"Фантастика 2026-22". Компиляция. Книги 1-24

Глава 1 Вне системы

Стоя на коленях, до боли вцепившись пальцами в чахлую траву и крошащуюся каменистую почву, я просто замер в ожидании неизбежного конца.

Ждал мгновения, когда ненадёжный, ходящий ходуном клочок тверди, вопреки законам физики парящий над головокружительной бездной, окончательно рассыплется серой пылью, отправив последнего пассажира в вечное небытие.

Неведомый спаситель на хрупком парусном «пёрышке», отчаянно сражаясь со взбесившимися после гибели Острова Мертвецов воздушными течениями, явно не успевал. Фурия, надсадно молотя крыльями метрах в ста, испытывала те же фатальные проблемы: хаотичные потоки воздуха безжалостно отбрасывали лодку и дикошу прочь, превращая сражение со стихией в бессмысленную трату последних сил.

Словно этого издевательства мало, цвет бездны стремительно и пугающе менялся: из привычно-белого окрашивался в сотни грязных оттенков рыжего и бурого, вздымаясь плотными клубами и ядовитыми завихрениями на всём обозримом пространстве. Тысячи, а может, и миллионы тонн высушенной земли, превращённые в мелкую взвесь после катастрофического разрушения Острова Мертвецов, хаотично носились в воздухе, разносимые на десятки километров свирепыми, бьющими наотмашь ветрами.

Едкая пыль скрипела на зубах, нещадно драла горло и рыжеватым шлейфом закручивалась вокруг моего жалкого убежища, от которого в поперечнике осталось меньше пяти метров. Островок продолжал сумасшедшее вращение. Неумолимое действие центробежной силы с каждой секундой с мясом отрывало от краёв пядь за пядью, унося камни в пустоту.

Левитационный материал в составе моей опоры достиг наименьшего критического значения. Заметно ускоряясь, вместе с обломком суши погружался в густой, вязкий от песка туман, приближаясь к ненасытной глотке невидимого, но более чем реального монстра-дегустатора, рыскавшего в непроглядной глубине.

В мутнеющей, забитой грязью дали окончательно растворились крохотный лодочник и верная Фурия.

Быстро темнело. Летящей пыли становилось всё больше, а тусклого света и кислорода — меньше. Пришлось судорожно прикрыть нос и рот рукой, вдыхая терпкий запах дублёной кожи на внутреннем изгибе локтя, но настырный песок находил малейшие щели в ненадёжной преграде, забивая ноздри и царапая слизистую горла.

Глупые, бессмысленные усилия. Проще прыгнуть вниз, в ревущую хмарь, и разом покончить с выматывающим нервы ожиданием, но пальцы упрямо, до побелевших суставов цеплялись за каждую отпущенную секунду перед встречей с забвением. Что именно заставляло медлить — животный страх сгинуть окончательной смертью в Белой Мгле, нередко съедавшей накопленные сейвы игроков без остатка, или проблески интуиции, множество раз выручавшей в безнадёжных переделках ранее?

Вероятность гибели Ключника — 99%. «Астральный сдвиг» активирован!

Колени уже начали проваливаться сквозь податливо расступающуюся в Бездну почву, как вдруг яркая красноватая аура обволокла тело, реальность на миг болезненно мигнула, и с бешеной, ломающей кости скоростью потащило в причудливо изгибающийся небесный колодец со стенами из сверкающих воздушных вихрей. Бивший в лицо ледяной воздух застрял в горле комом, вышиб невольные слёзы, но безумное путешествие длилось считанные секунды. Воздушный туннель схлопнулся позади со звонким, хлёстким звуком щёлкнувшего бича, а доспехи громко загремели пластинами о твёрдую каменистую почву.

Посадка вышла по-настоящему жёсткой.

Обессиленно лёжа на спине и глядя в мутное небо, я долго пытался набраться сил, уже отчётливо понимая: спасён, а значит, минутку отдыха можно позволить. Но не больше. Тяжело заворочался, поднимаясь на колени и настороженно осматриваясь по сторонам. И быстро осознал — здесь тоже ни черта не видно в клубящейся, остервенело воющей вокруг пылевой буре. Насыщенный частицами песка ветер буквально рвал воздух, злобно жалил в открытое лицо роем невидимых ос, толкал то в спину, то в грудь. Мне стоило колоссальных усилий не поддаваться бездушному, но яростному напору.

Спустя время, щурясь и до предела напрягая зрение, мне удалось разглядеть валяющиеся вокруг истерзанные обломки какого-то корабля. Настырный ветер продолжал методично доламывать порванную в клочья при крушении древесную обшивку, с сухим треском раздирая палубу и надстройки «крыла», жадно утаскивая добычу в темноту. От парусов не осталось и следа — стихия уволокла полотна первым делом, точно тряпки.

Несложно было догадаться: это один из кораблей, использовавшихся для массовой доставки Семян Древа Смерти на Остров Мертвецов. Брошенный командой и оставленный на растерзание Бурей, без должного управления, летучий транспорт просто размазался о ближайшую твердь. Островок этот, судя по плотности удушливой пыли в воздухе, находится совсем недалеко от эпицентра гибели — Острова Мертвецов. Возможно, варны, помогавшие в управлении, чудом спаслись, но не исключено, что где-то неподалёку в грязи валяются мёртвые тушки — в буре, затмившей коричневой пеленой всё небо, без надёжного каменного укрытия уцелеть затруднительно.

Поневоле снова и снова задумываешься о судьбе Фурии.

Хотя я и без всякого интерфейса подспудно чуял — жива и всё ещё отчаянно сражается со стихией, но… дикоша сейчас слишком далеко. Жизненные силы находятся на пределе. А я, запертый в этом хаосе, ничем не могу помочь…

Поднявшийся вдруг дыбом от очередного злобного порыва ветра здоровенный кусок палубы попытался меня протаранить, заставив мгновенно переключиться на собственные проблемы. Едва успев развернуться боком, я встретил удар глухо звякнувшим наплечником и резким движением руки отшвырнул «агрессора» прочь с дороги.

Перед тем как этот обломок скрылся в буре, удалось разглядеть на почерневших досках выжженную дыру: характерный след от сгоревшего маяка. Догадываюсь, что именно так беспощадно спалило — системный «Астральный сдвиг». Вычерпав энергию ближайшего активированного расходника до последней капли и разрушив оболочку, неизвестно откуда свалившийся навык перенёс меня на этот остров, словно мотылька на ближайший спасительный огонёк. Спас, одновременно лишив всякой возможности быстро вернуться в родную Цитадель, но жаловаться на это в сложившемся положении было бы явным перебором.

Ковыляя как пьяный, шатаясь под весом дебаффов усталости, слабости и дезориентации, тяжёлым грузом давивших на плечи, спотыкаясь о невидимые неровности почвы, я побрёл сквозь бурю наугад, пытаясь нащупать хоть какое-то укрытие. Прикрывая лицо ладонью, тщетно пытался понять, куда именно занесло. Хотелось просто рухнуть в грязь и застыть без движения, вырубиться к чёртовой матери прямо здесь, но врождённое упрямство не позволило сдаться на милость стихии. Вот только как найти хоть какое-то укромное местечко, когда не видно решительно ничего в двух шагах от носа?

Вокруг было обескураживающе темно, будто сам свет, как и Остров Мертвецов, целиком пожрал ненасытный дегустатор. Нет, эта исполинская тварь здесь была ни при чём. Просто-напросто из-за поднявшейся колоссальной пылевой бури, накрывшей мир вокруг непроницаемой пеленой, словно душным грязным одеялом, ночь опустилась на Архипелаг на пару часов раньше положенного срока.

Днём на этих островах обычно стоит комфортное тепло около двадцати градусов, сейчас же пронзительный ледяной ветер нёс тучи сухой абразивной пыли, секущей лицо не хуже наждачной бумаги. Добавляя и без того острых ощущений, приютивший островок буквально «дышал» под ногами — беспокойно вздрагивал, мелко вибрировал и ворочался, точно огромное живое существо, потревоженное близостью глобального катаклизма.

Очень надеюсь, что, сорванный с привычного места, этот остров не врежется в соседние, которые сейчас стихия взбалтывает на всём пространстве внутри Магического Барьера, и не повторит печальную участь большого «соседа». Пока нет возможности проверить меню, но подозреваю: откат у «Астрального сдвига» немаленький, и лимит чудесных спасений на сегодня полностью исчерпан.

Когда бредёшь почти вслепую, безжалостно исхлёстываемый ледяными плетьми ветра со всех сторон, каждая минута этого пути начинает казаться бесконечной вечностью. Если бы не доспехи, пришлось бы гораздо хуже. Массивный металл и жёсткая дублёная кожа надрывно скрипели на каждом шагу, доблестно отражая натиск колючей пылевой бури. Лишь невыносимо горела посечённая песком кожа на лице, да приходилось постоянно надсадно кашлять и сплёвывать вязкую от дорожной грязи слюну.

Хотя вырваться из цепких лап смерти удалось, полноценно связаться с соклановцами по чату пока не выходило. Причин для этого было несколько. Самая простая — истощение до дрожи в коленях, а магическая связь требует немалых затрат энергии. Любой игрок в этом мире — сам по себе живая батарейка, и моя сейчас, по всем физическим ощущениям, находилась на грани полного издыхания.

По-прежнему висевшие багровым грузом дебаффы после жесточайшего отката «Жатвы душ» — и не менее весёлый ворох прочих негативных эффектов, прилетевших от погибших боссов — буквально убивали меня с каждым пройденным шагом. Но если бы дело заключалось только в этом… Вероятнее всего, критический сбой интерфейса вызывали мощнейшие магические флуктуации поднявшейся Бури, истинной дочери Великого Вихря, настолько они были сейчас сильны в эпицентре. Так что, увы, мини-карта оставалась густо присыпана серым системным «песком», и на ней ровным счётом ничего не отображалось.

В какой-то момент я резко затормозил, лишь сейчас запоздало сообразив: всего несколько минут назад даже сама рамка мини-карты на периферии зрения отсутствовала. Так и есть — интерфейс частично вернулся к жизни, отображая важную внутреннюю информацию, касающуюся меня лично, но пока совершенно ничего не сообщая о внешнем мире за пределами вытянутой руки.

Порадоваться маленькому прогрессу толком я не успел. Рыхлая почва под подошвами сапог вдруг предательски поползла вниз, поддаваясь под немалым весом. Паника мгновенно обдала тело жаром и ледяным ознобом одновременно. Рванулся назад, пытаясь нащупать опору, но безнадёжно опоздал. Ноги с хрустом ухнули в пустоту, и мешком покатился по крутому склону, гулко гремя железом наплечников и кирасы о твёрдые каменистые выступы.

К счастью, падение оказалось совсем недолгим и закончилось на дне довольно просторной, заваленной мусором ямы. Могло ведь выйти гораздо хуже, если бы вслепую сверзился с самого края острова прямо в Бездну. Увы, голова от переутомления совсем не варила, и я подумал об опасности только сейчас, лёжа на спине и тяжело дыша, точно выброшенная на берег рыба. Как ни странно, воздух здесь, в низине, был заметно чище, чем наверху. Словно очутился на самом дне глубокого котелка, на поверхности которого яростно кипело коричневое варево — проносившийся прямо над краем ямы плотный пылевой поток. Несмотря на автоматически подключившийся с наступлением темноты «Теневой взор», видел по-прежнему не дальше чем на три шага, а до рассвета оставалась ещё целая уйма времени. Пришлось признать очевидное: гулять в таких потёмках с риском снова сверзиться с острова — лишь бессмысленно гневить судьбу.

Да и незачем больше никуда спешить. Отдохнуть и зализать раны вполне можно и здесь, просто дождавшись возвращения Фурии. Она всё ещё была жива и упорно боролась со стихией, резко сменив направление полёта сразу после экстренного переноса. Такая же упрямая и жадная до жизни, как и я сам.

Яма. Что-то смутно знакомо всё это мне напоминало. Точно: «Лунная Радуга», та самая ловушка в логове, куда когда-то загнала пронырливая компания игроков низуши. Ругаясь под нос и чувствуя вкус меди во рту, я заставил себя приподняться на локтях и внимательно осмотреться по сторонам. Никаких боковых проходов не заметил. Просто глубокая яма, без единой норы. Было бы очень некстати внезапно нарваться на каких-нибудь негостеприимных подземных обитателей. Только не сейчас, когда практически любой рядовой моб уложит одной левой.

Минутой позже, с трудом разглядев сквозь беснующуюся муть возвышающийся над краем ямы здоровенный, словно пологий холм, древесный комель с торчащими во все стороны обломками толстенных полусгнивших корней, я окончательно успокоился. Это действительно была просто старая яма, оставшаяся от некогда вывороченного с корнем дерева — видимо, оно пало в одну из прошлых сильных бурь. Если здесь когда-то росли такие массивные деревья, то остров по рангу никак не меньше второго. А значит, не должен развалиться на куски в ближайшие часы, как бы ни трепал взбесившийся ветер.

Для удобства я со стоном снял со спины тяжёлый «Пламень» и аккуратно положил рядом на камни. Валяться на мече, пусть даже благодаря кирасе почти не чувствуешь спиной — сомнительное удовольствие. Но всё остальное железо решил точно не снимать, мало ли что ещё выкинет остров. Проверил заодно поясной набор. Убедившись, что кинжал и обе фляги на месте, я сперва тщательно прополоскал рот чистой водой, вымывая песок, а затем отхлебнул добрый глоток живительного зелья здоровья.

Несмотря на весь случившийся апокалипсис, не посеял ничего по-настоящему важного из экипировки. Разве что куда-то бесследно пропала правая перчатка — то-то ледяной ветер по пути так нещадно сёк руку. Кожаный подсумок немного давил на поясницу, но снимать и его было одной сплошной морокой. Нет сил. Совершенно. Ах да, ценный расходник маяка тоже ведь безвозвратно сгинул. Просто не успел подобрать, когда крошечный островок начал расползаться под ногами. Но в таком паршивом состоянии было вполне простительно и собственную голову потерять. Главное, что выжил. Всё остальное — решаемо и восполнимо.

Глаза начали закрываться сами собой, веки налились свинцом. Информация… На вдумчивое изучение тоже требовались хоть какие-то остатки сил. Пришлось буквально наскрести их по сусекам, иначе взбудораженный всеми последними событиями мозг наотрез не желал успокаиваться и проваливаться в сон.

В первую очередь проверил время отката «Астрального сдвига». Как и предполагал — следующее «чудо» может случиться лишь через полные сутки. С описанием навыка я тоже интуитивно угадал, а может, оно и сформировалось в системе как прямой отклик на догадку, такое здесь уже бывало: «…в случае возникновения прямой смертельной угрозы Ключник автоматически перемещается в пространстве к точке ближайшего активного маяка (маяк в ходе данной операции полностью уничтожается)».

Гадать, откуда в руки внезапно прилетел этот «Астральный сдвиг», особо не пришлось. Как только я добрался до логов последних достижений и общего прогресса развития, сразу стало ясно: спасительная соломинка свалилась в награду за получение второго ранга Ключника. А вот за что получил не только второй, но заодно и третий ранг специализации — тут уж пришлось слегка напрячь извилины, на что они выразили категорический протест пульсирующей болью. Столько времени сиднем сидел на первом ранге, и прогресс Ключника почти не чесался, что бы ни делал, а тут сразу два ранга резкого повышения. Нет, конечно, не жалуюсь на такую щедрость, но не мешало бы всё же разобраться в причинах.

На всякий случай я снова бегло, по диагонали просмотрел оптом полученные за недавний рейд достижения. М-да, прямым упоминанием Ключника здесь и не пахло. Будем считать, что сработал сложный комплекс факторов, причём разрушение целого острова с одновременной гибелью кучи народа — один из ключевых триггеров. Кстати говоря, за получение третьего ранга, вместо привычной вилки «опыт или статы», как обычно происходило с базовыми умениями, достался лишь один пассивный навык, зато какой!

«Узы вечности»: Блокирует возможность окончательной смерти до тех пор, пока сохраняется неразрывная привязка души Ключника к Цитадели. При критической утрате последнего сейва механизм возрождения активируется за счёт изъятия жизненной искры «донора» — любого существа, ранее возвращённого в мир живых через Список Мёртвых. Кандидат на поглощение может быть назначен владельцем заранее путём персональной метки в интерфейсе Списка; в случае отсутствия выбора Система определит источник энергии для реанимации в случайном порядке.

Что, теперь я больше не могу окончательно умереть? За чужой счёт, это да — перспектива та ещё, отдающая холодным цинизмом. Да и не так уж много сейчас в этом мире выживших из тех, кого лично воскресил. Но всё же… это почти полноценное бессмертие. По идее, от такой новости впору было бы вскочить и лихо станцевать чечётку, но увы, даже просто дышать было тяжело, не то что шевелиться. Так что в задницу любые танцы. С удовольствием выкурил бы трубку, но с этим чёртовым ветром затея была крайне проблематична. Внутрь ямы пыли попадало значительно меньше, чем проносилось снаружи, но всё же воздух оставался тяжёлым.

Так, смотрим логи дальше.

И медленно, очень тихо выдыхаем. Пятидесятый, мать его за ногу, уровень. Даже не верится, что всё-таки стал полноценным пятидесятником, сравнявшись по рангу с тем же Хоркой Умным. Так вот оно что. Отчасти эта навалившаяся чудовищная слабость пришла не только из-за магического отката «Жатвы».

Две сотни автоматически влившихся статов, наплевав на острое желание просто отдохнуть, вовсю принялись за форсированную адаптивную перестройку тела под новые кондиции, когда и так уже лыка не вязал от усталости. Зараза. Остаётся лишь вяло и отстранённо радоваться, что это всего лишь половина положенного бонуса за взятые бурстом восемь уровней, так как ровно столько же свободных статов теперь покорно дожидались своего часа в копилке. До ближайшей медитации возле Колыбели Цитадели. Хорошо же всё-таки порезвились в этом рейде…

Достижения. Здесь дела обстояли жирно до последнего неприличия. Понятно, что «всё лучшее достаётся детям»… то бишь — непосредственным инициаторам глобальных мировых событий, но будет неплохо, если и другим участникам от щедрот Системы хоть что-то перепадёт. Иначе, после всего, что произошло в этом безумном рейде с остальными игроками, выйдет удручающе несправедливо.

За поверженных Акарха Терпеливого, Ледяного Мастера и Могильщика на личный счёт упало сразу три «Битвы за гранью» — достижений категории «ультраредких» и запредельно ценных в реалиях Архипелага. Похоже, я и впрямь невероятный везунчик со своими растущими как на дрожжах характеристиками, ведь рядовые игроки подобные награды не видят даже в самых смелых и дерзких снах.

Бонусные сейвы за Каменного Смотрителя бесследно сгорели во время недавней «Жатвы», но за «новичков» суммарно привалило шесть свежих попыток возрождения, ровно по две за каждого из боссов. Награда, судя по всему, со временем стала фиксированной и больше не росла, окончательно достигнув системного предела «халявы».

Впрочем, проблема дефицита сейвов отчасти решилась сама собой ещё до начала рейда благодаря пассивке «Смертный заём» — за каждого воскрешённого из Списка Мёртвых Ключник получает десятую долю сейва в личную копилку, так что жаловаться было бы грешно. С очками умений наблюдалась похожая картина: если за Каменного Смотрителя перепало по 40 личных и клановых, то за последующих противников пришло уже по 50/50 с каждой туши. В сухом остатке имеем внушительные сто девяносто личных очков умений и ровно столько же — в целевой фонд развития клана.

Вот уж воистину — чем больше я трачу, тем больше возвращается сторицей. Я обязательно крепко подумаю, куда всё это внезапно свалившееся богатство будет разумнее всего употребить, как только выберусь отсюда в Цитадель и начну хоть немного адекватно соображать. Да и делами клана давно пора заняться вплотную, теперь под рукой есть ресурсы, с которыми можно по-настоящему широко развернуться…

Текст достижения «Палач», уведомление о котором оборвалось на середине, пока я кувыркался на рассыпающемся клочке земли в Бездне, теперь наконец-то удалось изучить полностью, вдумчиво вчитываясь в каждую системную букву.

[Новое достижение] «Палач»: Получено за полную аннигиляцию Искажённой Колыбели Острова Мертвецов и окончательную гибель 783 душ разумных существ. Статус достижения — Уникальное. Награда: Пассивная способность «Смертная ассимиляция». Отныне количественное развитие Списка Мёртвых осуществляется не только путём возрождения душ, но и прямой жатвой — через физическое уничтожение разумных существ.

Следующее системное достижение и вовсе задрало текущие возможности до небесных высот, практически приравняв по параметрам выживаемости к какому-нибудь мелкому, но вполне официальному божеству:

[Новое достижение] «Спаситель»: Присвоено за успешное изъятие 543 разумных существ из цепких лап вечного разложения и их своевременное возвращение в благодатное лоно Колыбели Жизни. Награда: зачисление десятой доли резервного сейва за каждую спасённую единицу жизни. Примечание: до момента извлечения ресурса из автономной «копилки» и его переноса в активный блок интерфейса, накопленные сейвы остаются в статусе ожидания и не учитываются в системных расчётах при активации ваших умений.

Потрясающие новости: у меня теперь полсотни полных сейвов в неприкосновенном запасе. «Жатва» больше не грозит внезапным и полным обнулением всех попыток возрождения в самый неподходящий момент боя. Это серьёзно расширяет тактические возможности, устраняя критическую уязвимость мощного умения и позволяя впредь не обращать внимания на сопутствующие потери при его активации. То есть теперь этот козырь можно применять не как исключительную меру на грани жизни и смерти, а при любом удобном случае, точно так же, как я использую привычного «Душелова»…

Впрочем, всё не так просто, как кажется на первый взгляд. Дебафф «Великое изнурение» ведь никуда не денется, продолжая методично выматывать тело. Зараза. Надо бы всё-таки изыскать силы и попытаться раскурить трубку — аура «Умиротворения» сняла бы часть этого паршивого самочувствия и позволила бы хоть немного унять нервную дрожь в пальцах.

Я надолго задумался, невидяще уставившись в густую коричневую муть, клубившуюся прямо над моей ямой. «Список Мёртвых» благодаря уникальному достижению «Палач» разом поднялся на два ранга. Второй ранг обеспечил жёсткую привязку Списка к клану — теперь все погибшие соклановцы автоматически попадают в мою Копилку, для этого мне больше не требуется находиться в «пределах их видимости», как это было раньше. Третий ранг и вовсе расширил мои возможности до немыслимых пределов: к Списку Мёртвых теперь привязан весь текущий сектор (или — Круг, как здесь это называется), в котором физически находится Ключник. То есть абсолютно любой разумный, погибший внутри Магического Барьера на любом из островов сектора Форт Бдительный, теперь гарантированно оказывается в моём Списке.

Причём этот системный инструмент, что называется, стал теперь по-настоящему обоюдоострым: я могу как окончательно казнить, так и миловать попавшие в переплёт души, извлекая из обоих процессов одинаковую системную выгоду. А когда число погибших достигает такого кошмарного количества, смерть без всей этой утомительной возни с воскрешением становится пугающе выгодной… Жутковатые, прямо скажем, открываются перспективы. И разрушительные для человеческой души тёмные соблазны. Всё это нужно будет очень хорошенько обдумать на трезвую голову. Просто не сейчас. Не в таком разобранном состоянии.

На проклятия и метки помельче я пока даже не стал обращать внимания, с Владыкой Древа Смерти всё равно в обозримом будущем чай в тишине пить не придётся:

[Новая метка] «Печать Смерти»: Ваше присутствие в мире теперь отмечено клеймом экзистенциального врага, вызывающим у всех представителей Фракции Смерти глубокую врождённую ненависть и неутолимую жажду вашей погибели. Защитные барьеры организма фатально ослаблены перед энергиями разложения: уязвимость носителя «Печати Смерти» к любым атакующим умениям Фракции Смерти перманентно повышена на 25%.

Кроме того, я снова умудрился привлечь недоброе внимание божества Горэла за случайное уничтожение его древних святилищ, благополучно гаркнувшихся вместе со всем Островом Мертвецов. Это закономерно понизило без того никакую репутацию с ним до статуса «неприязни». Вот же зловредная и мелочная скотина. Явно ведь этот зверобожок был в курсе, что его любимчик Хорка Умный задумал разнести остров в пух и прах, и тут уж без тотальных разрушений «жилищного имущества» ну никак не обойтись. Однако увесистая системная плюха прилетела именно мне. Видимо, с нашего прошлого раза мстительный бог так и не простил наглого вмешательства в судьбу своей паствы. Впрочем, сейчас это не имеет ровным счётом никакого значения. Задерживаться на Архипелаге на веки вечные я не планирую, и все эти местные божки со своими бессмысленными кознями в итоге всё равно останутся с носом.

Как ни откладывал я этот тяжёлый момент до последнего, но пришлось всё же пройтись взглядом по Списку Мёртвых. Я до тупой боли в затылке боялся того, что там увижу. И как ни прискорбно, судя по бесконечному количеству прописавшихся в Списке новых имён, худшие страхи оказались оправданы.

Возможно, установленный на поле битвы маяк был уничтожен шальным ударом магии босса или просто раздавлен обломками, иначе я просто не знаю, как так получилось, что так мало успевших спастись в Цитадели. А потом остров просто разлетелся на мелкие куски, как хрупкое печенье под ударом тяжёлого молотка, никому не оставив ни единого шанса на спасение. Немыслимые, катастрофические потери. Даже если процесс возрождения для всех пройдёт удачно, что крайне маловероятно из-за загребущих лап Белой Мглы, многим душам потребуется очень много времени, чтобы покинуть Колыбель самостоятельно.

У всех опытных игроков эта смерть будет явно не первой, а значит, и периоды системного возвращения в мир живых окажутся немаленькими. При самом удачном раскладе — не меньше суток, но, скорее всего, всё затянется на гораздо, гораздо более долгий срок. Даже не представляю, сколько времени потребуется теперь Хорке Умному, чтобы вернуться из небытия. Бездна всё-таки и его ухитрилась заграбастать в свои объятия. И его, и почти всех белогривых воинов из Форта. Не сумел я найти в этом Списке лишь дрессировщика питомника Ворга Вялого.

У меня просто не оставалось сил думать о погибших соратниках. Цена подобной победы слишком явно отдавала горечью сокрушительного поражения. С моими соклановцами ситуация сложилась не менее сложная. Клановый интерфейс пока угрюмо молчал, а по Списку Мёртвых было невозможно точно определить, сколько именно наших ребят попало туда на этот раз, ведь добрая половина имён там была прописана ещё до этого рейда. Но я отчётливо помнил, что многим из них пришлось добровольно пожертвовать собой ради активации Семени Древа Смерти. И это всем нам ещё обязательно аукнется, так или иначе.

Причём не было никакой уверенности, что уцелевшие смогли благополучно вернуться в Цитадель… Если в нашем осколке реальности прямо сейчас случится прорыв пустотников, то отбиваться от них на стенах придётся лишь безобидным скорнякам… Ах да. В крайнем случае отобьются Стражи, они для того и созданы. Совсем уже голова от усталости не варит.

К чёрту все эти размышления. Не желаю больше думать о плохом, пока не увижу всё своими глазами при свете дня.

Раньше утра пыль в воздухе вряд ли развеется — к этому моменту, искренне надеюсь, внешний интерфейс наконец-то проснётся и я смогу понять, куда именно меня занесло. Скорее всего, выбираться с этого проклятого острова придётся самостоятельно, на Фурию сейчас особо рассчитывать не стоит — ей самой бы в этом хаосе уцелеть и не разбиться.

Было бы весьма неплохо, если бы сейчас из ниоткуда припёрся Мохнатик и притащил в зубах новый расходник астрального маяка, но свина некому направить, Ранилак сейчас в Колыбели. Как и многие другие. Слишком многие.

Всё, хватит. Последним усилием воли выбросив гнетущие мысли из головы, я закрыл глаза и постарался провалиться в тяжёлый сон без сновидений.

Глава 2 Удача «Счастливчика»

С каждым часом ледяная хватка ночи сжималась всё ощутимее, пробирая до костей.

Окоченевшее тело тщетно пыталось согреться на промёрзшей почве, но разум никак не мог вырваться из липких объятий тяжёлого забытья. Несколько раз сознание возвращалось лишь наполовину; не размыкая век, я на ощупь тянулся к поясным флягам. С трудом ополоснув пересохшее горло водой и сплюнув густую грязную слюну, делал скупой глоток обжигающего зелья здоровья. Горьковатая жидкость приносила призрачное облегчение, едва удерживая сознание на плаву вопреки изнурительным дебаффам.

Снилась Марана в облике Алии — именно такой она приходила в Цитадели ночами. Улыбка в этот раз казалась настолько горькой, что сердце сжималось, а обычно горячие прикосновения пальцев отдавали холодом мертвеца. Снилась Кроха — маленькая фейри в слепой панике металась по залам, а хрупкое тельце, стремительно чернея под действием метки Горада, распадалось шлейфом пепельных частиц прямо в полёте. Снились коби, в ужасе забившиеся по тёмным углам крепости — за ними по пятам гнались безликие пустотники, оставляя на камнях кровавые следы растерзанных жертв…

Бесконечные рваные обрывки кошмаров, навеянные убийственным физическим состоянием, выматывали и тело, и душу, но в какой-то миг резкий толчок интуиции заставил очнуться окончательно. Я тревожно вскинулся, превозмогая ломоту в суставах, и попытался осознать причину пробуждения. Дыхание с присвистом вырывалось облачками седого пара. По ощущениям температура опустилась почти до нуля — небывалый, аномальный холод для всегда умеренного Небесного Архипелага. Не будь пассивки «Закалки», съедавшей добрую долю урона, давно бы окоченел здесь до состояния трупа.

Вокруг по-прежнему царила густая темнота, хотя она уже не казалась столь беспросветно-плотной. Внутренний таймер бесстрастно сообщил: до рассвета осталось не более часа. Летучая пыль за минувшее время заметно поредела, хотя до окончательного очищения воздуха было ещё далеко.

И тут в груди шевельнулся слабый всплеск искренней радости. Фурия! Верная чёртушка всё-таки сумела найти след в этом хаосе, добралась до острова и находилась совсем неподалёку…

Однако следом леденящее дыхание близкой опасности мгновенно задуло теплящийся огонёк воодушевления — дикоша чётко засекла врагов. Множество целей. Пожиратели. «Пламень» в одно мгновение взлетел с земли, чтобы привычно пристроиться в магнитный закреп. На лету перехватив рукоять, я всмотрелся в обновлённое лезвие клинка, чувствуя в онемевших пальцах давящую тяжесть и тупую ноющую боль в мышцах, едва справлявшихся с весом оружия.

Стало предельно ясно: встречу с Фурией придётся отложить. Коротким ментальным импульсом я приказал подопечной немедленно найти надёжное укрытие, затаиться и не привлекать внимания. На этот раз у совершенно обессиленной зверюги не нашлось желания проявлять дикий норов; согласие пришло без возражений. Голова варила паршиво, иначе удосужился бы проверить уникальные вещи ещё до того, как вырубиться в яме. Кроха наверняка смогла бы подлечить «Источником жизни», как же её не хватало рядом…

Но бедной малявке и самой требовалась срочная помощь с треклятой меткой. Выну из Горада всю гнилую душу, если не снимет проклятье. А потом, для профилактики и закрепления материала, выну ещё разок — уже после исцеления. Теперь — к делу. Взлёт до пятидесятого уровня обеспечил не только скачок личных параметров; уникальные вещи тоже подросли вместе с владельцем, внеся весомую лепту в общее ухудшение самочувствия. Как и предполагалось, «Пламень» на пятидесятом ранге вновь «раскрылся»:

«Пламень» (Уровень 50, полуторный меч). Тип предмета — уникальный. Сила: +50, Разум: +50. Вероятность парирования смертельного удара: +10%. Шанс игнорирования защитных покровов любого типа: +10%. Встроенная пассивная способность «Теневой ожог»: Каждое успешное попадание несёт в себе импульс ментального сокрушения. Атака мечом способна полностью подавить волю врага, заставив его с удвоенной яростью биться на стороне владельца оружия. Вероятность активации и длительность контроля находятся в прямой зависимости от интеллекта жертвы: чем выше параметр «Разум» у цели, тем ниже шанс успеха и короче срок её службы. Откат: отсутствует.

Более того, вставленный в слот рукояти кристалл с «Оковами магии» полностью восстановил целостность, хотя недавно буквально трещал по швам, отдавая энергию при активации умения в рейде. Получается, эффект повышения уровня коснулся даже установленного расходника, хотя раньше Система подобных поблажек не делала. Особый бонус пятидесятника? Вполне возможно. Судя по названию — «Теневой ожог», — подарок для оружия достался прямиком от Алана, что логично, раз развитие идёт под его незримым присмотром.

Оставалось на практике выяснить, чего новая способность стоит в реальном бою и есть ли смысл всерьёз на неё рассчитывать в основной ротации. Подозреваю, на игроков шанс удачного срабатывания исчезающе мал. Но, помимо них, имеется множество других, куда более податливых «Ожогу» противников. Кроме верного «Пламеня», в арсенале имелись ещё три уникальные вещи… Только сейчас я обратил внимание на собственный видок: зачарованные доспехи протестующе скрипели при малейшем движении, а сочленения и ремни густо пропитала коричневая пыль.

Выгляжу под стать какому-нибудь земляному голему. Тихо чертыхаясь, я вытянул из-под массивной кирасы за тонкую цепочку серебристо-голубой ромб кулона, попутно разворошив подсохшую грязь на вороте. Магический артефакт внешне почти не изменился, лишь снизу образовалось едва заметное утолщение. При ближайшем рассмотрении там обнаружилось небольшое углубление — тот самый «слот», упомянутый в обновлённом описании:

«Поглотитель» (50 уровень, кулон). Тип предмета — уникальный. Встроена способность «Ловец умений»: кулон с некоторым шансом способен захватить и скопировать на вставленный в слот кристалл сущности одно из чужих умений, применённых в бою против владельца. Шанс копирования и итоговый ранг скопированного умения напрямую зависит от уровня и типа противника, а также от ранга используемого кристалла. Активное умение: «Концентрация сути». Ожидающее умение: «Чёрный портал» — пространственный перенос на Древо Смерти (для активации портала необходим специфический расходник: разумная жертва). Подтвердить захват умения: да/нет? Внимание! Новое умение принудительно вытеснит текущее активное, если в слоте отсутствует кристалл-расходник!

Звучало чертовски перспективно. Теперь «пойманное» умение — если в сети попалось нечто более действенное, чем текущий набор, — не обязательно сразу сбрасывать, следовало лишь вовремя поменять кристалл-расходник. Заполненный кристалл можно вставить в любой свободный слот на других вещах, тем самым включив в активный арсенал. Значит, нужно больше вещей со слотами. Эту насущную проблему придётся решать в ближайшее время. Потрясу Хорку более основательно, когда всё-таки до него доберусь.

С хмурым недоумением я уставился на мерцающий системный таймер, неумолимо отсчитывающий время до обнуления захваченного умения. Не припомню, чтобы подобное ограничение случалось раньше; видимо, исключительный случай — кулону банально не хватало внутренней мощности долго удерживать в памяти столь сильную структуру. И ведь едва не проспал — на принятие решения в запасе оставалось меньше тридцати минут. Чёрт возьми — «Чёрный портал». Явный «прощальный подарок» от Горада, который активировал переход в тот роковой момент прямо за спиной Мараны.

Я вновь до скрипа стиснул зубы, едва подумав об этой твари в человеческом облике. Но открывающиеся тактические возможности заставляли крепко задуматься… Впрочем, ситуация не располагала к долгим размышлениям, медлить не стоило. Кое-как стряхнув сухую корку пыли с клапана кожаного подсумка и достав первый попавшийся под руку кристалл сущности, я поднёс его к кулону. Острый кончик камня с лёгким звенящим звуком встал в углубление как влитой.

Тут же последовало системное предложение переписать на кристалл одно из двух доступных умений, чтобы освободить память для следующего захвата. Про конкретный шанс удачного копирования в описании не говорилось ни слова, но это вовсе не означало стопроцентной вероятности. Разумнее было считать: риск навсегда потерять ценную наработку сохраняется. Терять «Чёрный портал» крайне не хотелось, а до безопасной Колыбели в Цитадели сейчас не добраться…

Но и «Концентрация сути» — мощнейшее умение, существенно поднимающее убойную силу «Душелова». Его тоже ни в коем случае нельзя было лишаться. Придётся рискнуть здесь и сейчас — пока обстановка относительно спокойная. Если таймер обнулится прямо в бою до возвращения в Цитадель, шанс безвозвратной потери серьёзно возрастёт.

Доспехи протестующе лязгнули металлом о камни, когда я тяжело опустился на холодную землю и постарался полностью освободить разум от лишних раздумий, медленно погружаясь в «Медитацию». Рядом с прежним таймером запустился новый, пятиминутный — процесс копирования оказался далеко не мгновенным. Выходит, чертовски прав: в разгаре боя такую процедуру точно не провернёшь. А пока изображаю неподвижную статую, стоит мысленно заняться ревизией остальных вещей. Глубокой медитации это никак не мешало — параллельная задача, не сбивающая общей концентрации.

Изменения при автоматическом масштабировании пояса вышли менее значимыми и коснулись лишь закономерного повышения базовых параметров:

«Бремя лидера» (Уровень 50, пояс). Тип предмета — уникальный. Сила: +50, Ловкость: +50. Доступный слот для модификации: 1. Встроенная способность «Экспроприатор»: Магически трансформирует любой установленный в свободное гнездо кристалл сущности в высокоэффективный накопитель опыта, аккумулируя поступающие единицы развития в доступный для извлечения и последующего перераспределения ресурс.

Кристалл именно сущности, а не души! Свойства артефакта изменились в приятную сторону, заметно понизив системные требования. Не медля ни секунды, я вставил в пояс чистый кристалл, пусть потихоньку работает и копит драгоценный опыт.

Подобная вещь очень пригодится в будущем. Чрезвычайно востребованная штука, чтобы быстро и безболезненно подтянуть по уровням новичков.

«Слеза Дживы» (Уровень 50, серьга). Тип предмета — уникальный. Разум: +50, Выносливость: +50. Встроенная способность «Живая броня»: Плотность персональных защитных барьеров автоматически возрастает на 100% сроком на одну минуту, едва показатель жизненных сил опускается ниже порога в 70%. Затраты энергии: отсутствуют. Доступный заряд: 5/5. Время восстановления — 1 час.

Тихий мелодичный звон известил о завершении копирования. Получилось! Оба таймера исчезли из интерфейса, и теперь «Чёрным порталом», застрявшим в памяти артефакта, рисковать не придётся. Почти бездумно я вынул из слота кинжала «подтаявший» от магической отработки усилитель на ловкость и заменил его ледяным многогранником «Концентрации сути». Связанное с «Душеловом» умение осталось в активной ротации, а к кулону примкнула следующая чистая заготовка.

Любой новый трофей теперь запишется в свободную ячейку мгновенно. Возможности «Ловца умений» наверняка продолжат расти вместе с рангом владельца. До пятидесятого уровня «Поглотитель» удерживал лишь одну структуру, теперь — две. Что будет дальше — покажет время. Пора провести быструю инвентаризацию остатков.

Хотя «Месть камикадзе», прикончившая Горада, сожрала львиную долю ресурсов из подсумка, три десятка камней из захваченной перед рейдом сотни всё же уцелели. Выходит, тёмный маг уже перерос обычного игрока, но до полноценного босса вроде Смотрителя не дотянул. К счастью, я не остался с голым задом — по-прежнему есть чем оперировать. Больше не тратя времени понапрасну, запихнул кулон под кирасу и полез вверх по осыпающемуся склону ямы.

Пальцы цеплялись за малейшие неровности, сапоги с силой вбивались в податливую, пропитавшуюся ночной влагой почву. Без перчатки на правой ладони было паршиво: острые грани скрытых в грязи камней больно жалили кожу. Прочность тела спасала от глубоких порезов, а восстановить экипировку получится в Цитадели. Не зря я привязал к душе все части комплекта брони зарядами «Моей прелести» — пригодилось сполна.

Неловко перевалился через край убежища, я рывком поднялся на ноги. Движения против воли выходили рваными, замедленными; усталость, несмотря на отдых, уменьшилась ненамного. Чёртова «Жатва» и её последствия висели пудовыми гирями. Какой прок в системных подарках и достижениях, если омерзительный дебафф превращает в калеку после каждого применения.

Ощущения мало походили на простую усталость. Скорее, на фатальный распад материи. Казалось, тело вылеплено из сухого песка и рассыплется от любого неосторожного вдоха, поскольку клетки потеряли способность цепляться друг за друга. Каждая точка организма ныла изматывающей, тупой болью. Когда её стало слишком много, сработал защитный блок — пришло странное внутреннее онемение.

При движении нервные окончания словно отключились, позволив вздохнуть свободнее. Нужно срочно приводить в порядок Кроху. Нутром чую: теперь, когда малявка тоже неизбежно подросла в уровнях, у неё обязан найтись способ борьбы с такими дебаффами. Сцепив зубы и встряхнув головой, пошёл вперёд, настороженно просеивая взглядом серую муть.

Видимость едва достигала десяти шагов. Резкие порывы ветра прогоняли волны по-прежнему клубящейся в воздухе пыли, дравшей горло при каждом вдохе. Мышцы слушались с запозданием, заставляя беситься от собственной неуклюжести. Чувствовать себя таким тормозом не приходилось давно. Возможно, это некий предохранитель Системы — чтобы не разбрасывался направо и налево специфическим умением, способным сжечь сейвы даже боссу.

Заставлять Ключника трижды думать перед каждым использованием — так ли оно необходимо? Взамен боли пришла нездоровая, тягучая жажда. Захотелось выпить чужую жизнь, чтобы хоть как-то реанимировать затухающую искру в собственной груди. Ярость при воспоминании о Гораде на миг даже прогнала проклятое изнурение. Магу придётся ответить за Марану и метку на фейри. Да и за всё остальное — тоже, не одному мне этот говнюк наделал гадостей.

Клановые потери могли оказаться необратимыми — доноров в запасе критически мало. Но теперь Горад не отвертится от неминуемой мести: его имя в Списке горело багровой мишенью, в которую уже готова вонзиться стрела. Поганцу придётся туго, как только получится вернуться в Цитадель. Мстительное предвкушение жгло изнутри, перекрывая физическую слабость.

Путеводная нить «Духовной связи» вела сквозь мрак; постепенно тело разогрелось, втянулось в работу. Мимо время от времени проплывали смутные тени колоссальных деревьев. Кроны тонули в поглотившей небо рыжей взвеси, удавалось рассмотреть лишь нижнюю часть мощных стволов. Характерный рисунок коры выдавал зонтичные лиственники — исполинские растения с гладкими стволами без единого сучка до самой макушки, где зонтиком распускалась пышная плоская крона.

Местоположение прояснилось. Занесло на добрые двадцать километров от Острова Мертвецов. Расходник маяка на Черепе Властелина обновлялся недавно, но по каким-то признакам «Астральный сдвиг» счёл точку на разбившемся корабле более подходящей для переноса. Странно, что не нашлось местечка поближе к эпицентру катастрофы.

И как здесь оказался сам разбитый корабль? Неужто Буря настолько сильно перемешала пространство, изменив координаты и расстояния? Понимание местности ненамного упрощало задачу: теперь нужно найти стационарный маяк острова. Ориентиры отсутствовали, мини-карта упрямо молчала, не собираясь подсказывать дорогу или отрисовывать пройденный маршрут.

С одинаковым успехом можно было двигаться как к цели, так и прочь от неё. Можно пройти мимо в паре метров, даже не подозревая об этом. Почувствовать энергетический фон маяка получится лишь с пятидесяти метров. На острове третьего ранга, площадь которого превышает сто квадратных километров, бродить в пылевой мгле можно вечно. Такая перспектива совсем не радовала.

Оставалось надеяться, что маяк обнаружит более чуткая Фурия. Кроха, как исключительно чувствительное энергетическое существо, просто увидела бы пик силы за многие километры, но фейри со мной не было. Время шло. Плеча робко коснулись блёклые отблески восходящего светила, едва пробивавшегося сквозь мутное марево. Знак Алана на лице непрерывно тлел, горячей проволокой стягивая сухую онемевшую кожу; он подтверждал — опасность близко.

Тени пожирателей изредка мелькали по сторонам — монстры рыскали в поисках поживы. Окружающая муть стала одновременно и проклятием, и спасением: тварям в этом песке было гораздо хуже. Гляделки врагов явно не рассчитаны на такую плотность взвеси, что давало небольшое преимущество. Главное — не проморгать удар, если они подкрадутся со спины.

С каждым шагом связь с Фурией становилась крепче. По смутно передаваемым ощущениям, подопечная нашла убежище в глубоком овраге. Даже измученная полётом и борьбой с ураганом, зверюга не потеряла нюха. Сейчас, отдыхая, она чутко просеивала пространство, стараясь предупредить меня мысленными сигналами о рыщущих поблизости врагах. В этом затянутом мглой лесу мне приходилось полагаться на инстинкты дикоши больше, чем на собственные.

Понятия не имею, как пожиратели оказались на этом клочке суши. Если это аварийный десант с листа Древа Смерти, на которых твари любили перемещаться между островами, то мне просто не повезло оказаться здесь в неудачный момент. Но нельзя исключать и целенаправленную охоту. Это означало бы, что ярость Владыки после потери Острова Мертвецов сфокусировалась исключительно на одной цели — на мне.

Немудрено — утратить столь важный плацдарм для завоевания локации было бы для врага ударом болезненным. Главный вопрос, впрочем, терзал изнутри: как эти твари умудрились выследить меня здесь, если даже сам толком не ведал конечную точку переноса? Вряд ли у Древа Смерти припасено столько пушечного мяса, чтобы разом накрыть сотни крупных островов, да ещё с такой запредельной скоростью. Про тысячи мелких осколков и говорить не стоит. Скорее всего, десант попросту высадили на ближайшие к руинам Острова Мертвецов клочки суши. Если только на доспехах не полыхает невидимая метка, заботливо поставленная Горадом…

Мысль неприятная, но маловероятная, так что забивать голову лишней паранойей сейчас не стоило. Встреча с пожирателями на этом острове вполне могла оказаться банальной, до зубовного скрежета обидной случайностью. Возможно, Владыка просто присматривает свежий плацдарм для экспансии. Оставалось надеяться, что дикие варны, которыми так славится Череп Властелина, сейчас плотно сидят в гнёздах, пережидая пылевой ад. Пожирателей в округе и так более чем достаточно. При нормальной погоде разгуливать здесь в одиночку рискнул бы разве что Команч с фирменной невидимостью или тот прыткий линарец. Сейчас оба мертвы.

Ситуация с линарцем, впрочем, выглядела странно — лично наблюдал, как тот сиганул в бездну вслед за Мараной, пытаясь подхватить падающее тело, но имени в Списке Мёртвых так и не появилось. Не сработало? С чего бы? В чудесное спасение верилось с трудом, хоть летать «парень» и умел, пусть и на короткие дистанции. Ладно, разберусь позже. Сейчас приоритет — добраться до стационарного маяка. Он ждёт по ту сторону горной цепи, сразу за пещерой-переходом сквозь гранитную гряду, где остров насквозь прошивает колоссальная пропасть, очертаниями напоминающая гигантский человеческий череп.

Вилохвосты, облюбовавшие кроны могучих зонтичников, тоже могли превратиться в серьёзную проблему. Впрочем, при таком шквальном ветре и практически нулевой видимости вряд ли хищники остались наверху — сейчас явно не до охоты. Наверняка забились в глубокие запасные норы, вырытые в надёжном грунте. Следовало внимательнее смотреть под ноги, не забывая сканировать пространство по сторонам. Ледяной сквозняк вместе с мелким песком приносил отчётливые запахи увядающей, гибнущей зелени, словно в мир внезапно ворвалась суровая осень.

Трава под подошвами и впрямь начала стремительно жухнуть: живой природе явно не по нраву пришлись такие температурные скачки. Внезапно сразу две группы пожирателей по несколько особей в каждой вынырнули из рыжего марева по обе стороны, мастерски беря меня в клещи. Вовремя предупреждённый Фурией, я заранее слился с шершавой, пахнущей смолой корой подвернувшегося древесного исполина. Задержал дыхание, стараясь не выдать присутствие даже крохотным облачком пара, вырывающимся из лёгких.

Первый отряд проковылял метрах в трёх, так и не учуяв добычу, второй прошёл гораздо ближе. При желании можно было просто вытянуть руку и коснуться плеча крайнего шатуна, скрипуче проследовавшего мимо. Пожиратели выглядели непривычно медлительными и какими-то заторможенными. Твари не являлись теплокровными, так что пронизывающий холод сковывал движения мертвецов куда сильнее, чем мои. Пожалуй, на текущем пятидесятом уровне, даже с учётом всех изнуряющих дебаффов, вполне реально раскатать эту группу в тонкий блин.

Жаль только, что у шатунов роевое сознание; дальность ментальной связи в этой стае ограничена лишь физическим расстоянием. Стоит задеть одного — и на шум мгновенно обернутся все, кто рыщет неподалёку. С другой стороны, Фурия не чувствовала вокруг больше двух десятков противников, разбросанных по лесу групповыми тройками. К тому же в поле зрения маячили только рядовые шатуны — ни бронированных махин-утилизаторов, ни опасных трубочников, способных засыпать ядовитыми иглами, поблизости не наблюдалось.

К несчастью, на использование большинства активных умений энергии в резерве катастрофически не хватало; свалиться от полного истощения прямо посреди схватки — участь незавидная. Пришлось обходиться без привычных усиливающих аур: «Клинок бури» и «Дыхание ветра», которые в нормальном состоянии обновлялись на полном автопилоте, сейчас оставались неактивны. Возвращаться в Цитадель через смерть из-за долгого отката «Астрального сдвига» — вариант для слабаков. Точно не мой путь. Не после того, как я чудом вырвался из пасти небытия.

Штрафные сроки воскрешения неумолимо растут с каждой новой гибелью, а бросать осколок реальности и клан на произвол судьбы я не имел права. Нельзя окончательно выпускать контроль над ситуацией из рук, иначе всё достигнутое рухнет в бездну, подобно кораблю с изорванными парусами, лишённому шанса на спасательную операцию. Шершавая спина последнего шатуна начала медленно растворяться в пыльном вихре, точно карандашный набросок, стираемый ластиком. От вида уходящей цели челюсти невольно сжались — бесила невозможность затеять добрую драку.

Нет сил? А на какой тогда чёрт в арсенале имеется «Душелов»⁈ Для активации этого умения требуется не собственный ресурс, а заимствованная мощь, и расходники в подсумке пока не кончились. Глупо упускать шанс восстановить тонус, пусть даже это сопряжено с серьёзным риском. Кто знает, какие ещё сюрпризы подкинет дорога до маяка? Боеспособность нужна немедленно, а не в отдалённом будущем, ведь нынешнее «бессмертие» — штука крайне условная.

И всё же лезть на рожон сразу поостерёгся, сумев задавить нездоровое нетерпение и жажду немедленной схватки. Разумнее сначала добраться до Фурии и объединить усилия, чтобы прикрывать друг другу спины. Я сделал осторожный шаг из-за широкого ствола, намереваясь продолжить путь… И едва не врезался в отставшего от группы шатуна, тяжело топавшего прямо на меня. Звук грузных шагов надёжно заглушил свист ветра. В лицо немедленно дохнуло густой гнилостной вонью.

Массивная фигура, затянутая в грубую броню из слоёв чёрной коры, рогатая башка — настоящий бугристый пень с тусклыми глазами-гнилушками. Тварь замерла напротив, уставившись на меня с высоты двухметрового роста. Уклониться от встречи не получалось. На долю секунды я всё же оказался быстрее, но пришлось обойтись без дежурных ласк с применением «Плети боли» — изнурение диктовало свои правила экономии заклинаний.

«Пламень» прыгнул из-за плеча, привычно ударив рукоятью в ладонь, а левая рука в перчатке метнулась вперёд, стальными тисками впиваясь в жёсткое, точно окаменевшее горло противника. Пальцами такую броню не продавить, но это и не требовалось — в дело вступал «Душелов», которому плевать на физическую прочность. Назначенный на заклание расходник коротко вспыхнул в подсумке, отдавая энергию для стремительного выпада. Прямой контакт обеспечивал максимальное воздействие.

Почувствовав хватку, шатун судорожно попытался вскинуть громадный костяной меч, который волочил в опущенной руке, но «Душелов» уже впился в него призрачными клыками. Сила сковала плоть монстра, парализуя каждое движение. Чужая жизненная энергия потекла бодрящей струйкой в моё измученное тело, возвращая краскам мира утраченную яркость. Зрение моментально обострилось, прошивая мглу ещё на добрый десяток шагов вперёд.

Кружившая вокруг серо-бурая взвесь вдруг разложилась на десятки тонких оттенков — от молочно-белого до густой охры. Под влиянием «Концентрации сути» требовалось всего пятнадцать секунд, чтобы досуха выжать жизнь из жертвы, чей сорок восьмой уровень проступил в интерфейсе лишь сейчас, когда нас соединила неразрывная связь. Увы, сородичи пожирателя такого времени мне не выделили — почуяли неладное почти мгновенно.

Вынырнув из мутного рыжего марева характерной раскачивающейся походкой, две рослые коренастые фигуры решительно бросились в атаку, вскидывая над головами тяжёлые даже на вид узловатые палицы.

Глава 3 Пылевая мясорубка

И до схватки было ясно, что я окреп, но после резкого прыжка к пятидесятому уровню требуется время, чтобы приноровиться к переменам, оценить возможности заново. Лишь поэтому не хотелось лезть на рожон — пока силы не восстановлены полностью, а тело в разладе с самим собой.

Теперь же, раз вляпался, с троицей следовало разобраться как можно быстрее, пока не подоспели остальные.

Отпустив горло пожирателя, шагом в сторону прикрываюсь парализованным телом от возможного нападения. Мало ли что могут швырнуть его «приятели». При разрыве физического контакта ручеёк энергии ощутимо слабеет, но пульсирует, связывая меня с жертвой призрачной пуповиной. Подпитка бодрит. Жаль, что её маловато: исправить скверное состояние одним «Душеловом» не выйдет, по возможности лучше обойтись без магии.

Но если всерьёз припрёт — придётся выжать из себя все капли и крохи энергии.

Спешивший на помощь шатун выскочил из-за жертвы слева. Вернее, попытался. Подгадав момент, я резко боднул пленника плечом в грудь. От столкновения стального наплечника с тяжёлой неповоротливой тушей зубы неприятно лязгнули, но сработало как надо — едва шевелившегося под «Душеловом» противника отшвырнуло прочь. Причём даже сильнее, чем я рассчитывал. Снарядом он врезался в напарника, и оба покатились по земле, переплетаясь корявыми конечностями.

Последний оставшийся на ногах пожиратель попёр тараном, размахивая палицей направо и налево, разгоняя пыль и ветер. Стылый воздух не позволял ему чересчур резвиться, удары казались замедленными. Но оставались достаточно опасными и мощными, чтобы переломать кости или разбить голову.

Шаг вправо, быстрый удар сверху вниз. Привычные к рубке руки делали своё дело: лезвие впилось в незащищённую бронёй голень твари. Удачно сработала «Беспощадность», и усиленный удар прошёл сквозь жёсткую плоть и кость, отсекая ногу напрочь. Потерявший равновесие шатун завалился навзничь, из обрубка брызнула вязкая жидкость, заменяющая ему кровь.

Ручеёк энергии от «Душелова» вдруг иссяк. Только сейчас я осознал, что раньше, до пятидесятого уровня, умение нередко сбивалось при нарушении концентрации, но теперь поводок держался прочно, позволяя продолжать бой с другими противниками — одной уязвимостью меньше.

Сбой произошёл из-за прямого вмешательства со стороны.

Резко повернув голову, я оценил изменившийся расклад сил. Так и есть — ещё несколько тёмных силуэтов проступило из коричневой пелены воющей бури. Проклятье. Впрочем, ожидаемо. Но руки прибывших сжимали не палицы, а посохи. То ли маги, то ли шаманы. Не доводилось таких шатунов встречать раньше, и в голове сразу вспыхнул маячок тревоги. Опасность нового недооценивать не стоит.

Заметив, как одна из коренастых фигур вскинула посох, я длинным прыжком сместился за ствол дерева. Оглушительно рвануло — едва успел присесть, как часть древесины над головой брызнула щепой и обломками. В месте удара заплясали тёмные молнии, обугливая свежую рану и испаряя выступившую влагу.

Тут же сработал «Щит льда» — несколько голубовато-ледяных скорлупок размером с ладонь возникло в воздухе на пути снарядов, отразив их и разлетевшись в клочья. Резкий отток энергии из-за автоматической активации умения заставил пошатнуться. Чёртова пассивка с её специфическими плюсами и минусами. Пожалуй, я смог бы сейчас удрать, перебегая от дерева к дереву, используя их как прикрытие, пока не оторвусь на приличную дистанцию. Я быстрее этих тварей… но слишком зол для бегства. Да и вряд ли они прекратят погоню. Не говоря уже о том, что пожиратели — законная добыча, шанс поправить здоровье не только «Душеловом».

Не подведи, Алан!

Швыряю «Плеть боли» — ради «Метки еретика». Заклятье хлещет по одному из шаманов призрачным щупальцем — тот как раз вскидывает разгорающийся мертвенно-зелёным светом посох, явно готовя какую-то магическую пакость. Не успевает. Плеть с силой бьёт ему в грудь, заставляя отшатнуться, перескакивает на соседнего воина, затем впивается в следующего за ним, одаривая всех помеченных «Фантомной болью» — пакетом из дезориентации и ослабления способностей.

«Теневой прокол» бросает меня прямо сквозь древесный ствол, свободным от препятствий туннелем пробивая пространство на пару десятков метров, и выносит за спиной врага. Откат едва не сбивает с ног — слишком много энергии поглощает божественное умение. Быстрый разворот болью рвёт протестующие мышцы, простреливая плечи и позвоночник; «Пламень» впивается между основанием шеи и плечом твари. Вдвое усиленный «Теневым проколом» удар с сухим хрустом перерубает жёсткий хребет. Вырвав чужую жизнь и передав её часть мне, заёмная энергия «Жажды крови» пронизывает тело разрядом электрического тока. Она смывает усталость, словно грязную тряпку, затыкавшую артезианскую скважину со свежей водой. Приток энергии столь силен, что сознание на миг меркнет, прежде чем разгореться вновь с ещё большим пылом.

Заторможенных «Фантомной болью» соратников бесцеремонно отталкивают другие шатуны, спеша ввязаться в бой. Их больше, чем показалось вначале — буря скрывала истинное число, и теперь они рвутся ко мне со всех сторон. Для сомнений сейчас нет места. Эти десять секунд, пока работает «Жажда», нужно потратить с максимальной пользой.

Отпрыгиваю, уворачиваясь от сыплющихся ударов, парирую и бью в ответ, целясь в наиболее уязвимые точки, подсвеченные «Уловкой ассасина». Горло шатунов не способно издавать звуки, мы сражаемся молча, но шума хватает и без криков. Скрежет и звон оружия не затихает, хрустят панцири из зачарованной древесины, разлетаясь осколками под стальным натиском; пылающие ненавистью глаза-гнилушки горят в пылевой завесе призрачным огнём.

«Щит льда» рьяно перехватывает пропущенные выпады — их слишком много, невозможно ответить на всё. Удары столь сильны, что сразу становится ясно: долго на защитное умение рассчитывать не стоит. Двигаться приходится на пределе скорости, реальность воспринимается набором отдельных кадров.

Вот в воздух взмывает отрубленная конечность, костистыми пальцами сжимающая палицу. Вот в облаке щепы надвое с треском разлетается подставленный для блока посох шамана, а лезвие меча, продолжив натиск, сносит врагу половину черепа. Вот вспыхивает от выпущенного почти в упор «Копья пламени» воин, налетевший с тыла и замахнувшийся костяным мечом — горит огромным ярким факелом. Огненный сноп пробивает древоподобное тело, выжигая плоть, словно высокотемпературной газовой горелкой, на несколько метров хлещет нестерпимым жаром дальше, обрушиваясь на ещё одного шатуна, и тоже воспламеняет того от пояса до макушки, рвётся ещё дальше… И лишь объяв пламенем голову третьего, «Копье пламени» останавливает смертоносный разбег.

Рывок в сторону.

Зеленоватое сияние заклинания проносится мимо, почти касаясь левого плеча холодом смертельной угрозы. Кто-то из врагов всё-таки успевает достать в спину, пробивая отработавший своё и угасший «Щит льда». Перекат превращается в падение. Доспех спасает, но боль от свирепого дробящего удара расплескивается между лопатками, разгораясь костром. Со сдавленным криком откатываюсь в сторону, толчком руки в почву бросаю себя на колено, отмахиваюсь клинком вслепую от возможного удара сверху. Обратным движением глубоко вскрываю бедро замешкавшегося шатуна, вскакиваю, пинком сбиваю его с ног, швыряю «Оковы магии» в нарисовавшегося следом шамана, обрывая вновь разгоравшееся свечение посоха.

Резко откидываю голову назад, пропуская зазубренное на манер пилы лезвие костяного копья, скользнувшее вдоль скулы и болезненно рванувшее кожу. Стремительно кручусь в круговом ударе «Пламенем», вкладывая накопленные очки атаки в «Ледяной шквал». Трескучий звук. Воин и шаман — оба падают навзничь: невозможно удержаться на обрубках ног, снесённых выше колена.

Однорукий воин-шатун, явно использовав мощное умение усиления, налетает на меня и едва не опрокидывает на землю. Скрипит и стонет металл от удара в нагрудник, ощутимо проминаясь внутрь; ноги скользят, словно по льду, оставляя рваные борозды в земле. Всей тяжестью двухметрового тела шатун насаживается на мой меч, как свинья на вертел. Подчинённому Владыке Смерти разуму плевать на целостность, важна лишь поставленная задача. Связав оружие, он хватает когтистой лапой за плечо, пытаясь смять мощной хваткой — и металл наплечника протестующе скрипит, поддаваясь.

Ускоренная «Концентрацией сути», словно пуля в стволе винтовки, «Хватка лича» прыгает прямо сквозь меч, рвёт вражескую грудную клетку вместе с доспехом — вокруг торчащего в ней клинка образуется сквозная дыра размером с голову. Заклятье ветвится и пронизывает сразу несколько соседних целей, спешивших взять меня в кольцо и превратить в дырявое решето палицами, мечами и копьями. Тройной разрыв — и три трупа валятся на забрызганную мутной жижей, вытоптанную множеством ног и превращённую в грязное месиво землю, а рядом с их телами с едва слышным звоном падают вырванные магией кристаллы сущности.

Жесточайший удар в затылок затягивает мир пеленой багрового мрака, и лишь вспышки энергии, полученные от поверженных врагов, не позволяют сознанию погаснуть. На одних инстинктах бросаюсь перекатом вперёд, уходя от грохота столкновения массивных тел за спиной…

Огромная фигура Фурии с яростным рыком врывается в схватку. Сквозь плавающие мушки перед глазами, встряхивая головой в попытке вернуть ясность взору, я с трудом различаю, как по полю битвы мечется боевой питомец, раздавая чудовищные по мощи удары когтистыми лапами, впиваясь и разрывая тела врагов огромными клыками. Пространство вокруг всего за десяток биений сердца становится свободным. Больше никто не пытается чем-нибудь проткнуть, ударить или поразить заклинанием.

Тяжело дыша, я поднялся на ноги и закинул меч за спину, осматриваясь и прикидывая, что необходимо сделать. Дикоше помощь точно не требовалась. Фурия уже возвращалась, добив последнего шатуна и попутно выплюнув оторванную конечность. Мерзкий вкус настолько ей не понравился, что его ощутил даже я — издержки «Духовной связи». Моя «девочка» голодна, но плоть существа Смерти для неё — форменный яд. Я поморщился: левое плечо дико ныло, кто-то из шатунов знатно приложил, чего в горячке боя я не заметил. Горела огнём левая скула от полученной вскользь раны. Коснулся шеи сзади под срезом шлема и ругнулся, вымазав пальцы в крови. Несмотря на шлем, удар твари всё-таки разбил затылок. Не будь его на мне, помощь Фурии уже не понадобилась бы. Да и между лопаток припекало. Доспех после боя стал похож на мятую консервную банку: он сдавливал грудную клетку, мешая нормально дышать. Но не будь его, неизвестно, как бы всё закончилось. Подарок Хорки Умного сделал своё своё дело.

Шагнув навстречу дикоше, я устало обнял зверюгу за мощную шею. Через силу хмыкнул: длины рук едва хватило, чтобы сцепить пальцы на мохнатом загривке. Рост питомца в холке и толщина шеи впечатляли. Получив солидную порцию опыта от достижений, Фурия достигла сорок девятого уровня и подросла в массе ещё на четверть — осталось совсем немного до пятидесятого.

Горячей волной захлестнула яркая, как пламя, радость питомицы, наконец отыскавшей хозяина и не желающей больше его покидать. Я чувствовал её вину за то, что это всё-таки произошло, и молчаливое яростное обещание: больше такого не случится. Ощущал я и её жесточайшее изнурение, как своё собственное. Схватка со стихией ветра, когда Фурии пришлось пробиваться сквозь бурю между островами, одновременно адаптируясь к резко возросшим параметрам после взрывного возвышения — как и для меня, не для неё это прошло даром. Мы сейчас — два сапога пара, нам бы рухнуть возле Колыбели и забыться на ближайшие сутки, пока организм не восстановит баланс самостоятельно…

— Да ни в чём ты не виновата, подруга, — я со вздохом погладил её по шее, а затем отправился бродить среди вражеских трупов, запуская распад тел.

Теперь, когда не приходилось бороться за жизнь и можно было спокойно оценить количество поверженных врагов, я насчитал не меньше трёх десятков. Это впечатляло. Настолько, что запоздалый страх вновь ускорил начавшее было успокаиваться после адреналиновой вспышки сердцебиение. Мог и не выбраться. Но — пронесло. В очередной раз. Госпожа Удача не оставила верного последователя без заботливого присмотра. Да и Алан Тёмный сохранил.

Затейница-смерть, как обычно, постаралась придать весьма живописные позы жертвам. Кругом разбросано оружие, но мне сейчас не до возни с трофеями. Воины Видящего нашли бы им применение, мне же нужны только кристаллы — самое лёгкое и ценное для выживания. Замечаю любопытную картину: один из пожирателей валяется, продолжая сжимать костяной меч, которым пронзил грудь шамана, а тот в ответ раздробил башку предателю посохом. Встроенный в меч «Теневой ожог» всё-таки сработал, возможно, и не раз, просто в пылу битвы я этого не заметил. Ценная помощь нового, пусть и вспомогательного, умения.

Схватка с пожирателями дала нам с Фурией сил, но в то же время отняла их немало. Задерживаться здесь не стоило даже на лишнюю секунду — энергетические и ментальные выплески этого места полыхали ярким костром, приглашая всех желающих нас прикончить. А этих желающих после схватки стало лишь больше. Три десятка? Бери выше — сейчас Фурия чувствовала уже полсотни смердящих смертью сигналов, стягивающихся со всего острова.

Я по-прежнему не уверен, что это случайность. Что рейд пожирателей здесь сам по себе, а не пожаловал по наши души. Впрочем, это беспокоило в любом случае. Неподходящее время для знакомства с тем, кто их сюда привёл. Слишком много проблем предстоит решить в ближайшем будущем, и как можно быстрее.

Вскоре, собрав кристаллы, мы уносились прочь.

Как я и предполагал, развитие питомицы сделало своё дело. Пусть иначе, чем раньше, но я смог её вновь оседлать: упираясь спиной в края слегка вздёрнутых крыльев, стиснув ногами могучую шею и вцепившись руками в жёсткую, как проволока, шерсть на загривке. Летать между островами с такой ношей дикоша по-прежнему не сможет — из-за седока центр тяжести смещён к голове, но скакать — почти без проблем.

Чутьё Фурии вело её в сторону гор, скрытых бурой мглой. Утро уже наступило, стало гораздо светлее; ветер становился чище, пыль оседала или развеивалась, уносимая воздушными потоками. Граница мглы отодвигалась всё дальше, открывая усыпанные камнями холмы и стволы растущих между ними древесных великанов. Хорошо и плохо одновременно… Нет. Всё-таки хорошо. Если опознаю какой-нибудь участок местности, а бывал я на острове неоднократно, то смогу понять, в какой стороне находится маяк, и проблема с пожирателями отпадёт сама собой.

Мы не особенно торопились, экономя силы и выискивая верное направление, но и не останавливались, несмотря на всё ближе подступающую усталость. Попутно я размышлял над результатами боя, вновь и вновь прокручивая в уме действия, оценивая характер изменений в привычных умениях. А они были значительными. Удары, заклинания — всё действовало с гораздо большей эффективностью, и подозреваю, причина не только в пятидесятом уровне, но и в третьем ранге Ключника. Всё это взаимосвязано, иначе откуда у простого «Копья пламени» мощь, как у дыхания дракона?

Даже экономя силы сверх меры, я разметал тридцатку, не получив серьёзных повреждений. Фурия помогла лишь в конце битвы, когда большая часть врагов уже была повержена. Я помнил, как под расходником усиления Хорки Умного действовал на поле боя с боссами, как чувствовал себя чуть ли не полубогом и успевал везде, словно у меня появилось множество рук и тел одновременно. Сейчас было не так, но нечто очень похожее, близкое по влиянию. Причём не пришлось использовать все умения из арсенала — например, я сэкономил на «Теневом преимуществе», обошёлся без прироста реакции и скорости. И это несмотря на по-прежнему действующее «Великое изнурение» после «Жатвы». Думаю, как только нормально отдохну и восстановлю силы в Цитадели, стоит провести ещё одну проверку боем, чтобы убедиться в своих возможностях: в том, что это не случайный временный эффект, а долгосрочная перспектива.

Также пора было задуматься о досадно пустующих слотах.

Умения и навыки можно получать разными способами. Одни прилетают вместе с наградой за достижение, другие достаются от божественного покровителя и становятся частью оперативной панели. Умение также можно выбить вместе с кристаллом с трупа противника и зарядить в слот оружия или доспехов. Существенный минус — развивать его нельзя, а сам расходник, если его вовремя не восстанавливать на ремесленном алтаре, может безвозвратно истратиться. Полезный навык просто исчезнет.

