просто подробно ознакомился с анамнезом пациента, то до анафилактического шока дело не дошло.

— А мне поставят галочку, что я прошел вакцинацию? — нетерпеливо поинтересовался журналист.

Дружище, ты пятнадцать минут назад чуть не уехал на тот свет из-за отёка Квинке, но при этом задаешь такие вопросы. Радуйся, что оказался жив.

— Да, — кивнул я. — А на каком основании вас ваше начальство направило сюда? Ведь конкретно от гриппа вы могли легко отказаться. Вас не могли сюда направить принудительно.

— Я и сам не знаю, — развел руками пациент. — Мне сказали, что если я её не сделаю, то меня не допустят до работы.

— Если вас врач не спросил есть ли у вас аллергия на что-то, то вы можете сообщить об этом самостоятельно, — подытожил я. — Аллергический анамнез у вас отягощен. Поэтому не исключено, что у вас может возникнуть подобная реакция и на другие лекарственные препараты, которые вы ранее не применяли. Но теперь вы точно знаете, что вам нельзя делать прививки, сделанные на основе куриного эмбриона.

— А почему доктор, направивший меня на это исследование, не уточнил про наличие у меня аллергий на что-либо? — внезапно спросил журналист, пристально посмотрев мне в глаза.

Мне не хотелось подставлять своего коллегу. Хоть он и наломал дров, чуть не отправил пациента на тот свет. Всё-таки один вопрос со стороны терапевта позволил бы избежать этой неприятной ситуации.

Такие инциденты периодически случаются во врачебной практике. Просто он решил сэкономить время, и не уточнил этот момент, а он именно в этот день оказался предельно важен.

У врачей много обязанностей, нужно быть всегда предельно внимательным во всем. Это быстро утомляет нервную систему.

И врач начинает совершать оплошности в своей работе. Где-то забыл спросить, где-то не подписал нужный документ.

Дело не в том, что он что-то не знает. Просто так сложились обстоятельства.

Благо, что пациент отделался легким испугом. Даже до отёка слизистых оболочек дыхательных путей не дошло дело.

Я не мог это всё объяснить журналисту. С очень высокой вероятностью он бы меня не понял.

— Я как раз собирался сходить побеседовать с ним по этому поводу, надеюсь, вы не собираетесь писать на него жалобу? — спросил я, пристально посмотрев в глаза пациенту.

— Жаловаться? — немного нахмурился журналист. — Увы, но у меня на это нет времени. Ещё не хватало, чтобы меня затаскали по судам. Тогда я точно не успею подготовиться к интервью.

Моему коллеге повезло, что пациент из категории людей, которые ценят своё личное время. Но мне всё же стоит наведаться к этому врачу, чтобы поговорить с ним по этому поводу.

Я не собирался давить на него. Мне просто хотелось понять причину ошибки с его стороны. И дать небольшое наставление, чтобы он был предельно аккуратным.

Многие терапевты закрывают глаза на осмотр пациент перед вакцинацией. Зачастую человек, нуждающийся в прививке, принимается за пару минут.

Осмотр оформляется по шаблону предельно быстро. Уточняешь, что у пациента нет противопоказаний для проведения вакцинации и всё. Осмотр готов!

Но ведь мой коллега даже этого не сделал. Как он вообще его проверял перед вакцинацией?

— Я поговорю с терапевтом, направившим вас на исследование, — ответил я и направился в сторону выхода из кабинета.

— Вы заведующий отделения? — удивился журналист.

— Не так давно им был, — я едва заметно улыбнулся. — Это не займет много времени!

Это не входило в мои трудовые обязанности. По идее этим должен был заведующий отделения Шарма.

Но мне хотелось задать парочку вопросов доктору Дикшит.

Я вышел из процедурного и пошел в сторону кабинета провинившегося коллеги.

Постучавшись несколько раз, я вошел внутрь. Пациентов у него сегодня было мало.

Когда я зашел в кабинет, Дикшит быстро положил телефон в карман.

— Добрый день, Доктор Сингх! — поприветствовал меня он.

Я внимательно присмотрелся к состоянию его чакр. Терапевт переживал о чем-то. Явно все его мысли были словно парализованы, только с чем это связано?

Дикшит старался не поднимать на меня взгляд. Очень странная ситуация складывается.

Он до сих пор не может мне простить ту ситуацию в ординаторской? Всё может быть, но признаюсь, коллега, ты меня заинтриговал.

— Добрый, как у вас дела на приеме обстоят? — спросил я, сев на стул напротив терапевта.

— Да с утра было всё в порядке, — нервно кивнул собеседник. — Надеюсь, что вся смена идентично пройдет.

— Я к вам по поводу пациента, которого вы сегодня направили на прививку от гриппа… — я стал пристально смотреть в глаза терапевту.

— А что-то не так? — удивился Диктиш.

— У него произошел анафилактический шок, — ответил я.

В кабинете возникла гробовая тишина. Неужели я попал в самое яблочко?

— Как это произошло? — поинтересовался я. — Почему вы не собрали аллергоанамнез?

— Я собирал… — попытался возразить терапевт.

— А почему этого в осмотре нет? — я пристально посмотрел в глаза коллеге. — Вот отправили вы бы на тот свет пациента. Вас бы затаскали по судам! Да и как бы вы жили после этого?

— А разве я не указал это в осмотре? — продолжал гнуть свою линию терапевт.

Я хорошо чувствовал, что он пытался меня обмануть. Но зачем ему это? Ведь ситуация уже вышла из под контроля.

Он чуть не убил человека. А сейчас делает вид, что всё знал и просто забыл. Но меня ты так просто с толку не собьешь.

— То есть вы знали, что у пациента аллергия на яичный белок и была терапия глюкокортикостероидами? — я пристально следил за изменениями в чакрах собеседника.

Коллега не знал, что ответить на этот счет. У него плохо получалось врать. Особенно под моим пристальным взглядом.

Так это что у нас получается? Мой коллег целенаправленно пытался навредить человеку? Попахивает откровенным криминалом.

— Почему вы так поступили? — допытывал я.

Терапевт молчал. Он даже боялся поднять глаза в мою сторону.

Сработал банальный эффект неожиданности. Диктиш не знал, что к нему придут с такими вопросами предельно быстро.

Да и он словно не пытался даже придумать более-менее правдоподобную историю.

Мне даже не пришлось воспользоваться силой чакрой, чтобы вывести его на чистую воду, но мотивация мне его была до сих пор непонятна.

— Доктор, я с вами разговариваю! — вновь обратился я строгим тоном коллеге.

— Ты давишь на него, Аджай, — прошипел голос в голове. — Может, стоит выбрать тактику помягче?

— Помягче? — мысленно возмутился я. — Мне кажется, Шеша, что он пытался убить человека. Знал, что у него аллергия, но при этом всё равно направил его на прививку от гриппа. Как мне поступить в этой ситуации? Просто закрыть глаза и сделать вид, что ничего не произошло?

— Меня смущает одна деталь, пациент ведь сказал, что у него ничего не спрашивали по поводу аллергического анамнеза, — отметила Шеша.

А ведь действительно так и было. Откуда у него тогда такая информация? Эта история постепенно начинает обрастать новыми загадками.

— Я вас понял, доктор. Будем этот вопрос решать через полицию, — заявил я и направился к выходу из кабинета.

Внезапно Шеша спрыгнула с моей руки. Я остановился. Что она задумала?

— Я останусь здесь. Ненадолго, — обратился ко мне Шеша. — Если у него есть сообщник, то он попытается выйти с ним на связь. Аджай, ты действительно собрался обратиться в полицию?

— Да, — мысленно ответил я и вышел из кабинета.

После моей проверки у него теперь появится новая версия произошедших событий. Я уверен, что Шарма постарается этот случай спустить на тормозах.

Скорее всего наш заведующий просто переведет его в другое отделение. Но разве это правильно? Мой коллега пытался убить человека. Мотивация мне его неизвестна, но я уже близок к разгадке.

Надеюсь, что Шеше действительно получится что-нибудь узнать.

* * *

— Это конец! — нервно заявил терапевт Диктиш.

— Подожди, успокойся, что случилось? — спросил низкий мужской голос.

— Один из моих коллег заподозрил меня и сказал, что обратится в полицию, — прикусив губу, протороторил терапевт. — У вас есть знакомые в департаменте?

— Ты серьезно? — усмехнулся собеседник. — Это твоя вина. Ты взял деньги, а по итогу всё вышло через одно место.

— Я вас сдам!

— И что ты расскажешь? — засмеялся сообщник. — Тебе никто не поверит.

— Я не идиот! — злобно прошипел в трубку терапевт. — Все наши разговоры я записывал. И не нужно думать, что в этот мессенджер полностью анонимен.

— Погоди, что? Записывал? — внезапно голос собеседника изменился.

— Да. Если дело дойдет до суда, то я предоставлю им все наши разговоры в реальной жизни и по телефону. Расскажу как вы пытались через меня убить своего подчиненного, списав это на несчастный случай.

— Я тебя понял, — сухо ответил сообщник. — Но ты меня разочаровал, Диктиш. Взял такую сумму, а теперь ещё и хочешь, чтобы я за тебя взятку в полицию внес…

— Теперь это наша общая проблема, — коварно заявил терапевт. — Я не собираюсь один нести это бремя.

— Тебя никто не просил брать деньги… Свяжись с заведующим отделения, скажи, чтобы он оказал воздействие на этого придурка. У тебя мало времени. Придумай себе нормальное алиби.

— Постараюсь, — ответил Диктиш и сбросил трубку.

Шеша, не упуская ни единой детали, внимательно следила за ходом беседы. Как только разговор завершился, змея, чье присутствие оставалось незамеченным для посторонних глаз, тихо скользнула прочь из кабинета.

* * *

— Что-нибудь удалось узнать? — я наклонился, чтобы позволить Шеше забраться на руку.

— Если бы у меня были волосы на голове, то они бы зашевелились! — пошутила хвостатая напарница.

— Не томи, — поторопил я. — Рассказывай!

— Начальник этого пациента решил устранить своего подчиненного через врача вашей больницы, — обрисовала ситуацию Шеша.

— И у них это почти получилось! Только откуда такие познание, что у него аллергия на яичный белок… Он ведь даже не спрашивал об этом журналиста.

— Всё очень просто. Начальник тайно встречается с женой этого журналиста.

— Какой ужас! — мысленно ответил я. — То есть вся информация была получена от супруги журналиста. Теперь всё встало на свои места. Моя интуиция меня не подвела.

А ведь ситуация могла сложиться иначе. Я не сомневаюсь, что другой врач смог бы оказать первую медицинскую помощь пациенту с анафилактическим шоком.

Но вряд ли бы он стал так вникать в эту ситуацию. Сам журналист даже не планирует писать жалобу по этому поводу, хотя его чуть не убили.

Он просто не знал правды. А правда для него окажется слишком горькой… Не знаю в курсе ли жена, что её мужа пытается убить любовник. Пусть в этом разбирается полиция.

Это был самый настоящий разрыв шаблона. Даже в прошлой жизни мне не доводилось сталкиваться с чем-то подобным на работе.

Взяточников было много, но чтобы врач становился сообщником в убийстве. Это было для меня в новинку. Но я точно понимал, что этому человеку нет места в медицине.

Он покусился на самое святое, что есть у человека — жизнь. В этом мире не дают никаких клятв или обязательств перед людьми.

Хотя пациенты до сих пор ссылаются на то, что каждый врач дает клятву Гиппократа. Увы, это не так. Ведь многие строчки этой клятвы не соответствуют нынешней временной эпохи.

Много ли людей согласиться клясться именем древнегреческих Богов? Учитывая, что это может идти вразрез с монотеистическими убеждениями, которые преобладают в этом мире.

Но общие принципы всё-таки были сохранены в современных клятвах. Врач обязуется хранить врачебную тайну и проявлять высочайшее уважение к человеческой жизни.

Мой коллега Диктиш нарушил эти клятвы по всем фронтам. Поэтому я не буду ждать часа, когда он вновь попытается заработать таким образом себе на хлеб.

Значит, можно смело их вызывать. Я достал телефон из кармана и набрал номер. Быстро дозвонился и кратко обрисовал ситуацию. Полиция сообщила, что прибудет в течении двадцати минут.

Я собирался вернуться в свой кабинет, когда мне позвонил заведующий отделения Шарма.

— Аджай, подойдешь ко мне в кабинет? — поспешно спросил Шарма.

— Что-то случилось? — поинтересовался я.

Шеша рассказала мне, что собеседник настоятельно рекомендовал оказать на меня воздействие через заведующего отделения.

Тон у Шарма был действительно беспокойным. Неужели Диктиш успел с ним связаться? Ведь прошло не так уж и много времени.

— Мы всё обсудим у меня, жду, — сухо ответил Шарма и сбросил трубку.

Ну, делать нечего. Придется идти разбираться. Но я сразу разложу по полочкам, что произошло на самом деле.

А полиция позже найдет всех сообщников и подтвердит уликами всю недостающую для полного пазла информацию.

Я подошел к кабинету заведующего отделения и постучался три раза.

— Войдите, — услышал я голос Шарма.

Открыв дверь, я сделал шаг внутрь. Количество людей в кабинете меня несколько удивило.

Здесь был не только заведующий отделения, но и заместитель главного врача Чатурведи. Сам главный врач тоже присутствовал и смотрел на меня исподлобья, словно это я пытался убить человека.

— Закройте дверь, доктор Сингх, — сурово заявил Чатурведи.

— Нам предстоит очень серьезный разговор! — добавил главный врач, а на его лбу вздулось несколько вен.

Что это за сбор такой внезапный? И судя по интонации, мною очень недовольны… Они все завязаны в этом преступлении?

Глава 19

Я закрыл дверь в кабинет и сел напротив своего начальства.

— По какому поводу вызвали? — я пристально посмотрел в глаза заведующему отделения.

Чатурведи презрительно хмыкнул. Главный врач смотрел в одну точку и нервно стучал пальцами по столу.

— Доктор, я понимаю, что у вас есть принципы, но вы уже переходите все возможные границы дозволенного, — внезапно заявил Шарма. — Давайте не будем торопить события и просто обсудим всё в спокойной обстановке. К чему такие крайности?

— Не стоило назначать его заведующим отделения, — Чатурведи искоса посмотрел на Шарма. — Доктор, видимо, слишком вжился в роль.

— У меня просто нет слов, — тяжело вздохнул главный врач. — Даже не думал, что дойдет до подобного.

Я даже не успел понять в чем суть, а меня уже со всех сторон начало прессовать начальство. Их так смутило, что я решил вызвать полицию, не поставив их в известность?

— Вы считаете, что для человека, работающего в медицинской сфере это приемлемо? — парировал я нападки в свой адрес. — А что будет дальше?

Решил взять инициативу в свои руки, чтобы довести это дело до конца.

Услышав мой ответ, Шарма отвел глаза в сторону, а лицо главного врача залилось пунцовой краской. Чатурведи лишь неодобрительно цокнул языком.

— Доктор Сингх, — обратился ко мне главный врач, чуть ли не переходя на крик. — Вы перегибаете палку!

— А как бы вы поступили в этой ситуации? — возмущенно парировал я. — Сегодня мы позволим покушаться на человеческую жизнь. А завтра что? Будем разбирать людей на запчасти, и продавать органы на черном рынке?

Мой ответ сильно удивил начальство. Они с искренним непониманием переглянулись.

Я внимательно отслеживал состояние их чакр после того как зашел в кабинет. Каждый из них был невероятно возмущен моим поступком, но сейчас градус этого чувства стал снижаться.

Но я до сих пор не мог понять одну вещь. Неужели у сообщника этого терапевта такое могущественное влияние, что все мои начальники решили свести это дело на нет?

Мне даже стало интересно, а какие у него были рычаги влияния? И сколько денег он решил заплатить, чтобы устроить этот цирк?

— О каком покушении на человеческую жизнь идет речь? — Шарма пристально посмотрел мне в глаза. — Мне кажется, что мы с вами говорили на эту…

— А вы разве не знаете? Сегодня ваш сотрудник пытался убить пациента, направив его с противопоказаниями на вакцинацию. У меня было предположение, что вы попытаетесь разрешить эту ситуацию в русле, соответствующим вашим убеждениям. Но не думал, что дело дойдет до такой крайности, — я развел руки в сторону.

Начальство в очередной раз переглянулось. Градус недовольства с их стороны ещё сильнее снизился.

Не нужно было даже отслеживать состояние их чакр, чтобы понять чувства начальников. Они не понимали, что происходит. Словно мы вели разговор вообще на разные темы.

— Какой сотрудник? — спросил Чатурведи.

Стоп, значит, начальство не было в курсе. Они не знают, что терапевт Диктиш планировал убить журналиста, направив его на процедуру, которая ему противопоказана.

Кажется, я понял в чем была причина их недовольства. От меня поступил звонок в полицию, а начальство не было поставлено в известность. Ведь зачастую подобные вопросы решаются именно через них.

У каждого из начальников были свои скелеты в шкафу. Шарма долгое время списывал дорогостоящие лечебные препараты, Чатурведи не так давно намекал мне на взятку, думаю, что и у главного врача были свои секреты.

Начальство решило, что я собираюсь на них пожаловаться. А их человек в полиции сообщил им не совсем точную информацию о причине моего вызова, поэтому вышло такое недопонимание.

— Участковый врач-терапевт Диктиш, — ровным тоном ответил я.

Накал страстей в кабинете заведующего отделения моментально снизился. Они поняли, что я не собирался их засудить, обвинив в коррупции.

— Кратко введите в курс дела, доктор Сингх, пока полиция ещё не приехала, — обратился ко мне Шарма.

Я быстро обрисовал ситуацию, которая сегодня произошла. Главный врач и его заместитель с таким спокойствием слушали эту историю, словно ничего и не произошло. Их не особо волновало, что сегодня их сотрудник чуть не убил человека.