Но есть в кристаллах и громадный плюс — обычно умение в них равно рангу самого камня. Например, «Оковы магии», доставшиеся с Некронуса, имели пятый ранг, поэтому действовали на магах-пожирателях безотказно. Но есть нюансы: «Концентрация сути», хотя и скопировалась на кристалл сущности пятого ранга, так и осталась первого. Одно дело — выбить кристалл души с босса с вложенным умением, и совсем другое — поймать рандом кулоном. Каким поймаешь, таким и будет, без развития.

Со встроенными в предмет умениями дело обстоит иначе — они не пропадут, пока владеешь вещью. Но всегда будут ограничены её уровнем. Например, встроенная в «Коготь Змея» (кинжал 20 уровня) способность «Открытая рана» практически не срабатывала на сильных противниках, поэтому этот клинок я давно использовал лишь ради слота усиления. Другое дело, если предмет уникальный и масштабируемый: тогда его умения усиливаются вместе с игроком, и отсутствие рангов не критично. Но если потеряешь предмет — умению придёт конец, как и всем связанным с ним надеждам. И тут уже не играет роли, временно оно пропало или навсегда, привязан предмет к душе или нет, если его не оказалось в арсенале в критический момент.

Так что самый простой и надёжный способ получить умение в вечное пользование с возможностью развития — разучить его лично. Тот факт, что на сороковом уровне и выше требуется наставник, — лишь досадная условность для обычных игроков, не имеющая к моему свободному классу никакого отношения. Как Ключник, я сам себе наставник.

Да, стоит упомянуть ещё один плюс умений, полученных за достижения или от божественного покровителя: они не требуют отдельных слотов, просто встраиваются в плоть и кровь. А игрок лишь решает — развивать их или нет. Вкладывать очки умений или приберечь драгоценный ресурс для чего-то полезного. И тем ценнее пустые слоты за сороковой и пятидесятый уровни, заждавшиеся решения. Теперь я сам определял, что именно следует выучить. Какую уязвимость в ротации закрыть. Защиту? Атаку? Поддержку? Усиление?

Пока длилась скачка, не требовавшая активных действий, я перебрал в уме все варианты, учитывая расходники в Цитадели. Очков умений достаточно для экспериментов. Есть идеи, есть… Как только доберусь до осколка реальности, займусь навыками первым делом.

Кстати, «Щит льда», полученный за «Заядлого путешественника», я до сих пор не поднимал выше третьего ранга из-за экспериментов с «Душеловом»: влить очки в «Жатву душ» и выяснить её суть казалось важнее. И «Жатва» действительно сыграла решающую роль в битве с Акархом Терпеливым, она стоила потраченной сотни очков.

Но теперь экономить смысла нет, и я без тени сомнений поднял «Щит льда» до четвёртого ранга. Результат впечатлял: поглощение урона возросло с шестидесяти до ста тысяч, после чего умение уходило на пятиминутную перезарядку. Если бы я не щёлкал хлебалом и сделал это ещё во время ночёвки в яме, то бой с пожирателями прошёл бы гладко, не пришлось бы тратить последний глоток зелья из-за ран. Увы, фляга опустела. Впрочем, и так грех жаловаться…

Спустя час непрерывной скачки характер местности не изменился: каменистые холмы, поросшие зелёной гривой кустов и травы, да свечки зонтичных деревьев, периодически выплывающие из редеющей хмари и снова скрывающиеся за спиной. Вымотанная Фурия начала недовольно ворчать, но останавливаться было нельзя.

Дикоша и сама это отлично понимала — благодаря её чутью полсотни пожирателей превратились почти в сотню. Не желавшая нормально функционировать мини-карта нехотя отобразила огоньки вражеских душ, по-прежнему игнорируя рельеф. Судя по направлению движения этих чёртовых огоньков, все они посчитали наипервейшей задачей броситься в погоню за нами. Причём их число продолжало расти, что наводило на мысли об открытии чёрного портала на острове, а может, и не одного. Выходит, это не случайный рейд. Всё более чем серьёзно. И мне совсем не льстило такое внимание Владыки к моей скромной персоне. Только не сейчас.

Если бы не обоняние Фурии, донёсшее запах гари с расстояния в несколько сотен метров, мы бы пролетели мимо долгожданной метки. Наконец-то знакомое место! Едва различимая тропинка, вьющаяся среди густого травяного покрова, упиралась в обширную чёрную проплешину. Трава уже частично пробилась сквозь неё, но я был рад, что природа пока не взяла своё. Когда-то здесь я пережил схватку с линарцем, а теперь эта незажившая язва помогла чётко понять, где я нахожусь.

Я закрутился посреди проплешины верхом на Фурии, цепко окидывая взглядом местность, выискивая ориентиры. А затем мы рванули дальше стрелой, больше не сомневаясь, куда двигаться.

Вскоре Фурия влетела в замаскированный густыми кустами тоннель, проходящий под холмами. Под прикрытием земной толщи у нас появился отличный шанс исчезнуть с радара врагов — найти вход, не зная его точного расположения, не так-то просто. Но не стоит недооценивать противников. Если они всё-таки сумеют найти и закупорить тоннель с обеих сторон…

Выругавшись, я невольно поторопил Фурию, на что она снова раздражённо заурчала, даже не пытаясь ускориться. Она права: путь в тесноте среди отвесных стен и так был сложным. Дёрнешься на такой скорости влево или вправо — и не досчитаешься чего-нибудь жизненно важного, стесав бока о каменные выступы. Благо хоть свод нависал не над самой головой, а на расстоянии вытянутой руки.

Мимо первого вилохвоста, дрыхнувшего в небольшом ответвлении, мы проскочили буквально в шаге, сперва даже не поняв, кого именно видели. Просто что-то мелькнуло во тьме и унеслось за спину. И лишь спустя несколько секунд благодаря обонянию дикоши в сознании «созрел» собирательный образ, дополнивший то, что выхватил обострённый «Теневым взором» взгляд.

К этому моменту я миновал ещё несколько упитанных особей, спящих в очередной каморе. А затем беззаботно валявшиеся вповалку тела потекли мимо целой рекой — меховой, сонно шевелящейся, остро пахнущей зверем. Усталость в сочетании с иронией рождали странные образы. Наверное, когда я осознал, во что вляпался, то стал выглядеть как надутый через соломинку лягушонок с выпученными глазами. Я к тому, что, как и этому лягушонку, насильственно увеличенному в объёме «добрым весельчаком», мне было вовсе не до смеха.

С вилохвостами мы предпочитали не связываться даже командой, если на них не было задания. Одна матёрая особь — проблема. Больше двух — катастрофа: настолько эти твари были сильны и непредсказуемы. Победить можно, но сложно обойтись без травм. Особенно сейчас, когда лишний раз вздохнуть и то в тягость, а больше всего хочется заснуть прямо на скаку.

Теперь же, когда стало ясно, что десятки, а может, и сотни этих тварей из-за Бури залегли в спячку в укрытиях вроде этой пещеры, то… я даже не знаю, какое слово подобрать, чтобы охарактеризовать высшую степень паршивости ситуации. Проняло даже Фурию: втянув когти, она сбросила темп и бежала почти бесшумно, несмотря на габариты и вес.

Протяжный и оглушающе громкий рёв боевого рога вдруг пронёсся среди каменных стен, разрывая тишину в клочья и заставляя кровь отхлынуть от лица. Я и впрямь недооценил врагов: кто-то из пожирателей нашёл вход и, не придумав ничего лучше, подал сигнал остальным прямо в туннеле, кишащем вилохвостами.

Зараза!!! Может, обойдётся⁈

Оглянувшись, я заметил, как во тьме начали разгораться десятки злобных огоньков хищных глаз, а мягкий шелест лап несущейся Фурии заглушило нарастающее раздражённое шипение…

И выругался уже вслух.

Глава 4 Охота на Ключника

Мимо пронеслась хищная тень.

На встречных скоростях мы с Фурией едва успели с ней разминуться. Случись иначе — сплелись бы в яростный клубок, врезавшись в стены. Мгновенный укол страха заставил стиснуть зубы, но это стало лишь началом неприятностей. За первым очнувшимся вилохвостом мимо пронёсся второй. И ещё один. Когда мимо пролетел десяток стремительных и крайне опасных созданий, буквально задевавших нас мохнатыми боками или чиркавших хвостами, сомнений не осталось — вилохвосты выбрали мишенями наших врагов, почему-то проигнорировав истинных виновников вторжения в своё сонное лежбище.

И на сердце отлегло. Самую малость.

Через сотню метров мы выскочили из сумрака скал наружу, сразу попав в объятия беснующегося ветра. Призрачные когти радостно заскребли по железу доспехов, грубым наждаком прошлись по лицу, взъерошили жёсткий и непослушный мех дикоши. Но гораздо слабее, чем прежде. Пока мы находились под землёй, вместо плотных коричневых потоков пыли в воздухе зависла лишь лёгкая желтоватая взвесь, существенно раздвинув границы видимости и открыв взгляду просторы местности. Вскарабкавшееся выше солнце тоже добавило освещённости.

Увиденное заставило Фурию зарычать, пряча за яростью всё сильнее подступающий упадок сил. Марш-бросок вымотал дикошу ещё до встречи со мной, а на мне по-прежнему висело «Изнурение», высасывая полученную в бою энергию. Мы с питомицей сейчас оба пребывали не в лучшем виде и надеялись, что ситуация не станет хуже, но вышло ровно наоборот.

Оставалось лишь нервно рассмеяться… и продолжать действовать по плану.

Направляемая мысленным поводком, Фурия свернула левее и помчалась по глубокому распадку среди скалистых холмов, подступавших с двух сторон. Удерживаясь левой рукой за жёсткую шерсть на загривке, я вскинул правую ладонь на уровне плеча, готовясь в любую секунду пробить дорогу заклинанием, так как игры со сталью сейчас лишь затормозят, а промедление смерти подобно.

Мы ветром промчались в паре десятков метров от двух здоровенных варн из матёрых, сцепившихся в яростной схватке с отрядом шатунов-воинов. Пожиратели проигрывали. Каждая из варн превосходила Фурию в размерах в несколько раз; на фоне таких зверюг нападающие выглядели недомерками и действовали неуклюже, так как подступиться к противнику было не так-то просто. Высоко вздыбившись на мощных когтистых лапах и широко раскинув огромные крылья, каждая зверюга контролировала вокруг себя значительный участок территории.

На моих глазах одна из атакующих варн стремительно вытянула длинную шею и распахнула внушительную пасть. Замешкавшийся противник успел разок врезать палицей по морде зверя, но шипы со скрипом скользнули по жёсткой чешуе скулы, оставляя рваные царапины, а затем челюсти сомкнулись на верхней части туловища шатуна. Отчётливо хрустнула жёсткая, словно древесина, плоть под чудовищными зубами, будто раздавили громадного жука. Варна рывком вздёрнула крокодилью голову, резко мотнула челюстями из стороны в сторону, и откромсанная нижняя часть туловища шатуна улетела куда-то за холм, оставляя за собой веер мутных брызг.

Несмотря на общую заторможенность из-за чёртовых откатов, несложно догадаться, что происходит. Варны и вилохвосты — существа Природы, поэтому автоматически атакуют тварей стихии Смерти, не желая видеть их на своих охотничьих территориях. Несовместимые фракции. Хм… Но на Острове Мертвецов столь яростного неприятия друг друга я не замечал. Шаткий баланс, установившийся за долгое время? А сейчас Сезон Бурь взбудоражил всю живность на всех островах локации и ослабил сложившиеся правила?

В любом случае, пока варнам не до меня, оставалось лишь воспользоваться ситуацией — мы с Фурией проскочили незамеченными, оставив шум и гвалт позади.

И стремительно помчались к более крупному очагу следующей схватки.

Ни разу не видел столько варн, собравшихся в одном месте по эту сторону горной гряды. Всегда голодные, готовые сожрать любого неосторожного гостя, сейчас зубастые бестии отдавали предпочтение пожирателям. Пять варн рвали крупный отряд выкормышей Древа Смерти в клочья. Громадные твари то резко приседали, вытягивая длинные шеи и щёлкая клыкастыми пастями, то, лишённые возможности летать над твердью острова, высоко подскакивали в воздух, чтобы схватить врагов чудовищными когтями на нижних конечностях, смахивавших на изогнутые роговые клинки.

Впрочем, бой проходил не так уж гладко, как показалось вначале.

Мы пронеслись мимо трупов двух варн помельче — бездыханные груды изувеченной серо-зелёной плоти на перепаханной когтями и лапами земле среди вывороченных камней. Окружив и добивая ещё одну зверюгу, десяток шатунов сыпал частый град безжалостных ударов. Шипастые палицы с хрустом проламывали чешую на спине и боках, расплескивая алую кровь, дробили полые кости крыльев, рвали кожистые перепонки. Зверь лишь с трудом шипел, по израненному телу могучего, но полностью обессилевшего создания волнами пробегали судороги агонии, его буквально превращали в отбивную.

Как назло, оба вздымавшихся по сторонам склона оказались слишком крутыми, каменистыми, плотно заваленными неровными валунами — если по ним пуститься в обход в поисках более безопасного пути, мы рисковали потерять темп, а Фурия могла запросто переломать лапы, несмотря на всю свою ловкость и помощь крыльев. Проблема заключалась в усталости. Её маркер полоски тонуса неумолимо полз вниз. И когда он достигнет нуля, моя зверюга просто рухнет без сил.

Прямо в Бездну.

Мы рванули напрямик, прямо сквозь гущу боя. На этот раз несколько пожирателей нас заметили. Оставив полумёртвую варну, они с тяжёлым топотом устремились наперерез. Фурия не сплоховала. Вильнуть на сумасшедшей скорости в сторону, прыгнуть прямо над шатуном, отбрасывая грудью занесённую палицу, отскочить вправо…

Одна из сцепившихся с пожирателями матёрых варн как нарочно сместилась левее, оказавшись прямо на нашем пути — мельтешащие конечности, мелькающее оружие, свист рубящих ударов крыльев и утробный рёв.

Увернуться или прорваться мимо на безопасной дистанции мы уже не успевали. Я зло оскалился. Энергии по-прежнему мало, но на пару ударов точно хватит.

«Копье пламени» сорвалось с ладони, гудящим от нестерпимого жара потоком пронзило десяток метров воздуха и буквально разорвало на пылающие куски шатуна-шамана, выставившего в моём направлении тлеющий заклинанием посох. Тем, кто оказался рядом с жертвой, досталось немногим меньше — парочку шатунов отшвырнуло в сторону в виде пылающих головешек. Волна пламени на этом не остановилась, с трескучим гулом устремившись дальше, накрыла ярким жёлто-красным полотнищем значительный участок местности и всех, кто на нём оказался. Обожжённая краем заклинания варна пронзительно завизжала, закрутилась среди врагов в беснующемся пламени, высоко подпрыгнула, раскинув горящие крылья. Пылающий феникс на фоне восходящего солнца.

Зверюге не повезло, но я не испытывал особых сожалений. В другое время она с удовольствием сожрала бы меня вместе с доспехами. Что же до «копья»… Не до просмотра логов сейчас, но мне определённо нравилась такая мощь. Быть Ключником-пятидесятником оказалось чертовски здорово. Даже если эта сила — просто «издержки» удачно сработавшего крита или шанса игнорирования брони. Опять.

«Щит льда» с хрустальным звоном активировался от первого же шального удара; вокруг мгновенно возникло с десяток льдистых щитков, отражая выпады, нас с Фурией окружило облако сверкающего крошева…

А затем мы прорвались.

Мех на краях крыльев моей дикоши, сломя голову несущейся вперёд, дымился чёрными струйками, уносясь за наши спины — жар кританувшего заклинания достал даже нас, едва не воспламенив шерсть питомицы и нагрев мои доспехи.

Что-то заставило меня оглянуться в этот момент. Твою же мать!!!

В битву Природы и Смерти вмешалась третья сила. Слева над холмами на несколько десятков метров в небеса вздымалось существо, похожее на гигантскую змею или чудовищно огромную многоножку — с массой коротких когтистых лапок по всему протяжению длинного мощного тела, с натянутыми между ними кожистыми перепонками, словно у белок-летяг. Создание Бездны было настолько огромным, что варны на его фоне показались мелкими зверьками, не говоря уже о совсем крошечных пожирателях. Оставаясь нижней частью тела за холмами, гигант плавно изогнулся; его широкая тень упала над местом схватки, накрыв всех сражающихся. Пасть размером с автобус распахнулась и резко опустилась. Землю потряс удар. А большая часть пожирателей и две матёрые варны попросту исчезли среди густого частокола из чудовищных зубов, отправившись прямиком в утробу монстра.

Жаркий ветер опасности за спиной бросил нас с Фурией вперёд с удвоенной скоростью, хотя, казалось бы — куда уж быстрее. Несколько минут спустя стало ясно, что мы оторвались; чудовищный безымянный монстр Бездны не обратил голодного внимания на удирающую парочку, занятый более крупными скоплениями законной добычи. Впрочем, тела погибших пожирателей и крылатых бестий встречались по пути довольно часто — красноречивые свидетельства прошедших здесь до моего появления схваток, и жратвы для монстра тут хватало вдоволь.

Жаль, что пополнить запас в подсумке кристаллами сущности времени не нашлось. Фурия по-прежнему ловила по сторонам и особенно позади нас агрессивные сигналы врагов. Она чуяла несущихся по нашим следам тварей стихии Смерти остро и чётко. Не всех успел сожрать… Змей? Пусть будет Змей; для системного опознания тварь в тот момент находилась далековато, не говоря уже о сбоях системных сообщений. Любая минутная задержка могла стать роковой, да и убил их не я, а чужая добыча сразу в руки не даётся; должно пройти не менее часа с момента гибели существа, прежде чем станет возможен сбор для любого желающего. Впрочем, вовсе не обязательно делать всё самому. Если получится, сюда для сбора можно позже направить соклановцев…

Да уж, послать…

Было бы кого.

Горечь разъедала душу. Слишком многие оказались в Колыбели, а то и в Белой Мгле, и вернуть последних можно будет только одним способом — через Список Мёртвых.

Знакомый маршрут от одной пещеры до другой мы когда-то в составе отряда преодолевали пешком часа за четыре, но тогда мы не торопились, и дело было не только в памятном увечье, когда из-за схватки с линарцем я потерял кисть руки: на этом острове не бывает абсолютно безопасных мест, двигаться всегда нужно осмотрительно. Сейчас же путь был расчищен, а я спешил, так что вряд ли дорога займёт более получаса.

Чувствуя моё нетерпение, Фурия неслась по местности во весь опор, продолжая безжалостно сжигать свой тонус. Все схватки пожирателей с варнами остались позади, и я был рад этой передышке, но всё же старался бдительности не терять. И исходил тихой злостью: проклятое «Изнурение» сильно понизило сообразительность. Примени я «Душелова» вместо «Копья пламени» — и сумел бы придать сил и себе, и дикоше. За несколько секунд скачки, пока нахожусь в зоне действия вцепившегося в удаляющуюся цель заклинания, под «Концентрацией сути» можно было бы урвать немало…

Но все мы часто крепки задним умом.

Участки леса с торчащими по сторонам зонтичными великанами сменялись голыми каменистыми холмами, затем из-за них, сквозь клубящуюся пыль Бури, снова проступали деревья. Сумасшедшей длины прыжки Фурии позволяли одним махом преодолевать глубокие овраги и расселины; кажется, их с последнего посещения на этом острове стало больше. Великая Буря коснулась всех островов своим разрушительным влиянием?

Вряд ли Череп Властелина развалится подо мной, как Остров Мертвецов, но на душе всё же тревожно.

Перед глазами отчётливо стоял образ чудовища Бездны.

Знакомцы из «когтей», Корх Меткач и Мейх Остроухий, пока длился квест по отлову пиратов, рассказывали немало страшилок про живность снизу, а теперь я узрел это воочию. Думал, привирают, а оказалось — правда. Перепонки между лап Змея, скорее всего, предназначены для планирования — слишком уж массивная туша для полётов. То есть своим ходом такая гигантская тварь не смогла бы выбраться со Дна, разве что дегустатор «подвёз» на своём горбу, но это уже в порядке бреда. Неужто где-то и впрямь поднялся новый остров? Или один большой, или несколько поменьше. Меня устраивал только первый вариант, но…

Если почти все белогривые погибли, то получается, что некому организовать зачистку этого острова, так что радоваться рано. Целиком поглощённый задачей с установкой портала, я как-то не задумывался о таких издержках. Ведь для установки портала нужен центр массы острова; активацию на краю система не допустит. Но если нет белогривых, то кто может занять их место? Командиры из простых «когтей»? В рейд Видящий брал далеко не всех пятидесятников; для защиты форта осталось более чем достаточно сил, чтобы противостоять и пожирателям, и монстрам из Бездны. Но хватит ли у меня репутации, чтобы обратиться в Форт Бдительный напрямую, без Хорки Умного и его помощников? Чтобы нанять отряд и выполнить задачу, ради которой и затевался поход на Остров Мертвецов? После всех этих жертв?

Надо поискать в форте Мейха с Корхом. В рейде их не было — «мелковаты», хотя не дотягивали до пятидесятого всего пару уровней. Значит, сейчас они, скорее всего, живы. И влияние у меня на них имеется. Михонариум с его репутацией у Хорки тоже мог бы знатно помочь в решении организационных вопросов, но его имя — в Списке. Не повезло музыкальному ловкачу.

Чёрт, от этой «змеюки» прямо в дрожь бросает, почти как от вида дегустатора. Кто, кроме Хорки Умного, сможет справиться с такой тварью? Могу ли я, хотя бы теоретически? Я стал старше и намного сильнее, способности возросли, но… Допустим, если врубить «Теневое преимущество», подняв реакцию и скорость движений на 50%, а затем атаковать под «Теневым проколом», мгновенно переместившись к цели и выдав удвоенный урон «Местью камикадзе» (предусмотрительно прихватив три-четыре подсумка с сотнями кристаллов сущности для усиления удара и имея наготове лишний сейв), пусть также сработает крит и шанс игнорирования брони, и тогда…

«Месть камикадзе» гарантированно активирует «Великий уравнитель», на мгновение уравняв меня с противником по уровню, параметрам, защите и сопротивлениям, так что — да, шанс победить и уцелеть есть. Но цель слишком велика. А для таких противников включается совсем другая логика расчётов, иначе бы их уничтожали все кому не лень — достаточно иметь подобный моему набор способностей, что вряд ли такая уж исключительная редкость в мирах ИКС. История со Смотрителем — хороший пример. Тогда я сжёг целый подсумок кристаллов, а добивать босса пришлось Хорке. Поэтому для повышения шанса победы мне позарез нужно раздобыть «Великий усилитель могущества», ещё раз увеличив мощь всех способностей на 50% и удвоив личные параметры.

Может быть, тогда я и потяну…

Увы, такие расходники выдаёт лично Хорка, да и рецепт их изготовления знает только он и его белогривые мастера. Единственный использованный в битве на Острове Мертвецов усилитель произвёл на меня неизгладимое впечатление. Причём сам Хорка для схватки с Могильщиком явно использовал расходник на порядок сильнее выданного мне — «Величайший усилитель могущества?» Нужно раздобыть такой во что бы то ни стало и рискнуть получить уникальнейший рецепт на ремесленном алтаре в Цитадели. А это, опять же — визит в форт. На этот раз Кроху одёргивать не буду, сам попрошу поэкспериментировать. Почему-то именно её закладки на алтаре срабатывают практически со стопроцентной вероятностью. Кроха… Так, потом.

В общем, попытка реальна. Особенно если дождаться отката «Астрального сдвига», новенькой пассивки Ключника, в случае смертельной угрозы откидывающей меня прочь от опасности к ближайшему маяку. Подстелить соломки везде, где только возможно.

Но пока это лишь отвлечённые фантазии.

После увиденного возникли большие сомнения, что зачистка новых островов вообще возможна во время Бури. Зато вижу гибельную неизбежность — новые монстры, всплывшие из глубин Бездны вместе с островом или группой островов, разбредутся по старым, вступая в схватки с местным зверьём, с игроками, с аборигенами. Множество очагов схваток с непредсказуемым исходом. А так как значительная часть аборигенов не относится к высокоуровневым игрокам, особенно недавно инициированный молодняк…

Я только сейчас по-настоящему осознал, сколько проблем приносит Сезон Бурь. Сколько безвозвратно погибших будет после его окончания. Может, именно поэтому Хорка так стремился вырваться из Небесного Архипелага, рискуя развязать конфликт со Столицей, лишь бы избавить хотя бы часть своего народа от участи быть принесёнными в жертву монстрам из Белой Мглы? Все эти зоны на планете, блокированные границами Магических Барьеров вокруг сотен или тысяч Древ Смерти — ничто иное, как место ссылки для местных, которым выпала столь незавидная участь по факту рождения. Вечная каторга, из которой могут вырваться лишь отдельные пришлые игроки по достижении 50 уровня, собрав необходимый взнос стимулов для оплаты перелёта к Радужному порталу Столицы.

В текущей ситуации у моего клана нет сил на борьбу с тварями Бездны.

Выживших слишком мало. Доноров для возрождения через Список Мёртвых сейчас не найти днём с огнём; внутри магических границ локации и без меня проблем хватает, никто не согласится сейчас стать жертвой, когда нужно всеми силами защищать Форт и поселения на островах. Голова кругом. Не знаю, за что хвататься в первую очередь, но делать что-то определённо надо…

И план для первых шагов после возвращения в Цитадель уже начал обрисовываться. Но как бы не пришлось, как говорится, залечь на дно, пока хотя бы часть клана восстановится естественным возрождением через Колыбель. Хорошо бы дождаться Хорку. С ним всё очень странно. Да, он есть в Списке Мёртвых, но… я не сразу обратил внимание, что его имя подёрнуто багровой дымкой, в отличие от остальных имён, реагировавших на взгляд и разворачивавших информацию об игроке, стоило лишь задержать внимание. С именем Хорки такого не происходило. Никакого отклика. Что есть оно в Списке, что нет. Что это означает — понятия не имею. Но вряд ли что-то хорошее.

К чёрту. Нужно сейчас сосредоточиться на решении тех проблем, что мне по силам…

Протяжный рёв боевого рога прилетел издалека, сбив с размышлений о предстоящих проблемах. Звук рога? Да нет же! Я выругался, лишь сейчас сообразив, кто пожаловал по мою душу. И кто всё это время настырно следовал по пятам, прорвавшись сквозь варн, избежав смерти в пасти твари Бездны. Ревун, чтоб его приподняло на километр и приложило об остров, да так, чтобы мокрое место осталось! Это не рог, а магический рёв лужёной глотки ревуна!

С секундным запозданием на плечи, и без того придавленные «Великим изнурением», словно опустился многотонный пресс, заставив позвоночник захрустеть от усилий сдержать эту тяжесть, а в логах вспыхнули красным наведённые проклятья: «Объятия Смерти» (сопротивляемость к магии Смерти снижена на 25%) и «Мерзкое истощение» (показатель здоровья и энергии снижен на 20%). Фурия споткнулась, тоже не избежав этих проклятий; вместо очередного прыжка вышел лишь неловкий скачок на пару метров, бег дикоши резко замедлился, из её глотки вырвался измученный хрип. Но всё же она была в чуть лучшем положении, чем я — из-за перманентного проклятия «Печать Смерти», повысившего мою уязвимость к умениям Фракции Смерти на 25%, я едва не потерял сознание, перед глазами всё затянуло багровой пеленой.

Ревун. Командир и шаман пожирателей в одном лице. Предводитель рейда. По силам равный или почти равный Хорке Умному, сильнейшему воину Форта Бдительного. Когда-то Михонариум давал мне добрый совет: «…если столкнёшься с ревуном один на один — беги. И как можно быстрее».

С такой тварью и в таком состоянии сражаться сейчас, несмотря на пятидесятый уровень и возросшие возможности, я не мог. И если Ревун меня сцапает… то всех моих способностей Ключника может не хватить, чтобы избежать участи стать эмиссаром Владыки Древа Смерти.

Но шанс спастись пока оставался.

Я радостно встрепенулся, когда сквозь насыщенные пылью порывы ветра впереди проступила краснота вздыбившегося горного склона. Знакомый красный мох — отличный ориентир. Когда-то здесь, где я сейчас скакал на Фурии, был поставлен первый маяк, и тут же произошло первое столкновение с кланом Антракса. Как многое поменялось с того дня. Антракс теперь в подневольно-добровольных союзниках Хорки Умного, а маяк давно перенесён за горную гряду, на край пропасти, где обитали варны — для удобства выполнения задания «Жёлтое в крапинку». Не пробиваться же каждый раз сквозь туннель, когда дрессировщику Воргу Вялому из Форта Бдительного понадобятся яйца крылатых бестий для выведения новых питомцев, а нужны они ему частенько — спрос есть всегда. Опыт, конечно, никогда не бывает лишним, но не всегда есть время на битву с каждым встречным монстром.

Одному в туннель тем более нельзя. Там обитает Каменный панцирник — создание, напоминающее гигантского червяка, грызущего каменное нутро гряды с той же лёгкостью, с какой я разгрыз бы печенье. Для его уничтожения нужна группа бойцов; замученного Ключника с не менее замученным питомцем явно не хватит. Если с тыла в пещере меня зажмёт чёртов Ревун, а путь перекроет монстр, нам конец.

Фурия что есть сил прыгнула на склон и принялась карабкаться вверх, перескакивая частые трещины и каверны, где невозможно было пробраться на лапах, огибая слишком крутые выступы. Каждый прыжок отнимал много сил; дикоша вскоре захрипела, как загнанная лошадь. Терпи, милая, терпи. Надо. Оставалось преодолеть всего метров триста, затем я почувствую маяк. И мы свалим отсюда в спасительное пространство осколка измерения…

Печать Алана, всё это время слабо тлевшая на лице, будто выгорев после всех приключений, вдруг проснулась и ожгла правую скулу сеткой из раскалённой проволоки. Мысленный приказ заставил Фурию рвануться влево. Вовремя! Быстрый взгляд за плечо — и там, где мы только что находились, вскипел чёрный водоворот незнакомого заклинания, буквально пожирая камень.

Снова вспышка жжения на лице и отчаянный рывок вправо.

Щупальца тьмы хлестнули по склону совсем рядом, заставив его взорваться фонтаном каменного крошева. Сработал «Щит льда», отражая осколки, а мир перед глазами вновь затянуло красной пеленой из-за перерасхода энергии. Волной накатила сокрушительная слабость, едва не заставив разжать руки на загривке дикоши и рухнуть вниз, на острые камни под её лапами. Сил оглядываться уже не было, но я увидел врага глазами оглянувшейся в прыжке Фурии благодаря вспышке прозрения «Духовной связи».

Ниже по склону, всего в сотне метров позади меня, карабкался здоровенный, как мамонт, жук-утилизатор. Шесть бронированных шипастых лап с грохотом долбили прочнейшими когтями каменную поверхность, безжалостно сдирая слой мха. Такого гиганта мне ещё видеть не доводилось. Но настоящая проблема была не в нём, а в восседавшем на загривке этой безмозглой твари Ревуне. Всё тело здоровенного типа было замотано полосками ткани — будто мумия в погребальных бинтах. Голый бугристый череп короной венчал выраставший прямо из него высокий костяной гребень; костлявая кисть правой руки сжимала массивный посох длинными пальцами, которыми впору было обхватить бревно. Сотня метров? И уже почти достал заклинаниями? Преимущество сильных — увеличенная дистанция поражения. А мои удары по-прежнему срабатывают лишь с пятидесяти метров. Слабак.

Чтобы принять бой, нужно остановиться. Но после этого уйти, не одолев Ревуна, будет невозможно. Без шансов. Даже наброшенные на него «Оковы магии», если сработают, большой роли не сыграют. Ревун с его жуком невероятно сильны физически. Без магии нам с ними не тягаться. Не сейчас, когда мы с Фурией можем просто сдохнуть от переутомления — что уж тут говорить о полноценной схватке… По состоянию я сейчас напоминаю связанного по рукам и ногам бойца, которого выкинули на арену к полному сил и до зубов вооружённому противнику.

Спасёт только бегство.

Очередная вспышка заклинания столбом тёмного тумана врезалась в гребень горы, едва мы успели перевалить на ту сторону и начать спуск. На несколько секунд Ревун с его чёртовым жуком пропали из виду, дав нам короткую передышку. Вниз по склону Фурия помчалась шустрее, словно у неё открылось второе дыхание, но это всего лишь законы физики. Широко распахнув крылья, она планировала длинными прыжками, увеличивая тем самым их дистанцию. Но законы тверди по-прежнему старались как можно быстрее приземлить её; для полноценного полёта доступно только пространство, свободное от островов.

Красная пелена перед глазами слегка отступила, позволив увидеть точку назначения. Приметный круг из камней; в его центре должен находиться маяк. Перезаряжал я его дней десять назад, можно сказать — свеженький, проблем с переносом не будет.

Ещё полторы сотни метров…

Белая Мгла клубилась в приближавшейся пропасти, притягивая взгляд, словно магнитом. Ненавижу этот мир, где столько гибельных опасностей, что иной раз шагу нельзя ступить без последствий. И в то же время чем-то эта игра в смертельные пятнашки по-прежнему удивительно притягательна. Наверное, мы тут все ненормальные, если продолжаем жить такой жизнью и даже получать от неё удовольствие, несмотря ни на что…

Сейчас главное — на скорости не проскочить этот маяк, не нырнуть в пропасть, и тогда всё получится. Склоны, где обычно гнездились варны, к счастью, были совершенно пусты: все звери перебрались по ту сторону гряды, прячась от Бури и открыв охоту на пожирателей.

Я прищурился, вдруг разглядев над белой пеленой Бездны колеблющийся поплавком в воздушных потоках силуэт крошечного кораблика. Невероятно. Кто это может быть⁈ Как «пёрышко» здесь вообще могло оказаться, посреди замкнутого пространства сквозной дыры в центре острова, давшей ему название? Как это возможно — перетащить кораблик через горы, и главное — зачем⁈

Не понимая, в чём дело, я интуитивно бросил взгляд как можно дальше влево, затем вправо…

Вот оно что!

С трудом представляю, каким должно быть столкновение островов, если здоровенная часть Черепа Властелина исчезла, открыв кораблям проход не менее полукилометра шириной. Буря и здесь натворила дел, придётся острову менять название.

Отлично! Управлявший кораблем абориген или игрок заметил моё приближение, так как кораблик резво рванулся в мою сторону. Всё ещё не могу разглядеть, кто это, но подозрение уже забрезжило. Очень ловко управляет. С невероятным мастерством. Знакомый стиль. Но ему не успеть. У меня нет ни малейшего желания тратить драгоценные секунды на попытку связи, когда по пятам несется целый Ревун. Так что лучше бы Тарп Старый, а это именно он, сейчас чесал не ко мне, а в обратную сторону — ради собственного спасения. Ревун никого не пощадит.

Всё, пятьдесят метров. Я готов к переносу. Какого чёрта⁈ Насколько же у меня паршивое состояние, если я всё ещё не чувствую маяк⁈ Ошибся с местом установки? Или просто нужно подобраться поближе? Сейчас…

Гулкий удар заклинания расколол твердь под лапами Фурии, словно яичную скорлупу. Отчаянный прыжок перенёс дикошу на несколько метров левее, не дав рухнуть в распахнувшуюся расселину: слишком узкую для размаха крыльев, но вполне достаточной глубины, чтобы свернуть головы и переломать конечности нам обоим.

Проклятый Ревун, всё никак не угомонится!

Расселина от заклинания прошла всего в паре метров от круга камней, обвалив валуны с краю и едва не уничтожив круг, но всё обошлось. Тогда почему нет отклика, хотя осталось десять метров? Чёрт побери… Да потому что маяка здесь нет! Но я слишком устал, чтобы вовремя сообразить, или просто до последней секунды не хотел принимать неизбежную реальность. Ловушка была подготовлена заранее, а это говорило о том, насколько хорошо Ревун знает, куда именно я рвался. Значит, этот рейд всё-таки за мной, не совпадение.

Нет.

Не дождёшься.

Не знаю, как Тарп здесь оказался, как догадался подогнать сюда кораблик, но это невероятная удача для меня. Так что я и не думал тормозить Фурию, хотя до края Бездны оставалось с десяток метров. Напротив, мысленный приказ заставил дикошу рвануться вперёд, выжимая все соки из немногих оставшихся сил. Снаряжение, всё это время дожидавшееся именно такого момента в подсумке на груди питомицы, доставать уже было некогда. Придётся обойтись как есть. Не первый раз я рискую сейвом в отчаянных условиях и не последний, так что…

Твердь исчезла под лапами дикоши; крылья широко распахнулись, загребая ринувшиеся навстречу из бездны пыльные воздушные потоки. Если бы я висел на тросе под тушкой питомицы, то сбалансированный таким образом центр тяжести позволил бы нам лететь дальше без помех, но я сидел на шее Фурии, и её почти сразу, несмотря на отчаянные взмахи крыльев, повело мордой вниз.

Успею. Нужно всего несколько секунд, и я избавлю дикошу от проблем с полётом. Уже вижу, где должны пересечься наши встречные скорости — Фурии и «пёрышка»…

Нам не повезло.

В воздухе мы стали лёгкой мишенью.

Тёмные жгуты заклинания Ревуна ударили во вспыхнувшие на пути скорлупки «Щита льда», пробили их и угасли. Но несколько хлыстов, словно острыми клинками, разрубили ничем не защищённые крылья дикоши. И мне ничего не оставалось, как прыгнуть «Теневым проколом», предусмотрительно оставленным на такой отчаянный случай, вперёд — к маяку, установленному на суденышко.

Бросив погибающую Фурию.

Глава 5 Великий налет

Тревожный выкрик ударил по ушам, стоило ногам после переноса коснуться мрамора под маяком. Сбоку метнулась клыкастая тень, вытягивая длинные костлявые конечности. Инерция прыжка протащила подошвы сапог по зеркальной глади пола словно по льду. Тень пролетела мимо, возле самого лица взвихрился воздух от промелькнувших острейших когтей. Резким рывком я развернулся в движении, смещая центр тяжести и вскидывая «Пламень» для отражения атаки.

Не потребовалось.

Могучая фигура древнего гхэлла возвышалась на фоне сияющего портала подобно божеству возмездия. Реакция у «старика» оказалась феноменальной — его ладонь уже сдавливала шею прыгнувшей на меня твари, заставляя ту извиваться от боли. Он среагировал за долю секунды и перехватил врага с лёгкостью фокусника. Отчётливо хрустнуло под серыми пальцами гхэлла; пустотник обмяк, и Тарп отшвырнул тушу на пол, после чего окинул любопытным взглядом зал Цитадели. Пустотников ему прежде видеть явно не доводилось — на Архипелаге живность давно знакомая и совершенно иная. Да и архитектура Цитадели разительно отличалась от примитивных обычаев строительства в островном мире.

Интерфейс, кстати, включился мгновенно, стоило лишь оказаться в родном подконтрольном пространстве. Синергия Цитадели окружила тело бодрящими потоками, но до открытия второго дыхания всё же было далеко. За считанные секунды самочувствие не исправишь, требовалось время.

Тем не менее всё осталось позади.

Я выдохнул, чувствуя, как уходит дикое нервное напряжение, неотступно преследовавшее меня последние часы. И тут же навалилась свинцовая усталость; плечи сгорбились, а ноги налились тяжестью.

О плохом сейчас думать категорически не хотелось — нужно было сперва привести себя в порядок: нервы, доспехи и план действий. Фурия… К чёрту. Не Фурию, естественно, а сам факт её гибели. Позже. Смерть питомца — это всегда личная боль хозяина, и даже хорошо, что «Изнурение» всё ещё действовало, приглушая душевные терзания. Хоть какая-то польза от состояния нестояния. Может, и вовсе пока не стоит её воскрешать? Нет. Если, имея такую возможность, я этого не сделаю, то подобное станет сродни предательству. Фурия этого не заслужила. По сути, именно я принёс её в жертву Ревуну; без меня она вполне смогла бы спастись.

Добравшись до стола-карты, я тяжело опустился на стул и потянулся к кувшину с вином. Кто-то позаботился поставить его на край заранее… Не Алия. Её сейчас нет. Многих нет. Залпом опорожнив половину кувшина, почти не чувствуя вкуса, но утолив жажду, я грохнул ёмкость обратно на стол и… уставился на замершую в шаге Чупу.

Мелкая пращница смотрела на меня горящими от восторга и облегчения глазами — наконец-то я явился. Это её крик предупредил об опасности. Рука низуши сжимает боевую пращу, лицо девчушки пылает румянцем от адреналинового возбуждения, а по левой скуле стекает кровь из длинной рваной царапины, оставленной когтем твари. Кожаный нагрудник тоже разорван ударом едва ли не в лохмотья, но сама хозяйка брони вроде серьёзно не пострадала. Я и прежде знал, что коротышки — не робкого десятка. Непросто ей пришлось, особенно с таким низким уровнем… О как. С тридцать седьмого скакнула на сорок первый. Молодчина.

Впрочем, опыта с рейда отсыпалось всем изрядно, даже тем, кто находился вдали, но состоял в списках боевых групп. Благодарно кивнув девушке, я обвёл взглядом зал центра управления Цитаделью. Шарообразные силуэты двух чуть припозднившихся стражей, вынырнувшие из лестничного прохода, уже заканчивали уборку, утаскивая энергетическими щупами останки последнего пустотника наружу. А полегло их тут немало, судя по влажным пятнам на полу в разных местах.

Мигающая в интерфейсе надпись о выполненном задании по уничтожению пустотников лишь подтвердила очевидное: в Цитадели полный порядок — эта тварь, попавшая под ноги, оказалась последней. Слава… Алану. Остальных истребили стражи и оказавшиеся в Цитадели на момент вторжения соклановцы. Сколько их здесь, кстати?

Зелеакс, Юлианна, Искра, Люкас, Чупа, Пятнышко. Шестеро.

Тикки Тара, Там Ина и Зик, судя по активным именам в списке клана, тоже живы, но сейчас обеих дриад и дрелана в Цитадели по какой-то причине нет. Вместе с ними — девять. Плюс ещё троица коби-ремесленников, не участвовавших в рейде ввиду своей полной бесполезности в качестве воинов. Итого — двенадцать.

Впрочем, вопросы всё же возникли. Если с Там Иной и Зиком пока просто непонятно, как, не принося в жертву никого из пары, они выжили оба (хотя догадка имеется), то с Юлианной и Тангаром получается какая-то мутная история. Придётся поговорить. В любом случае активация семян Древа Смерти дорого нам обошлась. Но девять — это даже больше, чем я ожидал. Особенно если учитывать потери в рейде. Сколько гхэллов успело спастись через портал — я не знал; это предстояло выяснить как можно быстрее, воины мне понадобятся в ближайшее время. Как можно больше воинов.

— Зуб, тебе нужно к Колыбели, — шепнула Чупа, с настороженным почтением поглядывая на Тарпа, изучающего Цитадель внимательным взглядом. — С Крохой что-то происходит, тебе необходимо разобраться.

С Крохой? Я с трудом встряхнул головой и нахмурился. Да, Кроха не отзывалась, это я сразу проверил, но судя по системной информации, она жива. Значит, десять минут ничего не решат; нельзя отмахнуться от древнего гхэлла, как от обычного игрока. Репутация с такими персонажами тяжко складывается и очень дорого обходится при падении.

— Хорошо. Предупреди остальных, чтобы здесь не появлялись. Я скоро.

Понимающе кивнув, Чупа тихо ретировалась из зала. Авторитет Тарпа Старого давил не на шутку, особенно на тех, у кого не было пятидесятого уровня. Или личной репутации с наставником ловцов ветра. Я продублировал свою просьбу в общий чат Цитадели, проигнорировав хор неизбежных многочисленных вопросов. Даже не стал вникать в смысл. И так ясно, о чём могли спросить — где был всё это время, почему задержался, как вообще спасся — и так далее. Это подождёт. В таком состоянии, как сейчас, я могу сосредоточиться лишь на одном деле за раз. Так что всё внимание, какое есть, нужно посвятить Тарпу Старому.

Удовлетворив первое любопытство, гхэлл молча опустился на соседний стул, скрипнувший под его немалым весом. Знакомая ситуация. Хорка Умный вёл себя точно так же — спокойно и обстоятельно, изучая новое место. На столешницу с металлическим лязгом лёг классовый атрибут корабельщика — тяжёлый арбалет, заряженный толстым стальным болтом полуметровой длины. Скорее дротик по виду, чем стрела. Объёмный колчан, набитый такими же болтами, крепко прижимался ремнём к спине гхэлла поверх кожаного доспеха. Если бы мне довелось стрелять из такого арбалета, то пришлось бы для удобства держать его двумя руками. Тарп справлялся одной без видимого усилия. Хотя теперь, когда я стал пятидесятым, а параметры подросли, пора думать исходя из новых реалий: вряд ли вес подобного оружия вызовет у меня затруднения. Просто стрельба — не моё.

Телосложением кряжистый псоглавый был, пожалуй, даже немного крупнее Хорки. Счастье, что успел дать ему доступ в осколок прямо в момент прыжка, длившегося считанные мгновения. Уверен, от его «пёрышка» не осталось даже обломков — мощный залп тёмной магии Ревуна нёсся прямо за мной, когда я летел над Бездной к маяку кораблика. Если бы не успел дать допуск — вряд ли бы Тарп сумел спастись. Он пошёл на серьёзнейший риск, отправившись мне на выручку, и я этого не забуду.

— Я благодарен тебе… за помощь… старейшина, — пришлось прерваться и приложиться к кувшину ещё раз; охрипшее горло выдавало чужой голос — скрипучий, словно несмазанный механизм. — Как ты так удачно оказался там, на Черепе Властелина?

— Ты и сам это уже понял. Искал тебя, — Тарп Старый усмехнулся, пристально глядя на меня со спокойной мудростью существа, прожившего крайне долгую жизнь и повидавшего очень многое. — Предупреждая твой вопрос — поставив на моё «пёрышко» маяк, ты и сам получил метку. Мою метку. С помощью корабля у меня есть свои способы перемещаться быстро, когда это необходимо.

Я понимающе кивнул, через силу усмехнувшись. А я-то полагал, что мои художества с меткой остались незамеченными. Ага, как же. У каждого из нас свои секреты, и раскрываются они лишь в нужный момент.

— Сам-то как умудрился исчезнуть с того ошмётка, что остался от Острова Мертвецов? — в свою очередь поинтересовался Тарп. Бесцеремонно цапнув костистой лапой кувшин, он понюхал горлышко, но, в отличие от Хорки, пробовать вино не стал и поставил обратно на стол. — Я же совсем немного не успел. Однако заставил ты меня побегать на «пёрышке».

— Возможность Ключника. Не знал о ней, пока не случилась вся эта хрень.

— Хорошая возможность. Хорка оказался прав — ты не так прост, как кажешься.

— Как много ты знаешь о наших с Хоркой делах?

— Сразу к делу? — Тарп Старый по-собачьи наклонил голову, обнажив клыки в одобрительной улыбке. — Похвально. Всё, что насчёт тебя знает Хорка — знаю я. Перед походом он просил присмотреть за тобой, если что-то пойдёт не по плану. Что ж, сейчас уже ясно, что план улетел в Бездну. Считай, что с этого момента я — за него. И у нас много дел.

— Сколько гхэллов спаслось из рейда? — я устало вздохнул. Чёртовы дела. Сейчас бы поваляться без задних ног. — Ты в курсе?

— Пока длился рейд, я присматривал за ситуацией недалеко от Острова Мертвецов, а потом гонялся за тобой на лодке, поэтому в Форте пока не был. Но не сомневайся, Форт по моему требованию сможет выделить несколько десятков бойцов, если не увязнет в режиме обороны.

— Из-за пожирателей?

— Да, сейчас их время. Их проклятое время.

— Разве Буря не должна им мешать так же, как и нам? И разве тварям Бездны не всё равно, кого жрать — нас или пожирателей, усложняя жизнь всем без исключения?

— Всё верно. Но достаточно одной твари с Древа Смерти попасть на любой значимый для нас остров и открыть портал, как остров будет обречён, если окажется без защитников. К тому же сейчас Владыка бросит на нас все свои силы.

— А до этого мы щекотали друг друга, что ли?

— Побереги сарказм, детёныш. Обычные налёты легко отразить, в них всегда участвует лишь малая толика пожирателей. Владыка копил силы, жертвуя малым ради необходимых для развития пожирателей ресурсов. Сейчас же он может выставить всё, что у него имеется. А имеется у него много. Тысячи воинов. И не смотри, что любой пожиратель в среднем слабее воина-пятидесятника, они всегда берут числом. Великий Налёт — это очень серьёзно.

— Великий Налёт? Я не видел сообщения системы. Снаружи Цитадели ничего не работает. Зато я видел, сколько сейчас пожирателей на Черепе Властелина. Их там тьма, так что в твоих словах я не сомневаюсь. И всё это из-за Острова Мертвецов?

— Нарушен сложившийся десятилетиями баланс, — задумчиво кивнул гхэлл. — Мы знали, что это произойдёт, но Хорка решил рискнуть всем, что у него есть. На моей памяти Великий Налёт случается третий раз. И каждый раз это очень плохо заканчивалось. Дважды локация внутри Магического Барьера едва выживала, а затем десятки лет зализывала раны. Третьего раза можем и не пережить. Но я Хорку понимаю, иначе он не получил бы моей поддержки. Особое стечение обстоятельств не предполагало медлительности и нерешительности.

Я покосился на кувшин, но решил воздержаться. В голове и без вина изрядно шумело. Всё, что выдал сейчас Тарп Старый, звучало хреново, а хотелось бы хоть чуть-чуть оптимизма… Но всё же не мог не уточнить:

— Догадываюсь, что прошлый раз — это падение Акарха. А позапрошлый?

— А в позапрошлый раз падение было моим, — оскалился Тарп Старый. — И звали меня тогда Тарп Говорящий Ветер. Но мне повезло больше, чем Акарху — поняв, что проигрываю, а отступать было некуда, я успел убиться о Бездну. Серьёзный риск, мог не возродиться, но это лучше, чем участь Акарха. Под контролем Владыки от таких мёртвых воинов много вреда… живым. К счастью, возродиться я всё же сумел. Просто возвращение заняло очень много времени, и к моменту воскрешения место уже было занято преемником. Локация не может существовать без Форта и его Командира, а Форт был потерян. Мой Форт. При гибели Видящего срабатывает системная закладка и назначается следующий по значимости кандидат, чтобы срочно создать новый Форт. Позже Столица Стай может прислать своего Видящего, а может и не прислать. Обычно локация Магического Барьера обходится своими силами.

— Но ты ведь… не белогривый? — я кое-как нашёл в себе силы для удивления.

— Раньше правило не было обязательным, — со снисходительной усмешкой пояснил гхэлл. — Если белогривых не хватало, во главе Форта ставили наиболее отличившихся воинов независимо от цвета шкуры. Лет восемьдесят назад правила ужесточились, когда к власти в Столице Стай пришёл самый влиятельный клан белогривых, и серогривых сейчас в Видящих уже не встретить. Произошло это уже после гибели Акарха, при назначении Хорки.

Впечатляет. Учитывая, что местный год длится в полтора раза дольше земного, Тарп Старый оказался на поверку даже старее, чем я представлял. Если между каждым Великим Налётом проходило лет по восемьдесят, а в Командиры попадают уже зрелые пятидесятники, то Тарпу вполне может быть лет триста. Местных. Или больше. Пожалуй, правильнее его величать — Тарп Древний. Или — Тарп Древнейший. Я для него такой же щенок, как и те трое потомков, что сейчас носятся на его островке, играя в «хвостатые пятнашки». Поэтому слышать от него в свой адрес «детёныш» — совсем не обидно. Просто констатация факта. Да для него даже Хорка по возрасту — детёныш, хотя нынешнему Видящему локации Форт Бдительный тоже не меньше сотни лет.

Я тяжело вздохнул. Как же мне нужен отдых. Мысли ворочались в голове, как неподъёмные валуны…

— И кто теперь новый Видящий?

— По-прежнему Хорка, — криво усмехнулся Тарп. — Он не вернулся, но его гибель не отражена в Списке Усыпальницы. — Поймав мой удивлённый взгляд, он пояснил: — У меня свои возможности, не забывай про моё прошлое. Все Видящие Форта имеют доступ к Списку Усыпальницы. Это необходимо для своевременного учёта безвозвратных потерь и перераспределения важных должностей.

— Да, кстати, — я нахмурился, вспоминая собственные непонятки с Хоркой. — Имя Хорки попало и в мой Список Мёртвых, но возродить я его по какой-то причине не могу. Он словно завис в каком-то промежуточном состоянии. Ты понимаешь, что происходит? Где он? Как выжил? Если выжил вообще?

— Впервые с таким сталкиваюсь, — недоуменно покачав седой головой, Тарп сдержанно вздохнул. — Упади Хорка в Бездну — тогда без вариантов. А так… что-то тревожное и непонятное. Надеюсь, он сумеет вернуться к нам, а пока побуду за него. Откровенно говоря, не думал, что до этого когда-нибудь дойдёт. Я так давно отошёл от дел, что прошлая жизнь, где я командовал Фортом, кажется далёким сном.

— Я тоже надеюсь, что Хорка вернётся. Слишком многое на него завязано в наших планах. И далеко не все нюансы этих планов мне известны, всего он не рассказывал. Что ж, надеюсь, что, несмотря на долгий отпуск, навыки управления ты не растерял. Кстати… Имя Акарха в моём Списке тоже есть. В отличие от имени Хорки, оно активно для возрождения.

— Получилось-таки, — поражённо протянул гхэлл. Впервые за разговор его невозмутимость дала трещину. — Мы уже и не надеялись с Хоркой… Расскажи мне о битве как можно подробнее. Хотя нет, потом расскажешь. Вижу, что держишься из последних сил, так что давай сейчас о самом важном.

— О важном… Самое важное, на мой взгляд — дождаться момента, когда вместо Острова Мертвецов всплывёт новый остров. Если повезёт — вскоре будем собирать рейд и зачищать остров для установки портала. И попрощаемся навсегда с этим чёртовым Миром Летающих Островов. Если нет… Придётся выбирать следующего кандидата на уничтожение. Таков был план. Во время Бури действовать будет непросто, но Хорка ясно дал понять — времени у нас мало. Иначе по его душу, а заодно и мою, пожалуют некие кураторы из Столицы. Придётся рисковать. Использовать любые возможности для прогресса.

— Кураторы, — в выцветших от возраста глазах гхэлла сверкнула застарелая злость. — Верно, это тема отдельного разговора. Хорка ведь тебя предупреждал, что шансы появления острова третьего ранга невелики?

— Не нравится мне твой вопрос, учитывая ситуацию. Хочешь сказать, что…

— Есть масса признаков, по которым я могу судить почти наверняка. Непосвящённому они ничего не скажут. Тут скорее работает чутьё. Третьего ранга не будет, второй ранг, не выше. Такой остров тебе ведь не подходит?

— Бездна! Нет, не подходит. Ты абсолютно уверен?

— Почти наверняка, — повторил Тарп.

Алан меня прикончи, столько усилий, столько жертв ради проклятого острова, и что⁈ Пшик⁈ Хотелось лишь материться. Вернее, даже материться в этот момент сил не осталось. Образно говоря, руки опустились. Но всё же зацепился за отговорку Тарпа, решил уточнить:

— Почти?

— Более точно можно было бы сказать, будь у нас под рукой корабль Хорки. Карта-артефакт на флагмане Командира показывает все острова в реальном времени, как старые, независимо от смещения координат, так и новые, всплывшие из Бездны. Но корабль вместе с командой затерялся среди островов, связаться с ними мне не удалось. Системная связь на Архипелаге сейчас работает с перебоями. Тем приятнее, что в твоём осколке связь стабильна. Скорее всего, действуя сообразно обстановке, воины выбросили «Быстроглазого» на край ближайшего острова, как следует привязали корпус растяжками к земле и убрали паруса, а тягловых варн спрятали в специально отведённом для них месте в трюме. Только ты сейчас можешь проверить, цел ли он ещё.

— Проверить? Как⁈ Алан меня порази… Ты прав. Маяки я по-прежнему чувствую. Пять больших кораблей, участвовавших в рейде, до сих пор целы. В их числе — «Быстроглазый», но он дальше всех, не успел далеко отойти от Вихря, ветры смешали все планы. Можем хоть сейчас…

— Команды этих кораблей я проведаю сам, ты не в том состоянии, чтобы сейчас заниматься второстепенными делами. Просто дай мне допуск к твоей системе маяков хотя бы на сутки.

— Сделано, — без всякой задней мысли я выполнил требование. Хорка Умный в Тарпе Старом никогда не сомневался ни единым словом, нет причин сомневаться и у меня. Тем более что сейчас мы решаем общие проблемы, а в Цитадели я всегда буду полновластным хозяином; обычный гостевой допуск ничего не меняет в плане управления или каких-либо других изменений.

— Итак, — удовлетворённо кивнул Тарп. — Обрисую общую обстановку для большего понимания ситуации.

Ему хватило минут пять. По словам древнего гхэлла, Великая Буря создаёт магические возмущения в эфире, не позволяя полноценно работать «свисткам», так что перемещение между островами ограничено порталами. Летающие питомцы тоже при сильных ветрах почти бессильны. Да и лодки бесполезны, кроме самых больших кораблей типа «парус», а для управления ими в такое непростое время нужны лучшие мастера-корабельщики, иначе судно легко разбить, а строить новые — недели, и только после того, как Буря закончится.

По издавна заведённому порядку перед наступлением Бури народ с малых островов спешит перебраться на центральные, где имеются большие поселения — Форт Бдительный, Близнецы, Мокрец, Дохлый Ящер, Горбатый Великан. Эти острова более-менее защищены от стихии Бури самой своей массой третьего ранга; кроме того, там всегда есть значительная охрана от зверья Бездны и пожирателей. Но всегда есть те, кто не успел укрыться, ситуации бывают разные, всего не предусмотреть. В бухтах Форта сейчас находятся три больших корабля, их придётся задействовать не только для боевых действий против пожирателей, но и для спасательных операций в случае необходимости. Впрочем, далеко от Форта отходить они не смогут, опасно. И моя система маяков, связывающая сейчас пять больших кораблей, разбросанных ветрами по разным зонам локации Форта Бдительного — это уникальная возможность оперативного перемещения даже во время Бури. Совет Тарпа — пусть остаются там, где сейчас, — был разумен. Это обязательно пригодится.

Я кивнул, принимая информацию Тарпа к сведению.

— Есть предложение. Хорка рассказывал мне об искажённых островах, и раз ты говоришь, что нужного острова не будет, то придётся заняться ими, чтобы не терять время. Но Хорки нет, а пираты, среди которых могли найтись знатоки, большей частью кто в Колыбели, кто в Бездне. И я понятия не имею, где и как искать эти острова, да ещё эти паршивые условия во время Бури… Твоя мудрость и знания сейчас нужны как никогда ранее, уважаемый Старейшина.

— Для этой задачи сейчас любые карты бесполезны, что твоя, — Тарп кивнул на столешницу, очертания островов на которой словно подёрнулись густой дымкой, — что Хорки. Искажённые острова на картах не отображаются. Более того, их тоже сорвало с прежних насиженных мест, как и обычные острова…

— Что ж, тогда нам придётся вернуть Горада, — выслушав Тарпа, я выложил наконец давно заготовленный козырь. — Он тоже в моём Списке Мёртвых.

— Прекрасная новость, но пусть там и остаётся, в этом твоём Списке, — отрезал Тарп. — Нам хватит забот и без возни с эмиссаром Владыки.

— Он может обладать полезной для нас информацией об искажённых островах, — не согласился я.

— С искажёнными островами Горад был связан через портал Острова Мертвецов, но сейчас, когда остров разрушен, его связи полностью утрачены. Он бесполезен, опасен и непредсказуем. Ему самое место в Списке. Навечно.

У меня были свои соображения насчёт Горада, но сил спорить и что-то доказывать прямо сейчас не осталось, так что я просто пожал плечами:

— Тогда что ты предлагаешь?

— Придётся работать с тем, что есть. А есть у нас обычные действующие острова третьего ранга. Разрушать меньшие нет смысла.

— Такого в планах не было. Хорке это не понравится.

— Уверен, что Хорка не будет возражать, если ты доломаешь Череп Властелина, — снисходительно усмехнулся Тарп. — Скажу больше — остров из-за Бури начал разваливаться сам, так что если это случится на десяток-другой дней раньше, то ни на что не повлияет.

— Хорошо, я тебя услышал. Остаётся вопрос с Акархом. Расходник есть, достаточно найти донора в Форте, и…

— Дай подумать минутку, детёныш. Акарх… — Тарп на несколько секунд впал в хмурую задумчивость, после чего решительно хлопнул по столу ладонью, заставив массивную столешницу вздрогнуть. — Нет. Пока не вернётся Хорка Умный, Акарха возвращать не стоит. То, что ты вырвал его из воинства мертвецов — прекрасно. Это значительно ослабит Владыку. Но мы не знаем, чего от него ждать после возрождения. Акарх — не один из рядовых воинов, которых вы с Хоркой возвращали ранее. Это — неизвестная величина. У него и до гибели был крутой нрав, а нетерпимость к чужакам вроде тебя была выше, чем у меня с Хоркой вместе взятых. Он может как помочь в решении наших проблем, так и сам стать неразрешимой проблемой. Не сейчас, когда у нас и так завал. Пусть Хорка решает, когда вернётся.

Я мысленно усмехнулся. Кое-кто отвык за десятилетия праздной жизни от ответственности за других? Ладно.

— В таком случае остаётся решить проблему с добыванием Семян Древа Смерти. В Цитадели осталось только одно Семя, а этого мало. Я знаю, как их достать, но мне нужно время на медитацию и эксперименты. Кстати, с прошлой активацией Семян произошла накладка; мы с Хоркой не знали, что для жертв нужны суры. Теперь знаем. Думаю, вполне подойдут пожиратели в качестве жертв; убивать наших бойцов в такое время — преступная расточительность. Осталось придумать, где и как наловить пожирателей, и как их заставить смириться с ролью пленников, чтобы не разбежались до нужного момента. Есть соображения на этот счёт?

— Разумно, — Тарп кивнул несколько раз подряд, захваченный мыслями о предложенной задачке. — Нужны пожиратели? Тогда это моя забота. Займусь. Темница в Форте весьма вместительная, а действующие в её стенах «Оковы магии» не позволят пленникам безобразничать. Проверенный способ; для некоторых рецептов нужны не только останки пожирателей, но и живые особи, так что держать приходилось.

«И для активации чёрных порталов тоже нужны жертвы», — подумал я про себя. Куда ни плюнь — всюду жертвы. Чую, пожирателей понадобится много. От поиска искажённых островов я пока не готов отказываться, несмотря на доводы Тарпа. Всегда стоит иметь запасные варианты. Если и Череп Властелина не даст результата… В общем, имелись у меня кое-какие мысли на этот счёт.

— Хорошо, — Тарп решительно встал, заставив жалобно скрипнуть стул. — Мы всё это подробно обсудим, но пока приводи себя в порядок. Я же отправлюсь в Форт собирать рейд. Говоришь, на Черепе Властелина полно пожирателей? Удачно. И остров почистим перед закладкой Семян, и пленников наловим. Как будешь готов действовать — передай сообщение.

Глава 6 Янтарная жертва

Указывая Тарпу Старому дорогу к порталу Колыбели, я вступил на мостик между башнями и сделал лишь несколько шагов, прежде чем в изумлении замер, озираясь вокруг совершенно иным взглядом.

— Места здесь куда больше, чем рассказывал Хорка. Что-то изменилось с тех пор? — массивная фигура древнего гхэлла, ростом выше двух метров, нависла надо мной, застыв рядом на узком трёхметровом мостике.

— Ещё как, — справившись с потрясением, я задрал голову и оценил возросшую высоту до силового барьера, который куполом накрывал мой осколок с Цитаделью в самом центре.

Если прежде верхняя граница пролегала всего в сорока метрах над острыми шпилями Источников обеих башен, то теперь расстояние увеличилось пятикратно — до доброй пары сотен. Впечатляющий прогресс. Раньше мягкое свечение оболочки рождало причудливый танец теней и бликов, позволяя сносно ориентироваться в Цитадели без лишних факелов, теперь же барьер стал почти прозрачным и ровно сиял голубизной, напоминая настоящее небо. Для полного правдоподобия не хватало только лениво плывущих облаков.

Вполне закономерно, что и пространство за крепостной стеной расширилось примерно до двухсот метров. Разумеется, по всей окружности. Разрастание купола неизбежно повлекло за собой расширение земель, и наоборот. Причём на «старой» полосе земли, где я некогда наматывал круги, тренируя выносливость и выкашивая пустотников, вместо чахлых ростков зазеленел густой травяной ковёр, а местами даже проклюнулись молодые деревца.

Поразительно. Мой личный осколок реальности стремительно «взрослел». Жаль, Марана не видит этих перемен, ей бы они точно пришлись по душе. Она всегда обожала простор и с наслаждением странствовала по островам Архипелага под открытым небом, стараясь проводить в стенах Цитадели как можно меньше времени…

Я невольно стиснул зубы. Всё это — потом. Сейчас не время предаваться скорби.

— Мы тоже ошалели, когда осколок принялся расти, — взволнованно прошептала возникшая за спиной Чупа, доставшая вихрастой макушкой мне лишь до лопаток. — Всё вокруг содрогалось, словно при землетрясении, мы уже решили, что настал конец нашему осколку. Вдобавок и пустотники попёрли валом. Причём те, кто возникал прямо в воздухе, просто разбивались всмятку — высота-то теперь приличная. А тем, кто ломанулся по земле, пришлось штурмовать стены крепости — они наконец-то заработали в полную мощь, исполняя своё истинное предназначение. Нам позарез необходимо крепостное вооружение, босс, в дополнение к уже имеющейся «Мгле Бездны». Сдаётся мне, твари начали адаптироваться: магия кристалла воздействует на них уже не так сокрушительно, как прежде. Требуются баллисты, катапульты, стреломёты — всё, что только сумеем раздобыть. Раньше в этом не виделось смысла, но сейчас укрепление обороны стало делом первостепенной важности.

Очевидно, всё время, пока тянулся мой разговор с Тарпом, Чупа терпеливо дожидалась на мосту. Навряд ли она подслушивала из праздного любопытства — скорее всего, ей нестерпимо хотелось выплеснуть на меня эти ошеломляющие новости. Идеи девчушки-низуши звучали дельно, так что этим вопросом обязательно придётся заняться. Всё равно в скором времени я планирую визит в Форт, где и обитают нужные ремесленники. Почему ослабло магическое воздействие, тоже гадать не пришлось: «Мгла Бездны» осталась на четвёртом ранге. Сами же пустотники заметно прибавили в силе, так что логика здесь была элементарной.

Считая прежде, что опыт для расширения осколка капает за клановые задания по истреблению пустотников, я не сильно ошибался. Но теперь стало предельно ясно: именно крах Острова Мертвецов послужил катализатором для взрывного роста, поразительные плоды которого я наблюдал воочию. И пока не имело значения, что стало определяющим фактором — смерть несметного числа врагов или уничтожение колоссального острова третьего ранга; важен был сам итог.

Впрочем, я в корне не прав. Это крайне важно. Важно до безумия. Необходимо в кратчайшие сроки пустить под откос ещё один остров, чтобы подтвердить возникшую теорию. Вот таким я стал теперь… истинным и ярым разрушителем. Ситуация выглядела бы забавной, если бы не была столь трагичной.

Как бы то ни было, осколок изрядно расширился, тем самым многократно повысив общую жизнеспособность моей обители. Кажется, даже дышать здесь стало свободнее, и дело не только в возросшем объёме воздуха под куполом. Стало легче психологически — просто благодаря тому, что границы отодвинулись. Исчезло гнетущее чувство, будто ютишься в хрупком мыльном пузыре посреди ледяной космической пустоты. Почти исчезло, хотя сам пузырь-то никуда не делся.

Цитадель, к слову, вопреки достигнутому тридцатому уровню, внешне ничуть не изменилась. Всё те же две трёхэтажные башни, соединённые мостом на уровне второго яруса, зажатый между ними внутренний двор с плитами красного гранита и невысокая трёхметровая стена из того же камня. Во дворе всё так же стояла чаша питьевого фонтана, а рядом чернел жертвенный круг с желобами, которые проплавили в камне тела во время первого массового возрождения. На почти завершённом жилом ярусе, расположенном под землёй между Колыбелью и Алтарём Алана, расширение земель тоже никак не отразилось.

Что ж, вполне логично: если границы прирастают стихийно, завися от моих подвигов во внешнем мире и развития как Ключника, то менять облик самой Цитадели придётся вручную через интерфейс Центра Управления. Этим действительно стоит заняться без промедления.

— Вижу, у тебя тут намечается торжественный приём, — понимающе осклабился Тарп, который с явным интересом выслушал предложения низуши. — Портал я чую за версту, так что доберусь сам. Разбирайся со своими внутренними делами и готовься разруливать проблемы внешние.

Покровительственно кивнув на прощание, древний гхэлл уверенно зашагал вперёд. Высыпавшие на мост соклановцы, пока я изучал преображённый осколок, поспешно расступились, давая дорогу грузной фигуре Мастера Ловца Ветра; тот направился на этаж мастерских, откуда лестница вела в оружейную, а дальше — к Колыбели.

И тут же со всех сторон посыпались вопросы:

— Как ты умудрился выжить? — восторженно выпалил рыжий Люкас, сверкая веснушками и широченной улыбкой в тридцать два зуба. — Мы едва успели дотянуть до маяков на кораблях, как весь остров рассыпался в пыль и был развеян ветром, а ты здесь — целый и невредимый!

Его кожаная броня среднего качества с металлическими пластинами выглядела потрёпанной и грязной, но для боя всё ещё годилась. Зато лезвие двуручного топора, на который он небрежно опирался, уже сверкало свежей заточкой. На удивление легкомысленный нрав ничуть не мешал ему тщательно и вовремя следить за состоянием своего верного оружия.

— Здоров, как же, — скептически хмыкнула Искра и в своей привычной резкой манере добавила: — Ты на его дебаффы посмотри, я бы от таких давно сдохла. И что с твоей бронёй, Зуб? Тебя кто-то долго жевал, а потом выплюнул как невкусный кусок? Как тебя вообще ноги-то держат? Или передо мной не ты, а лишь твоя скорбная тень?

Вопреки шутливому тону, её большие выразительные глаза с лазурной радужкой взирали на меня с нескрываемой тревогой. Короткие белые волосы с серебристым отливом были живописно растрепаны; серая кожаная куртка хранила следы поспешного ремонта на груди, а на правом бедре эластичных лосин зияла огромная дыра, открывая вид на пятна запекшейся крови на бледной коже. Судя по всему, мой визит прервал процесс лечения и починки: куртку коби заштопать успели, а вот до лосин руки пока не дошли. Жезл и кинжал по-прежнему оставались при магичке — ни один вменяемый игрок не расстанется с оружием даже в Цитадели, особенно когда здесь едва отбили вражеское вторжение. К слову, клан за это время умудрился заработать по паре астральных и божественных очков.

— У нас крутой босс! — с праведным негодованием уставившись на пиромантку, воинственно тявкнул Пятнышко, стискивая в лапах метательные топорики так, словно был готов немедленно ринуться в бой. — Его нельзя убить!

На загривке и тощей подростковой груди гхэлла топорщилась серая шерсть, а пушистый хвост, торчащий из прорези в штанах, беспокойно метался из стороны в сторону. Эти слова тронули меня, хотя я и спрятал свои чувства за мимолётной усмешкой. Для юного гхэлла любые сомнения в моём авторитете были попросту неприемлемы и непостижимы. Даже недавняя гибель брата нисколько не пошатнула его убеждений. В его личной иерархии первое место занимал я, следом шёл Алан Тёмный, за ним — Хорка с белогривыми, и лишь в самом конце — все остальные.

— Согласен с мохнатым, выбраться целым из подобной мясорубки — задача не из лёгких, — негромко и с едва уловимой улыбкой произнёс наш демонолог Зелеакс, маячивший за спинами соратников. — К тому же умудриться взять пятидесятый уровень…

Опираясь на длинный посох с костяным навершием, смуглый темноволосый эльф гордо выпрямился, и пара набранных за поход уровней словно добавили его облику ещё больше аристократизма.

— Ага, тут поневоле задумаешься, — согласно кивнула Искра. — Создаётся стойкое впечатление, что чем хуже идут дела вокруг, тем больше пользы извлекает наш Зуб. Прогресс прёт просто как на дрожжах.

Соратники держались так, словно не произошло ровным счётом ничего особенного. Подумаешь, добрая половина клана сгинула в небытии — возродятся, куда они денутся. А если не сумеют сами — глава клана лично вытащит их с того света. Проще простого. Была ли это защитная реакция на потерю близких друзей или они и впрямь не осознавали, какой ценой мне всё это даётся? Впрочем, я поспешил с выводами об их легкомыслии: вперёд решительно шагнула лучница, буравя меня тяжёлым, не предвещающим ничего доброго взглядом.

— Крутой босс? — Юлианна бесцеремонно отпихнула Искру плечом, на что пиромантка лишь недовольно поморщилась, сохранив молчание.

Мостик был узким, и пятеро столпившихся на нём воинов неизбежно мешали друг другу.

— Вы что, окончательно берега потеряли от своих щенячьих восторгов?

— Успокойся, Юли, — примирительно вмешалась Чупа, осторожно выглядывая из-за моей спины.

— Личные неурядицы сейчас разумнее оставить на потом, дай боссу перевести дух…

— Личные проблемы⁈ — гневно вскричала Юлианна. — После столь сокрушительных потерь — это, по-твоему, всего лишь мои личные проблемы⁈

Поразительно красивая девушка. Поистине эффектная внешность. Точёные черты лица, смоляные блестящие волосы до плеч и идеально подогнанная под статную фигуру кожаная броня, выгодно подчёркивающая изгибы высокой груди и крутых бёдер. С первого взгляда виден «высший пилотаж» — столь искусно подавать себя дано не каждому, даже при максимально прокачанной харизме. Любой жест, каждое движение буквально завораживают окружающих. Многие подсознательно поддаются этому очарованию, позволяя и прощая ей куда больше, чем остальным, но таков уж устроен мировой. Однако после Мараны чужие всплески эмоций и внешняя красота меня давно не трогали — выработался стойкий иммунитет, позволяющий в первую очередь вскрывать грани характера, а не оценивать обёртку.

Так что пресловутые «щенячьи восторги» — это, скорее, относилось не к моим успехам, а к самой Юлианне; именно в таком свете её воспринимала мужская часть клана. Критическое восприятие неизбежно притупляется, когда в игру вступают гормоны. Мгновенно активируются базовые инстинкты защитников и продолжателей рода. Звучит иронично, если вспомнить, что у пришлых в Архипелаг игроков потомства не бывает. Дети рождаются только у коренных аборигенов. Но зов глубинной природы никто не отменял. Подобное неизменно наводило на размышления — возможно, всё ещё впереди. Где-то там, на запредельных уровнях и в более совершенных мирах.

Удивительно, но я лишь сейчас заприметил, что у Юлианны самый скудный прогресс по итогам рейда — с сорок первого она поднялась лишь до сорок второго. Всего один уровень. Единственный! При этом остальные соклановцы прибавили по два-четыре уровня. Люкас теперь сорок второго, Искра — сорок третьего, Зелеакс достиг сорок восьмого, Чупа — сорок первого, а Пятнышко, как самый юный и быстрый на подъём, вовсе скакнул на шесть ступеней, став тридцать девятым. Юлианна что, совершенно бездельничала в бою⁈ Просто эффектно позировала, предоставляя право сражаться остальным? У неё что, руки отнимаются, стоит лишь вскинуть боевой лук?

По правде говоря, мыслями я уже покинул этот мост. Кроха. Мне необходимо немедленно её увидеть. Это стремление захлестнуло меня с неожиданной мощью. Что-то критически важное случилось, пока я отсутствовал в Цитадели, и это требовало немедленного вмешательства. Сейчас же. Я всё так же ощущал, что она жива, но фейри до сих пор не бросилась навстречу, вопреки привычке. Она застыла на месте, в зале Колыбели. Неужели ей столь тяжко под гнётом проклятой метки Горада? А тут ещё эти пустые, выматывающие разговоры…

— В чём суть твоих претензий, Юлианна? — со вздохом поинтересовался я, заранее предугадывая ответ.

— Ты давал нам иные обещания, когда мы с Тангаром вступали в твой клан. Гарантировал безопасность и планомерное развитие. Мы заключали уговор лишь об одном жертвоприношении, но Тангар вновь мёртв и не сумеет возродиться самостоятельно, ведь у него не оставалось сейвов! Как ты намерен это оправдать? В его смерти повинен только ты! Верни его немедленно!

— Юли, по-моему, тебя заносит, — Искра осторожно попыталась перехватить подругу под локоть, но та резко отдёрнула руку и яростно окрысилась уже на неё:

— Замолчи! Не ты лишилась близкого человека, а я! И только мне решать, что высказывать и как поступать!

— Тебя и впрямь заносит, — усмехнулась Искра, демонстративно отступая. — Не ты единственная здесь кого-то лишилась. Утраты коснулись каждого. И если припомнить, что босс уже единожды воскресил твоего ненаглядного совершенно безвозмездно, то…

— Стоп! — Я властно вскинул ладонь, призывая к тишине.

Пускаться в объяснения, что я вовсе не планировал подобного исхода, сейчас бессмысленно. В какой-то мере Юлианна права: в нашем договоре отсутствовал пункт о принудительном приношении в жертву прямо в пылу сражения. Да, это стало суровой необходимостью в критический миг, но… Но, во-первых, стоит лишь повинно поникнуть головой, как тебе немедленно усядутся на шею. Во-вторых, предвосхитить абсолютно всё невозможно. Никто не обладает всеведением, приходится оперировать тем, что имеешь. В-третьих, оптимальная защита — это стремительное нападение, тем более что у меня тоже созрели законные претензии, причём именно к этой гордячке, буравившей меня возмущённым взором своих прекрасных карих глаз.

— Я обязан задать тебе один существенный вопрос, Юлианна, — холодным, но предельно ровным тоном начал я. — Почему в той мясорубке погиб именно Тангар, а не ты сама?

— Что⁈ Не пытайся переложить вину, речь сейчас вовсе не обо мне, а о…

— Речь идёт как раз о тебе. Тихо, я сказал! — заприметив, что она вновь намеревается меня перебить, я ощутимо повысил голос. — Ты отлично знала, что у него не осталось сейвов. Именно по этой причине я и вытащил его в прошлый раз, отсрочив уплату долга жертвоприношением. Так почему же ты — невредима, а он — мёртв?

— Не смей бросать мне обвинения, — Юлианна нервно прикусила губу, и её броская красота как-то мгновенно померкла. — Не моими руками был убит Тангар, его погубило проклятое Семя Древа Смерти! И случилось это исключительно по твоему приказу!

Не к лицу ей были подобные истерики. Я сумел надавить на самую болезненную точку в её душе, но ни капли не раскаивался, поскольку сам был в ярости, пусть и старался не демонстрировать этого внешне. Мне хватало собственных забот, а эта пустая перепалка лишь сковывала меня, поглощая дефицитное время и последние крохи сил. Увы, периодически некоторых субъектов необходимо приводить в чувство, и сейчас настал именно тот миг, когда ситуацию нельзя спускать на тормозах. К тому же это послужит отличным уроком для остальных соклановцев.

— Я объясню тебе, почему так вышло. Именно твой малодушный страх загнал твоего партнёра в тупик. По сути, ты прикончила его собственными руками, просто не пожелав расстаться с личным сейвом.

— Расстаться с лишним сейвом⁈ — Юлианна попыталась съязвить, но на меня подобные выпады не произвели ни малейшего впечатления. — Какое удобное и обтекаемое выражение! Как ловко ты маскируешь слово «убийство», хотя то жертвенное приношение и было самым натуральным убийством!

— Сколько у тебя в запасе сейвов, освежи мою память? — я усмехнулся куда холоднее, чем в начале нашего разговора. — Пять? А у Тангара не числилось ни одного. И всё же ты допустила его гибель, когда обстоятельства резко изменились и потребовалась немедленная жертва, от которой зависел успех всего нашего похода. Он проявил истинное мужество, его обязательства перед кланом теперь полностью исчерпаны, и я непременно воскрешу его при первой же возможности. А вот твой долг по-прежнему остаётся открытым.

— Это было его самостоятельное решение! — девушка всё ещё пыталась храбриться и качать права, но я ясно видел, что мои доводы окончательно выбили почву у неё из-под ног.

— Именно, — с нарочитым хладнокровием подтвердил я. — Потому что любит тебя, по всей видимости, гораздо сильнее, чем ты того заслуживаешь.

Подлый приём? Абсолютно плевать.

— А вот это уже совершенно не твоё дело! — огрызнулась Юлианна. — И при вступлении в клан мы не заключали соглашения, согласно которому будем то и дело приносить себя в жертву по твоему первому требованию!

— Здесь ты права. Не договаривались. И я приложу все силы, чтобы подобных жертвоприношений, как на Острове Мертвецов, впредь не случалось. Однако твоего стремления погубить близкого человека, беззастенчиво пользуясь его чувствами ради собственного спасения, я тоже не забуду. Это моё первое и последнее предупреждение, Юлианна.

— Если из этого клана уйду я, то за мной последует и Тангар, — Юлианна заметно побледнела и даже попятилась, словно всерьёз опасаясь физического удара, хотя я за всё время и пальцем никого в клане не тронул.

— Возможно, и так, — я равнодушно пожал плечами. — А возможно, и нет. Разумным существам свойственно периодически проводить переоценку жизненных ориентиров под гнётом накопленного опыта и внешних факторов. Настоятельно рекомендую обдумать сценарий, при котором ты можешь навсегда лишиться Тангара, если груз твоих страхов, влекущих за собой роковые последствия для него, превысит предел его преданности.

— Подобное вряд ли случится. Он сохранит верность мне до конца…

— Как преданный пёс? Именно так ты его и оцениваешь?

— Ты нагло передёргиваешь! Ничего подобного я не произносила! И прекрати меня воспитывать! Ты — всего лишь номинальный глава клана, волею слепого случая! Ты ничем не лучше меня, а всё, что ты совершаешь якобы на общее благо, ты в первую очередь делаешь ради удовлетворения личных амбиций! Без нас твоё объединение — пустышка, лишь звучное название на бумаге! Так что не мни себя великим судьёй, ты не вправе распоряжаться чужими жизнями!

Она так ничего и не уяснила за всё время пребывания в клане, раз до сих пор считала меня заурядным игроком с мелочными интересами. Впрочем, в Бездну её — сейчас хватает куда более насущных забот, требующих моего немедленного вмешательства.

— Поразмысли на досуге над нашей беседой. А теперь расступитесь и не мешайте — мне необходимо срочно навестить Кроху.

Уловив, как соклановцы переглянулись при упоминании Крохи, я заподозрил, что положение дел куда плачевнее, чем рисовалось в воображении. И я решительно рванул вперёд, заставив людей расступиться, подобно тому как они пропустили Тарпа, уже покинувшего Цитадель.

Прежде я никогда не вступал в открытые конфликты со своими, по крайней мере со времён начальных локаций. Никогда не стремился кого-то намеренно задеть или унизить — подобное претило самой моей натуре. Да и ребята относились ко мне вполне ровно, а чаще — дружелюбно. Вероятно, всех устраивала моя манера управления либо же острые углы сглаживались ожиданием обещанных перспектив развития, а может, играло роль что-то иное.

Я никогда не считал себя великим знатоком человеческих душ.

Семнадцать пунктов харизмы, безусловно, накладывали отпечаток на восприятие, но не стоило переоценивать голые цифры. Если что-то не клеилось, если я допускал промахи, влекущие за собой тяжёлые последствия для всех, а не только для меня лично — я, разумеется, искренне переживал. А после прикладывал вдвое больше усилий.

Однако в моём нынешнем состоянии мне стало абсолютно фиолетово, что возомнит обо мне Юлианна или кто-либо ещё. Со своими чувствами они как-нибудь перетопчутся и без моего участия. Именно в эту секунду в сознании окончательно кристаллизовалась одна непреложная истина. Я не несу ответственности за каждый катаклизм, происходящий в этом мире. Всех страждущих всё равно не спасти. Раз за разом взваливать на плечи бремя вины за события, неподвластные моей воле — занятие пустое и гибельное. У меня нет ни малейшего желания морально надломиться и окончательно выгореть изнутри. Отныне мне плевать на всех прочих, кроме тех немногих, кто мне по-настоящему дорог…

Нет, не наплевать, к чему себя обманывать.

Однако приоритеты придётся выстраивать куда более рационально и жёстко.

Стремительно миновав мастерскую, я скатился по лестнице в оружейную; ступени так и мелькали под подошвами, увлекая меня в подземелье, к самому залу Колыбели. В полном недоумении я воззрился на статую в центре зала, которой прежде здесь никогда не было. Приблизился вплотную и застыл в паре шагов, отказываясь доверять собственному зрению.

Отказываясь принимать очевидное.

Когда-то, бесконечно давно, в краю вечной мерзлоты, Марана под гнётом чуждой воли вдребезги сокрушила изваяние Дживы в том самом зале, где ныне возвышался Алан.

А теперь Джива совершила триумфальное возвращение.

Прямо здесь, в Колыбели.

Зал уже успел преобразиться: сияющие стены, свод и пол покрылись слоем медово-жёлтого янтаря, пробуждая в памяти забытые образы. На искусных барельефах проступили контуры танцующих крылатых фей — безупречных копий моей Крохи. Изящные создания замерли в затейливых па, и если стремительно обвести взором окружность зала, рождалась иллюзия стремительно кружащегося вокруг живого хоровода.

Всё пространство цилиндрического зала десятиметровой высоты пронизывал мягкий золотистый свет, изливавшийся от лучистого янтаря статуи в сердце Колыбели. Двухметровое изваяние выглядело столь совершенным, что казалось одушевлённым, почти живым. Тончайшая материя невесомого одеяния, ничуть не скрывающая контуры божественного тела, выглядела именно подлинной тканью, а не застывшим в камне янтарём. В лике прекрасной девы безошибочно узнавались черты моей фейри, хотя он и казался иным, а за её спиной величественно раскрылись четыре прозрачных стрекозиных крыла.

Джива замерла, подняв обе руки к груди ладонями вверх: правая пустовала, а на левой покоилась Кроха. Точнее, лишь то, что от неё сохранилось — бледный призрак, едва мерцающий силуэт, подобный гаснущей голограмме с истощённым накопителем энергии. Словно выгоревший кристалл — прежде фейри обожала так восполнять свои силы, теперь же она сама превратилась в жертвенный источник.

Вокруг фигуры из магического янтаря, точно призрачная вуаль, колыхалось марево незавершённого преобразования. Шкала системного прогресса замерла на отметке в 78%. Как только формирование статуи завершится, эфирная дымка бесследно растает. Вместе с ней исчезнет и Кроха, без остатка отдавшая себя ради возрождения своего божества.

Я до сих пор помнил слова Машты о Дживе — той, что осталась в ледяном краю вместе с нашими неразрешёнными спорами. Согласно преданиям, фейри созданы по образу и подобию богини, и любая из них является лишь её малой аватарой, крохотной частицей великой души. Именно через эти «частицы» Джива транслирует свою волю и влияние на иные миры. Именно в этом крылся секрет уникальных способностей Крохи, которые столь щедро одарили меня.

Я застыл на месте, категорически отказываясь признавать реальность происходящего.

Периферийным зрением я отмечал, что меня обступила троица коби — неразлучные умельцы Карь, Глип и Маул что-то возбуждённо лепетали, но их голоса не достигали моего сознания, оглушённого потерей Крохи. Они всё же дождались свою божественную покровительницу, а я навсегда утратил… питомца? Друга? Часть собственной души? Я оказался бессилен помочь Крохе, не сумел отыскать выход, да и круговорот событий не оставил мне ни единого шанса, но это горькое осознание не приносило облегчения.

И уж точно не служило мне оправданием.

Не дождавшись поддержки, Кроха самостоятельно приняла роковое решение. Вероятно, она была способна на это уже давно, но намеренно медлила, предпочитая оставаться рядом и преданно помогать мне в моих начинаниях. Чёрная метка Горада неумолимо выжигала её изнутри, и призыв Дживы ценой собственной жизни стал единственным способом сбросить это проклятие.

По утверждениям белогривых, печать должна была развеяться после окончательной смерти Горада. Но я в любом случае фатально опоздал бы. Оценивая прогресс изваяния, я понял, что процесс перерождения запустился сразу после моего ухода в рейд. Кроха просто решила не отвлекать меня от важных дел…

Казалось бы, стоит ли предаваться этой бесполезной скорби, ведь Кроха — питомец исключительный, и ей не требуются сейвы для возвращения, достаточно лишь магии мира? Однако интуиция настойчиво шептала, что после подобного «приключения» привычного возрождения уже не случится. Ибо это была не заурядная гибель, а осознанная жертва во имя чего-то несравненно большего.

[Обновление] «Храм Дживы Покровительницы».

Внутри вспыхнуло нестерпимое желание остаться в полном одиночестве. Это стремление оказалось настолько мощным, что от меня волной разошлось тёмное марево, отшвыривающее прочь всё и вся, а жжение Печати Алана на лице превратилось в невыносимый жар. Перепуганные коби бросились врассыпную, поспешно скрывшись на верхнем ярусе по вьющейся вдоль стены лестнице.

Видимо, они прочувствовали, что мне сейчас совершенно не до них.

Я кристально ясно осознавал, что зашедшее столь далеко преобразование остановить уже невозможно. Даже возникни у меня желание прервать ритуал и вернуть всё на круги своя… Кроха уже сделала свой выбор. Она отыскала для себя единственный доступный выход. И я просто не имел права губить её своим эгоизмом во второй раз. Тем более что мне, как и прежде, было нечего ей предложить взамен.

Горад.

Главный виновник всего того, что творилось сейчас перед моими глазами. Я твёрдо вознамерился воскресить его при первой же возможности, хотя бы ради сомнительного удовольствия прикончить его вновь. Лично, своими руками. Предельно медленно и осознанно. Неведомая прежде тёмная ярость закипала в самой глубине души, грозя поглотить без остатка все прочие чувства. Только нечеловеческим усилием воли я удерживал горечь и гнев, не позволяя им окончательно поглотить себя полностью. Месть сладка на вкус, но… Даже если я немедленно отыщу донора и верну Горада в мир живых, а после заставвлю его снять это проклятое клеймо…

Все эти манипуляции потребуют времени, которого у моей Крохи попросту не осталось.

Так что Горад пригодится мне для совершенно иного дела. Чуть позже, когда я должным образом подготовлю почву для его вынужденного возвращения. Вопреки утверждениям Тарпа о его теперешней бесполезности, Горад обязан владеть критически важными сведениями. Об этих загадочных искажённых островах. О самом Древе Смерти. О его мрачном Владыке. Да и о многом другом, скрытом от глаз. Я не смею оспаривать колоссальный жизненный опыт гхэллов и их искусство выживания в хаосе местных неурядиц, но будь они непогрешимы, то давным-давно покинули бы этот мир своими силами.

И уж точно без моей помощи.

Кроме того, существовала ещё одна зацепка, не позволившая моей ярости вспыхнуть в полную мощь. Наша духовная связь с Крохой всё ещё не оборвалась окончательно. Она истончилась, изменилась, перестала дарить привычный тёплый отклик, но всё же Кроха каким-то чудом оставалась жива. И когда этот процесс завершится, то кто знает, что нас ждёт впереди…

Не стану торопить события. Просто подожду. Да и текущие проблемы никуда не исчезли, так что стоит заняться восстановлением собственных сил без промедления. И первым делом — восполнить энергию через глубокую медитацию.

Глава 7 Десять слотов силы

Как первожрецу Алана Тёмного мне выгоднее всего восполнять энергию возле его статуи-аватары. Впрочем, Колыбель для этого занятия тоже отлично подходит. А поскольку внутренний протест не позволил сейчас уйти от Крохи, я без лишних колебаний остался здесь.

Попробовал стянуть шлем, но обнаружил, что ладонь занята флягой с лечебным зельем — кто-то из соклановцев всучил по пути, а я, поглощённый раздумьями, принял её машинально, даже не заметив дарителя. Отлично, весьма своевременно. Добрый глоток живительной влаги освежающим потоком скользнул в желудок.

Сняв шлем, криво ухмыльнулся при виде глубокой вмятины на затылочной части. Тяжёлый удар палицы шатуна едва не вышиб мне мозги. Стихшая было рана на затылке от этой мысли заныла с новой силой. Прострелило болью левую скулу и спину между лопаток, настойчиво напоминая, что пора, наконец, подлечиться. Расстегнул крепления искорёженного панциря, сбросил его рядом со шлемом на пол и повёл плечами, наслаждаясь непривычной свободой. Лишь после этого уселся у подножия формирующейся статуи Дживы Покровительницы, привычно скрестив ноги в позе лотоса.

Отправил Колыбели мысленный приказ запустить ремонт привязанной к душе экипировки. Активировал репликацию утерянной правой перчатки. Шлем и панцирь окутались едва заметным сиянием преобразования, а рядом возник сгусток энергетического поля, где принялась собираться, словно с помощью невидимого 3D-принтера, перчатка.

Прежде чем погрузиться в медитацию, раскурил «Молчаливую подругу» и основательно затянулся. Эффект «Умиротворения» притупил тревогу, обволакивая сознание мягким успокаивающим маревом.

Вот теперь можно и делами заняться.

Стоило об этом подумать, как разума едва ощутимым тёплым ветерком коснулась аура божественного одобрения. А может, мне просто почудилось — слишком я вымотался сейчас, чтобы разбираться в тонкостях чувств и улавливать нюансы их оттенков.

Медитативный транс не мешал размышлять о делах, главное — сохранять относительную неподвижность, дабы не прерывать процесс. Сознание в таком режиме словно разделялось на два потока — на саму медитацию и на всю остальную мысленную суету.

Мерзкие дебаффы под воздействием восстанавливающих аур Цитадели серьёзно ослабли и почти не досаждали. Хорошо бы от них совсем избавиться, но Кроха и раньше не могла снимать такие тяжёлые проклятия «Астральной чистотой», а сейчас все её способности тем более заблокированы…

Твою же… Стоило вспомнить о дебаффах, как «Объятия смерти», «Мерзкое истощение» и даже «Великое изнурение» — всё мгновенно испарилось. Причём в логах событий не отразилось, кто именно это проделал. С плеч будто свалилась огромная тяжесть, и я невольно выпрямил спину. Осталась лишь «Печать смерти», вызывающая перманентную ненависть фракции и позволяющая наносить по мне на четверть усиленный урон, но сейчас, в Цитадели, она никакой роли не играла.

Благодать — избавиться от всей этой изнуряющей дряни. Спасибо… Но кого благодарить? То ли Кроха, невзирая на происходящее с ней, попросила помочь Дживу, чья янтарная аватара ещё не закончена, то ли богиня сама проявила волю, проникнувшись желанием фейри.

В любом случае — добрый знак.

Добрый же?

Ладно. Было бы неплохо заняться распределением двух сотен свободных статов, но… Всегда есть «но». Сперва необходимо полностью восстановить организм. Не говоря уже о том, что на текущем уровне «Медитации» я могу более-менее безболезненно усваивать не более сотни статов в час, причём при обязательном нахождении возле Статуи Алана или на площадке Колыбели.

Так что пришлось заняться следующим пунктом горячей повестки:

Цитадель Феникса Крика: 30 уровень

Постройки:

Башня-1: Источник силы (элитный кристалл четвертого ранга, активирован талант «Мгла Бездны»), очаг силы (ремесленный алтарь-1), центр управления (астральный портал, настольная карта, библиотека), зал стражей (9/18), алтарь Алана Темного.

Башня-2: Источник силы (элитный кристалл шестого ранга, без таланта), очаг силы (ремесленный алтарь-2), мастерские, арсенал, алтарь Дживы Покровительницы (незавершен).

Подвальный этаж: жилые помещения (27/30).

[Новое] Возможные постройки на территории: питомник, таверна, лаборатория, кузница, изолятор, торговая точка…)

Планка опыта до следующего уровня Цитадели взлетела настолько, что ждать его, судя по всему, придётся несколько лет. Ну и хрен с ним. Остаётся разумно распорядиться кровно заработанным результатом.

Скользнув оценивающим взглядом по новым пунктам в меню управления Цитаделью, я радостно встрепенулся. Да неужто…

Питомник!

А ведь он появился как по заказу! Если с Крохой текущая ситуация — за гранью моих возможностей, то для возрождения Фурии нужно было как можно скорее добраться до питомника Форта на поклон дрессировщику… Но события сейчас разворачиваются такие, что и дрессировщика могут в любой момент прикончить пожиратели, а если это произойдёт, то останется единственная возможность — жертвенное возрождение. То есть потребуется изловить подходящего зверя, причём желательно — снова варну, дабы избежать нежелательных отклонений в развитии, которые перечеркнут или исказят существующие трансформации. Крылья Фурии очень даже пригодились, и лишаться столь полезной опции мне совершенно не хотелось.

Но теперь, когда появится питомник в Цитадели…

Впрочем, едва я изучил необходимые условия для его возведения, как от вспышки злости едва не сорвал медитацию. Зараза! Бесит! Почему питомцев невозможно возвращать через Колыбель наравне с игроками⁈ К чему эти сложности?

То, что для создания питомника необходимо приличное количество стройматериалов — это ещё цветочки. Камень, древесина, металлы — всё это могут добыть стражи на островах, где сохранились маяки. Но на это уйдёт неизвестно сколько времени, а Цитадель в этот период останется без защитников, которых и так мало.

Выход отчасти есть — число доступных для содержания стражей на тридцатом уровне Цитадели удвоилось, но ведь их ещё нужно произвести, для чего опять же понадобится прорва энергии и времени. Причём сперва нужно поднять до второго ранга сам зал стражей, где они рождались, а затем перезаряжались после расхода энергии, что тоже — время. А потом им предстоит накапливать боевой опыт. Одно цепляется за другое, почти замкнутый круг.

Тем не менее, апгрейд зала стражей я запустил не раздумывая, на это текущих запасов материала и энергии хватило. Будет готово всего через шесть часов? Неплохо. Нет, превосходно! Так, а это что за системная пометочка? Синтез новых гнёзд и стражей можно ускорить, вручную активировав экстренный режим Цитадели, который обычно автоматом включается при атаках пустотников? Нужно лишь своевременно менять выдыхающиеся кристаллы вспомогательных чаш, обслуживающие Источники Башен, чтобы их энергетическая ёмкость не опускалась ниже двадцати процентов?

Тут же бросил распоряжение в клановый чат: собрать все запасы кристаллов в Цитадели (в том числе и личные) и назначил ответственными за выполнение приказа Пятнышко и Чупу — по одному игроку на Башню. Когда устанут, их подменят другие.

Так, что дальше?

Таверна. Место, где можно будет нормально поесть, а не перекусывать на ходу чем Алан послал. Походные условия набили оскомину, а бардак во внутреннем дворе давно резал глаза — кустарно выложенные очаги из натасканных с островов булыжников, закопчённые котелки и сковородки, где каждый вытворял с пищей что умел. Давно пора притащить нормального повара или назначить из соклановцев на постоянную должность того, у кого толково развито ремесло кухаря. Да и просто будет приятное местечко с соответствующей атмосферой, чтобы душевно посидеть после напряжённых рейдов. Да и просто посидеть. Пообщаться, сбросить пар, поделиться новостями и личными соображениями. Дополнительная социализация никому ещё не мешала.

Лаборатория. Пристанище алхимика, без которого мы пока прекрасно обходились, используя ремесленные алтари. Но развиваться нужно дальше; профессиональный алхимик может дать не меньше ремесленного алтаря, а может и больше, ведь функции их различны. Кроме того, после проблем с Крохой об этом стоит подумать тем более. Как бы я ни любил свою питомицу, нельзя настолько зависеть лишь от её возможностей. Нам нужны профильные мастера-игроки, эту часть жизни клана больше не стоит недооценивать.

Кроха. Поневоле вернёшься к мыслям о потерях, связанных с её исчезновением.

Запасы полученных с ремесленных алтарей расходников пока имеются, но пропала возможность создавать новые предметы, привязанные к способностям фейри. Вот так-то. Удар под дых и бревном по башке одновременно. Расходник «Радужного портала» подоспел, пока я находился в рейде, но он сам по себе, к способностям Крохи не относится. Впрочем, второго такого не создать, пока не истрачен или не уничтожен имеющийся — системные ограничения. Также второй алтарь успел создать расходник астрального маяка, прежде чем сработала блокировка после решения Крохи отдаться Дживе. И всё. Теперь этот расходник — на самый крайний случай, а пока придётся пользоваться действующими маяками на островах. Надеюсь, их хватит надолго, если, конечно, не выкорчуют пожиратели.

Что ещё осталось в запасе?

Пачка модификаторов на +45 к любой физической характеристике: усиление действует, пока кристаллы вставлены в слоты предметов и используются хозяином этих предметов. Из категории «Артефактора душ» осталось несколько разных по использованию расходников.

По питомцам: две штуки «Фиала реанимации сущности» — воскресить питомца в течение часа после смерти без потери сейва, если, конечно, от его тела хоть что-то осталось. Мрачно скривившись, подумав о Фурии — не мой случай. И один «Фиал жертвенного размена сущности» для работы со «Списком Забвения».

По игрокам: пять штук «Фиалов реанимации души», чтобы соло поднять союзника в течение часа после смерти без потери сейва. Две штуки «Фиалов жертвенного размена души» для сольного же воскрешения игроков из «Списка Мертвых» с использованием донора, причём у донора для передачи должно быть не меньше трёх собственных сейвов в запасе. Эти расходники морально устарели — лишних сейвов нет ни у кого, кроме меня, разве что.

«Групповой фиал жертвенного размена душ»: всего две, зараза, штуки! Знал бы заранее — подстелил бы соломки. Смогу поднять лишь две пачки по шесть игроков; воскрешённые при этом не получат трёх сейвов, как в случае одиночного воскрешения, но и доноры ничего не потеряют. Три штуки «Группового фиала реанимации душ» — позволяет выборочно воскресить до шести павших союзников в течение часа после смерти. Всего раз использовал за всё время, возле святилища Некронуса, и то — сольный. Почти бесполезная хрень. Архипелаг — весьма специфический мирок: погибшего в Бездне уже не поднять, а чаще всего причиной гибели служит именно Бездна.

Сплошная головная боль…

В общем, что имеем: две попытки — и о привычных возрождениях сокланов придётся забыть. А это, Бездна меня сожри, одна из самых мощных моих способностей. Если она канет в Лету, это станет форменной катастрофой.

Так, спокойно, не может такого быть. Умения, которыми обладала Кроха, сформировались системно и адресно, не только потому что фейри — это фейри, но и потому что я — Ключник. Если закроется одно «окошко возможностей», Система обязательно откроет другое. Не исключено, что возникнет заминка по времени реализации (пока не завершится создание статуи Дживы), но всё должно наладиться в той или иной мере.

Кузница. Тут всё ясно из названия. Место для работы мастера молота и наковальни. Нужно ли нам это? Да охренеть как нужно. С починкой вполне справлялась Колыбель, но чтобы что-то отремонтировать, вещь сперва нужно создать. А затем привязать к душе игрока. К тому же местные кузнецы практически не умели производить оружие и доспехи с энергетическими слотами для вставки усилений, ведь недостаточно, к примеру, соорудить рукоять меча с «карманом», его нужно активировать системно, а с этим как раз возникают проблемы. Поэтому здесь это такой дефицит. Какие-то системные препоны не позволяли им подняться выше определённого ранга мастерства.

А значит, давно пора брать дело в свои руки и ставить Цитадель на самообеспечение всем, чем только возможно. Кожаные доспехи и амуницию наши коби, к примеру, давно гнали потоком, закрепившись даже на рынке Форта Бдительного, но этого уже мало. Чем Алан не шутит, вдруг удастся поднять своего кузнеца до приличных высот. На крайний случай можно пригласить чужака по отдельному контракту — если не пожелает вливаться в клан. Главное, чтобы имелось место, куда приглашать.

Совсем я своё «Изобретательство» запустил, нет ни времени, ни сил, ни энергии на эти чёртовы эксперименты, как бы Система навык не аннулировала, посчитав пустой тратой ресурсов. Возможно, как раз я и смог бы помочь кузнецу со слотами, если напрячь извилины и что-то придумать. Ключник я или погулять вышел, в конце концов. Мне бы разорваться на пяток Зубоскалов, тогда бы везде успел…

Торговая точка. Возможность приглашать странствующих торговцев для сделок внутри Цитадели. Странная опция. Можно подумать, я и так не смогу их позвать, если понадобится? Или тут имеется в виду что-то иное? Ведь если пораскинуть мозгами, то «странствующих» — понятие растяжимое. Возможно, речь идёт о торговцах местных, а возможно — из-за Магического барьера. Если же фантазировать посмелее…

Михонариум же как-то рассказывал мне о купцах из старших миров, что посещают Столицу Стай через специальные порталы. Ну а почему нет? Мой осколок реальности — вещь в себе, статус у него особенный. Но пока не попробуешь — не узнаешь, куцего описания явно недостаточно для понимания новой опции.

Ничего, разберёмся.

Изолятор. Специально оставил напоследок, чтобы посмаковать. Очешуенно важная постройка. Тарп Старый после слов о темнице в Форте натолкнул меня на мысль, что и в Цитадели такая возможность лишней не будет. К примеру, лично разобраться с Горадом, без посторонней помощи — дорогого стоит. Ведь одно дело запереть вражеского игрока в более-менее подходящем помещении и постоянно бдить, чтобы не сбежал, использовав физические или магические способности, а иное — упрятать врага в системный объект, из которого без разрешения хозяина вырваться гораздо сложнее или вовсе невозможно.

Вот только есть ещё одна проблема.

Все эти новые постройки станут доступны только после главного апгрейда — расширения внутренней территории Цитадели, так как сейчас здесь просто нет места для их возведения. Можно, конечно, попытаться использовать под новые опции комнаты уже построенного жилища, но решит ли это вопрос системно? Вряд ли.

Так что придётся пока следовать предложенной схеме.

Усиление зала стражи. Производство новых стражей. Расширение территории. Возведение ещё двух башен с источниками и очагами силы. Затем всё остальное — изолятор, питомник и так далее. Бездна! Вряд ли за время Бури всё это удастся осуществить, а нужно прямо сейчас, причём всё и сразу!

Нужны кристаллы. Много кристаллов. Целая прорва — тогда, возможно, получится серьёзно ускорить все процессы. И снова нужен Форт, вернее, его запасы. Думаю, ради такого дела гхэллы из выживших «когтей», личной гвардии бывшего хозяина Форта, не откажут. В крайнем случае смогу договориться с ними через Тарпа, его авторитет вряд ли ниже, чем у Хорки.

О как… из всех новых построек только «питомник» и «торговая точка», оказывается, требуют в качестве источника «очаг силы». Значит, комнаты в жилище точно не подойдут, нужны новые Башни. А раз «питомник», без всякого сомнения, системно важный объект, то и «торговая точка» не уступит ему по важности. Очень даже интересно.

Жаль, что старые очаги силы заняты ремесленными алтарями…

Стоп. А если один алтарь перепрофилировать… Но тогда Цитадель лишится половины производственных возможностей. Разве что исключить создание всяких вспомогательных расходников, без которых можно прожить, и творить только астральные маяки и жертвенные кристаллы…

Да ёж твою медь! Я ведь всё равно ничего не могу сейчас производить! Алтари колом встали! Тогда в этой идее есть здравое зерно, учитывая, что питомник мне нужен позарез — свой и чтобы всегда под рукой. Это ведь не только мне пойдёт на пользу, у многих в заначке есть питомцы, которых ребята просто не используют из-за сложностей с возрождением. Сильные питомцы серьёзно усилили бы как самих игроков, так и клан. Для начала будут бегать по территории осколка для тренировки на пустотниках — отличный полигон для практики и роста, заодно разгрузили бы стражей, выделив им больше времени для строительства.

Больше не колеблясь, проверил, имеется ли возможность сделать апгрейд очага силы с «ремесленного алтаря» на «питомник». Есть! Могу! Запускаем… Стоп. Сотня кристаллов за перепрофилировку? Так, по отчёту Чупы в чате, сокланы к этому моменту смогли собрать четыре с лишним сотни кристаллов, причём Юлианна расщедрилась едва ли не больше всех, выделила почти сотню. Хоть какая-то от неё польза наметилась — теперь хватит и на зал стражей, и на питомник.

Запускаем.

Стоп ещё раз. Каким алтарём из двух пожертвовать?

Алтарь-1 умеет восстанавливать заряды встроенных в вещи способностей и целостность ценных кристаллов со встроенными умениями, алтарь-2 способен разложить чужой расходник на составляющие и вывести рецепт его изготовления.

Сложный и весьма спорный выбор, как и сам поступок сломать ремесленный алтарь. Но без Крохи новых рецептов всё равно не будет, это с её невероятной удачей получены оба рецепта — «накопитель опыта» и «радужный портал»! А так как работать они будут и без Крохи на любом оставшемся алтаре, придётся пустить в расход именно вторую постройку. Вдобавок на первой, кроме всего прочего, я постоянно восстанавливаю заряды «Привязки» в перстне «Моя прелесть», которым пользуется весь клан. Да и кристалл «Мгла Бездны» регулярно отправляется на алтарь для починки.

Так, хватит соплей, запускаем апгрейд…

Сколько-сколько? Всего шесть часов⁈ И после смогу начать возрождение Фурии⁈

Как же радостно на душе от таких новостей!

Так, что там у нас по остальным возможностям Цитадели?

Тридцатый уровень Цитадели наконец повысил «Статус-1» до «Статуса-2»: параметры атаки и защиты Ключника, а также всех его союзников на территории «Цитадели Крика» увеличены на 50%.

Очень кстати. Это означает, что и питомцы будут отлично защищены, в том числе и новички. Также развитие Цитадели предвосхитило запрос Чупы на оснащение территории специальными механизмами:

«Магомёт» — защитное устройство Цитадели, позволяющее выпускать энергетические заряды со шпилей Источников (требуется модификация Башен). Мощность заряда равна удвоенному урону старшего Стража Цитадели, количество зарядов каждой башни — девять, автоматическая перезарядка накопителя происходит за счёт ресурсов Источника и зависит от степени целостности вторичных источников.

Любопытная механика. То есть когда уровень стража, привязанный к уровню Цитадели, повышается, растёт и мощь выстрелов каждого магомёта. Сейчас у меня две рабочие башни; если запустить создание турелей… так, материалы есть, с энергией тоже пока порядок, учитывая, что послал дежурных на крышу…

Зараза! Нужен апгрейд самой Цитадели — как с питомником не прокатит, так что ждём окончания модификации зала стражей, после чего всё станет гораздо интереснее.

На тридцатом уровне Цитадели также добавилась возможность внешнего контроля:

«Всевидящее Око» дарует контроль над пространством вокруг астральных маяков, передавая живое изображение в центр управления. Встроенная сигнализация отслеживает заданные типы угроз в радиусе 100 метров за каждый уровень Цитадели (30).

То бишь имеем сейчас — три тысячи метров реагирования.

Так, отлично. «Око» работает прямо сейчас, без всяких апгрейдов. В данный момент на островах функционируют шестнадцать астральных маяков: засечь, где появились пожиратели, чтобы рвануть на их захват или уничтожение, проблем больше не будет, даже если твари всего лишь пробегут мимо.

Далее. На развитие части клановых умений раньше не хватало очков, теперь запас, полученный за достижения, плюс добавка астральных и божественных очков за отражение пустотников серьёзно подняли планку. Надо прикинуть, куда распределить в первую очередь… Уже прикинул. Больше никаких игр в демократию, на это нет времени; сам решу, что развивать и в каком объёме, в конце концов все эти очки умений — по большей части моя заслуга.

У «Клан-чата» последний шаг развития открылся ещё на двадцатом уровне клана, но тогда не хватило очков умений, а сейчас вполне могу перескочить на пятый ранг. Благодаря специфической схеме развития (каждый уровень клана и каждое вложенное очко прибавляют один километр) текущая дальность связи прыгнула до шести десятков километров. Если залить сотню очков, расстояние сразу рванёт ещё на сотню километров. Нет, пока не стоит. Придержу коней.

Смотрим дальше.

Чёрт. Поскольку Кроха заблокирована, её функции как «Талисмана клана», активируемые через клановые умения, — тоже.

Вырубился «Круг избранных», отрезав соклановцам доступ к алтарям, теперь пользоваться ими могу только я. Пропал «Ускоритель», который ощутимо сокращал время работы ремесленных алтарей. Сейчас это почти не критично, но всё равно досадно.

Твою же… «Источник жизни» тоже погас — создавать целительный родник теперь попросту некому. И «Горячая кровь», ясное дело, накрылась: когда фейри назначили Талисманом, одну из её личных способностей перевели в разряд общих клановых умений, успев разогнать за счёт очков клана регенерацию здоровья на 20%, но теперь нет ни «крови», ни самой фейри — навык окрасился серым.

Может, временно сделать Талисманом Фурию… Угу. Только сначала её придётся воскресить.

Куда ни кинь — всюду клин.

Ладно. Ладно!

Исчезли ведь не все привилегии, а лишь малая часть, и первым делом я прокачаю талант клана «Мой дом — моя крепость». На тридцатом уровне как раз открылся переход на четвёртый ранг, и мне ничуть не жаль двадцати пяти очков умений: на территории кланхолла скорость восстановления здоровья и маны возрастает на 50%. Вот и частичная компенсация за утрату способностей Крохи.

Следующий апгрейд «Моего дома» станет доступен только на шестидесятом уровне клана — можно пока выкинуть из головы.

«Плечом к плечу» (3): Пока соклановцы сражаются в едином строю, их физическая и магическая стойкость пассивно возрастает на 15% (очередное усиление только на сороковом).

«Ремесленник» (4): Любая ремесленная операция с вероятностью 20% приносит исполнителю двойную порцию опыта.

С учётом грядущей кузницы и лаборатории — вещь незаменимая. Так, оборонный потенциал Цитадели теперь на высоте, пришло время заняться талантами, которые работают на клан вне осколка. Три способности требовали по сотне очков за переход на пятый ранг, но ресурсов хватало лишь на две из них, даже если бы я не потратился на мелочи (что, впрочем, просчитал заранее).

После улучшения параметры выглядели бы следующим образом:

«Счастливый случай» (5): Шанс на получение редкой добычи с поверженных врагов возрастает на 23%.

«Жажда крови» (5): Смерть врага дарует прилив сил, восполняя 40% максимального здоровья за 10 секунд.

«Знамя защиты» (5): Повышает защиту соратников в группе или рейде на 25%. Эффект длится 40 секунд в радиусе 25 метров от точки установки. Требует кристалл сущности 5 ранга.

Ах да, есть же ещё «Клан-чат».

М-да. И какой навык предпочесть? На Архипелаге очков на пятые ранги уже не наскребёшь, требуется иной мир с повышенными коэффициентами наград. Здесь становится тесновато во всех смыслах.

Скрипнув зубами, я поднял «Жажду крови». Всё же это критически важно для выживания одиночки — обстоятельства бывают разными, и не всегда рядом окажется группа прикрытия. Причём это в основном не для меня — я-то «Душеловом» справлюсь, — а для ребят. Остальное потерпит, а последняя сотня очков пусть полежит в запасе на всякий пожарный.

Вот и вся «прорва» клановых очков.

Теперь пора проверить сроки и условия воскрешения павших героев, дабы понимать, когда на них удастся рассчитывать.

Алия — возрождение через 48 часов. Слишком велик накопившийся груз личных смертей. Искренне жаль девчонку, которая так панически боялась покидать стены Цитадели… Увы, предчувствие её не обмануло.

Ранилак… Тут только материться: через Список Мёртвых. Сгорел вместе со всеми сейвами, провались оно всё пропадом. Но он ведь погиб ещё до крушения острова, а не от падения в Бездну? Выходит, Семя тоже способно пожирать сейвы⁈

Сидор — 48 часов. Потрясающе невезучий боец. После первой смерти на Острове Мертвецов он возродился за пару дней до рейда на тот же проклятый клочок суши; я даже не успел толком понять, что за человек, а он снова на кладбище.

Благо хотя бы не окончательно, в отличие от его закадычного друга Тангара, который вновь пролетел мимо Колыбели прямиком в Список Мёртвых.

Роник — 36 часов.

Снафу Кусака — 24. Ловкий парень, редко подставлялся.

Дрелан Гуц — тоже 24.

Джарук… Твою же мать, опять Список Мёртвых — что ж этому ракшасу так не везёт. Как же обидно, что уцелела Юлианна, на которую нельзя положиться в настоящем деле, а не он, но выбирать сейчас не приходится.

Шустрик — 18 часов. Уже вторая смерть, но он вернётся к брату своими силами, и это радует.

Ума не приложу, как связаться с двумя уцелевшими дриадами и дреланом — в чате они молчат: либо Буря глушит сигнал, либо просто не хватает дальности приёма. Но тратить последнюю сотню очков на пятый ранг чата в пустой надежде, что связь добьёт… Нет, слишком рано. Рассчитываю, что скоро объявятся сами — сейчас пригодится каждый боец.

Теперь я хотя бы могу забить нужные имена в список тревожной кнопки: как только кто-то из них появится в зоне действия маяков, я тут же об этом узнаю. А маяки вполне могут располагаться и за пределами дальности клан-чата — отличная лазейка.

Сделано.

Команч, Михонариум, Шабл, Мор Блеск Молнии и десятки других — Список Мёртвых. Они не состоят в клане, но теперь тоже висят на мне. Вроде как. Если честно, меня уже изрядно задолбала эта привычка игроков выпиливаться окончательно в самый неподходящий момент…

Марана.

Самый тяжёлый для меня пункт. Нет, её единственный сейв уцелел, но легче от этого не становится. Суккубе до возрождения осталось долгих 612 часов. Даже ругаться нет сил. Какая-то проклятая вечность вместо воскрешения. Злая насмешка судьбы.

На счету Мараны больше сотни смертей за тот период, что она сражалась за Хаос. По возрасту она, быть может, потягается и с самим Тарпом Старым, но для меня и нашего союза это не имеет значения. Ужасно не хочется вновь проводить демонессу через процедуру насильственного воскрешения, но иного выхода я не вижу.

Ей я доверяю больше, чем кому-либо другому. Жаль, Алию в качестве донора сейчас не использовать — она сама в Колыбели. Юлианна? Как вариант. Причём, судя по всему, единственный доступный вариант. Мне нравится характер Мараны таким, какой он есть, и я не жажду новых перемен, но отпечаток личности донора должен рассеяться дней через десять — этот нюанс я выяснил давно.

С Мараной это случается даже быстрее, чем с прочими: у неё железная воля. Ладно, пора вплотную заняться собственными навыками. И в первую очередь необходимо заполнить пустующие слоты…

Медитация вновь едва не полетела к чертям, когда внезапно выяснилось, что вместо ожидаемых двух слотов под умения у меня теперь целых… десять! Прежде не было возможности детально изучить новые способности — мешала проклятая спешка и борьба за выживание, зато теперь посыпались приятные сюрпризы.

Один слот пустовал ещё с сорокового уровня — тогда толковый кристалл с навыком раздобыть так и не вышло, зато за пятидесятый я получил сразу девять слотов-подарков. Фантастика. Чья это заслуга: свободного класса, Ключника или же симбиоза того и другого? Может, и сам Алан приложил божественную руку? Да плевать, почему! Главное, что эти слоты есть!

Значит, можно развернуться на полную мощь!

Однако через пару секунд стало ясно, что всё не так уж радужно. Шанс успешного изучения для сорокового слота составлял 100% — тут без сюрпризов. А вот вероятности для пятидесятых слотов убывали с шагом в 10% для каждого последующего.

Если первый из девятки при попытке изучения принимал навык с шансом 90%, то последний сулил всего 10%. И всё равно расклад выглядел роскошно. Я на мгновение задумался, перебирая в голове самые актуальные варианты.

«Чёрный портал» — это приоритет номер один. Весь грядущий план завязан на это умение, и без него затея рухнет в Бездну: иного способа раздобыть Семена Древа Смерти не существует. Оставить его навыком в кристалле и юзать так? Не вариант. Кристалл способен расколоться. Может потеряться. Его могут забрать с моего трупа. Да мало ли что произойдёт, а после изучения умение никуда не исчезнет, став частью моей личности. Паршивой частью, само собой, учитывая его природу, но всё же…

Следом — «Концентрация сути». Я уже сейчас без неё как без рук. «Оковы магии» — на очереди. Это тройка самых востребованных, а остальные кристаллы с навыками буду подбирать для изучения уже по ситуации и возможностям…

Та-ак, а что это за штуку мы запечатали в кристалл кулона, пока я ошпаренным нёсся по Черепу Властелина?

Это нечто невероятное.

Встроенный в кулон «Ловец умений» поймал… «Ловца умений»!

Это как же вышло: заклинание сработало, попыталось скопировать что-то из окружающего хаоса, промахнулось и в итоге ухватило само себя? Нет.

Скорее, просто дико подфартило, и кто-то из врагов тоже обладал схожей способностью — ведь описание гласит о захвате именно «чужих умений». Неважно. Меня пробрало на нервный смешок, но я быстро совладал с собой. Да, это мощная заявка. Чертовски серьёзная.

И воспользоваться ею нужно без промедления.

Глава 8 Ловец талантов

Первым делом заменив в кулоне расходник на свежий из подсумка, я стиснул пальцами кристалл с умением и сосредоточился. Тёплая волна энергии хлынула по телу из средоточия солнечного сплетения, полностью окутала руку и сконцентрировалась в кисти. Кристалл едва слышно хрустнул, рассыпавшись мелкой, невесомой белесой пылью, зато в списке постоянных умений проявилось новое.

И теперь оно, в отличие от «кристаллического», могло полноценно развиваться.

Без малейших колебаний я залил его очками развития почти под завязку, внимательно наблюдая, как меняется описание навыка от ранга к рангу. И лишь на четвёртом получил именно то, что требовалось:

«Ловец умений» (4): Позволяет с некоторым шансом захватывать и копировать в кристаллы сущности до четырёх боевых навыков (по 4 ранг включительно). Чтобы активировать запечатанную способность, кристалл следует поместить в слот оружия или брони. Качество копии и успех захвата напрямую зависят от ранга донора и уровня используемого кристалла. Время действия: 1 час. Откат: 24 часа.

Супер? Не то слово!

Интуиция не подвела. Став личным, умение претерпело качественную трансформацию. Ожидания оправдались в главном: «чужих умений» заменилось на «умения донора».

Бинго! Ох, какой простор для экспериментов теперь открывается…

Ведь полезные заклинания имелись не только у врагов; более того, с союзниками я контактировал куда чаще. А если копнуть глубже, то и у меня самого найдутся умения для захвата — встроенные в предметы, весьма полезные, но застрявшие в развитии и безнадёжно просевшие в актуальности. Логично? Думаю, да, осталось лишь проверить теорию на практике. Боюсь, свободных слотов на всё задуманное точно не хватит, придётся выкручиваться с тем, что есть, тщательно выбирая наиболее приоритетную «добычу».

С очками, конечно, вечная засада. Понимаю, что это справедливо — чем выше ранг, тем сложнее его достичь, но… Как же руки чешутся потратить эти баллы на всё и сразу. Приходится себя сдерживать, ведь расходовать ресурс следует разумно, тщательно взвешивая каждый шаг.

Первые три ранга можно условно назвать «детскими»: чтобы перейти на второй, требуется всего одно очко. На третий — пять. Четвёртый уже требует двадцати пяти. То есть, чтобы поднять свежее умение до четвёрки, нужно в сумме всего 31 очко. Но пятый ранг забирает сразу целую сотню. Шестой же в условиях мира третьей ступени и вовсе недостижим: выкинуть тысячу очков на один уровень — это безумие, за ту же цену можно развить целую пачку навыков до 4–5 рангов.

Овчинка стоит выделки лишь в том случае, если умение не просто уникальное, а практически ультимативное, как в ситуации с «Душеловом» — без затрат на пятый ранг не открылся бы шестой. А благодаря встроенному в перстень умению «Иллюзия совершенства» удалось в нужный момент поднять ранг искусственно до шестого: полученная таким способом «Жатва душ» и решила исход битвы на Острове Мертвецов. На Архипелаге пятый ранг считается максимальным, всё, что выше — только за счёт артефактов. Правда, случаются исключения. Например, когда произошло необъяснимое выпадение с Матёрого вожака камнеедов кристалла аж шестого ранга. Но это было именно исключение, подтвердившее правило, поскольку кристалл выпал пустым, без умения.

Ох, получить бы «Иллюзию совершенства» в личную копилку навыков, какой бы простор открылся для роста…

Так, стоп. Всё по порядку.

Стандартные награды за ранги — опыт или статы — я решил забрать характеристиками: двадцать пять за третий и сотню за четвёртый. Несмотря на то, что опыт упёрся в кап 50 уровня, он не пропадёт и продолжит копиться, его можно будет реализовать после перехода в мир постарше, но сейчас мне отчаянно необходимо максимальное личное усиление. Если даже воины калибра Хорки способны вот так запросто сгинуть в Бездне, невзирая на потрясающую магическую мощь и жизненный опыт, то я обязан стать ещё сильнее.

В идеале — сильнее любого белогривого.

Так, «Счастливчик» с «Хитрецом», плюс шанс повышения удачи при медитации возле Колыбели… Уверен, что удача в данном случае влияет не только на получение бонусной порции статов, но и работает в целом. Помнил я и о том, что закрепление параметров ускоряется возле алтаря божественного покровителя, но… А чем Джива не покровитель? Почему не может быть двух покровителей сразу? Ну не могу я сейчас уйти от Крохи. Прямо-таки какое-то непреодолимое желание остаться…

Но не знак ли это свыше, причём буквально?

Вот и проверим. Доверюсь своей интуиции вновь.

Без осечек перебросив томившийся в памяти кулона «Чёрный портал» на свежий кристалл, я стиснул его в пальцах. Отдав энергию, камень рассыпался в пыль. Но умение изучилось успешно, позволив мне облегчённо выдохнуть.

Повторил процедуру заливки очками. На первом ранге пропускная способность портала годилась только для одного человека и лишь в одну сторону. Выбор для смертника. На втором ранге портал также пропускал одиночку, но срабатывал дважды — на переход и отход. И нужно успеть провернуть всё за минуту. Нереально. На третьем ранге появлялась возможность перемещаться группой, а длительность работы поднималась до пяти минут, после чего энергия портала иссякала.

Маловато будет. Я помнил, как долго функционировал тот портал, что открыл Горад, и, судя по пропускной способности, мне тоже требовалось двигаться дальше.

Что я и сделал:

«Чёрный портал» (4 ранг): Пространственный переход к Древу Смерти, открываемый ценой разумной жертвы. Вместимость разлома: 25 игроков. Время стабильного функционирования: 25 минут.

Я предвкушающе оскалился во все тридцать два зуба, даже не пытаясь сдерживать непривычную ранее кровожадность. Вот это уже — полноценный фарм. Четвёртого ранга хватит за глаза. Можно, конечно, залить ещё сто очков и получить пятый: следуя логике, я получу пропускную способность на сотню игроков и сто минут времени. Но у меня нет ста бойцов, а сотню минут не продержится даже сам Хорка — если не прикончат пожиратели, то добьёт «Аура смертного истощения» Древа.

Жаль, что «Чёрный портал» пригодится лишь в этом мирке летающих островов и, скорее всего, его позже придётся сбросить, чтобы освободить место. До сих пор подобного я не проделывал, но успел выяснить у более знающих, что потраченные очки умений в таком случае не возвращаются.

Что ж, спишем на неизбежные издержки.

Вытряхнув из рукояти кинжала заметно изношенный кристалл «Концентрации сути», я сжал его в кулаке. Мысль отремонтировать его на ремесленном алтаре мелькнула и тут же погасла под напором азарта. Пока шанс изучения высок, нечего терять время. Ну-с…

Кристалл ожидаемо превратился в пыль, а умение добавилось в мою личную копилку. Любопытно — даже привязка к «Душелову» восстановилась автоматически. На четвёртом ранге я получил более чем впечатляющую прибавку: время перезарядки и продолжительность действия умений сократились впятеро. Более того, теперь появилась возможность усилить аж четыре своих навыка, а не один!

О, какие перспективы для всего моего арсенала…

Даже если взять умение мгновенного действия, сокращение периода его отката тоже имеет существенное значение. Обязательно определю приоритет привязки чуть позже, а пока полюбуюсь ускоренным «Душеловом»…

А, в Бездну экономию!

Влил в «Концентрацию» ещё сотню очков, подняв её до пятого ранга:

Концентрация сути (5): умение поддержки. В шесть раз сокращает время перезарядки и длительность действия сопряжённого навыка, сохраняя его изначальную эффективность. Количество поддерживаемых для усиления умений: 5.

«Душелов» после такого обновления вышел на 5 секунд работы и 10 секунд отката. Теперь им можно спамить напропалую, лишь бы кристаллов-расходников хватало. Да я теперь самая настоящая машина смерти! И ведь «Концентрация» точно так же сработает с любым привязанным умением, главное, чтобы хватило энергии. Понятно, что такое усиление стоит использовать очень и очень выборочно, например, сокращать время действия тех же «Оков магии» ради ускорения отката вряд ли есть смысл, разве что возникнет уникальная ситуация, требующая именно такого решения. Ладно, тут надо хорошенько подумать…

Сообразив, что натворил, я нахмурился.

Последствия нервной беготни после разрушения Острова Мертвецов? Прежде я никогда столь безоглядно не увлекался. Потратив столько очков на «Концентрацию», я, похоже, совершил глупость. Нужно было всё-таки вложить эту сотню в «Ловца умений», ведь кап умений на Архипелаге — пятый ранг. А значит, если попадётся чужая «пятёрка» с хорошим потенциалом, то «Ловец» её просто не поймает. Чёрт, уже не исправить, очки усвоились. Но всё равно польза будет огромной: мало кто из пятидесятников прокачал свои навыки до пятого, а «четвёрок» — полно. Разве что… Таланты боссов? У тех нередко выпадает сразу пятый ранг, а такие кристаллы как раз годятся для усиления Цитадели…

Стоп. А почему бы не привязать «Концентрацию» к «Ловцу»?

Получится? Та-ак… Вышло! уточный откат «Ловца» сократился до четырёх часов — разве это напрасная трата⁈ Нет же, конечно нет! Всё сделано правильно, и нечего себя зря пинать! Правда, и время активного действия умения уменьшилось с часа до десяти минут, но это как раз не проблема. Просто придётся выбирать самый интенсивный момент боя или наиболее перспективных противников…

Так, теперь очередь «Оков магии».

Извлекая кристалл из рукояти Пламеня, я на несколько мгновений погрузился в раздумья. Положение оказалось куда сложнее, чем виделось со стороны. Кристалл — пятого ранга, и умение в нём запечатлено соответствующее, тоже пятого. Даже при благополучном переносе навыка в личный слот он гарантированно откатится к первому рангу, а оставшихся очков развития хватит лишь на то, чтобы подтянуть его до четвёртого. Если я планирую применить эту способность на Гораде, её мощи может попросту не хватить…

А, нет. Я зло усмехнулся. Чуть не забыл, что твёрдо решил жертвенным возрождением опустить уровень Горада ниже плинтуса, так что для него и этого будет в избытке. И всё же для следующего слота вероятность успешного изучения понизилась до 70% — стоит ли рисковать или лучше приберечь ценный кристалл?

Однозначно рискнуть. В ранге я потеряю, зато умение станет моим окончательно. А если и случится осечка, то как-нибудь выкручусь… С помощью того же «Ловца».

Лица коснулось словно бы мимолётное дуновение тёплого ветра.

Я невольно вскинул взгляд на изваяние Дживы. Статуя заметно сияла изнутри, расплёскивая сочную солнечную ауру на метр вокруг себя. До финального формирования ещё далеко, но божество уже бдит? Это она так подбадривает меня? Сама Джива, или… или всё-таки Кроха, от которой остался лишь едва различимый силуэт?

Сердце остро защемило. Нет ни единой причины для сомнений.

Изучить!

Кристалл едва слышно хрустнул…

Я раскрыл ладонь и внимательно глянул на каким-то чудом уцелевший расходник. Сетка мельчайших трещин прорезала некогда переливавшийся радугой шестигранник на всю глубину, напрочь лишив его прозрачности и превратив в мутное молоко. Но раз кристалл всё ещё жив, его можно… Да! Как же удачно, что я сохранил ремесленный алтарь с функцией «Починки». Использовать этот камень без предварительного ремонта категорически нельзя — первая же попытка его попросту доканает, а так он ещё сослужит службу, если потребуется пятый ранг умения для особо упёртых особей.

Последняя на сегодня заливка очками развития:

«Оковы магии» (4): Умение контроля. Блокирует магические способности четырёх целей (до 4 ранга включительно) на сорок секунд. Откат: четыре минуты. Вероятность блокировки снижается на 50% за каждый ранг вражеского умения, превышающий текущий уровень «Оков».

Я удовлетворённо оскалился. Описание разительно преобразилось: уникальное по силе и длительности воздействия умение превратилось в настоящий массовый чит. Причём, к моему удивлению, оно с высокой вероятностью могло зацепить противников с рангом навыков выше текущего. Теперь оно тем более подходило для ловли пожирателей, парализуя магический потенциал как магов, так и воинов. А на одной лишь физической мощи в этом мире далеко не уедешь.

Характеристики. В данный момент моя «толщина» — это чуть более двух с половиной тысяч единиц статов, что уже делает меня вдвое, а то и втрое сильнее многих соклановцев. Возможно, именно благодаря этому я и уцелел в кровавой мясорубке на Острове Мертвецов. За только что развитые умения копилка характеристик солидно пополнилась. Больше всего принёс пятый ранг «Концентрации» — целую тысячу, плюс пятьсот за всё остальное. Ах да, и ещё две сотни с хвостиком остались не распределены после повышения уровней. Можно было, конечно, вместо четырёх развитых навыков поднять до пятого ранга всего два. Но нет. Игрок силён не одними лишь цифрами — нельзя, как говорится, складывать все яйца в одну корзину. Да и очки умений ещё будут. Давно подметил: чем щедрее я их трачу, тем чаще Система подкидывает новые.

Но я отвлёкся. Так вот, когда я усвою все эти тысячу семьсот единиц (по сотне в час), то по силе примерно сравняюсь… с половинкой Хорки. Жаль, нет сейчас лишних семнадцати часов для безмятежной медитации, но задел на ближайшее будущее создан очень серьёзный — я обязательно выкрою это время чуть позже. Не хочу заставлять Тарпа ждать слишком долго. Так, что там у нас по списку?

Встроенные умения.

Три из них я отбрасываю сразу, поскольку они прописаны в уникальном снаряжении и масштабируются вместе с ним: Пламень (меч, «Теневой ожог»); «Бремя лидера» (пояс, «Экспроприатор»); «Слеза Дживы» (серьга, «Живая броня»). Вряд ли разумно тратить на них свободный слот и драгоценные очки развития — вполне достаточно возможностей самих вещей. Если «Ловец» их когда-нибудь захватит — тогда и подумаю, но сейчас…

Чёрт. А ведь кулон «Поглотитель» тоже уникальный, а значит — масштабируемый. Но его «Ловец» настолько преобразился, став личным умением, что сбрасывать со счетов остальные уникальные предметы тоже явно не стоит.

Да и без этого вариантов — непаханое поле.

Курительная трубка может поделиться «Божественным покровительством» или «Умиротворением». Способность гасить чужую агрессию или резко повышать собственный урон никогда не окажется лишней.

«Абсолют» от перстня «Стезя стойкости» с его пятью секундами полной неуязвимости к любому типу урона — умение классное, но жёсткие ограничения почти перечёркивают его полезность. Колдовать во время действия «Абсолюта» невозможно, а сам я полностью теряю контроль над ситуацией, застывая в коконе защиты. Подходит лишь для критических мгновений, когда иного шанса выжить просто нет. Например, при падении на остров прямо с небес, как в самом начале моего пути в этом мире. Ведь спасло же. Или как с Ристом на Острове Черепа, когда мы загнали его в ловушку — тогда всё вышло почти идеально.

Но теперь я осознаю, что качество умения способно дивно измениться, стоит ему стать личным.

Перстень «Иллюзия совершенства» повышает ранг любой способности на единицу. Но это лишь на первом уровне встроенного навыка, а что, если ранг станет… пятым? И притом личным?

Кинжал «Коготь Змея» может «Открытой раной» вызвать затяжное кровотечение, что почти бесполезно в условиях Архипелага из-за слабости навыка, но стоит его как следует усилить…

Сигнал тревоги ворвался в сознание резким звуком боевого горна.

Сумев удержать концентрацию, я остался на месте.

На поиск причины ушло не более двух секунд. В мыслях вспыхнула карта, развёрнутая на столе Центра Управления в первой башне: на острове Рваное Ухо, где установлен один из маяков, обнаружены пожиратели. Тот самый остров, где проходили регистрацию все прибывающие на Архипелаг новички. Именно там я раздобыл «Поющий шаг» для прыжков с помощью магического свистка, там же ютились два обособленных посёлка: для аборигенов и пришлых игроков. Хранитель острова Гарм Мудрый участвовал в рейде и там же сгинул, а значит, клочок суши сейчас, скорее всего, лишён защиты…

Я прислушался к собственным ощущениям. Усталость? Не такая уж и сокрушительная. Сброс дебаффов и медитация подействовали благотворно, пусть на всё про всё и ушло чуть более часа. Но — нет. Нельзя быть в каждой бочке затычкой. Далеко не всё, что творится в окружающем мире, должно касаться меня персонально. Это порочная практика.

Сперва необходимо довести до конца самые насущные дела здесь, в Цитадели. В конце концов, обитатели Рваного Уха наверняка давно эвакуировались в Форт, благо остров расположен совсем рядом. Пожиратели? Ну и что с того? Сейчас их время, не перехвачу на Рваном Ухе — отыщу где-нибудь в другом месте…

Зараза!

Ну что за авантюрный характер. Не могу я оставаться в стороне, раз уж ведаю о беде. Ладно, всё равно до завершения модернизации Зала стражей и перестройки алтаря в очаг питомника остаётся уйма времени. А на Рваном Ухе могут томиться те, кто не успел перебраться в безопасность. Всякое случается. Кто-то не успел сориентироваться, когда пришло время уходить, а кто-то и вовсе предпочёл остаться, надеясь переждать в привычных стенах. Если не найду никого подходящего для вербовки, просто перемещусь в Форт Бдительный.

Вздохнув, я поднялся на ноги, но пошатнулся, на мгновение утратив равновесие от долгого сидения. Чтобы не упасть, я машинально ухватился за руку изваяния Дживы. Столь фамильярное обращение не осталось без последствий — тело с ног до головы словно прошило мощным разрядом тока, заставив громко лязгнуть зубами…

Но вместо кары на меня внезапно свалилась новая способность.

Отступив на шаг, я ошеломлённо пробежал взглядом по всплывшим перед глазами строчкам…

«Астральная рокировка» — уникальное умение, позволяющее на 9 часов воплотить сознание павшего союзника из Списка Ожидания в теле живого игрока-добровольца. Навык обеспечивает экстренный возврат в строй ключевых лидеров или мастеров, исключая долгое ожидание полноценного цикла возрождения в Колыбели.

Дарованное божеством умение не заняло свободного слота, а просто появилось в списке активных. Возможность развития у него пока отсутствовала — видимо, до тех пор, пока статуя не будет завершена.

Я задумчиво уставился на статую Дживы. Её янтарные глаза оставались неподвижны, но мне почудилось, будто богиня взирает на меня пристально и чуточку насмешливо. Весьма своеобразная компенсация за заблокированные таланты Крохи. Стоит поразмыслить, как применить это на практике, и кое-какие мысли уже начинают оформляться…

Да уж, любопытные дела творятся здесь прямо у меня на глазах.

Алан Тёмный — божественный слепок, созданный в Храме «песочницы» по образу и подобию почившего игрока Папаши, а после доставшийся мне по наследству. То есть — свежеиспечённое божество, едва начавшее путь становления, чья сила растёт вместе с мощью первожреца и числом последователей.

Джива же известна многим: её отлично знали игроки-низуши в ледяной локации, её почитают коби и дриады; она — божество само по себе, межмирового масштаба, а не просто оттиск сознания новичка-жреца…

И прямо сейчас образ Дживы, существа несравненно более могущественного, чем Алан, воплощается в моей Цитадели. Я отчётливо помню миг, когда Марана впервые узрела статую Дживы. Конфликт интересов вспыхнул мгновенно — сработала ментальная закладка, и суккуба, утратив над собой контроль, разнесла изваяние вдребезги. Позже, конечно, всё уладилось, и демонесса даже приняла покровительство Алана Тёмного, отринув прежнее божество, о котором так и не обмолвилась ни словом, хотя я спрашивал неоднократно. С её слов, всё, что принадлежит Хаосу, пускай там и остаётся — от греха подальше.