Видимо, потенциальная угроза обвинения в коррупции и дальнейшие судебные разбирательства их смутили гораздо больше, чем несостоявшееся покушение на жизнь пациента.

Лишь Шарма воспринял эту ситуацию предельно болезненно. Он в очередной раз был глубоко разочарован тем, что именно его подчиненный оказался втянут в эту историю.

Я внимательно отслеживал состояние сердечной чакры заведующего отделения. Как бы до сердечного приступа не дошло. Но это было частью его работы.

Да и мне самому было откровенно неприятно вести разговор на эту тему.

— Значит, Диктиш, — ухмыльнулся заместитель главного врача. — Он же не так давно работает у нас. Я как раз на больничном был, когда вы его устроили. Как вы вообще могли допустить, чтобы его взяли на работу?

Чатурведи нагло воспользовался неприятной ситуацией, чтобы ещё сильнее уколоть заведующего отделения. Но разве мог ли предположить Шарма, что до такой ситуации дойдет дело? Он ведь был обычным человеком, а не детектором лжи.

— Пусть полиция разбирается, — кратко подытожил главный врач, встав со стула. — Ну, а нам с Чатурведи пора отойти. У нас через тридцать минут будет конференция с министерством. Надеюсь, что вы решите вопрос с полицией, Шарма.

Заведующий отделения лишь молча кивнул. Его взгляд смотрел в одну точку, словно его жизнь разделилась на до и после. Эта новость стала для него сильным эмоциональным потрясением, чего не скажешь о главном враче и заместителе, которые со спокойной душой вышли из кабинета.

Мы остались наедине. Шарма не сразу этого заметил, но чуть позже поднял на меня свой уставший взгляд.

— Возвращайтесь на рабочее место, доктор. Думаю, что пациенты вас заждались, — тихо сказал заведующий отделения.

Но мог ли я бросить его в этой ситуации? Меня терзали сомнения на этот счет. Я ведь видел состояние его чакр. Мало ли что произойдет дальше. Инфаркт, инсульт, да что угодно! Состояние было предельно нестабильным.

— Давайте я вам измерю давление, — предложил я.

— В этом нет необходимости, я и сам чувствую, что оно у меня повышено, — хмыкнул он. — Сам измерю. Идите к пациентам.

Судя по всему, заведующему хотелось побыть одному. Я понимал его чувства, но всё таки продолжал переживать за состояние здоровья своего начальника.

— Хорошо, — ответил я. — Если вам станет плохо, то поставьте меня в известность. Я понимаю, что вы тоже врач, но мне тяжело вас видеть в таком состоянии.

Я встал со стула и направился в сторону выхода из кабинета.

— Через сколько должна приехать полиция? — внезапно обратился ко мне заведующий.

— Сказали, что через двадцать минут, — ответил я, посмотрев в телефон. — Но, видимо, они задерживаются, раз вас ещё не поставили в известность.

— Значит, будет время привести в себя в порядок, — подытожил Шарма и едва заметно улыбнулся. — Вы поступили правильно в этой ситуации, доктор Сингх. Но всё-таки стоило поставить меня в известность. Столько шума на ровном месте…

— В следующий раз так и поступлю, обещаю, — ответил я и вышел из кабинета.

Учитывая его состояние, вполне вероятно, что следующего раза не будет. Мне кажется, что эта ситуация окончательно добила моего заведующего.

Я слышал от главного врача, что он планировал увольняться. Не удивлюсь, если узнаю, что сегодня он напишет заявление.

Шарма был хорошим специалистом и человеком, хоть и списывал дорогостоящие препараты. Но на должность начальника он не годился.

Он слишком близко к сердцу воспринимал проблемы, исходившие со стороны его подчиненных. Заведующий считал свой коллектив своей второй семьей. Возможно, ему стоило оставаться рядовым сотрудником, чтобы не впутываться в дебри подобных неприятных разбирательств.

Мой кабинет был через стенку с заведующим отделения. Выйдя в коридор, я не обнаружил пациентов, которые ранее сидели в очереди. А куда они делись?

Вошел в свой кабинет. Сандхья быстро стучала клавиатурой, набирая текст. Вся в работе, только вот врача на приеме нет.

— А куда делись наши дорогие пациенты? — едва сдерживая улыбку, поинтересовался я. — Неужели всех вылечили?

— Вас долго не было. Чуть ли не до скандала в очереди стало доходить, — не отводя глаз от монитора, ответила медсестра. — Ваших пациентов забрал к себе доктор Верма.

Бахман. Решил вернуть свой должок за трудоустройство? Ближайший пациент записан через час, вполне возможно, что он придет чуть раньше. Но я всё равно хочу заглянуть к Бахману, посмотрим как у него обстоят дела.

— А, даже так! — усмехнулся я. — Молодец! Работает за двоих. Я отойду к нему, если пациент подойдет, то напишите мне сообщение на телефон.

— Да, конечно! — ответила Сандхья.

Я вышел из кабинета и зашел к Бахману. Далеко идти не пришлось. Мы были соседями. Ведь прошлым владельцем его участка был надоедливый Шьям. Вряд ли бы он стал за меня принимать моих пациентов.

— Стучаться не учили? — строгим тоном спросил Бахман, не отводя глаза от раздетого по пояс пациента.

— Нет, я в пещере родился и вырос. Дверей там не было, — пошутил я.

— А, доктор Сингх, — Бахман услышав мой голос, перевел взгляд на меня. — Прошу прощения. Просто уже устал от того, что пациенты входят без стука. Мне обещали ширму, а до сих пор не поставили.

Как же он без неё осматривает пациентов? Ладно, перед ним стоял обнаженный по пояс мужчина, ну, а если бы была молодая девушка? Всё-таки ширма должна быть в кабинете врача терапевта.

— Так она же вроде была здесь, — заметил я. — Куда она пропала?

— Да ко мне зашли два медбрата позавчера с выпученными глазами, сказали, мол, ширма намного нужнее дерматовенерологу. Приказ сверху. Спорить не стал…

Что за чепуха? У больницы не хватает ширмы для всех врачей? Или в чем проблема?

— Ну, дерматовенерологу она необходимо, но зачастую пациенты уже знают, чем этот врач занимается. Поэтому довольно редко заходят без стука, — отметил я.

Я понимаю, почему Бахман не стал спорить по этому поводу. Он в этой больнице работал без году неделя. Боялся вступать в какие-то конфронтации. Но я помогу своему товарищу решить этот вопрос.

Достаточно будет поговорить по этому поводу с заведующим отделения. Правда сегодня его лучше лишний раз не беспокоить по такому пустяку.

Отсутствие ширмы — это дискомфорт прежде всего для пациента, а не для врача. Я лично свой прием без неё не представляю, потому что хочу создать для пациента максимально комфортные условия для осмотра.

— Ну, не знаю, — ухмыльнулся Бахман. — Пока обхожусь без неё. Меня не сильно напрягает её отсутствие, но вчера девушка была на приеме. У неё прям паранойя какая-то была, что кто-то войдет в кабинет без разрешения. Дошло до абсурда, потому что она наотрез отказывалась снимать одежду. Пришлось закрываться в кабинете изнутри.

— Ну и дела! — посмеялся я. — Такие вот времена тяжелые. Безширменные. Кстати, спасибо, что приняли моих пациентов. День сегодня сумасшедший какой-то.

— Я наслышан. В больницу полиция приехала. Целый наряд. Уже все об этом сплетничают, — отозвался он. — Я как раз хотел вас позвать, чтобы посоветоваться с вами, доктор Сингх, по поводу пациента с вашего участка.

Я внимательно присмотрелся к мужчине, который стоял по пояс раздетым, напротив Бахмана.

Кожа пациента была предельно смуглая. Я не сразу обратил внимание, что его тело покрыто мелкой бледно-розовой сыпью.

— Очень интересно! — отметил я. — Анамнез уже успели собрать?

— Да, но пациент затрудняется ответить когда и при каких обстоятельствах его тело сыпью покрылось, — с досадой ответил Бахман. — Просит направить его к аллергологу.

— Я считаю, что нужно брать талончик к инфекционисту, — ответил я. — Температура есть?

— Нет, у меня не было температуры, — вмешался в разговор мужчина. — У меня отец аллергик. Даже до бронхиальной астмы дело дошло. Думаю, что генетика своё взяла, доктор!

Я внимательно присмотрелся к чакрам пациента. Источник болезни находился в регионарных лимфатических узлах. При аллергии они вполне могут увеличиваться, но моё чутье подсказывало, что дело было связано далеко не с ней. Это вирусное заболевание.

Жаль, что я не могу определять вирусы с помощью лекарского зрения в этом мире. Да даже бактерии, увы, я не мог увидеть. Что уж говорить про вирусы, которые могут быть меньше их в сотни раз.

— Какое ваше мнение, доктор Верма? — поинтересовался я, чтобы проверить его смекалку.

— Я полностью с вами согласен, доктор Сингх, — кивнул Бахман. — Мне кажется, что аллергией здесь и не пахнет.

Проводить дифференциальную диагностику по сыпи предельно сложно. Нужно иметь определенную насмотренность в этом деле. Ещё существенно осложняет диагностику то, что пациент затрудняется ответить когда и при каких обстоятельствах у него появилась эта сыпь.

А ведь очень много факторов, которые влияют на диагностику. Ведь эта сыпь может появляться постепенно, а может сразу покрыть всё тело. Много заболеваний, которые сопровождаются подобными симптомами.

От краснухи и скарлатины до энтеровирусной экзантемы и псевдотуберкулеза. И попробуй угадай! И ведь я даже не перечислил все заболевания, сопровождающиеся высыпаниями на теле.

Многие терапевты ставят предварительный диагноз, а позже направляют к инфекционисту на осмотр. Эти специалисты чаще всего работают с разными вирусными заболеваниями, поэтому без проблем могу определить с чем имеют дело.

Но Бахман, видимо, решил значительно усложнить себе жизнь. И самому определить с чем он имеет дело.

— Вы ещё не отправляли пациента на анализы? — поинтересовался я.

— Да ко мне пациент зашел буквально десять минут назад, — ответил он. — Я только успел собрать анамнез.

Общий анализ крови смог бы прояснить картину. Чаще всего фигурирует лимфоцитоз на фоне умеренной лейкопении и повышена скорость оседания эритроцитов. При аллергии будет совсем другая картина.

Но даже если у нас удастся определить, что это вирусное заболевание, это не сильно облегчит нашу задачу. Ведь придется проводить дифференциальную диагностику с другими вирусами.

— Вы уже успели внести результаты сбора анамнеза в компьютер? — поинтересовался я.

— Да, — поспешно ответил Бахман и встал со стула. — Садитесь.

Я сел за рабочее место своего товарища и принялся читать осмотр.

Так. Больной жаловался на интенсивную головную боль, бессонницу и выраженную слабость. Очень интересно получается. Если есть головная боль, то она должна быть чем-то обусловлена. При этом температура в норме.

Интересно, а Бахман оформлял по шаблону или действительно заставил пациента измерить температуру тела?

— Доктор, а вы пациенту градусник давали? — поинтересовался я.

— Нет, он сказал, что у него нет температуры, — пожал тот плечами. — Зачем?

Я перевел свой взгляд с коллеги на пациента. Мужчина стал внезапно кашлять.

— А легкие слушали? — допытывал я.

— Да, сухие хрипы там, — поспешно ответил Бахман.

Что тоже вполне сойдет за аллергию. Обычный симптом при аллергическом бронхите. Но уж очень сильно меня смущает эта сыпь.

— Дайте градусник, пациенту, — обратился я к медсестре Бахмана.

— Я уже тороплюсь, доктор, — внезапно занервничал пациент. — На работу опаздываю. Может, вы мне пропишите какие-нибудь лекарства?

Хм. Что-то история начинает обрастать интересными деталями.

— Это не займет много времени, — я обратил внимание, что рубашка пациента была влажной.

Да, климат у нас довольной жаркий. Но местные привыкли к нему, поэтому такого обильного потоотделения на ровном месте быть не может.

Медсестра встала с своего рабочего места и поднесла градусник пациенту. Мужчин замешкался.

Что-то было явно нечисто в этой истории. Эх, Бахман…

Глава 20

— Я тороплюсь, — повторил пациент. — На работу опаздываю. Больничный мне не нужен! Просто назначьте мне лечение, чтобы эта сыпь прошла.

Неудивительно, что Бахман ничего не понял. Его обманули. Самым наглым образом.

Мой коллега мог без труда поставить предварительный диагноз, направить на все необходимые инструментальные и лабораторные исследования, чтобы подтвердить свои догадки.

Но что делать молодому специалисту, если пациент его пытается обмануть? А ведь этот мужчина именно этим и занимался.

Пациент скрыл от Бахмана, что у него была температура. Активно ему пытался навязать мысль, что у него отягощенный аллергический анамнез.

Только пациент не учел один момент. Бахман был невероятным перфекционистом. Он не назначит лечение, если не будет уверен в том, что предварительный диагноз верный.

Именно по этой причине мой товарищ решил посоветоваться со мной, а не отпускать больного на все четыре стороны. Верное решение, Бахман: если в чем-то не уверен, то лучше посоветоваться с более опытным коллегой.

— Не переживайте, — я обратился к пациенту с едва заметной улыбкой. — Это не займет много времени. Мы вам распечатаем осмотр, что вы были на приеме у нас в больнице. Заверим печатями. Думаю, что работодатель пойдет вам на уступки.

— У меня натянутые отношения с начальником, доктор, — попытался выкрутиться пациент. — Если я опоздаю, то он обещал мне снизить заработную плату в этом месяце…

Я был уверен, что меня тоже сейчас пытались обмануть. Мотивация мне была предельно ясна. Пациент не хочет выходить на больничный.

Я бы согласился пойти ему на уступки, но ведь он явно болел вирусным заболеванием. А значит может заразить других людей. И у меня уже был предварительный диагноз в голове.

Это заболевание очень опасно для беременных женщин. Кем я буду, если не посажу его на больничный?

— Нам необходимо проверить вашу температуру, — настоял я. — Вы разве не знали, что в Мумбаи сейчас много больных краснухой?

Я озвучил предварительный диагноз. Пациент занервничал. Бахман искренне удивился, ведь никакой эпидемии в городе не было.

Мой коллега хотел уточнить у меня подробности по этому поводу, ведь он об этом слышал впервые. Но я успел суровым взглядом остановиться своего товарища, чтобы он не вмешивался в мою игру.

Ведь я пытался вывести пациента на чистую воду. А Бахман мог мне очень сильно помешать. Благо, что он понял меня без слов.

— Краснуха? — наигранно удивился пациент. — Надеюсь, что у меня её нет.

— Вас ведь направили с работы к нам? — я пристально посмотрел в глаза больного.

Пациент был искренне удивлен, что мне известна эта информация. Это было всего лишь моим предположением, но оно оказалось верным.

Не так много людей умеет успешно обманывать. А когда ты видишь чакры человека, то обмануть тебя становится вдвойне тяжелее.

— Да, меня направили с работы, — недовольным тоном признался пациент. — Они думают, что я чем то болею, но ведь у меня просто аллергия!

— А почему вы мне об этом не сообщили? — вмешался в разговор Бахман. — У вас же должно быть направление с собой от фельдшера.

Пациент понял, что его вывели на чистую воду. Достал из своей сумки направление и передал нам в руки.

Предварительным диагнозом была краснуха. Направил действительно фельдшер с просьбой провести консультацию у инфекциониста.

— Думаю, что уже пять минут прошло, — обратился я к пациенту. — Давайте посмотрим, что там у вас с температурой.

— Да там ничего не будет, — ответил пациент и передал мне градусник.

Температура тридцать семь и три. Небольшая, но всё-таки есть.

— А говорили, что нет, — ухмыльнулся я. — Субфебрильная температура.

— Как такое возможно? — искренне удивился пациент. — Я ведь выпил таблетки.

— У вас активный воспалительный процесс. Он плохо купируется жаропонижающими препаратами. Очень часто пациенты, желающие получить больничный, говорят, что они выпили накануне таблетку от температуры. Но если человек действительно болеет, то зачастую получается опустить до субфебрильных значений.

Субфебрильная температура — это незначительное повышение температуры тела от тридцати семи и одного до тридцати восьми.

— Вы отправите меня на больничный? — с досадой поинтересовался мужчина.

— А почему вы не хотите посидеть дома? — спросил я у пациента. — Ведь вы явно себя плохо чувствуете, а всё равно ходите в таком состоянии идти работать.

— Дело в том, доктор, что я неофициально трудоустроен. У меня есть определенного рода проблемы… — мужчина серьезно задумался. — Личного характера, о которых мне не хочется говорить. Мне нет смысла сидеть на больничном. И на какой срок вы мне планируете его открыть?

— Минимальное количество — это пять дней. Но вполне возможно, что больничный может растянуться до двух недель.

— Очень жаль, но, видимо, не судьба мне в этом месяце поработать.

— У вас есть дети? — поинтересовался я.

— Да, только они уже взрослые.

— Заболевание, которым вы болеете, очень опасно для беременных женщин. Воздействия краснухи на плод крайне пагубно. Там целый букет заболеваний при рождении. От врожденных пороков сердца до слабоумия. Поэтому вам лучше пять дней побыть на изоляции. Обычно к этому времени сыпь сходит на нет. Думаю, что если всё пройдет без осложнений, то мы выпишем вас на седьмой день.

— Очень на это надеюсь! — согласился пациент. — А что по поводу лечения?

— Специфической терапии нет. Только симптоматическое лечение. Повысилась температура? Выпьете жаропонижающий препарат. Головная боль и слабость? Любой противовоспалительный препарат и постельный режим. Но мы вас направим к инфекционисту, а он уже вам всё подробно объяснит.

— Извините, что обманул вас.