Так вот… не назреет ли новый конфликт?

Сумеет ли Алан Тёмный поладить с Дживой Покровительницей? С другой стороны — а почему бы и нет? В конце концов, Джива когда-то тоже могла быть игроком, достигшим «небесных высот». Ведь именно это происходит, когда игрок развивает отношения с покровителем-новичком до «превознесения» и сливается с его сутью, обращаясь в полноценное божество со всеми вытекающими. Так и Алан — это я собственной персоной в весьма отдалённом будущем.

И я уже более чем поладил с Крохой, хотя она и является малой аватарой Дживы, из чего можно заключить, что сути Алана и Дживы не противоречат друг другу.

Да уж, тревожный момент, но преждевременно беспокоиться нет смысла: статую Дживы я сносить точно не рискну. Ради Крохи. И дело тут, разумеется, не только в её уникальных способностях. Она давно стала неотъемлемой частицей моей души, самой моей жизни…

В общем, как бы там ни было, я не забыл прижать ладонь к груди и благодарно склонить голову перед Дживой. Затем глянул на валявшиеся у подножия статуи панцирь и шлем, на сияющий кокон формирующейся рядом перчатки. Убедившись, что вещи пока не готовы к использованию, я быстрым шагом направился по лестнице наверх, на ходу отдавая необходимые распоряжения в клан-чат.

Первым делом я посетил ремесленный алтарь в своих покоях на третьем этаже первой башни, забрал расходник «Радужного портала» и тут же потратил на него заряд перстня для «Привязки». Никогда не знаешь, когда наткнёшься на подходящий остров, так что пусть этот предмет постоянно будет под рукой во всех грядущих странствиях.

Затем зарядил в алтарь кристалл с «Оковами магии» — на восстановление. Хорошо хоть донёс: опасался, что подозрительно потрескивающий расходник рассыплется прямо в пальцах. Обошлось. Столь ценным умением не стоило разбрасываться — если сам теперь справлюсь, то соклановцам оно точно пригодится. Работать в связке со слаженной группой всегда результативнее, чем биться о врага лбом в одиночку, будь ты хоть семь пядей во лбу и обвешан заклятиями с ног до головы.

В запаснике моих личных покоев хранились лишь два расходника с умениями, добытые с супермонстров: «Ядовитое дыхание» Пастуха и «Каменный хлыст» Смотрителя. Я пока не нашёл им применения ни для личного использования (они не подходили в силу специфической физиологии монстров), ни для Источников Башен — при попытке вставить их в управляющие гнёзда они блокировались, по каким-то неведомым параметрам не соответствуя задаче, так что пришлось отложить их до лучших времён.

Но Цитадель подросла, и теперь ситуация могла измениться. Стоило проверить.

Прихватив расходники, я поднялся на верхнюю площадку к Источнику-1. Выдернув из центральной чаши «Мглу Бездны», исправно генерировавшую боевую проекцию на астральный барьер, я поочерёдно вставил на её место обоих «кандидатов», проверяя их на совместимость.

И облегчённо выдохнул. Получилось.

Система лишь выдала пояснение, что необходимо сформировать особые «точки реагирования» на территории осколка, и предложила несколько схем размещения этих ячеек. Мысленной командой я сразу отправил пару Стражей на новую работу. Затем, не колеблясь, оставил в чаше «Дыхание», а «Мглу» зарядил в рукоять Пламеня. Теперь повоюем. Надеюсь, «Ловец» не подведёт. Сперва попробую захватить умение через активацию в мече — собственно, именно поэтому я не помчался сразу разучивать его к Колыбели: слишком велик риск утратить кристалл, а он ещё может сослужить службу здесь, в осколке.

Опасение за целостность Цитадели, пока она остаётся без «Мглы Бездны», не было слишком сильным. Мы же растём, чёрт побери. Нападение пустотников случилось совсем недавно, они не успеют так быстро организовать новый налёт. В общем, надолго отлучаться я не планировал, а раз так, то Стражи вполне справятся.

Я спустился вниз, снова миновал мостик во вторую башню и поднялся ко второму алтарю. Выяснилось, что запуск преобразования выдворил жильцов из их комнатушек на этаж ниже. Да, этот момент я не продумал, но извиняться не стал, а сдержанное возмущение Искры и Юлианны, встреченных в мастерской, попросту проигнорировал.

— Новые комнаты внизу давно готовы, — ровным тоном напомнил я, — переселяйтесь. И вещи свои прихватите: этаж будет перестроен, так что за их сохранность не ручаюсь.

— Там же подвал! — возмутилась Искра. — Ни одного окошка, а я простор люблю! Сам туда переезжай!

— О переселении все знали заранее, к чему опять эти препирательства? Света в комнатах более чем достаточно от магических ламп, а степень благоустройства жилищ зависит исключительно от вас самих, — пожав плечами, я прошёл мимо, не желая тратить время на пустое сотрясение воздуха.

Ох уж эти капризы. Голова и без того гудит от навалившихся проблем. Хорошо хоть, Юлианна промолчала. Угу, будь её взгляд способен прожигать дыры во врагах, моя спина бы уже вовсю дымилась. Но это мелочи. Когда вопиют эмоции, разум обычно хранит молчание, а сейчас девушка, кажется, подостыла. Видно же, что всерьёз задумалась. Пусть поразмыслит, это пойдёт на пользу. Ничего дурного я ей не желаю, но сейчас все без исключения обязаны проникнуться ситуацией и выкинуть дурь из головы. Образно говоря, мы тут все в одной лодке, дрейфующей над Бездной, и выпрыгивать из неё на ходу — глупейшее из решений. Чем быстрее лучница это осознает, тем лучше будет для неё же.

Самое полезное, что я могу сделать сейчас — это дополнительно поработать с личным составом. Поучаствовать с оставшимися бойцами в нескольких операциях, скрепить узы, сплотить коллектив. Дать им внятную цель и указать средства её достижения. Я всё это сумею. План имеется. После таких сокрушительных потерь я не имею права замирать на полпути.

Перекрывшая вход на этаж прозрачная дымка преобразования пропустила меня беспрепятственно, но ничего экстраординарного я не увидел: алтарь сиял внутренним светом и словно плавился, постепенно меняя очертания. Резкий запах озона наполнял воздух. Один из Стражей кружил возле алтаря, будто оплетая его своими ионизирующими энергетическими жгутами-щупальцами. Посмотрим, что получится в итоге. Расходник астрального маяка, последнего и единственного, обнаружился на столике неподалёку — кто-то уже догадался его забрать. Я, разумеется, тут же сгрёб его в подсумок.

Было очевидно, что никакой опасности здесь нет, девушки просто вышли от греха подальше. Вон, даже Люкас остался валяться на набитом шерстью матрасе — умаялся, бедолага, да так, что ни на что не реагировал. Похоже, у него едва хватило сил меня дождаться, после чего он окончательно отрубился.

Вот тебе и на…

На соседнем месте, там, где обычно отдыхал Ранилак, лежал его мелкий свинёнок — по-кошачьи свернувшись клубком, спрятав пятачок между копытцами и прижав к тельцу декоративные крылышки. Душераздирающее зрелище. Я прекрасно помню, в какой тревоге пребывала фейри после моей гибели сразу после прыжка на Древо Смерти. Неудивительно, что вечно непоседливый питомец мага совершенно утратил интерес к жизни. А я о нём совсем позабыл. Ещё одна забота. Будь здесь Кроха, она бы его растормошила, не дала бы провалиться в бездну горя из-за потери хозяина…

Сверху по торчащим из стены вертикальным ступеням медленно и аккуратно спустилась Чупа. Недолго думая, я вручил ей расходник с «Каменным хлыстом» и отправил обратно — установить в чашу взамен шестиранговой пустышки. При этом я сделал вид, будто не заметил недовольной гримаски, на долю секунды промелькнувшей на её круглом личике. Ну да, коротенькие ножки, коротенькие ручки, а карабкаться по стене для коротышек — то ещё удовольствие.

Ладно, справится. А мне пора переговорить с остальными.

Я вернулся в мастерскую.

Глава 9 Рваное Ухо

Троица малышей-коби, не отрываясь от дел за верстаками, с живым любопытством поглядывала на наше сборище. Юлианна с независимым видом стояла возле узкого окна, опираясь плечом на стену и скрестив руки на груди. Искра бесцеремонно уселась на краю верстака, где трудился Карь; для этого ей пришлось сдвинуть в сторону часть кожаных заготовок. Но коби не возражал, с уважением поглядывая на девушку — пожалуй, ему даже льстило такое внимание. Зелеакс занял единственный свободный в мастерской табурет.

Пятнышко примчался снизу, прервав тренировку во дворе. Назначение дежурным не требовало находиться на Источнике постоянно, а юный падаван не любил терять время даром. Им с братом не нравилось ощущать себя в клане самыми «слабыми звеньями», а сейчас, пока Шустрик находился в Колыбели, он отрабатывал за двоих. Похвальное рвение, но переживал он напрасно. К новичкам с невысокими уровнями я никогда не относился как к слабакам — всё через это проходят, это не ущербность, а лишь временное состояние. В перспективе важнее не величина уровня, а чтобы в голове ветер не гулял. М-да, в перспективе. А вот сейчас нужны были именно бойцы с хорошими уровнями.

— Куда на этот раз? — первой полюбопытствовала Искра. — И с какой целью?

— Если за час ничего не изменится, то отправимся на Рваное Ухо, — сообщил я, присев на ступеньки лестницы.

— А ты не слишком торопишься? — скептически поинтересовался Зелеакс. — Ты же совсем недавно вернулся. Не разумнее ли будет отдохнуть?

— Со мной всё нормально, спасибо за заботу, — я хмыкнул и обвёл присутствующих спокойным взглядом. — Кстати, без меня на остров попасть не пытайтесь, никаких предварительных разведок. Невидимок среди вас нет, а там замечены пожиратели. Лучше подготовьтесь как следует: оружие, снаряжение, расходники, зелья. Ничего нельзя забывать.

— Пожиратели? Кем замечены? — деловито уточнил Зелеакс. — С тобой кто-то из наших связался? Дриады?

— Нет. У Цитадели открылись новые возможности, теперь я всегда знаю, что происходит вокруг любого маяка. Здесь останутся Чупа и Пятнышко — поработаете с Источниками, нужна максимальная отдача. Остальные пойдут со мной, будем срабатываться текущим составом. Небольшой остров для этой цели как раз годится. Заодно проверим, успели ли эвакуироваться обитатели острова в Форт или нет. У нас к этому свой интерес, само собой. Если добудем кристаллы — хорошо, а если найдем игроков — ещё лучше. Нам нужно пополнение, думаю, это все понимают. Если помощь аборигенам не понадобится, а подходящих игроков не окажется, сразу отправимся в Форт.

— Кстати, а что с Хоркой? — поинтересовался Зелеакс. — Он выжил?

— Судя по его появлению в Списке — нет, не выжил, — я тяжело вздохнул, признавая горький факт. — Но по какой-то причине воскресить я его не могу, имя неактивно. Тарп на этот счёт просветить не смог, подобной ситуации раньше не случалось, так что будем выяснять по ходу дела. Кстати, Форт сейчас на его плечах, так что без командования гхэллы не останутся. Все наши соглашения с ними в силе.

— Все белогривые, которые были с нами, тоже в Бездне?

Я лишь кивнул, поморщившись. Мягко говоря, невесёлая тема для обсуждения.

— Охренеть, какие потери, — помрачнев, покачал головой Зелеакс.

— Но я хочу с тобой! — с запоздалым возмущением тявкнул Пятнышко. — Мне нужно развиваться, становиться сильнее, я не могу отсиживаться здесь, когда мой брат…

— Тихо, — как можно спокойнее осадил я щенка. — Пятнышко, ты — ценный ресурс, тобой сейчас рисковать нельзя. Ты ведь у нас «хозяин зверей» по классу, то есть — будущий дрессировщик, не так ли?

— Да… А почему спрашиваешь, Зуб?

— Как думаешь, что там сейчас происходит? — Я ткнул пальцем на лестницу за спиной, в сторону дымки преобразования, перекрывшей вход в жилой зал.

— Никто понятия не имеет, — с лёгкой язвительностью фыркнула Искра. — Доступ к управлению только у главы клана. Ах да, ты же у нас глава и есть. И что же там происходит, Зуб? Мы тоже хотели бы знать, по какой причине Цитадель выставила нас из собственной комнаты!

— Питомник, — со сдержанной улыбкой пояснил я. — Там идёт создание питомника. Теперь у нас будет свой. Так что если у кого питомец застрял на возрождении, готовьтесь вернуть его в мир живых. И прокачивать. Нам понадобятся для выживания все возможности.

— Ух ты! — Искра вскочила с верстака, мгновенно забыв об обидах. — А у меня как раз есть питомец! Но из-за этих сраных местных нюансов… Острова с Бездной как-то не способствуют выживанию, если нет крыльев — а у моего их нет. Да ещё гхэллы постоянно цеплялись со своими долбанными поединками, не успеешь из питомника выйти! Но если свой питомник будет здесь, в осколке, то…

— Интересная новость, — хмыкнул Зелеакс, перебив восторженную магичку. — У меня тоже питомец найдётся. Но, насколько я полагаю, обновление ты запустил не только лишь ради нас? Фурия и Кроха, не так ли?

— Верно, — я тяжело вздохнул. — Мне привычнее с ними. И раз подвернулась возможность…

— И ты… назначишь меня дрессировщиком⁈ — до глубины щенячьей души поразился Пятнышко, вытаращив заблестевшие от предвкушения глазенки. — Но у меня совсем нет опыта!

— Другого дрессировщика у нас нет, друг ты мой хвостатый. Вот сам скажи, что получится, если появится питомник, а хозяина у него не будет?

— Э… ничего особенного, — юный гхэлл озадаченно поскрёб когтистой лапкой лохматую макушку. — Возрождаться питомцы всё равно смогут. Просто… значительно дольше, чем без дрессировщика, и не в полную силу. Ах да, новых приручать не сможем, даже если наловим детёнышей…

— Вот ты сам и ответил, почему нужен здесь. Кстати, что там с Мохнатиком? Он вообще здоров? А то выглядел не очень хорошо.

— Пока он в спячке, ничего с ним не случится, — отмахнулся Пятнышко. — Особое состояние, пока нет хозяина. Но если через трое суток Ранилак не вернётся, начнёт дичать. И тогда у нас будут проблемы.

— Использовать его способности сможем?

— Без хозяина? Нет, что ты!

— Ясно. За ним тоже присмотришь, это твоя прямая обязанность, — я, наконец, повернулся к лучнице, не произнёсшей ни слова с момента моего появления. — Юлианна? Надо решить вопрос с тобой.

— Или отправляюсь с вами, или вылетаю из клана и убираюсь из осколка на острова? Так?

Лучница выдержала мой пристальный взгляд и неловко усмехнулась. Надеюсь, пока я медитировал, она сумела успокоиться, всё обдумать и взять себя в руки. Я тоже не хотел бы принимать решения сгоряча, людей у нас в самом деле острая нехватка. Да и не выгоню я её, если уж начистоту, по крайней мере, пока не верну Тангара. Должок за мной серьёзный. Но ей это знать не обязательно.

— Что-то вроде этого, — я пожал плечами, не собираясь облегчать ей задачу. — Гхэллов я предупрежу, что отныне ты не в «охотниках» и будешь выживать на общих основаниях. Если ты подзабыла о том, что творится снаружи, то напомню: там — Буря. И Тангара под рукой у тебя не будет. Сейчас твоя защита — это все мы. Клан.

— Грубо, но чего от тебя ещё ждать, — фыркнула лучница, впрочем, уже без прежней злости или возмущения.

— Зелеакс, ты что-то хотел сказать? — Я повернул голову к магу, вопросительно вздернув бровь. — Говори, не стесняйся. Я слишком суров?

— Эээ… Я симпатизирую Юлианне, ты это знаешь, Зуб, — демонолог-хаотик слабо усмехнулся. — Но считаю, что сейчас ты в своём праве. Мы, кстати, это уже обсудили, пока ты находился внизу. И пришли к согласию по дальнейшим действиям. Юлианна постарается… не проявлять лишних эмоций. Это её слова.

Дипломатично. Тангар, Зелеакс, Сидор и Юлианна вступали в клан одной группой. Все они были друзьями-приятелями с давно сложившимися отношениями. Помню, что в отсутствие Тангара именно Зелеакс больше всех заботился о девушке. Но сейчас я решил не провоцировать его вопросом, как бы на моем месте поступил он сам. Достаточно того, что не возражает против моих распоряжений, а значит, на него влияние Юлианны больше не действует как раньше, когда они всей группой сдували с неё пылинки. Хотя, может, я сейчас слишком напряжён общей обстановкой и предвзят, а они просто заботились о девушке в силу своего разумения.

— А я бы не стала её брать на боевое задание, — с усмешкой заявила Искра. — Да, ты прав, Зуб — нас слишком мало и отдача понадобится от всех без исключения, но лично я не люблю нянчиться с неженками…

— Искра! — яростно вскинулась брюнетка, повернув голову к магичке так резко, что волосы взметнулись чёрной волной.

— Да ладно, подруга, — с невозмутимым видом пожала плечами стриженная под мальчишку блондинка, — мы это только что обсудили, и ты сама признала, что с боевым духом у тебя хреново…

— Не до такой степени!

— Я слышала о жертвах и пожирателях, — слегка запыхавшаяся после очередного подъёма к Источнику, Чупа спустилась по лестнице и остановилась рядом со мной, решив вмешаться и разрядить обстановку. — Если я правильно поняла, ты каким-то образом сам сможешь создать нужный нам портал на Древо? Того эксперимента с лодкой больше не понадобится?

Слышала она, ага. Подслушала наш разговор с Тарпом. Но, надо отдать должное, никому не рассказала. А зря, я не против. Меньше было бы объяснять. Впрочем, приятнее знать, что она способна хранить секреты.

— Верно. Я действительно смогу создать чёрный портал прямо на Древо, причём уже без подставы Горада, — ответил я, глядя на Чупу. — Тарп обещал предоставить воинов Форта для рейда, а жертвами для портала станут сами пожиратели. Сделаем всё необходимое быстро и красиво. Конечно, это опасно. К тому же теперь Владыка спать не будет. Увы, у нас практически нет выбора: жизненно необходимо добыть как можно больший запас Семян Древа, чтобы разрушать острова до тех пор, пока не появится нужный. Нас спасёт только Радужный портал. Впрочем, всё это вы знаете и так.

— Если бы вы с Хоркой всё это не затеяли, то мы просто переждали бы Сезон Бурь и спокойно жили бы дальше, — хмуро обронила Юлианна. — Эта Буря тут не первая и не последняя. Живут же как-то все остальные.

— Может, и так, — я сдержанно вздохнул. — А ты в курсе, что четверть игроков после каждой Бури исчезает? Четверть. Ошеломляющая цифра, не так ли? Это Хорка мне по секрету сказал ещё до рейда. Где гарантии, что ты не окажешься в числе пропавших? Лично я не собираюсь прогибаться под законы и правила местного мирка. Меня достала эта Бездна, и сколько бы я ни возрождал погибающих, моих возможностей не хватит, чтобы вечно спасать всех, кого стоит спасти.

Я на мгновение замолчал, вспоминая скудный запас ресурсов. О том, что расходников всего ничего, а новых пока не предвидится, вслух благоразумно говорить не стал — ни к чему преждевременно панику разводить.

— Слишком… неудобная локация, — продолжил я, обращаясь к лучнице. — Ты ведь по-прежнему хочешь, чтобы Тангар вернулся?

— Это шантаж? — недобро прищурилась девушка.

— Констатация факта. Для него место в жертвеннике я оставил. Застолбил с гарантией. Но если вдруг возникнут непредвиденные обстоятельства и срочно потребуется воскресить кого-то более важного для общего выживания… В общем, ты меня поняла.

— Но можно просто отсидеться в Цитадели до окончания Бури! — она всё же повысила голос, хотя и было видно, что старалась сдерживаться, иначе от крика пришлось бы зажимать уши. — И никто больше не погибнет!

— Кроме клана, у нас есть обязательства перед гхэллами. Если мы их нарушим, то на островах для нас жизни не будет даже после Бури. Это при условии, если за нас с Хоркой не возьмутся столичные маги. События, которым мы с Видящим дали старт, не позволят отступить без серьёзных потерь в ближайшем будущем. Не говоря уже о катастрофических текущих потерях. Хорка пошёл на штурм Острова Мертвецов до его запланированного разрушения вполне расчётливо, но вряд ли он предполагал потерять почти две сотни бойцов разом — элиту Форта Бдительного. Да и от союзных пиратских кланов, похоже, мало что осталось.

— Маги из Столицы возьмутся за вас с Хоркой! Не это ли ключевое условие? Почему мы из-за вас должны подвергаться лишней опасности…

— Так, хватит! Юлианна, возражения по существу есть? Да или нет?

— Нет возражений! — почти выкрикнула Юлианна.

— Тише, самка! — зарычал Пятнышко, возмущённо сверкая на девушку глазами. — Не тебе здесь голос повышать!

— Пошёл в жопу, щенок!!! — не осталась в долгу лучница, по-моему, даже слегка ошалев от такого выпада. — Не хватало, чтобы мне какая-то вшивая мелочь…

Ещё днём раньше Пятнышко хотя бы с минимальным почтением относился к любому игроку уровнем выше, чем у него. Но сейчас не сдержался. Во-первых, понятие человеческой красоты для гхэлла — пустой звук, поэтому слюноотделением он не страдал, как прочие «человеки» при виде привлекательных дам. Во-вторых, Юлианна сейчас опережала его всего на три уровня, а не на десяток, как раньше. В-третьих, юного гхэлла кровно задевало, когда кто-то повышал тон на его непререкаемый авторитет. То есть — меня. Вот же ещё маленькая хвостатая головная боль…

— Ну всё, всё! Успокоились! — Искра вскинула руки в останавливающем жесте, резким возгласом перебив общий шум. Причём в ладонях пиромантки угрожающе мелькнули и погасли язычки пламени. — Я сейчас не посмотрю ни на то, что мы подруги, Юли, ни на то, что ты драгоценный дрессировщик, Пятнышко — обоим задницу подпалю, если не угомонитесь!

Я одобрительно хмыкнул, глядя на Искру. Была мысль сделать её замом, пока нет Алии, а теперь эта мысль окрепла. Пожалуй, из неё будет больший толк, чем из копьеносицы: уверенности в себе Искре не занимать.

— А говорил, что без лишних эмоций, — я укоризненно глянул в сторону слегка смутившегося Зелеакса. — Кстати, если остались неиспользованные очки умений — советую их придержать. Имеется очень существенная вероятность, что я смогу в ближайшем будущем раздобыть кристаллы с умениями. Хорошими умениями.

— А… так вот для чего поход на Рваное Ухо? — смекнул Зелеакс. — Хочешь испытать какую-то новенькую способность? Или ты на свой кулон так надеешься?

— И на кулон в том числе, — улыбнулся я, пока не желая вдаваться в подробности. — Но не это главное.

— А толку? — Искра досадливо отмахнулась. — С одним дополнительным слотом на каждые десять уровней не слишком разгуляешься, тем более, у нас эти слоты не свободные, как у тебя, а предназначены для развития классовых расширений. Уверена, у всех всё давно занято. У меня — точно.

— А если умение будет уникальным и повысит личную выживаемость? — с лёгкой улыбкой уточнил я. — Неужто ничего нельзя сбросить? Классовые прямо-таки все сверхполезные?

— Зуб, пойми, это важно лишь для тебя, с твоим свободным классом. У нас же всё распределено наперёд, — поддержал Искру Зелеакс. — Ротации устоялись, всё сбалансировано друг с другом.

Чупа: «А мне это предложение очень даже интересно».

Скромница-низуши сообщила мне это в личный канал чата по устоявшейся привычке — не желая заострять на себе внимание.

Зубоскал: «Бонус за сороковой не потратила, как я понимаю?»

Чупа: «Ага. Нет ничего подходящего».

Так я и думал: сороковой у неё был недавно, поэтому шанс, что слот не заполнен, был высок. Издержки свободного класса сказывались не только на мне. Нас с Чупой здесь только двое таких — «свободных». Но издержки ли это? Лично я предпочитал думать, что это просто пока не реализованные возможности. Впрочем, ни Джарук с «Вихревым воином», ни Марана с «Мастером иллюзий» тоже не смогли бы найти в Форте наставников, что неудивительно. Да и многие другие из наших. Здесь наставников не просто слишком мало, но и работают они лишь с «местными» классами.

Предполагается, что как только игрок вырвется из тесных рамок локации в столичный регион, то найдет всё, что душа пожелает. Оставалось лишь вырваться. Ну а пока достающиеся по уровням умения моим соклановцам приходится закреплять самостоятельно, вынужденно используя их не в полную силу. И получается, что у них проблем не меньше, чем у меня. А то и больше. По-моему, на всё начхать лишь нашим коби. У них вообще классы специфические, заточенные сугубо на ремесло, боёвки — ноль, или около того. По их собственным заверениям — они сами себе наставники, лишь бы уровни капали и мастерство росло, с чем сейчас, благодаря непрерывной работе, проблем не было.

— Ладно, как знаете. Будьте готовы через час.

Ободряюще подмигнув девчушке-низуши и получив стеснительную улыбку в ответ, я отправился обратно к Колыбели. Посмотрим, что народ скажет о «Концентрации», если она снова попадётся «ловцу», а шанс весьма высок. Очень сомневаюсь, что от такого умения, серьёзно усиливающего возможности любого игрока, можно запросто отказаться ради классового, каким бы оно ни было. К тому же слоты расширения в отсутствие наставников они явно заполняли неполноценно и вполне могут приукрашивать, что у них всё прекрасно и сбалансировано.

Так, часа мне должно хватить на полное восстановление доспехов. Заодно за это время залью первую сотню статов в выносливость. Хорка неустанно твердил, что нужно соизмерять силы и возможности — бесспорно, это разумные слова.

Но куда выгоднее эти силы и возможности наращивать при каждом удобном случае.

К посёлку на Рваном Ухе, названием для которого послужила, как и в большинстве случаев, причудливая форма острова, мы вышли минут двадцать спустя после переноса на маяк из Цитадели. Выполняя роль непробиваемого танка, я двигался чуть впереди остальных. Ну, как непробиваемого… Группы пожирателей встретились нам за это время трижды — по две-четыре твари в каждой, и никто из них не успел доставить ни малейших неприятностей. Ни шатуны, ни трубочники, ни пара шаманов. Сплошь слабаки — 45–46 уровни. Заблудившийся десант, наверняка спикировавший на остров на Листе Древа Смерти. На свою тупую, набитую гнилыми опилками голову. Но слабаки — для меня, естественно. Для остальных это всё ещё крепкие орешки.

«Концентрация», зараза этакая — реальная сила. На три из пяти оставшихся мест я подключил быстрые умения, сократив их базовый откат с тридцати секунд до пяти: «Обжигающая вспышка», «Копьё пламени» и «Копьё ветра». Чёрт, это реально решало дело. Сокланам даже незачем было напрягаться, справлялся сам, но раз уж отрабатываем взаимодействие в непривычном составе, то приказал не филонить и работать по полной, частенько придерживая собственную силу.

Своего «Ловца» пока не запускал, обходился кулоном. Всё же откат в четыре часа — не слишком приятный интервал, даже после сокращения с двадцати четырёх, а бой со встреченными группами получался слишком скоротечным, десять минут активации просто могут не успеть толком реализоваться, и жди потом ещё четыре часа. Странная ситуация. Вроде бы усилился, а постоянно какие-то непредвиденные издержки, и кулон «Поглотитель» по-прежнему оптимален для использования, так как у него отката нет.

Просто сама вероятность ловли очень низка, и за время вылазки сработала лишь раз, захватив бросовое «Тление» третьего ранга — умение стихии Смерти, разрушающее прочность доспехов. Бесполезная хрень. Шаман, с которого оно досталось, собирался его применить против Зелеакса, но тот легко сбил каст «Пронзающим взглядом», ошеломив противника и заставив силу заклинания уйти в почву. Результат — в том месте слегка пожухла трава. Вряд ли кто-то из нас таким умением соблазнится, я — точно нет. Понизить прочность доспехов цели, конечно, теоретически неплохо, но на практике куда быстрее эту цель просто уничтожить. Да и Стихия заклинания никого не прельстит.

Я резко остановился, вдруг остро почуяв веющую со стороны посёлка опасность и вскинув руку в останавливающем жесте. Слева, в десяти шагах позади, с небольшим интервалом друг от друга замерли Зелеакс и Искра, справа, чуть дальше, с луком наготове — Юлианна, а рядом с двуручным топором в руках остановился прикрывающий её Люкас. Вопросы они не задавали, внимательно присматриваясь к окрестностям, пока я изучал взглядом посёлок.

В сотне шагов перед нами виднелось несколько десятков выстроенных просторной окружностью глинников, каждый из которых был рассчитан на проживание трёх-четырёх игроков. В центре окружности стоял глинник раза в четыре крупнее — обиталище почившего в данный момент Гарма Мудрого, а заодно и платное хранилище для игроков. Между конусообразных строений ветер носил клубы пыли, затрудняя видимость, но, как ни присматривайся, сами строения казались абсолютно целыми. И всё же отчётливый запах гари, тянувший с той стороны, настораживал.

Зубоскал: «Вы тоже запах чуете?»

Искра: «Да. Но ни пламени, ни дыма. Подозрительно».

Зубоскал: «Оставайтесь на месте. Проверю. Если возникнет движение — вы знаете, что делать».

Осторожным шагом я двинулся вперёд, сжимая рукоять Пламеня. Отреставрированный шлём сидел на голове как новенький. Панцирь, без малейших вмятин и царапин, тоже сиял начищенным столовым серебром. Да и сам я находился в отличном тонусе, хорошенько поработав по пути «Душеловом». Сильно не хватало чутья Фурии, легко вычислявшей присутствие врагов по запаху, но увы. Я ускорил шаг, чувствуя, как время утекает сквозь пальцы — боюсь, Тарп Старый меня уже заждался, здесь пора заканчивать, а я так и не испытал своего «Ловца» — не на ком. Впрочем, если всё равно уходить…

Мысль прервалась. Когда до одного из ближайших глинников оставался десяток метров, возле него мелькнула смутная тень. Мгновенно отреагировав, я ударил «Копьём воздуха». Тень попыталась ускользнуть за строение, но спрессованный воздушный поток буквально взорвал глиняный бок, вырвав метр площади и отбросив вместе с обломками в сторону нелепо кувыркающуюся костлявую фигуру.

Зелеакс: «Трубочник!»

И завертелось.

Удар послужил сигналом: между строений сразу возникло не меньше двух десятков пожирателей, явно дожидавшихся нас в засаде. Впрочем, именно на это я и рассчитывал, зная, что у этих полуразумных тварей сознание роевое, и когда мы уничтожали отдельные группы, остальные успели стянуться сюда, под прикрытие посёлка. А потому без колебаний рванул в атаку, переходя на стремительный бег. Время скомкалось, нанизываясь нарезками отдельных сцен, словно бусины на нитку ожерелья.

Вспышка «Копья пламени» взрывает строение слева, пожирая сразу несколько оказавшихся внутри шатунов и трубочников. Те выскакивают из рушащегося на глазах строения гудящими от нестерпимой температуры факелами, но почти тут же падают замертво. Ни криков, ни воплей — создания Древа Смерти на это неспособны, разве что кроме Ревуна, — так что до слуха доносился лишь треск сгорающей плоти и грохот осыпающихся обломков.

Рывок вперёд.

Усиленный «Обжигающей вспышкой» удар меча вырывает плечо у возникшего на пути шатуна, рука вместе со здоровенной палицей отлетает в сторону, сам шатун кувыркается в другую. Мгновенно выцеливаю подходящую для масс-удара группу: справа несутся трое шатунов, а за их спинами замерли двое трубочников, уже вскинув для залпа длинные духовые трубки. «Плеть боли» бьёт цепным разрядом сразу по всей группе, заставляя врагов ошеломлённо замереть, затем в них также ветвисто вгрызается «Душелов».

Пока действует заклинание, продолжаю движение, не позволяя самому стать целью для остальных врагов, стекающихся к месту схватки со всех сторон — их больше, чем показалось вначале, но это не имеет никакого значения. Здесь только слабаки. От левой руки тянется пуповина «Душелова», стремительно выкачивая жизнь сразу из пятерых, из правой, тугим всплеском скользнув по мечу, снова вырывается «Копье ветра», разбрасывая ещё одну группу пожирателей на пути — словно сухие листья порывом ветра. Едва слышный щелчок в сознании, и вырванные прокнувшей «Хваткой лича» кристаллы сущности осыпаются рядом с безжизненными телами.

Несусь дальше, даже и не думая применять божественные умения. Нет причин для таких трат, а для поимки «ловцов» они всё равно не годятся из-за системного ограничения. Соклановцы тоже не спят, но их задача — останавливать тех, кем я не успел заняться лично. Так что их стрелы и заклинания косят врагов в отдалении, создавая вокруг меня относительно свободную зону.

Несколько глинников справа вдруг тонут в ревущей стене огня высотой метра в три, выплескивая во все стороны иссушающий жар. Стараниями нашей Искры попытка прорваться между строениями превращает в факелы сразу десяток пожирателей. Мимолётная мысль заставляет ухмыльнуться — моё «Копье пламени» не уступает силе её удара, хотя я бывший «Воин стихий», а девушка — стопроцентная природная пиромантка. Впрочем, она пока 43 уровня, посмотрим, что будет на 50. Но почему-то я твердо уверен, что даже тогда всё равно буду сильнее.

Одного трубочника, прыгнувшего со спины, я всё же пропускаю, но отбивать не приходится — насыщенная энергией стрела Юлианны пробивает его костлявую тушку насквозь с такой силой, что пожиратель летит ещё пару метров, прежде чем оказаться пришпиленным к стенке глинника, словно жук булавкой. Азарт пьянит, адреналин кривит губы застывшей усмешкой. «Вспышка» разрубает поперек кряжистого шатуна, неуклюже пытавшегося встать на лапы после воздушной оплеухи. Проскакиваю мимо дымящихся обрубков дальше, на рывок приближаясь к группе из трёх шаманов.

Вскинув руки с посохами и выстроившись в круг, они явно готовят что-то убойное, пока наше внимание отвлекают рядовые пожиратели. Над ними уже грозовым облаком волнуется тёмное марево сгустившегося заклинания, вот только у меня нет ни малейшего желания проверять результат на своей шкуре…

Зелеакс успевает первым. Белесое облако «Вязкого тумана», в долю секунды сгустившееся вокруг троицы, словно погружает их в кисель — движения врагов замедляются. И тут же туман взрывается ревущим ядовито-зелёным пламенем, поглощая пожирателей с ног до головы. Вырваться у них не получается, защита, какая бы она ни была, не срабатывает — ноги шаманов словно растворяются в кислоте, погружаясь в плавящуюся почву…

— Зуб! Эй, Зуб!

— Что⁈ — я резко обернулся к Зелеаксу.

— Спокойно! — маг вскинул руки в примиряющем жесте. — Угомонись уже, бой закончился!

Я недоуменно глянул под ноги, где валялся тлеющий труп здоровенного пожирателя. Затем поднял голову и осмотрелся вокруг. И что это было? Я будто потерялся во времени, не заметив, что врагов больше нет. Больше четырёх десятков трупов, много дыма и пламени — после сражения горел весь посёлок. Честно говоря, не подозревал, что стены из местной глины способны так охотно вспыхивать. От посёлка, можно сказать, ничего не осталось. Как бы нам потом счёт не выставили…

Да о чём я вообще. Дело даже не в том, что свидетелей нет. Разрушенный посёлок — меньшая из существующих проблем. Всё можно отстроить заново после Бури, если сам островок уцелеет. Выщелкнув из слота пояса кристалл, назначенный для «Ловца», я всмотрелся в добычу. Губы сами собой растянулись удовлетворенной улыбкой. Четыре умения: «Щит льда» (в горячке боя даже не заметил, когда он у меня сработал); «Вязкий туман» (выброс облака магического тумана вокруг цели, снижение точности врага и замедление его реакции — подарок от Зелеакса, впрочем, совершенно для меня бесполезный); «Скорый выстрел» (усиленный удар при стрельбе из лука — от Юлианны); и та-дам — «Концентрация»!

Из пойманного мне лично ничего не пригодится, но за «Концентрацию», чую, будет драка — пока добирались до посёлка, народ успел убедиться, чего стоит уникальное развитое умение поддержки. Очень даже впечатлились и возжелали. И очень жаль, что так и не сработала маленькая хитрость: сразу перед дракой в посёлке, активировав «Ловца», я заодно поднял его на ранг «Иллюзией совершенства» из одноименного перстня. Теперь ждать три часа отката, чтобы использовать вновь, а это лишь на час меньше, чем у «Ловца». Но постараюсь не забывать и делать это снова и снова, пока не получу результат. Вернее, как можно больше результатов.

Ах ты ж, зараза… Чёртова горячка боя! «Абсолют»! Нужно было и его попробовать, ситуация, естественно, не требовала, но ради возможности поймать такое умение стоит потратить заряд… С «Мглой Бездны» тоже не сложилось. Тьфу. Вот для этого и нужны дополнительные тренировки — если использование умения не отработано в привычной ротации, то его наличие может запросто вылететь из головы. Когда реакция заточена на доли секунды, то всё должно работать на рефлексах, а рефлексы нарабатываются практикой.

Также наложилось и то, что я старался не использовать «Мглу» по пустякам — этот кристалл очень хотелось сохранить до того момента, когда я сумею получить умение в личное пользование. Ведь при каждом применении «Мглы» кристалл будет сильно истощаться, а восстановить его целостность можно только в Цитадели. Не хотелось бы по глупости и без всякой пользы в банальных схватках потерять то, что столько времени защищало мой осколок от сил Хаоса, прущих через астральный барьер. Поэтому разумнее всего для экономии кристалла врубать «Мглу» одновременно с активацией «Ловца».

Но, изучая кристалл, я не забыл о приказах:

— Искра, проверь хранилище. Может, что-то ценное после игроков осталось, им всё равно уже не понадобится, раз здесь пожиратели. Люкас, собери кристаллы, мы тут их неплохо наколотили. Юлианна, а ты…

Меч в руке взлетел вверх. Лезвие остановилось возле горла выпавшего из невидимости игрока, движение которого я почувствовал пару секунд назад, но сделал вид, что ничего не заметил. Потрёпанная кожаная одежда мешковато сидела на худощавой фигуре, тревожно поблескивающие серые глаза на узком лице ошеломлённо уставились на меня. Пара так и нетронутых кинжалов красовалась на поясе. Что говорило о том, что нападать он не собирался, хотел лишь проскользнуть мимо и убраться из зоны нашего внимания.

— Ух ты, кто тут у нас, — Люкас подошёл поближе, с живым интересом уставившись на мой «улов» и держа наготове топор. — А я о тебе слышал, Магвай! И даже вроде видел где-то разок. В Форте?

Искра и Зелеакс тоже подошли поближе, а за ними подтянулась и Юлианна, не сдержав любопытства. Честно говоря, она отлично себя показала за время вылазки, ни единого замечания к ней, ни жалоб или ворчания от неё, только дело. Похоже, толк из неё всё же будет, одной проблемой меньше. Я ведь мог вместо неё взять Чупу с тем же успехом, но в Чупе я и так уверен. А в Юлианну поверил только сейчас, в то, что с ней можно и нужно работать.

— О, да это тот самый пропойца, выползающий из посёлка лишь для того, чтобы срубить стимулов на очередную порцию бухла, — Искра повела себя ну прямо как воплощение вежливости и деликатности. — Местная знаменитость, можно сказать. Непросыхающая. Ты не ошибся, Люкас, он в Форте выпивку и покупает, на Рваном Ухе таверны нет.

— И что ты тут делаешь, местная знаменитость? — с усмешкой спросил я, глядя в глаза замершему парню, которому именно в этот момент вздумалось выбраться из хранилища. Видимо, услышал про обыск и решил делать ноги, пока чего не вышло. — Игроков здесь нет, кругом пожиратели, зачем ты здесь, да ещё один-одинешенек?

Я убрал за спину меч, понимая, что разбойник не представляет для нас опасности. А ведь неслабый товарищ, если разобраться — пятидесятый уровень. Но нас здесь пятеро, никаких шансов у него нет. Вот и не рыпается, прекрасно это понимая. Да и взаимных причин для вражды у нас нет.

— Кажется, я догадываюсь, — Искра прыснула, не дождавшись ответа от нашего хмуро насупившегося «сюрприза». — Похоже, он только что проснулся после очередной попойки. Услышал шум и выглянул посреди самого веселья.

— Да ладно, — недоверчиво осклабился Люкас. — Не могли его все бросить, когда эвакуировались в Форт.

— Ошибаешься, — пожал плечами Зелеакс. — Он как Команч почти не вылезает из скрыта, мог бухать прямо так, чтобы никто не беспокоил.

— Действительно, забавно, — Люкас заржал, вникнув в ситуацию.

— Кстати, в хранилище хоть что-то ценное осталось? — перешёл я к делу. — Есть смысл заглядывать?

— Нет, — тяжело вздохнув, наконец ответил Магвай и, сняв с пояса фляжку, присосался к горлышку. — А вы-то сюда как попали? Свистки уже сутки не работают.

Явственно потянуло спиртным, что вызвало взрыв смеха уже среди всех без исключения. Магвай натянуто улыбнулся, оторвавшись от фляги.

— Сутки, говоришь? — переспросил я. — И как давно прячешься от пожирателей? Хорошая маскировка, кстати.

— Угу, — криво усмехнулся Магвай. — Пока стены были, была и маскировка. Пожиратели замкнутые строения не любят, редко суются проверить. А теперь… а теперь всё горит, прятаться нам будет негде, да ещё такой толпой. Удружили, нечего сказать.

— Так ты здесь в самом деле застрял? — я с трудом сдержал улыбку. — Можем помочь.

— У вас корабль, что ли? — фыркнул бродяга, косясь на пламя. — Ну вы и самоубийцы. В Бурю летать — надо совсем отмороженными быть.

Ага. А надираться до беспамятства — верх разума. И при этом отмороженные — мы. Железная логика.

— Не угадал, у нас свои способы перемещения, более чем безопасные, — просветил я. — Так переправить тебя в Форт или будешь… развлекаться здесь дальше самостоятельно?

— Форт? — Магвай повернул голову и посмотрел влево, куда-то вдаль. — А что там делать-то? Не думаю, что там сейчас безопаснее, чем здесь.

— И с чего ты так решил? — я насторожился.

— Ну как с чего… Ещё до того, как вы здесь появились и всё подожгли, со стороны Форта очень заметно тянуло гарью. А учитывая, что до него отсюда по воздуху километров пятнадцать, то…

Магвай на мгновение замолчал, снова приложившись к фляге, и подытожил:

— В общем, горит ваш Форт. Сильно горит. Уже часа три как полыхает.

Глава 10 Осадная логика

Рычащий приказ командира — и цепь арбалетчиков выдала слаженный залп по несущейся на нас хаотичной толпе пожирателей.

Безобразные, как сама смерть, шатуны настырно карабкались через дымящиеся развалины глинников, но пробиться сквозь организованную по краю форта линию обороны мало кто успевал. И без того тесные проходы между строениями жители и воины острова загородили всяческим хламом, всем, что попалось под руку, дабы затруднить продвижение врага. Сперва этого было недостаточно, но спустя несколько часов яростных сражений преграда большей частью состояла уже из тел павших. Десятки заряженных магией болтов не оставляли пожирателям шанса, прошивая их при попадании разрядами молний и вспышками пламени, отбрасывая прочь.

Для моих умений расстояние было великовато: всё-таки до врагов больше сотни метров, более дальнобойные арбалеты подходили для этого гораздо лучше. Да и сам я в гущу сражения не рвался, прекрасно отдавая себе отчёт, что сплочённый строй местных воинов — куда более надёжная сила, чем выпендреж одиночки, пусть даже целого Ключника.

Я стоял позади трёх длинных шеренг, закованных в стальные доспехи гхэллов-пятидесятников. В каждой шеренге насчитывалось по пять-шесть десятков воинов. Первая линия была вооружена тяжёлыми ростовыми прямоугольными щитами и столь же массивными алебардами, с которыми воины обращались как с обычными топорами — физическая мощь позволяла. За первой линией ещё две ощетинились, словно ёж иголками, полутораметровыми арбалетами. С этим грозным оружием стрелки тоже управлялись без особого напряжения, хотя болты выглядели чуть ли не копьями.

Безостановочный лязг взводимых механизмов мощных крепостных арбалетов заглушал любые звуки. Шеренги арбалетчиков стреляли по очереди — пока одна выпускала болты, вторая перезаряжалась, так что снаряды шли густо и часто. Как только боезапас начинал иссякать, мимо воинов стаей проносились низкоуровневые носильщики, оставляя между каждой парой стрелков забитые до отказа корзины и забирая опустевшие.

В тылу нашего воинства томился в ожидании отряд наездников на варнах, но пока ничего серьёзного не предвиделось. Убедившись, что в моём участии и в этот раз нет необходимости, я отошёл от воинов на несколько шагов и с тяжёлым вздохом присел на частично обугленную скамью возле ближайшего более-менее целого глинника.

Поймав вопросительный взгляд Зелеакса, как раз проходившего мимо с нагруженной кристаллами корзиной размером в половину его роста, я покачал головой. Помощь в схватке не понадобится, здесь и от меня мало что требовалось. Я лишь изредка присоединялся к сражению в случае чуть более сильного прорыва, когда гхэллам первой шеренги приходилось поработать алебардами. Но в большинстве случаев арбалетчиков было более чем достаточно для отражения очередной бестолковой волны.

По соседней улице в тылу, параллельно боевым шеренгам, извилистой змеёй двигалась длиннющая очередь из «гражданских» — в сторону Святилища Тайного Пути. Самки и щенки. Местные старались унести на себе лишь то, что можно было оторвать от земли без заёмной силы, поэтому все в очереди были увешаны объёмистыми коробами и пухлыми мешками. Каждый житель имел право прихватить с собой для переправки через Портал лишь определённый вес и объём, а возвращаться за «добавкой» Тарп запретил, чтобы не сбивать переправку оставшихся: их было ещё весьма прилично, а время поджимало.

В виде исключения, по распоряжению Тарпа Старого, мои сокланы в общей очереди не стояли. Не совсем правильно, но… возражать не стал. Цитадели нужны запасы. Я и сам не против поработать носильщиком, не переломился бы, но Тарп отсоветовал. Не по статусу заниматься грузовыми переносками главе клана, рядовые гхэллы уважать перестанут. А мне с ними ещё долго работать. Хотя, надеюсь, не очень долго. Ровно до того момента, пока не выберусь с Небесного Архипелага.

К густому запаху гари, пропитавшему воздух на всей территории Форта, пора бы уже притерпеться, но я всё равно машинально морщился. Слишком уж тяжёлый стоял смрад, хоть ножом режь. С местными гхэллами под руководством Тарпа Старого моя команда находилась в Форте уже почти четыре часа, и всё это время, пока длилась агония острова, происходила эвакуация населения и спасение имущества.

От строений на западной окраине Форта, откуда накатывали волны пожирателей, ничего, кроме обломков, давно не осталось. Да и те постепенно растворялись до состояния праха непрерывно растущей зоной поражения Ауры Поглощения, порождаемой Ростком Древа Смерти. Особенно досадно, что одним из первых под удар попали Архивы. Вынести оттуда ничего не успели — ни свитков, ни книг, ни кристаллов с умениями. Будь жив архивариус Даргарх Знающий, он бы такого бардака не допустил.

По сути, Форт уже потерян.

Я ведь давно хотел лично посмотреть, что произойдёт, если выброшенное на остров Семя не будет вовремя уничтожено или, на крайний случай, не будет вовремя подожжено, чтобы призвать Дегустатора, который бы откусил часть острова и убрался восвояси, тем самым позволив ему уцелеть? Вот, смотрю теперь. И что-то маловато радости от новых открытий и видов.

Всё пространство за чертой соприкосновения было затянуто высоченной стеной из тёмной мути. Если представить несущуюся по пустыне песчаную бурю, а потом мгновенно её остановить… Да, похоже. Разве что масштаб пока поменьше — перекрыв захваченную часть острова от края до края, стена не доросла до небес. Само собой, на Архипелаге нет никаких пустынь, и к Буре эта дрянь не имела ни малейшего отношения. Если долго смотреть на эту стену, начинало мутиться сознание, приходилось сбрасывать морок, опуская глаза в землю. А если поднять взгляд поверх гребня, то где-то вдали чудилось что-то вроде острого вздутия, прораставшего из стены горным пиком. Из-за постоянного волнения по всему пространству этой словно живой смертоносной взвеси расстояния скрадывались, хрен определишь точно, но мне казалось, что от нас до этого пика не меньше десятка километров. И где-то именно там и скрывалась наша проблема.

Не просто скрывалась. Росла.

Как это вообще произошло?

Когда значительная часть воинов сгинула вместе с Островом Мертвецов, патрули в Форте пришлось сократить, а маршруты урезать. Вынужденная мера. Всё-таки полторы сотни квадратных километров площади. Не говоря уже о более чем затруднённой видимости из-за Бури — холодные ветры пронизывали всё пространство над островом, особенно густо клубясь серо-коричневой пылью между строениями: словно от ударов хлопушек по тысячам одновременно выбиваемых ковров.

Я хмуро глянул чуть левее, где среди завалов из обломков строений валялось бездыханное гигантское тело Червя Бездны. Угу, моя попытка назвать эту тварь гордым «Змеем» оказалась напрасной, их хорошо знали здесь именно как «Червей». Хорошо монстр порезвился, прежде чем его прикончили — четверть строений Форта оказалась разрушенной в хлам.

Этот экземпляр был вдвое меньше того, что охотился за мной на Черепе Властелина, но гигант остаётся гигантом. Потери среди гхэллов, по отчёту Тарпа, были существенными: не меньше пяти десятков воинов Червь разорвал, раздавил, уничтожил магией. И лишь половину из павших, с наименее покалеченными телами, удалось поднять взятыми из запасов Хранилища Форта кристаллами возрождения, кои у меня же когда-то и приобрели.

После схватки с монстром гхэллы всеми силами тушили пожары. Погода в Сезон Бурь всегда более чем прохладная, до нападения в каждом глиннике горел очаг, обогревая жильцов, так что неудивительно, что пламя из разрушенных жилищ перекинулось сперва на утварь, а затем на сами постройки. Не сдерживаемый стенами и раздуваемый налетевшим ветром огонь пошёл гулять по улицам и переулкам, радостно находя всё новую и новую пищу. Немало простых гхэллов погибло, заживо сгорев без шанса быстрого оживления. Как оказалось, в каркасной основе строений из глины вполне достаточно дерева, чтобы гореть весело и охотно.

Пожары, конечно, потушили. Но печальные последствия остались. Форт практически перестал быть жилым.

Всё это произошло за несколько часов до моего появления на острове, поучаствовать в основной битве я не успел, и без нас справились. Зато Тарп Старый не сплоховал. По своей силе бывший Видящий был способен заменить чуть ли не целый рейд, поэтому его вмешательство поставило точку в противостоянии с первой, сильнейшей волной пожирателей. Жаль, я так и не увидел, чем же старик так хорош. Сейчас же с обычными волнами тварей прекрасно справлялись и без него. Если бы я тогда отправился из Цитадели сразу вместе с ним…

Неважно. Уже неважно, потому что этого никак не исправить. Бессмысленно сожалеть, просто придётся учитывать изменившиеся обстоятельства. Потерю Форта нельзя назвать полной катастрофой, но… Близко к этому. Близко. Очень серьёзный удар по нашим планам, по общей обороноспособности локации. Лишние потери воинов и утрата ресурсов для боя.

Как и говорил мне совсем недавно в Цитадели древний гхэлл — достаточно одной твари с Древа Смерти попасть на любой значимый для нас остров и открыть чёрный портал, как остров будет обречён, если окажется без защитников. Накаркал. За то время, пока борьба со злополучным Червем Бездны отвлекала от своих прямых обязанностей большую часть и без того прореженных патрулей, курсировавших по окраинам острова, пожиратели успели высадиться с Чёрных Листьев на затянутые пылевой завесой участки.

После чего открыли Чёрные порталы и активировали Семя. С одним из порталов на остров проник и Ревун: пока Семя развивалось, командир пожирателей действовал безжалостно и быстро — несколько патрульных групп были уничтожены, не успев ничего сообщить. Затем Ревун сдерживал своё безмозглое войско, предпочитая накопить как можно больше бойцов, чтобы не дать уничтожить Семя в случае преждевременного обнаружения.

Когда гхэллы спохватились, Семя уже превратилось в Росток, ударив Аурой Поглощения по приблизившимся отрядам, вытягивая жизненную энергию из живых до помутнения сознания. Пусть и не с такой силой, как Родительское Древо — Аурой Смертного Истощения, но так же жадно и ненасытно. А накопившееся за это время воинство пожирателей бросилось на его защиту, не позволив защитникам прорваться к Ростку, чтобы поджечь его. Оставалось вопросом, могут ли пожиратели привлекать монстров Бездны для своих целей? Да, считается, что Хаос всегда сам по себе и у него нет союзников, но проклятый Червь Бездны появился как раз в этот момент, вынудив разделить силы форта на два фронта. Прямых подтверждений подобной кооперации на памяти Тарпа не было. Сучье стечение обстоятельств… Или тщательно спланированная операция?

Сейчас приблизиться к Ростку на расстояние выстрела тем более было невозможно — Аура Поглощения заволокла уже всю западную часть острова и продолжала расти. Зона тотальной смерти для живых, никакая защита не справлялась. Инициатива защитников полностью утрачена, осталось лишь бегство. Вот этим мы и занимались последние несколько часов — эвакуацией, что тоже не обходилось без проблем.

До Бури в Форте обитало не меньше тысячи аборигенов. С началом Бури население Форта минимум удвоилось за счёт десятков, а может, и сотен ближайших островов, тех, что поменьше. Фермы, охотничьи заставы, хутора. Таково давнее правило — спасаться на самых устойчивых клочках тверди во время природного катаклизма. А теперь приходилось в спешном порядке снова покидать погибающий остров, и покидать на этот раз всем: как временным постояльцам, так и законным жильцам.

Не будь Бури, народ просто разбежался бы по корабликам и летучим лодкам, они сейчас пришвартованы к пристаням тысячами. Но увы, сейчас летать на транспорте — почти верная смерть. Свирепые переменчивые ветра разобьют кораблики любого размера о несущиеся в круговоротах над Белой Мглой острова, островки и нулёвки, ведь транспортом сейчас крайне сложно управлять.

Поэтому с учётом сложившихся условий уходить приходилось через Портал в Святилище Тайного Пути. А его пропускная способность позволяла переправлять лишь по шесть суров в минуту — это минимальный откат, необходимый для принудительной перезарядки портала. Да, портал мог перезаряжаться сам за счёт энергии мира, но и нагрузка в мирное время не была большой, так как количество желающих переместиться обычно размазано по времени. Сейчас же, когда пёр непрерывный поток погорельцев, портал приходилось усиленно «кормить» кристаллами сущности — ради своего спасения народ жертвовал личные кристаллы охотно, а тем, у кого расходников не находилось, властям приходилось выделять из запасов Форта.

Лязгнув железом, рядом на скамью опустился Корх Меткач. Вместе с другим моим знакомцем из «когтей» — Мэйхом Остроухим, он на острове командовал ополчением. А в полуразрушенной Управе Хорки сейчас возился лично Тарп Старый: Червь зацепил строение ударом хвоста, обрушив большую часть стен. Как только завалы разгребли, старик с десятком самых ответственных из «когтей» занялся инвентаризацией, определяя, что из имущества спасать в первую очередь. И что конкретно выделить для моего клана, чтобы сдержать обещание.

Усмехнувшись, я достал из подсумка курительную трубку, набил чашечку табаком, а Корх тут же поднёс огонёк магической зажигалки. Ему и отдал первую затяжку. Ради этого гхэлл, собственно, и присел, используя передышку для обновления ауры. Мы оба делали вид, что ничего особенного не происходит и ситуация под контролем, но оба понимали, что это, мягко говоря, не так. Я чувствовал злость Корха, его подавленное состояние, приглушённую ярость от потерь. Но не спешил лезть с непрошеными словами сочувствия, гхэллы — народ гордый. Зато затяжка ему точно не помешает. Машинально проверил кулон, сменил кристалл-расходник, а наполненный убрал в подсумок. За всё это время «Поглотитель» поймал несколько чужих умений, среди которых я для себя подходящих не увидел, но расходники менять не забывал: не мне, так клану пригодится. До «Ловца умений» дело пока не дошло, умение откатилось с полчаса назад, теперь нужно выбрать подходящий момент. Кстати, пока не забыл. Я забрался в системные настройки и переименовал «Ловца» в «Ловушку». Раз умение стало личным, то для удобства пусть отличается названием, меньше будет путаницы в мыслях.

— Хорошо-о, — гхэлл с удовлетворённым видом выпустил струйки дыма изо рта и ноздрей, вернул трубку и лязгнул доспехами, откинувшись спиной на стенку глинника. — Думаю, с эвакуацией успеем. Осталось переправить чуть больше сотни, затем сами пойдём. Минут двадцать, ну — тридцать, и всё. Отдохнём на Горбатом Великане.

— Какая уже волна, не считал? — тоже затянувшись, задумчиво поинтересовался я. — Когда я прибыл, вы тут уже несколько часов бились, так что я многое пропустил.

— Странный ты… человек, — Корх Меткач криво усмехнулся. — Да какая разница? Главное, чтобы побеждали мы, а не они. А это, увы, не так. Ну, десятка два атак было точно. Интервалы неровные, иногда больше прёт, иногда меньше. Ты ведь сам понимаешь, для чего это делается…

— Чтобы уменьшить нашу численность. Но я бы сделал иначе. Понятно, что остров всё равно будет захвачен аурой Ростка, но пока все эти безрассудные атаки лишь уменьшают число самих пожирателей и отдаляют этот самый захват. Конечно, нам это на руку, но…

— Не только это, — Корх досадливо скривился, обнажив клыки. — Пожирателям нужно захватить Портал. Не дать нам его взорвать. Пока здесь самки с щенками, мы этого не сделаем, и пожиратели это прекрасно знают. Вот и суетятся. Не переоценивай их умственные способности. Но и недооценивать их не стоит. Мозги тварей Смерти — те ещё потёмки.

— Именно, что суетятся. Толку подозрительно мало.

— А толк есть. Все эти трупы, — Корх ткнул лапой в сторону баррикад, заваленных чёрными телами, — не просто так там копятся. Это пища для Ростка. Чем больше там гибнет, тем быстрее будет рост. Но и не убивать их мы не можем.

Да, это я уже слышал. Сжечь трупы тоже не выходило, пробовали с самого начала, ещё до меня, но Аура Ростка подавляла в пределах досягаемости любую магию, а огонь так вообще гасила в первую очередь, так как только его сейчас Росток и боялся. В том числе системно развеять трупы тоже не получалось, а сами они упорно не растворялись. Сколько же там так и не добытых кристаллов пропадало… Впрочем, всё равно не подобраться для сбора, так что не стоит забивать себе голову бессмысленными сожалениями. В первую очередь нам нужно унести то, что сейчас находится в запасах Хранилища Форта — это по-любому ценнее, чем кристаллы в трупах пожирателей.

— Погоди, взорвать портал? Об этом Тарп ничего не говорил. Вот вы партизаны, до последнего скрывали.

— Скрывали? Не-а. Просто ты не спрашивал. А это обычное дело при захвате пожирателями острова с Порталом.

— Владыке нужен новый Остров Мертвецов? Захватив Колыбель в местном Портале, он начнёт плодить новых мертвяков из тех, кто здесь прописан?

— Угадал. А усопшего народа здесь много, особенно после последнего-то рейда.

— Ясно. Как именно это будет выглядеть, уничтожение портала? Обложите взрывчатой алхимией, разрушите вручную, или…

— Функция самоликвидации имеется в любом портале Тайного Пути, вот как раз на такой случай. Ради предосторожности запустить самоподрыв могут только белогривые из администрации.

— И Тарп Старый? — уточнил я, не сомневаясь в ответе.

— И Тарп Старый, да. Куда же без него. И «Когти» могут. Думаю, что я лично и подорву. Нам разрешено, всякое же бывает, вот прямо как сейчас — белогривых вообще не осталось. Впрочем, у нас ещё дрессировщик есть, он тоже сможет.

Ах вот оно что. Выходит, Ворг Вялый возле Портала не просто за порядком присматривает, чтобы очередь двигалась чинно и благородно. Он у нас поневоле «подрывник», оказывается.

— Кстати, тебе бы уже пора собрать своих и свалить, — ворчливо посоветовал Корх, — пока слишком горячо не стало. Тут мы сами разберёмся, от вашей шайки толку не будет, а риск напрасный. Свяжитесь с нами на Горбатом, не зря же там ваш маяк находится.

— Да и здесь маяк есть, так что не переживай, успеем.

Пару часов назад я предлагал Тарпу переместить часть населения к нам в Цитадель для ускорения эвакуации. А оттуда уже без спешки можно отправить куда угодно. Астральный маяк в Форте был лишь один и находился там же, где и Портал: хорошая маскировка для нашего появления в Форте, и платить не приходится — ни энергией, ни стимулами. Правда, сделав предложение, тут же пожалел. Это сгоряча, не иначе. Привык жить на широкую ногу и никак не усвою накрепко, на подсознательном уровне, что с расходниками сейчас, пока с нами нет Крохи, дело туго.

Ведь астральные расходники — это не только маяки, но и ключи допуска, не рассчитанные для потоковых перемещений. Да и маяк для массовки тоже не годится, быстро выгорит. Тем более что лишних маяков у меня сейчас нет. Лишних… Один. Всего один в запасе. Пора вообще прикручивать эту лавочку с благотворительностью — с беспрестанными скаканиями туда и обратно. Пусть пользуются Порталами, в крайнем случае стимулы можно из кассы клана выдернуть по примеру Тарпа, открывшего для своих казну Форта.

В общем, когда старик мудро отказался от предложения, пояснив, что одно дело — он, много повидавший на своём веку, и совсем другое дело — невежественные самки и глупые щенки, коих в неведомое силой не загонишь, я не стал настаивать. Ещё и мысленно поблагодарил, заткнувшись в тряпочку и кляня себя на чём свет стоит. Вот вспомнит он об этом предложении, и что? Придётся извиняться. Некрасиво выйдет. Но лучше выглядеть засранцем, чем остаться с голой задницей, то есть без расходников. Зараза. Я не знаю пока, как решить эту проблему. Очень серьёзную проблему. Нутром чую, что решение неприятной загвоздки — в статуе Дживы, но как её завершение ускорить — ума не приложу…

С темницей Форта дело тоже не задалось.

Несколько пожирателей поймали и заперли, но их утащить с собой вряд ли получится. Ведь без темницы и «оков» даже связанный по всем конечностям пожиратель опасен. Для магии не нужны руки или голос, достаточно мысленного усилия. А количества воинов или магов, владеющих «оковами», недостаточно, чтобы держать под контролем непрерывно, сменяя друг друга между откатами. До создания изолятора на осколке тоже далеко, а моя идея собирать рейд на Древо прямо сейчас и прямо отсюда не нашла понимания. Никто мне не даст воинов для рейда, пока не закончена эвакуация, реальных защитников и так слишком мало, не больше двух сотен.

Вот же морока с этими пожирателями… Может, действительно не мучиться с выбором и принести в жертву какого-нибудь гхэлла-добровольца? Тёмные мыслишки, да. Так и покровитель у меня вроде как Тёмный. Но раз решил для себя эту черту не переходить, то стоит следовать собственному решению. Иначе оглянуться не успеешь, как «войдёшь во вкус».

Впрочем, идея отправить рейд прямо с этого острова действительно слегка безрассудна. Во-первых, область Ауры Поглощения растёт рывками с непредсказуемыми интервалами. Даже если отправиться в рейд с самого дальнего от ауры и безопасного сейчас участка, то гарантий, что к концу операции остров не будет захвачен весь, нет. Как бы не оказалось, что возвращаться некуда.

Да и вообще, любой большой остров для отправки рейда на Древо не годится: имеется высокий риск встречного вторжения сразу после открытия портала, что с учётом скученности населения… нет. Нельзя. Из Цитадели тоже открывать портал не стоит — встречного вторжения в осколок мне тем более не надо, нам и волн пустотников хватает. Хотя есть уверенность, что это просто не получится, если вспомнить, как закапсулировались Семена, когда их связь с материнским Древом отрезало при перемещении в осколок. Но всё-таки наиболее безопасный способ — отправлять рейд на Древо с более-менее подходящего безлюдного острова, который не жаль будет бросить в случае ожесточённого сражения. Или с корабля. Тоже ведь вариант, хотя и более рискованный: с управлением кораблем при таких ветрах действительно будут серьёзные проблемы.

— Даже не верится, что где-то там сейчас сидит целый Ревун, — я задумчиво дёрнул подбородком в сторону колыхавшегося над баррикадой марева Ростка Смерти. — Я бы на его месте сперва накопил бы как можно больше бойцов, прежде чем бросить на прорыв, а не пускал бы эти жалкие порции.

— Тухлый кислин тебе на язык. Смерти нашей хочешь?

— Да я чисто теоретически…

— В задницу такую теорию. В общем, так. Пока Росток не набрал силу, Ревун будет торчать рядом с ним. Охранять лично. Всегда так было. Этими волнами он нас просто отвлекает от реальной подготовки своего воинства. Возможно, основной удар будет совсем с иной стороны. Но я уже расставил наблюдателей, будем смотреть везде. Нам остаётся лишь надеяться, что пропускная способность чёрных порталов недостаточна, чтобы быстро скопить нужное количество пожирателей. Их же нельзя натыкать близко друг от друга пачкой, всякие там магические возмущения и искажения могут нарушить работу. Да и менять порталы при больших потоках приходится часто, а это новые жертвы, время, затраты.

Я усмехнулся. Подумать только, как может измениться поведение рядового «когтя», как только его назначат командиром. До этого, пусть и не особо долго его знал, пару слов толком связать не мог, а сейчас прямо соловьем заливается. Или с получением пятидесятого уровня у гхэллов навык «Командирское красноречие» открывается? Хмм… Не исключено. Хороший навык, мне бы не помешал.

— А может такое быть, что все эти атаки — лишь отвлекающий от чего-то большего манёвр?

— Даже не сомневайся, — зло оскалился Корх Меткач, — вот сейчас накопят силы и ударят так, что мало нам уже не покажется. Я вроде об этом уже предупреждал? Ты глухой, что ли?

— Нет, я о другом.

— Поясни.

— Не исключено, что большая часть пожирателей сейчас занята на других островах. К примеру, они могут накапливаться как раз там, куда мы эвакуируем народ — на Горбатом Великане. А так как этот остров на треть больше Форта Бдительного, а рельеф намного сложнее, я имею в виду горы, ущелья и пещеры…

— Чтоб у меня снова хвост вырос! — моментально всполошившись, выругался Корх. — Нет! Лучше, чтобы у тебя вырос! На лбу! За такие-то извращённые фантазии!

— Кто бы говорил, друг ты мой мохнатый, — голос Магвая, возникшего рядом прямо из воздуха, заставил меня вздрогнуть и чертыхнуться от неожиданности. — На свои фантазии посмотри. Хвост во лбу… это ж надо. Хорошо хоть только до хвоста додумался, а не до чего-то поэкзотичнее.

Этот тип воспользовался возможностью свалить с Рваного Уха вместе с нами. Я не стал возражать, дал одноразовый допуск к маяку — помощь ближнему мне не чужда, особенно в такой ситуации. Не бросать же его там на погибель. Но переместившись в Форт, Магвай сразу пропал. Что характерно, все игроки, не относившиеся к гхэллам, свалили через Портал Форта в первую очередь, как только началась заварушка, ещё до общей эвакуации. Бравые парни и девчата, да. Местные проблемы для них всегда остаются лишь местными проблемами. Лишь когда прижмёт по-настоящему и деваться будет некуда, впишутся в драку…

По крайней мере, так это выглядело со слов Корха, сам я этого момента не застал. Но это очень подозрительно. Всем и сразу вдруг стало начхать на репутацию с администрацией и на добрую порцию адреналина от разгорающейся битвы? Скорее всего, гхэллы сами побыстрее выставили игроков, так как после всех художеств Горада трудно доверять представителям иных рас из-за возможного предательства и удара в спину. Защита Форта при эвакуации — ответственная операция, и чужаков убрали из уравнения, допустив присутствие только моего клана. Такой вариант я как раз-таки понять могу.

Как бы там ни было, игроки хотя бы свалили за свой счёт: переход через Портал не бесплатный, а вот местные, как я уже говорил, сейчас переправлялись за счёт казны Форта. Большая часть населения, живущая простой незатейливой жизнью и натуральным хозяйством на своих островках, слишком бедна для подобных перемещений, поэтому уповает на воздушный транспорт. В кои-то веки налоги пошли обратно в народ, угу. В общем, я думал, что Магвай нашёл способ просочиться вне очереди, а он всё это время, оказывается, находился здесь. Хотя в отражении волн вроде не участвовал, но точно сказать не могу, так как специально не присматривался.

— Не стоит тебе так подкрадываться, — проворчал я, недовольно глянув на Магвая. — И подслушивать не стоит, особенно то, что тебя не касается.

— Да тут нет никаких тайн, — Магвай пожал плечами и на два глотка присосался к объёмистой фляге, которой у него раньше не было. — Всем известно, что скоро пожиратели ломанутся на нас по-настоящему.

— Пойло по запаху, что ли, нашел? — съязвил я.

— Смейся, смейся. Ты понятия не имеешь о моих проблемах, а мне лень объяснять.

Опять он об этих мутных проблемах вещает. И, понятное дело, он имеет в виду не жуткие страдания вечного алкоголика, а нечто большее. У таких деятелей всегда уважительная причина, а остальные их просто «не понимают».

— Сам-то почему до сих пор здесь? Что, инвиз не помогает?

— Порталу на инвиз начхать, — беспечно хмыкнул Магвай. — Седьмым к шестёрке не пристроишься. Да и дрессировщик там бдит, ему на инвиз тем более начхать.

— То есть всё-таки пытался?

— Угу. Не вижу в этом ничего зазорного. Острову однозначно конец. Корх, а он тебе, кстати, хороший совет дал. Не помешает подстраховаться. Командиров у вас немного осталось, а рядовые воины дальше носа не смотрят. Я про Горбатого Великана говорю.

Корх Меткач на секунду замер в хмуром раздумье, затем кивнул. Резко поднявшись, он подозвал одного из ближайших бойцов и услал предупредить кого-нибудь из тех, кто в очереди поближе к порталу, чтобы передали весточку на той стороне. Странно. Я думал, у них всё давно предусмотрено и отработано, не первый раз же такое случается. И не последний. А они порой ведут себя как дети малые: видят только те проблемы, что у них прямо перед глазами. Простое предположение вдруг оказалось «хорошим советом». Да и Корх вдруг подорвался без всяких возражений, словно получил приказ от вышестоящего. Похоже, я много чего интересного о Магвае не знаю.

Но едва гонец унёсся в пыльную даль, как наша краткая идиллия отдыха прервалась новым сигналом тревоги от наблюдателей.

— К бою! — заорал Корх, бросаясь к своему воинству.

Едва расслабившиеся было воины выровняли строй, как пелена над баррикадами вдруг всколыхнулась и словно взорвалась атакующими. На этот раз сразу стало ясно, что пожиратели попёрли особенно густо. В каждом из десятков проходов между глинниками возникло множество тёмных фигур, пространство от них буквально почернело. Воздух наполнил треск, грохот и шум множества ног.

Я обеспокоенно оглянулся, но аборигенами было кому заняться и без меня — фигура в белых одеяниях выбралась из Святилища Тайного Пути и разогнала большую часть народа, оставив лишь куцый хвостик от очереди — тех, кого Ворг Вялый рассчитывал успеть пропустить через Портал. Остальных он погнал в сторону комплекса пристаней. От толпы из сотни суров понёсся хор взволнованного рычания и тявканья, но тем не менее самки с щенками повели себя довольно дисциплинированно: быстро разбились на семейные группы и устремились прочь. Что ж, всё верно. Через Портал всем уже не успеть, а на лодках и корабликах хоть какой-то шанс уцелеть есть. Тем самым они высвободили руки своим защитникам, ведь в цепи воинов сейчас находились самцы этих семей, оставшиеся для прикрытия.

Что ж, придётся постараться не пропустить тех, кто решит преследовать «гражданских». Щенки и самки — не игроки. Жизнь у них одна, без воскрешений. Нужно дать им вовремя уйти. Я быстро оценил местонахождение своих соклановцев. В данный момент Люкас и Искра разгружались в осколке, оставляя там выделенное нам из Управы имущество, а Юлианна и Зелеакс были на острове и уже спешили ко мне.

Зубоскал: «Люкас, Искра, остаётесь в Цитадели».

Искра: «Да вот ещё, я…»

Зубоскал: «Без разговоров. У нас экстренная ситуация, не мешайте спасаться тем, кто сейчас возле Портала. Мы и сами вскоре двинем за вами, нужно лишь дать…»

Где-то там, в глубине мути Ауры Поглощения, чья-то лужёная глотка издала дикий протяжный рёв, знакомый до боли и дрожи. Не успел я чертыхнуться, сжимая прыгнувшую в ладонь рукоять Пламеня, как наступавшие шатуны одновременно бросились в стороны, прижимаясь к краям одного из проходов. Всего пару секунд спустя из пелены напротив моего участка обороны вырвался здоровенный жук-утилизатор величиной с двухэтажный дом, а на горбе этого чудовища я разглядел что-то вроде ствола средневекового орудия — если, конечно, бывают орудия с отверстием, не уступающим величиной жерлу колодца.

Быстро глянув по сторонам, я в лёгкой панике убедился, что жуки атаковали по всей линии обороны: преграждавшие путь завалы из обломков строений и трупов словно зашевелились, подались в стороны под чудовищным напором, открывая путь минимум десятку «броневиков» от Стихии Смерти. И у каждого жука на спине, притороченная толстенными канатами, имелась такая же ноша, как и у «нашего».

Зубоскал: «Корх, что за хрень у них на спинах? Какое-то орудие, что ли⁈»

Корх Меткач: «Цветки Смерти!»

Зубоскал: «Это что ещё за хрень⁈»

Корх Меткач: «Сейчас увидишь!!!»

Может, мне показалось, и это не пушки? Просто нечто на них похожее? Огнестрела, к какому я привычен на Земле, здесь ведь не знают, так что аналогия могла быть случайной. Жуки вдруг резко остановились, все одновременно, явно получив неслышную для нас команду. Шесть мощных лап каждой твари плугами взрыли почву вокруг, доломав волнами мини-землетрясений оказавшиеся рядом строения. Тупые и гладкие, похожие на валуны морды вздернулись вверх на выпрямленных передних лапах, а задние, наоборот, согнулись почти до земли. Встали, словно для подготовки залпа из… гаубиц? Миномётов? Направляющих для ракет⁈

В следующую секунду я убедился, что не ошибся. Направляющие на спинах «броневиков» басовито рявкнули, заставив жуков заметно присесть от могучей отдачи. Оставляя за собой густой дымный шлейф, в небо по крутой дуге устремились огромные снаряды, словно состоящие из сгустков первородной тьмы.

Глава 11 Агония Бдительного

— Стрелки, целься! — драконьим рыком раскатился приказ Корха Меткача.

Шесть десятков арбалетчиков из второй шеренги, и без того уже задравшие своих ручных монстров в небо, сосредоточенно замерли. Скорость несущихся к нам вражеских снарядов была заметно меньше скорости полёта реальной стрелы; дымка вокруг ядер разрасталась с каждой секундой, тянулась шлейфом, будто угольно-чёрный дым от костра. И всё же приближались они достаточно быстро, а выглядели чертовски опасно.

— Залп!

Напитанные магией арбалетные болты с лязгом сработавших механизмов рванули в вышину. Столкновение магических снарядов со сгустками произошло довольно близко к позициям гхэллов — на высоте примерно в три десятка метров — и разорвало воздух странными, почти бесшумными вспышками пламени, словно тьма поглотила сам звук. Но гхэллы явно знали, что делали: большинство сгустков развалилось на отдельные части, осыпая под собой землю и строения чадящими, тлеющими хлопьями.

Тут же выстрелила третья шеренга, стараясь поразить то, что не удалось второй. И всё же два снаряда Смерти, хотя и потрёпанные взрывами, пробились сквозь заградительный огонь. Причём их траектории сошлись в одной точке — там, куда и был нацелен весь массированный залп изначально.

Несколько семей гхэллов, самки и щенки, хвостом очереди втягиваясь под свод Святилища, замешкались. Пытаясь их прикрыть, десяток ближайших защитников из первого ряда рванули к мирняку, с дробным стуком накрыли себя и вход сплошной стеной щитов.

Удар оказался страшен. Не помог и вспыхнувший магический барьер, выставленный кем-то из особо продвинутых воинов. Тугой хлопок взрыва ударил по ушам, заставив меня качнуться и полностью оглохнуть, хотя я находился метрах в ста от зоны поражения. Невидимая злая сила словно попыталась вывернуть меня наизнанку.

Резко затошнило, перед глазами на миг помутилось. А когда резкость вернулась, я увидел, что не только строение самого Святилища, но и десяток стоявших рядом глинников словно сдуло ураганным ветром. Разнокалиберные обломки рванули во все стороны, раскидывая семьи гхэллов вместе с защитниками, поражая их, словно пушечными ядрами, разбивая щиты и разрывая панцири с кольчугами. Земля вокруг окрасилась кровью — не меньше четырёх десятков аборигенов разбросало изломанными куклами, а в центре всех трёх шеренг воинов выбило целую треть. Многих убило мгновенно — не помогли ни параметры личной защиты, ни магия, ни доспехи.

Да что это за удар⁈

Я перевёл ошеломлённый взгляд на ряды пожирателей. Сотни шатунов катились в нашу сторону мутной волной, словно поток из прорвавшейся плотины, разбиваясь между строений на множественные реки и ручейки. За ними неслось ещё большее количество трубочников. Вся эта молчаливая орава, подобно безголосому многорукому чудовищу, размахивала на бегу бесчисленными конечностями, вооружёнными палицами, топорами, посохами и духовыми трубками. Топот и треск заглушили все окружающие звуки. А позади наступающей волны топтались, вновь приподнимаясь после отдачи и готовясь к новому залпу, жуки-утилизаторы.

Остатки очухавшихся защитников долго не думали: раненых потащили в сторону, остальные начали перегруппировываться, разбиваясь на отдельные отряды, чтобы легче было избегать вражеских снарядов.

Но как с этим бороться с нашими, как оказалось, невеликими силами⁈ Как сражаться без Хорки Умного, без его защитных аур, укрепляющих войско и нивелирующих вражескую магию одним лишь присутствием Видящего?

— Уходи со своими к пристаням! — рявкнул Тарп Старый, на ходу поправляя тяжёлый наплечник и проходя мимо быстрым шагом. — Портал разрушен! Задержим тварей, сколько сможем, и тоже отступим! Не мешкай!

Его облик изменили новые доспехи, куда мощнее предыдущих — толстенная льдисто-синяя сталь панциря, огромные наплечники, «юбка» из тяжеленных пластин, наручи на руках и набедренные щитки — всё из одного комплекта. Явно приоделся в хранилище Форта, используя запасы Хорки… Почему-то эта мысль неприятно царапнула сознание, но это ведь не моё дело. Да и смысл пропадать доспехам из личного комплекта бывшего Видящего? Притороченные к оружейному поясу рукоятями, по бёдрам гхэлла шлёпали два мощных на вид одноручных топора, а на широком плече вздрагивал в такт быстрым шагам арбалет-чудовище, величиной чуть ли не с самого воина.

— Ключник, бегом! — резко добавил следовавший за Тарпом другой мой знакомец — Мэйх Остроухий, вооружённый щитом и топором. — И не вздумай попасть под удар Цветка Смерти, иначе не выживешь! На, держи! Используй только при крайней необходимости, усилителей мало!

Раскомандовались…

Я мельком глянул на кристалл-расходник, переданный Мэйхом: «Большой усилитель могущества» (на 10 минут усиливает мощь всех способностей на 25% и увеличивает личные параметры на 50%), затем спрятал его в подсумок. Лучше бы «Великий», а ещё лучше — «Величайший», но, видимо, с расходниками в самом деле негусто. А раз так, то, как здесь говорится, дарёной варне на крылья не смотрят — пока есть лапы, будет бегать.

Все эти размышления отняли у меня лишь долю мгновения. Обернувшись и поймав напряжённые взгляды Юлианны и Зелеакса, стоявших за спиной с оружием наизготовку, я кивнул им, и мы рванули прочь без лишних слов. Пристани находились примерно в двух километрах от центра Форта; мы побежали по петляющим улочкам между глинниками, забирая влево, и взгляд снова взметнулся вправо и вверх, к клубящимся тьмой снарядам. Жуки успели дать новый залп, и теперь эти клятые Цветки Смерти летели, казалось, прямо в нашу сторону, словно преследуя по пятам.

Пришлось ускориться. Пропитанный гарью воздух бил в лицо, доспехи звенели железом и скрипели ремнями. Пристани и в самом деле сейчас — единственный выход. Чёртов Цветок Смерти вместе с порталом разрушил астральный маяк, я перестал его ощущать. Если пожиратели даже не попытались захватить портал Форта, решив его сразу уничтожить, то этому есть только одно объяснение — ревун, скрывавшийся в Ауре Поглощения Ростка, почуял Метку Смерти.

Мою метку. И предпочёл перекрыть пути отхода для Врага Владыки, теряя тем самым возможность захватить Колыбель и создать новый плацдарм для пожирателей. Охота на меня показалась ему более значимой задачей. Если, конечно, я не переоцениваю свою значимость.

Могу ли я изменить ход этого сражения, как боец не из последних, как Ключник, в конце концов? Я уже недавно прикидывал, смогу ли я завалить ревуна, и пришёл к выводу, что теоретический шанс есть. Но нужны практически идеальные условия. Ревун должен быть один, обязательно — вне ауры Ростка Смерти, мои подсумки должны быть полны кристаллами, а все нужные умения — вне отката. Нет. Неизвестных переменных слишком много. И сейчас как раз та ситуация, когда один в поле не воин. А значит, незачем тянуть время, подставляя гхэллов под этот ненужный бой, в котором невозможно победить.

Чем быстрее я отсюда уберусь, тем больше будет шансов у остальных отступить без лишних потерь. Я-то выживу в любом случае. Бездна или Колыбель — я смогу вернуться откуда угодно, пусть и потеряв время. Но у тех, кто мне доверился сейчас — у них таких гарантий нет.

Резко свернув в изгиб улочки между глинниками, оглянулся на бегу. Юлианна с Зелеаксом не отставали. Хорошо. Насколько помню, души тех, кто привязан к Колыбели Форта, Система автоматически перепривяжет к ближайшему действующему порталу. Я мысленно прикинул карту. Пристани находились на условно северной стороне Форта, куда мы и неслись со всех ног. Порталы островов третьего ранга широким веером разбросаны далеко на юго-западе и на юге локации — Мокрец, Дохлый Ящер и Горбатый Великан. Близнецы и вовсе находятся за этими тремя, совсем далеко. Самый дальний из действующих порталов — Храм Йеноху, недалеко от бывшего местоположения острова Мертвецов, а значит, вне досягаемости, как и Близнецы.

И по всему выходило, что портал Храма Горэла — самый близкий, если смотреть по прямой строго на север. Видимо, там и возродятся те, кто не сожжёт все сейвы в битве, угодив в Список Мёртвых. Для бывших узников Острова Мертвецов, кто не успел возродиться в Форте, кстати, тоже произойдёт смена привязки, но эти разницы даже не заметят.

Юлианна бежала чуть правее меня, и её первую сбило с ног докатившейся ударной волной, лишь немного ослабленной расстоянием и многочисленными препятствиями. Девушка вскрикнула, но я не дал ей упасть, успел среагировать и подхватить под руку, а Зелеакс, бегущий слева, уже помог не споткнуться мне самому. Дебафф «Лёгкой контузии» обновился, усилившись и снизив и без того неполную скорость.

— Вот же попадалово! — с досадой бросил маг. — Что за день такой! Я…

— Шевели ногами! — прикрикнул я. — Юлианна, ты как?

— В норме! — выпалила раскрасневшаяся от бега лучница, вновь ускоряясь.

— Как вырвемся с улиц, высматривайте подходящий корабль! На счету каждая секунда!

Может, всё-таки стоит использовать единственный расходник астрального маяка, чтобы увести воинов столько, сколько смогу?

Нет. Остров уже потерян, и маяк наверняка будет уничтожен сразу, как только до него доберётся первый же шаман пожирателей. Или упадёт Цветок Смерти, пожирающий не только материю, но и саму энергию в месте удара. К тому же доступ в осколок ограничен, а расходников-ключей больше нет. Кроха… как же это не вовремя произошло, и насколько катастрофичны последствия случившегося. Без ключей доступа существует риск, что я буду заперт в осколке, и все мои дела и чаяния угаснут, так и не осуществившись. Так что — никаких новых гостей. Не знаю как, но эту проблему срочно нужно решать.

Сзади вновь рванули множественные взрывы, заставив вздрогнуть почву под ногами. Тёмные протуберанцы Цветков Смерти взметнулись в небо над Фортом, там, где ещё оставались воины гхэллов. Сразу почувствовал особым чутьём, даже не заглядывая в Список Мёртвых, как он пополнился новыми кандидатами на возрождение.

Проклятье!

Наконец мы выскочили за черту жилого массива, миновав последние строения. До пристаней оставалось преодолеть лишь метров триста свободного пространства с редкими хозяйственными постройками, разбросанными тут и там. Я уже видел, как уменьшенные из-за расстояния силуэты малых и средних кораблей целыми стайками отчаливали от края и устремлялись в мутную коричневую дымку воздушных течений, властвующих над Белой, а точнее теперь — над Бурой Мглой.

Очередной беглый взгляд за спину позволил убедиться, что гхэллы тоже поспешно отступают. Несколько групп воинов, отставая от нашей троицы на сотню шагов, мелькали между полуразрушенных строений Форта. Тарпа Старого среди них не заметил, но и в Списке его пока не было. Даже не вздумай умирать, старик, не взваливай на меня бремя за всё население локации, это будет слишком… Особенно если учесть, что последний белогривый дрессировщик Форта только что погиб в тёмном пламени взрыва первого же Цветка Смерти.

А в небе уже расцветали новые гибельные магические соцветия, направляясь в нашу сторону…

Не знаю, как мы их все просмотрели, но пожиратели налетели на нас с восточной окраины острова, когда до пристаней оставалось сделать один рывок. То ли эта группа в три десятка тварей недавно приземлилась с Листа и сразу бросилась в атаку, то ли сидела в засаде, воспользовавшись для прикрытия холмистой складкой местности…

— Не останавливаться! — крикнул я своим, резко затормозив, чтобы выиграть время не только для соклановцев, но и для бегущих из Форта гхэллов. — К пристани!

Юлианна и Зелеакс всё поняли правильно, помчались дальше без тупых вопросов в духе «а как же ты⁈», я же поднял на ранг «Иллюзией совершенства» и врубил «Ловушку умений», экономить дальше не было смысла. Хлестнувшая с ладони «Плеть боли» заставила затормозить не меньше пяти тварей в авангарде, но их было слишком много, и остальные моментально начали обходить неудачников с флангов.

Не успел порадоваться, что трубочников с ними нет, как те нарисовались отрядом в два десятка рыл, вынырнувшим из-за того же холма, и в мою сторону сразу полетел целый сноп коротких злых стрел, окутанных зеленоватой дымкой магического яда. Первая же стрелка, звякнув о подставленный наруч, активировала голубовато вспыхнувший вокруг меня «Щит льда», тут же принявший на себя остальные выстрелы. Шестигранники льда размером с ладонь, отражая многочисленные атаки, начали вспыхивать с такой частотой, что меня практически с головой накрыла защитная полусфера.

В следующий миг я ударил сразу с обеих рук — «Копьё пламени» рвануло на врагов дыханием дракона, адским жаром поглощая несколько первых рядов, а «Копьё ветра» тут же разметало горящих заживо в стороны, разбросав по земле не меньше половины отряда шатунов. Звон ледяной полусферы резко усилился, количество вонзающихся в неё стрел возросло, истощая бледнеющий на глазах щит.

Крик за спиной отвлёк внимание.

Уходя из-под замаха палицей здоровенного пожирателя, вдруг обнаруживаю, что путь отхода Зелеаксу и Юлианне отрезала непонятно откуда взявшаяся целая толпа шатунов, причём атакующая волна далеко разнесла парня и девушку друг от друга, заставив сражаться каждого в одиночку. Слабость мага — чтобы не зацепить самого себя, Зелеаксу приходилось сдерживать самые сильные площадные умения, тупо отбиваясь посохом, но Юлианна даже в такой тесноте не растерялась и умудрялась всаживать в головы прущих на неё врагов напитанные магией стрелы. Ловкость её поражала — уклонения, прыжки, пируэты…

В следующий миг она покатилась по земле от удара палицей в спину, и шевелящееся море тел скрыло её из виду.

Да какого хрена!!!

«Теневое преимущество» тихим шелестом отозвалось в сознании, врубая удвоенную скорость реакции. Тело вспыхнуло привычно разлившимся по жилам упоением мощи. Тридцать секунд в ускорении — это серьёзное преимущество в бою. Увы, из-за того же ускорения сокращённые «Концентрацией» паузы отката умений вновь показались слишком долгими, пришлось чаще раздавать обычные удары. Благо усиленные значительно возросшими на пятидесятом параметрами, они действовали на отлично, к тому же — подкреплённые пассивно тлеющей на лезвии меча «Мглой Бездны», заставлявшей раны врагов вскипать тленом и пламенем хаоса — разлагаться и гореть одновременно. Каждый третий удар «Обжигающей вспышки» подкреплялся «Беспощадностью», рубившей жёсткие, как дерево, тела врагов, словно раскалённый нож масло, нередко разрывая их в куски. «Душелов» тем более пришёлся к месту, ветвящимися полупрозрачными молниями поразив целый отряд передо мной, главное — не стоять на месте.

Вклиниваясь в толпу разогнанным тараном, отбрасывая врагов ударами меча, толкая плечами и сбивая пинками, я за считанные мгновения пробился к Юлианне. Один из шатунов наступил лучнице на спину, придавив своей тяжёлой тушей к земле и собираясь вогнать наконечник угольно-чёрного копья ей в голову, но я успел первым.

Отчаянным трёхметровым прыжком я с громким треском врезался в тварь, заставив тяжёлое тело врага отлететь и сбить ещё нескольких противников позади него. Коршуном присев над девушкой, я крутанулся вокруг оси, вскинув на уровне груди сверкающую сталь меча и выпуская накопленные очки атаки «Ледяным шквалом». Удар вышел на славу — крайние шатуны застыли мгновенно заледеневшей окружностью, попав под сработавшую заморозку.

Зелеакс: «Зуб, сверху! Прочь оттуда!»

Но интуиция и без того уже предупредила меня о новой опасности — знакомая паутина боли от клейма Алана вспыхнула на лице, заставив резко вскинуть голову. Несколько тёмных сгустков в небе, снижаясь и быстро вырастая в размерах, летели точно в меня. Слишком быстро даже под ускорением «Теневого преимущества».

Будь я один, то, скорее всего, уйти бы успел. Разум словно забуксовал, отдавая управление каким-то глубинным инстинктам. Рухнув на колено и отпустив меч, я обеими руками рванул на себя тело девушки, которая в этот момент как раз попыталась перевернуться, и мы оказались лицом к лицу. А затем вокруг нас обоих вспыхнула сфера «Абсолюта», запечатав внутри и полностью отрезав внешний звуковой фон. Никогда такого не делал раньше, никогда даже не думал, что «Абсолют» может сработать на двоих игроков, но… получилось.

А затем Цветок Смерти обрушился сверху. Тёмная злая сила жадно поглотила свет, на миг превратив хмурый день в непроглядную ночь. Ближайшие шатуны, обледеневшие от «Шквала» и застрявшие возле сферы «Абсолюта», обратились в ничто — взвихрились облаками чёрного праха. Тех же, что стояли за ними, разорванными ошмётками унесло прочь, в клубящуюся тьму.

Замерев, мы с Юлианной смотрели в глаза друг другу. Горевшее от лихорадочного румянца схватки лицо девушки было почти целиком залито кровью из паршивой на вид рваной раны на лбу (явно пришёлся по касательной удар палицы), но в её глазах я не увидел вполне ожидаемого страха. Волнение, азарт, злость — этого сколько угодно. И понимание, что я помог избежать ей смерти.

А ещё была странность — раньше, хотя и отцентрованный внутри сферы Абсолюта, я всё же мог шевелиться, предпринимать какие-то действия, а сейчас мы оба и в самом деле почти застыли, как две мошки в вязком меду. Издержки применения по двум целям? Но хотя бы могли дышать.

— Спасибо… — тяжело выдохнула Юлианна.

— Готовься. Это пока ещё не всё, — я коротко кивнул ей.

Сфера распалась, я сразу подхватил валявшийся на земле меч… и захрипел от жуткой боли. Тело словно целиком ошпарило кипятком на голую кожу. Юлианна вскрикнула тоже — нам обоим достался дебафф «Разложение», так как Цветок пропитал стихией Смерти всю землю вокруг. Но из-за Метки по мне это ударило на четверть сильнее.

— К пристани! — выкрикнув через силу, я дёрнул лучницу на плечо и указал мечом направление. — Бежим!

Десяток отчаянных прыжков, и мы вырвались из зоны действия дебаффа. Останавливаться не стали — вокруг уже мелькали фигуры наконец догнавших нас воинов-гхэллов. Часть из них, взяв нас в защитное кольцо, бегом устремились к пристани, остальные отчаянно рубились с пожирателями, которых, казалось, стало куда больше, чем пятью секундами назад.

Нам повезло.

На глаза попался единственный корабль, и этот корабль оказался крупным — типа «парус». Натягивая до звона канаты, тягловые варны с шумным хлопаньем крыльев уже разворачивали судно носом прочь от острова, с каждой секундой всё дальше уводя борт от края пристани. Возле поперечного «коромысла» в несколько зубастых морд, едва не высунув по-собачьи языки, суетились гхэллы-корабельщики, налегая на него изо всех сил и меняя положение боковых парусов с помощью сложной тросовой системы, чтобы придать нужное направление движению.

С борта, едва не сваливаясь с края, отчаянно махал рукой Зелеакс. Молодчина…

Дважды нас упрашивать не понадобилось. Вырвавшась вперёд, первой прыгнула лучница. Гибкая фигура мелькнула над провалом, преодолев несколько метров и оказавшись на борту. Затем сиганул я. Магический «Свисток» сработал, но будто через силу, и хорошо, что расстояние пока было невелико. Ну да, чёртова Буря, помню. Всё привычное работает через пень-колоду…

Подошвы сапог звучно врезались в палубу. Я сразу постарался отбежать к другому борту, так как следом начали прыгать воины-гхэллы. Не может быть… Сколько их тут, десятка четыре? И всё⁈ Непонимающе оглянувшись вокруг, я попытался взглядом найти другие корабли. Их действительно вокруг хватало, но только средние и малые — «пёрышки» и «крылья»: среди самок и щенков на их палубах попадались самцы, но явно не из того отряда, что сражался в Форте. Всего лишь обычные корабельщики, ведь кому-то нужно управлять транспортом. Пыльный ветер злобно рвал паруса, унося судёнышки прочь; одно за другим они скрывались во мгле Бури, отдаваясь на волю судьбы.

Я снова перевёл напряжённый взгляд на остров.

Там по-прежнему кипела схватка. Вспыхивали заклинания, звенела сталь. Воины на нашем корабле, вскидывая арбалеты, безостановочно били по шатунам, давая шанс своим прыгнуть. Зелеакс, вскинув посох, ударил слева от группы сражающихся на пристани гхэллов кипящим облаком «Вязкого тумана» и тут же воспламенил его «Обжигающим жаром». Получилось эффектно. Но… почти тщетно, учитывая безумное количество нападающих.

— Твари! — Юлианна с гневным криком разрядила лук накопленными очками атаки, одним выстрелом отправив на правую часть пристани целый сноп сияющих светом стрел.

Они пронзали шатунов насквозь, сбивали с ног, но тех было столько, что казалось, там волнуется целое море из тел и шевелящихся конечностей. Один за другим гхэллы или гибли, или срывались в пропасть, пытаясь допрыгнуть до удаляющегося корабля. Без разбега силы наполовину действующих свистков не хватало, а в горячке боя мало кто это учитывал. Да и не было у них выбора.

Допрыгнули лишь трое: видимо, с самым развитым умением «Поющий шаг», причём последнего едва поймали — воин ухватился обеими руками за вовремя протянутые в его сторону алебарды.

Пристань вдруг протяжно затрещала и неспешно, будто в замедленной съёмке, отделилась под весом сотен пожирателей от края острова. Сотни чёрных фигурок посыпались в Бездну.

— Воздух! — рявкнул Мэйх Остроухий, бросаясь к борту и заслоняя мне вид своей спиной. Не успел я порадоваться тому, что этот лохматый чёрт жив, как его в свою очередь оттеснила в сторону могучая фигура Тарпа Старого. И этот здесь! Теперь понятно, что этот корабль ждал именно меня, потому и успел подобрать.

Я застыл, криво усмехнувшись. Клеймо Алана обожгло лицо с новой силой, но и так всё уже было понятно. К нашему кораблю, успевшему удалиться от пристани на сотню метров, с тёмных небес по крутым дугам неслись чёрные сгустки Цветков Смерти — целая россыпь. Похоже, ревун бросил в бой всё, что у него было, подтянув через чёрные порталы на гибнущий остров новые отряды жуков-утилизаторов.

С корабля убраться было некуда.

Упав на колено, я без колебаний активировал на палубе астральный маяк. Почувствовал, что больше не могу оставаться в стороне, и будь оно всё проклято с этой экономией. Спасу хотя бы тех, кто выжил сейчас.

Но едва я начал раздавать допуски всем присутствующим, как Тарп сумел меня удивить. Вскинув свой монструозный арбалет, корабельщик выстрелил в небо. Раздался рёв, словно открыла глотку гигантская варна. Пронзившая воздух стрела вдруг развернулась гигантским прозрачным зонтиком магического пузыря. Цветки Смерти один за другим вспыхнули, встретившись с препятствием. Ударная волна швырнула корабль так, словно великан сбоку отвесил пинок. Многие попадали с ног, хватаясь друг за друга и за детали корабля, чтобы не улететь за борт.

Я тоже едва не отправился в Бездну, но чья-то крепкая рука перехватила меня за плечо, позволив устоять. Едва повернулся, как в лицо насмешливо оскалилась серая морда Корха Меткача.

— Не благодари, Ключник, — буркнул он, отпуская мою руку.

Я мрачно смотрел на удаляющийся берег.

Дрожа от взбесившегося ветра, хлопая парусами и непрерывно издавая стон напряжённых до предела частей такелажа, корабль ускорялся, удаляющийся остров постепенно тонул во мгле.

— Смотри, Зубоскал, — Тарп Старый устало ткнул рукой в сторону острова. — Такое не каждый день увидишь. Вот почему нельзя допускать на жилые острова пожирателей. С тех, кто проморгал первую высадку, я обязательно спрошу. Одним сейвом не отделаются.

Вздымавшаяся над бывшим Фортом пелена Ростка Смерти даже отсюда по-прежнему виднелась как вершина чёрной горы. Но сейчас над ней стремительно разрасталась плоская чёрная туча, которой раньше там не было. Буквально в два вздоха она накрыла весь остров, и тысячи молний ударили вниз, соединившись с землёй. Глухой рокот, отдаваясь дрожью в костях, наполнил воздух. Всё, что оставалось на острове зелёным, вмиг почернело.

— Что это? — заворожённо спросила Юлианна, возникнув рядом со мной.

— Материнское Древо проснулось, — глухим голосом пояснил Тарп. — Оно не позволило Ростку войти в силу. Магический выплеск. В этой локации найдётся место лишь для одного Древа Смерти, двоим тут не ужиться.

— Росток уничтожен? — удивлённо уточнил Зелеакс, встав слева от меня. — То есть остров можно уничтожить, просто дав Семени вырасти⁈ А ради чего мы тогда…

— Тихо, — строго цыкнул на него Тарп. — Сам остров пока не погиб, но всё живое на нём уничтожено безвозвратно. И попасть туда будет невозможно даже приблизившись на корабле. Проклятье Смерти не даст и шагу ступить по острову, просто превратишься в прах.

— Как только что превратились в прах сотни пожирателей, не успевших убраться в свои проклятые чёрные порталы, — хмыкнул Мэйх Остроухий. — Древу на потери своей живности плевать. Снова наплодит, сколько понадобится. Главное — прервать развитие Ростка внутри барьера.

— Понимаешь, о чём толкую? — Тарп повернул голову, остановив на мне внимательный взгляд.

Я задумчиво кивнул. Если этот остров теперь смертелен даже для пожирателей, то и мы не сможем установить Семя, чтобы его добить и вызвать к жизни новый остров. Двойная потеря. Даже тройная. Минус Форт, минус подходящий остров, минус полторы сотни воинов-гхэллов. И всё напрасно.

— Оставаться тебе здесь не стоит, забирай своих человеков и уходи в осколок, — вновь заговорил Тарп Старый. — Я постараюсь довести корабль до Храма Горэла, он нам может пригодиться, как и маяк, который ты на него установил. Да-да, я заметил. Зря, кстати. Не уверен, что корабль удастся спасти.

Мысленно я с ним согласился, не без горечи. Последний маяк. Прямо хоть зубами скрипи.

— Может, тебе стоит отправиться с нами? Здесь и без тебя есть кому управлять.

— Забыл, что я владею неразменной лодкой? — усмехнулся Тарп. — В любой момент могу вызвать спасательное средство, так что за меня не беспокойся. Но за заботу благодарю. Нет, я остаюсь. Со мной шансов уцелеть у кораблика будет больше, а воины помогут — в таких-то ветрах понадобится много сил. Кроме того, Храм Горэла разумнее проверять отрядом, а не в одиночку. Мало ли что там творится.

— Понимаю. Доступ в осколок я раздал всем на борту, — я снова кивнул. — Если будут проблемы — прыгайте к нам.

Что ж, следующий кандидат на добивание — остров Череп Властелина, как и планировалось изначально до катастрофы с Фортом. Теперь торопиться точно не стану, пока не подготовлюсь как следует. Но меня не оставляло ощущение какого-то творящегося с моим участием безумия: чтобы вызвать из Бездны новый остров третьего ранга, я должен уничтожать острова такого же третьего ранга, которых и так мало, причём их же уничтожают и пожиратели! Словно между нами какое-то нездоровое соревнование — кто успеет быстрее.

Я переглянулся с Юлианной и Зелеаксом, и мы перенеслись в осколок.

Глава 12 Бремя лидера

Использовать фиал жертвенного размена душ: да/нет?

Озарившись ярким солнечным сиянием, вращающийся вокруг оси кристалл завис в воздухе над центром площадки для возрождения. Каждый из шести доноров уже замер возле своего места, у начала желоба, проплавленного в красном граните при первой процедуре. Удивительно, насколько давним кажется это событие, хотя на самом деле времени прошло не так уж много. Но столько всего случилось после, что…

Шагнув прочь из круга доноров, я внимательно прошёлся взглядом по строчкам системного выбора. Лучше лишний раз убедиться, что обойдётся без досадных накладок, чем потом кусать локти.

Выбраны пары: Питак (50) — Ранилак (44), Аравакс (50) — Джарук (36), Бузотёр (50) — Тангар (44), Магвай (50) — Команч (50), Элланинум (50) — Михонариум (50), Модор (50) — Шабл (50). Соответствие доноров и реципиентов подтверждено. Внимание! Процесс жертвенного размена душ разрушителен для доноров и необратим после активации! Активировать процесс: да/нет?

Фурия нетерпеливо фыркнула, шагнув ближе и ткнувшись здоровенной лобастой головой мне в левое плечо. Не понимала, какого чёрта я здесь делаю, на что трачу драгоценное время. Пришлось успокаивающе положить ладонь на жёсткий загривок — дикоше лишь бы бегать и рвать врагов, всё остальное в её зверином разуме вызывает скуку и нетерпение. После возрождения питомицы не прошло и двух часов, неудивительно, что Фурия была немного нервной — чую, только хорошая драка поможет ей вернуть бодрость духа. Я-то не против, но всему своё время. Тем более, драка и так вот-вот случится.

Невольно усмехнулся, вновь подумав о том, как удачно всё вышло. На ловца и зверь бежит. В том смысле, что вроде бы проблемы разрастаются снежным комом — чем дальше, тем «веселее», не знаешь, за что хвататься в первую очередь, и в то же время судьба нередко подкидывает спасительные поблажки. Судьба… или Система? Не суть важно. Пока длилась медитация в Цитадели возле Колыбели, в ходе которой я наконец усвоил все статы полностью, события не стояли на месте, многое произошло.

Благодаря допуску к Цитадели у Тарпа Старого была возможность отправлять через маяк личные сообщения на осколок в любой момент, но связался он со мной только спустя двадцать с лишним часов молчания. Причём по важному делу: передал весточку, что нашлись подходящие доноры для возрождения соклановцев. Оказалось, что для нашего клана лично постарался Майло Великолепный. Набрал добровольцев-доноров как из лояльных игроков, так и из бывших пиратов, а затем связался с Тарпом на Горбатом Великане, где тот собирал нужных мне бойцов для рейда на Древо Смерти.

Ох, не зря я с ним возился на Острове Мертвецов. Не зря выделил дефицитные места в расходнике жертвенного возрождения для него и его подруги, сдержав данное слово, хотя многие сомневались, стоит ли на таких тратиться. Но предусмотрительность и разумный подход рано или поздно окупаются.

За эту услугу Майло с Убивашкой захотели войти в состав «Охотников за удачей», причём его с подругой пришлось принять без жертвенного взноса. Угу, Убивашка — та самая несносная особа, которая при встрече в большинстве случаев предпочитала сперва тыкать кинжалом во всякие жизненно уязвимые места, а потом спрашивать у трупа игрока, какого чёрта он припёрся и почему так мало ценного с собой принёс, собака жадная. Шутка юмора, недалёкая от истины. Даже интересно, кто кому остался должен: доноры — Майло, за то, что сосватал их в мой клан, или Майло — донорам, за то, что пошли у него на поводу?

Дополнительно Майло заверил, что при необходимости в любой момент подгонит мне столько добровольцев, сколько понадобится. Само собой, Майло с Убивашкой и не думали делать вид, что стали относиться ко мне лучше. Но так даже честнее. Я не обольщался на их счёт, они — на мой. Учитывая, что сейвов у обоих кандидатов лишних нет, а услуга — стоящая, требования были вполне приемлемые. Одной заботой о донорах меньше.

Причинить вред осколку они не посмеют: слишком серьёзные события происходят в локации, тут уж не до выпендрёжа, игроки просто-напросто хотели выжить. По словам старожилов выходило, что этот Сезон Ветров — намного хуже. Смертоноснее. Проблемнее. А пожиратели так и вовсе взбесились, атакуя все острова подряд, не считаясь со своими потерями. На фоне такого безумия мой осколок — это реальный островок спокойствия по сравнению с островами Архипелага, где беснуется Буря и где игроки исчезают бесследно, пожираемые как Бездной, так и слугами Древа Смерти.

На фоне вышеперечисленного пустотники в осколке реальности — курортное развлечение. Да и угроза эта, имеющая системный характер, скорее служит для развития осколка и населяющих его игроков, чем представляет реальную опасность. Никто из моих подопечных ни разу не погиб от лап пустотников, а вот на островах Архипелага или в Бездне это случалось с обескураживающе печальной регулярностью даже тогда, когда длился «безопасный» сезон между Бурями.

Впрочем, набедокурить у Майло и Убивашки не выйдет при всём желании: в статусе «новобранца» они практически бесправны, тем более, что за ними будет неусыпно следить сама Цитадель. На тридцатом уровне Стражи многократно усилились, причём после апгрейда «Зала стражи» их число выросло вдвое, так что теперь одновременно хватало и на ускоренно проводимую модернизацию Цитадели, и на поддержание порядка на расширяющейся территории. А за любое враждебное и подозрительное действие мои шарообразные «ребятишки» своими энергетическими протуберанцами могут так приложить новобранца, что от него мокрое место останется.

Доноров, конечно, найти проще всего среди людей: нас, человеков (как любят говорить местные), здесь хватало. Но Майло расстарался на полную: доставил незнакомых мне минотавра, эльфа и даже… ракшаса! Идеальное соответствие. Я искренне думал, что Джарук здесь, на Архипелаге, такой единственный, а оказалось, что кого тут только нет. Все доноры — пятидесятники. С каждым я предварительно пообщался, прежде чем утвердить выбор. Серьёзные ребята. Клялись делать всё, что понадобится для общего выживания.

Когда припрёт ситуация, мозги дивно прочищаются даже у самых закоренелых преступников и индивидуалистов. Впрочем, больших преступлений ни за кем из них не числилось, а те, что имелись, уже были амнистированы Хоркой ещё перед Рейдом на Остров Мертвецов. Властная рука Видящего чувствовалась до сих пор, мне чертовски не хватало его мудрых советов и деятельного ума. И авторитарного прикрытия, которое он мне надёжно обеспечивал.

Но сейчас маски сброшены, скрывать что-либо уже бессмысленно, так что Тарп просто делал своё дело: занимался организацией защиты самых крупных населённых островов, эвакуацией тех, кто не успел, с островов помельче, а заодно проводил перегруппировку остатков боевых отрядов, формируя из них полноценные рейды-двадцатки.

Самыми ценными были воины-пятидесятки, но множественные сражения приносили массу потерь, а любой пятидесятник имел за плечами несколько смертей в ходе своего становления. Поэтому срок их возрождения варьировался обычно от двух суток и больше. Суры попроще возвращались быстрее, если, конечно, сама Бездна не спалила им все оставшиеся сейвы, но и толку от таких было меньше. А количество задач не уменьшалось.

Мне этот расклад никогда не нравился — возвращать одних, теряя других. К тому же тех, кого отправлю в Репликатор, тоже придётся ждать, да и использование гхэллов в качестве доноров для возрождения людей — идея не слишком привлекательная. Да, налёт характера донора рано или поздно сойдёт на нет, но на неделю-другую клан получает игроков, боеспособность которых будет под вопросом. Нянчиться с ними некому, психотерапевта нам не завезли, а ситуация в любой момент может потребовать полной отдачи.

И всё же появление наиболее подходящих добровольцев-жертв вынудило изменить решение приберечь последние жертвенные расходники для действительно серьёзного момента, когда без срочного возрождения каких-либо ключевых фигур не обойтись.

Марана… Здесь возникла психологическая проблема. Почему-то казалось, что именно с ней стоит попробовать новый способ — «Астральную рокировку», что умение дано Дживой не просто так. Поэтому демонесса и не попала в текущий список расходника, а потом кандидатуры были утверждены публично и менять решение было поздновато. Сейчас я об этом уже начинал жалеть. Если возникнут новые проблемы и станет вдруг не до жертвенных возрождений, то Маре понадобится шестьсот часов ожидания до возвращения естественным ходом, а для меня в текущих условиях это всё равно что смерть.

Без Мары я чувствовал себя так, словно от меня отрезали половину. С каждым часом я всё сильнее готов был вернуть суккубу, невзирая ни на что. А ведь от меня, как от Ключника, сейчас многое зависит, в том числе и от моего душевного спокойствия. Марана же как раз это душевное спокойствие и обеспечивала. Так что эмоции эмоциями, но рациональность этого желания тоже нельзя сбрасывать со счетов.

Донор для Мараны тоже уже нашёлся. Можно, конечно, поискать игрока-девушку среди пиратов, даже не сомневаюсь, что Майло легко доставит на выбор десяток девчонок, если понадобится. Разве что вторую суккубу ему здесь точно не найти. Спрашивал. Но смысл искать, раз «доброволец» уже есть, и вполне подходящий? Правда, Юлианна об этом пока не знала, но вскоре ей придётся принять решение.

— Давай уже, Зуб, — нетерпеливо проворчал Питак, явно маясь от ожидания предстоящей смерти. — Не тяни.

Он прав. Я встряхнул головой, прогоняя навязчивые мысли. Сейчас — главное, всё второстепенное — потом.

— Так, если никто не передумал…

— Всё решено, — с мрачноватым спокойствием подтвердил ракшас Аравакс. — Клятвы даны. Никто не отступит.

— Да-да, ехай уже, не тормози, — Магвай убрал от губ фляжку, повесил её на пояс и криво ухмыльнулся.

В мясорубке Форта я про этого типа забыл, полагая, что он погиб. Угу, как же. Теперь очевидно, что вечно бухающий проныра с невероятной способностью к выживанию сумел под невидимостью избежать боя и просочиться на один из спасающихся от пожирателей кораблей — возможно, даже на тот самый, на котором спасся я сам. Тем страннее, что сейчас, после всех ухищрений и попыток избежать смерти, он принял решение добровольно пойти на жертвоприношение, откликнувшись на запрос Майло. На вопрос «нахрена ему это нужно?» я услышал лишь, что ему «любопытно» и он «задом чует, что так правильно». Вполне возможно, что его чуйка, которой он так безоговорочно доверяет, не подводит и в этот раз: Колыбель осколка действительно самое надёжное место для сохранения его изворотливой души.

Остальные трое — Бузотёр (человек), Элланинум (эльф) и Модор (минотавр) — просто кивнули.

Понятное дело, что все нервничали, хоть и в разной степени, но авторитет такого мудреца как Тарп Старый, заверившего, что всё будет честь по чести, без обмана и развода, сыграл не последнюю роль, когда они решали, стоит их сейв приёма в клан или нет.

Зубоскал: «Клан, полная готовность! Вторжение может быть сильнее обычного!»

Искра: «Да десять раз уже говорил! Не будь занудой!»

Зелеакс: «Хватит переживать, босс. Мы тоже не мальчики для битья».

Невольно усмехнулся. Да, не мальчики, а воины. Все парни — Люкас, Зелеакс, Пятнышко, да и девушки — Чупа, Искра, Юлианна теперь — пятидесятки.

Как это вышло?

Неожиданно. Раз игра пошла ва-банк, то Тарп Старый не стал скаредничать: часть мешков с расходниками, которые мои сокланы таскали в Портал из запасов Форта, пока шла эвакуация, как выяснилось, оказались заполнены сотнями кристаллов… опыта. Каждый — с миллионами единиц. Тарп сразу мне этого не сказал, а парни думали, что так и надо, поэтому тоже делиться инфой не спешили. О супер-подарке от древнего гхэлла «Охотникам» довелось узнать уже здесь, в Цитадели.

Лишь коби-ремесленники остались сорокового. Боевые специализации ожидаемых воскрешенцев сейчас предпочтительнее ремесленных, запасы кристаллов ведь не безграничны. Но рано или поздно наших носатых «малышей» придётся привлечь к воинской службе.

Работники они незаменимые, спору нет, но всякое бывает, поэтому хотя бы себя должны научиться защищать, а то чуть что — прячутся по углам. Очень полезные, готовые работать круглосуточно по собственной инициативе, но крайне робкие существа. Но с их боевым опытом будем разбираться потом, когда станет поспокойнее, а пока на них висит не менее важная задачка — ремонт снаряжения для всего клана, и такой работы хватает по самый край.

В общем, до ритуала жертвоприношения я все эти двадцать часов «передышки» медитировал в большой компании всего здравствующего состава клана. Попутно все усваивали статы и поднимали ранги как старых умений, так и полученных на капе. Причём мне пришлось просидеть возле Колыбели дольше всех: вдолбить в физическое тело такую прорву статов — весьма непростая задачка, никто из моих и близко не подошёл к аналогичным результатам.

Каждые четыре часа я на десять минут прерывался на «Ловушку умений» и присоединялся к общим тренировкам за крепостной стеной, где вознесённый народ отрабатывал новые навыки и умения. Благодатная тема: срабатывая на такое количество буйствующих вокруг чужих приёмов, «Ловушка» заполняла расходники один за другим. Парни и девчата веселились с магией так, что сотня квадратных метров почвы спеклась стеклянной коркой. Никто не отлынивал, так как все прекрасно понимали, что времени в реальном бою выяснить новые возможности может не оказаться.

Из приятного для себя лично: поймал в «Ловушку» собственный «Абсолют» из перстня, для чего пришлось изрядно постараться, полностью перезаряжая его на ремесленном алтаре трижды и спуская все заряды в ноль, прежде чем это произошло. Догадавшись активировать перстень с «Иллюзией совершенства» не до запуска «Ловушки», а после, всё-таки поймал и это умение, всего с четвёртого раза. Из стоящих не поймал пока только «Мглу Бездны», нужен живой противник, вхолостую, по манекенам, это не работало. Такое ощущение, что умение «сопротивлялось», будто Система не желала меня усиливать сверх некой меры.

Пока не знаю, как именно «Абсолют» и «Иллюзия» изменятся после изучения, руки не дошли, но уверен — оно того стоит. Просто не надо торопиться, шанс изучения с каждой попыткой всё слабее, да и очков умений вечно не хватает. Для полного счастья оставалось захватить «Привязку»: всё-таки суточный откат после каждой привязки одной-единственной вещи чересчур велик, нужно попытаться снизить. С «Концентрацией» ведь не разорваться, да и работает это умение далеко не на всём подряд, на «Привязке» как раз вышла осечка.

Продолжая думать о своём, в который раз повёл плечами и переступил с ноги на ногу. Всё ещё привыкал к новым доспехам. Всё-таки Хорка Умный — тот ещё «жук», несмотря на все мои симпатии к нему. Придерживал в Форте целый сет, наверняка собираясь выдавать по вещичке за раз в качестве награды. После трагедии с Фортом Тарп Старый обломал его планы, без лишних расшаркиваний выдав комплект «Бремя лидера» мне весь и сразу.

В локации таких доспехов не изготовляют, давняя контрабанда из Столицы, дождавшаяся своего часа. Материал — сплав магического серебра с левиметом. По заверению Тарпа, изделия столичных кузнецов легче и прочнее любой стали. Выглядит солидно — я будто облачился в матовый зачарованный лёд. Каждая вещь — масштабируемая, но новых встроенных умений не оказалось. Одно из двух: или пояс с его «Экспроприатором» был ключевым предметом сета, или остальные вещи раскроются позже, как раскрылся Пламень на пятидесятом. Нужно просто попользоваться как следует.

Но уже сейчас собранный сет из семи вещей активировал весьма неплохую скрытую плюшку: «При попадании по противнику (оружие или магия) на владельца сета накладывается аура 'Сила лидера», действующая 6 сек и повышающая физический и магический урон на 6%. Если эффект в течение 15 секунд суммируется 5 раз, то превращается в «Гнев лидера»: аура силы распространяется на ближайших союзников, повышая всем критический урон на 50%. Эффект длится 15 секунд, но с каждым поверженным врагом длительность эффекта продлевается на 6 сек.

То есть в условиях массового сражения и при непрерывных убийствах врагов усиление может действовать бесконечно. Или пока не окончится бой. Чит.

К тому же каждая часть сета неплохо прибавила «внешних» статов, из-за чего телу пришлось привыкать пять с лишним часов дополнительно: панцирь (сила/выносливость: 50/50), наплечники (сила/ловкость: 50/50), шлем (разум/мудрость: 50/50), наручи (сила/ловкость: 50/50), пояс (сила/ловкость: 50/50), поножи (выносливость/сила: 50/50) и сапоги (выносливость/ловкость: 50/50).

В сумме во мне сейчас почти пять тысяч статов. Любой из моих соклановцев после всех апгрейдов имеет около двух с половиной, редко доходит до трёх тысяч. Но даже при этом мало кто уступает отборным «когтям» Хорки Умного. Что ж, раз по составу в клане нехватка количества, так хотя бы возьмём качеством… Я, кстати, не мог не заметить, что классы пришлых игроков на капе намного эффективнее местных, архипелаговских…

Юлианна: «Зубоскал⁈ Ты точно не заснул?»

Алан вас забодай! Я раздражённо встряхнул головой, забитой насущными заботами под самую маковку.

Ну, поехали так поехали.

Два вызванных заранее Стража, гудя гигантскими рассерженными шмелями, подплыли ко мне и замерли рядом. Охранники стали толстыми и важными — источающие слабое свечение шары чуть больше метра в диаметре, а их производительность значительно выросла вместе с боевыми качествами. Они присмотрят за кругом воскрешения, пока соклановцы будут заняты маленькой дежурной войнушкой.

Кристалл жертвенного расходника озарился ярче, потёк светящимся туманом к донорам, обволакивая и искажая их тела. На этот раз реакция на событие наступила куда быстрее, чем в прошлый раз. Характерный звук — словно лопалось множество мыльных пузырей — разнёсся под сводом астрального барьера, а в самой оболочке расцвели радужные всполохи.

Доступно повторяющееся клановое задание «Наступление Хаоса». Задача: защитить астральный барьер Цитадели Крика от вторжения сил Хаоса. Награда за каждую сотню уничтоженных пустотников лично или в составе группы: 20% сейва, 20% опыта от текущего уровня, 2 астральных очка умений…

Удовлетворённо отметив, что награда за задание удвоилась, я неспешным шагом двинулся прочь от жертвенного круга. Одобрительно заворчав в унисон моему настроению, Фурия затрусила следом, царапая гранит заранее выпущенными когтями. Выделывалась на публику, засранка. Но и впрямь пора потренировать на врагах то, что питомица получила на пятидесятом — «Вихревое отражение»: приземляясь после мощного прыжка, дикоша создаёт ударную волну, сбивающую с ног и оглушающую всех врагов поблизости. Более того, пока действует аура умения, весомая часть получаемого урона отражается обратно во врагов. Самому интересно глянуть, что это умение выдаст на третьем ранге — чувствую, что описание не даёт полной картинки, нужна практика.

Расходник с «Мглой Бездны» остался в рукояти Пламеня, менять ничего не стал, хотелось глянуть, как справятся с задачей заряженные в Источники башен «Ядовитое дыхание» и «Каменный хлыст».

Взбежав по узким ступенькам на метровой ширины гранитную дорожку, пролегающую вдоль зубцов поверху крепостной стены, я двинулся дальше, попутно огибая одного за другим Стражей, замерших через равные интервалы друг от друга в ожидании вторжения. Теперь, когда после улучшения Зала Стражи их стало восемнадцать вместо прежних девяти, уже не казалось, что для защиты увеличившейся территории нас здесь маловато. Правда, половина Стражей пока новички, но это дело поправимое. Лишь бы уцелели. Уцелеют — будет опыт и рост.

Легко вскочив на верх стены за моей спиной, Фурия двинулась следом, небрежно отодвигая в сторону попадавшихся на пути Стражей своей массивной тушей. По-моему, они сами очень даже уважительно торопились убраться с её дороги. Уже не «девочка», но «дама»: с клыками, крыльями и хвостом. На ширине метровой дорожки ей было тесновато, того и гляди снесёт крутым боком зубцы, но лапы ступали мягко, разве что звонко клацая по граниту впечатляющими когтями. Не будь дикоша моей, я бы и сам поостерёгся вызывать гнев такого мощного создания. Кроха была бы сейчас от своей подруги в полном восторге…

Заглушив саднящую в душе занозу, невольно ускорил шаг.

Против обыкновения, пустотники не торопились прорываться сквозь барьер. Словно чуяли, что на этот раз их ждёт особенно горячий приём. Накапливали силы? Над нижней границей барьера в оболочке множились вспышки, быстро сливаясь в огромные бесформенные пятна. А в куполе над головой пятен почти не было. Ну ещё бы, прорываться сверху — значит угодить под силу действия гравитации осколка, а если крыльев нет, то падение с высоты в двести метров однозначно здоровья не прибавит. Атаковать Цитадель стало сложнее, но и силы атакующих теперь, когда мы все пятидесятники, обязательно возрастут.

Но ни малейших сомнений в том, что справимся, нет.

Бегло глянул в сторону башен, проверяя соклановцев.

Чупа с Искрой и Юлианна с Зелеаксом расположились парами на башнях с Источниками. Там отличный обзор и подходящая дистанция для стрел и магии, заодно за самими Источниками присмотрят. Магомёты будут готовы не скоро, только после общего апгрейда Цитадели. Бойцами ближнего боя условно остались только я, Люкас, в данный момент карауливший крепостную стену с противоположной стороны, и Пятнышко. Юный дрессировщик в ожидании своего звёздного часа нетерпеливо вышагивал туда-обратно по мосту между башнями, готовый рвануть в ту сторону, где будет нужнее. Если уж мне было крайне интересно проверить, что смогу выдать на этот раз, то парнишка-гхэлл просто изнывал от нетерпения.

Он здорово подрос, возмужал внешне и больше не напоминал щенка — скорее молодой, физически крепкий и поджарый самец в полном расцвете сил. Пятидесятый уровень в корне меняет расклад. Пришлось мохнатого парня переодеть и вооружить получше: «детское» его больше не устраивало. Благо, что всё необходимое нашлось в нашем Арсенале — после экспроприации запасов из Форта там свободного места не осталось. Топоры, мечи, копья, кожаные и стальные доспехи — наконец-то можно не экономить.

Почти так же стремительно повзрослевший, но чуток позже брата, возле Колыбели в данный момент медитировал Шустрик — первый из сокланов, вернувшихся самостоятельно. Залиться выделенным опытом до пятидесятого он успел, но не хватило времени закрепить статы. Поэтому следовал моему строгому распоряжению на внешние раздражители не отвлекаться и заниматься исключительно собой. Понимаю, какое это испытание выдержки для юной и непоседливой души: он рвался присоединиться к брату, изнывая от досады, что столько всего интересного пропустит. Но лучше пусть медитирует, а драки будут, никуда от них не деться.

Прервав движение, я недовольно уставился в сторону границы астральной оболочки. Ну же! Вылазьте уже, гости незваные, хватит медлить! Очки умений лишними не бывают, грех отказываться от услуг Хаоса с доставкой на дом!

Словно отзываясь на мысленный призыв, оглушающий множественный треск заполнил всё пространство под куполом барьера. Крупные уродливые создания Хаоса, оказавшись на нашей территории одновременно по всей окружности барьера, мощной волной понеслись в сторону Цитадели быстро сжимающимся кольцом. Их тела сразу окутались зеленоватой дымкой «Ядовитого дыхания», частыми гейзерами вырвавшейся из почвы — полный злобы мучительный вой вырвался из сотен глоток пустотников.

Естественно, это их не остановило, лишь ослабило. Но почти двести метров дистанции — более чем достаточное расстояние, чтобы подготовиться. Быстрый взгляд вверх позволил убедиться, что там ничего не изменилось — редкая россыпь разбросанных далеко друг от друга пятен. Несущественная угроза.

Я прекрасно помнил самых первых пустотников, с которыми пришлось столкнуться в самом начале моего знакомства с Цитадели, после первого возрождения в местной Колыбели. Эффект неожиданности и отсутствие знаний об умениях противника едва меня не прикончили, хотя враги были равны мне по уровню.

Но это тогда. По ощущению — чуть ли не в прошлой жизни.

Сотни крупных полупрозрачно-лохматых тварей, что неслись на нас сейчас, тоже в уровне не уступали. Хотя их возможности давно изучены, но раз теперь это тоже пятидесятки, то сейчас, вероятно, мы узнаем о них нечто новенькое. Надеюсь, у пустотников не появился подвид вроде жуков-утилизаторов у пожирателей, это было бы неприятно.

Хотя нет. Я не против новых противников, нового опыта и, возможно, пойманных ловушкой новых умений. Ведь здесь, на осколке, в отличие от территории Форта, под мощными защитными и усиливающими аурами самой Цитадели, под присмотром целых двух божеств — я и сам почти божество. Вдобавок, функция центра управления «Всевидящее око» позволяла не только знать, что творится на островах в трёхкилометровой зоне вокруг каждого астрального маяка, но и в самой Цитадели Око тоже давало немало. С его помощью я мог в любой момент увидеть каждый квадратный метр осколка, словно подключаясь к летящей видеокамере. Поэтому я контролировал всех соклановцев, несмотря на то, что стоял неподвижно и, как могло показаться со стороны, смотрел в одну сторону.

Обладая дальней дистанцией поражения, наши маги и стрелки первыми начали веселье. Распределив секторы ответственности, чтобы не мешать друг другу, они сразу зашли с козырей — выпавших им на пятидесятом умений.

Первый сектор. В толпу пустотников ударил огромный огненный шар Искры, разметав сразу пачку тварей, но на этом действие умения не закончилось — вздыбившееся пламя взрыва за пару секунд сформировалось в ревущий вихрь «Адской воронки». Быстро расширяясь, кольцо покатилось по толпе врагов, пожирая их заживо десятками.

Второй сектор. На небе вспыхнул широкий сияющий круг, упал проекцией на землю, затем на помеченных врагов хлынул энергетический поток «Ливня стрел» Юлианны, пробивая тела неудачников насквозь. Тех, кого смерть не настигла мгновенно, стрелы пригвождали к каменистой почве, превращая раны в зияющие дыры и заставляя корчиться недобитков в муках.

Третий сектор. Слетев «Рывком» с крепостной стены, Люкас ворвался в гущу врагов и закрутился «Вихрем стали». И без того громадный двуручный топор в его руках словно вырос вдвое, удлинившись полупрозрачным лезвием силовой проекции. Фигура воина-берсерка размылась от скорости, а «Вихрь стали» двинулся вперёд, превратившись в сияющий круг не меньше пяти метров радиусом. Фонтанами брызнула маслянистая жидкость вместо крови, с хрустом взлетели в воздух десятки отрубленных конечностей, повалились во все стороны, словно колосья под серпом жнеца, разрубленные тела.

Четвёртый сектор. Праща Чупы выдала что-то невообразимое для столь примитивного оружия: по рядам несущихся тварей словно ударил миномётный обстрел «Метеоритной картечи». Один-единственный выпущенный снаряд прямо в полёте размножился на силовые копии, наверняка потребовав чёртову прорву энергии на этот приём. Площадь, где их накрыло, сразу завалило разорванными телами.

Пятый сектор. Зелеакс тоже не остался в стороне: рухнув, словно огненная плита, перед накатывающей волной возникла пентаграмма призыва. В яркой вспышке пламени возник адский прислужник, смахивающий на заурядного чёрта ростом с обычного человека: витые рога, длинный гибкий хвост, голая красно-чёрная кожа, горящие злым жёлтым пламенем глаза без зрачков. Не успела у меня мелькнуть мысль, что именно такое создание сможет противопоставить целой ораве пустотников, как чёрт с шипением распахнул пасть, продемонстрировав ряды острых как иглы зубов, вскинул лапы с длиннющими когтями и рванул в гущу свалки, принявшись молотить вокруг себя как газонокосилка. Рядом с прислужником мгновенно образовалась свободная полоса пространства, а позади оставались лишь разорванные и расчленённые трупы.

Шестой сектор… Оттолкнувшись мощным прыжком от гранита стены, Фурия взмыла в воздух.

Здесь, в Цитадели, действующие на Архипелаге ограничения полёта над твердью островов не имели силы, так что дикоша резко набрала высоту и скорость, по пути скользящим движением когтистой лапы растерзав одного из пустотников, на свою дурную голову рискнувшего прорываться сверху. Силуэт дикоши размылся в стремительное пике.

Ударная волна в момент жёсткого приземления на все четыре лапы вышла на славу: поток наступающих просто разорвало надвое. Кувыркающиеся тела, суматошно мелькающие конечности и быстро растущий счётчик жертв. «Контузия» в пятиметровой зоне вокруг Фурии оказалась для врагов смертельной, а попытки дальних нанести удары магией отражались в них самих — несколько десятков пустотников взмыли над землей воздушными шариками, поражённые собственной «Звёздной пылью», снижающей все физические параметры на 5% каждую секунду и одновременно вешающей «Дезориентацию», «Безвоздушное пространство» и «Невесомость».

Прервав безучастное созерцание и оставив Стражей контролировать стены и внутреннюю территорию, я спрыгнул вниз и двинулся спокойным шагом к врагам.

Немало пустотников сумело прорваться сквозь ультимативные умения соклановцев, но далеко они не прошли. Враги оказались в зоне действия «Каменного хлыста», заряжённого в Источник-2. Наконец я увидел, как выглядит «подарок» от Смотрителя, поверженного на Острове Мертвецов. Рядом с крепостными стенами, примерно в десятке метров друг от друга, из почвы вырвались извивающиеся жгуты голубых молний. Выхватывая из толщи земли мгновенно окаменевшие куски, нанизывая их словно дольки мяса на шампур, молнии взметнулись высоко в воздух, а затем обрушились вниз, хлёстко ударив по наступающим порядкам.

Справа и слева от меня мгновенно образовалось свободное от врагов пространство, заставив хмыкнуть. Неплохо. Ну да, тут скорее получается не «Каменный хлыст», а «Земляной», но работало весьма эффективно. Надо бы дать задачу Стражам под стены натащить камней, что ли.

Продолжая усмехаться, я врубил «Теневое преимущество» и рванул в драку.

Глава 13 Рокировка душ

Тарп Старый: «Жду возле Храма Горэла».

Сообщение пришло под самый конец боя. К этому моменту уже стало ясно, что соклановцы со Стражами под усилениями Цитадели прекрасно справляются с пустотниками самостоятельно. Моя аура для группы от доспешного сета оказалась даже избыточной, так что я с лёгким сердцем решил отправиться на остров, где меня ждал древний гхэлл. По пустякам беспокоить не станет: надо — значит, надо.

Вопрос лишь в том, кого брать с собой. И брать ли вообще.

Групповой жертвенный расходник остался в загашнике в единственном числе, так что больше никакого неоправданного риска. С Фурией чуть проще — благодаря особенностям свеженького Питомника возрождение зверей в Цитадели длится ровно двенадцать часов независимо от количества их прошлых смертей. Прямо досадно, что такой суперской привилегии нет у игроков в Колыбели. Но не обошлось и без ложки дёгтя: если в бывшем развитом Питомнике Форта можно было возрождать зверюг пачками до шести особей за раз, лишь бы ресурса хватало, то наш нулевой Питомник пока мог возвращать кандидатов строго последовательно, по одному. А прокачивался Питомник исключительно возрождениями.

То есть проблема эта со временем решаемая, но сейчас, если Фурия опять погибнет, а на возрождении уже будет чей-то пет, то придётся ждать… Одно из двух: или запретить возрождение чужих питомцев на случай гибели своего, что неизбежно замедлит развитие Питомника, или пока оставить Фурию в Цитадели, зарезервировав дикошу для важных, но не смертельно опасных операций… И последнее мне виделось более разумным вариантом.

В ответ тут же прилетел недовольный мысленный рык. Уже бежавшая в мою сторону дикоша затормозила, вздыбив крылья и сердито сверкая глазами. Прости, подруга, но… Схватка под усилением кучи местных аур в Цитадели — не показатель, ты пока не окрепла толком, всего ничего времени прошло с момента возрождения. Жди.

Категорический приказ ничуть не охладил пылкую натуру дикоши, но сменил вектор её ярости. Проще говоря, она вновь кинулась в затихающую драку, чтобы успеть урвать для себя боя по полной.

Мимоходом пнув дёргающегося в агонии пустотника, разваленного Пламенем от плеча до костлявой задницы простым физическим ударом, я брезгливо обогнул натёкшую вокруг его уродливого тела лужу и решительным шагом двинулся к крепостной стене. Ворота Цитадели во время сражения так и остались закрыты, но вряд ли с моими текущими физическими возможностями это можно назвать препятствием.

Простым прыжком, безо всякой магии, я перемахнул с земли на верхнюю площадку трёхметровой крепостной стены и тут же поймал взглядом искомую фигуру — Искру. Пироманка как раз по пояс маячила между зубцов ограждения башни Источника-2, выбрав её как отличную площадку для обзора. И обстрела.

Пусть расстояние между нами всего два десятка метров, но перекрикиваться мне было неинтересно, так что, как всегда, выручил клан-чат:

Зубоскал: 'Искра, остаёшься за главную. Нужно наведаться к Храму Горэла, порешать дела с Тарпом. Не знаю, насколько задержусь. Соберите трофеи, наведите порядок. Присмотрите за возрождёнными. Тренируйтесь. И настоятельно советую наружу без моего приказа не выбираться. Обстановка на островах не располагает к самодеятельности. Я не палочка-выручалочка, чтобы таскать вас из Списка Мёртвых бесконечно по щелчку пальцев. Всё ясно?

А вот девушке с непростым характером явно захотелось поговорить без чата. Она тут же нашла меня взглядом сверху и наполовину свесилась через зубцы, того и гляди навернется от такой бесшабашности.

— Ясно-понятно, — звучным голосом отозвалась пиромантка, поправляя растрёпанные волосы. — Но половина возрождённых не из клана. Они меня слушать не станут.

А вот фигушки. Не хочу напрягать голосовые связки.

Зубоскал: «Уверен, ты найдёшь к ним подход. В конце концов они мне должны, так что пусть пока не рыпаются и ждут моего возвращения. Сделаю им предложение, от которого не смогут отказаться».

— Пополняем клан? Это хорошо, одобряю, — Искра на мгновение замолчала, а потом хитро прищурилась. — А почему именно я? У тебя что, пунктик на девушек — замами назначать? Или ты меня за красивые глаза выбрал? Знаю, знаю, у меня красивые. Но страстно утешать по ночам в твоей Башне не напрашивалась, даже не рассчитывай. Разве что невинный эротический стриптиз… Нет, не хочу, чтобы Марана, когда вернётся, мне руки-ноги повыдергивала и местами поменяла. Знаешь ли, неудобно будет в таком виде пользоваться…

Зубоскал: «Поговори мне ещё. Выполняй».

— Будет сделано, босс! — Искра шутливо отдала честь, и в её ладони на миг вспыхнул огонёк.

Я спрыгнул со стены и направился в нужную сторону.

Непритязательный юмор Искры вызвал невольную улыбку. Вот же язва. Внешность у пиромантки действительно весьма интересная: большие выразительные глаза с лазурной радужкой с лихвой компенсируют грубоватые черты лица, да и губы весьма аппетитные…

Так, думай о Маране. Дело, конечно, не в том, что Искра — девушка. Просто она всё больше видится мне подходящим кандидатом в замы-коменданты. Более подходящим, чем Алия. Достаточно жёсткая и ответственная для такой должности. И никаких скрытых комплексов вроде боязни посещения островов — по крайней мере, мне о таких неизвестно.

Хватит уже заниматься благотворительностью, на ответственные должности нужно ставить тех, кто им соответствует по чертам характера и организационным способностям, а не волею случая и не по личным симпатиям. Если сначала просто не было особого выбора ввиду крайне малочисленности состава, то теперь выбор есть.

Ладно, потом решу, как с этим быть.

На ходу придирчиво осмотрел себя — брызги маслянистой жидкости, заменявшей пустотникам кровь, на доспехи почти не попали. А то, что попало, уже исчезало: пятна словно испарялись. Отличный сет со встроенной функцией самоочистки и саморемонта. Пламень за спиной, фляга с зельем здоровья на поясе, кристаллы в подсумках так и не тронуты. Обошёлся без «Душелова». Несмотря на полученные запасы из бывшего Форта, решил не тратить кристаллы без лишней необходимости, оттачивая в первую очередь именно воинские навыки. Нужно пользоваться силой, раз есть такая возможность, а магией всегда успею.

Заглядывать на свой личный этаж не видел необходимости, я и так в полной боевой готовности, ничего менять или пополнять не нужно. Надо узнать, что Тарпу понадобилось. Старик сейчас находился на границе наблюдаемой «Всевидящим Оком» зоны астрального маяка, в полутора километрах от Святилища Тайного Пути, куда придётся перенестись, чтобы попасть к Храму Горэла. Если не захотел сообщать по чату или переноситься сюда лично, то на это должны быть причины. Возможно, что-то понадобилось показать там, на острове? Но почему именно Храм Горэла? У меня с этим местным божком не самые радужные отношения, если что.

Не задерживаясь, быстрым шагом прошёл мимо жертвенного круга, где вращавшиеся вокруг оси шесть огромных светящихся шестигранников, скрывших в толще тела доноров, готовы были вот-вот раскрыться и выпустить в жёлобы возрождённых. В прошлый раз драться пришлось прямо здесь, во дворе — пустотники рвались к жертвенникам, а в этот раз у них не было шанса даже пробиться за стену. Сила осколка растёт быстрее, чем я рассчитывал. И это хорошо. Значит, в моих услугах «няньки» нет нужды.