— Не стоит, — я махнул рукой. — Вы ведь всё таки признались и дали нам ваше направление от фельдшера. Поэтому спуститесь к инфекционисту и придерживайтесь назначений, которые он вам даст.

Я передал пациенту направление, и он вышел из кабинета.

— Теперь я каждого буду заставлять измерять температуру, — строгим тоном заявил Бахман. — Обманул меня и глазом не моргнул.

— А как ты ему умудрился поверить? — усмехнувшись, поинтересовался я. — Мне кажется, сразу видно, что эта сыпь вирусного происхождения. Правда ещё нужно подумать с каким заболеванием это связано. Корь, краснуха, скарлатина… Может быть что угодно!

— Да он с порога сказал, что ему больничный не нужен. Как-то расположил меня к себе этой информацией, — пожал плечами Бахман. — Просто обычно врут пациенты, которым нужно получить лист нетрудоспособности.

— Теперь мне всё понятно. Даже если пациенту не нужен больничный, то он всё равно может скрыть от врача информацию, которая ему поможет в постановке диагноза. Ведь они идентичном образом могут получать липовые справки от тебя. Больничный лист им же не нужен. Поэтому будь в следующий раз внимательнее, Бахман.

— Да я сразу понял, что у него краснуха, — признался терапевт. — Просто сегодня пациентов так много было. Уже голова кругом пошла, а тут он зашел! Начал мне рассказывать про аллергию, что я уже засомневался в правильности своего решения.

— Я тебя прекрасно понимаю. Хорошо, что ты решил не спешить и посоветоваться со мной. В общем, я уже вернулся на рабочее место. Никуда больше не планирую отходить, поэтому своих пациентов буду принимать самостоятельно. Спасибо, что меня подстраховал. А то много времени уже прошло.

— Рад помочь, Аджай. Думаю, что если бы я попал в такую же ситуацию, то ты бы тоже меня подстраховал.

— Конечно.

Я вернулся на рабочее место. В очереди ко мне уже сидели три человека. А сколько там у меня ещё по записи? Десять человек. Бахман хорошо потрудился. Пятнадцать человек от меня принял. А ведь он ещё и своих пациентов вел.

Хорошо, что у меня получилось его к себе трудоустроить. Теперь я могу быть уверен, что мои пациенты без присмотра не останутся. Бахман всегда подстрахует, но, разумеется, я не планирую этим злоупотреблять.

Всё таки мне самому хочется вести прием.

Внезапно мне пришло сообщение на телефон от заведующего отделения. Шарма мне напомнил, что у меня сегодня ночное дежурство.

* * *

Я посмотрел на настенные часы. Было одиннадцать часов ночи.

Дежурство было предельно спокойным. Словно в больнице ничего не происходило. Учитывая мой опыт, мне уже должны были позвонить, чтобы я спустился в приемное отделение.

Видимо, всех вылечили. Или фельдшер в приемном спокойно справляется без меня.

Я решил, что не стоит зря терять время. Зачем заниматься оформлением инвалидностей днем, если этим можно заняться на ночном дежурстве?

Работа ночью мне приносила двойную выгоду. Многие врачи не любят оформлять инвалидности, поэтому они часто готовы переложить ответственность с себя на кого-то другого за небольшую сумму.

Одна инвалидность — четыре тысячи рупий. Я писал их очень быстро, поэтому позаимствовал у других врачей, которым было лень этим заниматься.

Никакой коррупции. Я ведь выполнял чужую работу и брал деньги со своих коллег, а не пациентов.

За четыре часа у меня получилось не спеша написать две инвалидность. А это восемь тысяч рупий. Ещё сверху зарплата должна прийти. Финансовый вопрос у меня был, наконец, закрыт.

Я полностью погрузился в расчеты… А сколько у меня получится заработать за этот месяц? Зарплата, ночные дежурства, оформления инвалидностей других врачей. Должно выйти в районе ста пятидесяти тысяч рупий.

Мои размышления были прерваны внезапным стуком в дверь. Только размечтался, а меня уже хотят отвлечь от инвалидностей.

Дверь открылась… Я ожидал увидеть кого угодно, но только не его. Да и встретиться с ним на ночном дежурстве было вдвойне необычно.

На пороге стоял мой бывший коллега — Шьям.

— Мц, — услышал я знакомое цоканье языком. — Давно не виделись, Аджай!

— Привет, а что ты здесь забыл? — поинтересовался я.

— Вижу, что ты не особо рад меня видеть, — усмехнулся тучный терапевт и сел на стул, который жалобно заскрипел под его весом.

— Да дело не в этом, — покачал головой я. — Просто ты ведь у нас уже не работаешь.

— Мц, так я же всех здесь знаю. Это ты здесь работаешь чуть больше месяца. А я здесь ни один год отпахал, — пояснил Шьям. — Пустили меня врачи по старой дружбе. У меня мать лежит в отделении эндокринологии. Может я уже рассказывал, что у неё сахарный диабет. Приходил её проведать и тебя решил навестить заодно. Мне сказали, что ты сейчас дежуришь. Мне так часто дежурства не давали. Видимо, Шарма тебе очень сильно ценит.

— К чему ты это говоришь? — я пристально посмотрел в глаза бывшему коллеге.

— Мц, Аджай, ты же знаешь, что у меня очень специфическое чувство юмора. Просто мысли вслух. Расслабься. Чем занимаешься? — Шьям встал со стула и подошел к моему рабочему месту. — Инвалидности пишешь… Мц, нудное занятие.

— Ты мне мешаешь, Шьям, — я тяжело вздохнул.

— Аджай, а ты помнишь про проклятие своего кабинета? — тучный терапевт меня словно не слышал.

— Да, помню, — усмехнулся я. — Но ведь ты мне просто врал! Хотел, чтобы я уволился по собственному желанию.

— Мц, ну не начинай, — махнул рукой тучный терапевт. — В этой больнице действительно происходят паранормальные явления. С твоим кабинетом я немного приукрасил, каюсь.

— К чему ты клонишь? — нетерпеливо поинтересовался я.

— Есть одно отделение, в котором по ночам происходит настоящая чертовщина! — серьезным тоном заявил Шьям. — Может, тебе доводилось что-нибудь слышать про патологоанатомическое отделение?

Как же он надоел. Вроде уволился, а до сих пор встревает в мою жизнь, как рабья кость в горло. Опять какую-то чепуху мне рассказывает про проклятия, которых не существует. Только какая мотивация им движет на этот раз?

— Ну, и что там происходит?

— Мц, вижу, что заинтриговал, — Шьям коварно улыбнулся. — Ты, видимо, сегодня не хочешь спать, Аджай? Потому что я, когда про это услышал, даже дома не смог заснуть.

— Нет, мне просто интересно, а какую байку ты выдумал на этот раз, — я захохотал. — Так что там происходит? Покойники оживают?

— Значит… Ты уже слышал об этом, — наигранно удивился Шьям. — Да, по ночам мертвецы бродят по моргу.

— Тебе стоило придумать более правдоподобную басню, дружище. Я ведь пошутил!

— А мне не до шуток, Аджай. Если у тебя есть время, то сам можешь в этом убедиться.

— Всё, давай ты не будешь меня отвлекать от работы? — я сурово посмотрел бывшему коллеге в глаза. — У меня свои планы на ночное дежурство, а ты мне очень сильно мешаешь.

— Стало страшно? — усмехнулся Шьям. — Мне это тоже напугало в своё время, благо, что нам ничего не угрожает. Ведь морг находится на приличном расстоянии от основного корпуса больницы.

— Всё, иди занимайся своими делами! Пришел навестить маму? Иди! А я буду писать инвалидности.

— Мц, ладно! — ответил Шьям и вышел из кабинета.

Я бы прогнал его значительно раньше, но мой бывшей коллега был по-своему забавным, местами смешным. Правда его шутки очень быстро надоедают.

Прошло два часа. За это время я успел оформить ещё одну инвалидность. Плюс четыре тысячи рупий.

Я глянул на настенные часы. Час ночи. Немного начало клонить в сон. С приемного отделения меня не вызывали. Видимо, это дежурство пройдет без происшествий.

Стоило мне об этом подумать, как начал звонить рабочий телефон. Я поднял трубку.

— Здравствуйте! — обратился ко мне высокий мужской голос. — Я же верно попал? Это дежурный терапевт?

— Да, слушаю вас, — я прикрыл рот рукой, чтобы собеседник не услышал как я зеваю.

— Это вас беспокоит врач-патологоанатом. У нас тут младшему медицинскому сотруднику стало плохо. Подойдете?

Очень странное совпадение. Неужели Шьям опять что-то задумал? Он ведь два часа назад мне рассказывал про паранормальные явления, которые происходят в патологоанатомическом отделении.

Но, увы, делать нечего. Нужно идти, ведь меня вызывают. Да и сам врач представился патологоанатомом. Не думаю, что это какая-то шутка. Но было очень странное предчувствие, что мне доведется ещё увидеться со Шьямом.

— Хорошо, скоро буду, — ответил я и положил трубку.

Убрав халат в сумку, я вышел из кабинета заведующего стационара и закрыл дверь. Зайдя в лифт, спустился на первый этаж.

Выйдя на улицу, я направился в сторону морга. По пути туда я наткнулся на Шьяма. Кто бы мог подумать!

— Я даже не удивлен, что встретил тебя здесь, — обратился я к тучному коллеге. — Что ты здесь делаешь?

— Мц, у меня тот же вопрос к тебе, Аджай, — ответил Шьям и сделал глубокую затяжку, а потом раскашлялся во весь голос.

— Курение ведь запрещено на территории больницы, — строгим тоном отметил я.

— Мц, да хватит читать мне нотации, все врачи сюда выходят курить.

Зря он, конечно, курит. Учитывая лишний вес, отягощенный анамнез по сахарному диабету, а тут ещё и такая вредная привычка. Шьям же был врачом и должен знать о всех потенциальных последствиях для своего здоровья.

Ведь в лет сорок у него уже начнутся крупные проблемы с сосудами на ногах. А там и до ампутации рукой подать, тем более, если у него, как и у его матери появится сахарный диабет.

— Вопрос остается прежним. Что ты задумал?

— Да я только от мамы вышел. Решил выйти подышать свежим воздухом.

— Меня вызвали в морг, думаю, что ты пойдешь со мной. Заодно проверим насколько твои истории правдивы.

— В морг⁈ — не на шутку удивился Шьям. — Я туда не пойду.

— Ещё как пойдешь, — строгим тоном заявил я. — Ты опять ведь какую-нибудь чепуху для меня придумал.

— У тебя паранойя, Аджай, — попытался оправдаться Шьям.

— Нет, мы пойдем и проверим вместе. Ты ведь пришел в больницу по старому знакомству, так и в морг я тебя проведу. Если это очередная твоя проделка, то будешь разгребать сам.

Шьяма начало трясти, а голос запинаться. Я тонко уловил по аурам его чакр, что он испытывает страх. Но чего Шьям боится?

Спорить он со мной не стал, но идти явно туда не хотел. Время узнать насколько правдивы его истории. Может, нам действительно удастся увидеть бродячих покойников?

Глава 21

Я и Шьям вышли на тропинку, ведущую к моргу. Была ночь, но очертания здания уже можно было разглядеть. Мы почти дошли.

Мой спутник нехотя шёл позади меня. Причина была предельно понятна. Ему было страшно. Только я до сих пор не понимал, что его именно пугало.

Моё разоблачение очередной проделки с его стороны или настоящий страх перед ожившими мертвецами в ночную смену, о которых он мне рассказывал ранее.

— П-п-подожди, Аджай, — заикаясь, обратился ко мне Шьям. — Клянусь, что я к этому не причастен.

Джоши всеми силами пытался избежать совместного похода в морг. Теперь я окончательно убедился, что он не врал. Но назад уже пути не было. У меня была навязчивая идея взять его с собой. На все его подставы, которые он совершил ранее, ещё одно небольшое наказание точно лишним не будет.

— Расслабься, Шьям, — усмехнулся я. — Мы сейчас вместе убедимся, что твоя история — очередная выдумка.

Тучный терапевт понял, что меня не переубедить, поэтому молча поплелся со мной, больше не пытаясь настоять на своем решении.

Наконец, мы дошли. Открыв дверь, мы начали спускаться в подвал. В воздухе витал едва уловимый запах формалина, потрескивала люминесцентная лампа.

— Тебе доводилось здесь бывать ранее? — обратился я к своему спутнику. — В какую нам сторону?

— Ты меня спрашиваешь⁈ — чуть ли не переходя на крик, развел руками Шьям. — Мне хватило услышать жутких историй про этот морг, чтобы сюда не ходить.

Ладно. Джоши здесь впервые как и я. Столько коридоров… Интересно, а где все врачи?

Шьям нервно оглядывался по сторонам, словно пытался заранее увидеть потенциальную угрозу для себя со стороны ожившего мертвеца. Но никого не было.

Внезапно я услышал из одного коридора шорканье подошвы по полу. Кто-то приближается. Тучный терапевт едва сдерживался, чтобы не сбежать из морга.

К нам приближался пожилой мужчина в белом халате.

— Кто вы такие? — эхом донесся его вопрос.

Может, его смутило, что нас было двое. Ведь Шьям не был в халате. Вполне возможно, что врач-патологоанатом подумал, что я привел пациента на медицинское освидетельствование.

— Я — доктор Сингх, вы меня вызывали.

— Какой-то он бледный… — дрожащим голосом прошептал Шьям. — Словно вампир!

Приблизившийся к нам медицинский сотрудник действительно имел достаточно светлый оттенок кожи. Но стоит учесть неестественное освещение в помещение.

Врач внимательно осмотрел Шьяма с ног до головы, больше всего времени он уделил лицу.

— А вы кто такой? — обратился он к тучному терапевту.

— Тоже медицинский сотрудник, но он пришел со мной за компанию, — пояснил я. — Мне поступил звонок из морга, что одному из сотрудников стало плохо. Что случилось?

— Пойдемте со мной, я всё покажу, — махнул рукой патологоанатом.

Ко мне не возникло каких-либо вопросов, потому что надел медицинский халат на входе в морг. Шьяма же восприняли как пациента. Скорее всего врач пытался найти на его лице побои.

Ведь патологоанатомы не только вскрывают трупы, но и могут проводить медицинское освидетельствование по поводу телесных повреждений.

В целом с этой профессией связано очень много стереотипов. Многие люди грубо называют их мясниками, хотя вскрытие трупа занимает наименьшее количество времени в их трудовой практике.

Такие неприятные слова в адрес этой врачебной касты можно услышать даже от врачей других специальностей.

Хотя не все патологоанатомы занимаются вскрытием трупов. Многие из них работают исключительно с образцами тканей, взятыми после оперативного вмешательства.

Другие работают, не выходя из дома, анализируя гистологические стекла, которые им присылают в готовом виде по интернету.

Проще говоря, патологоанатомы бывают разные. Но большая часть работы отведена всё-таки работе с микроскопом.

Если у вас была операция, например, удаление аппендицита. То часть вашего червеобразного отростка попадет в руки патологоанатома. Он подготовит препарат, перенесет его на гистологическое стекло, а позже изучит на микроскопе.

Зачем это нужно? Чтобы установить точный диагноз, но наибольшее значение имеет — это исключение онкологического процесса. Если патологоанатом не сможет его обнаружить, то человек не получит необходимое лечение.

Специальность очень тесна связана с онкологией как наукой. Именно от правильного описания результата будет зависеть эффективность назначенного лечения от врача онколога.

Мы прошли в помещение, где находились трупы. Я увидел на полу лежащего без сознания человека.

— Надеюсь, вы взяли с собой нашатырный спирт? — хриплым голосом спросил патологоанатом. — Он потерял сознание. С ним всё в порядке. Мы уже убедились в этом. Но меня смутило, что его вообще не получается разбудить.

— Странно, что у вас в морге его нет, всё таки разное может произойти, — я усмехнулся, глянув на бледного Шьяма.

— Закончился, — развел руками врач. — Мы им не так уж часто пользуемся, но так вот вышло. Но вас всё равно позвали. Мало ли, вдруг у него сотрясение головного мозга будет.

— А чего он в обморок упал? — поинтересовался я.

— Не имею понятия, — поспешно ответил мне патологоанатом. — Вроде уже два месяца у нас работает. Должен был привыкнуть к мёртвым.

Внезапно со стороны трупа раздался тихий стон. Шьям крепко держался, но этого он выдержать не смог. Услышав стон, он молниеносно выскочил из помещения, побежав в сторону выхода.

— Вы куда, доктор? — спокойным тоном спросил врач, но тучный терапевт его уже не слышал.

Теперь я понял почему Шьям не хотел идти со мной. Дело было не в том, что он решил меня в очередной раз подставить. Он испугался. А страх его был вызван банальным незнанием того, что происходит с телом человека после смерти.

Газы в брюшной полости приподняли диафрагму, у трупа сдавливаются легкие и из них выходят остатки воздуха. Всё довольно просто.

Сам же сочинил эти басни про оживающих по ночам мертвецов, сам же в них и поверил. Всё таки Шьям был очень забавным.

Только теперь я наверняка уверен, что он не пытался меня в очередной раз подставить. Просто стечение обстоятельств.

Я достал флакон нашатырного спирта и поднес к носу медбрата. Реакция последовала незамедлительно.

Молодой сотрудник быстро вышел из этого состояния.

— Как вы себя чувствуете? — поинтересовался я, отслеживая состояния его чакр.

— Затылок болит, — ответил медбрат.

Намека на черепно-мозговую травму у него не было. Но шишка на затылке обязательно появится.

— Как вы умудрились упасть? — поинтересовался я. — Полы были влажные?

— Нет, нет, этот труп… Он двигал рукой.

— А что вас смутило? — едва сдерживая улыбку, поинтересовался я. — Был мышечный спазм. Из-за процесса разложения он постепенно сошел на нет. Вот поэтому вам и показалось, что труп начал шевелиться. Он ещё и стонал несколько минут назад.

— Это мне доводилось слышать уже… И не один раз, — признался медбрат. — Но вот движения со стороны трупа вижу впервые.

Патологоанатом громко расхохотался.

— Напугал ты нас всех. Обморок длится от силы две минуты, а ты минимум двадцать минут пролежал.

— Эм, я просто не спал несколько суток, — растерянно ответил медбрат.

— Теперь всё понятно, крепко же ты спишь, сынок, — кивнул головой пожилой врач. — Вы у нас оставите один флакончик?

— Да, конечно, — ответил я, протягивая нашатырный спирт.

Мне он не нужен, а им пригодится. Мало ли опять кто-нибудь в обморок упадет.

— Можешь пойти немного поспать, — предложил патологоанатом медбрату. — Мне сегодня твоя помощь не нужна. Сам всё сделаю.

— Вы серьезно? — искренне удивился парень.

— Да, я привык работать один, иди.

Мы остались наедине с патологоанатомом.

— Не хотите побыть моим ассистентом на вскрытии? — с улыбкой поинтересовался врач.

— С удовольствием, но, увы, я сам сейчас нахожусь на дежурстве, — ответил я. — А почему вы отпустили медбрата, если вам нужна помощь?

— Он хороший парень. Одновременно учится и подрабатывает у нас в ночные смены. Совсем не спит, а сон очень важен в его возрасте. Иначе информация в голове не уляжется.

— Жаль, что ему не удается всё своё время посвятить учебе.

— И не говорите, доктор, — согласился патологоанатом. — Он ведь планирует стать врачом. Мне кажется, что нужно выбирать что-то одно из двух.

Я пристально посмотрел в глаза пожилого патологоанатома. Думаю, что уловил его мысль, но всё таки ещё был не до конца уверен в этом.

— Что вы имеете ввиду?

— Если человек решил стать врачом, то он должен полностью посвятить себя изучению этой науки. Каждый для себя выбирает, что ему нужно в этой жизни. Либо учиться, либо работать.

— Я с вами согласен, но лишь отчасти, — я серьезно задумался.

— Ну, а какой из него выйдет врач, если ночью он работает? У него совсем нет времени, чтобы учиться. Он просто посещает занятия, оценки оставляют желать лучшего. Было бы лучше, если он просто уволился.

— Я думаю, что у него есть необходимость в работе и дополнительном заработке. Ведь он работает в медицинском учреждении, а не кассиром в каком-нибудь супермаркете. Разве вы сами не посещали дежурства, когда были студентом?

— Посещал, — с досадой произнес патологоанатом. — Но если бы у меня была возможность вернуться в прошлое, то я не стал бы тратить на это время. Ведь когда ты уже закончил обучение, у тебя нет времени, чтобы учить то, что ты не успел освоить в студенческие годы. У многих к этому времени появляется семья и новые заботы, а заставить себя углубляться в медицину… Для этого нужно по-настоящему её любить.

— У вас есть семья? — я пристально посмотрел в глаза патологоанатому.

— Увы, нет. Моя любовь к медицине оказалось гораздо сильнее. У меня банально не было на это времени.

— А чувствуете ли вы себя счастливым? — мне стало любопытно. С это проблемой сталкиваются многие специалисты.

— Да, — кивнул патологоанатом. — Если бы не эта любовь к медицине, то я никогда бы не решился стать патологоанатомом. Не зря же ведь её называют царицей медицинских наук.

Чтобы быть хорошим патологоанатом нужно углубленно разбираться во многих отраслях. Большая часть врачей выбирает себе узкую специализацию, которая концентрируется на определенной области человеческого тела.

Кардиолог занимается сердечно-сосудистой системой, невролог — нервной системой, гастроэнтеролог работает только с желудочно-кишечным трактом.

А патологоанатом должен разбираться во всем. Понимать как происходят все патологические процессы в организме. А для этого нужно очень много времени.

Этот старик по-настоящему любил свою работу. Поэтому с предвзятостью относился к медбрату, который мечтал стать врачом. Моё мнение было противоположным.

— Может, у этого медбрата не получится стать потрясающим хирургом или невероятным патологоанатомом, но он может стать хорошим специалистом по терапевтической специальности, — отметил я. — Надеюсь лишь, что ему хватит сил и терпения, чтобы преодолеть этот путь.

— Да, вы правы, доктор, терапевтическая специальность ему вполне подойдет, — согласился со мной патологоанатом.

Я был таким же как и этот врач в прошлой жизни. Всё своё свободное время я посвящал исключительно изучение медицины.

Ведь терапевт чем-то похож на патологоанатома с одним важным отличием. Мне нужно знать о всех заболеваниях, но достаточно быть осведомленным обо всем на поверхностном уровне.

Для патологоанатома же необходимы предельно углубленные знания. Ведь он не может отправить «пациента» к другому врачу. А я вполне могу отправить человека, например, к узкому специалисту. Иногда даже обязан это сделать.

Есть намек на серьезные проблемы с желудком? Запишу на прием к гастроэнтерологу. Вылезла паховая грыжа? Вот направление на консультацию к хирургу.

Мне нравилось работать с живыми людьми, поэтому я выбрал терапию. Потому что им ещё есть возможность помочь. Чего не скажешь про патологическую анатомию. Но мне эта наука очень нравилась в студенческие годы.

Мы ещё немного поговорили и я вернулся на дежурство. Остаток смены прошел без происшествий. Я дописал оставшуюся инвалидность и вернулся под утро домой. Стоило мне добраться до кровати, как Морфей утянул меня в своё царство сна.

* * *

Я открыл глаза и глянул на настенные часы. Шесть часов вечера. Немного перекусив, я решил прогуляться и подышать свежим воздухом.

Ближе к вечеру жара сходит на нет и уже становится комфортнее находиться на улице.

Ещё в голову постоянно лезли мысли о встречи с тем японцем, представившимся Кацураги. Видение… Неужели реки в Индии действительно так будут сильно загрязнены в будущем?

Я уже успел привыкнуть, что на улицах лежал мусор. Из-за большого количества населения его просто не успевали утилизировать.

А в Дхарави мусор вообще выступал неким фундаментом для домов людей. А ведь пластик не разлагается. В перспективе это принесет сильный вред для человеческого здоровья в будущем, тем более, если попадет в воду.

Мумбаи находился на берегу Аравийского моря. О какой реке шла речь в моем видении?

Я открыл телефон, чтобы уточнить этот момент. В самом городе действительно была река. Она начиналась из национального парка Санджая Ганди, в котором мы впервые познакомились с Чирандживи.

Больше поблизости рек я не обнаружил. Значит, время посмотреть, что происходит с рекой. В интернете было мало фотографий, связанных с рекой, поэтому я решил воспользоваться навигатором, чтобы найти её русло в самом городе.

Оценив расстояние, я понял, что вполне можно дойти пешком. Через тридцать минут я уже был на месте.

Представьте себе реку, которая вместо кристально чистой воды несет в себе мутный, зловонный поток. Именно так и выглядела река Пойсар.

Рядом с ней находиться было тяжело. Даже трудно представить, что здесь происходит днем. Жара и этот запах сведут с ума любого.

Река просто превратилась в свалку для пластиковых пакетов, бутылок, пищевых отходов и прочего мусора. Этот мусор не только уродовал пейзаж, но и блокирует течение. А это способствует застою воды и создает благоприятную среду для развития различных микроорганизмом.

Жаль, что я не могу их видеть. Хотелось бы узнать чем она потенциально опасно для людей.

Я был уверен, что здесь много патогенных кишечных палочек, но, может, было что-то ещё? Насколько всё плачевно?

Хоть мне и было неприятно находиться в этом месте, у меня возникло некое чувство, что мне здесь необходимо помедитировать. Очень странная мысль, внезапно возникшая в голове, не давала мне покоя. Я отдался власти своей интуиции.

Сдерживая отвращения от запаха, я сел рядом с рекой. Вдох, выдох. Неприятно, но не стоит на это отвлекаться. Полная концентрация.

Я просидел целый час, полностью сконцентрировавшись на том, чтобы понять эту реку. Словно пытался оценить состояние здоровья человека. Только моим пациентом была в этот раз река.

И я стал видеть. Абсолютно всё. Для меня это было столь неожиданно, что я несколько минут даже не мог поверить своим глазам.

Но моя радость быстро закончилась. Потому что я увидел ужасную правду.

Река, некогда полная жизни, теперь почти лишена рыбы и других водных обитателей. Загрязнение уничтожает экосистему, нарушая естественный баланс.

Мне очень нравилась микробиология в студенческие годы, поэтому я без проблем смог определить возбудителей самых разнообразных заболеваний. И дело не ограничивалось только кишечными инфекциями.

Холера, брюшной тиф, паратифы А и Б, шигеллёз, эшерихиозы, вирусный гепатит А, полиомиелит, энтеровирусные инфекции Коксаки и множество других различных кишечных инфекции.

Всё оказалось гораздо хуже, чем я думал. Можно ли обратить вспять это загрязнение? Ведь эта река вела в Аравийское море… И это становилось проблемой не только Индии, но и других стран.

Потребуется гораздо больше времени, чтобы загрязнить целое море, но это — вопрос десяти-двадцати лет, учитывая количество населения.

Меня отвлёк от размышлений телефонный звонок. Номер был неизвестный. Я всегда поднимал трубку, потому что это мог беспокоить мой пациент, ранее бывший у меня на приеме.

— Здравствуйте. Это Доктор Сингх? — обратился ко мне знакомый мужской голос.

— Да, — поспешно ответил я.

— Вы спасли мне жизнь. Я даже не знаю как вас отблагодарить…

Кто это? Что-то я не припомню, что за последние две недели спасал кому-то жизнь. Вроде как, тяжёлых случаев не было…

Так, стоп. Неужели это ТОТ САМЫЙ пациент?

Глава 22

— Извините, но вашего номера у меня не было. Напомните при каких обстоятельствах мне удалось вам помочь? — поинтересовался я.

У меня уже было предположение, что мне звонил тот самый журналист, которого направили на противопоказанную ему вакцинацию. Но я решил, что стоит уточнить этот момент. Может, мне позвонил другой пациент с похожим голосом.

Когда ты работаешь с большим количеством людей, то легко допустить путанницу. У меня хорошая память на лица, но всё таки телефон не совсем идеально передает голос человека в реальной жизни.

— У меня после прививки возник отёк Квинке. Вы мне помогли прийти в себя. Ещё вы вызвали полицию, потому что заподозрили вашего коллегу в покушении на мою жизнь. Вспомнили? — спросил журналист.

— Да, теперь припоминаю. Как сейчас ваше самочувствие?

— У меня всё хорошо. А вы сейчас работаете? Мне хотелось бы с вами увидеться… Чтобы вас лично отблагодарить.

— Мне достаточно знать, что у вас всё в порядке, — поспешно ответил я. — Дополнительная благодарность с вашей стороны мне не нужна.

Вполне возможно, что он хотел мне дать какое-то финансовое вознаграждение за то, что я спас его жизнь. Неважно в какой форме, но меня это совсем не интересовало.

— Я думаю, что мы сможем с вами найти компромисс, — внезапно заявил собеседник. — Но мне кажется, что лучше это обсудить в реальной жизни.

— Хорошо, где вам будет удобнее встретиться?

Мы договорились увидеться недалеко от места, где я ранее медитировал. Журналист предупредил меня, что он может задержаться на десять-двадцать минут.

Я пошел в сторону заведения, где мы должны были встретиться. Моё внимание стали привлекать окружающие меня люди. Медитация около реки оказалась куда более продуктивной, чем я мог изначально предположить.

Впереди меня шел мужчина. Я обратил пристальное внимание на его ноги. Онихомикоз? Проще говоря, грибковое поражение ногтей. У меня даже появилась возможность определить конкретный вид.

Это ведь можно использовать в будущем! Я смогу подобрать более точное лечение, даже без уточняющих анализов.

Я повернул голову на пожилую женщину. Вижу себорейный дерматит, вызванный избыточным количеством дрожжеподобных липофильных грибов.

Обратил внимание на другого прохожего. Запущенный кариес. Уже началась деминерализация эмали под воздействием кислотообразующих стрептококков.

На встречу шёл мужчина. Вот у него активно размножаются бактерии Хеликобактер пилори, которые в перспективе приведут его к язвенной болезни желудка. Заразился он недавно.

Мои силы радикальном образом изменились. Теперь я не только видел пораженный орган и изменения в нем, но и микроорганизмы, которые стали причиной заболевания.

Правильный образ жизни с регулярными медитациями, посещение мест силы, экономия сил вывели меня на совсем новый уровень понимания лекарской системы в этом мире.

Сказать, что я был рад — ничего не сказать. Такими силами я не владел даже в прошлой жизни. Всё было ограничено лишь патологиями в пораженном органе. Микроорганизмы, которые стали причиной заболевания, мне не доводилось видеть.

Кажется, я знаю с чем это было связано. Ведь эти невидимые для человеческого зрения организмы тоже были живыми.

Среди прохожих я увидел знакомое лицо. Это был тот самый журналист. Мы шли навстречу друг другу.

— Добрый день, доктор Сингх, — обратился ко мне мужчина. — Рад, что вы согласились на встречу.

— Здравствуйте! Правда я до сих пор не понимаю к чему эта встреча в реальной жизни?

А ведь действительно зачем, если мы могли всё обсудить по телефону? У меня было предположение, что он хотел мне дать взятку. Всё таки это — не совсем телефонный разговор. Хотя я ясно дал понять, что меня это предложение не интересует.

— Дело в том, что я очень надеюсь на содействие с вашей стороны, — заговорщически произнес журналист.

— На что вы намекаете? — я пристально посмотрел в глаза собеседнику.

— Я хочу написать статью по поводу вашей больницы. Об этом инциденте, коррупции. Думаю, что вы, как честный человек, мне поможете в этом деле.

Что⁈ Статью-разоблачение? А какая у меня в этом должна быть заинтересованность? Коррупцией поражена вся система здравоохранения Индии. Ведь на место одних взяточников придут другие. Возможно, что те, кто уже спокойно закроет глаза на проблемы простых людей.

Да, это не повод с ней не бороться, но в моей клинике всё было относительно прилично. С заведующим отделения я всё досконально обсудил, что больше списывания дорогостоящих препаратов не произойдет.

У меня ведь была возможность всё проверить. Мой заведующий отделения списывал препараты, но при этом пациенты не были обделены всем необходимым. Не говоря уже о том, что мы получаем лучшие фармакологические препараты из Японии.

Даже не знаю в каких коррупционных схемах замешан главный врач и его заместитель. Я ничего не знаю о том, где и при каких обстоятельствах они отмывают деньги. Да и вообще занимаются ли они этим?

Единственный человек, которого я действительно мог подставить — это своего заведующего отделения. Но мы уже с ним всё обсудили, было бы странно, если я сейчас всё рассказал этому журналисту.

— Чего вы хотите этим добиться? — спросил я.

— Не поймите меня неправильно, доктор Сингх, но я был в шоке, когда узнал, что меня пытались убить. Ведь человек, решивший стать врачом, должен уважать здоровье и жизнь других людей. Это настоящая сенсация!

— А почему вы решили, что мне что-то известно о коррупции в больнице?

— Я узнал, что вы были заведующим отделения. Вполне возможно, что вам что-то известно. Ведь всё произошедшее — эта вина вашего руководителя, нынешнего заведующего отделения.

— Я прекрасно понимаю ваши чувства, — я положил руку на плечо журналисту. — Извините за бестактность, но если бы вы видели лицо заведующего, когда он об этом узнал, то у вас бы не возникло желания писать на него статью в одну из самых популярных газет Индии. Он был глубоко потрясен из-за этого инцидента. Мне даже слов не хватит, чтобы описать его руководительские качества и человеколюбие. Вы сейчас просто перегибаете палку.

Журналист серьезно задумался. Мои слова произвели на него сильное впечатление. Отчасти его понять можно. Жена изменяла с начальником, предала все его светлые чувства, так ещё и пытались его убить.

А крайними почему то осталось руководство моей больницы. Очень странная логическая цепочка, которую мне было тяжело понять.

Хорошо, что я решился с ним встретиться. Нужно направить его в более позитивное русло. Ведь в нашей больнице много замечательных врачей, современное оборудование, качественные лекарственные препараты одной из лучших фармакологических компаний в мире.

Статья на моё начальство не решит его проблемы, которые обвалились на его голову, как гнилая крыша. Он просто пытался слить свой негатив, а причастность медицинского сотрудника было хорошим поводом для статьи.

Ещё и меня хотел к этому делу приплести. Только он очень сильно ошибся, ожидая, что я планирую занять должность заведующего отделения.

— Прошу прощения, доктор Сингх, — опустил взгляд в пол журналист. — Просто… Я не знаю. Эта ситуация выбила меня из колеи.

— Что вам сделало руководство моей больницы? Разве они могут быть ответственны за то, что один из сотрудников проявил себя с такой стороны?

— Нет, — покачал головой журналист. — Просто из-за всего произошедшего мне кажется, что я скоро сойду с ума. Впереди ещё долгие судебные разбирательства. Просто мне не хочется, чтобы другие люди пострадали от врачебного произвола.

— Доктор, который отправил на противопоказанную для вас вакцинацию, будет наказан по всей строгости закона, — отметил я. — Он больше никогда не сможет вести врачебную деятельность. Только я до сих пор не понимаю, а почему вы решили ещё и про коррупцию в больнице написать?

— Я узнал в полиции, что именно вы их вызвали. Ни заведующий отделения, ни главный врач, а простой участковый врач-терапевт. Хотя вы ведь явно сообщили начальству эту информацию.