Шустрик так и медитировал возле Колыбели в сидячем положении, пока шла схватка. Дисциплинированный парнишка, будет толк. Представляю, как ему не терпелось поучаствовать в общей движухе вместе с братом, но сдержался. Когда я спустился по лестнице в зал и двинулся к гранитному диску портала, юный гхэлл всё же встрепенулся, явно собираясь вскочить, но я жестом заставил его оставаться на месте.

— Молодец. Продолжай.

Радость. Признательность. Преданность. Волна эмпатии от щенка буквально обдала меня с головы до ног мягким тёплым облаком обожания, заставив невольно ускорить шаг, чтобы побыстрее сбежать отсюда. Никогда к такому не смогу привыкнуть.

Но стоило шагнуть на диск Колыбели, как в зал по лестнице стремительно сбежала Юлианна, перепрыгивая через каждые три ступеньки.

— Зубоскал, подожди! Есть разговор!

— Ты разве не за Тангаром должна сейчас присматривать? — я вопросительно вздёрнул бровь, слегка недовольный задержкой.

— Вот как раз об этом и хотела поговорить, — девушка закинула за спину лук, чтобы освободить руки. Она явно сорвалась впопыхах, узнав от Искры, что я двигаюсь к Колыбели, и раздосадованно покосилась на медитирующего гхэлла. — Но не здесь.

— Извини, сейчас нет времени на уединённые разговоры.

— Тогда я с тобой, а потом сразу обратно, хорошо? Я… насчёт моего долга… Нужно обсудить.

— А личный чат тебе для чего? — поинтересовался я, уже чувствуя, что просто так она не отвяжется.

— Не для чата этот разговор, — Юлианна упрямо тряхнула головой, — слишком личное.

И эта туда же. Всем захотелось пообщаться лично. Прямо вот срочно.

Чёрт, действительно не ко времени.

Я спрятал улыбку, не желая лишний раз задевать чувства лучницы. Поведение Юлианны дивно изменилось за последние сутки. Особенно после того случая на пристани Форта, где мы оказались в тесном замкнутом пространстве защитного пузыря Абсолюта, поневоле прижавшись друг к другу, словно любовники.

По-своему волнующий момент, не спорю, но не думал, что это на неё так подействует. Неужто приоритеты сменились и Тангар уже не на первом месте? Судя по умоляющему взгляду и красноречивому кивку на Шустрика как на ненужного свидетеля, разговор намечался деликатный, с глазу на глаз. Как бы не пришлось вправлять ей мозги на ровном месте, заморочки с чужими чувствами явно сейчас не к месту.

— Ладно. За мной.

Лёгкая вспышка перемещения, и нас окружил просторный затемнённый зал, озарённый лишь несколькими слабыми светильниками-кристаллами. Уже в следующее мгновение зрение подстроилось, чётче выделяя ближайшие ориентиры внутри Святилища Тайного Пути. Точно такое же строение, как в Форте, они здесь все типовые. Со всеми этими медитациями и усилениями я, похоже, потерял счёт времени, даже не подумав, что на Архипелаге может стоять ночь, ведь в осколке всегда день.

И кроме нас с лучницей — ни души вокруг. Ладно, я не против немного проветриться перед разговором с Тарпом. Засиделся в стенах Цитадели, а движение обычно помогает упорядочить мысли, чётче наметить предстоящие задачи. Полтора километра — пустяки. Правда, я не рассчитывал на хвост в виде Юлианны.

— Подожди! — Девушка нервным движением оглянулась вокруг. — Вроде никого нет. Подходящее место.

— Выкладывай. И давай без лишних слов, ближе к делу.

— Я узнавала о твоих возможностях… у Мараны, — она шагнула ближе, вопросительно заглядывая мне в глаза. — Ты ведь способен провести сольное воскрешение? Не хочу участвовать в массовом, не нравится мне этот способ.

— Это сложнее, чем с массовым, — вздохнул я. — К тому же донор при сольном отдаёт три сейва реципиенту. Это немало.

— Вот. Ты прав насчёт того, что говорил тогда. Было время подумать. Я подвела Тангара и сейчас готова это компенсировать… Пусть не ему, раз он уже возрождён, но… Маране ведь тоже нужны сейвы?

— Да, у неё с этим не густо, — я медленно кивнул, не сводя с девушки пристального взгляда. — Извини за любопытство, но что тебя так проняло? Почему именно сейчас?

— Потом духу не хватит, — призналась лучница, неловко усмехнувшись. — В тот момент на Острове Мертвецов, когда кому-то из нас с Тангаром нужно было принести себя в жертву, я словно оцепенела. Это… сложно. Дать себе умереть. Но теперь чувствую себя… не по себе мне. А потом в Форте ты ведь мог меня и не спасать. Но спас не задумываясь. Ох, сумбурно как всё… Не знаю, поймёшь ли ты меня.

— Почему же не понять. Бежишь от собственных угрызений совести?

О, как вспыхнула. Гнев и холодное высокомерие прорезались сквозь новый поведенческий шаблон вынужденного послушания, как сталь сквозь бумагу. А, нет. Тут же взяла себя в руки: похоже, и впрямь пытается стать новым человеком.

— Мне это очень даже знакомо, сам постоянно маюсь, — улыбнулся я, смягчая колкость предыдущей фразы. — Прости, но сейчас неподходящий момент решать эту задачку, сама должна понимать. Главное, я тебя услышал. Подумаю, что можно сделать. А сейчас тебе лучше вернуться в Цитадель.

— Нет! Именно сейчас! Потом…

— Духу не хватит, я уже понял. Ты ставишь меня в сложное положение. Процесс непростой, расходник остался в Цитадели. Нужно за ним вернуться, но у меня на это действительно нет времени. Да и где попало возрождение проводить не стоит.

Юлианна после таких слов заметно расстроилась. Лихорадочный блеск в глазах угас, плечи поникли. Вот только очередной Алии мне на голову не хватало. Но интересно получается: стоило в Цитадели мысленно назначить Юлианну донором для Мараны, как она сама подняла эту тему. Пусть и впрямь немного несвоевременно, но я бы чуть позже всё равно поставил ребром этот вопрос.

— Зубоскал? — от входа раздался насмешливый голос Мэйха Остроухого. — Долго ты там торчать будешь? Тарп ждёт.

Вот зараза мохнатая, аж вздрогнуть заставил. Наверняка специально ждал «подходящего» момента. Ситуация слегка прояснилась: вместо себя Тарп оставил «когтя», чтобы я точно не заблудился.

— Погоди. Пара минут роли не играют, — я отмахнулся, бегло глянув на коренастый силуэт гхэлла, маячившего на выходе в темноте, затем снова повернулся к погрустневшей Юлианне. — Ладно. Есть один… вариант. Досталось мне интересное умение, но случая не представлялось испытать. Это не жертва, вернее, не совсем жертва. Могу попробовать закачать в тебя сознание Мараны и посмотреть, что получится. Хочу понять, какой вообще от этого толк. По описанию эффект будет длиться девять часов, а потом, видимо, твоё сознание вернётся в тело.

— Девять часов? — взгляд девушки вновь вспыхнул надеждой. — И долг… будет прощён? Умирать не придётся?

— Прощён, — проворчал я. — И, возможно, сейвы останутся при тебе. Подчеркну — возможно. Умение не проверено. Правда, не уверен, что твоему Тангару понравится такая рокировка. Ведь на какое-то время ты станешь Мараной.

— Но это действительно гораздо лучше, чем я надеялась, — Юлианна вздохнула с явным облегчением. — А Тангару пусть сама Марана и объяснит… в моём облике. Даже интересно было бы на это глянуть… Извини, что-то меня не в ту сторону… А девять часов — не такой большой срок. Что нужно сделать?

— Думаю, тебе лучше сесть. А может, и лечь.

— А это ещё зачем? — с внезапным подозрением переспросила она. — Может, и одежду снять, чтобы уж точно ничто не мешало?

Вот что у неё в голове творится?

— Обойдёмся, — я насмешливо фыркнул. — О тебе беспокоюсь. Говорю же — умение не испытывал. Вдруг рухнешь как подкошенная?

— Не буду ложиться. И садиться. Здесь пол грязный. Подхватишь, если придётся. Силы в тебе немеряно, я же видела, как ты дрался. Пустотников было откровенно жалко. Словно матёрый зверь среди щенков.

Ну да, ну да. Спасибо за комплимент, но время идёт, и ситуация меня начала утомлять: не люблю, когда намеченные дела прерываются случайными помехами. А Юлианна сейчас и есть случайная помеха. С другой стороны — ну ждёт меня Тарп. Так ещё подождёт. Я ж не мальчик на побегушках, у меня есть свои дела, а умение и в самом деле может оказаться стоящим. Но выяснить это можно только его испытав.

А девочка явно боится встречи с Тангаром: похоже, совесть всё-таки у неё есть, и эта совесть ощутимо давит сейчас. Эгоистично с моей стороны воспользоваться её желанием «спрятаться», отдалить момент встречи и выяснения отношений? И что с того? Каждый из нас в любом случае получит своё. Я — новую информацию. Она — прощённый долг. Баш на баш, всё справедливо. А Тангар… парень терпеливый. Девять часов перетопчется, особенно если делом занять сразу после возрождения — подтянуть уровни и статы.

Ладно. Что нужно сделать? Да я и сам не знаю. Не планировал проводить эксперименты в такой спешке, на ходу.

«Физический контакт».

Мысль возникла спонтанно, но сразу показалась верной. Спасибо, Джива. Посмотрим, что же это за умение, что появилось при касании к руке твоей незаконченной статуи.

— Ты точно готова? — стащив латную перчатку, я шагнул ближе и поднёс ладонь к голове лучницы.

Она инстинктивно отшатнулась, но тут же взяла себя в руки и замерла, от волнения прикусив нижнюю губу. Вот же недотрога. Но вообще ни разу не умирать с момента первого появления в песочнице, путешествуя от уровня к уровню — это надо умудриться. Да за такое система должна достижение какое-то давать. Особенное. А может и дала, вот Юлианна и не хочет его терять. Да, кстати, насчёт пяти сейвов она слегка преуменьшила. У неё должно быть примерно вдвое больше с учётом всех уровней и наград за всякие-разные события.

Мои ладони мягко легли на виски девушки.

Активировать «Астральную рокировку»?

Да. Так, предупреждение — процесс может потребовать значительную часть личной энергии. Но что-то вроде этого я ожидал, так что вперёд! Ага, кристаллами заменить нельзя, процесс очень личный, нужно проводить без дополнительных костылей…

Выделить имя в Списке: Марана (36); установить связь с донором… связь установлена.

По мышцам прокатилась горячая волна, Печать Алана на лице потеплела, откликаясь на активацию «Рокировки». Энергия потянулась из меня сонмом тонких нитей, тёплыми змейками оплела руки, скользнула в ладони, а затем влилась в виски девушки. Она вздрогнула и, кажется, снова попыталась отшатнуться, но не смогла — её тело полностью оцепенело. Да уж, будь добра, не дёргайся: самому пока мало что понятно, не стоит прерывать едва начавшийся процесс. Как правило, такое плохо кончается.

На всякий случай я и впрямь готов был подхватить Юлианну в любой момент, если вдруг начнёт заваливаться, но вроде обошлось. За несколько секунд тёплые ручейки изливающейся из меня энергии превратились в бурную реку. Тридцать процентов запаса как не бывало, и ползунок бара продолжал ползти в сторону истощения. Сорок процентов… Пятьдесят процентов… Нежданно навалилась слабость. Я покачнулся, стараясь удержаться на вдруг подгибающихся ногах. Ох ты ж… Тут скорее меня нужно подхватывать.

На шестидесяти процентах всё резко оборвалось.

Я невольно ухватился за Юлианну, сжав её плечи обеими руками и только сейчас обнаружив, что всё тело взмокло от пота. Крупные солёные капли градом катились по лицу, с влажными шлепками срываясь на сталь нагрудника. Сейчас бы мне не помешало умение Крохи впитывать энергию кристаллов, и жаль, что мне это недоступно.

Сердце вдруг предательски дало сбой, когда я поднял взгляд.

Тёмные ранее глаза Юлианны горели красным внутренним огнём, слегка раздвигая сумрак вокруг её застывшего деревянной маской лица. Ох, как же мне это знакомо… Неужто получилось⁈ Но тут девушка вздрогнула всем телом, огонь в глазах погас, и, очнувшись от транса, она взглянула на меня уже обычным взглядом — растерянным и озадаченным одновременно.

— Зуб? Ты почему в меня так вцепился? — спросила она, недоуменно моргая. — Я вроде не падаю, как ты опасался. Даже наоборот…

Я отступил на шаг, опуская слегка дрожавшие руки.

— Юлианна? — глухо обронил я. — Это точно ты?

— Прости. Не получилось, да?

— Ничего не чувствуешь необычного? Совсем ничего?

— Я бы так не сказала. Сколько ты на меня слил энергии? Такое ощущение, что сейчас из ушей польётся. Сложно на месте стоять, хочется мчаться куда глаза глядят. Чувствую себя ненормально сильной, и…

— А что в логах? Есть какая-то новая информация?

— Сейчас… Нет, ничего. Погоди… — Девушка подняла к лицу руку, глядя на ладонь. Затем рассеянным движением потёрла лоб. — Показалось.

— Что показалось?

— Что ногти превращаются в когти. А на лбу растут рога.

— Издеваешься?

— Есть немного, — с нервным смешком призналась Юлианна. — Слушай, как-то это нечестно. Может, стоит попробовать ещё раз? Чтобы уж точно решить наш маленький вопрос с долгом и всем прочим? Вдруг вторая попытка будет более успешной?

Я прислушался к своим ощущениям. Вторая попытка высосет меня досуха, не ко времени. Не говоря уже о долгом откате «Рокировки». На будущее — это действительно лучше делать в Цитадели, где пространство перенасыщено энергетическими потоками от Колыбели, двух Источников башен и двух божественных статуй. Там я даже и не замечу личных затрат, мгновенно восполнятся. Так что полезный опыт я в любом случае получил.

— Нет. Тебе пора возвращаться.

Оставив девушку растерянно провожать меня взглядом, я двинулся прочь из Святилища. Мэйх Остроухий без лишних слов махнул рукой, предлагая следовать за собой. В двадцати шагах от Святилища уже было мало что видно из-за кружившей вокруг мелкой бурой взвеси.

До этого дня мне не приходилось бывать на острове Храма Горэла — опасался козней местных божеств. Не слишком дружеские взаимоотношения у меня с ними сложились. Не любят эти мифические личности конкуренции, а я — конкурент. Ношу в себе Алана Тёмного, да ещё и Джива в Цитадели поспевает, как морковка на грядке…

Не Цитадель, а прямо какой-то божественный инкубатор. Инкубатор… В песочнице Дивносада, помнится, на островке посередине широкой реки стоял Храм Возрождения, в котором на основе аватаров игроков создавались новые божества… Есть ли связь между тем, что происходит сейчас в моей Цитадели, с фактом существования подобного Храма? Интересная мысль.

Не скрою, неудачная попытка немного расстроила. Раскатал губу. Причём только что, согласившись на этот эксперимент, единственного кандидата-донора вычеркнул. Хоть мы не оговаривали, как будем рассчитываться, если умение не сработает, но заставлять лучницу отдавать сейв для обычного жертвенного возрождения после этой неудачной попытки — это уже выглядит как нарушение слова. Ладно. Не беда. Марана в облике Юлианны… довольно странно могло получиться. Они ведь такие разные. Что по внешности, что по характеру. Кину задание Майло, пусть подберёт новую кандидатку…

И вдруг передо мной из бурого сумрака выплыло строение, раза в три превосходившее по размерам Святилище Тайного Пути. Впрочем, по виду — такое же неказистое. Просто многократно увеличенный глинник. С архитектурой здесь совсем проблемно. Система уже подсветила назначение строения: «Храм Горэла». Три раза «ха». Зря жалел, что не увижу.

— Заходи, — кивнул Мэйх на широкий и высокий вход, в который могло пройти существо и вдвое выше ростом, чем он или я.

— В этом точно есть необходимость? — настороженно поинтересовался я, не двигаясь с места.

Хотел бы, да не мог забыть, как Горэл приложил меня своим божественным гневом на Черепе Властелина, когда я подчинил «Теневым клеймом» его последователей из «Серого ветра». Едва копыта тогда не отбросил. И сейчас репутация с божеством, мягко говоря, по-прежнему была хреновой.

— Не тушуйся, Зуб, — ухмыльнулся во всю зубастую пасть Мэйх Остроухий, прекрасно понимая мои сомнения. — Тарп насчёт тебя договорился. Ничего делать не надо, просто зайди и выйди: за порогом благословение не даётся.

— Благословение? С чего вдруг?

— С того, что оно всем нам понадобится этой ночью. Тарп всё объяснит. Не тяни время.

«Всем нам». Это успокаивало. Значит, остался только я, остальные через это уже прошли. Ладно. Не в интересах Старого желать мне зла. Я шагнул за порог… Кто-то тут же схватил меня за шкирку, хорошенько встряхнул, и…

И я обнаружил, что снова стою у порога, только уже спиной к Храму. И облегчённо перевёл дух. Теперь совершенно точно ясно, насколько он мне не рад, раз сразу выставил. Но хотя бы просто выставил, а мог размазать тонким слоем по плитам пола. Всё-таки игроки уровня Видящего — что Хорка Умный, что Тарп Старый — имеют на него немалое влияние. Так, и что тут у нас?

«Отложенное благословение Горэла»: при активации снимает любые негативные эффекты. Без активации исчезнет через сутки.

Репутация с божеством как была низкой, так и осталась, но сам подарок вроде неплох… И уже догадываюсь, для чего это всё.

— Ходу, Ключник.

Мэйх двинулся в сумрак прочь от Храма, ускоряясь бодрой трусцой. Усмехнувшись, я легко принял предложенную скорость. Внутренние силы быстро восстанавливались, слабость ушла, словно и не было. Не зря же столько мудрости вкачивал. Да и благословение Горэла, даже спящее, тоже могло повлиять.

Выхваченные «Теневым взором», по сторонам в темноте мелькали рощи каких-то низкорослых зарослей, под подошвы сапог мягко ложилась густая трава. Дорога и в самом деле оказалась ровной, а хорошо подогнанные доспехи почти не звенели в такт шагам. Да и веса не чувствовалось. Уверен, будь они вдвое, втрое тяжелее — не заметил бы.

Мне нравилось ощущение собственной мощи, это, как бы выразиться… эйфорично. Роста статов хватило на все характеристики: сила, ловкость, выносливость, мудрость и разум. Так что скорость, реакция и убийственная физическая мощь сейчас на невероятной высоте по сравнению с прошлыми и без того немалыми возможностями. Недаром Юлианна это заметила, да и вряд ли только она — сложно не заметить, когда глава клана находится в бою на переднем крае и вытворяет перед глазами дистанционщиков чёрт знает что.

Даже досадно, что новые виды пустотников так и не появились, несмотря на увеличившуюся в численности орду. Привычная «мелочь» плюс парочка знакомых монструозных элиток, и всё. Как-то слишком просто. Подозреваю, что настоящее нашествие будет впереди. А значит, соклановцев тем более лучше держать на постоянном дежурстве внутри Цитадели. Тем более что Стражам нужно заниматься апгрейдом Цитадели, их лучше не отвлекать на лишнюю боёвку — они и строительством прокачаются.

Стараясь выбросить мысли о неудавшейся попытке с Мараной из головы, я поневоле вновь задумался о ключах доступа. Я привык не обращать на них внимания, привык, что их всегда хватало. Но до сих пор непонятно, когда вернётся Кроха. И также неизвестно, сохранятся ли её способности.

Поэтому есть смысл начинать экономить прямо сейчас. В установленных в «подсвечник» расходниках осталось всего четыре десятка Ключей да ещё парочка расходников в личном запасе, в каждом по тридцать зарядов. Вроде бы и немало, но если проводить серьёзные операции с перемещениями по маяку, то хватит лишь на пяток полноценных рейдов.

А что потом? Сидеть в Цитадели и ждать, когда Джива наконец закончит собственный апгрейд (кстати — уже восемьдесят девять процентов) и вернёт Кроху? Но вернёт ли? Столько вариантов того, что может или не может случиться… Строить на этой зыбкой основе грядущие планы как-то не слишком умно и практично. Почему-то интуиция мне твердила, что обязательно что-то должно прийти взамен утерянного. Иначе просто курам на смех — Ключник, запертый в собственном осколке без ключей. Это бессмысленно.

На самом деле мне всегда казалось странным, что столько важных для меня умений завязано исключительно на Крохе. Возможно, просто так совпало, и система посчитала допустимым выдать эти умения через питомца, но что если нужного питомца нет под рукой? Вот как сейчас? Я ведь без Крохи не перестаю быть Ключником, а Ключник без ключей…

Угу, повторяюсь. Потому что это реальная проблема, и не думать о ней не могу. Да. Питомец — лишь костыль. И пора бы уже получить эти умения лично, чтобы больше не было таких странных и досадных накладок, ограничивающих мои возможности, можно сказать, на ровном месте, причём в критически важный момент…

Я резко остановился, схватившись рукой за деревце, мимо которого пробегал. Ствол толщиной в руку протестующе затрещал под пальцами стальной перчатки. Кажется, я слегка переоценил свои силы, и «Рокировка» сказалась на мне глубже, чем думал, раз уж голова закружилась. А может, просто реально устал. Медитация хорошо восстанавливает силы, но последние сутки с лишним я больше занимался перестройкой тела, чем отдыхом, так что пара часов нормального сна точно бы не помешала.

Хрустнув, деревце всё-таки переломилось надвое, а я рванул дальше, нагоняя серый силуэт маячившего впереди Мэйха. Постройки пристани вынырнули из пылевого массива неожиданно. Сквозь мутное варево проступили очертания корабля, безжалостно обдуваемого со всех сторон ледяными воздушными потоками и, казалось, протестующе скрипевшего всеми деталями разом.

Через борт было перекинуто несколько длинных крепких балок, связывавших палубу судна с массивными крепёжными столбами на пристани: только поэтому корабль оставался на месте, хотя и вздрагивал, как живой, под сильными порывами ветра.

Мэйх ловко пробежался по одной из таких балок, а я спокойно прыгнул следом, без малейших усилий перемахнув больше двух метров над бездной — между бортом и пристанью. И двинулся за гхэллом, попутно оглядывая пустующую палубу. Ни тягловых варн, наверняка сейчас запертых от непогоды в трюме, ни бойцов, сидевших там же.

Тарп ждал меня в капитанской каюте. Не успел я войти, как он бросил «когтю»:

— Поднимай всех. Отправляемся.

— Сделаю, Старый, — отозвался Мэйх и тут же скрылся за дверью.

Дверь захлопнулась, отрезая злобный вой ветра, а я уселся на стул возле небольшого стола, накрепко присобаченного к задней стенке каюты. Магический светильник под потолком довольно неплохо разгонял темноту, но по углам сумрака всё же хватало.

Тарп выглядел уставшим и хмурым. В отличие от корабля Видящего, на этом столе не было интерактивной карты, показывающей острова в реальном времени — видимо, устройство весьма непростое, ценное и годится только для флагмана. Впрочем, пока длится Буря, магия ориентации на местности по большей части бесполезна, так как сама «местность» постоянно меняется хаотическим образом.

— Будь здоров, Тарп, — поприветствовал я старика. — Что ты задумал? Зачем звал?

— Рейд, — усмехнулся гхэлл. — Воины готовы. Разве не этого ты желал? С корабля открывать чёрный портал — не лучшая затея. Ты ведь новые расходники маяка не создал за время своего отсутствия? Вот поэтому кораблём с маяком рисковать не будем. Здесь совсем рядом находится подходящий остров второго ранга. Жители с него давно эвакуированы, опасных животных в той зоне, что мы наметили для перехода, уже нет. Бойцы перебили всё, что повылазило из Бездны, мы здесь не сиднем сидели.

— Пожиратели?

— Тоже уничтожены, — зло оскалился Тарп Старый.

— На жертвы, полагаю, оставили-таки одного?

— Больше. С запасом.

— Резонно. Но сомневаюсь, что на том острове есть темница с «Оковами магии».

— Правильно сомневаешься. Но я недаром столько времени потратил на Форт, перетряхивая все его закрома. Держи, — гхэлл вынул из сундучка под столом какую-то вещицу и бросил мне.

Поймав, я обнаружил в руках стальной обруч с замком, а присмотревшись к описанию, удивлённо хмыкнул:

«Ошейник отрицания»: встроена блокировка магии.

— Не первый и не последний раз ловим этих тварей, так что способы давно отработаны, — пояснил Тарп. — Тебе тоже может пригодиться. «Оковы магии» хороши только в бою, в долгосрочной перспективе ими пленников не удержишь.

Корабль ощутимо задрожал, отчаливая от пристани. За дверью каюты что-то затрещало, застучало, захлопало. Послышались возмущённые звериные вопли — варн выпихивали из уютного отсека под палубой на холодный ветер, и зверюгам это не нравилось. Ну ещё бы. Уверен, что и погонщикам это не нравилось, но сурам много чего приходится делать из того, что не нравится, и никуда не деться от необходимости.

Я понимающе усмехнулся. Тарп Старый действительно вызвал меня не пустяка ради. Но всё-таки рейд планировался чуть позже. Хотел поэкспериментировать с пойманными «Ловушкой» умениями. Не успел. Жаль, конечно, но вставать в позу тоже не видел смысла. В Цитадели меня так и подмывало попытаться выучить «Абсолют», да и «Иллюзия совершенства» тоже жгла воображение — можно было получить очень крутые умения, особенно с учётом их дальнейшего развития.

Но камнем преткновения оказался расходник с более важным в сложившейся ситуации умением. Я ведь думал, что безвозвратно потратил тот последний астральный маяк на палубе этого корабля. А оказалось, что нет. Реально повезло, что бой в Форте длился не слишком долго, и активация маяка как раз попала под конец времени действия запущенной при бегстве «Ловушки».

В результате у меня снова был единственный расходник маяка, запечатлённый в обычном кристалле сущности. Всё это время, пока я занимался статами и тренировался, он, как говорится, жёг мне подсумок. И раз умение поймано «Ловушкой», то получается, что я и раньше мог его просто выучить возле Колыбели как самое обычное.

Ведь, по сути, нет никакой разницы, каким способом умение запечатано в кристалле сущности или кристалле души: на ремесленном алтаре или досталось уже готовым с монстра. Но ремесленный алтарь я в этом разрезе почему-то не рассматривал. Вернее, не рассматривал в таком ключе расходники с ремесленного алтаря.

А теперь прежняя дилемма. Он ведь опять последний. И не факт, что «Ловушка» сработает снова. Не факт, что сработает и шанс изучения возле Колыбели. Поэтому и колебался, хотел поберечь. Кстати, именно поэтому пока избегал попыток изучить что-то другое.

Не стоит чем попало занимать следующий по порядку слот с самым высоким шансом изучения на текущий момент. «Абсолют» и «Иллюзия» — это, конечно, умения весьма нужные, но их можно выучить в слоты с шансом пониже. Позже. Ведь если сорвётся, то их можно получить снова: пока вещи с этими умениями со мной, то и умения никуда не денутся. «Ловушка» пашет исправно и рано или поздно, сколько бы ни было осечек, поймает нужное.

Но сперва — Астральный маяк.

Чёрт, надо было всё-таки рискнуть. Но я доверял интуиции, а она настойчиво твердила, что чего-то не хватает. Что-то я не учёл. Словно останавливала невидимая рука. Причём это «что-то» у меня уже имелось, вот только бы понять — что именно. Возможно, действительно стоит хорошенько проспаться, и на свежую голову думать легче станет? Или просто стоило дождаться завершения формирования статуи Дживы?

— Ты сумел найти бойцов, которые уже побывали на Древе в прошлый раз? — я встряхнул головой, прогоняя бесплодные мысли.

— Половина рейда — именно такие бойцы, — подтвердил древний гхэлл. — Остальные на их опыте проинструктированы, что делать и чего ждать на Древе. Сам знаешь, место предельно опасное, а ситуация как раз из тех, когда инструктаж лишним не будет. Аура Смертного Истощения срезает по проценту нашей жизни в секунду, причём усиливает защитников Древа настолько, что не стоит терять время на их убийство: достаточно сдерживания.

— Тридцать секунд, — я задумчиво кивнул. — Больше не стоит. Заходим, берём Семена, уходим. Сколько получится, столько получится. Главное — как можно меньше риска, бойцов и так потеряно сверх всякой меры.

— Верно говоришь. Аура Смертного Истощения продолжает действовать тридцать секунд уже после того, как покинуть зону её влияния. Поэтому если задержимся хоть на мгновение дольше, чем следует — свалимся в кому.

— За благословение Горэла благодарю. Может пригодиться.

— Только в крайнем случае, — покачал косматой головой гхэлл. — Самом крайнем. Территория Древа Смерти не подвластна ни Горэлу-воину, ни Йеноху-охотнику. Никто из нас даже не знает — сработает ли. А если сработает, то каким образом. Владыка очень силен, и ТАМ, в зоне его власти, Горэл может просто надорваться.

— Ясно, — я с сожалением вздохнул. — В крайнем так в крайнем.

— Впрочем, для тебя это благословение — лишь на всякий случай. Ты в портал не идёшь, — голос гхэлла ощутимо отяжелел, пресекая любые возражения с моей стороны заранее. — И я не иду. Мы важнее простых бойцов, без нас всё развалится, так что никакого лишнего и неоправданного риска. Да и как они попадут в Список, если ты сам погибнешь? Достаточно того, что ты сможешь установить чёрный портал, большего от тебя сейчас не требуется.

Я нахмурился, обдумывая его заявление.

— С одной стороны, склонен согласиться, особенно с учётом Метки Смерти — никак не могу от неё избавиться. Она как маяк для Владыки Смерти: стоит появиться на Древе — и наверняка привлеку лишнее внимание. С другой — я сейчас намного сильнее любого «когтя». А Древо и в самом деле место опасное: что если как раз моей силы не хватит добыть эти клятые Семена? А без них всё бессмысленно.

— Ну так и попытка будет не единственной, — резонно напомнил Тарп Старый. — Не выйдет в этот раз — попробуем снова. Столько, сколько надо. Жертв для активации нам хватит, а не хватит — добудем новых. Ночью легче всего зачищать пожирателей на островах, они в это время едва шевелятся. Слишком холодно для этих тварей.

Это он верно заметил. Я ведь когда в то утро рыскал по Черепу Властелина, то пожиратели тоже заторможенными показались.

— Хорошо. Но советую сразу после перехода на ту сторону оставить хотя бы двоих для охраны самого портала. Чтобы было куда вернуться.

— Оставлю, — согласно рыкнул гхэлл. — Это даже важнее, чем ты думаешь. Смерть на Древе — худшая смерть из возможных. Велика вероятность, что точка возрождения будет переписана, а игрок возродится уже пожирателем. Пусть и рангом повыше, чем обычный воин, но вряд ли ему от этого легче станет.

— Ревуны? Так они и появляются? Есть факты, это подтверждающие?

— За мою долгую жизнь мне приходилось сталкиваться в бою с теми, кто когда-то был мне знаком. И даже с теми, кто был близок. Воины, увы, пропадают нередко. Прошлого перерожденцы не помнят, и до твоего появления для нас они были потеряны навсегда. Теперь же с твоим Списком Мёртвых возможно обратить ситуацию в нашу пользу хотя бы частично.

Дверь каюты вдруг с треском распахнулась от сильного удара, хлопнув по стене каюты так, что едва не сорвалась с петель. Неверный свет магического светильника упал на возникший в проёме силуэт, скрадывая очертания. Но главное я увидел, и сердце взволнованно забилось в груди: из пышной чёрной шевелюры гостьи торчали острые рога, вокруг лодыжек гибко извивался хвост, а её глаза горели красным внутренним огнём.

— Не помешала, повелитель? — насмешливым тоном поинтересовалась Марана, причём сказала она это голосом Юлианны.

Глава 14 Контракт на воплощение

Стоило гостье шагнуть в каюту, как свет магического кристалла сорвал иллюзию. А вместе с ней приглушил вспыхнувшую было в сердце надежду. Все «демонические» признаки растаяли, как дым, — передо мной стояла прежняя Юлианна.

Честно говоря, немудрено спутать: у обеих, Юлианны и Мараны, — чёрная грива волос, разве что у Мараны она почти до поясницы, а у лучницы — только до плеч. Чувственные губы, большие выразительные глаза, привлекательная стройная фигура с крутыми бёдрами, тонкой талией и высокой грудью. Даже странно, почему я раньше считал, что они совсем не похожи? Или это проявилось лишь сейчас, после попытки «Астральной рокировки», и Юлианне от демонессы всё-таки что-то передалось?

Обнаружив, что замер истуканом, я прерывисто выдохнул и разжал пальцы обеих рук, стиснутые в кулаки так, что заскрипели стальные сочленения перчаток. И попытался сдержать гнев.

— Что ты себе позволяешь, Юлианна? Как ты оказалась на корабле? Разве мы не договорились, что…

— Старик, оставь-ка нас одних на минутку, — лучница воззрилась на корабельщика словно императрица на подданного и «попросила» таким тоном, будто имела полное право отдавать приказы высшему по статусу на данный момент гхэллу во всей локации.

Не успел я вмешаться и поставить девушку на место, как Тарп Старый спокойно поднялся, подхватил прислонённый в углу громадный арбалет и молча вышел из каюты, не забыв аккуратно прикрыть за собой дверь. При этом он ухмылялся более чем откровенно.

До меня тоже дошло. Юлианна, конечно, та ещё гордячка, любила задирать нос, но настолько бесцеремонно она себя никогда не вела. А этот взгляд, этот горделивый поворот головы, эта безупречная осанка абсолютно уверенного в своих силах существа…

Такую стать ни с чем не перепутать.

Присев на место Тарпа, демонесса стянула со спины лук и положила его на колени. Затем, опустив локти на стол и уперев подбородок в сцеплённые кисти рук, изучающе уставилась на меня. Глубоко в недрах её глаз снова проступило знакомое красноватое марево.

— Ты снова нашёл способ меня вернуть, — белозубо улыбнулась Марана. — Довольно оригинально. Ну и как ты тут без меня поживаешь? Как вообще дела обстоят? Что с Островом Мертвецов? Я, конечно, могу порыться в сознании Юлианны, но это утомительно, а будет удобнее, если вкратце расскажешь своими словами.

Сорвав правую перчатку, я протянул над столом руку. Угадав, что мне нужно, Марана повторила мой жест. Наши взгляды скрестились, а пальцы тесно переплелись. Плоть бывшей лучницы обожгла, словно раскалённая печка, хотя на вид была обычной, человеческой — кожа даже не покраснела. Точно — суккуба.

Душевный порыв заставил меня резко подняться и крепко обнять тоже понятливо поднявшуюся навстречу Марану. На несколько секунд я замер, прижимая её к груди, прикасаясь щекой к её горячей щеке и испытывая ни с чем не сравнимое облегчение. Словно с плеч свалилась тяжесть целого острова третьего ранга, о которой и не подозревал до этого момента. Слов и эмоций было столько, что я предпочёл промолчать, пока не успокоюсь.

— О, а ты стал заметно сильнее, — одобрительно протянула Марана. — Мне это нравится.

— Я тоже рад тебя видеть, Мара, — я, наконец, через силу разомкнул объятия и вернулся на место за столом, суккуба последовала моему примеру. — Жаль, что это пока временно. Лучница одолжила тебе тело на девять часов. Вернее, уже меньше. Джива подкинула мне новое умение, и я этим воспользовался, хотя и не знал, что получу. Но вышло лучше, чем ожидал, раз появилась возможность узнать твое мнение. У нас два варианта. Если оставить ситуацию как есть, то ты сможешь возродиться самостоятельно, просто очень и очень нескоро — ты и сама это прекрасно знаешь. Или я могу вернуть тебя раньше, хоть сегодня, если ты не будешь возражать против экстренного возрождения. Всё-таки новые доноры приносят новые проблемы.

— Джива? — заинтересованно подхватила демонесса. — Похоже, в Цитадели много изменений?

— Верно. Изменений хватает. Но ты не ответила. Как мне поступить? Думаю, времени хватит, чтобы ты сама нашла подходящего для себя донора. Если что, Майло поможет — он у нас новый вербовщик.

— Мне нравится твоя забота, повелитель, — со спокойной улыбкой заявила демонесса. — Нравится, что моё мнение имеет для тебя значение. Но мне нравится и это тело, так что проблема уже решена.

— На все восемь часов с хвостиком, — с сожалением уточнил я. — Не назвал бы это решением. Или ты имеешь в виду, что Юлианна подходит в качестве будущего донора?

— Ты немножко ошибся, — Марана расслабленно откинулась спиной на стенку каюты. — Это умение, которое ты использовал на Юлианне, куда глубже, чем ты думаешь. Оно даёт мне возможность остаться в этом теле столько, сколько потребуется. По крайней мере, я увидела эту возможность и воспользовалась ею. На окончательное закрепление тела за мной и его внутреннюю перестройку уйдёт примерно девять суток.

Я невольно чертыхнулся.

— Тогда у нас проблема. Я договаривался с Юлианной только на девять часов. Как бы мне ни было горько это говорить, но я не привык нарушать своё слово.

— Да не волнуйся ты так, повелитель, — изящным движением кисти отмахнулась Марана. — Девять часов, о которых ты говоришь, нужны лишь для того, чтобы составить договор между донором и новым владельцем тела.

Казалось, незримая сила истекала от демонессы, пропитывая её присутствием сам воздух каюты и даже стены. Даже магический светильник разгорелся ярче, а его оттенок с тускло-холодного сменился на розовато-тёплый. И эта сила приносила мне спокойствие, возвращая уверенность в своих силах. Последовав примеру, я тоже расслабленно прислонился к стенке тесной каюты.

— Договор? Поясни.

— Ты ведь не будешь отрицать, что Юлианна всегда относилась ко мне с уважением?

— К тебе все наши девушки неровно дышат, — я усмехнулся. — Твоя сила их впечатляет. На Острове Мертвецов ты была на 34 уровне, а это смело можно умножать на два, чтобы понять, чего ты стоишь по местным меркам.

— Можно и так сказать, — кивнула суккуба, игриво встряхнув пышной гривой. — Если по сути: Юли согласилась отдать мне своё тело. С радостью. Такой обмен её более чем устроил. Без боли, без страха, без неопределённости. Всё-таки твой процесс жертвенного возрождения смущает многих именно тем, как это происходит.

— Понимаю. Сам не в восторге. А если бы Юлианна отказалась, то…

— То всё ограничилось бы девятью часами, и хозяйка вернулась бы в своё тело.

Именно это я и хотел услышать. Что договор был добровольный, без давления. Хотя… Харизма самой суккубы — это давление на волю и сознание? Уж я-то хорошо знаю, какой силой воли нужно обладать, чтобы противостоять дару убеждения Мараны. Но ей — верю, что и в самом деле договорились полюбовно.

— Девять суток… Как это будет выглядеть? Ты постепенно, час за часом, будешь перевоплощаться в привычный облик? Или это произойдёт как-то иначе?

— Привычный? — хмыкнула Марана, явно развеселившись. — За свою жизнь я бывала… разной. И прежний хвостато-рогатый образ мне уже приелся. Останусь пока в человеческом облике. Разве что немного скорректирую возможности. Как тебе такая идея? Лично мне это будет… интересно.

Вот так новости. Я, конечно, привык, что она периодически использует облик Алии — причём лишь в те моменты, когда этого никто, кроме меня, не видит. Но это скорее магическое перевоплощение, а сейчас она говорит о физическом. Выходит, она не всегда была такой? Красная чешуйчатая кожа, копыта и всё прочее? Жутко… интригующе. Пусть мысли об этом не ко времени, но проигнорировать столь пикантную перспективу практически нереально. Ох, горячая же ты женщина, Мара. Причем буквально и фигурально.

— И как нам тогда быть с Тангаром? Представляю, как он отреагирует, когда на его глазах обниму девушку, которую он считает своей. Ах да, ты же не знаешь — я его недавно возродил. Причем Юлианну после своего возрождения он увидеть не успел. Что только усложняет ситуацию.

— Ты слишком сильно печёшься о чужих чувствах. Больше, чем это необходимо. Это всего лишь заимствованный образ, — снисходительно покачала головой Марана, а мне прямо померещилось наяву, как в такт движению на её макушке качаются невидимые чёрные рожки, сверкая синими искрами. — Как только мы заключили договор, сознание настоящей Юлианны ушло на перерождение в Колыбель Цитадели. Не переживай насчёт Тангара, я сумею ему объяснить суть, помогу примириться с ожиданием. Ты ведь знаешь, я хорошо это умею.

— Ну ещё бы, с магией разума.

— Злоупотреблять не буду, я ведь тебе обещала. Лишь самый минимум, по краешку…

Зараза. Даже мимика у суккубы теперь непривычная. Иное строение лицевых мышц задавало новый тон в нашем общении… По крайней мере, раньше Марана не сумела бы состроить настолько умильно-лукавую гримасу, как сейчас. Ей определённо нравились новые возможности позаимствованного тела.

— Допустим. А как быть с твоими способностями? У тебя многое завязано на физиологию, взять тот же магически усиленный удар хвостом, рассекающий любую плоть…

— Пока вполне обойдусь способностями лучницы. Овладеть ими несложно. К тому же теперь у меня пятидесятый уровень. Признаться — это для меня приятный сюрприз. Да, да, уровень сохранился, привязанный к телу донора. Так что теперь я, наконец, догнала тебя, повелитель, хоть ты и успел так сильно возвыситься в моё отсутствие. Ну а потом… — Обольстительно улыбаясь, Марана с силой провела ладонью по груди и животу, проминая кожаную куртку так, словно та была из шелка, а не из плотной дублёной кожи, способной противостоять наконечникам стрел. — Это тело, конечно, физически слабовато, но я его укреплю. Попутно вернутся и мои прежние способности.

А ведь это действительно интересный поворот.

Я сразу начал мысленно прикидывать, на ком ещё можно применить «Астральную рокировку». По сути, разве это не своеобразная замена расходникам возрождения? Да что там замена, это… чит! Очередной чит Ключника. Раньше у меня была возможность опустить уровень любому врагу из Списка, а теперь… Теперь я мог взять из Списка сознание перспективного, но низкоуровневого бойца и залить его в тело пятидесятника, сразу получив тем самым высший для локации уровень! Или я слишком увлекаюсь в ожиданиях? Не исключено, что Марана смогла достичь договора с донором лишь потому, что она — особое существо. Во всех отношениях. И что позволено ей, другим просто не дано.

Ладно. Посмотрим, как дело пойдёт.

В любом случае, Дживе ещё раз громадное спасибо. Я даже не предполагал, насколько ценное умение она мне преподнесла, но… Всегда есть «но». Раз дело обстоит именно так, то получается, что способности Крохи действительно больше не играют прежней роли? То есть, и сама Кроха больше… не нужна? Нет, на такое я не подписывался. Надеюсь, Джива всё же вернёт мне мою малышку-фейри. Даже без способностей — она всё равно мне нужна. Кроха не просто питомец, она…

— Ладно, — прервала мои мысленные терзания Марана. — Теперь расскажи мне обо всём, что произошло без меня. Чую, нужно срочно включаться в текущие дела, вместе мы добьёмся большего и с меньшими усилиями, не так ли?

Кивнув, я вкратце поведал о событиях и достижениях последних дней. Уложился минут в десять. За это время мы успели несколько раз обменяться раскуренной «трубкой мира» и выхлебать кувшин с вином, который Марана, благодаря своему сверхчуткому обонянию, отыскала в том же сундуке под столом, откуда Тарп достал мой подарок в виде артефакта-ошейника.

— Острова Мертвецов больше нет, души бывших мертвяков частью уничтожены безвозвратно, частью спасены и рано или поздно будут возрождены в Колыбели локации. Белогривые всей пачкой томятся там же, Хорка пропал непонятно куда, Форт потерян, командует Тарп. Ты овладел «Чёрным порталом» и готовишь рейд на Древо Смерти. В Цитадели проводится обновление функционала, вскоре завершится формирование статуи Дживы, а бедняжка Кроха стала частью нового-старого божества, пожертвовав собой. Ничего не упустила? Ах да, часть соклановцев потерялась на просторах Архипелага и с ними нет связи… Ты пробовал поискать их самостоятельно, посетив все действующие астральные маяки?

— Нет. Поручил это Чупе. Но она никого не нашла.

— Что ж, это была твоя ошибка. Нужно было сделать лично. Сила и восприятие Ключника выше, чем у любого игрока. Во всех возможных аспектах. Я практически уверена, что ты бы их нашёл.

— Зараза… Я был слишком занят медитацией и не хотел терять своё время на поиски, но, думаю, ты права. А теперь у нас наметились проблемы с ключами доступа. Их не так уж много, этих чёртовых ключей, и с каждым лишним прыжком будет становиться всё меньше. Впрочем, так или иначе надеюсь решить этот вопрос в ближайшее время: есть задумка.

— Мне немного жаль Риста, — вдруг невпопад выдала Марана. — Хороший был прислужник — верный, послушный, сильный. Сейчас бы он нам пригодился.

Я едва не поперхнулся очередным глотком вина и со стуком поставил кувшин на стол. Послушный? Рист⁈ А, ну да. Он же беспрекословно слушался демонессу. Но только её и никого больше, на всех остальных существ он плевал с высокой колокольни. Для Мараны утрата действительно существенная. Бойцом линарец был исключительным. А возвращать жертвенным разменом такое существо… даже не представляю, какой донор на это подойдёт, чтобы не «сломать» его сознание бесповоротно. Да и стоит ли вообще это делать? Впрочем, это не мой прислужник, пусть Марана и решает.

— Я всё это предчувствовала, — призналась Марана, продолжая думать о своём. — Не в точности, как ты описал, но более-менее. Но я знала, что ты меня вытащишь с той стороны в любом случае, поэтому не стала тебя грузить лишними переживаниями и сомнениями.

— Так вот оно что. Я видел, что тебя что-то гнетёт, но не хотел лезть к тебе в душу с лишними вопросами. Но приятно, что ты настолько уверена во мне.

— Не только это… Впрочем, неважно. У каждого из нас есть свои проблемы, о которых не стоит говорить. Есть тайны, которые должны оставаться тайнами.

— Хорошо, я тебя понял. Тогда к делу. Что ты скажешь по поводу этого ночного похода?

С задумчивым видом выдохнув после затяжки из трубки сизый клуб ароматного дыма, суккуба прищурилась… и дым неожиданно на несколько секунд принял очертания фигуры линарца, а затем рассеялся.

— Успех будет, но не полный. Точнее сказать не могу. Это не прозрение, а нечто гораздо тоньше. На уровне интуиции и жизненного опыта. Плюс особенности моей натуры. Но пока я не адаптировалась в этом теле полностью, мои чувства притуплены, а магия будет работать не в полную силу…

Наше уединение прервал шум за стенами каюты, а затем последовал глухой удар, заставивший корабль вздрогнуть всем корпусом. В распахнувшуюся со скрипом дверь заглянул Мэйх Остроухий и откровенно ухмыльнулся, окинув нас с суккубой многозначительным взглядом.

— Как говорят у человеков, вы неплохо смотритесь вместе. Ну, чего вылупились? Прибыли, на выход!

Бегло скользнув взглядом по серым зубастым физиономиям, я прошёлся вдоль шеренги из трёх десятков воинов. Почти все гхэллы на человеческий взгляд слишком похожи друг на друга, так что в «лицо» до сих пор узнаю среди них немногих, проще ориентироваться по никам. Корх Меткач и Мэйх Остроухий — вот этих деятелей запомнил хорошо, часто сталкивались. В первом рейде на Древо они не участвовали, не были тогда пятидесятниками, а Хорка брал сильнейших. Теперь же оба «подросли» не только в уровнях: Тарп назначил Мэйха командиром этого рейда, а Корха — его заместителем.

Доспехи у всех воинов — кожаные, максимально облегчённые, чтобы не стеснять движений. Операция рассчитана на скорость. Вооружение — исключительно алебарды с укороченными древками: задача состоит не в схватке с пожирателями, а в добыче Семян Древа. Придётся быстро вырубать нужное. Я прекрасно помнил рощи этих мерзких шишковидных «стручков» с корой грязно-молочного цвета. В каждом таком «стручке» созревает будущий пожиратель, а на их поверхности растут Семена. Венчавшие макушку выростов чёрные листья в будущем послужат средством передвижения для высадки с воздуха рейдовых отрядов. В общем, поразительно многофункциональная хреновина с кучей подходящих эпитетов: стручок, инкубатор, кокон, плодовое тело…

Единственное, что меня тревожит, — нет хилеров.

Решение обойтись без них Тарп принял без меня, как и без меня подобрал воинов для рейда. Властные замашки бывшего Видящего начинают возвращаться после десятилетий мирной жизни, заставляя действовать исключительно по своему усмотрению? Досадно.

Нет, я не забывал ни на минуту, что с хилерами на Архипелаге всегда имелись проблемы, но уверен, что на островах третьего ранга, попрыгав по порталам, при желании можно было найти дриад, имевших хоть какие-то способности к лечению. К примеру, обе мои пропавшие дриады владели «Кругом жизни», ускорявшим регенерацию жизни и энергии в зоне активации эффекта. Сейчас ведь вся «разумная живность» сосредоточилась на этих островах, так что искать бы долго не пришлось. Того же Майло Великолепного можно было запрячь для поисков, пусть продолжает отрабатывать вступление в клан.

Но старик упёрся, утверждая, что дриады — существа стихии Жизни, а Древо — стихия Смерти, и появление дриад на Древе будет чревато множеством неприятных последствий. Во-первых, дриада может мгновенно и совершенно бесполезно для рейда погибнуть. Во-вторых, может привлечь лишнее внимание Владыки самим своим появлением, как я со своей Печатью Смерти, от которой никак не могу избавиться. На моё замечание, что дриаде вполне достаточно подежурить у портала на этой стороне, облегчая участь вернувшимся, Тарп лишь нахмурился. Похоже, ему это просто не пришло в седую голову, а теперь действительно поздновато, придётся работать с теми, кто есть.

Развернувшись, я направился обратно. Тарп стоял на месте, заканчивая наставления:

— Ещё раз, для самых тупых или чересчур резвых: действовать двойками! Каждая двойка — сама по себе. Другим не помогаете, даже если их будут убивать на ваших глазах. Задача воинов двойки: один добывает и уносит Семя, другой прикрывает добытчика. Роли между собой определить заранее! Не пытайтесь прихватить больше одного Семени на двойку, это лишь потеря времени, у вас и так на всё тридцать секунд.

Коротко прервавшись, Тарп обвёл своё воинство суровым взглядом и жёстко добавил:

— Если один из двойки падёт, то второй выносит тело напарника, иначе воина ждёт перерождение в пожирателя. Если такой возможности нет, а Семя уже в руках — значит, Семя в приоритете. Вы все знали, на что подписались, вызываясь добровольцами. И хорошенько уясните — вы сейчас работаете не на меня, и даже не на Ключника, а на будущее нашего народа. Ваши семьи будут в приоритете, если придётся их спасать от пожирателей, это я вам твёрдо гарантирую. Пока я жив — моё слово нерушимо, а выживать я умею, вы все это знаете.

— Да хватит уже нагнетать, Старый, — беззлобно проворчал Мэйх Остроухий. — Ночь вечно длиться не будет, пора.

— Твоя правда, щенок, — хмыкнул корабельщик, не упустив случая «придавить» своим статусом «молодого». Затем обернулся ко мне: — Начинай, Зубоскал.

Делаю «морду кирпичом», всем своим видом выражая полнейшую уверенность в предстоящем действе. Этому, кстати, хорошо способствует Марана — она стоит в сторонке, предоставляя мне разбираться с ситуацией самостоятельно. Тонко чувствует грань, когда стоит вмешиваться, а когда нет, за что её особенно ценю. Но само присутствие суккубы весомее любой словесной поддержки.

В обволакивающем островок сумраке отчётливо видны красные огоньки её глаз. Если не присматриваться к новому силуэту демонессы, то вполне можно представить её прежний облик. Чую, не скоро привыкну, что теперь по ночам ко мне будет приходить не Алия, а Юлианна. Всё-таки как-то даже слишком внезапно это вышло. Но Марана права — так даже интереснее. А в будущем, с такими многообещающими перспективами, чую, будет ещё интереснее.

Что примечательно, большая часть псоглавых смотрит не на своих командиров и не на меня-Ключника, а косится в сторону Мараны. Хотя она и уверяла, что её способностям для полного возвращения понадобится девять дней, по мне, суккуба благодаря пятидесятому уровню уже сильнее себя прежней. Гораздо сильнее. Так что неудивительно, что её аура даже в пассивном режиме морочит голову всем окружающим. При этом демонесса, без сомнения, сдерживала свою силу.

Короткий кивок, и двое гхэллов подтащили ко мне пожирателя — массивное кряжистое существо пятидесятого уровня, около двух метров ростом, связанное по рукам и ногам, лишённое магии ошейником отрицания. С треском свалившейся поленницы дров воины бросили его мне под ноги. Лишённый всякой возможности к сопротивлению, оцепеневший от ледяного ночного ветра, гуляющего над островком клубы бурой мглы, шатун даже не шевельнулся.

Дело за мной. Загвоздка лишь в одном: открывать чёрный портал мне пока не приходилось. Что ж, буду придерживаться аналогии оживления Семени Древа на Острове Мертвецов. Пусть и куцее, описание умения говорит весьма однозначно: для активации портала необходима разумная жертва. Кровь должна нам открыть дорогу. Снова. Эта мысль заставляет кривить губы в мрачноватой усмешке. Как бы Алану Тёмному не пришлось в конце концов поменять имя на Алана Кровавого, чтобы соответствовать своему первожрецу.

Как бы там ни было, но островок для жертвоприношения Тарп выбрал довольно удобный. Всего в трёх сотнях метров от острова с Храмом Горэла, к тому же — «привязанный» к нему. На Архипелаге плетяги (особое растение с развитой корневой системой) — явление весьма нередкое. Частенько эта растительность разрастается так, что умудряется связывать между собой древесными «канатами», по прочности не уступающими металлу, целые грозди соседних островов. Именно так дело обстояло вокруг Храма Горэла, Тарп не просто так сюда стремился, и именно поэтому корабль в Бурю довольно легко добрался до невидимого в темноте островка-соседа — ветер просто не в силах был его «угнать», как сотни других, не привязанных.

Ладно, в задницу сомнения и колебания. Что будет, то и будет.

С лёгким звоном Пламень сорвался из закрепа со спины, прыгнул рукояткой в ладонь. Шатун лежал на боку, пришлось грубым пинком перевернуть его на спину. Лезвие на голой силе, без магии, вонзилось в бугристую грудь, почти без сопротивления погружаясь на треть. Чувствую, что чуть пережму — и проткну насквозь. Совсем недавно плоть этих созданий при ударе воспринималась как пересушенная сучковатая древесина, а отдача рвала оружие из рук. Сейчас же мышцы буквально распирало силой усвоенных статов. Пожиратель никак не отреагировал, словно уже был мёртв. Выдернув меч и вернув его на спину, я кинжалом чиркнул по своей левой ладони и дал каплям крови упасть на рану пожирателя.

И наконец активировал умение портала.

Чёрная дымка вырвалась из раны пленника, закрутилась над его телом мини-смерчем, буквально сдирая плоть слой за слоем и впитывая получившееся «варево» в себя. Рана превратилась в быстро расширяющуюся, поглощающую торс жуткую язву. За пару биений сердца могильный смерч сожрал тело пленника целиком, оставив от него на стылой траве лишь ошейник-артефакт. В воздухе мерзким нарывом набух чёрный шар метрового диаметра и через несколько секунд развернулся в арку чёрного портала: овал двухметровой высоты и метровой ширины.

— Разведка, вперёд! — тут же скомандовал Мэйх Остроухий, не желая терять ни секунды.

Все оговорено заранее: без оценки ситуации нельзя перебрасывать отряд на Древо. Если сразу столкнёмся с превосходящими силами противника, то операция обречена на провал, а воины — на бессмысленную гибель. К тому же рейдовый чат на Древе действовать не будет, если понадобится помощь — мы об этом не узнаем.

Поэтому первыми в портал ныряют два воина-гхэлла из запаса, бесследно исчезая в чёрной мембране и сопровождая переход коротким всплеском тьмы. Ждём молча, никто не произносит ни слова, чтобы не отвлекаться. Счёт идёт на секунды. Пропускная способность портала — 25 суров туда и обратно, но в основной рейд пойдут лишь двадцать, пять мест запасные: для разведчиков или, если понадобится, для экстренной помощи с нашей стороны. Мы с Тарпом договорились не лезть на Древо без острой нужды, но всякое может случиться.

Мембрана портала заколебалась, словно поверхность чернильного пруда, из неё с недовольным рычанием выскочил первый разведчик:

— Пусто! Все стручки разорваны, ни пожирателей, ни Семян!

Бросив рядом на землю алебарду, воин сорвал с пояса флягу с зельем здоровья и жадно приложился к горлышку. Его не было всего десять секунд, но и десять процентов здоровья, энергии и тонуса в минус — весьма неприятное состояние. Не говоря уже о том, что Аура Смертного Истощения будет жрать его ещё 30 секунд. Дальше в рейде он не участвует. Я в очередной раз остро пожалел, что нет ни одной дриады под рукой. Жаль, что Михонариума прихватить не удалось — когда я покидал Цитадель, процесс возрождения барда не закончился. Да и время нужно, чтобы игрок пришёл в себя…

Надо будет потом с Тарпом серьёзно поговорить на эту тему. Скорее всего, одним рейдом нам не обойтись. Если придётся — то и поругаюсь, но настою на своём. Такая спешка ничем не обоснована, как бы там ни казалось Старому, что всё плохо и каждая секунда на счету из-за Бури. Или что-то он недоговаривает, и мне хотелось бы узнать — что именно. Душу вытрясу из Старого, но узнаю. Не только его будущее поставлено на карту. Да и ответственности на мне за своих суров не меньше, чем на нём — за гхэллов локации. Но командирам ругаться перед строем, теряя уважение подчинённых, — последнее дело, вот и приходилось лишь молча скрипеть зубами.

— Где второй? — обеспокоенно рыкнул Мэйх.

— Решил пробежаться чуть дальше! — гхэлла-разведчика ноги явно не держали, он плюхнулся задом на землю и шумно выдохнул: — Я ему кричал, что не стоит, там и по первому осмотру видно, что ловить нечего! Не послушал!

— Проклятье! — помрачнев, проворчал Тарп Старый. — Сколько не вдалбливай об осторожности, всё равно не обходится без инициативного дурня. Причем, как правило, происходит это в неподходящий момент!

— Нарваться в первый же заход на ветку, с которой пожиратели отправились в рейд, прихватив все созревшие Семена, — надо постараться, — с досадой добавил Корх Меткач, одной рукой нервно размахивая алебардой, а второй придерживая тяжеленный арбалет на плече.

— Уж свезло, так свезло, — поддержал своего приятеля Мэйх Остроухий.

И все трое — Тарп, Корх и Мэйх — неодобрительно уставились на меня.

Крайнего нашли?

— Ждём разведчика и открываем следующий портал, — не поддавшись на провокацию, распорядился я.

В этот момент иконка не вернувшегося воина-разведчика сперва резко покраснела, а затем накрылась значком черепа.

— Я почувствовал всплеск знакомой силы, — обронил Тарп, неверяще уставившись в сторону чёрного омута портала. — Он что, применил Благословение Горэла по ту сторону⁈

— В сторону! — рявкнул я, прервав старика и без промедления ударив «Копьём пламени».

Жарко вспыхнувший на три метра от земли факел огня расплескал портал словно чернильную кляксу, прервав сообщение с той стороны. Свет пламени разогнал сумрак вокруг и высветил напряжённые морды гхэллов, взявших в ощетинившееся алебардами кольцо площадку, где находился портал. Чего не отнять у «когтей» — так это решительности. Действовали слаженно, молча, без лишних приказов.

— Все поняли, что произошло? — Тарп Старый строго уставился на своих воинов. — Благословение на Древе не применять! Там это верная смерть! Только на выходе, если задержитесь сверх отпущенного срока!

Воины закивали, согласно ворча.

— Ладно. Разведчику не повезло, но операция не закончилась, — тоже оглядывая воинов и командиров, жёстким тоном бросил я. — Окончательно он не погиб, его имя теперь в моём Списке Мертвых. Чего ждём? Тащите второго пленника, живее!

По рядам прошло движение, двое сорвались и унеслись в темноту — чтобы вернуться через несколько секунд и бросить передо мной на землю следующего пожирателя. Легко заставив круг воинов поспешно расступиться, Марана шагнула ко мне, положила руку на стальной наплечник и настоятельным тоном посоветовала:

— Посмотри на него внимательнее, повелитель.

— Этот не подойдёт, — я и сам уже видел, что именно демонесса имеет в виду. — Он точно такой же, как первый. Это может означать, что он — с той же ветви, где мы уже побывали и ничего не нашли. Другие шатуны есть, не похожие на этого?

— Признаться, этого я не учёл, — нехотя признал Тарп.

«И не только этого», — подумал я про себя, сдерживая подступающую злость. Несмотря на большой жизненный опыт, поход на Древо для Тарпа внове, а значит, как во всяком новом деле, ошибки и упущения неизбежны… Вот поэтому и нужно советоваться не только с собой, любимым.

С доставленным «со склада» третьим пленником дело обстояло лучше. Чуть иное строение тела, «доспехи» — не чернильно-чёрные, а с сизоватым оттенком. На самом деле «доспехи» — это видоизменённый кожный покров, нередко составляющий единое целое с телом, но не это сейчас важно. А важны отличия: вроде бы мелкие, несущественные, но их было множество, что складывалось совсем в иную картину.

— Сколько у тебя их припасено? — внимательно осмотрев жертву, я повернул голову к Тарпу.

— Этот последний, — с хмурым видом вздохнул Старый, уже осознав свою промашку. — Ошейники отрицания не бесконечные. Но, как и говорил — если понадобится, то наловим новых.

— Нет, — я покачал головой, — последний, значит — последний. Если этой ночью ничего толком не выйдет, следующий рейд подготовим более основательно.

— Хочешь закончить прямо сейчас? — недовольным тоном осведомился Корх Меткач. — Полагаешь, мы будем скакать по любому щелчку твоих пальцев?

Я не стал отвечать, понимая, что могу наговорить сейчас, под дурное настроение, много лишнего. Просто выхватил меч и вонзил в грудь шатуну, мгновением позже снова резанув кинжалом по ладони. Как только закапала моя кровь и начал формироваться шар чёрного портала, Мэйх Остроухий неожиданно поддержал меня:

— Зубоскал прав — мы плохо подготовились. В следующий раз…

— Все потом! — отрезал я. — Запускай разведчиков!

Глава 15 Тридцать секунд ада

В мембране портала скрылась новая двойка гхэллов.

Проводив их взглядом, я жестом прервал любые разговоры. Счёт шёл на секунды, полная тишина и концентрация внимания сейчас были жизненно важны.

В уме снова мелькнуло сожаление, что всё-таки напрасно не захватил Фурию.

Что-то меня эмоционально штормило. То «нельзя этого допустить снова», то «ничего страшного, если помрёт разок-другой». Видимо, на волнение за Фурию наложились переживания о будущем фейри. Прочь раздрай! Жёсткие ситуации обычно требуют быстрых решений, а колебания лишь множат новые проблемы.

Если отбросить жалейку, то Фурия сейчас куда мощнее любого, даже самого продвинутого воина-гхэлла, не говоря уже о новой масс-ударной способности. Подцепив Ауру Смертного Истощения, дикоша просто сгоняет «домой» и спокойно отхилится под действием усиливающих аур осколка. Её и раньше было непросто прикончить на островах, а сейчас, на пятидесятом, когда эта зверюга превратилась в броненосец с крыльями…

Связь по порталу сейчас находилась в зоне устойчивого приёма, и первое, что пришло по ней в виде ментального отклика, — сильная обида моей питомицы, что я, собака такая, не взял её с собой. Каяться не стал, авторитет — штука сложная, один раз уронишь — потом долго пыль выбивать придётся. Просто предложил Фурии подышать свежим воздухом вне Цитадели, и та мгновенно сменила гнев на милость, вихрем рванув к указанной точке назначения.

Тем временем оба разведчика один за другим выскочили обратно: после начальственного втыка Тарпа не решились проявлять излишнюю инициативу и рыскать по ту сторону поодиночке.

— Есть! — радостно оскалился один из гхэллов, нарушив общее затянувшееся молчание.

— В пятидесяти шагах растёт подходящий участок родильной рощи! — деловито уточнил второй.

— Рейд, вперёд! — без промедления приказал Тарп Старый. — Пошли, пошли! Живее!

Бойцы рейда один за другим устремились в портал. И только после всех них прыгнули Мэйх с Корхом. Всё правильно, командирам для полного контроля ситуации придётся оставаться до конца, поэтому и ушли последними, выигрывая отнюдь не лишние секунды. Они же и присмотрят за порталом с той стороны.

— Расслабься, — успокаивающе-мурлыкающим тоном посоветовала Марана, подходя ближе. Она встала за моей спиной, и её горячее дыхание согревающим ветерком скользнуло по моей щеке. — Это всего лишь попытка. Даже неудача принесёт полезный опыт, позволит к следующей попытке подготовиться лучше.

— Знаю, — я отвёл взгляд от портала и положил пальцы в латной перчатке на плечо демонессы, глубоко заглянув в её глаза, где тлел пока спящий огонёк природной силы суккубы. — Да и ждать недолго.

Зубоскал: «Кстати, тебе этот образ идёт. Ты привнесла в него нечто новое».

Марана: «Ну так это же я, повелитель. Я думаю, нас ждёт ещё много интересного в наших непростых отношениях».

Последовав моему примеру и ответив по личному каналу чата (ни к чему греть личными делами чужие уши), демонесса улыбнулась. Не оскалила клыки, как прежде, сверкая острыми кончиками между чёрных губ, а именно улыбнулась нормально, по-человечески. Непривычно. И очень… привлекательно. Впрочем, так она уже улыбалась мне в облике Алии, но Юлианна — это совсем другое. Обычно эта девушка смотрела на меня настороженно, держалась особняком, допуская до своего личного мирка лишь Тангара и старых приятелей из своей бывшей группы.

Зубоскал: «Обещаешь?»

Марана: «Гарантирую».

Я встряхнул головой, скомкав ответную улыбку и пытаясь избавиться от внутреннего напряжения — плохое предчувствие сжимало сердце ледяными пальцами, Знак Алана на лице пёк сильнее обычного. Подозреваю, из-за самой природы портала, пусть его открыл я лично, Печать Смерти уже просигнализировала на Древо о том, что я поблизости. Так что большой разницы нет, буду я находиться перед порталом или прыгну на само Древо Смерти. Результат один — Владыка оповещён. А с рейдом сообща мы сделали бы дело быстрее…

— Благословение Горэла вам дано для чего, бесхвостые недоумки? — сердитый голос стоявшего неподалёку Тарпа привлёк внимание. — Чего ждёте? Применяйте! Все равно на сегодня поход для обоих закончен, к чему экономить на своём здоровье⁈ — и чуть слышно старик проворчал себе под нос: — С каждым нужно нянчиться, как с малым щенком, ноль разумной инициативы. Зато безмозглости — хоть отбавляй.

Усевшись на зад в трёх шагах от портала, оба гхэлла-разведчика скрючились, словно от непосильной ноши на плечах. Но их жизнь продолжала убывать, глаза у бойцов были мутными от боли, а тела дрожали от слабости. Понятно, что зельем здоровья не справиться с Аурой Смертного Истощения.

Чуть нахмурившись, я поискал взглядом такого же счастливчика — разведчика из первого портала. Не заметил, куда он подевался, пока думал о своём и общался с Мараной.

А, вот и он.

Лежит на спине в десяти шагах от портала, глаза псоглавого закрыты, движение грудной клетки едва заметно. Но при этом умудряется стискивать лапой свою любимую алебарду, а у гхэллов оружие ценится чуть ли не больше семьи. По оценке системы, отработав, Аура Смертного Истощения оставила ему чуть меньше шестидесяти процентов жизни. По идее, до грани ему далеко, просто экономит и восстанавливает силы, но, без сомнения, ощущения малоприятные. В чём-то Тарп прав — эти ребята то лезут куда не надо, то не используют то, что дано для сохранения жизни.

Но если с этим Аура уже закончила, то двойку других счастливчиков жрала заживо. Впрочем, после сердитого окрика Тарпа воины виновато кивнули, и по их силуэтам скользнула слабая вспышка активации «Отложенного благословения Горэла». Аура Смертного Истощения исчезла, словно её и не было, а убыль здоровья сразу остановилась, прервав роковой отсчёт.

Впечатлённый, я покачал головой. Сильно. Видимо, так и стоит делать — благословение позволяет задержаться на той стороне чуть дольше, скажем, сорок секунд вместо тридцати, пусть запас все же останется, зато после перехода можно будет сбросить тикающий дебафф и тем самым не только выжить, но и остаться на ногах.

Горэл всё-таки может быть полезен, поставлю зарубку на память.

В крайнем случае можно переправить побывавших на Древе бойцов в Цитадель, ради сохранения жизней стоит истратить несколько дефицитных ключей доступа. Увы, без маяка рядом вряд ли на это хватит времени, так что единственным спасением сейчас и впрямь остаётся благословение…

— Что-то не так, — встревоженно вскинулась Марана. — Они умирают!

Я выругался, сразу увидев, о чём она говорит.

Три символа смерти накрыли иконки бойцов по ту сторону портала. Затем их стало пять, потом сразу девять. Рейд умирал с такой скоростью, что мы, похоже, просто не дождёмся живых обратно.

Тревожно и понимающе переглянувшись с Мараной, я принял решение мгновенно. Я знал, что мне нельзя появляться на Древе, но не видел сейчас другого выхода. А значит, нужно снизить риски любыми способами и возможностями — всем, чем обладаю.

Тарп Старый тоже моментально смекнул, что я задумал, и сразу гневно зарычал:

— Даже не смей, Ключник! Ты нужен здесь и живой, а бойцов ещё найдём! Стой!

Он с решительным видом двинулся ко мне, собираясь придержать силой, но я уже закончил приготовления: запустил «Ловушку умений», врубил «Иллюзию совершенства», поднимая ранг умения, и активировал дефицитный «Большой усилитель могущества». Силуэты Тарпа и бойцов-разведчиков ожидаемо уменьшились визуально, но не так сильно, как на Острове Мертвецов — там я применил усилитель помощнее. В таком виде Тарп не смог бы меня задержать при всём желании, тем более под ускорением «Теневого преимущества», про которое я тоже не забыл.