Теперь я лучше понимаю мотивацию его действий. Журналист ведь не знал, что это была моя личная инициатива. Да, Шарма бы попытался этот вопрос решить в более нейтральном русле, чтобы просто уволить врача, не доводить до судебных разбирательств.

Но я видел самочувствие заведующего после этой новости. Его мир рухнул на моих глазах. Всё, что он строил годами было разрушено одним человеком. Хуже наказания и не придумаешь.

Статья станет для него последним гвоздем в крышку гроба. Думаю, что его сердце просто не выдержит этой эмоциональной нагрузки. Я не мог так поступить.

Если бы мой заведующий был настоящим подонком, то у меня даже бы не возникло сомнений.

— Видимо, вам не сообщили, что я не поставил в известность своё начальство? — поинтересовался я. — Если бы они это узнали, то события разворачивались бы идентичным образом. Уверяю вас!

— Нет, — искренне удивился журналист. — Я об этом не знал… Мне очень стыдно перед вами за те слова, которые успел наговорить.

Да, я соврал. У меня не было желания довести заведующего отделения до инсульта или инфаркта. Хотя я тоже не мог до конца быть уверен в том, как поступил бы Шарма.

Ведь он ценил каждого своего сотрудника. И мог вывести эту ситуацию в русло, где сотрудник был просто отстранен от должности.

Но речь шла о жизни человека. Стал бы он покрывать врача, пытавшегося убить человека? Хороший повод для размышлений. Но Шарма уже получил своё наказание. Смысла его добивать ещё статьей-разоблачением не было.

— Почему бы вам не написать статью о достоинствах нашей больницы? — спросил я. — Вы знали, что мы сотрудничаем с одной из лучших в мире фармакологических компаний из Японии?

— Первый раз об этом слышу, — искренне удивился журналист. — А что насчет других больниц? Они разве не могут заключить с этой компанией договор?

— Увы, нет, хоть наша больница и третья по счету, но она — единственная во всем городе получает лекарственные средства из «Ямамото-фарм». Все наши льготники получают зарубежные лекарственные препараты, которые не так уж и просто достать и купить за свой счет.

Я подробно рассказал журналисту о всех преимуществах и достоинствах нашей больницы. Он очень внимательно меня слушал.

— Вы не против, если я поставлю телефон на диктофон? — поинтересовался журналист. — Очень много медицинских терминов, о которых я могу просто забыть после разговора. Не думал, что ваша клиника настолько сильно отличается от других.

— Да, я не против.

Мы подробно обсудили вопрос с оказанием помощи. О возможности быстро пройти исследования при стационаре, если в этом есть необходимость.

О современном оборудовании, которое позволяет нашим сотрудникам проводить точные инструментальные исследования и сложнейшие операции.

Собеседник очень сильно хотел мне угодить и как-то загладить вину перед мной. Он видел в будущей статье повод, чтобы меня отблагодарить за спасение его жизни.

Мы проговорили целый час, словно ничего и не произошло. А ведь журналист хотел, чтобы я сообщил ему компрометирующую информацию на моё начальство.

— Кажется, я вам рассказал всё, что знаю, — я пожал плечами. — Думаю, что этого должно вполне хватить.

— Спасибо! — поспешно ответил журналист. — Думаю, что я получил достаточно информации, чтобы написать о вашей больнице замечательную статью. Но даже так у меня создается впечатление, что я вам до сих пор должен.

— Статьи хватит с головой! — ответил я, едва заметно улыбнувшись.

— Просто, возможно, вы спасли не только мою жизнь, но и будущих поколений нашей страны, — заявил журналист, серьезно задумавшись.

— Не хочу показаться грубым, но это очень сильное преувеличение, — усмехнулся я.

— Нет, правда. У меня скоро состоится интервью с человеком, которым может изменить судьбу нашей страны.

— Интересно, а что это за человек? — поинтересовался я.

— Имя Динеш Пиллай вам о чем-то говорит?

Стоп, это же тот самый зеленый политик из моего видения. Журналист собирается взять у него интервью, может, он сможет меня взять с собой? Это хорошая возможность, чтобы исполнить предназначение, для которого я появился в этом мире.

— Да. Я вам даже в какой-то степени завидую. Ведь он говорит о тех проблемах, о которых другие стараются умалчивать.

— Согласен. Я давно слежу за его деятельностью, — кивнул журналист. — Интервью с ним рассматриваю для себя как некий опус магнум. После этого и помирать как будто было бы не жаль.

— Думаю, что в вашей карьере появятся и другие интересные личности, о которых вы могли бы написать в одной из ваших статей, — подбодрил я собеседника.

У журналиста произошло много негативных событий в жизни, но когда он упомянул имя этого политика — у него загорелись глаза. Пожалуй, возможность побеседовать и осветить деятельность Динеша Пиллай на широкую публику было сильным мотивирующим фактором, чтобы жить дальше.

А что будет дальше? Даже трудно представить. Может, я могу чем-то помочь этому журналисту?

Жаль, что я до сих пор не могу работать с самой последней чакрой. Тогда я смог бы оказать воздействие на Сахасрару журналиста, чтобы он не впал в глубокое депрессивное состояние после того, как напишет это интервью.

Ведь человек живет пока у него есть цель в жизни. Если она отсутствует, то он начинает испытывать тягость от каждого прожитого дня.

Сейчас его цель — взять интервью, написать статью, а дальше что? Ведь он сам мне сказал, что считает беседу с этим зеленым политиком самым важным событием в своей карьере и жизни.

— Вот мы с вами общаемся уже не один час, а я ведь даже не знаю вашего имени, — поинтересовался я. — Как вас зовут?

— А вы разве не знаете? — удивился журналист. — Вы же держали в руках мою медицинскую карточку, когда искали врача, направившего меня на вакцинацию.

— Не хочу вас обижать, но через меня каждый день проходит больше тридцати человек. Да, есть люди, которые ко мне приходят очень часто. Я действительно помню их фамилии и имена. Но вы ведь не были моим пациентом, поэтому я даже и не пытался запомнить.

— Извините меня за глупый вопрос, совсем об этом не подумал. Меня зовут Анкер Ганди.

— Очень интересная, конечно, у вас фамилия, — отметил я.

— Да, — кивнул журналист, улыбнувшись во весь рот. — Из разряда крылатых. В общем, будем знакомы!

— У меня есть одна маленькая просьба к вам…

— Вы хотите ещё дополнить чем-то статью? — поинтересовался Ганди.

— Нет, мне хотелось, чтобы вы взяли меня на интервью с этим политиком. Думаю, что это вполне в ваших силах.

— Это вообще не составит для меня труда, доктор Сингх. Я вполне понимаю ваши чувства, тем более если вы давно следили за его политической карьерой. Сейчас Пиллай мало популярен, но после моей статьи все радикально изменится. Поэтому я с удовольствием возьму вас, чтобы вы стали свидетелем моего карьерного триумфа! — с гордостью заявил журналист.

А его даже не пришлось уговаривать. Видимо, у Ганди сложилось впечатление, что я — большой поклонник зеленой политики. Но, увы, меня интересовал совсем другой вопрос. Для того, чтобы исполнить своё предназначение.

Не знаю, что за заболевание мучило этого политика, но его будущее уже было предопределено. Без моего вмешательства все старания Ганди пойдут под откос. Он не выполнит задач, которые ставит в своей политической программе.

Поэтому я убью двух зайцев одним выстрелом. Помогу своему новому приятелю Ганди исполнит свою мечту и выполню свое предназначение. Даже и подумать не мог, что так всё по-хорошему сложится.

Интервью должно было состояться через пять дней. Ганди пообещал мне, что проведет меня на это мероприятие. А попасть на него было не так уж и просто. На политика было совершено несколько покушений, поэтому журналисту было вдвойне интереснее взять у него интервью.

Мы ещё немного обсудили детали будущего мероприятия и разошлись на хорошей ноте. Мне крайне интересно было общаться с этим журналистом. Люблю фанатичных людей в своем ремесле.

Стоило нам попрощаться, как я увидел звонок от своей сестры. Что-то произошло? Я обычно всегда беседовал и узнавал как у неё дела от мамы.

— Алло, привет, что-то случилось? — с долей беспокойства поинтересовался я.

— Привет, да, я выхожу замуж, — поспешно заявила сестра. — Ты же приедешь на мою свадьбу?

Что⁈ Свадьбу? А не слишком ли она торопит события, да и что там за жених такой? Моя сестра ведь даже не успела получить образование после школы! Хорошо, что в известность поставила.

Что ж, с тех пор, как я попал в этот мир, за мной закрепилась одна фраза, которая стала мои новым кредо.

И звучит она…

Ничего! Со всём разберёмся!

Глава 23

— Подожди, а как давно ты знакома со своим женихом? — поинтересовался я.

Мы виделись с сестрой примерно три недели назад. Я даже не припоминаю, чтобы у неё был молодой человек.

— А разве это имеет значение, Аджай? — спокойно ответила сестра. — Я его люблю и хочу с ним связать свою жизнь. Решение полностью взвешенное и обдуманное с моей стороны.

— Конечно имеет, — отметил я. — Мне кажется, что сначала стоит получше узнать человека, а потом уже решаться на такой серьезный шаг. Очень многие молодожены в скором времени разводятся. Я искренне надеюсь, что твоё решение было действительно обдуманным. А что думает по этому поводу наша мама?

Ведь она очень сильно переживала, когда думала, что моя сестра забеременела. А тут сразу же свадьба! Спустя две недели знакомства.

— Она очень рада за меня! — мило засмеялась сестра. — Мама хотела тебе сообщить, но я решила, что лучше мне это сделать мне.

Рада? Даже представить себе этого не могу. Жаль, что через телефон я не могу отслеживать состояние чакр. Может, сестра пытается меня обмануть? Всё таки я не очень хорошо её знал.

Но чувствовалось, что она мне очень сильно доверяет. Вполне возможно, что я это заслужил после того инцидента, когда мама думала, что она беременна.

— Конечно, это очень здорово, но мне кажется, что ты торопишься. Только не обижайся на меня за это, — ровным тоном заявил я. — Просто я переживаю за твоё будущее. И раз уж ты так серьезно настроена, то мне хотелось бы встретиться с твоим женихом.

— Встретиться? — испуганно поинтересовалась сестра

— Да, — сухо ответил я. — Мне нужно с ним очень серьезно поговорить.

— О чем? — продолжала допытывать сестра.

— Не переживай по этому поводу! — отозвался я. — Мне просто нужно убедиться в том, что он действительно настроен на тебя серьезно.

Сестра замолчала, пытаясь хорошенько обдумать мои слова.

Честно говоря, мне не очень нравилась её идея так рано выходить замуж. Куда так торопиться? Всё таки стоило хотя бы получить какое-то образование.

Брак — это дело серьезно. А если появятся дети, то на учебу у неё уже не будет времени. Если же дело дойдет до развода? Даже не хочу это представлять.

Мне нужно было убедиться, что её молодой человек действительно был готов взять на себя такую серьезную ответственность.

— Мы можем увидеться вместе где-нибудь… — обеспокоенно предложила сестра.

— Нет, мне хотелось бы встретиться с ним тет-а-тет, — отрезал я. — Не обижайся, но мне хотелось бы побеседовать с ним без твоего присутствия. Как мужчина с мужчиной.

Сестра опять замолчала. Даже не могу представить какие мысли у неё сейчас возникают в голове. Но меня её молчание всё-таки напрягало. Словно она переживала, что я попытаюсь разрушить её счастье. Но ведь я этого не хотел.

— Послушай, Сима, единственное, что меня волнует — это твоё счастье и благополучие в жизни. Я не собираюсь тебе мешать или как-то ему угрожать, чтобы разрушить ваши отношения. Если он окажет на меня благоприятное впечатление, то я буду только рад за вас.

— А если нет? — внезапно спросила сестра.

— Ты и сама прекрасно понимаешь, что будет дальше, — строго ответил я. — Тогда я буду против вашего брака. Мне кажется, что это вполне логичное поведение с моей стороны. Вот скажи мне честно, если бы я решил жениться на девушке, которая не убирается, не умеет готовить, не готова разделять со мной общие проблемы и тяготы, а только эксплуатирует меня как кошелек на двух ногах, то ты бы была рада, что я готов на ней жениться? Но при этом у меня к ней всё равно невероятные чувства. Но вся моя семья понимает, что она неподходящий для меня спутник по жизни. Что тогда?

— Я была бы против, — неуверенно ответила Сима.

— Вот и всё! — подытожил я. — Если твой жених хороший человек, который серьезно готов связать с тобой своё будущее, то проблем не возникнет. Я не стану препятствовать вашим отношениям, даже с учетом того, что ты ещё не получила образование. Или по каким-то другим косвенным причинам.

— Мой жених живет и работает в Мумбаи, — задумчиво ответила Сима. — Я могу устроить вашу встречу.

Мои слова окончательно развеяли сомнения со стороны сестры. Всё-таки такой серьёзный шаг, как создание семьи, очень часто вызывает неоднозначную реакцию со стороны родственников.

И ведь дело не в том, что человек объективно в чем-то плох. Зачастую на первое место выходит личная предвзятость со стороны родни.

Вроде хороший парень, работает, есть своё жилье, а отцу он просто не нравится. И тот всяческим образом старается помешать счастью молодых людей. Из-за своего эгоизма и личной неприязни, обрекая их обоих на несчастье в будущем.

Или бывает такое, что у родителей свои планы на ребенка. Вот есть там у мамы на примете какой-то жених для своей дочери, а она внезапно нашла себя непонятно кого.

В общем, ситуации бывают разные. И не всегда родители или другие родственники правы. Но я был предельно объективен. У меня не возникнет неприязнь к человеку, если он действительно её не заслуживает.

Я просто хочу быть уверен, что моя сестра будет счастлива в браке.

— Давай ты дашь ему мой номер, а он назначит мне время и место встречи, — предложил я.

Я не просто так решил отдать инициативу в его руки. Мне не составило бы труда самому организовать эту встречу. Просто хотелось проверить насколько он инициативен и серьёзно настроен.

Если он несерьезно относится к моей сестре, то моё предложение ему очень сильно не понравится. Зачем ему видеться с старшим братом и о чем-то с ним беседовать? А это очень важный момент, ведь фигура отца отсутствовала в нашей семье.

Можно сказать, что в данный момент я его заменял, и брал на себя ответственность как за второго родителя. А если будущий зять не хочет знакомиться, то это уже о многом говорит.

— Ой, он очень много работает, но надеюсь, что вы сможете с ним увидеться в ближайшее время, — ответила Сима. — Я ему всё передам после нашего разговора.

— Хорошо, — ответил я. — Буду ждать звонка.

Мы ещё немного побеседовали с сестрой. Я поинтересовался как дела у мамы. Мы не так часто созванивались и чаще поддерживали связь через текстовые сообщения. Сестра сообщила, что у мамы всё хорошо.

Наконец, мы закончили разговор и попрощались.

— А если он действительно тебе понравится? — внезапно прошипел голос в моей голове. — Ты правда готов помешать их отношениям?

— У разве у меня есть выбор? — мысленно ответил я Шеше. — Меня очень тяжело обмануть. Мне достаточно будет посмотреть на его чакры, чтобы сделать вывод о нем.

В прошлой жизни у меня не было подобных способностей. Да, у меня была возможность лечить людей, но не было возможности узнать, говорит мой пациент правду или ложь.

В этом мире здоровье очень тесно связано с состоянием чакр. Примеров можно привести много. Я неоднократно в этом убеждался. У меня уже даже были предположения, кого мне точно не хотелось видеть в качестве кандидата на сердце моей сестры.

Если у жениха развита манипура, то проблемы будут неизбежны. В целом «манипурщики» были не самыми приятными людьми в моей жизни. Исключение составлял гуру Маниш Ачария.

Всё-таки я смог его убедить работать с Чирандживи и он отказался от своей дурной затеи зарабатывать деньги на несчастье других людей. Но последствия развития этой чакры у него всё равно остались.

Мы возвращались с Шешей домой, когда я услышал телефонное уведомление. Думал, что это какое-нибудь оповещение из банка.

Взяв в телефон в руки, я обнаружил, что мне написал молодой человек моей сестры. Он сообщил мне, что с радостью готов сегодня встретиться, потому что в другие дни у него загруженный график.

Видимо, сегодня домой я вернусь поздно. Сначала встретился с журналистом, а теперь уже намечается встреча с женихом моей сестры.

Мы договорились встретиться на набережной, потому что он работает недалеко от неё. Правда мне придется добираться туда на автобусе, потому что я находился в другой части города.

Да даже если бы я находился уже там, то мы бы не смогли увидеться. Потому что у него ещё не закончился рабочий день.

Значит, жених сестры работает в центре. Интересно, а кем? Вполне возможно, что на вполне приличной должности, учитывая, что это был центр города.

Я дошел до ближайшей остановки. В скором времени подошел необходимый мне автобус. Поездка займет около тридцати минут.

Мы должны были встретиться недалеко от знаменитого киоска, где продавали мороженое. Набережная была достаточно большая, поэтому это место было хорошим ориентиром для встречи.

* * *

— Аджай? — обратился ко мне мужской немного хриплый голос со спины.

Я повернулся и увидел перед собой молодого человека. У него были кудрявые, темные волосы. Оттенок кожи значительно светлее, чем у среднестатистического жителя нашего города. Словно он был из северного штата нашей страны.

— Да, — кивнул я, пристально посмотрев в глаза молодому человеку.

— Мы с вами договорились здесь встретиться. Прошу прощения, вы ведь Аджай Сингх? — решил ещё раз уточнить собеседник, назвав мою фамилию.

— Да, это я, — поспешно ответил я. — Значит, вы жених моей сестры? Звать то хоть как?

— Ранджит, очень приятно с вами познакомиться! — кивнул молодой человек. — Извините, что задержался на двадцать минут. У меня сел телефон, а я зарядку оставил дома. Очень сильно переживал, что у нас не получится встретиться.