Марана: «Жаль, нет моей магической сферы, но…»

Я прыгнул в портал.

Марана: «…но обойдусь и так».

Переправившись следом и закончив фразу, суккуба вскинула наизготовку фигурный лук Юлианны, быстрым взглядом охватывая развернувшуюся картину царящего вокруг ада. Она действовала как опытный стрелок, хотя с луком в руках я видел её впервые. Вот сейчас и выясним, насколько Марана успела проникнуться опытом Юлианны, но жаль, что времени после «Рокировки» прошло всего ничего.

В ускоренном восприятии мне потребовались доли секунды на оценку. Про царивший вокруг ад я не оговорился — десятки пожирателей чёрными волнами напирали на остатки воинов гхэллов, сжимая наш злополучный рейд мощными тисками неумолимо сужающихся колец. Прижатые к порталу, Мэйх с Корхом пытались сдержать напор шатунов, орудуя напитанными магией алебардами, рядом с каждым уже громоздились по несколько трупов, но они были живы не благодаря своему мастерству, а лишь потому, что основной удар пришёлся на рейд добытчиков.

Выяснять, как так получилось, что рейд угодил в форменную ловушку, было не ко времени. Уже одиннадцать иконок просигналили о смерти. Двенадцать. Из мельтешащего месива конечностей и сучковатых палиц вдруг вылетело несколько чёрных шаров — броски окружённых врагами гхэллов были точными, но Семена, пролетев два десятка метров и ударившись о поверхность чёрного портала, лишь отскочили, как мячики от стенки, попадав на почву.

Ясно, Семя можно пронести только вместе с игроком, что усложняло и без того гибельную ситуацию.

Увы, я и сам оказался в собственном личном аду, едва шагнув на ветку Древа Смерти. Не помогли ни повышенные усилителем параметры, ни доспехи — тело будто окунулось в чан с кислотой, кожа с ног до головы вспыхнула от боли вся, до последнего клочка. Не помогла и мгновенно вспыхнувшая вокруг меня сфера «Щита льда», отклоняя или поглощая множественные удары со всех сторон. Это было намного хуже, чем в прошлый раз. Зрение тоже помутилось — кислотой плеснуло и в глаза. Но всё же кое-что я пока видел. То ли Печать Алана, сжигая лицо, пыталась нейтрализовать действие Ауры Смерти, то ли что-то ещё…

И я не стал отступать, осознав, что даже в таком состоянии могу помочь своим. Скулы свело от боли, тисками сжимая челюсти и кроша зубы, но сквозь грохот оружия и топот ног меня бы всё равно никто не услышал, даже попытайся я крикнуть во весь голос. Как всегда, в таких случаях выручил чат:

Зубоскал: «Мэйх, Корх — хватайте Семена и проваливайте! Уносите всё, что сможете!»

Накрученная усилителем, громадная голубая вспышка «Копья воздуха» взревела диким ураганом, словно древесные листья разметав пару десятков шатунов и пробив широкий коридор в их плотной толпе. И едва не размазав оставшихся гхэллов, хаотично перемешавшихся с врагами. Как чувствовал, что не стоит начинать с «Копья пламени» — гарантированно положил бы своих. Да и то вышло слишком сильно, с усилителем могущества тоже нужны тренировки, чтобы понимать свои границы и возможности, но где же этих усилителей напастись…

Ударов на меня сыпалось столько, что активированное с первыми же вражескими выпадами умение сета доспехов за пару секунд доросло до «Гнева лидера», распространяя на союзников ауру силы и повышая всем критический урон на 50%.

Толку-то. Бить уже некому.

Зубоскал: «Воины, быстро к порталу!»

На бегу бросая команды, раздавая удары мечом направо и налево, я устремился вперёд, чтобы вырвать из западни отставших воинов-гхэллов. Сшибая вставших на пути врагов жёсткими пинками, отбрасывая их на несколько метров и заставляя сбивать с ног других пожирателей. Я ломился как носорог, хотя каждый шаг давался с огромным трудом, будто ноги стали неподъёмными — и это несмотря на ускорение «Теневым преимуществом» и на дикую силу статов. Аура Древа Смерти легла на плечи стальным прессом, вминая в исходящую смертной дымкой поверхность ветви. Внимание Владыки, где бы он сейчас ни находился, целиком сконцентрировалось на мне, и я это отлично прочувствовал на собственной шкуре.

Подхватив рукой за плечо упавшего на колени гхэлла, отбросил его за спину, хотя воин весил в полтора раза больше меня самого, но сейчас чужой вес для меня почти не имел значения, лишь собственный казался неподъёмным.

Сунувшегося вслед за моим бойцом массивного, словно медведь, пожирателя отшвырнуло назад ударом стрелы в грудь. Пока я сражался с Печатью и пытался спасти гхэллов из рейда, Марана не прохлаждалась — стоя возле портала, она хладнокровно расстреливала врагов практически в упор. Кажущиеся простыми, удары стрел выходили необычайно мощными и одного за другим выбивали пожирателей из накатывающей волны чуть ли не со скоростью пулемёта и с силой боевого молота. Впечатляюще, но сейчас все же требовалось что-то посильнее, чтобы не захлестнуть нас с головой. Нужно не просто отойти, но и унести добытое ценой многих жизней. Ненавижу бессмысленные потери.

Размашистый выпад клинком отбивает несколько палиц шатунов, собравшихся размозжить голову следующему псоглавому — сбитый с ног, тот упрямо пытался встать, опираясь на алебарду. Рывок свободной рукой, и этот воин рычащей от бессильной ярости кометой улетает к порталу. Волна шатунов продолжала напирать, спасала лишь собственная скорость, позволяя уклоняться от десятков выпадов в секунду, да потрескивал от вливающегося урона «Щит льда», принимая пропущенные удары.

Ладно. А как вам… вот так!

Выплеск «Душелова», скрещённого с «Плетью боли», под действием усилителя сработал вспышкой массового удара. Обычно невидимые для врагов и призрачные для собственного взгляда, энергетические плети на этот раз сработали иначе. Десяток многометровых, толщиной с запястье, полыхающих ядовито-зелёным сиянием «лиан» устремились к врагам, мгновенно пробивая насквозь крепкие тела не только в первых рядах, но и поражая два-три слоя за ними.

Это было настолько мощно, что от удивления у меня чуть не сорвало концентрацию. Почти мгновенно вырвав жизнь из по меньшей мере двух десятков врагов и образовав перед собой завал из мёртвых тел, я и сам воспрянул от хлынувшего в тело потока энергии. Зрение резко прояснилось, картинка перед глазами приобрела необычайную чёткость и детализированность.

И всё же этого было мало, чтобы спасти отставших.

Обращение к редко используемому «Теневому клейму» рывком выкачало из меня только что полученную заёмную энергию. Перепад был столь резок, что едва не выбил почву из-под ног, но результат того стоил. Девять бегло выбранных пожирателей моментально замерли истуканами, образовав защитную цепь на гребне волны наступающих. Почти сразу волна их и снесла, но мне этой заминки хватило, так как в тот же момент в душе словно сработал невидимый взрыв.

Некая могущественная сила заполнила всё тело до каждой клеточки. Печать Алана стала чем-то большим, я ощутил в себе само присутствие божества. Полыхающая в душе ярость словно невидимой аурой раздвинула в стороны ломившихся ко мне пожирателей. Буквально размазав ударами Пламеня несколько тварей, я выдернул из-под ног врагов двух почти затоптанных насмерть воинов, одного за другим швыряя их к порталу, и понял, что живых от рейда больше не осталось, кроме тех, кто сейчас был за спиной. А также остро ощутил, что эффект могущества Алана долго не продлится, это лишь авральная попытка ввиду критической ситуации, так как здесь, на Древе, Алану не место. Не по рангу ему бодаться с самим Владыкой, слишком мелок пока мой божок для такого могучего места силы.

Твари продолжали напирать с безумной мощью, топча своих же, умирающих вокруг десятками от моего меча и стрел Мараны. Оставалось лишь своевременно отступить, чтобы самому не остаться на Древе, но не хотелось уходить, не «попрощавшись». Теперь, когда союзников среди врагов не осталось, можно было действовать максимально беспощадно.

Сквозь сталь меча снова рванула «Плеть боли», заодно заставив сработать кристалл с «Мглой бездны» в рукояти. Результат впечатлил до глубины души. Усилитель — это нечто запредельное, даже невысокого ранга. Или здесь и сейчас скрестилось несколько неизвестных мне условий, взаимно усиливая друг друга.

Несколько рядов пожирателей по широкой дуге передо мной вдруг вспыхнули тёмным маревом, корчась от боли и тая от гибельной магии, будто куски сахара в крутом кипятке. Бессловесные твари погибали молча, распадаясь жидкой грязью из праха и останков тел. Падало искорёженное оружие, сыпались конечности и части доспехов, образуя неприглядные смердящие кучи. Но несмотря на это, меньше их не становилось: мощный бесконечный поток продолжал неудержимо литься вперёд, чёрное море тел волновалось вокруг подобно бескрайнему морю в беспокойный ветреный день.

Марана: «Отходи, живо! Прикрою!»

Сверкающие энергетические стрелы из её лука продолжали пронзать воздух сразу во множестве мест, прошивая тела пожирателей насквозь, сшибая их с ног, нанизывая по нескольку сразу на каждую стрелу, впрочем, тут же осыпавшуюся энергетической пылью после прекращения действия.

В этот момент «Аура Смертного Истощения» словно решила взять реванш на непрошеном госте, отмеченном Печатью Смерти. Возможно, за эти считанные секунды боя приблизился сам Владыка, желая поучаствовать в драке, и дистанция стала достаточной для предельной концентрации его воли.

Воздух вдруг будто стал плотнее воды. Дикое давление Стихии Смерти вбило ноги в покрывающую поверхность Ветви грязь с такой силой, что заскрипели кости и застонали суставы. Боль стала совершенно невыносимой, казалось, горела уже не только кожа снаружи, но и всё внутри, воспламенилась сама кровь в раскалённых от жара венах. Давление стало настолько чудовищным, что должно было в считанные секунды убить. Убить того, кто посмел явиться на Древо с Печатью Смерти на теле. Но меня спасли два фактора — действие Усилителя Могущества и влияние Алана, сумевшего даже подавить откат от «Теневого клейма».

Мысль применить «Абсолют», чтобы выиграть время, пропала быстрее, чем появилась. Пять секунд неуязвимости меня совершенно точно погубят, а не спасут. Пожиратели просто обтекут неуязвимый пузырь по бокам и уничтожат портал, заставив меня применить последний маяк, чтобы убраться отсюда и не погибнуть. Какая же всё-таки бесполезная хрень, несмотря на кажущуюся защитную мощь, этот «Абсолют»…

Именно в этот момент Марана провела свой фирменный «Инфернальный обмен», делом доказав, что её способности тоже восстанавливаются ускоренным темпом. Реальность мигнула, и я оказался рядом с порталом, а там, где я только что был, всеми четырьмя лапами приземлилась подоспевшая Фурия, угрожающе вскинув ядовитое жало хвоста и широко распахнув громадные крылья. На её фоне пожиратели резко сократились в размере, дикоша вздымалась среди врагов словно волнолом, разрезающий своим корпусом чёрные волны тел.

«Вихревой взрыв» сработал не на полную мощность, над Древом, совсем как на островах, полёт затруднён. Но врагам этого хватило — с оглушительным хлопком ударная волна расшвыряла всех вокруг прочь, превратив воинство пожирателей в радиусе полутора десятков метров в дикую кучу-малу. Новые твари тут же мутной накипью попёрли по валу из сотен перекрученных тел, топча как погибших, так и пока живых, но поражённых «Контузией».

Поздно.

Едва я вывалился из портала, как несколько пар рук сильным рывком оттащили меня прочь. Следом воздух всколыхнулся от могучего тела Фурии. А затем выскочившая последней Марана нанесла прощальный удар огненным шаром. Портал жарко вспыхнул и осыпался пеплом, путь на остров с Древа Смерти прервался.

Отложенное благословение Горэла хлынуло на тело освежающим душем из родниковой воды, смыв давящую на плечи тяжесть и разрывающую, выжигающую плоть боль.

Тяжело дыша, я осмотрелся.

Под руководством Тарпа несколько разведчиков из тех, кто не участвовал в рейде на Древо, ловко паковали в сети вырванные с боем Семена. На основательно помятую шестерку бойцов, которые в разных позах валялись на взрытой ногами и когтями траве, никто не обращал внимания. Впрочем, и так ясно, что выживут — все они успели применить подарок Горэла.

Шесть. От всего рейда в двадцать рыл осталось лишь шесть бойцов. Два командира, как самые близкие к порталу, и четверо рядовых. Мы с Мараной не в счёт. Твою же мать!!!

Аура усилителя по-прежнему обрубала весь эмоциональный фон, отсеивала все эти ненужные довески в виде душевных терзаний, и всё же вспышка ярости едва не захлестнула сознание даже сквозь эту чёртову ауру.

Остановило лишь одно.

Сейчас, когда мозг работал на пределе и за пределом своих разогнанных возможностей, я, наконец, осознал, чего именно мне не хватало для работы с гарантированным усвоением умений возле Колыбели. Усилитель могущества повышает мощь всех способностей и личных параметров. Почему я это не понял раньше? ВСЕХ параметров. А значит, и удачу тоже. И раз я сейчас как раз под его остаточным воздействием…

Без малейших раздумий я запрыгнул на спину Фурии, и мы вихрем сорвались с места. От безумной скорости вокруг засвистел ветер, отдаваясь шипящим гулом в шлеме. Выжившие после рейда справятся без меня, ничего сложного там не осталось.

Зубоскал: «Марана, проследи, чтобы Семена доставили в Цитадель. У меня срочное дело!»

Должен успеть. Должен!

Глава 16 «Счастливчик Дважды»

— Ладно. Время поджимает, а всё, что требовалось обсудить, мы уже обсудили. Нет смысла ходить по кругу. Загляну к Алану, затем сразу перенесусь на Пятку.

— Договорились. — Хмуро кивнув, Тарп Старый тоже поднялся.

За ним, позвякивая деталями доспехов, начали вставать и остальные, чтобы покинуть зал Центра Управления, где последние пару часов длилось довольно-таки напряжённое совещание, и приступить к поставленным задачам.

После соклановцев и союзников в зале остались лишь несколько расставленных вдоль стен длинных скамей, доставленных гхэллами по распоряжению Старого с Горбатого Великана. Даже не сомневаюсь, что эта «мебель» вскоре пригодится снова, но всё же рано или поздно придётся продумать более приличный интерьер. Трактирные скамьи — не то убранство, что подобает залу управления в Цитадели Феникса.

Впрочем, это последнее, о чём стоит сейчас думать, есть вещи куда важнее.

В несколько шагов добравшись до лестницы, ведущей на нижние этажи, и продолжая размышлять о своём, я бегло скользнул взглядом по уходящим.

Воздушный маг Ранилак, воин-защитник Тангар, вихревой воин Джарук, ловкач Снафу Кусака, дрелан-бионик Гуц, корабельщик Шустрик и его брат, дрессировщик Пятнышко, лучница Юлианна, пиромантка Искра, воин-топорщик Люкас, демонолог Зелеакс, пращница Чупа…

Не хватало копьеносицы Алии, щитоносца Роника и разбойника-виртуоза Сидора — у них самый поздний срок самостоятельного возрождения. Также Зик, Там Ина и Тикки Тара — дрелан с дриадами — пока так и не были найдены на островах, хотя в списке клана они по-прежнему значились живыми. Не говоря уже о Хорке Умном. Его подвешенное состояние в Списке Мёртвых, когда имя есть, а системного отклика нет, по-прежнему не давало мне покоя и всё так же не имело решения. Мне не хватало знаний и практического опыта с подобными «несговорчивыми» именами, поэтому строить предположения о том, что именно с ним происходит, было бессмысленно.

Из чужаков, кроме Тарпа Старого, в совещании участвовали бард Михонариум, разведчик Команч, минотавр-молотобоец Шабл и тактик Антракс — глава бывшего клана «Серый ветер», ныне преобразованного в «Вспомнить всё». Силы бывших пиратов вновь планировалось задействовать полностью, так что их недавно воскресшего после гибели на Острове Мертвецов представителя пригласить было разумно. Заодно ему предоставили возможность взглянуть на Цитадель собственными глазами, и то, что он увидел, Антраксу явно понравилось.

На то и расчёт.

Чем сильнее желание сотрудничать, тем выгоднее для общего дела. Даже если в локации наступит полный апокалипсис, места здесь на всех хватит. По крайней мере — за пределами стен Цитадели, где территория за последнее время значительно расширилась. И даже более того — чем больше здесь народа, тем быстрее будет развиваться мой осколок реальности.

Но раздавать приглашения просто так всё же преждевременно, и без того пришлось из-за сложившихся обстоятельств отказаться от взноса в виде накопителя опыта. Ведь то, что даётся даром, никогда не ценится по-настоящему. Поэтому у тех, кто хоть как-то послужит клану, сделает что-то полезное для нашего общего дела (свалить с Архипелага), заявки будут удовлетворены в первую очередь.

Другое дело, если речь зайдёт об экстренной ситуации, когда единственным вариантом спасения станет осколок — тогда да, отброшу осторожность. Чем больше останется живых бойцов, способных возрождаться самостоятельно за счёт собственных сейвов, тем лучше, так как с мёртвыми и так проблем хватает. Ну а пока для всех желающих будет стимул постараться.

Кстати, третья Башня, над которой прямо сейчас неустанно трудятся Стражи, уже почти закончена. Вскоре они приступят к четвёртой, последней Башне, в конечном итоге образовав ровный квадрат с заново перестроенными стенами укреплений. В результате Башни окажутся по углам просторной «коробочки», и места действительно хватит всем. Что ж, моя идея построить подземное жилище для личного состава без системной планировки лишь поначалу казалась слишком поспешной. Уже созданные помещения лишними точно не станут, пригодятся для различных нужд, в том числе для размещения доверенных чужаков. А для воинов клана, сразу как закончим с основными перестроениями, будем возводить «гостиницу» на поверхности. Всё-таки естественное освещение и «небо» над головой немаловажны для общего психологического состояния.

Пока я задумчиво спускался по ступенькам, несколько соклановцев обогнали меня, торопясь вернуться в жилища и закончить дела. Марана же следовала за мной неслышной тенью. В прежнем воплощении неизменный звук цокающих по камню копыт постоянно выдавал местоположение суккубу, более того, она намеренно не стеснялась заявлять о своём присутствии всем и каждому. Но сейчас, в кожаных сапожках, она ступала почти бесшумно…

Встреча двух Юлианн — любопытное вышло зрелище. Бедолага Тангар довольно долго пребывал в шоке, да и на совещании большую часть времени продолжал смотреть то на одну, то на другую девушку квадратными от изумления глазами. В суете дел двенадцать часов пролетели незаметно, и после первого в своей жизни возрождения настоящая Юлианна тоже не знала, как себя вести. Сперва она, то бледнея, то краснея, делала вид, что своей второй ипостаси не замечает в упор.

Благодаря общему могуществу моя эмпатия развилась настолько, что чувства Юлианны (как и всех остальных, впрочем), были у меня почти как на ладони, но углубляться в анализ не было необходимости. Совет был собран не для забав, а для решения действительно насущных дел. Причём — для скорейшего решения. Зато суккуба, наслаждаясь новым обликом, не упустила случая позабавиться: отпускала шуточки насчёт Юлианны с Тангаром по любому поводу. Впрочем, тем самым она постепенно разрядила обстановку, в ускоренном темпе примирив этих двоих с действительностью.

Честно говоря, реинкарнация Мараны на всех без исключения произвела глубокое впечатление. По сути, на её примере я продемонстрировал новую способность Ключника, серьёзно усилившую мои возможности. Да, это не одномоментное воскрешение с помощью расходника Крохи целой шестёрки из Списка Мёртвых. Зато расходник в данном случае вовсе не нужен, а само возрождение вне Колыбели, учитывая сложившуюся ситуацию, становилось единственной альтернативой.

Первое же применение «Астральной рокировки», вернувшее Марану, подняло само умение до второго ранга и уменьшило время отката вдвое — до двенадцати часов. Умение прокачивалось не очками, а количеством использований, что весьма неплохо само по себе. Как только наберётся ещё пять «Рокировок», умение поднимется до третьего ранга, время отката сократится до шести часов, а затраты энергии упадут до 15%. Радужная перспектива.

Кстати, с подбором новых доноров для перерождения усопших вопрос тоже решён — это обсуждалось на совете в числе прочего. Подготовлен предварительный перечень из Списка Мёртвых для первоочередной работы. Ключнику нужна прокачка, в этом заинтересованы все стороны — мой клан, аборигены, игроки других кланов, а «материала» в Списке хватит. Наградой для чужаков-доноров станет не столько допуск в осколок, сколько сам факт привязки к Колыбели в новой для них реальности. Несмотря на атаки Хаоса, Цитадель по сравнению с Бурей снаружи, безжалостно уничтожавшей острова в локации наравне с пожирателями, по-прежнему остаётся островком спокойствия с чистым небом и свежим воздухом, где достаточно сил для отражения любого вторжения пустотников.

Все аборигены признавали, что нынешняя Буря — слишком необычная. Слишком сильная и непредсказуемая. Никогда до этого острова в локации не перемешивались с такой интенсивностью, а пожиратели и твари Хаоса не атаковали в таком количестве. На том же Горбатом Великане воинам Тарпа Старого вместе с игроками из внешних миров уже удалось отбиться не только от трёх Червей Бездны, но и от множества тварей лишь немногим слабее этих чудовищ.

Каждая такая победа сопровождалась серьёзными потерями, но в первую очередь невосполнимые утраты, как бы ни старались защитники, несло обычное, не инициированное население — самки и щенки гхэллов. Я уже предложил Тарпу хотя бы временно переселить пару сотен живых душ в осколок из числа наименее защищённых, но это станет возможным лишь тогда, когда я смогу произвести достаточно расходников для второстепенных операций.

«Второстепенных»…

Как ни печально это признавать.

Ещё один из сложнейших моментов — Семена. Поход на Древо, по сути, окончился пренеприятнейшим фиаско. Потеряв почти весь рейд, мы сумели добыть лишь жалкие семь Семян. Семь! В Цитадели хранилось ещё одно, итого — восемь. А на разрушение Острова Мертвецов ушло девять. Казалось бы, явная нехватка…

Но это лишь на первый взгляд. Первым своими размышлениями по ситуации поделился Тарп, а затем с ним согласились многие — дело может выгореть и так. По умозаключениям Старого, на Череп Властелина, где вместо центра зияет громадная дыра, а часть «бублика» недавно разрушена катаклизмом, должно хватить и меньше девяти Семян.

Окончательное решение было за мной, и я его принял — надо рискнуть.

Мы все не без оснований опасались, что ещё немного, и Буря доломает остров без нашего вмешательства, превратив его в кучу мелких и бесполезных для нашей цели осколков. Именно поэтому тянуть время дальше нельзя, иначе придётся выбирать другой, абсолютно целый остров, на который восьми Семян может и в самом деле не хватить.

Можно, конечно, отложить операцию ещё на сутки и попробовать этой ночью вновь наведаться на Древо Смерти, чтобы добрать количество Семян с запасом, надеясь, что Череп за эту ночь уцелеет. Новый рейд уже подготовлен — тридцать смертников-гхэллов, готовых рискнуть жизнью по примеру погибших товарищей…

А можно вообще ничего не делать и ждать, что чудо случится само собой, и нужный остров третьего ранга всплывёт без нашего вмешательства. Например, взамен падающих островов меньшего ранга, которые сейчас без устали истребляет природный катаклизм, зачищая локацию Внутреннего Барьера под ноль.

Но рассчитывать на это всерьёз — верх наивного идиотизма и преступного промедления. Если пожиратели уничтожат все острова третьего ранга до того, как мы получим своё… То останется лишь тупо ждать, когда закончится Буря и заявятся деятели из Столицы, чтобы прогнуть нас тут всех под свои хотелки. В баню такую перспективу. Не говоря уже о тысячах тех, кто безвозвратно погибнет вместе с островами. Громадные затраты времени и энергии физически не позволят такую массу народа раз за разом перебрасывать с одного места в другое, с одного гибнущего острова на другой, где пока имеется портал. Да и безопасных мест вскоре может не остаться.

Но и это не всё.

Будто недостаточно было текущих проблем, неожиданно встала в полный рост новая. Заключалась она в том, что моя личная метка «Печати Смерти» после посещения Древа с 25% уязвимости к умениям Фракции Смерти перманентно подскочила сразу до 75%. Что произойдёт, если эта хрень доберётся до 100%, оставалось лишь гадать — не исключено, что я просто отброшу коньки, несмотря на все возможности Ключника, превышающие возможности обычного игрока.

А может, ничего страшного и не случится, лишь бы под созданий Смерти не подставляться и не огребать от их умений. Но где гарантии, что я смогу этого избежать? Сидеть непрерывно в Цитадели, командуя отсюда — не выход. Слишком многое завязано именно на мне, и без моего участия в сложных моментах не обойтись.

В общем, общими размышлениями порешали, что с открытием нового Чёрного портала лучше повременить и разумнее всего этой ночью заняться Черепом.

Если же уничтожить Череп имеющимся количеством Семян не получится…

Вот тогда и будем менять планы.

Достигнув наконец статуи Алана, я уселся подле неё в позе лотоса, высыпал перед собой из подсумка горсть кристаллов сущности, а затем привычно погрузился в медитацию. За прошедший «день» столько раз приходилось это делать, что процесс начинался без малейшей заминки, достаточно было лёгкого волевого усилия. Подчиняясь силе преобразования, вспыхнувшие внутренним огоньком кристаллы взмыли в воздух и медленно закружились в метре над полом вокруг меня. Создание астральных расходников из обычных пятиранговых кристаллов сущности началось.

Марана молча прошла мимо, зная, что в такой момент меня лучше не отвлекать. Окутанная тёплым янтарным светом зала, её гибкая и статная фигурка скрылась в подземном коридоре, соединяющем Храм Алана с Колыбелью Дживы. Сейчас помощь суккубу мне не требовалась, так что встретимся уже вне осколка, когда начнём ночную операцию. А вот проконтролировать ситуацию снаружи не помешает — цепкий и острый ум демонессы ничего не упустит.

Идея, озарившая меня возле Чёрного портала, доказала свою состоятельность. Прошлой ночью я спешил в Цитадель не зря, рассчитывая использовать ауру усилителя могущества, пока её действие не окончилось. Медитировать сразу решил возле статуи Алана — всё-таки это моё личное божество, а значит, и толку от его влияния будет больше. В итоге, под значительно возросшей благодаря усилителю удачей, в четвёртый из девяти доступных слотов пятидесятого уровня уверенно встроилось свежее умение астрального маяка, после изучения обернувшись «Астральным талантом».

Что это дало?

Многое.

Фактически нас это спасло, развязав руки и позволив построить план действий на эту ночь. Теперь с помощью «Таланта» я мог лично, без фейри и ремесленного алтаря, создавать универсальный астральный расходник. Причём, в зависимости от ситуации, такой расходник мог выполнять функции астрального ключа, астрального маяка или астрального портала. Как и в случае с «Астральной рокировкой», развивалось умение самим фактом применения. После первого же изготовленного в единственном числе расходника «Астральный талант» поднялся до второго ранга, позволив создавать уже три штуки за раз, а следующие пять применений подняли умение до третьего ранга, что дало возможность изготавливать шесть расходников одновременно.

Требовались лишь кристаллы сущности, личная воля и энергия, ну и некоторое количество времени, чтобы эту энергию восполнять после каждого изготовления. Возле Статуи Алана в режиме медитации это удавалось сделать довольно-таки быстро, но всё же время занимало, да. Тем не менее четвёртый ранг умения уже близился. Впрочем, и сейчас, на третьем ранге, в зависимости от варианта использования, расходник выдавал весьма сносный результат: «ключ» давал двадцать пять подключений, «маяк» — двадцать пять дней работы, «портал»…

Попытка активировать в Цитадели новый «портал» вновь ничего не дала.

Для чистоты эксперимента я пытался его запустить в пустом зале только что законченной третьей башни. Слабая надежда, что на этот раз астральный пробой найдёт нужный мир и не придётся ломать мозг с установкой «Радужного портала», решив тем самым все накопившиеся неразрешимые проблемы, не оправдалась. Портал активировался, поработал, пожужжал и… снова указал на Небесный Архипелаг. Теперь окончательно стало ясно: пока не выполню поставленную системой задачу и не выберусь из закрытой локации в новый мир через «Радужный портал»…

Да. Придётся и дальше биться головой о стенку. А там одно из двух: или стенка проломится, или мы все здесь сгинем окончательно — вероятность такого исхода довольно-таки высока.

Кстати, после озарения с усилителем продвинулась и давно застрявшая в развитии смекалка:

Изменение характеристики «смекалка»: +1 (20). Бонус: +20 очков умений, разум +20. Получен новый навык «Счастливчик Дважды»: любая проблема — это пока не исследованная возможность. Зачастую залогом успеха является не удачное стечение обстоятельств, а умение верно распорядиться этими обстоятельствами. Отныне при изучении новых умений шанс на удачный исход удвоен.

На последних свободных слотах шанс изучения совсем никакой, так что этот навык — то, что доктор прописал.

После «Астрального таланта» остатка действия усилителя могущества, подкреплённого «Счастливчиком Дважды», хватило на изучение ещё двух умений. Без осечек. А полученных «бесхозных» очков умений оказалось достаточно для возвышения обоих до третьего ранга. Первые ранги заново изученных умений, как я уже заметил, идут с понижением качества, но к третьему, как минимум, умение добирается до прежней силы встроенных в вещи аналогов.

«Иллюзия совершенства» (3) дала одноимённое умение в пятый слот (5/9), действие — час, откат — три, но к привычному описанию добавился бонус: теперь появился 1% шанс, что временное повышение ранга станет перманентным, если ранг умения не превышает четвёртый. Неплохо. Даже более чем. Разве что теперь применение умения, как и предыдущих, тоже завязано на личную энергетику, а она не резиновая. Зато восполняемая естественным образом.

С «Абсолютом» (3) в шестом слоте тоже вышло интересно. Сильное, но ситуативно довольно узкое по использованию умение наконец превратилось в более универсальное. Третий ранг дал те же пять секунд полной неуязвимости к любому урону, но теперь (бинго!) — я перестал быть прикован к одному чёртовому месту и мог, пока тикает защита, или свалить, или напасть на врага физически — сталью и матерными выражениями! Само собой — затраты по энергии нешуточные, зато, если уж действительно всерьёз прижмёт, теперь есть дополнительная мощная фишка по защите. А с учётом пятиминутного отката — весьма перспективная фишка. Будь у меня такой «Абсолют» на Древе, использовал бы без раздумий, выигрывая драгоценные секунды для боя.

Увы, но последняя попытка изучения на истекающих секундах усиления сорвалась, «Счастливчик Дважды» на третий раз спасовал. Возможно, под «Дважды» имелось в виду не только удвоение шанса, но и количество удачных попыток подряд? Учту. Разогнавшись от успеха с предыдущими, я вполне естественно не захотел останавливаться, да и причин не видел — надо ковать железо, пока горячо, так ведь? Жаль… Пойманную в кои-то веки «Мглу Бездны» унесла в неизвестную даль птица обломинго. Хотя седьмой слот давал неплохие 30% шанса на изучение, а усиление повышало этот шанс дополнительно на 50%, и «Дважды Счастливчик» должен был подкинуть своих дров в топку рандома… но вот не срослось. Не может везти бесконечно.

Кристалл-ловушка рассыпался, умение придётся ловить заново, но вряд ли это станет проблемой, так как использовать его я планирую регулярно…

Было ещё кое-что, что меня не на шутку беспокоило.

И не только меня. Что, собственно, и послужило одной из причин для сбора экстренного совещания. Примерно за час до нашего сборища вокруг имени Горада в Списке Мёртвых возникла красная кайма, а рядом запустился таймер суточного отсчёта. Никаких системных пояснений я так и не получил, как ни старался, но сам по себе факт был тревожным, так что держать его в тайне я не стал. Мало того, что первый раз такое вижу, так и имя выбрано явно неспроста. Вопрос — кем выбрано? Для чего? Что произойдёт, когда закончится отсчёт?

Никто на совете не смог выдать на этот счёт вразумительную информацию, даже самые опытные старожилы — Тарп и Михонариум. Напрашивалась мысль, что Владыка Смерти каким-то образом сумел воздействовать на своего эмиссара даже в моём Списке Мёртвых. Но очень надеюсь, что это единственное, что он вообще смог. И что я смогу это предотвратить. Идея, что Горада нужно срочно возрождать принудительно, была единодушной — чтобы элементарно не упустить эмиссара Древа Смерти из своих рук, позволив снова безобразничать на Архипелаге.

Увы, но Изолятор в подвале третьей Башни будет завершён только к утру, силы Стражей как раз брошены на него. Да и донора пока нет. Нужен низкоуровневый, а значит, придётся инициировать какого-нибудь щенка-гхэлла и тут же заставить его послужить носителем эмиссара. Тарп обещал решить этот вопрос сразу после рейда на Череп. Будь у нас донор в наличии прямо сейчас, можно было бы попробовать обойтись магическим ошейником… Но чего нет, того нет. К слову, не каждая семья гхэллов на это согласится, так что не всё так просто.

Несмотря на суточный запас времени, тянуть с этим делом однозначно не стоит.

Насчёт Горада никто иллюзий не испытывал. Вряд ли он после всех манипуляций будет сотрудничать, но хотя бы больше не сможет навредить нашим планам. Жаль, до сих пор нет старейшин. Никто из них не успел возродиться. Я бы с удовольствием пообщался с Архивариусом. Кто, как не он, в силу специфики своей деятельности, должен знать больше остальных?

Но очередь для экстренного возрождения не резиновая. Раз решили, что пока возвращаем тех, кто самостоятельно не сможет, так и будет.

Примерно тридцать минут спустя я устало поднялся на ноги, собрал расходники и двинулся в сторону Колыбели. Несколько суток без сна или хотя бы полноценного отдыха давали о себе знать всё сильнее, но запас прочности пока имелся. Сразу после Черепа можно будет сделать перерыв, а пока придётся потерпеть…

Задумавшись, я не заметил, как преодолел коридор и остановился уже возле Колыбели, перед статуей Дживы. Терзаясь грустью, целую минуту молча рассматривал то, во что превратился образ моей Крохи на ладони статуи. Вместо фейри там мягко сиял внутренним светом овальный кокон, напоминающий яйцо варны, разве что размером чуть больше. До завершения создания образа Дживы оставалось несколько процентов, но я интуитивно чувствовал, что её появление в осколке — это не для моих личных утех. С помощью своего божества личные проблемы решала сама Кроха, и именно она получит основной профит от Дживы.

Пусть так. Я не против. Лишь бы питомица-фейри вернулась.

Впрочем, от Дживы я своё уже получил. Умения Крохи от двух веток «Тайного знания» («Артефактор душ» и «Артефактор измерений») перешли ко мне в виде свободных производных как «Астральная рокировка» и «Астральный талант». Разве что от третьей ветки — «Артефактор предметов» — пока отклика не было, но, образно говоря, ещё и не вечер. К тому же силы мне хватало более чем и без усилителей. В крайнем случае один расходник «Большого усилителя могущества» в запасе пока имелся, ну а закончится — потрясу Тарпа.

Но вот это меня и тревожило — чёртова системная компенсация за Кроху. Опасения, что я её больше не увижу, имели под собой почву. Честно говоря, мысли о Крохе, духовная поддержка Фурии — словно тёплый ласковый ветерок, непрерывно дующий в мою сторону, — и эмоциональный отклик не менее тесно связанной с моей душой Мараны здорово помогали мне упрямо держаться на ногах, несмотря на общее изнурение.

Что ж, вскоре станет ясно, насколько Джива расщедрится на финальном этапе.

Ладно, пора.

Шаг вперёд, короткая вспышка переправки — и меня окружила ночная тьма.

Мир Архипелага встретил сердитым порывистым ветром. Раньше я бы сказал — свирепым, но сейчас, с учётом возросшей силы, для меня словно изменилось влияние физических законов этого мира. Видимо, с каждым днём, с каждым совершённым поступком, влияющим на окружение, сила Ключника сказывалась всё больше.

Марана с Фурией уже находились здесь, как и трое других соклановцев — Шустрик, Пятнышко и Ранилак. Их фигуры проступили сквозь темноту, подсвеченные системой, одновременно загораясь огоньками на мини-карте. До моей отправки они присматривали за островом и в случае опасности, окажись здесь пожиратели или твари Хаоса, предупредили бы заранее.

Островок с запоминающимся названием Пятка нам был давно знаком. Небольшой, около полукилометра в диаметре, до Бури этот клочок суши был образцом тишины и спокойствия. Обитавшие здесь семьи кузнеца Морлоха Железноголового и сборщика Горача Зубастого весьма бережно относились к природе, поэтому утопающий в зелени остров всегда выглядел нетронутым. Но в данный момент гхэллы давно сбежали, а сам клочок суши уцелел лишь каким-то чудом — вся растительность была содрана буйствующими ветрами под самый корень, превратив поверхность тверди в пыльную холодную целину.

И тем не менее нам реально повезло: несмотря на Бурю, разбросавшую большую часть таких малых островов по всей локации как клёцки в кипящем супе, этот оставался самой ближней точкой к нашей цели. Пусть раньше с пристани Пятки до Черепа требовалось преодолеть всего около километра, а сейчас — не меньше пятидесяти, это всё равно по местным меркам близко. Понятно, что маяк продолжал блуждать, так как остров непрерывно перемещался под давлением воздушных потоков. Да и пятьдесят километров — это приблизительное расстояние, так как и сам Череп Властелинов тоже не стоял на месте. Хотя как остров третьего ранга он смещался гораздо медленнее более лёгких островов, но всё же задачка по его поиску будет ещё та.

Самое главное, конечно, то, что на Пятке сохранился старый маяк, благодаря чему у нас осталась возможность прыгнуть на него из Цитадели, чтобы затем отсюда добраться до цели с наименьшими затратами сил. Спрашивается, как я вообще смогу найти во всей этой свистопляске Череп? А вот это любопытный момент. Чёртовы пожиратели, уничтожившие маяк на большом острове, серьёзно усложнили задачу, но — лишь усложнили. Пятидесятый уровень дал мне многое: в том числе при желании я чувствовал отголоски разрушенных или иссякших маяков — это и позволяло ориентироваться даже вслепую.

В противном случае задачка стала бы почти неразрешимой. Искать в Бурю остров на кораблях, рискуя и самими судами, и экипажами…

Уверен, что Тарп Старый, невзирая на Бурю, в конечном итоге справился бы с доставкой заряженного маяком корабля в любую точку локации. Но маяк на палубе как гарантия безопасности — не панацея. Ситуации бывают всякие. Не говоря уже о том, что подобный вояж — а между островом Черепа и Храмом Горэла (где и находился сейчас ближайший корабль с маяком) пролегает расстояние в двести километров — займёт очень много времени.

А время в данный момент играет решающую роль.

Вот и выходило, что единственными, кто сейчас может добраться до Черепа, несмотря на безумные воздушные потоки разыгравшейся Бури, являлись мы с Фурией. К тому же Ключнику окончательная смерть в Бездне грозит куда меньше, и это разумно использовать. Ни к чему подвергать сокланов и союзников неоправданному риску: для них риска и так будет предостаточно в завершающей стадии операции — когда я установлю новый маяк на Черепе Властелина.

Команды игроков-внешников, отряды воинов-гхэллов, дриады и дреланы из альянса «Стрелы Равновесия» — будут задействованы все. Мы решили не ограничиваться полумерами и полностью зачистить Череп от враждебных сил. Раз Семян так мало, придётся предпринять все возможные действия для сохранения их целостности до момента активации.

Дикоша бесшумно возникла рядом, протаяв из пылевой взвеси гигантским силуэтом и обдав меня приветственным фырканьем. Несмотря на опасность предстоящего путешествия, безбашенное создание источало лишь буйную радость. Не мешкая, я открыл специальный подсумок, пристёгнутый к груди дикоши. Вытянул трос и защёлкнул крепления страховки вокруг поясницы, а затем вскочил на шею зверюге.

Марана шагнула в сторону, чтобы не мешать разбегу Фурии. Над её правым плечом привычно парила восстановленная в Колыбели магическая сфера, бросая вокруг багровые отсветы. Из-за обтянутого кожаной курточкой плеча выглядывал край мощного лука. Тёмные волосы Мараны развевались на ветру ожившей тьмой, среди которой проскакивали синеватые искры.

Так как ветер заглушал любые голоса, демонессе пришлось связаться по чату:

Марана: «Будь осторожен, повелитель. Если что-то пойдёт не так — приземляйся на любой ближайший остров, пусть даже на нулёвку, и возвращайся маяком в Цитадель. Плевать на издержки, главное — выживи сам».

Зубоскал: «Сами тоже зря не рискуйте, здесь оставаться смысла больше нет. Ждите сигнала в осколке».

Широко распахнув мощные крылья, Фурия гигантскими прыжками устремилась к краю острова. А затем взмыла над туманной Бездной, навстречу свирепым потокам ветра.

Глава 17 Семь маяков судьбы

Ориентируясь на отголоски старого маяка, мы летели напрямик сквозь насыщенный ледяным туманом воздух, клубящийся перед нами зыбкими горами и ущельями — областями с разной плотностью. Мощные взмахи крыльев несли нас вперёд, и я не мог отделаться от не слишком приятного ощущения, что мы не летим, а плывём в толще причудливой субстанции, теряясь в пространстве: ни верха, ни низа, лишь тянущая в пропасть гравитация в качестве ориентира.

Радовало, что сам полёт в таких условиях стал возможен — дикоша заметно приросла в силе и мастерстве, и даже самые злобные порывы ветра не смогли сбить нас с курса, хотя очень старались.

Пока летел, продолжал усиленно размышлять о предстоящих проблемах и способах их решения — всё равно заняться было нечем, а мозг не любит праздности.

Когда мы устанавливали маяки на Острове Мертвецов, остров пришлось заранее окружить кораблями, расставив их с равными интервалами. Причём на палубе каждого судна был установлен маяк — это позволило подготовленным двойкам клана стартовать прямиком из Цитадели, пока Семена Древа пребывали в «спящем режиме». Для той операции понадобилось целых восемь кораблей и чёткая координация в клан-чате. По сигналу группы переправлялись с бортов, углублялись на сотню метров от края острова и замирали в намеченных точках. Естественно, до высадки эти позиции непрерывно мониторились, чтобы вовремя заметить и ликвидировать любую опасность силами боевых гхэллов, дежуривших на тех же судах. Такое планирование, благодаря острому уму Хорки Умного, позволило избежать непредвиденных стычек с местными тварями и, что важнее, не допустить потерь Семян Древа Смерти.

Сейчас же ситуация с Черепом Властелина была, с одной стороны, проще, так как тысяч мертвяков на острове не водилось, но с другой — значительно сложнее.

В Бурю, даже будь у нас необходимое количество кораблей, без проблем не полетаешь. Нулевая видимость, отсутствие надёжных ориентиров на карте, лавирование вслепую среди барражирующих в непредсказуемых воздушных потоках островов разного калибра…

Чёрт ногу сломит. Никаких гарантий, что корабли доберутся вовремя. Никаких гарантий, что доберутся вообще, не сгинув в Бездне. Допустим, команды можно будет воскресить… опять же, со временем, а его у нас и так жуткая нехватка. Вот только новые корабли — это не оригами из бумаги, быстро их не создать, даже будь нормальные условия для работы, все необходимые материалы и десятки профильных мастеров под рукой. А ведь эти суда понадобятся и для следующего острова, если с Черепом выйдет осечка.

До того как я получил «Астральный талант», я сперва планировал послать только Тарпа с его командой. Если провести корабль в Бурю не сможет тот, кто является высочайшим Ловцом Ветра на всю локацию, то не сможет никто. Но даже в случае успеха с Тарпом меньше сложностей не становилось. Возможности одного палубного маяка ограничены, особенно если этим маяком уже многократно пользовались, поэтому много бойцов переправить через него не удалось бы при всём желании. А в моём запасе на тот момент имелся лишь один-единственный расходник маяка, исключительно на крайний случай.

Ситуация вырисовывалась в целом довольно хреновая.

В первую очередь потому, что пришлось бы — так как деваться всё равно некуда и нужно хоть как-то действовать — переправить на кишащий опасностями остров несколько малочисленных групп со сверхдефицитными Семенами, утрата любого из которых стала бы катастрофической. И оставалось лишь надеяться, что они доберутся до намеченных точек и никто их при этом не сожрёт. Причём в самые дальние точки добраться было бы сложнее всего и потребовалось бы больше времени, что риски только увеличивало. А ещё ведь и жертвы пришлось бы с собой тащить… Или вылавливать их прямо на месте. Но для этого тоже нужны сильные группы. И при всём при этом всегда есть риск вмешательства неподконтрольных сил. Червь Хаоса, пожиратели, местное зверьё — да много чего, что мы ещё не видели, но с чем могут столкнуться команды по активации Семян.

Сплошное уравнение из неизвестных переменных, аж до зубовного скрежета…

Слава Алану, этот безрадостный и малоперспективный вариант отпал сам собой, как только я получил в личное владение «Астральный талант» и наштамповал астральных расходников. На операцию с Черепом должно хватить с запасом. Расходником маяка, причём расходником легко восполняемым, рискнуть куда легче, чем Семенами.

И таким образом Семена прилетят по маякам уже на подготовленные площадки…

Насторожившись, я пристально уставился в клубящийся впереди туман. Надо же, не показалось. Летящее навстречу тёмное пятно быстро вырастало в размерах и не могло быть ничем другим. А Фурия хороша — добрались даже быстрее, чем я предполагал.

Откликаясь на мои мысли, дикоша снисходительно фыркнула — мол, она и не так может, только и успела, что слегка размяться. Ухмыльнувшись, я одобрительно похлопал её по загривку. Вот блин, перчаткой словно по проволоке бьёшь — шерсть стала ещё жёстче. Да уж, без хороших доспехов на моей «милашке» уже не покатаешься, всю задницу стешёшь. Зато теперь не всякий меч возьмёт шкуру питомицы.

Перед приземлением, словно пытаясь наверстать упущенное и отбросить прочь, промозглый поток ветра яростно ударил вертикально вверх вдоль края, но могучее тело дикоши с лёгкостью проломило воздушную преграду. Когти Фурии с хрустом впились в покрытый коркой грязного льда край острова, по инерции её протащило на несколько метров вперёд.

Уверенной рысью отдалившись на сотню метров от края, я с глухим лязгом доспехов спрыгнул с шеи моей зверюги на стылую почву. Здесь властвующий между островами туман заметно поредел, воздух стал суше. Но видимость улучшилась ненамного, так как туман тут же вытеснила носившаяся перед глазами пыль. Мелкая, противная взвесь сразу заскрипела на зубах и заставила досадливо сплюнуть. Странное соседство, пыль и туман, единственное, что их роднило — холод.

И этот холод в целом сейчас был нам только на руку.

Прежде чем установить маяк, я несколько минут вместе с Фурией вглядывался и вслушивался в окружающее пространство, но ни подозрительных звуков, ни движений — ничего…

Ошибочка. Собрался уже было действовать, как моя зверюга насторожилась. Что-то учуяла. Зрение у нас по остроте примерно одинаковое, а вот нюх и слух у дикоши однозначно чувствительнее. И духовная связь донесла до меня то, что учуял её нос. Вот же сцука…

Ладно, разберёмся, а то уже что-то скучно становится.

Но сперва — маяк.

Расходник растворился на голой почве в призрачной вспышке, видимой лишь мне одному. Затем мы с Фурией разошлись, беря врагов в кольцо с двух сторон. Под ногами похрустывала заледеневшая и пожухлая трава, но я не особо опасался, что нас услышат.

Ещё несколько шагов, дуновение ветра, на миг развеявшее завесу пыли…

И Пламень пошёл в дело.

У пятёрки пожирателей, застывших неподвижной кучной группой в «режиме ожидания», не было никаких шансов. Напитанный силой «мглы» и мощью моего пятидесятого уровня меч с хрустом снёс башку одному отродью, затем другому. Фурия с явственно ощутимым кровожадным удовольствием разобрала на запчасти ещё двоих когтями (дракон бы позавидовал их величине и остроте), ничуть не отставая от хозяина, а затем мне пришлось её притормозить.

Последний пожиратель так и не очнулся, даже когда на его шее оказался магический ошейник. Бесцеремонным пинком свалив отродье Смерти на землю, я связал его по рукам и ногам прочной верёвкой.

Эта тушка может пригодиться для активации Семени.

На самом деле мы уже подготовили жертв для всех маяков с запасом. Часть сковали магическими ошейниками, а часть связали путами и подчинили дриады из «Стрел Равновесия». Жаль, что нет двух моих дриад, но их всё равно бы не хватило, так как подчинять умеет только одна из них. Так что ладно… надеюсь, сумеют выбраться, где бы они ни были, и вернуться.

В прошлое посещение острова пожиратели были куда активнее, несмотря на холод, но тогда было утро и пылевая взвесь хоть немного позволила солнцу прогреть воздух. Сейчас же время близилось к полуночи, а чем дольше длилась Буря, тем холоднее становилось с каждой ночью.

Я одобрительно похлопал Фурию по загривку, признавая, что справилась она на отлично — быстро и эффективно. Жаль, что успехов своей подруги не видит Кроха.

Когда я обернулся, рядом уже стояла Марана.

Как всегда, выглядела суккуба весьма эффектно. Вдобавок демоническая аура уже начала побеждать человеческую оболочку, с Юлианной её точно сейчас не спутать. Глаза горят, волосы развеваются, на пальцах рук ногти заострились и выглядят почти как когти. До когтей Фурии далеко, но если подруга захочет, то врежет тому же пожирателю так, что Фурия обзавидуется.

За Мараной быстро подтянулись несколько соклановцев, затем из тумана начали возникать гхэллы верхом на варнах. Тарп обещал привлечь для рейда самых умелых наездников, и я не сомневался в качестве прибывающих воинов. Было и несколько знакомцев — увидев меня, эти воины приветствовали меня ударами кулаков в нагрудный доспех. Вроде бы этих ребят я спас тогда на Древе, отшвырнув к порталу. А сейчас они снова вызвались для непростой работенки. Как бы я ни относился к гхэллам изначально, как только попал на Архипелаг, но к текущему моменту их народ прочно заслужил моё уважение.

Сам Старый не появился, у него и так было слишком много организационных забот, а вот обоих замов прислал. Как только Корх Меткач и Мэйх Остроухий, тоже верхом на здоровенных зверюгах, сообщили, что группы собраны, я дал сигнал к старту.

Заранее разбившись на отдельные десятки, стайки варн суматошно захлопали для ускорения почти бесполезными на острове крыльями. И широким гребнем рванули вглубь острова, довольно быстро скрывшись в пыльных вихрях. Длинные жилистые лапы обеспечат бестиям скорость, позволив воинам сохранить силы для разведки и сражений. Задача верховых десяток — уничтожить всё, что встретится на пути, ликвидировать любую опасность. Да, остров большой и прочесать его будет непросто, но сделать это нужно как можно быстрее.

Мэйх Остроухий: «Зубоскал, не забывай про огонь».

Корх Меткач: «И береги свою задницу, ты нужен нам в добром здравии. Это я тебе слова Тарпа передаю. Лично мне твоя задница без надобности».

Я улыбнулся. Шутник, значит? Ну, получай ответочку.

Зубоскал: «За своей лучше присматривай, бесхвостый».

Корх Меткач: «Это ты на что такое намекаешь? Приличному гхэллу хвост не нужен, тебе ли это не знать».

Зубоскал: «Времена меняются. Посмотри на моих бравых новичков — Шустрика и Пятнышко. Все юные гхэллы им завидуют до кончиков когтей. Мода на хвост у воинов после инициации уже закрепилась, но тебе мечтать об этом поздно. Вот я и говорю — тьфу, бесхвостый».

Корх Меткач: «А вот это обидно было!»

Зубоскал: «Если столкнётесь с Червём Бездны, не вздумайте дурить. Ставьте метку на карте, чтобы мы знали, куда не лезть, и дуйте дальше».

Последнюю фразу уже пришлось бросать вдогонку обиженно умчавшегося с товарищами Мэйха.

Про огонь я помнил и без его напоминания. Любые воспламеняющие умения лучше на пожирателях этой ночью не использовать. Иначе, «согревшись», пусть и сгорающий заживо, пожиратель может очнуться и послать ментальное предупреждение другим группам. Тем самым начав их пробуждение. Начнётся поиск и погоня…

Впрочем, ерунда это всё. Пусть «общаются», сколько влезет. Во-первых, без шума по-любому не выйдет, раз мы решили не оставлять врагов в тылу. Во-вторых, по всем расчётам операция должна закончиться до утра, так что прогреться от утреннего солнышка и начать нам пакостить всерьёз пожирателям не светит.

Проводив внимательным взглядом гхэллов и мысленно пожелав им удачи, я обернулся к ожидающим распоряжений сокланам. Заунывный вой ветра, бросавшего горсти пыли в лицо, не особо располагал к пустым разговорам:

Зубоскал: «Мара, ведёшь группу лично на левый край острова. И, как договорились, без самодеятельности».

Марана: «Сделаем в лучшем виде, повелитель».

Улыбнувшись, суккуба без лишних слов устремилась в пыльное марево.

За ней потянулось трое соклановцев — ракшас Джарук и гхэллы Шустрик с Пятнышком. Стоит отметить, что оба юных гхэлла, да и ракшас, рванули вслед за Мараной с огромным воодушевлением — горели желанием протестировать свои возможности пятидесятников на живых противниках.

Опасность? Лично ракшас чихать на неё хотел, а юные падаваны с большой охотой брали со старшего товарища пример, впечатлившись его возможностями при отражении прорыва пустотников в осколке. Глядя на него, они тоже приготовились жрать эту опасность на завтрак в качестве витаминизированной добавки для развития бойцовского духа.

Как только демонесса доведёт группу до первой отмеченной точки, то лично установит маяк. Да, теперь это стало возможным, что тоже сильно упростило дело: достаточно дать доступ на новые расходники доверенному лицу. Затем тройка сопровождающих останется сторожить точку, а Марана поведет дальше следующую группу, что прибудет на маяк, свежую и готовую к бою. Сама суккуба в отдыхе вряд ли будет нуждаться, у неё и на низких уровнях выносливость была запредельной.

Кроме того, также переправятся для зачистки территории дополнительные группы из завербованных бойцов Антракса, который возглавил сейчас силы всех добровольцев-игроков, или детей природы из «Стрел Равновесия» (дриад и дреланов). По плану в итоге топтать остров будут не меньше двух сотен бойцов. Работы предстояло много, но за ночь должны справиться, поэтому такие ресурсы и брошены на зачистку. Да и кристаллов понадобится немало, моё самое сильное умение «Месть камикадзе» может выбрать сотню за одно применение, а то и больше, если вспомнить Смотрителя. Пусть фармят как не в себя. Мне больше достанется. Ведь в случае чего с тварями вроде Червя Бездны кроме меня разбираться больше некому.

Мысль о «Мести» заставила с ранее несвойственной мне кровожадностью ухмыльнуться. Всё-таки «Концентрация» — приятнейшая штука. Так как теперь это усиление неразрывно связано с «Душеловом», то и все производные «Душелова», а это «Месть камикадзе» и «Хватка лича», тоже получили сокращение отката. А возможность применить «Месть» каждые четыре часа вместо прежних суток — это…

Короче, охренительно. Что тут можно ещё сказать. Ведь «лишних» сейвов у меня сейчас более чем достаточно, осталось лишь позаботиться об энергии для удара.

В рейд, кстати, намеренно отбирали воинов не с последним сейвом за душой, но чем меньше будет потерь, тем лучше для дела. Жёсткий временной лимит на выдёргивание из Списка никуда не делся. Понятное дело, что большинство «везунчиков» возродятся в Колыбели самостоятельно, но это тоже время.

Почему всех желающих не переправил сразу, на первом маяке?

Не все имеют питомцев, на которых можно прокатиться с ветерком. Кроме того, нагрузку на маяки стоит распределять разумно. Число рабочих дней для маяка, на самом деле, величина довольно условная. Например, маяк из нового расходника проработает ровно 25 дней лишь в том случае, если его никто… не тронет. Но так как по нему будут шастать толпы народа, то количество функциональных дней начнёт резко сокращаться.

По плану демонесса должна активировать три точки, оставляя на каждой по отряду. На все точки, конечно, моих сокланов не хватит, даже если оставлять только по трое, но проблем не будет, недостающих заменят гхэллы и прочие желающие.

Нет сомнений, что моя черноволосая и красноглазая спутница с задачей справится, чего бы ей это ни стоило. Сейчас, на пятидесятом, она была сильнее любого соклановца с тем же уровнем. И даже вряд ли по силе уступала мне, Ключнику, так что ничего удивительного, что разводящими я выбрал себя и суккубу.

Кивнув Ранилаку, Чупе и Гуцу, оставшимся контролировать первую точку, я вскочил на Фурию. Мы устремились направо, двигаясь примерно в полутора сотнях метров от края острова. Мы с дикошей — сами по себе группа, любые сопровождающие нам будут только мешать, тормозить. Нет уж, обойдусь без роли няньки. На мне тоже три точки. В итоге со стартовой получается семь. «Лишнее», восьмое Семя, осталось в запасе на случай непредвиденных накладок. Мало ли что может пойти не так…

Семи Семян на этот «дырявый» остров должно хватить. Это не только мой вывод, Тарп тоже склонялся к этому числу. Уж слишком дорого нам эти походы на Древо обходятся.

Следующие пару часов оказались для меня весьма насыщенными событиями.

Островные твари типа вилохвостов так и не встретились, то ли снова попрятались в норы и пещеры, то ли их уже всех прикончили, но и без них хлопот хватало. Потому что тех, кто их мог прикончить, оказалось в избытке: твари Бездны, забравшиеся на остров отжираться местной растительностью и местными же «жителями».

Сперва на нашем пути начали встречаться странные жабы-переростки. Довольно-таки крупные и по-лягушачьи прыгающие существа, на самом деле мало похожие на жаб, но по совокупности признаков почему бы и не назвать так? Так вот эти тварюшки размером с овцу, то ли услышав звуки шагов несущейся во весь опор Фурии, то ли унюхав наш запах, выпрыгивали из пыли и тумана, пытаясь атаковать на ходу кислотными плевками.

Я даже слегка офигел, когда несколько таких плевков пронеслись мимо меня, едва не влепившись в доспехи и активировав «Щит льда», так как до этого момента подобных созданий в Архипелаге не встречал. Но быстро приноровился. В наглых выползков Бездны полетели заклинания, причём я и не собирался замедляться, продолжая с Фурией рваться вперёд. Кристаллы? Без меня соберут. У меня задача важнее — доставить маяки.

Доступно одноразовое территориальное задание «Контроль популяции: Жабы-переростки Бездны». Прогресс: 16/100. Награда: 10% опыта от текущего уровня, 5 очков умений. Принять: да/нет?

Я ухмыльнулся, обнаружив, что система пошла навстречу и присвоила противникам мелькнувшее в уме сравнение. И прожал подтверждение. Кто вообще в здравом уме откажется от награды за свеженький «Контроль популяции»?

Подавайте всё, что есть!

Так как эти твари — не пожиратели, то я не стеснялся в средствах, используя арсенал полностью. Копья пламени, ветра, обжигающие вспышки сыпались в морды особенно настырных тварей сразу по откату, а откат благодаря «Концентрации» был до приятного мал. Иногда приходилось без затей рубить Пламенем вхолостую, осекая головы и лапы или рассекая прыгающие туши на неравные половинки. Доспешное усиление «Сила Лидера» с каждым попаданием по твари неплохо помогало уроном, а суммировавшись до «Гнева лидера», и вовсе превратило каждый удар в критически смертоносный.

Похоже, у этих тупых или слишком голодных созданий совсем отсутствовал инстинкт самосохранения, ведь мы с Фурией — цели намного крупнее и сильнее даже целого стада таких «жаб». Что не мешало очередным кандидатам на разделку вновь и вновь бросаться на нас с упорством, достойным лучшего применения.

Впрочем, жабы оказались не так просты.

Когда позади осталось не меньше трёх десятков трупов и столько же преследователей, до которых я не успел добраться сталью и умением, то пришлось притормозить. Так как я с удивлением осознал, что твари, несмотря на мою в общем-то впечатляющую скорость, даже и не думали отставать, собираясь позади во внушительный «паровозик».

Так дело не пойдёт.

Зачем оставлять на других то, что могу уничтожить сам, причём без особых проблем? Мало ли где эти тварюшки потом выскочат в ответственный момент? Например, на тех, кто будет охранять точку маяка?

Вот я и решил слегка задержаться, а заодно протестировать новые умения. Недовольно ворчащую Фурию без церемоний отогнал подальше за спину. В том, что она справится, я не сомневался, но мне нужна была чистота эксперимента. Жаль, «Концентрацию» с одного из уже привязанных умений на «Абсолют» быстро не перекинуть, там целый ритуал нужен возле Колыбели, но и так сойдёт. Так, доспехи в полном порядке, «Щит льда» снова готов к действию после очередного отката, и…

Вырвавшись из пылевого облака со скоростью лошадиного галопа, первые твари прыгнули на меня с десятка метров, не меньше. Вспыхнули злобой выпученные глаза на стебельках, толстые, почти круглые туши на тонких жилистых лапах ядрами мелькнули в воздухе.

Усмехнувшись, я просто шагнул навстречу. Три твари со всей дури влепились в прозрачный щит «Абсолюта» (3). Тугие смачные удары, будто мячом по штанге ворот. Две вражины сразу откатились трупиками со свёрнутыми шеями, а третья, отлетев, попыталась подняться и злобно прошипеть наверняка матерное ругательство на своём жабьем языке. Получилось жалко. А вот не стоит так широко распахивать пасть во время прыжка — вывихнув при ударе о щит сразу обе челюсти и раскрывшись «цветком», покалеченная тварь от боли потеряла всякую ориентацию.

Второй шаг вперёд.

Целый град звучных ударов о щит добавляет калек и трупов, образуя возле ног слабо шевелящуюся кучу. Что интересно, самого меня эти удары не сдвинули ни на миллиметр: под «Абсолютом» я словно не чувствовал чужой массы, будто привязанный некими пространственными путами к конкретной точке на местности. То есть сбить меня с ног стало невозможно, и при этом я мог двигаться и отвечать физическими ударами как заблагорассудится? Мне это определённо по нраву.

Но пять секунд истекают, и в дело вступает Пламень. Никаких умений, только честная сталь. Ну, разве что «Гнев лидера» и «Щит льда», которые работают на автопилоте. И скорость.

Попадая под удар, жабы разлетались безобразными ошмётками, разбрасывая головы и лапы, а иногда даже взрывались кровавой взвесью. Я пока не научился толком контролировать силу пятидесятника-Ключника и частенько перебарщивал. Не говоря уже о выросшем в данный момент пятидесятипроцентном шансе крита. Вот для этого и остановился потренироваться.

Не успев толком разогреться, я недоуменно замер.

Кончились, что ли?

Да и хрен с ними.

Перепрыгивая кислотные лужи, оставшиеся от плевков отродий Бездны, я быстрым шагом удалился от места побоища, выбрал подходящее местечко почище и активировал первый из трёх маяков, намеченных для установки на условно правой стороне кольцевой части острова.

Глава 18 Рокетбразы и прочие неприятности

Трое соклановцев один за другим возникли возле маяка в течение секунды, стоило лишь отступить на шаг. Неужто все два часа, пока я на скаку пыль глотал, торчали возле портала? Или менялись дежурными тройками? Неважно. Главное — они здесь.

— Зуб, ты же не всех прибил? — лохматый Снафу Кусака сразу шагнул поближе, положив ладони на рукоятки любимых кинжалов и с жадным интересом уставившись на изувеченные трупики монстров. Чёрный пятачок гхэльего носа оживлённо зашевелился, «вынюхивая» обстановку. — Нам тоже контролька нужна!

— Контролька и так на весь рейд, не придуривайся, — с усмешкой осадила его пиромантка Искра, многообещающим жестом похлопывая жезлом по ладони. — Другое дело, что стоять на месте — скука смертная.

— Ага, поддерживаю, — с простоватой улыбкой кивнул Люкас, небрежно придерживая громадный боевой топор на плече.

— А ты не замёрзнешь, подруга? — хмыкнул я, глядя на безрукавку магички и её голые, ничем не защищённые руки. Вот же задавака: амуниции в Цитадели сейчас хватает всякой, но она не желает изменять своим привычкам. — Мне, глядя на тебя, и то зябко становится.

— Меня моё любимое пламя при любой погоде согреет, — без тени сомнения заверила Искра. — Оно у меня в крови. Слушай, а можно оставить здесь кого-то другого, а мы с тобой дальше двинем?

Насчёт контрольки она права. Всех соклановцев я с самого начала рейда связал в одну группу, так что мой счёт по монстрам стал общим. Кроме того, появилось сообщение о втором «Контроле популяции», тот тоже стал общим — группа Мараны буквально несколько минут назад столкнулась с новыми мобами:

«Контроль популяции: Паровые улитки Бездны». Прогресс: 11/100.

Благодаря скорости Фурии я сейчас заметно опережал отряд Мараны, но видел, что зелёные метки наших тоже уверенно двигались в сторону своей первой точки и вскоре будут на месте. А раз Марана ничего не сообщила о столкновении с монстрами, значит, затруднений у неё не возникло и всё в полном порядке.

— Нет, Искра, — я отмёл инициативу магички, заскакивая на Фурию. — Мне сейчас не до отдельных хотелок. Ничего переигрывать не будем, народа у нас и так мало.

— Как скажешь, босс, — на удивление покладисто согласилась среброголовая пиромантка, обычно на всё имевшая эксклюзивное мнение и не стеснявшаяся его отстаивать по любому пустяку. И уже с вполне серьёзным видом пожелала: — Удачи.

Приятно осознавать, что волнуются за меня, засранцы, и не просто потому, что от меня всё тут зависит, а чисто по-человечески — чужие эмоции я чувствую с каждым днём всё отчётливее. Что ж, я тоже к своим «ребятишкам» привязался, благополучие каждого из них для меня не пустой звук, а их риск — это и мой риск. И они это тоже чувствуют.

Тьфу, да что за сентиментальная тема попёрла⁈ Сосредоточься уже!

— И вам тут не хворать. — Я ткнул рукой в нужную сторону, указывая направление. — Там где-то потерялся десяток жабок, как минимум. Развлекайтесь. Но не забывайте о главном — маяк должен уцелеть. Если почувствуете, что сил не хватает, вызывайте подмогу через Тарпа. Если поймёте, что не успеваете — валите в Цитадель. Погибать запрещаю, на хлопоты с вашим возвращением нет времени.

Мы с Фурией успели ускакать метров на сто, когда пыльное марево позади озарилось яркими вспышками магических разрядов, перемежаемых приглушёнными расстоянием тяжёлыми ударами топора Люкаса. Счётчик жаб сразу пошёл в рост. Прекрасно, что настроение у моих боевое, это мне нравится.

Кстати, нужно попробовать обновлённой «Иллюзией совершенства» поднять «Абсолют» на четвёртый ранг и глянуть, что это даст, так как очки умений для перманентного повышения ранга наберутся не скоро. Если получу что-то более стоящее, чем сейчас — а сейчас и так уже неплохо, — то появится приоритет для накопления…

Марана: «Повелитель, я насчёт улиток».

Сообщение прилетело, когда я нарвался на очередную группу пожирателей. Ну как, нарвался. Проезжая мимо, увидел в облаках лениво текущей пыли тесную группу из целого десятка врагов, неподвижно замерших от холода. Мог спокойно ускакать дальше, но… Ладно, не мог. Как бы я ни спешил, нельзя оставлять гадов в тылу. Понятно, раз демонесса решила что-то сообщить о мобах, значит, не всё с этими улитками так просто, но я уже подлетал к отродьям смерти, собираясь пустить оружие в ход.

Зубоскал: «Минутку!»

Нежелательно использовать «Копьё пламени»? Не печаль. Мне вполне достаточно остальных способностей. Да и Фурии на этот раз я дал полную волю, ну разве что не позволил использовать «Метаморфа»: без аур «Панцирная защита» и «Ярость берсеркёра» она и так прекрасно обойдётся на одной голой мощи пятидесятницы. До конца пути пока далеко, не стоит тратить силы больше, чем необходимо для решения этой заминки.

Соскочив на землю за пару десятков шагов от врагов и продолжив бег, я позволил Фурии вырваться вперёд. Дикоша не подкачала: резко разогнавшись в несколько мощных толчков, она взлетела невысоко, всего метра на три — насколько позволила недружелюбная гравитация острова. Зато сполна использованная механика, резко опустившая её обратно на землю, также усилила «Вихревое отражение».

И вновь это вышло впечатляюще.

Ударная волна рванула от точки приземления призрачной, но весьма ощутимой вспышкой, разметав тяжёлые кряжистые тела пожирателей, словно ворох опавших листьев. Всего двое самых массивных шатунов сумели как-то устоять, но, попав под действие «Контузии», так и не успели очухаться и оказать хоть какое-то сопротивление. Практически сдвоенный с «Плетью боли» «Душелов» мгновенно выстрелил в их фигуры призрачным зарядом, окончательно парализуя и перескакивая ветвящимися хлыстами на кувыркающиеся тела поблизости. Разумно использовать любую возможность подзарядиться, нам с Фурией эта энергия лишней не будет, тем более что откат «концентрированного» умения сейчас почти халявный, всего десять секунд — налетай. Чтобы вдогонку не сработала пассивка «Хватка лича», увеличив откат до трёх минут, пришлось системно переключить срабатывание с автоматического на ручное. Нет смысла выдёргивать кристаллы душ из банальных противников, прерывая убийственный спам самого «Душелова».

Рьяно взявшись за дело, мы с питомицей справились быстрее, чем за минуту. Когти и меч, дополняя друг друга, вроде только начали крушить крепкие тела выходцев с Древа Смерти, возвращая их бестелесные души Владыке, как всё закончилось. Опять как-то слишком легко вышло. По опыту знаю — стоит расслабиться, перестав должным образом воспринимать опасность, как судьба тут же чувствительно стукнет по темечку. А значит что? Правильно, нехрен расслабляться.