Жених действительно задержался. Я пытался дозвониться до матери, но она не брала трубку. Хотелось побольше у неё узнать про этого молодого человека. Ведь он ей понравился.

Это было неудивительно. Не думаю, что он обделен женским вниманием. Ранджит объективно соответствовал критериям мужской красоты в моей стране. Да и имя его дословно переводилось как очаровательный.

Не иронично можно задуматься, что имя всё таки влияет на судьбу человека. Как бы это странно не звучало.

— Ну, раз уж вы пришли, то никакой проблемы нет, — сухо ответил я.

Если бы он не пришел после назначенной встречи, то у меня уже сложилось бы негативное впечатление. Хорошо, что мы договорились увидеться именно около киоска с мороженым.

— Давайте немного пройдемся? — предложил Ранджит.

Я обратил пристальное внимание на состояние его чакр. Мне стало значительно легче, когда я увидел, что у него Манипура полностью соответствует нормальным показателем.

Уже хорошо. Не будет манипулировать и всячески продвигать свою власть ради власти над моей сестрой. Тираном он точно не станет.

Но одна чакра меня всё таки смутила. У него были отклонения в горловой чакре, правда весомой проблемы у меня не удалось с первого раза обнаружить.

Это была пятая по счету сфера. Она называлась Вишудха или горловая чакра. Ларингит? Болезнь щитовидной железы?

Я внимательно присмотрелся и не смог обнаружить каких-либо весомых патологий, но поток энергии в этой чакре был нарушен.

Меня это достаточно сильно смутило. Ведь отклонение в этой чакре связано с патологическими лжецами.

Да, если ты часто обманываешь людей, то у тебя нарушается естественный поток энергии в Вишудхе. Наиболее безобидный вариант — это самообман. Он тоже может повлиять на работу этой чакры.

Нужно с ним хорошенько всё обсудить. Даже если он хорошо врет, то со мной уже этот номер не прокатит.

— Как вы познакомились с моей сестрой? — я первый нарушил долгое молчание.

— Стыдно в этом признаться, но я встретился с ней на работе. И она сразу привлекла моё внимание.

— Ранджит, а кем вы работаете? — я продолжал пристально наблюдать за чакрами жениха, чтобы он меня не обманул.

— Стоматологом, — поспешно ответил молодой человек.

— Подождите, — перебил я. — А как у вас получилось с ней встретиться, если она живет в другом городе? Я слышал от своей сестры, что вы работаете в Мумбаи.

— У нашей стоматологической клиники есть филиал в Лонавале. Его не так давно открыли. Сотрудников не хватает, поэтому нас туда возят периодически для оказания услуг.

Как бы пристально я не пытался всмотреться в его чакры, но лжи в его словах мне не удалось обнаружить. Меня это очень сильно смущало.

Ведь у него явно была проблема в этой чакре. Может, что-то вскроется по ходу дальнейшего диалога? Нужно задать ему больше вопросов.

— Странно, не слышал, что моя сестра жаловалась на зубы, — поспешно ответил я. — А какая у неё проблема была?

Я хорошо помню, что пристально изучил её чакры. У неё определенная проблема со здоровьем, которую мне удалось решить. И с зубами у неё всё было в порядке.

— Она обратилась ко мне с жалобой на повышенную чувствительность зубов. Думала, что у неё появился кариес. Хотя вся проблема была в новой зубной пасте, которую я настоял поменять, — ответил жених.

И даже сейчас не пытается меня обмануть. Странно, что она мне об этом не сказал в ходе телефонного разговора.

— А сколько вам сейчас полных лет? — поинтересовался я.

— Двадцать два года, — поспешно ответил стоматолог. — Я слышал, что вы тоже работаете в медицинской сфере… Это правда?

Разница в возрасте с сестрой вполне допустимая. Уже радует. Мы с ним были ровесниками.

Значит, он на год раньше меня закончил учебное заведение. У врача общей практики учеба длится на год больше. Всё логично.

— Да, я работаю участковым врачом терапевтом, — поспешно ответил я.

— А где именно? — внезапно мой спутник остановился.

— В третьей центральной больнице.

— Серьезно? — искренне удивился жених. — Очень приличная больница. Мне доводилось там лежать несколько лет назад.

— А по какому поводу, если не секрет? — решил поинтересоваться я.

Может, состояние его чакры была связана с отклонениями в щитовидной железе? И если он мне сейчас скажет, что лежал в эндокринологическом отделении, то мне станет значительно спокойнее.

— Я туда попал в тяжелом состоянии, — усмехнувшись, заявил жених. — У меня воспалился червеобразный отросток.

Мимо, это же обычный аппендицит. Хирургическое отделение. Я уже думал, что стоит немного расслабиться. Значит, буду спрашивать его дальше.

Время приступать к по-настоящему серьезным вопросам. Может, они мне откроют правду.

— А вас не смущает, что моя сестра ещё не получила образование? — поинтересовался я.

— Нет, я очень хорошо получаю, потому что работаю в частной стоматологической клинике. Не думаю, что у нас возникнет проблема с финансовым вопросом. Да и я сам готов поспособствовать тому, чтобы она получила образование.

Хм, он был либо очень хорошим стоматологом, либо у него были какие-то связи. Потому что устроиться в центре города в стоматологическую клинику, а тем более частную — это надо хорошо так постараться.

— А давно вы там работаете?

— Последние полгода, — спокойным тоном ответил жених.

— Прошу прощения за нескромный вопрос, а как вам удалось без стажа устроиться туда?

— Мне очень крупно повезло, — с широкой улыбкой на лице ответил Ранджит. — Главный врач больницы наткнулся на мою научную статью, которую я писал ещё в студенческие годы. Он связался со мной и предложил трудоустройство.

Очень интересно, значит, парень мозговитый. Далеко пойдет.

— А почему вы так быстро решили позвать её за себя замуж? — я остановился и пристально посмотрел ему в глаза.

Ранджит тоже остановился. Мой вопрос был предельно прямолинеен. В какой-то степени он был даже наглым. Но я имел право его спросить. Ведь я выступал в роли человека, заменяющего отца.

— У вас очень красивая сестра, Аджай. Я боюсь её потерять. Хотел показать всю серьезность своих намерений. И не хочу повторять ошибки своего прошлого…

Так вот в чем была проблема! Теперь я всё понял.

Странно, что я сразу не обратил на это своё внимание…

Глава 24

— Ошибки прошлого? — немного нахмурившись, поинтересовался я.

У Ранджита было специфическое заболевание, которое в большинстве случаев не доставляет носителю каких-либо проблем.

У него была ларингомаляция — аномалия развития хрящевой ткани гортани. Именно из-за этого заболевания у него было нарушен естественный поток энергии в пятой чакре Вишудха.

Это заболевание сопровождается избыточной мягкостью хрящевых тканей, что приводит к частичной обструкции дыхательных путей. И только у десяти процентов пациентов это аномалия развития приводит к тяжелым последствиям.

Вполне возможно, что Ранджит живет с этим заболеванием всю свою жизнь и даже не подозревал о его наличии. Вероятность ухудшения его состояния минимальна. Патология не склонна к дальнейшему прогрессированию.

Мне не удалось сразу обнаружить это заболевание, потому что оно не доставляло существенного дискомфорта своему носителю.

— Я не особо хочу говорить об этом, — отметил Ранджит. — Просто неприятные воспоминания из прошлого.

— Мне кажется, что вам стоит этим поделиться со мной, — я пристально посмотрел жениху в глаза. — Потому что у меня уже возникли противоречивые мысли по этому поводу.

— Я был влюблен в свою однокурсницу. Мы с ней очень много общались, но боялся проявить свою симпатию к ней. Думал, что само всё сложится. Но, увы, жизнь идет своим чередом. Однажды мы просто вышли с кафедры анатомии и её забрал молодой человек на машине с пар…

Да, история была действительно неприятна. Но взаимосвязи со своей сестрой я пока что не особо улавливаю.

— Думаю, что у этой истории есть продолжение, — предположил я.

— Дело в том, что я ей нравился, — усмехнувшись, ответил стоматолог. — Ведь я позже признался своей однокурснице в своих чувствах, но уже было слишком поздно.

— Теперь я вас лучше понимаю, — кивнул я.

Отчасти это была наивная точка зрения. Свадьба не является гарантом того, что вы останетесь с человеком навсегда. Если бы всё так действительно было, то такой статистики разводов в мире просто бы не существовало.

Человек поспешно торопится привязать к себе другого с помощью брака, но ведь ничего не мешает с таким же успехов развестись. По этому же принципу многие люди заводят детей. Только что делать, если брак несчастливый? Это уже отдельная тема для размышлений.

Ранджит был отчасти наивным молодым человеком, но очень искренним. На протяжении всего разговора я внимательно изучал его чакры. Но не для того, чтобы оценить состояние его здоровья. Нет, была одна интересная деталь, которая привлекла моё внимание.

Я хорошо помню течение энергии по всем чакрам своей сестры. И это течение очень сильно совпадало с потоками Ранджита. У них получится очень гармоничная пара, потому что моя сестра закроет недостаток в его пятой чакре из-за его врожденной патологии.

— Именно по этой причине я решил сделать предложение Симе, — подытожил Ранджит. — Не хочу попасть в ситуацию, где найдется более инициативный мужчина, который поспешно позовет такую красивую девушку за себя замуж. Я уверен в своих чувствах на все сто процентов. И хочу её сделать самой счастливой!

Я внимательно следил за состоянием его чакр. Ранджит говорил предельно честно и искренне. Стоит ли мне мешать счастью молодых, тем более, если их чувства были взаимны?

Да, решение поспешное, но я был искренне уверен, что у них всё получится и не возникнет каких либо проблем. Тем более они были совместимы по энергетическому течению чакр, взаимно дополняя друг друга. А это, пожалуй, самый точный метод.

Мне нужно было убедиться, что жених моей сестры хороший и перспективный молодой человек. И её желание выйти за него замуж было вполне оправданным.

Ранджит явно имеет шансы построить хорошее будущее для своей семьи. Думаю, что моя сестра будет с ним счастлива.

— Когда вы собираетесь сыграть свадьбу? — поинтересовался я.

— В ближайшее время, — ответил стоматолог и серьезно задумался. — Значит, вы не против?

— А почему я должен препятствовать желанию моей сестры? Вы хороший человек, Ранджит, надеюсь, что Сима будет счастлива с вами. Но не торопитесь с детьми. Мне хотелось бы, чтобы она сначала получила хоть какое-то образование и реализовала себя в этой жизни.

— Я об этом даже пока что не думал, — улыбнулся стоматолог. — Мне просто хочется быть с ней рядом. Я и сам ещё не готов к детям.

Здравый подход, хорошо, что он это понимает.

— Вы же придете к нам на свадьбу? — обеспокоенно поинтересовался Ранджит. — Я хочу, чтобы вы присутствовали в этот день рядом с ней. Она будет очень рада.

— Приду, — поспешно ответил я. — Даже если придется взять отгул на работе. Не беспокойтесь по этому поводу.

* * *

Попрощавшись с Ранджитом, я вернулся домой. Мне захотелось поделиться радостной новостью с отцом. Думаю, что ему будет интересно услышать о том, что его дочь собирается выйти замуж.

— Алло, Аджай, — сказал отец.

— Привет! Я хочу тебе сообщить кое-что по-настоящему важное.

— Что случилось? — обеспокоенно поинтересовался отец.

— Сима собирается выйти замуж. Надеюсь, что ты мне составишь компанию на свадьбе.

Возникла неловкая пауза. Отец явно пытался обдумать свой ответ. Новость стала для него неожиданностью. Он ведь не общался ни с матерью, ни с моей сестрой.

— Аджай, а ты виделся с её женихом?

— Да, мне уже довелось с ним пообщаться. Очень перспективный молодой человек. Как и я, тоже работает в медицинской сфере. Правда, он стоматолог. Трудится в частной клинике.

— А когда будет свадьба?

— Через четыре дня…

Меня совсем не смутило, что отец был не против заключения брака в её возрасте. Момент с получением образования меньше всего его беспокоил, потому что его убеждения были более традиционными, чем мои.

— Я бы пришел, но, боюсь, что у меня не получится, — попытался соврать отец.

Мы с ним довольно часто общались в последнее время, поэтому мне не составило труда это понять.

Ему не хотелось встретиться с дедом, то есть — с отцом моей мамы. Ведь именно этот человек в прошлом разрушил семью моих родителей. И вполне возможно, что возникла бы неуместная на этом празднике конфликтная ситуация.

— Ты сейчас серьезно? — строгим тоном спросил я у отца. — Твоя дочь собирается выйти замуж, а ты даже не попытаешься прийти на свадьбу?

— Но ведь на свадьбу зовешь меня ты, а не она, — сухо ответил отец. — Если бы Сима мне позвонила и сказала, что хочет меня там видеть…

— Она будет рада, если ты придешь, — отметил я. — Хватит меня и себя накручивать.

— Я просто не хочу быть незваным гостем, Аджай.

— Ты прекрасно знаешь, что на свадьбах в нашем обществе присутствуют даже абсолютно незнакомые люди. Если в тебе есть хоть толика гордости и уважения к себе, то ты придешь. Даже если там будет мой дед, которого ты не хочешь видеть. Просто знай, что я с тобой, и не дам конфликту произойти.

Отец замолчал. Он всю жизнь убегал от этой проблемы и хотел сейчас то же самое, но в этот раз у него была опора в моем лице. Сценарий прошлого не повторится. Пора всё изменить. Раз и навсегда!

— Я поговорю с начальником, если он даст добро… — попытался придумать отмазку отец.

— Обязательно с ним побеседуй. Прямо после нашего разговора ты наберешь ему и сообщишь эту радостную новость. А если у тебя не получится прийти… То ты меня очень сильно огорчишь этим поступком. Боюсь, что мне будет тяжело тебя простить после этого.

Мне не хотелось давить на отца, но он вынуждал меня пойти на такой шаг. Он был достаточно меланхоличным человеком, поэтому его буквально нужно было подталкивать такими вот словами.

Я и вправду буду огорчен, если он так поступит. Но это в любом случае не станет камнем преткновения в нашем общение.

— Это твой последний шанс вернуться в семью, — заявил я. — Если хочешь восстановить отношения с Симой, то придешь обязательно.

— Я приду, — коротко ответил отец.

* * *

Четыря дня спустя


Свадьба вот-вот начнется, а отца до сих пор нет. Неужели он всё таки решил пропустить этот замечательный праздник?

Я взял телефон в руки и попытался его набрать. Автоответчик сообщил, что абонент находится вне зоне действия сети. Выключил телефон. Чёрт!

Видимо, нужно было заехать к нему этим утром, чтобы за руку его привести на свадьбу.

— Что-то случилось, Аджай? — ко мне подошла мама.

Она сразу поняла, что я был чем-то явно озадачен. Но настоящую причину моего беспокойства мама не знала, ведь я хотел, чтобы появление отца на свадьбе было сюрпризом для неё и моей сестры.

— Да по работе мозги выносят, — я махнул рукой. — Собираюсь поставить на беззвучным режим, чтобы меня не доставали.

— Свадьба еще не началась, если там что-то важное, то ответь. Время ещё есть!

— Не переживай! — попытался я успокоить маму. — Как-нибудь разберусь.

— С тобой очень сильно хочет пообщаться дед, не забудь только с ним поговорить до начала торжества, а то он очень сильно огорчится.

А отец как в воду смотрел. У меня было предположение, что дед всё таки не приедет, ведь у него были серьезные проблемы со здоровьем. Мать рассказывала, что полгода назад у него произошел второй инфаркт.

Я почувствовал, что на меня кто-то смотрит со стороны. Повернув голову, увидел старика, который с едва заметной улыбкой наблюдал за нашим разговором. Судя по всему, это и был мой дед.

— Только не забудь… Хорошо, Аджай? — спросила мама.

— Да, обязательно, — поспешно ответил я и попытался ещё раз набрать отцу.

Не отвечает. Я попытался дозвониться до его брата, моего дяди. В отличии от отца, он сразу же взял трубку.

— Да, Аджай, мы уже едем. Пробки в городе страшные, — поспешно ответил дядя. — Свадьба уже началась?

— Очень скоро начнется. Ждём приезда жениха, а отец с вами?

— Я думал, что он уже на свадьбе… — ответил дядя и замолчал на несколько секунд. — А ты пытался ему сегодня позвонить?

— Да, — с досадой ответил я. — Минимум пять попыток. Но у него просто выключен телефон. Никак не дозвониться.

— Ну, ты так сильно не обижайся на своего старика, — попытался оправдать дядя отца. — У него есть свои причины так поступить.

— Нет, мы с ним договаривались, — отрезал я. — Надеюсь, что у него просто сел телефон.

— Ну, поживем-увидим, — ответил дядя Нанак. — Мы скоро будем, Аджай. Давай, а то у меня тоже скоро телефон сядет.

Надеюсь, что у него со здоровьем никаких проблем не возникло. У меня было навязчивое желание уехать со свадьбы, чтобы найти отца. Приехать к нему домой или на работу, чтобы его убедить сюда приехать.

Может, у него просто сел телефон? Все мысли смешались в кашу, я уже даже не знал что мне думать по этому поводу. Дядя Нанак был уверен, что он просто решил не приехать. Но ведь он дал мне своё слово, что обязательно отпросится с работы.

Делать нечего, пойду поговорю со своим дедом. Может расскажет мне что-нибудь интересное про события прошлых лет.

Я прошел мимо ряда незнакомых гостей и направился в сторону деда.

— Не могу на тебя насмотреться, Аджай, таким красавцем ты вырос! — поприветствовал меня дед.

Я внимательно присмотрелся к его чакрам. Да, проблемы с сердцем у него были существенными. Очень много атеросклеротических бляшек на коронарных сосудах. Мало того, что возраст, так ещё и атеросклеротическая болезнь мешает сосудам прогонять кровь.

— Привет, рад тебя видеть! — кивнул я. — Как у тебя самочувствие?

— Аритмия мучает, но таблетки выпил и полегче стало, — усмехнулся дед. — А ты ещё сам жениться не собираешься?

— Ещё нет, — сухо ответил я. — Слишком много времени работа занимает. По крайней мере не планирую в ближайшее время.

— Вот твоя сестра молодец, а ты всё резину тянешь, давно тебе уже пора себе жену подыскать. Род продолжить! — почесав голову, заявил дед. — Или ты собираешься всю свою жизнь работе посвятить?

— Нет, у меня таких планов нет. Всё можно совместить. И работу, и семью.

— Очень на это надеюсь, Аджай, — улыбнулся дед. — Мне хотелось бы застать правнуков. А то здоровье у меня уже совсем не то.

— Жених приехал! — раздались радостные возгласы.

— А я, пожалуй, тут посижу, — заявил дед. — А ты иди встречай, Аджай!

— Наконец, начался Бараат! — услышал я голос из толпы.

Это было одной из церемоний индийской свадьбы, когда жених является на свадьбу в максимально торжественной процессии. Мы вышли из заведения, где должна была пройти свадьба моей сестры.

Если бы у меня не было хорошей памяти, то я бы не узнал Ранджита. Он ехал по улице на белой лошади в окружении многочисленной толпы из родственников.

Ну и наряд, конечно, у него. Даже не думал, что раскошелится на такой маскарад. От количество цветов начинало рябить в глазах.

А его сопровождение всё танцует и поёт. Хорошо, что я уже стал привыкать к местному менталитету. Если бы мне это довелось увидеть в тот момент, когда я попал в это тело, то думаю, что почувствовал себя максимально неловко в этой ситуации.

Мама с счастливой улыбкой наблюдала за этим рядом со мной. А я и не заметил как она здесь оказалась.

— А где Сима? — поинтересовался я.

— Немного задерживается, ничего, думаю, что жених не сильно огорчится! — не отводя глаз от Ранджита, ответила мама.

Обычно свадьба начинается с предварительных церемоний, таких как Мехенди — это нанесение хны на руки и ноги невесты и её близких подруг. Этот ритуал символизирует красоту, счастье и будущее благополучие в браке. Думаю, что Сима задерживается из-за этого.

Мы встретились с Ранджитом взглядами. Он улыбнулся мне в полный рот белых зубов и отвесил едва заметный поклон. Я ответил тем же.

Свадьба уже подходит к самому интересному, а отца до сих пор нет. Может, стоит его ещё раз набрать?

Я достал телефон из кармана и попытался набрать его номер, хоть и понимал, что это бессмысленное занятие.

Если ты не можешь до кого-то дозвониться, потому что у него выключен телефон, то тебе должно прийти оповещение, что абонент снова появился в сети. Но его тоже не было.

Не смотря на это, мне все равно хотелось ему позвонить. Может, у меня всё таки получится. Но в ответ я лишь услышал голос робота-автоответчика.

Заведение, в котором мы отмечали было предельно просторным. Было много мест под открытом небом, поэтому проблем, как всех усадить, не должно возникнуть.

Ранджит слез с лошади, а гости подошли ближе к кафе. Начался обмен подарками между многочисленными родственниками с обоих сторон. Это был один из местных обрядов, которые должен был скрепить будущие семьи.

Интересно, а как проходила свадьба между моим отцом и мамой, если дед был против их бракосочетания? И была ли вообще какое-то торжественное мероприятие? Может, узнаю об этом позже.

Постепенно многочисленная толпа стала заходить внутрь заведения. Жених и близкие родственники шли впереди, остальные гости следом.

Тут я впервые увидел свою сестру. Настоящая красавица, жаль, что папа этого не видит. Думаю, что ему было бы приятно на это взглянуть.

Красочная сари, а руки и ноги украшены интересными узорами из хны. Множество мелких драгоценностей. Интересно, а это настоящее золото? Выглядит всё предельно красочно и невероятно.

— Готовься, Аджай, — подтолкнула меня в плечо мама. — Скоро начнется Каня аагаман.

Это тоже часть обрядов свадьбы в Индии, когда мужчина из семьи невесты, чаще всего это отец или старший брат, должны вести девушку к алтарю, где и будет проходить бракосочетание.

— Да, я помню об этом, — поспешно ответил я и направился в сторону Симы.

Моя сестра в невероятно роскошном красном сари была в центре внимания всех гостей. Вроде бракосочетания ещё не произошло, а уже все танцуют и поют, что трудно на чем-то сосредоточиться.

Внезапно мне легла рука на плечо я обернулся и увидел отца.

— Извини, что задержался, — уверенным голосом заявил он. — Телефон очень быстро разряжается на жаре.

— Ничего важного не пропустил, — искренне улыбнулся я. — Спасибо, что приехал.

Сказать, что своим визитом он удивил гостей — ничего не сказать. А дед уже пристально смотрел в нашу сторону. Видимо, пора разгребать последствия своего решения.

Глава 25

— Папа⁈ — искренне удивилась подошедшая к нам сестра. — Но как это возможно?

— Я не мог пропустить такой важный день в жизни своей дочери, — спокойно ответил отец. — Надеюсь, что ты будешь не против, если я вместо Аджая сопровожу тебя в Каня аагамане?

Отец был сам на себя не похож. Его голос был предельно спокоен и серьезен. Хотя я думал, что он будет испытывать некую доля дискомфорта, ведь на свадьбе присутствовал дед. Но отец даже не обращал на него внимания.

— Против⁈ — с улыбкой поинтересовалась Сима. — Я только за! Только скажи мне, а как ты узнал о моей свадьбе? Ведь мы не общались уже столько лет… У меня столько к тебе вопросов.

— Меня пригласил Аджай, — поспешно ответил отец. — А разве он тебя не предупредил о том, что я приду?

— Нет, но это было неожиданно и приятно, — сестра перевела на меня взгляд. — Спасибо тебе за всё! Наверное, это будет самый лучший день в моей жизни.

Я кивнул головой и едва сдержанно улыбнулся, глядя как моя сестра в сопровождении отца направляется к алтарю.

— Это твоих рук дело? — дернула меня за плечо мама. — Ты, видимо, решил довести своего деда до третьего инфаркта⁈

— Ничего плохого с его здоровьем не произойдет, — сухо ответил я. — Не просто же так я учился шесть лет в медицинском университете, прослежу за состоянием его здоровья. Ты лучше посмотри на Симу. Я первый раз вижу, чтобы она так искренне улыбалась!

Мать обеспокоенно глянула в сторону деда, но лишь увидела на его лице скромную улыбку. Боюсь даже представить о том, что она сейчас думает об этой ситуации. Но сквозь призму страха и переживаний я ощутил, что мама всё таки рада видеть нашего с Симой отца.

Она очень сильно переживала, что этот неожиданный визит может плохо закончиться. Но дед не пытался как-то препятствовать этому семейному воссоединению.

Мне даже самому стало интересно почему так произошло. Я внимательно наблюдал за состоянием его чакр, но не увидел ни намека на какую-то агрессию или злобу. Он совсем не против, чтобы отец присутствовал на свадьбе своей дочери.

Дед заметил, что я пристально смотрю на него и махнул мне рукой. Просит, чтобы подошел, но зачем? О чем он хочет со мной поговорить?

Я протиснулся мимо танцующих и поющих гостей и направился в сторону отца своей матери.

Рядом с дедом было свободное место. Он кивнул мне головой, предлагая сесть рядом.

Мы молча наблюдали как отец ведет Симу к алтарю для бракосочетания.

— Его присутствие на свадьбе — это твоих рук дело? — строгим тоном поинтересовался старик.

— Да, — сухо ответил я. — Думаю, что он имеет на это полное право.

— Спасибо тебе большое, Аджай, — внезапно выпалил дед.

— За что? — удивился я.

— Ты поступил правильно, позвав его на свадьбу, — признал он. — А я как был гордым дураком, так и остался. Ко мне уже давно пришло осознание, что твоя мать всё это время была совсем одна. Из-за излишней предвзятости к вашему отцу я разрушил семью своей дочери. Жаль, что эти мысли ко мне пришли слишком поздно. Ты живешь в другом городе, Сима вышла замуж, а ваша мама теперь осталась совсем одна.

Дед предельно искренне проговаривал каждое слово. Он осознавал свою вину перед мамой. Хотя всё могло бы сложиться иначе, если бы он не разлучил моих родителей.

— Признать свою вину — это первый шаг к искуплению, — отметил я. — Жаль, что только время нельзя обернуть вспять.

— Я рад, что ты вырос настоящим мужчиной, Аджай. Ты сделал то, что мне не удавалось всю мою жизнь. Я горжусь тобой! — похлопал меня по плечу дед.

Да, к сожалению. Но шаг к этому уже был сделан. Если дед больше не будет мешать моим родителям, то может, они снова могут быть вместе. Время покажет, всё таки много уже воды утекло.

Свадьба будет длиться несколько дней, сомневаюсь, что буду участвовать во всех празднествах. Мне завтра нужно будет встретиться с этим политиком, чтобы исполнить своё предназначение.

А пока что будут наслаждаться праздником!

Самое интересное только начиналось. Пока я говорил с дедом, совсем не заметил, что отец довел свою дочь до жениха. А ещё идти не хотел. Вон как улыбается во весь рот от радости!

Теперь молодоженам предстоит пройти важный обряд, который называется саптапади. Это первые семь шагов, которые новобрачные делают вместе, становясь мужем и женой. Родственник Ранджита расставил семь камней в ряд на их пути.

Молодожены шли по ним, касаясь камней пальцами ног.

— Мы будем жить вместе, уважая друг друга, — начал читать семь стихов пандит. — Достигнем душевного, физического и духовного баланса. Найдем счастье, гармонию и мудрость через взаимную любовь. Воспитаем крепких и добрых детей. Останемся верны, сдержанны и сильны. Будем вместе всю жизнь.

Пандит — это священник в индуизме. Он дает хорошие наставления для будущей совместной жизни молодоженам. Уверен, что всё именно так и будет в их жизни.

— Сейчас начнется Джаймала! — с улыбкой заявил дед.

Во время этой церемонии Сима и Ранджит стали обмениваться цветочными гирляндами. Жених часто дарит невесте ожерелье из мангала — сутры, что значит «благоприятная нить». Родственница новобрачного стала завязывать узел между шарфом жениха и сари невесты. В этот момент пара взяла друг друга за руки.

— А зачем это нужно? — поинтересовался я у отца своей матери.

— Теперь их души соединены навеки, — ответил дед.

Влюбленные снова взялись за руки и обошли костер четыре раза.

— Каждый круг символизирует этап жизни, — продолжил объяснять мне дедушка. — Выполнение религиозного и морального долга, стремление к процветанию, земные удовольствия, духовное спасение.

Да, интересные у индусов традиции. Чего-то подобного мне не доводилось видеть в Российской империи.

И при этом нет никакого поцелуя. Только сегодня об этом узнал от мамы. Она рассказала мне, что таким образом молодожены не хотят смущать своих родственников.

Интересная традиция, которая радикально отличается от свадебного бракосочетание в западном мире.

Бракосочетание было завершено. Теперь моя сестра была замужем. Рад, что стал свидетелем этого события, хотя меня не особо хотели отпускать с работы. Даже по такому замечательному поводу.

* * *

На следующий день после свадьбы я встретился с журналистом Ганди. Он сдержал своё обещание и мне удалось попасть на интервью с политиком. Хотя я даже не был журналистом, но Ганди смог решить этот вопрос и не возникло никаких трудностей, чтобы оказаться внутри здания.

На Динеша Пиллая недавно было совершено покушения, поэтому каждого гостя тщательно проверяли. У меня было рекомендательное письмо от газетного издательства, в котором работал Ганди.

Не знаю как у него удалось его получить, но он мне очень сильно облегчил задачу. Если бы не помощь Ганди, то не знаю вообще как добился бы с ним встречи.

Правда, я до сих пор ещё не знал как мне добиться личной разговора. Если я с увижу у него какие-нибудь патологии, то мне хотелось бы с ним поговорить об этом без посторонних.

Ганди обещал, что постарается решить и этот вопрос. Правда мой спутник недоумевал, зачем мне это нужно, и отчасти относился к моему желанию с небольшим подозрением.

— Сегодня у нас выступит Динеш Пиллай, — сообщил в микрофон ведущий. — Это кандидат от партии «Зеленый Путь», чья предвыборная кампания сосредоточена на радикальном улучшении экологической ситуации в Индии. Господин Пиллай, спасибо, что нашли время для нас.

Раздались громкие аплодисменты и на сцену вышел человек из моего видения из храма. Я сразу же начал пристально изучать его чакры.

— Спасибо всем присутствующим, — политик подошел к микрофону. — Я искренне рад возможности поговорить о том, что действительно важно для будущего нашей страны. Ведь на экологическую обстановку в стране до сих пор продолжают закрывать глаза.

— Господин Пиллай, ваша политическая кампания вызывает большой интерес, но и много вопросов. Почему именно сейчас вы решили сделать экологию центральной темой своей политической программы? — поинтересовался один из присутствующих журналистов. — Вы же начали свою карьеру в политике в социалистической партии.

— Потому что мы достигли критической точки, — Пиллай проигнорировал вопрос про переход из другой партии. — Индия — это страна невероятной красоты и природного богатства, но мы видим, как наши реки загрязняются, воздух становится непригодным для дыхания, а леса исчезают. Это не просто эстетическая проблема. Это угроза здоровью наших граждан, нашей экономике и нашему будущему. Мы не можем больше откладывать решение этих проблем. Это не вопрос выбора, это вопрос выживания нашего народа.

Странно, что я не вижу ни в одной из его чакр какого-либо намека на серьезный патологический процесс. Да, у него были хронические заболевания, но сомневаюсь, что за ближайшие годы они превратятся в какое-нибудь неизлечимое заболевание.

Хронический гастрит, артрит коленных суставов. Ничего серьезного. От чего же я должен вылечить этого политика, чтобы исполнить своё предназначение?

— Какие конкретные шаги вы предлагаете для решения этих масштабных проблем? — поинтересовался ещё один из присутствующих. — Например, как вы планируете бороться с загрязнением воздуха в таких мегаполисах, как Нью-Дели, Мумбаи?

— Мы предлагаем комплексный подход. Во-первых, это переход на возобновляемые источники энергии. Индия обладает огромным потенциалом в области солнечной и ветровой энергии. Мы будем стимулировать инвестиции в эти сектора, создавать рабочие места и снижать зависимость от ископаемого топлива, — с гордостью заявил Пиллай. — Во-вторых, это развитие общественного транспорта и стимулирование использования электромобилей. Мы должны сделать передвижение по городам более экологичным и доступным. В-третьих, это строгий контроль за промышленными выбросами и внедрение передовых технологий очистки. Мы не можем позволить предприятиям загрязнять воздух и воду безнаказанно. Каждый из жителей нашего славного города Мумбаи не понаслышке знает, что происходит с нашими реками! Сколько это может продолжаться⁈

— А что насчет загрязнения рек, особенно Ганга? Это одна из самых священных рек для индийцев, но она страдает от промышленных стоков и бытовых отходов, — внезапно спросил журналист в очках.

— Это один из наших главных приоритетов. Мы предлагаем создать независимый орган с широкими полномочиями для мониторинга и контроля за состоянием рек. Он будет включать в себя не только штрафы для предпринимателей-нарушителей, но и инвестиции в современные очистные сооружения, как для промышленных предприятий, так и для населенных пунктов. Мы также будем активно работать с местными сообществами, чтобы повысить их осведомленность и вовлеченность в защиту рек.

— Ваша программа звучит амбициозно. Но многие опасаются, что «зеленая» политика может замедлить экономический рост и привести к потере рабочих мест. Как вы на это ответите? — с усмешкой в голосе поинтересовался пожилой мужчина.

— Я считаю, что это ошибочное представление, — улыбнулся Пиллай. — На самом деле, «зеленая» экономика — это будущее. Инвестиции в возобновляемую энергетику, устойчивое сельское хозяйство, экологический туризм — все это создает новые, высококвалифицированные рабочие места. Мы будем поддерживать переходные программы для работников, занятых в традиционных отраслях, чтобы они могли освоить новые навыки и найти свое место в новой экономике. Более того, здоровая окружающая среда — это основа для долгосрочного экономического процветания. Загрязнение приводит к огромным расходам на здравоохранение и снижает производительность труда.

Вопрос журналистов шел один за другим. Мой спутник Ганди всё это время молчал, поставив свой телефон на диктофон. Думаю, что он выберет самое интересное, чтобы озвучить на широкую массу людей.

Но у меня была проблема. Я до сих пор не мог понять в чем же была проблема. Все его чакры были в хорошем для его возраста состоянии. Может, стоит углубиться и детально изучить каждую из них?

У меня ещё есть время, нужно полностью сконцентрироваться, чтобы найти эту проблему. Вполне возможно, что второго шанса на его лечение у меня не будет.

— Господин Пиллай, ваша партия «Зеленый Путь» относительно молода. Как вы планируете преодолеть сопротивление со стороны устоявшихся политических сил и мощных промышленных лобби, которые могут быть заинтересованы в сохранении статус-кво? — спросил журналист с густой темной бородой.

— Это, безусловно, будет вызовом, но мы готовы к нему. Мы верим в силу правды и в поддержку народа. Мы будем открыто говорить о проблемах и предлагать прозрачные решения. Мы будем мобилизовать гражданское общество, молодежь, ученых, всех, кто понимает, что экологический кризис — это не чья-то прихоть, а реальная угроза. Что касается промышленных лобби… — Пиллай серьезно задумался. — Мы не против бизнеса. Мы против безответственных предпринимателей! Мы будем работать с теми, кто готов к изменениям, предлагая им стимулы для перехода на «зеленые» технологии. А тех, кто будет упорствовать в разрушении окружающей среды, мы будем привлекать к ответственности в соответствии с законом. Мы не можем позволить частным интересам превалировать над общественным благом.

— Какой вы видите Индию через десять-пятнадцать лет, если ваша партия придет к власти и реализует свою программу? — внезапно задал вопрос Ганди.

Его вопрос вызвал серьезный ажиотаж. Он был по-настоящему интересному. Пиллай ласково улыбнулся в ответ, словно ждал этого момента на протяжении всего интервью.

— Я вижу Индию, где воздух чист, а реки полны жизни. Я вижу Индию, где наши дети могут играть на свежем воздухе, не опасаясь за свое здоровье. Я вижу Индию, которая является мировым лидером в области возобновляемой энергетики и устойчивого развития. Я вижу Индию, где наши фермеры процветают благодаря органическому земледелию, а наши города являются образцом «зеленого» планирования. Я вижу Индию, которая гордится своим природным наследием и активно его защищает!

Зал восторженно принял ответ громкими аплодисментами. Хоть я и не журналист, но уже перед моими глазами возникли горячие заголовки газет.

— Что бы вы хотели сказать избирателям, которые еще сомневаются, стоит ли им голосовать за «Зеленый Путь»? — задал второй вопрос Ганди.

— Я бы сказал им лишь одно слово — оглянитесь. Посмотрите на смог, который окутывает наши города. Посмотрите на пересохшие реки и загрязненные водоемы. Подумайте о здоровье ваших детей и внуков. Мы предлагаем не просто политическую программу, мы предлагаем будущее. Будущее, где каждый гражданин сможет дышать чистым воздухом, пить чистую воду и жить в здоровой окружающей среде. Дайте нам шанс, и мы покажем вам, что «зеленое» будущее Индии — это не мечта, а реальность, которую мы можем построить вместе. Ваш голос — это голос за чистое небо, чистую воду и здоровую жизнь для всех нас!

— Господин Пиллай, я желаю вам удачи в вашей предвыборной кампании! — с улыбкой заявил Ганди. — Надеюсь, что у вас получится победить и направить наш народ к светлому будущему.

Вопросы моего спутника произвели наибольшее впечатление на политика. Остальные были в какой-то степени провокационными. Неудивительно, ведь Ганди полностью поддерживал инициативу Пиллая.

На меня снизошло озарение. Я так привык работать с шестью чакрами, что совсем забыл о существовании седьмой. Той, что отвечает за психику. Значит, дело было в ней.

Мне уже доводилось с ней работать. Правда опыт был откровенно неприятный. Это произошло во время моего визита в психиатрическую лечебницу.

Другого варианта просто не было. Но Пиллай не создавал впечатление психически больного человека…

Глава 26

Интервью с главой партии «Зеленый Путь» близилось к логическому завершению. У меня осталось не так уж и много времени, чтобы выявить заболевание, которое помешает политической карьере Пиллая.

— Надеюсь, что вы не забыли о моей просьбе, — шепотом обратился я к сидящему рядом со мной журналисту.

— Я помню, доктор Сингх, — поспешно ответил Ганди. — Мы встретимся с ним лично. Я заранее решил этот вопрос.

Теперь я спокоен. Не знаю, что придумал Ганди, но теперь встреча тет-а-тет зависела только от него. Надеюсь, что у меня всё получится.

Прозвучал последний вопрос. Присутствующие выразили благодарность за подробные ответы на их вопросы. Публика постепенно стала концентрироваться вокруг выхода из аудитории.

Ганди кивнул мне головой. Мы поднялись на сцену и направились в комнату, где происходила подготовка политика к интервью.

Перед входом стояло два телохранителя.

— Здравствуйте, я — представитель газеты «Таймс оф Индиа», — сообщил Ганди. — Хотел бы уточнить некоторые моменты по поводу будущего выпуска.

— Тот самый Ганди? — искренне удивился телохранитель. — А кто ваш спутник?

— Он мой помощник, думаю, что господин Пиллай будет не против его присутствия, — соврал журналист.

— Амит, сходи уточни, я пока проверю их на наличие оружия, — сказал один из телохранителей.

Крепкого телосложения индиец вошел внутрь. Нас же с Ганди проверили на наличие холодного или огнестрельного оружия. В скором времени вышел второй телохранитель и сообщил, что господин Пиллай ждет нас. Так просто?

Мы вошли внутрь. Телохранитель последовал за нами.

— Оставьте нас наедине, — обратился к своему охраннику политик. — Всё хорошо. Ваше присутствие здесь необязательно.

— Если будут какие-то проблемы, то позовите, — обеспокоенно ответил крупный индус и вышел из гримерки.

— Я рад, что вы пришли, Ганди, — с широкой улыбкой заявил политик.

— Я тоже безумно рад встречи с вами, — ответил журналист. — Мне хотелось с вами обсудить будущий выпуск. Вам задали немало провокационных вопросов. Если они вас смущают, то я могу убрать их из выпуска.

— Нет, в этом нет необходимости! — резко махнул рукой Пиллай. — Мы должны быть честны с избирателями, поэтому оставьте всё.

Я чувствовал, что политик с глубоким уважением относится к журналисту. И мне кажется, что я знаю настоящую причину. Ведь Ганди писал о нем много положительных статей в газете.

— Вижу, что сегодня вы пришли не одни, — политик пристально посмотрел мне в глаза. — Это ваш стажер?

— Нет, это доктор Аджай Сингх. Мой спаситель и новый товарищ, — представил меня журналист. — Он очень хотел с вами встретиться.

— Спаситель? — искренне удивился Пиллай. — Не ожидал, что вы проведете с собой врача на интервью. Вроде бы у меня не было никаких проблем со здоровьем.

Ганди кратко рассказал ситуацию, которая произошла в больнице.

— Какой ужас! — развел руками политик. — Я искренне благодарен вам, доктор Сингх. Ганди очень сильно поспособствовал тому, чтобы о моей политической программе узнал широкий круг будущих избирателей. А ведь я с Ганди впервые вижусь в живую. Если вы его друг, то считайте и меня своим товарищем. Даже боюсь представить, что произошло, если бы Ганди стал жертвой врачебной халатности.

Пиллай подошел ко мне и протянул свою широкую ладонь. Ему хотелось выразить свою благодарность за спасение журналиста, благодаря которому его политическая карьера стала расти вверх.

Я крепко сжал его руку. И тут произошло то, о чем я даже не мог подумать.

На моей руке появилась Шеша. Она не сказали ни слова. Казалось, она и сама не понимала, что происходит. Но делала то, что должна. Исполняла своё предназначение, как и я.

Шеша превратилась в татуировку, покрывающую всё моё предплечье.

Что вообще происходит⁈

Теперь я всё понимаю… Моя хвостатая напарница была не только ключом для храма, но и энергетическим проводником в изучении лекарской силы.

У меня появилось доступ к самой последней чакре, которая всё это время для меня была недоступна. И я уже стал понимать, что станет причиной конца политической карьеры Пиллая.

У политика были аномальные изменения в анатомической структуре гиппокампа и височных долях. Я сразу же направил целительных поток энергии через свои чакры, чтобы устранить этот дефект. Но этого было мало.

Желудочки мозга уже были увеличены, а в лобной доле назревал патологический процесс. Это был вопрос времени, когда это ужасное заболевание начнет прогрессировать.

Вся моя жизнь в новом теле шла к этому моменту. Я был абсолютно готов. Накопил достаточное количество энергии, а понимание чакр достигло своих максимальных значений.

Этот политик в будущем должен был заболеть шизофренией. Тяжелым психическим расстройством, которое бы завершило его политическую карьеру.

Но благодаря одному рукопожатию, я смогу его исцелить. У меня получится устранить все дефекты, которые в будущем привели бы его к инвалидности.

Для такого лечения нужно было очень много энергии. Но я целый месяц к этому готовился и был готов сделать невозможное.

Постепенно аномальные изменения в мозге политика стали меняться, структура нормализовалась. Мне едва хватало сил, чтобы сжимать его руку.

Всё произошло быстро. Примерно за две-три секунды, но этого было достаточно, чтобы оказать всю необходимую помощь. Я выполнил своё предназначение, теперь карьере Пиллая ничего не угрожает.

Я разжал кисть. Политик улыбнулся мне в ответ. Он даже не понял, что за одно рукопожатие мне удалось исцелить его от дебюта шизофрении.

Шеша вернулась в прежний облик, перестав быть татуировкой на моей руке. При этом на моем теле не было никаких видимых изменений.

Никакого замечания от окружающих, что на моем предплечье появилась татуировка я не услышал. Значит, Шеша оставалась невидимой для человеческого глаза.

— Я был рад с вами познакомиться, господин Пиллай, — на моем лице появилась искренняя улыбка. — Мы с Ганди рассчитываем на вас!

Предназначение было исполнено. Мне было тяжело, ведь я исчерпал восемьдесят процентов своих энергетических ресурсов, которые тщательно копил всё это время.

Но с ощущением опустошенности возникло чувство облегчения. Я был свободен. Теперь у меня есть возможность жить так, как я захочу.

Индия больше не была для меня клеткой, из которой мне нельзя уезжать. Счастье переполнило мою душу. Ведь спасение жизни всего лишь одного человека изменит ход целой истории.

Про меня не напишут в газете, не будут петь дифирамбы в мою честь, но мне это и не нужно было. Достаточно того, что я знаю свою причастность к этому великому свершению.

Без меня и Ганди — этого будущего бы не наступило. Индия станет первой страной в мире, в которой будет превосходная экологическая обстановка. Остается лишь наблюдать как страна меняется в хорошем русле.

* * *

Два месяца спустя

Наконец, я вышел из аэропорта Нарита. Достав телефон из кармана, обнаружил, что у меня было несколько пропущенных звонков от Амиты.

Она не смогла до меня дозвониться, поэтому оставила мне несколько сообщений. Добрался? Всё хорошо? Пожалуйста, позвони мне, как прилетишь я в Японию.

Я набрал её номер и стал ждать ответа.

— Аджай, у тебя всё хорошо? — сразу же обеспокоенным тоном поинтересовалась девушка. — Я уже посмотрела все авиарейсы. Перелет должен был занять у тебя всего лишь восемь часов.

— Стоило учесть, что много времени занимает регистрация. У меня все хорошо. Я только вышел из аэропорта. Не переживай, милая.

Мы уже целый месяц встречались с Амитой. Я ей давно нравился, да и она была всегда рядом. Буквально с момента моего попадания в новое тело.

— Ну а как не переживать? Всё таки ты в другую страну уехал. Ты же ведь не знаешь японский язык.

— Многие японцы спокойно говорят на английском языке.

— Ты уже снял номер в гостинице?

— Кагари пообещал, что сам всё устроит. Мне даже не нужно забивать себе голову поэтому поводу. Единственное о чем я сейчас пожалел, что выбрал не тот аэропорт. Нужно было выбрать Ханэду. Этот аэропорт намного ближе к центру Токио. Ну, ничего, разберусь.

— А когда ты планируешь вернуться обратно?

— Как только решу все свои вопросы в Японии, — ответил я.

Мы договорились встретиться с Кацураги. Теперь я готов вступить в его лекарский орден.

Эпилог

Я сел на скоростной поезд Нарита Экспресс, чтобы добраться до центра Токио. У меня была туристическая виза, поэтому доберусь я до города бесплатно.

Я сел на свободное место и погрузился в свои мысли.

С тех пор, как я исполнил своё предназначение, прошло два месяца. За это время в моей жизни произошло очень много событий.

Мне удалось понять, что за заболевание беспокоило моего первого наставника Чирандживи. Он наотрез отказался идти в больницу, поэтому мы договорились с ним, что я буду его лечить с помощью чакр.

Благо, что теперь у меня хватало сил, чтобы остановить онкологический процесс, который у него происходил в тонком кишечнике. Вместе с Шешей мы сможет устранить опухолевые клетки без оперативного вмешательства.

На это потребуется время, ведь мой энергетический резерв был серьёзно опустошен после лечения политика Динеша Пиллайя.

Чирандживи помог Манишу Ачарии создать новое учение. Они смогли переосмыслить древние духовные практики, чтобы помочь современному человеку справиться с новыми проблемами. Больше не было каких-либо мошеннических схем. Мой учитель был рад такому исходу.

Сам же гуру жил на добровольные пожертвования со стороны своих благодарных учеников. Забавно, что честным трудом Маниш Ачария стал получать гораздо больше, да и проблем в его жизни стало гораздо меньше. Он долго не мог в это поверить. Но на чужом горе счастья не построишь. Маниш сумел в этом убедиться самостоятельно.

Моя мама в скором времени после свадьбы снова стала жить с отцом. Дед больше не препятствовал их отношениям. Не смотря на такую долгую разлуку, их чувства вновь заиграли новыми красками.

Я был рад, что так получилось. Хотя у меня даже и в мыслях не было, что моё приглашение на свадьбу станет отправной точкой к развитию этих событий. Поэтому моя семья вновь стала единой.

Сима вышла замуж и была счастлива в браке. Совсем недавно узнал от неё, что она тоже хочет стать стоматологом. Ранджит полностью поддержал её инициативу и даже готов взять её как стажера в будущем.

Теперь вся моя семья жила в Мумбаи. Сестра с мужем, а мама с отцом.

Заведующий отделения Шарма оставил свой пост. Но он не бросил медицину. Ему предложили хорошую вакансию в министерстве здравоохранения в Индии.

Меня хотели назначить новым заведующим отделения. Главный врач и его заместитель видели во мне нового приемника Шарма. Но я отказался от этой должности, предложив сделать заведующим моего товарища Бахмана.

Он не хотел соглашаться, переживая, что не справится с возложенными на него задачами. Но мне удалось его убедить, пообещав, что я буду ему помогу в этом деле.

Бахман был смышленым молодым человеком, поэтому быстро освоился в новой должности.

Ещё я познакомил своего товарища с Нандитой. Милой девушкой из Джайпура, которая училась у нас в городе на актрису. Они очень быстро нашли общий язык и вскоре начали встречаться.

Журналист Ганди не соврал, когда заявил, что его статья про Динеша Пиллая станет сенсацией и его лучшим выпуском в карьере. В скором времени он стал главным лицом «Таймс оф Индиа».

Много избирателей после прочтения газеты обратила внимание на программу партии «Зеленый Путь». Поэтому в скором времени Динешу Пиллаю удалось стать президентом Индии.

Страна коллективно начала борьбу с загрязнениями в климате. До реки Ганг ещё не добрались, потому что она была тесна связана с разными религиозными обрядами в индуизме, но первые шаги уже были.

Политик вынудил многих предпринимателей с ответственностью подходить к утилизации отходов. А вдоль рек стали устанавливать очистительные установки и извлекаться мусор со дна водоемов.

Думаю, что через двадцать-тридцать лет Индия станет примером для других стран мира по борьбе с загрязнением климата. Первый шаг был сделан.

Наконец, я приехал в центр Токио. И пересел на другой транспорт, чтобы добраться до места встречи с Кацураги. Мой путь лежал в Сибую, один из крупных филиалов частной клиники.

В скором времени мы встретились с Тендо. Он был искренне рад меня видеть и похвалил меня за быстрое исполнение своего предназначения в этом мире.

Я вступил в лекарский орден Кацураги. Среди участников организации было много представителей разных народов. Несколько латиноамериканцев, много людей европеоидной внешности и один темнокожий специалист.

Интересно, а они тоже попали в новое для себя тело? С каждым мне только предстоит познакомиться.

Кацураги заявил, что у ордена намечается много работы в ближайшее время. И дело было не только в загрязнении климата.

Было много проблем, которые нам предстоит решить коллективными усилиями. У людей вырабатывалась резистентность к антибиотикам, появлялись новые заболевания, вызывающие серьезные осложнения для здоровья.

Но теперь я уже был не один. У меня есть крепкая опора из моей семьи и участники ордена, готовые поддержать меня в трудную минуту.

* * *

Неделю спустя. Уличное кафе на одной из улиц Мумбаи.

Солнце уже село, но воздух в Мумбаи все еще теплый, пропитанный запахами специй, выхлопных газов и чего-то неуловимо сладкого.

Мимо небольшого уличного кафе проносятся желто-черные такси, их клаксоны сливаются в непрерывную симфонию. Авторикши, похожие на жуков, снуют туда-сюда, ловко лавируя в потоке.

— Амита, ты сегодня хорошо поработала, можешь идти домой! — громко заявил владелец заведения. — Посуду я сам помою. Только прими заказ у того молодого человека.

Девушка обернулась и раскрыла рот от удивления.

— Вы его не узнали? Это же Аджай! — ответила девушка. — Даже не предупредил, что приедет так рано.

Молодой человек сидел за тем самым столом, с которого и началась эта история. Он едва заметно улыбнулся и помахал девушке рукой.

— Пожалуй, мы ненадолго задержимся в кафе, — ответила девушка и направилась к столику.

* * *

Уважаемые читатели, благодарим вас за то, что были с нами! Нас очень радовали ваши награды, лайки и комментарии — и за это отдельное спасибо! Индийский лекарь подошёл к концу.

А мы с вами еще встретимся в новых циклах!

До скорых встреч!

ТЕЛЕГРАМ

Канал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками

Книжный Вестник

Бот для удобного поиска и скачивания книг

Книжный Бот

Свежие любовные романы в удобных форматах

Любовные романы

О психологии, саморазвитии и личностном росте

Саморазвитие

Детективы и триллеры, все новинки

Детективы

Фантастика и фэнтези, все новинки

Фантастика
ВКОНТАКТЕ

Цитаты, афоризмы, стихи, книжные подборки, обсуждения и многое другое

Книжный Вестник