— Фури, даже не думай, — предупредил я, заметив, что дикоша с каким-то нездоровым интересом принюхивается к оторванной конечности одного из шатунов. — Вернёмся — найдем тебе, что пожрать.

Дикоша пренебрежительно фыркнула, делая вид, что и не собиралась. Подозреваю, что на пятидесятом её желудок стал способен переваривать даже камни, не то что плоть пожирателей, от которой она ранее воротила нос и без моих окриков, но всё же нечего всякую гадость в пасть тянуть.

Закинув меч за спину и запустив процесс разрушения вражеских тел ради сбора кристаллов сущности, я вернулся в чат.

Зубоскал: «Мара, слушаю. Что там?»

Марана: «Улитки. Если встретишь, убивай издали. Могут ошпарить раскалённым паром из едкой кислоты. Бьют метров на пять. Шустрик пострадал, оружие какое-то время держать не сможет».

Зубоскал: «Понял, принял. Отправь его обратно в осколок».

Марана: «Он не согласен. До точки дотерпит, а к тому времени зелье здоровья его подлечит».

Зубоскал: «Хорошо, действуйте на своё усмотрение. И ещё, Мара. Такую инфу сразу транслируй в чат рейда. Я понимаю, что ты по мне уже соскучилась, да и я всегда рад с тобой поболтать, но всё же давай побольше конструктива для общего дела…»

Марана: «Раскусил, противный. Отбой».

Смех демонессы, донёсшийся по чату, заставил меня ответно оскалиться не хуже самой Мараны. С кем поведёшься, от того и наберёшься. Тем более что азарт боя пьянит круче любого спиртного, а провокационный смех подруги, по которой действительно успел соскучиться…

Так, Зуб, к делу, о теле позже будет время подумать!

Кстати, про кислотные плевки жаб я сообщил сразу, как только провёл с ними первое сражение. Передал сведения и в клановый рейд, и командирам внешних отрядов. Пока им везло, сталкивались только с пожирателями, но уверен, что рано или поздно встречи с тварями Бездны никому не избежать.

Морально я был готов, что сразу после возвращения на Череп придётся иметь дело с едва не прикончившим меня в прошлый раз Червём Бездны, но Червя нет, а куча «второстепенных» сюрпризов — пожалуйста.

Получается, вся эта нечисть вылезла из Бездны уже после того, как я покинул остров. Но как они сюда попали? Крыльев у жаб не заметил. Верхом на Черве прибыли? Но этот гигант сам лишь парить умеет — сотни пар когтистых лап с натянутыми перепонками по сторонам его длинного тела врезались в память. Остаётся лишь предположить, что Червь мог подняться с одним из новых всплывающих островов, как на лифте. Тогда почему не встретил остальных тварей сразу? Может, им необходимо какое-то время на адаптацию после появления на острове, прежде чем начать действовать? Иная среда обитания, или что там ещё?

Да к чёрту!

Хорошая тварь Бездны — мёртвая тварь Бездны. Незачем голову забивать дурацкими вопросами. Если они попутно сожрут большую часть пожирателей, то я буду только за.

Дважды за следующий час мы сталкивались с группами жаб-переростков и разок нарвались на тех самых упомянутых Мараной улиток. Не заметил ничего сложного — просто после каждой стычки за моей спиной всё горело, плавилось и дымило, а я мчался дальше. Своевременное применение «Душелова», несмотря на прежний ранг явно вышедшего на новый уровень силы на моем пятидесятом, под чутким управлением «Концентрации» позволяло не экономить энергию.

Но вскоре пришлось столкнуться с кое-чем новеньким, и на бой ушла уже не пара минут, а существенно больше. Сперва Фурия учуяла незнакомый запах, ни с улитками, ни с жабами не имевший сходства. Мы немного скорректировали курс, отклонившись на сотню метров левее, чтобы глянуть, в чём заключается очередная напасть. Предупреждён — значит вооружён, а для выживания ребят я пары лишних минут точно не пожалею.

Но когда из пылевого марева проявились неожиданно громадные и массивные силуэты незнакомых созданий, неторопливо бредущих нам навстречу, Фурия, поражённо рыкнув, резко затормозила. Я и сам неверяще уставился перед собой. Да как, мать его⁈ Как эти твари размером с перекормленного слона, без всякой видимости крыльев, оказались здесь⁈

Так, а что это они делают?

Три монстра, явно разглядев или учуяв нас, приостановились. Пока я усиленно размышлял, с какого бока к ним подступиться и чем наиболее эффективно приложить такие здоровенные туши, эти туши… неторопливо развернулись ко мне задом. Но они и не думали отступать, напротив, готовились к атаке, так как на их горбатых спинах начал косо подниматься натуральный частокол из игл, каждая метров пять длиной и толщиной с мою ногу. Дикобразы-переростки, блин. Что-то мне это напомнило. Что-то из прошлой жизни. Память буксанула разок, другой…

Но когда эти «иглы» вдруг выстрелили, оказавшись натуральными ракетами, рванувшими ко мне на реактивных хвостах огненных выхлопов, меня словно по темечку приложило.

Ракетные, сука, установки природного происхождения⁈

Да ладно!!!

Откликаясь на мой мысленный зов, дикоша стартанула так, что земля разлетелась под её когтистыми лапами, словно от взрыва. «Словно», потому что настоящие взрывы полыхнули спустя секунду там, откуда мы так вовремя свалили.

И снова за моей спиной всё полыхало, гремело и взлетало фонтанами земли. Разве что теперь не от моих рук — мы с Фурией лишь нарезали просторный воображаемый круг. В центре этого круга монстры упорно поворачивались вокруг собственной оси, отслеживая наше перемещение.

Так просто я сбегать не собирался, не прощупав их возможности, а полыхающий по нашим пятам хаос не успевал причинить нам с Фурией вреда. С атакой всё ясно: «Щит льда» такой напор не выдержит, даже проверять не собираюсь — сразу разлечусь кучкой пепла и горелых ошмётков, эта пугающая мощь явно выше моих защитных возможностей.

Впрочем, сила этих зверюг отчасти нивелировалась их медлительной массивностью и невысоким умом, они не успевали на меня толком среагировать. Да и такое понятие, как «упреждающий удар», явно было им неведомо, поэтому они безнадёжно мазали мимо.

На этом можно сыграть. Лишнего усилителя нет, придётся обойтись без него, да и «Месть камикадзе» будет перебором: тварей всего три, а сработает умение лишь на одной. Локти буду кусать, если минуту спустя встречу Червя Бездны, а умение будет в откате. Зато проверить «Абсолют» под «Иллюзией» — самое время…

Придётся зайти в лоб. С задницы к разжиревшим ежам подходить смертельно опасно, и не потому, ясное дело, что могут сесть мне на голову и оставить мокрое место. Интересно, сколько у них таких выстрелов до «перезарядки»? После отстрела боезапас наверняка придётся выращивать заново из «заготовок», и очень надеюсь, что созревают они не мгновенно.

Мы с Фурией рискнули разыграть знакомую карту: резко развернувшись, она рванула прямиком к монстрам, злобно следившим за её приближением громадными зелёными плошками глаз — по шесть штук в два ряда на каждой зубастой морде. Я же, соскочив со спины подруги, начал собственный танец смерти, а Фурии дал разрешение на «Метаморфа» — ситуация не рядовая, надо!

Даже резко увеличившись в размере и распахнув крылья, Фурия, казавшаяся мне громадной зверюгой, на фоне «ежей» вдруг показалась кошкой, заблудившейся возле копыт буйвола. Копыт у тварей, кстати, тоже оказалось по шесть, каждое по метру в обхвате. И стреляли они залпами по шесть игл, если не ошибаюсь. Шестизначные маньяки. Вблизи они оказались вдвое крупнее пресловутых слонов, с которыми я невольно сравнил их при первом взгляде.

Фурия прыгнула.

Удар четырьмя лапами в землю между двумя тварями поднял тучи пыли силовым взрывом «Отражения». И… и ничего. Никакого эффекта вообще. Словно ветерок дунул — туши даже не шелохнулись. «Контузия»? Да говорю, ни хрена! Будто горохом об стенку!

Прикинув, что расходник маяка, если что, у меня под рукой, я не стал останавливать атаку, а Фурии приказал свалить в сторону, пока не затоптали. С десяти метров «Плеть боли» влепилась прямо в тупорылую морду крайней твари, послушно разветвившись на все три туши. И снова никакого эффекта — ни замедления, ни паралича. Да что ж это за такая толстокожая сопротивляемость…

Ну, хоть «Метка еретика» легла как надо.

«Теневое преимущество» выстрелило мной на бегу, словно броском кинжала. Тридцать секунд подавляющей скорости и реакции, ни одна секунда не должна пропасть зря. Пролетая между лап, я успел навесить на тварь «Хватку лича» и одновременно чиркнуть от души Пламенем, оставив за собой шлейф крови и целую гору вываливающихся внутренностей из распоротого брюха. Есть! Очень своевременно прокнула «Беспощадность», усилив удар на 30%, но даже так лезвие меча словно взрезало неподатливую резину, прилично меня притормозив. Силён, монстяра!

Доступно одноразовое территориальное задание «Контроль популяции: Рокетбраз Бездны». Прогресс: 0/5. Награда: 20% опыта от текущего уровня, 10 очков умений. Принять: да/нет?

Чего-чего? Рокетбраз⁈ Это что, сокращение от «ракета плюс дикобраз»? Почему тогда «рокет»? Система снова изволит шутить, развлекаясь с грамматическими ошибками? Ладно, забавно звучит, пусть так и будет. Зато награда — умноженная, а убить нужно «всего» пять штук…

Судя по нулю, я и первого не прикончил, вот же живучая скотина. Зажал нужных мне позарез десять очков умений.

Оставив оседающего и обиженно ревущего монстра истекать кровью за спиной, я снова ускорился и долбанул «Копьём пламени» следующего здоровяка — простите, рокетбраза, — тут же добавил «Копьём ветра». Без видимого эффекта. А затем, окончательно разозлившись на чёртову толстокожесть, разрядил накопленные очки атаки «Ледяным шквалом».

Бок монстра будто разворотило взрывом противотанковой мины. Плоть, осколки рёбер, ошмётки внутренних органов и фонтаны крови чудовищным куполом накрыли всё вокруг. Пришлось нырнуть между лап зверюги, спасаясь от этого «дождя», а затем метнуться к последней цели. На скорости «Теневого преимущества» монстры двигались словно в замедленной съёмке, так что успевал я многое, оставаясь вне досягаемости любой из тварей.

Прогресс (рокетбразы): ⅕.

Да-а!!! Совсем другое дело! Триста пятьдесят процентов физического урона — это вам не печеньки с чаем на халяву жрать, пока морда не треснет! Не знаю, при чём тут печеньки, чего только в воспалённом сознании в бою не мелькнет, но да ладно.

Недалеко мелькнула Фурия, как косами подрезая когтями передние лапы монстра, и, вырвав кровавый шлейф из жуткой раны, снова пропала из виду. Ощущение опасности горячим ветром дохнуло в спину, и я не раздумывая врубил «Абсолют», не забыв заранее накинуть на умение «Иллюзию совершенства».

А затем вокруг разверзся ад.

Оказалось, вроде как неуклюжий первый монстр, которого я сумел серьёзно ранить, но, увы, не смертельно, умудрился частично развернуться и выпустить пару свежезаточенных «ракет» прямо в меня, наплевав на близость своего «родственника».

Из зоны поражения я успел вырваться лишь отчасти. Пламя взрыва драконом выдохнуло в левый бок, и… я спокойно отпрыгнул дальше, оставляя за собой вспаханную и пылающую почву, но не получив ни малейшего повреждения. А когда мельком глянул на изменившееся описание «Абсолюта», пришлось силой воли заставлять себя не тормозить — лучше уж изучить всё в процессе движения.

Это… это просто прекрасно!

Теперь силовая защита «Абсолюта» на временном четвёртом ранге повторяла контур тела поверх доспехов, совершенно не мешая движениям и позволяя применять любые действия — как физические удары, так и заклинания. Причём возникла возможность растянуть пузырь «Абсолюта» на Фурию, пока сидел на ней верхом и система воспринимала человека со зверем как одно целое. А также — частичное отражение урона. Пусть цифры и не указаны — отличная фишка. Образно говоря, пузырь научился кусаться, а не только пассивно сносить побои. Что же тогда даст пятый ранг, хотелось бы узнать? Алан меня запинай до смерти, хочу это выяснить, есть куда стремиться!

Но сперва нужно закончить дело, и… ладно, не буду мелочиться.

На последней секунде «Абсолюта», мгновенно сократив дистанцию в десяток метров и переместившись вплотную к монстру «Теневым проколом», я со всей дури рубанул Пламенем. От отдачи хрустнули локти и плечи, да и в позвоночнике что-то щёлкнуло и заныло. Но зато вдвое энергетически удлинившийся образ лезвия вспорол шею рокет… сейчас ржать начну, нервное… рокетбраза, да.

Прогресс (рокетбразы): ⅖.

Прыжок, уклонение корпуса, отступление на два шага. Голова монстра, оставляя кровавый след, прокатилась мимо. Мне пришлось развернуться на сто восемьдесят, чтобы закончить счёт — пока первый недобиток, к которому уже летела, стелясь над землёй, гибкая и стремительная тень Фурии, снова не жахнул иглами-ракетами.

Не успел. Я даже не осознавал, насколько всё быстро происходит, но «Хватка лича» дотикала только в этот момент — и сработала как надо, вырвав из монстра жизнь вместе с кристаллом сущности. Монстр утробно вякнул и начал медленно падать на бок.

Прогресс (рокетбразы): ⅗.

Окинув оценивающим взглядом три горы бездыханной плоти, я тут же связался по чату с одним из командиров гхэллов, попутно присев на колено для установки астрального маяка:

Зубоскал: «Корх, как там у тебя дела?»

Корх Меткач: «Потерь нет. Кстати, для тебя лично есть новость…»

Зубоскал: «Погоди. Мне нужна отдельная команда шкуродёров. Не хочу отвлекать тех, кто уже зачищает территорию, но у меня здесь только что появился отличный материал для доспехов, не стоит ему пропадать. Маяк уже установлен».

Корх Меткач:«Ты про рокетбразов говоришь?»

Зубоскал: «Знакомы такие звери?»

Корх Меткач:«С таким странным названием — не-а. Просто бестиарий обновился. Хорошо, пришлю. Теперь слушай новость — Тарп доставил в Цитадель донора для твоего Горада».

Зубоскал: «Зараза. Я как бы немного-сильно занят рейдом…»

Корх Меткач: «Не стоит тянуть. Для твоего сведения, Тарп назначил донором одного из своих щенков, не захотел перекладывать ответственность на чужих. Представь состояние мелкого — он знает, что ему предстоит. И тем не менее готов. Заявил, что знаком с тобой и верит в твоё дело. Вот такой самоотверженный засранец, цени. А кем тебя заменить в рейде, Тарп уже нашёл. Ты просто не забудь расходник маяка передать и допуск на установку, парни всё сделают и без тебя».

Он прав. Проблема с красной каймой на имени Горада по-прежнему актуальна. Да, времени вроде как пока хватает, на отсчёт таймера имеется больше половины суток, но и тянуть до последнего не стоит. Ситуация тревожная, в любой миг события могут сорваться вскачь… Как бы потом локти не пришлось кусать, что прохлопал момент, когда была возможность сделать как надо.

Интересно, кто там из троих так в меня верит: Лапа, Ушан или Прохвост?

Зубоскал: «Уговорил, чёрт языкастый».

Глава 19 Материнский алтарь

По моей команде последняя группа клана перенеслась на маяк — Юлианна, Тангар и Зелеакс. Пока сокланы настороженно осматривались, морщась от секущего лицо ветра, я вкратце обрисовал ситуацию. Озвучил те же инструкции по безопасности, что и предыдущей группе. Затем передал Тангару, как старшему в тройке, расходник маяка для новой группы, которую вместо меня пришлёт на точку для дальнейшего окучивания острова уже Тарп Старый.

Попутно отметил про себя, что между Тангаром и Юлианной всё вроде утряслось, разобрались со своими проблемами. Никаких косых взглядов или затаённого эмоционального напряжения. К совместной работе они готовы, а это главное.

Едва закончил, как Фурия «деликатно» скребанула по наплечнику скорпионьим жалом на кончике хвоста — к пятидесятому уровню её природный клинок выглядел совсем уж устрашающе. Так питомица привлекала моё внимание. Не набегалась, мохнатая забияка.

— Хорошо, Фури, остаёшься здесь. И присмотри за ними, — я кивнул в сторону спутников.

— А не наоборот⁈ — слегка ошалело уточнил Тангар.

— Кто сильнее, тот и командует, — Зелеакс подмигнул дикоше, на что та пренебрежительно фыркнула — мол, не подлизывайся.

— А я не против, если подруга немного порулит, — улыбнулась Юлианна.

И удостоилась очередного фырканья.

— Не шалите без меня, — бросил я напоследок и покинул дружную компанию.

Стоило прыгнуть в Цитадель, как вокруг воцарилась благословенная тишина.

Ни воя ветра, ни рёва монстров, да и воздух прозрачен, как слеза младенца. Дома всё-таки хорошо…

Хмыкнув на этой мысли, я оценивающим взором вперился в троих кандидатов в доноры, ожидавших в Центре управления — три фигурки лопоухих щенков ростом по пояс, тщедушные на фоне кряжистого огромного гхэлла-старейшины за их спинами. Вот даже как. Зараза хитрая… Тарп не пожелал выбирать сам, спихнул задачу на мою голову. Впрочем, решение привлечь собственных щенков удовольствия ему явно не доставило, но всё-таки он его принял и желал присмотреть за подопытным до самого конца. Желание вполне понятное и приемлемое, легко уважить.

— Кого из них возьмёшь? — с насупленным видом проворчал Тарп Старый.

— Так, кто из вас самый отчаянный? — я внимательно всмотрелся в щенков, отслеживая реакцию каждого.

Храбрились все, ведь по понятиям воинов негоже гхэллу бегать от трудных задач, но ни малейшего страха я не учуял лишь в одном — в Прохвосте. А вот у Лапы и Ушана хвосты предательски поджались. Недаром у них принято купировать хвосты при инициации — чтобы эмоции не проступали так явно для окружающих. Те ещё хитрецы.

— Лапа и Ушан, можете погулять по Цитадели, — кивнул я, сделав выбор. — Прохвост, за мной.

Один из Стражей басовито гудящей сферой всплыл над лестницей, ведущей из зала зарядки, чтобы присмотреть за гостями согласно заложенной программе. Щенки с любопытством уставились на него, а охранник Цитадели — на них. Смотрелось это достаточно забавно, учитывая полное отсутствие органов зрения у Стража, но его пристальное и строгое внимание чувствовалось явственно.

Быстрым шагом спустившись в подвал, я миновал Статую Алана, проводившую меня неподвижным взором янтарно-каменных глаз, и по новому коридору, а затем по лестнице вверх, добрался до первого этажа «свежеиспечённой» Третьей Башни. И сама Башня, и Изолятор к этой минуте уже стояли готовыми, что оказалось весьма кстати. Окончание стройки планировалось к утру, но мне удалось ускорить процесс, временно сняв Стражей с патрулирования территории и бросив на производственные работы. Просто рассудил, что прорыв пустотников отгремел недавно, и незачем рабочей силе бездействовать зря — время дорого во всех отношениях.

Изолятора я до этого момента не видел.

Бесшумно отодвинув блестевшую полированным металлом решётчатую дверь на новеньких смазанных креплениях и переступив порог, я с любопытством окинул помещение размером три на три метра, облицованное гладким красным гранитом. Невольно мелькнула мысль: возникни желание обставить эти стены роскошной мебелью, и всё засияет как номер люкс.

Если бы не одно «но».

Бывший создатель Цитадели оказался весьма предусмотрителен — на противоположных стенах, повыше и пониже, обнаружилось нечто вроде лебёдок с цепями. Для рук и ног жертвы соответственно. А для магического противодействия на помещение самой Цитаделью было наложено перманентное заклинание «Истощение магии». Гостиничному номеру подобное «убранство» вряд ли соответствовало. Я тебя недооценивал, Феникс Крик. Как бывший владелец Цитадели, ты оказался коварнейшей личностью, раз оставил мне подобное наследство. Но отказываться не собираюсь, мне это тоже подходит. Наверное, я тоже коварная личность, хотя и считаю себя добрым, милым и пушистым.

Иногда ситуация вынуждает переходить от пряников к розгам.

Опередив родителя на пару шагов, Прохвост ушастой торпедой влетел в помещение вслед за мной и тоже с интересом уставился на «оборудование». Вот чертяка, действительно совершенно не боится.

— Точно не передумал? — на всякий случай уточнил я, указав щенку, куда встать. — Пойми правильно, отговаривать не собираюсь, но, возможно, один из твоих братьев…

— Да никогда! — тонким голоском выпалил щенок. — Я готов!

— Что, новый способ Инициации понравился? Пример Пятнышка с Шустриком вдохновил?

— Ну ещё бы! — Прохвост закивал с такой частотой, что мне инстинктивно захотелось придержать его за уши, чтобы голова не отвалилась. — Я буду третьим! Хочу такой же быстрый рост! Это невероятно… круто! Взлететь до пятидесятки! У нас такого ни с кем и никогда не случалось!

Круто ему, блин. Нахватался человеческих словечек. Вот уж действительно — Прохвост, говорящее имечко.

— С тобой так быстро не выйдет, — безжалостно осадил я, чтобы сразу избавить от лишних иллюзий, — ресурсов сейчас нет даже на своих, а ты своим пока не стал. Просто особые обстоятельства потребовали особого подхода.

— Всё равно, я готов! Я… — от волнения у засранца голос прервался, но упрямый взгляд говорил о том, что отступать он не собирается.

— Держи волю в когтях, — неодобрительно проворчал Тарп.

— А по мне он большой молодец, — хмыкнул я.

В четыре руки мы с Тарпом, помрачневшим сильнее, но так и не сказавшим ни слова против, надели и закрепили на запястья и щиколотки мохнатого пацана обручи оков, такие же блестящие, как и все металлические элементы Изолятора. Затем натянули рукоятками лебёдок цепи, буквально распяв Прохвоста возле стены. Аккуратно, мы же не садисты, да и небольшую слабину оставили. Но надёжно. Кто знает, что может выкинуть Горад, воплотившись в тело щенка. Да, возможностей на тридцатом уровне, считай, никаких, но… технику безопасности никто не отменял.

Бережёного, как говорится, Алан Тёмный бережёт.

— Так, слушай меня внимательно, — я шагнул к Прохвосту поближе. — Сейчас я закачаю в тебя сознание Горада. По правилу умения он сможет пользоваться твоим телом не более девяти часов, а ты имеешь право выставить его из своего сознания в любой момент. Но нам нужно, чтобы ты сам отказался от своего тела, даже если Горад будет против. Он должен остаться здесь в качестве пленника, а не шляться по локации и делать нам гадости, как он привык.

Прохвост кивал лохматой головой на каждое моё слово, и я, честно говоря, не был уверен, что он действительно вникает в суть, а не просто готов на всё что угодно, лишь бы влиться в мой клан, пройдя инициацию нестандартным способом. Кстати, не один я так подумал.

— Тебе всё понятно? — Тарп Старый вперил в своего отпрыска суровый взгляд.

— Да понял я, понял! — щенок аж подпрыгнул от нетерпения, зазвенев цепями.

Что ж, меня радует его энтузиазм. Это успокаивает совесть.

Не став тянуть дальше, я мягко обхватил ладонями виски Прохвоста. В прошлый раз, проделывая подобное с Юлианной, я переживал о душевном здоровье девушки после такой манипуляции, а теперь приходилось беспокоиться об этом мелком. Жаль, но, видимо, никогда я не очерствею настолько, чтобы стало плевать на подобные операции с чужим сознанием. Может, это и к лучшему? Впрочем, по поводу психики Горада я точно не переживал. В задницу Горада.

Как бы дело ни обернулось, он всё это заслужил.

Выделить имя в Списке: Горад (50); установить связь с донором… связь установлена.

По мышцам уже знакомо прокатилась горячая волна. Печать Алана на лице потеплела, откликаясь на передачу энергии донору. Нагретые ручейки с моих ладоней скользнули в голову щенка. Тот напрягся, но мгновенно оцепенел, более не в силах шевельнуться. Всё длилось недолго, поскольку запаса сил потребовалось меньше, чем в случае с Мараной — всего тридцать процентов. Недаром умение поднялось до второго ранга. Боюсь даже предположить, что сталось бы с Прохвостом при такой хрупкой комплекции, влей я в него столько же, сколько в Юлианну. Лопнул бы, как воздушный шарик?

Ладно, шутки прочь. Я встряхнул головой, прогоняя лёгкое помутнение. Во второй раз процесс прошёл действительно легче: ни слабости, ни пота градом.

— Прохвост? Как ты себя чувствуешь?

Но щенок лишь безвольно повис на жалобно звякнувших и натянувшихся цепях, не отзываясь. Странно. Юлианна после переноса сохраняла рассудок. Неужели донор слишком слаб? Однако показатели здоровья и энергии выглядят почти в норме, лишь едва просели. Видимо, сказываются стартовые условия: в ситуации с Мараной я переносил низкий уровень в тело высокого, здесь же — вышло ровно наоборот.

— Ясно, — я покосился на Тарпа Старого, не спускавшего тревожного взора с отпрыска. Пришлось немного приукрасить положение, чтобы старик не изводился слишком сильно. — Так было и в прошлый раз. Потребуется время, чтобы изменения закрепились. Думаю, сейчас здесь нет смысла находиться, пока Горад приходит в себя. У нас и помимо Изолятора полно дел. Поставлю Стража для наблюдения, или можешь вызвать своего воина, а то мои закончились.

— Нет, — тряхнул сивогривой головой старик. — Я пока сам присмотрю за Прохвостом. На это время у меня найдётся.

— Как пожелаешь. А мне необходимо отлучиться. Как только появятся изменения — сообщи.

Снова миновав по пути статую Алана, я быстрым шагом добрался до Колыбели. Зов, который шёл оттуда, не умолкал с той секунды, когда я перенёсся с Черепа Властелина, настойчиво оповещая о чём-то важном. Но поскольку в этом призыве не сквозило тревожных ноток, я решил сперва закончить с «Астральной рокировкой» для Горада.

Ну а сейчас, раз появилась пауза, почему бы и не проверить, в чём дело?

Сердцем чую, что для разнообразия случилось нечто хорошее. Жизнь ведь как «зебра» — чёрные полоски событий чередуются с белыми. Да, иной раз попадаются «неправильные зебры», где чёрного слишком много, но рано или поздно этот цикл должен закончиться…

Переступив порог зала, я резко остановился.

Так она и выглядит — «белая полоса»?

«Храм Дживы Покровительницы: 100%».

Зал преобразился: стены и пол источали мягкий золотистый свет, от которого воздух в помещении будто непрерывно дрожал. А фигурки танцующих на резных барельефах… двигались. Реально двигались, и это не было игрой воображения. Плавно меняя положение тел, они шевелили крошечными ручками и ножками, трепеща яркими крылышками за спиной. Точные копии Крохи теперь жили своей таинственной жизнью, оставаясь частью высеченной на янтаре картины.

Красиво, но стены меня мало интересовали. Я медленным шагом приблизился к двухметровой статуе Дживы, прикипев к ней взглядом. Сейчас она казалась более живой, чем прежде. Рябь и волны прокатывались по полупрозрачной ткани воздушного одеяния, не скрывавшего очертаний прекрасного тела и собиравшегося в живописные складки.

Руки Дживы по-прежнему были подняты к груди, но теперь полупрозрачный силуэт Крохи исчез. Обе ладони богини мягко сжимали светящееся яйцо примерно полуметровой высоты.

Я не сразу заметил, что трое коротышек-коби, побросав инструменты в мастерской, тоже торчат здесь и благоговейно смотрят на законченную статую. Из-за игры света их фигурки почти потерялись в пространстве зала. Вот же бездельники, может, вас вместо воинов на следующую точку маяка отправить?

Ладно, не стану перегибать палку, но…

— А ну брысь отсюда, — тихо шикнул я, и неразлучная троица испарилась с такой скоростью, что впору подозревать применение скрытых умений.

Оставшись один, я сразу почувствовал, что поступил правильно. Это представление предназначалось только для нас с Крохой, а не для толпы любопытствующих. Как же чертовски долго пришлось ждать… Лично мне её отсутствие показалось вечностью. Я дико соскучился по непоседливой малой.

Прислушиваясь к зову Дживы, я аккуратно обхватил Яйцо пальцами и забрал его из ладоней статуи. Почти невесомое. Тёплое. Живое. И очень красивое — его поверхность напоминала идеальные медовые соты.

Так, и что с ним делать дальше?

Понял, не дурак.

Получив очередной безмолвный посыл Дживы, я постарался избегать резких движений, чтобы не дай Алан не уронить ношу, и направился обратно в Третью Башню. Кажется, я даже забыл, как дышать, и вспомнил об этом, лишь когда опустил Яйцо в Очаг Силы на третьем этаже.

Кроха важнее всех планов. Всё остальное — подождёт.

Осталось теперь дождаться… чего? А, чёрт, опять шкала прогресса.

«Материнский алтарь» (прогресс развёртки: 1%).

Ясненько. Созревание требовало времени. Я с любопытством наблюдал, как из-под основания Яйца потянулись живые побеги из того же медового янтаря. Судя по скорости прогресса — пока я смотрел, натикало уже 5% — артефакт приживётся довольно быстро. С десяток отростков вымахали на два метра, буквально врастая в гранит пола. Причём этот процесс шёл настолько филигранно, словно янтарные нити вплавлялись в камень: ни трещин, ни крошек, единое целое монолита с живой плотью…

Живой? Выглядит странно, но, видимо, всё-таки живой.

Я отступил на несколько шагов, чтобы не мешать.

Если всё это происходит исключительно ради возвращения Крохи, то выглядит слишком масштабно. Кто выйдет из Яйца? Она сама или кто-то иной? Зараза. В первую очередь я хочу вернуть её, а остальное — на усмотрение Дживы. Тем более что вреда от неё не чувствовалось. Напротив, от Очага расходилась благожелательная аура, постепенно захватывая территорию осколка.

Тарп Старый:«Зубоскал, Горад пришёл в себя. Может говорить».

Зубоскал: «Иду».

Сдержав ругательство, я заставил себя отвернуться от сияния и поспешил вниз. Горад! Я собирался воскресить его хотя бы ради того, чтобы убить лично — за то, что он сделал с Крохой. А теперь хотелось прикончить его ещё и за то, что не дал мне спокойно досмотреть появление Чуда.

Но пока я бежал, злость почти затихла. Главное, что Кроха скоро будет со мной. Лишний негатив сейчас ни к чему.

В Изолятор я влетел уже почти спокойным. Горад в облике Прохвоста сидел на полу, понурив голову. Цепи были приспущены — Тарп позволил ему принять удобную позу. Сам старик стоял у стены, мрачно глядя на бывшего отпрыска.

Бывшего ведь?

— Ну, что тут у вас? Горад? Готов говорить?

— Благодарю за возможность, — «щенок» открыл глаза. Взгляд был пронзительным и совсем не детским. — Я уже не надеялся вырваться от Владыки. Но ты оправдал мои ожидания, Зубоскал.

— Рад, значит, — процедил я, подходя ближе. Внутри снова вспыхнула ярость, которую становилось всё труднее гасить. — Тебе придётся сообщить мне что-то действительно полезное, чтобы остаться в этом теле. Иначе…

— Нет ничего проще, — спокойно кивнул Горад. — У тебя Печать Смерти, и она близка к завершению. Ты обречён, как и я. Это достаточно полезная информация?

Глава 20 Эмиссар поневоле

— Громкое заявление, — неприязненно усмехнулся я. — Но обойдёмся без зловещих предсказаний. Давай конкретнее. Что значит «Печать близка к завершению»?

— Я ведь начинал так же, как и ты. — Горад поднял полузвериную лапу, оценивающе оглядывая серую кожу. Он сжал и разжал короткие пальцы, поросшие густой тёмной шерстью. Осторожно, словно боясь разбить хрупкое стекло, коснулся когтями вытянутой челюсти и медленно провёл ими по ряду острых клыков. Хмыкнул.

— Когда поймал кулоном… да-да, тем самым, что висит у тебя на шее, «Чёрный портал», изрядно обрадовался открывшимся перспективам. Позже артефакт спёр Майло по приказу Антракса, надеясь, что это умерит мои аппетиты. Но посылка опоздала. Всё необходимое для опытов уже имелось под рукой, а после я просто начал подминать под себя клан… Могущество пьянит, знаешь ли. Правда, поганцы пытались проголосовать за моё исключение, однако к тому моменту сторонников среди гхэллов хватало. Им тоже нравилось нравилось нагибать всех окружающих, так что затея провалилась. Видишь ли, у нас правила подразумевали коллегиальные решения, Антракс не властвовал единолично, за что и поплатился. Противникам пришлось убираться восвояси самим…

— Пока не слишком содержательно, — холодно оборвал я Горада. — Сейчас меня интересуют исключительно сведения о Печати Смерти.

— Именно к этому я и вёл, — многообещающе осклабился бывший некромант в обличье Прохвоста. — Как и ты, я пустился в охоту за Семенами Древа, вот только цели преследовал иные. Мечтал насолить Форту и лично паршивцу Хорке. Стражники попили моей крови изрядно: видите ли, нарушения правил им не нравились. А по мне — кто сильнее, тот и заказывает музыку…

— Печать, — с нажимом повторил я, возвращая собеседника в нужное русло. Его шкурные интересы меня совершенно не волновали.

— Печать… — тяжело вздохнул несостоявшийся властелин мёртвых. — Да. С каждым посещением Древа через Чёрный портал у меня росли проценты влияния Печати Смерти. Я не осознавал, к чему это приведёт, и просто отмахивался. Ну, достигнет ста процентов, и что дальше? Надеялся просто реже встречаться с пожирателями, чтобы получать меньше урона — забот с игроками и так хватало. Полагал, получу нечто полезное, что усилит меня ещё больше. Глупо. Погоня за могуществом оказалась дорогой в один конец. По крайней мере, в моём случае.

— Дай-ка угадаю, — я напряжённо усмехнулся, начиная понимать, к чему он клонит. — На ста процентах ты стал меняться? Ясно, что говнюком, как ты выразился о Хорке, ты слыл и прежде, но Печать превратила тебя в полного и бесповоротного говнюка?

— Можно и так сказать, — Горад тоже хмыкнул и шевельнулся, устраиваясь удобнее. Охранные цепи негромко звякнули. — Но «говнюк» — понятие растяжимое. Любой из нас в определённых ситуациях может стать пахучим продуктом жизнедеятельности, это ведь с чьей точки оценивать…

— Тратишь моё время. Тебе крупно повезло, что я не пригласил на допрос Марану, которой ты знатно насолил. Случись так, конструктивного разговора бы не вышло. Зато воплей хватило бы с избытком. Твоих воплей. Марана — большая ценительница чужих мучений, у неё колоссальный опыт в подобном искусстве. Впрочем, у меня самого кулаки чешутся.

Сам я не видел, чтобы суккуба над кем-то издевалась, но воображение легко рисовало картинку, учитывая её прежнюю суть. Прекрасно помню нашу первую встречу в подземелье Лунной Радуги, когда она едва не размазала меня по плитам пола. Припугнуть Горада в такой ситуации — милое дело.

— Ладно, усвоил. — Горад чуть прищурился, перспектива встречи с Мараной ему явно не улыбалась. — Перед тем как меня прихлопнули в той эпичной резне на Острове Мертвецов, ты видел моё преображение. Вряд ли тебе захочется обрести такой облик, а это неизбежно, стоит лишь ещё раз навестить Древо через Чёрный портал.

— Вот как. Значит, способа избавиться от Печати ты так и не нашёл, верно?

— Местные божки — мусор, а не высшие силы локации. Ни Йеноху, ни Горэл даже не попытались совладать с проклятием, когда я воззвал к ним, обещая верную службу. Они просто струсили и затаились в собственных Храмах.

Ну да, конечно. Не стану просвещать тебя, Горад, что мой Алан Тёмный тоже с этим не сладил. Спишем слабость на божественную юность покровителя. Как теперь обернётся дело с Дживой, когда её воплощение завершилось, тоже неясно. Из твоих слов напрашивается прямой вывод: Владыка могуществен. Чрезвычайно силён, и местные небожители просто благоразумно не пожелали биться о него лбом, собирая шишки без всякой выгоды.

— Повежливее, Горад, — сурово вставил Тарп Старый, демонстративно разминая мощные когтистые пальцы. — Хрустнуть шеей твоего тельца мне не составит труда.

— Хрен у тебя рука поднимется на собственного щенка, пусть и бывшего, — насмешливо оскалился Горад. — Не лезь, блохастый, я не с тобой толкую, а с тем, от кого зависит будущее этой локации. Если, конечно, тебя вообще заботит судьба хвостатых сородичей. Или желаешь пободаться со мной из принципа?

— Так, оба, утихли. — Я бросил предупреждающий взгляд на Тарпа, по чату попросив соратника набраться терпения и пока не вмешиваться.

Горад действовал на нервы, однако он действительно делился важной информацией о Печати. Сведениями, катастрофически важными для меня лично. А значит — и для каждого из нас.

— При ста процентах Печати я превратился в эмиссара Древа Смерти, — помрачнев и заметно остыв, продолжил свои откровения Горад. — Сперва лишь формально. Снова не придал факту большого значения, даже заинтересовался, предчувствуя новые возможности. Но стоило в очередной раз отдать кровь для активации Семени, как поганая связь закрепилась окончательно. По сути, я стал марионеткой сучьей твари, обитающей на Древе. Личная воля перестала что-либо значить. С того мига я исполнял исключительно Его прихоти. Ты не представляешь, какое это паскудное чувство… Тем не менее у меня теплилась надежда вырваться из петли. Слабая, но, судя по тому, что я вижу сейчас… Как только до меня дошли слухи о тебе через подчинённых, благодаря тесной близости душ Владыка не мог не заметить твой потенциал. Именно так я осознал: ты для него — главная угроза в локации.

— Продолжай, — кивнул я, думая о том, что всё-таки оказался прав: не всё было однозначно с тем приключением на Острове Мертвецов, где довелось очутиться после пленения Горадом. — И в чём конкретно заключалась твоя надежда?

— Ты ведь не мог не проследить связи? — Горад вопросительно вскинул бровь. В облике щенка это смотрелось комично, особенно учитывая, что гхэллам подобная мимика не свойственна. — Кулон с «Ловцом умений», Чёрный портал, Печать Смерти, эмиссар Владыки… Теперь видишь? Хозяин решил, что повторить эту цепочку на тебе — отличная идея.

Поэтому, когда гхэллы обыскивали тебя с Майло на корабле, он через меня велел им не замечать проклятый амулет у вора. Чтобы тот сумел передать вещицу тебе. Продуманный поганец — вижу, так и вышло. Владыка знал, что ты — Ключник. Тот, кто соединяет разные миры и способен между ними путешествовать… Именно поэтому он готов бросить все легионы Древа, чтобы заполучить тебя. Это открыло бы для него грандиозные горизонты. Пока соперники с сотен иных Древ Смерти, которыми планета утыкана, словно гнойниками, ломают головы, как вырваться за границы блокированных зон, он просто скользнёт в новый мир. В мир, который распахнёшь ты. Где для него не будет преград. Признаюсь, ему было чертовски сложно тебя вычислить. Аура Ключника надёжно прятала тебя от взора Господина. Вернее, скрывала до того мгновения, пока ты по своей воле не шагнул в Чёрный портал. Согласись, уловку с твоей фейри Владыка разыграл мастерски, вынудив тебя ступить на нужную тропу.

— За метку на фейри тоже ответишь, не сомневайся, — напомнил я. — Дальше.

— Метку на фейри? Случайность. Я задержался там, возле Смотрителя, вовсе не ради клейма. Намеренная уловка, попытка ускользнуть от Владыки. Призрачный шанс угодить в твой Список Мёртвых, о существовании которого я узнал не благодаря, а вопреки воле Хозяина. Просто он не считал нужным таить мысли от собственных рабов. По сути, я обвёл Владыку вокруг пальца — первый и, надеюсь, в последний раз, поскольку возвращаться в его длань не желаю… — Горад зябко передёрнул тощими гхэльими плечами и нахмурился. — Погоди, твоя фейри до сих пор носит эту печать? Настоятельно рекомендую избавиться от неё немедленно! Не знаю, что именно этот знак сотворит с ней, но гарантированно ничего доброго не выйдет. Владелец питомца волен отречься от него в любую секунду…

— С фейри без тебя разберусь. Дальше.

— Как пожелаешь, мой строгий надзиратель, я всё равно твой бесправный пленник, — Горад с усмешкой поднял руки и демонстративно позвенел цепями. — Самое забавное, что я даже не возражаю против этого заточения. Наоборот. Так, Печать. Самое главное — судя по твоим семидесяти пяти процентам, ты подступил вплотную к опасной черте. После следующего посещения Древа тебе настанет безоговорочный кирдык. Можешь уже начинать благодарить меня за своевременное предупреждение.

— Рановато раздавать благодарности, Горад, — ледяным тоном бросил я, не поддаваясь на его попытки пронять меня эмоционально. — Твоя информация нуждается в тщательной проверке.

— В твоих интересах поверить. Ведь я мог бы и промолчать. Владыка способен вливать мощь напрямую лишь в одного эмиссара, процедура для него слишком затратна. Но сделай он эмиссаром тебя — а это, поверь, куда перспективнее — возможно, отвязался бы от меня… Вот только шансы, что я после подобной смены ролей вновь обрету себя, ничтожны. Скорее всего, он бы просто прикончил меня, как не оправдавшего надежд, или низвёл в статусе до тупорылого ревуна, а то и вовсе до сраного рядового пожирателя. И эта перспектива мне ни хрена не улыбается. — Пленник подался вперёд, насколько позволяли оковы. — Поэтому я с тобой сейчас предельно честен: твоё выживание — моё выживание. Причём мне жизненно необходимо остаться именно в этом щенячьем теле. Плевать на уровни и потерю способностей, всё это восстановимо. Но не в этом мирке плавающих в воздухе островов, на планете, неизлечимо поражённой спорами Смерти. Сдаётся мне, здесь от Печати уже не отмыться, стоит лишь единожды её заполучить. Но ты ведь не планируешь здесь оставаться, верно?

Я не ответил, погрузившись в раздумья о возникшей проблеме. На первый взгляд — неразрешимой. Запас Семян Древа Смерти остался только на разрушение одного острова. И пополнить ресурсы я уже не смогу… Кто ж знал, что Печать — это не только повышенный урон от враждебной фракции. Нет, некоторые подозрения, конечно, имелись, особенно после сложностей с Крохой, но…

А теперь получается, что новая попытка открыть «Чёрный портал» — смерти подобна… Причём и буквально, и фигурально, учитывая, что я бодаюсь с Владыкой Древа Смерти.

Но что, если это лишь уловка Горада? Вдруг ушлёпок просто хочет отрезать меня от возможности посещения Древа для пополнения запасов Семян? Чёрт. Ставки слишком велики. Рисковать, чтобы проверить правдивость его слов — непозволительная роскошь… Тогда как поступить? Отдать кулон кому-то другому и отправить в составе отряда бродить среди мест скопления нежити, в надежде, что кто-то из них применит нужный навык и его снова получится поймать на «Ловца»? Если доброволец активирует переход и получит метку, это будет не так фатально, как в моём случае. К тому же новичку можно будет пару раз сгонять на Древо, набрав Семян и не превратившись в эмиссара…

Да тут просто задница какая-то, а не шансы.

С другой стороны, кулон для меня в любом случае больше не актуален, у меня имеется «Ловушка», так что… Нет, полная хрень! Перспективы настолько иллюзорны, учитывая, что времени у нас на всё в обрез, что…

— Свалить все свои выходки на Владыку не получится, Горад, — хмуро обронил я, продолжая лихорадочно соображать и пытаясь придумать выход. — Ты сам это начал, по собственной воле, и получил ровно то, что заслужил.

— Да как скажешь, — Горад снова пожал плечами. — Хоть горшком назови, только в печь не суй. В смысле — не выпускай меня из этой уютной каморки, пока всё дерьмо снаружи не уляжется, лады? К твоему сведению, Зуб, самое паскудное при рабстве у Владыки — это чувства. Их попросту нет. Именно это отличает живых от мертвецов. Рассудком я понимал, что должен что-то испытывать, но внутри копошилась лишь пустота. Она пожирала меня день за днём, выжигая саму память об эмоциях. — Он тяжело вздохнул, уставившись в гранитный пол. — Я знал: ещё немного, и забуду, кем был, превратившись в безмозглого эмиссара. Стану лишь одним из сонма тупых мертвяков Владыки… Вру. Отчаяние. Оно было единственным, что я ещё ощущал. Словно натянутый нерв, который вот-вот лопнет, и тогда для меня всё окончательно закончится.

— Так, давай-ка без истерик, ладно? Вижу, тебе не с кем было выговориться. Но я тебе по-прежнему не доверяю. И вряд ли это изменится в обозримом будущем.

— Я сейчас сам себе не доверяю, — хмыкнул Горад. — Но теперь я снова чувствую, и мне это чертовски нравится. Поэтому меня слегка… эмоционально штормит.

На самом деле я чувствовал, что он не лжёт. По крайней мере, он сам верил в то, о чём говорил. Также я ощущал его страх — дикий, ломающий волю и сознание ужас, что он снова вернётся под «крылышко» Хозяина. Его бравада и напускная язвительность — лишь защитная реакция. Нервы. Когда напрочь выбит из колеи и пытаешься понять, как себя стоит вести, может и заносить на поворотах. При этом Горад испытывал не менее сильное, чем страх, облегчение. Что с ним всё разрешилось именно так — возрождением в ином теле.

Так что я ему почти поверил. Но пусть пока не расслабляется и колется дальше, а потому я сохранил суровое выражение лица и холодный тон.

— Допустим… Лишь допустим, я тебе поверю. Хочу уточнить момент. Ты говорил, что отдавать кровь при активации Семени — опасно?

— В определённой степени. Пока нет стопроцентного влияния Печати, ты останешься собой. Хотя это тоже, кстати, усиливает проклятие, как и открытие «Чёрного портала», просто в значительно меньшей степени. Но если поймаешь красную кайму, то перерождение может состояться и без Печати…

Сцука!!!

Я мысленно открыл Список Мёртвых и уставился на последних сокланов, кто должен был вскоре возродиться в Колыбели. Уже через несколько часов самостоятельно вернётся Роник, а спустя половину суток после него — Алия и Сидор. Мои самые большие неудачники по количеству потерянных сейвов. И у всех троих имена были обведены жирной грёбаной красной каймой. Как бы я ни открещивался от связи с Владыкой, но его Печать и в самом деле работала тихой сапой, делая своё чёрное дело. Начала с Горада, чтобы его вернуть, но тут же перекинулась на моих людей, стоило некроманту вырваться из-под власти Хозяина.

И хорошо, что я на это сразу обратил внимание.

Чёртов План Смерти. Способен заразить даже мой Список… Мёртвых. М-да, трудно не заметить созвучия. Родственные направления или фатальное совпадение? Так. Отныне этот перечень превращается в… в Список Ожидания.

Системная надпись мигнула и послушно сменила название.

Вот, так гораздо лучше. Хотя бы для моих нервов, ведь суть от этого не изменилась.

— Откуда ты знаешь про красную кайму? — недобро продолжил я допрос. — Как ты её можешь видеть? Тебе доступны данные воскрешения Колыбели⁈

— Что? Не неси чушь. Клановый интерфейс. Я же числился заместителем Антракса, так что мне полагался расширенный функционал — то, чего рядовым не видать. И прекрасно наблюдал, как несколько моих последователей-гхэллов из прежнего клана сперва поймали красную рамку, а после переродились в слуг Владыки. Перестарались с кровью при активации Семян Древа, вот и результат.

— Тарп, — я резко повернул голову к древнему гхэллу, по-прежнему подпиравшему стену Изолятора плечом с угрюмым видом. — Мне срочно нужны три донора для «Рокировки». Понимаешь? Срочно! Желательно — люди. Два парня и девушка.

— Проблемы в Списке? — моментально смекнул старейшина, сразу оживляясь и отлипая от гранитной кладки. — Найду, не беспокойся. И Майло поищет, у него хорошо получается работа вербовщика. — Он дёрнул нижней челюстью в сторону Горада. — А с этим что будешь делать? Не могу смотреть, как этот мерзавец использует тело моего щенка. Можно уже свернуть ему шею?

— Эй, эй, старик, ты это чего удумал…

Они сцепились в эмоциональной перепалке, но я уже не слушал, так как получил по чату новый сигнал. Вернее, с интервалом в секунду поступили два оповещения: Марана установила свой второй маяк из запланированных трёх, и то же самое по другую сторону острова собралась сделать группа… Тангара.

Что, ёпта?

Получается, что дриады, прибывшие через маяк для похода к следующей точке, были оставлены её охранять, а Тангар решил самовольно двинуться дальше? Не усидел на месте, приключенец хренов. Юлианна подбила или Зелеакс? Юлианна, что тут думать. За нарушение дисциплины я им ещё выскажу пару ласковых, но чёрт бы с ней, с этой самоволкой — задача им была вполне по силам, и они с ней почти справились. Просто я не хотел лишний раз своими людьми рисковать, мало их у меня. И вот сюрприз — группа Тангара лишь немного не дошла до нужного места, так как столкнулась с врагом, одолеть которого шансов у них не было. Ни малейших.

Тангар: «Зуб, мы видим прямо сейчас здоровенную тварину, о которой ты рассказывал. Может, это тот же самый, а может, и другой. Я о Черве Бездны говорю, если что. Уровня его не видно, далековато, но и нас он пока не заметил. Если мы попробуем его обогнуть, то непонятно, какой крюк нужно сделать, чтобы тварь не отреагировала, ведь агрозона неизвестна…»

Зубоскал: «Ставь маяк!»

Тангар: «Но мы ещё не дошли до…»

Зубоскал: «СТАВЬ!!!»

— Тарп, на тебе доноры, а я на остров, у нас проблемы!

Последнее слово я выкрикивал уже на бегу, мысленно отправив сторожить Горада одного из Стражей. Изолятор и так справится, но мало ли что может выкинуть этот некромант.

Недолго длилась белая полоса.

Зато появилась возможность опробовать силы на действительно мощном противнике. Теперь, когда я в полной боеготовности, статы распределены и усвоены, умения усилены, а два подсумка забиты кристаллами сущности как раз на такой случай…

Раз у нас осталась единственная возможность разрушить этот остров, то именно сегодня я это и сделаю. Не позволю какому-то червяку-переростку вмешиваться в мои планы, и так трещавшие по швам после всех откровений неудачливого игрока.

Проскочил короткий коридор, мазнул взглядом по статуе Алана, казалось, насмешливо взирающего на мою суету янтарными глазами, и взлетел по лестнице на второй этаж Центра Управления. С разбегу прыгнул из Цитадели на выбранную координатную точку, только что загоревшуюся в обновлённом списке действующих маяков…

Ночная тьма мягко сомкнула объятия, сухой ледяной воздух овеял лицо. Я услышал тяжёлый, вибрирующий гул и почти сразу отыскал взглядом его не такой уж далёкий источник. Как и в первую встречу, несмотря на всю подготовку, от зрелища перехватило дух. Червь находился в двухстах метрах, но расстояние не спасало: он нависал над землёй колоссальным, шевелящимся знаком вопроса, чернея на фоне серого ночного неба.

— Хей-хо, Зуб! Не прошло и года! — радостно поприветствовал меня звучным баритоном Михонариум, нарисовавшись рядом в тёплой компании остальных самовольщиков.

Я хмыкнул. Теперь понятно, кто зачинщик и почему они так осмелели. Эльф явно прибыл по поручению Тарпа Старого с группой дриад. Поэтому лесных дев смело оставили на точке, а мои архаровцы увязались за авантюристом с лютней. С его эксклюзивными усилениями мощь отряда возрастала в разы, значительно снижая риски потерь.

Фурия почти бесшумно вынырнула из темноты и поприветствовала тихим рыком, дыхнув в лицо… Фу, блин, какую гадость она успела сожрать, пока меня не было⁈ Но её смятение я хорошо прочувствовал: прошлая встреча с Червём и дикошу впечатлила. Такой противник даже мою забияку превращал в кроткую тихоню. Правда, ненадолго.

— Что будем делать? — встревоженно поинтересовался Тангар. — Обогнём Червя и потратим новый расходник или…

— И так сойдёт, — отмёл я предложение. — Километр-другой для расстановки маяков не принципиален. Главное — завершить саму цепочку. Марана уже в пути, а последний маяк поставлю я сам.

— А Червь? — непонимающе уточнила Юлианна.

— Будем валить, — я мимолётно усмехнулся, уже занятый внутренними расчётами предстоящей схватки.

— Валить⁈ — Юлианна явно не поверила в то, что услышала.

— Нехрен ему тут развлекаться у нас под ногами…

— Под ногами? — нервно хохотнул Зелеакс. — По-моему, это мы у него под ногами, точнее, под брюхом, а не наоборот.

— Не-не-не, — почти испуганно запротестовал Михонариум, — ты что-то попутал, дружище Зуб, мы на такое не подписывались…

— Сидите здесь, — бесцеремонно оборвал я эльфа, закончив приготовления. — Я погнал.

— Тысяча тёмнозадых демонов, а план?!!

Михонариум зря сотрясал воздух. Две слившиеся тени, я и Фурия, уже молнией бросились вперёд, стремительными прыжками когтистых лап стелясь по земле.

Глава 21 Ва-банк на острие клинка

Ветер наотмашь хлестал по щекам, царапая кожу ледяными пальцами и остервенело пытаясь пробраться под плотные пластины доспехов. Мы с Фурией неслись вперёд, окончательно отбросив мысли о маскировке. Рельеф местности, как ни старайся, не позволит долго скрываться от взгляда такой громадины, как Червь. Но призрачный шанс всё же оставался: ночная мгла и облако пыли, застелившее пространство до самых крон лесных великанов, могли спрятать нас на время. По крайней мере, пока я не приближусь на расстояние дистанционного удара.

А вот потом…

Зубоскал: «Миха, сможешь держаться позади на дистанции действия своих умений? Скорости хватит?»

Михонариум: «Я тебе не гхэлл, чтобы носиться наравне с варной! И вообще, у меня тонкая душевная организация, так что я не бегаю от врагов, а услаждаю их уши звуками волшебной музыки…»

Зубоскал: «До полного бесчувствия, да. Что у тебя самое долгоиграющее? Быстрее!»

Михонариум: «Хей, невежливо так перебивать! Друг называется!»

Зубоскал: «Миха!!!»

Михонариум: «Без ножа режешь, все очки модуляции на тебя сбрасываю…»

В следующую секунду я уже покинул пределы досягаемости дистанционных умений барда, но тот всё же успел наложить бафф. Похоже, этот пижон намеренно испытывал моё терпение, прекрасно осознавая границы своих возможностей. Или всё-таки он не был уверен в успехе моей затеи? Михонариум ведь ещё не видел, насколько я прибавил в мощи, так что его сомнения вполне уместны.

А сам-то я уверен в собственных действиях? Хороший вопрос. Как бы то ни было, рядом с моим ником вспыхнула иконка усиления: «Фанфары могущества: сила, ловкость, разум, мудрость и скорость всех членов группы или рейд-отряда увеличена на 30%».

Я оценил щедрость барда, влившего колоссальный объём маны в этот серьёзный эффект ради меня одного. Возникло ощущение, будто за спиной расправляются крылья, а от переполняющей тело силы я вот-вот оторвусь от земли и полечу быстрее дикоши. Эффект длился пять минут, но затягивать схватку надолго я не планировал. Остальные кратковременные бонусы вроде «Песен» действовали секунд по двадцать и погасли бы раньше, чем я достигну цели, так что тратить на них ресурсы сейчас не имело смысла.

На самом деле Михонариум зря беспокоился — план имелся. Просто не было смысла тратить время на его озвучку, так как кроме меня самого этот замысел никого не включал. Даже Марану. Пусть лучше пробивается к точке установки последнего маяка, незачем её дёргать. Шанс погибнуть для меня минимален, а значит, мне и рисковать в первую очередь, чтобы вновь не морочить голову со Списком Мёр… Ожидания.

Старая добрая поговорка: хочешь что-то сделать хорошо — сделай сам.

Сейчас именно такой случай.

Уверен, что Червь — далеко не самый опасный монстр Архипелага. Не исключено, что — упаси меня Алан — придётся сойтись в бою с самим Владыкой, и я обязан знать границы своих новых возможностей, полученных у Колыбели. Нужно чётко осознавать, когда стоит лезть на рожон, а когда — придержать коней. А поскольку обычные пожиратели вплоть до шаманов больше не тянут на роль серьёзных противников, мне требуется цель покрупнее.

Да ладно, ладно! Признаюсь: нервное напряжение последних дней требовало жёсткой схватки на пределе сил. Только так этот тяжкий груз удавалось сбрасывать. Если подойти непредвзято, то для очередной пробы способностей мне вполне хватило бы и ревуна. Например, той самой сволочи, что преследовала меня по пятам, когда я пытался покинуть остров и потерял Фурию. Ведь эти твари сильнее белогривых гхэллов из Форта… которого больше нет. Уступал ревун лишь Хорке Умному, которого тоже пока… нет. Надеюсь, что Хорка так или иначе обязательно вернётся, несмотря на странные проблемы с его именем в Списке. Но ревун не подвернулся, а Червь — вот он, скотина, прямо на пути, ломает нашу ночную стратегию по изничтожению острова.

Значит, придётся поломать его самого.

Самонадеянно звучит?

Ну хорошо — хотя бы попытаться это сделать.

При нашей первой встрече я был слишком изнурён для схватки, даже интерфейс практически не работал. Но уже тогда я прикидывал варианты, как стал бы действовать, окажись во всеоружии. В целом схема осталась прежней, лишь в ротацию добавилась пара свежих навыков. Ко всему прочему, убийство сверхсильной твари — это шанс разом закрыть редкий квест на «Контроль популяции» и раздобыть очки умений, в которых я постоянно испытываю нужду. Раз это сработало с Матёрым Пастухом камнеедов и Каменным Смотрителем, почему бы не извлечь выгоду из Червя?

Плохо, что я не знаком с арсеналом этого гигантского монстра. Но весьма обнадёживает наличие персонального противоядия от немедленной смерти.

«Жатву душ» использовать бессмысленно — вряд ли у Червяка имеется такая же способность к бесконечному возрождению, как у почившего Акарха. Да и откат в виде «Великого изнурения» мне совершенно не нужен, ведь на сегодня запланировано много важных дел. А значит, «Душелову» вполне хватит и пятого ранга. «Иллюзию совершенства» стоит потратить на поднятие уровня чего-то наиболее актуального.

И нет, не на «Ловушку умений», хотя её я обязательно запущу. Четвёртого ранга ей и так достаточно, всё равно при перепрошивке возле Колыбели любое пойманное умение сбрасывается до стартового значения. Просто чем выше статус «Ловушки», тем выше вероятность захвата чужих способностей.

«Оковы магии» (4)? Сомневаюсь, что даже пятый ранг подействует на столь громадного монстра, разве что под всеми мыслимыми усилениями или когда сработает «Великий уравнитель» в момент применения «Мести камикадзе», но…

Нет, не то.

Усмехнувшись, я набросил «Иллюзию» на «Абсолют», повысив ранг способности на ближайший час до четвёртого. Что проверено, то проверено. Больно уж хороший бонус открывается на этом этапе, отличная палочка-выручалочка в случае критической угрозы. И голову ломать, на что потратить эффект, больше не надо. Вот бы саму «Иллюзию» тоже поднять на ступень выше и глянуть, что интересного она даст… Но саму себя она не улучшает, проверял, так что придётся тратить очки умений.

Где бы их столько взять, чтобы сразу на всё хватило.

Фурия глухо заворчала, не замедляя бега, и я с ней мысленно согласился, глядя на вырастающее впереди в пыльном мареве тело колоссального монстра. Какой же он, гад такой, громадный… До него оставалось две сотни метров, а аура силы твари вполне ощутимо давила на психику уже сейчас — словно надвигающийся грозовой фронт.

Чертовски опасный финт я задумал.

Уход в Колыбель обычного игрока — это одно. Уход Ключника, на которого завязано слишком многое — совсем другое. Сейчас мне нельзя терять контроль даже на час, пока сохраняется столь напряжённая ситуация, а сутки моего отсутствия могут стать катастрофой для всех нас. Поэтому я решил «развлекаться» лишь до срабатывания «Астрального сдвига», но и без этого лучше обойтись. Если же в случае смертельной угрозы «Сдвиг» всё-таки сработает, то я автоматически перемещусь в пространстве к точке ближайшего маяка, целая куча которых сейчас расставлена на этом острове. Так что далеко меня не выбросит. Выполнив роль спасательной капсулы, маяк уничтожится, но поставить взамен утраченного запасной для восстановления порушенной схемы — секундное дело.

Про «Узы вечности» я тоже не забыл. Если после переноса смерть не отстанет и настигнет прямо у маяка, «Сдвиг» из-за отката второй раз не сработает. Тогда придётся выживать за счёт души донора — одного из тех, кто вернулся через Список Ожидания. С каждым из них у меня установилась незримая тайная связь. Честно говоря, не представляю, как эта способность выглядит на практике, проверять пока не доводилось. Но на всякий случай заранее назначил жертвой Гонора — как самый сомнительный актив, которым не жалко рискнуть в первую очередь. Жестоко? Плевать. Не ждать же, когда беда случится сама собой и «Узы» выберут мишень случайно, ведь так можно лишиться верного соратника в разгар боя. И не дай Алан, слепой выбор падёт на Марану.

Способность, конечно, реально крайняя, до такого лучше не доводить.

Ведь суть пояснения «за счёт души донора» для меня до сих пор неясна — что конкретно это означает. И что-то не хочется выяснять. Если просто выбью сейв действующего игрока и отправлю его в Колыбель, то это терпимо. А если убью окончательно? Зараза… Тогда подобное стоит применять только к врагам. Но даже Горад — и тот уже вроде как не совсем противник. А ещё у него нет лишних попыток… Тьфу! Получается, если выбью его, то самому же и придётся воскрешать заново! Если это «заново» вообще в данном случае будет доступно.

Выругавшись, я мысленно нырнул в Список и принялся гадать: кого же выбрать? Кто меньше всех сейчас нужен и у кого имеется запасной сейв? Горад пока полезен. Не всю информацию успел из него вытянуть. Пусть… поживёт. Что же до своих, то о возможности забрать жизнь ради общего выживания я узкий круг доверенных лиц предупредил и получил предварительное согласие, пусть и не все дали его с одинаковой готовностью. Никто не любит умирать. Но я клятвенно заверил, что это будет самый крайний случай. Так… Пусть будет один из гхэллов Тарпа Старого, прошедших через Список. Шкура я, не хочу рисковать ближайшим окружением, но этот эгоизм я готов себе простить.

Мысленный приказ заставил Фурию резко затормозить, взрыв лапами землю.

Какого…

Поражённо замерев, я несколько долгих, бесценных секунд изучал представшую картину. Так вот откуда берутся все монстры Бездны на островах. И вот в чём заключается основная способность Червя. Недаром, пока я мчался к цели, колебания тела монстра, проглядывавшего сквозь облака пыли, показались странными. Несмотря на эти движения, он оставался на месте. Что-то мне это смутно напомнило, хотя странно — такого за свою игровую жизнь пока не видел. Видимо, нечто подобное встречалось в доигровом прошлом.

Нижняя часть туловища монстра представляла собой двадцатиметровый яйцеклад, по которому с секундным интервалом ритмично пробегали упругие волны. Как только очередной импульс, скользящий по кожистой плоти, достигал финала, в воздух, словно из пушки, на десятки метров выстреливал склизкий кокон. Разлетаясь широкой дугой, круглые белёсые сферы одна за другой падали на землю и стремительно катились прочь. Уже в движении они оживали, запуская процесс реактивной трансформации: оболочки быстро раздувались, вспучивались нездоровыми нарывами и шумно лопались, разбрасывая ошмётки. Прежде чем явить острову очередное порождение Бездны, каждое яйцо успевало достичь своего предельного размера.

Быстрее всего вылуплялись мелкие монстры, среди которых система опознала жаб-переростков и паровых улиток. Вокруг Червя они исчислялись сотнями — часть тварей только дозревала после появления на свет, а остальные уже разбредались в поисках добычи. Дольше всего формировались рокетбразы, которым требовалось время, чтобы набрать массу, но и этих существ, уже готовых к схватке, мой беглый взгляд выхватил среди прочей мелочи сразу несколько штук.

Стоило представить, как Червь заполоняет этими гадами весь остров, и у меня волосы под шлемом зашевелились. Нам никаких сил не хватит, чтобы удержать точки маяков… А времени на завершение установки двух последних позиций попросту не осталось.

Что ж, значит, нет места и для колебаний!

Этот монстр обязан быть уничтожен, иначе второго шанса может не представиться.

Самое паршивое, что среди вылупляющейся нечисти я разглядел не только рокетбразов, но и миниатюрные подобия самого Червя. Не знаю, сколько им потребуется времени, чтобы войти в стадию «плодоношения», но допускать подобного категорически нельзя.

Пусть я и не представлял масштабов беды, пока не увидел всё лично, решение сцепиться с боссом оказалось верным. Как и план действовать именно этой ночью, чтобы успеть «заминировать» остров.

— Момент истины, да, подруга? — негромко шепнул я Фурии, и она зарычала чуть громче, демонстрируя готовность к бою, несмотря на превосходящую мощь противника.

Печать Алана непрерывно жгла лицо раскалённой паутиной, сигнализируя о запредельной опасности, но я к этому ощущению настолько привык, что почти перестал его замечать. Напротив, я скорее заподозрю неладное, если привычный «бодрящий» фон этого жжения вдруг исчезнет. Было ясно и без подсказок: впереди ждёт полный и безоговорочный песец. Я осознавал, насколько стал сильнее прежнего себя, того, кем был до разрушения Острова Мертвецов, но сомнений в успехе всё же избежать не удалось. Слишком грандиозная цель.

К чёрту! Мандражировать некогда, нужно делать дело.

Мысленный приказ — и бросок вперёд. Пышущее нетерпением тело зверюги пулей метнулось в атаку, разгоняясь на пределе возможностей. Встречный ветер ударил в лицо с такой силой, что дышать стало заметно труднее. Врубить «Ловушку» — сделано. «Плеть боли»… пока приберегу, Червь важнее, а ждать отката будет некогда. С рядовыми тварями разберусь при помощи оружия и умений, к которым подключена «Концентрация», сокращающая перезарядку до минимума. Заодно раскручу ауру доспехов…

Я очень надеялся, что успею выйти на дистанцию удара раньше, чем монстр меня учует или пока он будет слишком увлечён производством потомства.

Увы, по закону подлости, этого не случилось.

На фоне гигантского червя даже массивные рокетбразы выглядели мелочью, но именно они, возвышаясь над общей шевелящейся массой, заметили моё приближение первыми — за полторы сотни метров. Недолго думая, монстры принялись разворачиваться ко мне тылом, задирая на спинах иглы-ракеты и бездушно топча мамонтовыми лапами тех, кто не успевал убраться с пути.

Следом, опережая медлительных улиток, навстречу частыми стремительными рывками бросились жабы — целая волна из сотен созданий покатилась, словно штормовой прибой. Поверхность земли буквально вскипела от мельтешения их тел. Тварям так не терпелось вцепиться в нас с Фурией, что сразу произошли десятки столкновений: в попытках вырваться вперёд монстры сбивались в кучу-малу.

Именно в этот момент я применил «Большой усилитель могущества», не став экономить последний из моих запасов расходник. Слишком высоки ставки. Как я там говорил? После «Фанфар» словно крылья выросли? Сейчас действие умения барда сложилось с повышением личных параметров на пятьдесят процентов, не говоря уже о возросшей на четверть мощи всех способностей. Я почувствовал себя драконом, а Фурия на этом фоне показалась зажатым между колен котёнком…

В следующее мгновение тело дикоши, активировав трансформацию в «Метаморфа», прямо подо мной стало с треском раздвигающихся броневых пластин раздаваться вширь. Шипы, роговые наросты, клыки и когти — её облик за считанные секунды превращался в живой танк, мчащийся на предельной скорости. И только моя возросшая защита не позволила этой колючей броне пробить мне ноги.

Волна тварей накатила…

И разлетелась в стороны.

Не сбавляя темпа, почти не замечая препятствий, мы рвались напролом. Могучее тело дикоши буквально сносило прыгнувших на неё жаб, пробивая дорогу «Взрывной атакой». Под каскадом мгновенных ударов когтистых лап над нашими головами взметнулся шлейф изувеченной плоти, ясно обозначив вектор нашего пути. Оставив Пламень за плечом, я зло оскалился и привычным движением вскинул обе руки, ударив по сторонам «Копьём воздуха» и «Копьём пламени». Слева грохнул взрыв, закрутив воздушную воронку метров пятнадцати в диаметре, быстро почерневшую от взвившейся земли, а справа полыхнуло адское пламя, пожирая кричащих от боли безмозглых мобов.

Счётчик контроля популяции завертелся, как безумный, подсчитывая павших.

И сразу же я ощутил сильнейший отток энергии — набранная сверх предела мощь требовала соответствующих затрат, а это могло стать проблемой, ведь схватка только началась.

Активировавшись с первым же боевым контактом, доспехи выдали ауру «Сила лидера». Тут же, многократно суммировавшись, эффект превратился в «Гнев лидера», повышая нам с Фурией критический урон наполовину. Врубился «Щит льда», закружившись вокруг меня сферой из голубоватых льдинок и отбивая рикошетом тела врагов, сыпавшихся часто, словно дождевые капли.

Но и этого мне показалось мало. Раз единственный шанс справиться с Червём — мгновенно влить всю мощь в «Месть камикадзе», то придётся идти ва-банк и ничего не оставлять в резерве. Совсем ничего.

«Теневое преимущество» едва не заставило кровь вскипеть, взвинтив и без того сумасшедшую реакцию. Духовная связь, подхватив меня вместе с Фурией, усилила нас обоих, и «Взрывная атака» верного зверя превратилась в полёт снаряда. Тяжёлого, массивного, неукротимого монолита, летевшего вперёд на четырёх лапах и резавшего врагов вскинутыми по бокам крыльями, словно зазубренной бритвой. Даже не представляю, как бы я пробивался сквозь это месиво без Фурии — ох, не зря я растил питомицу, невзирая на все сложности.

Благодаря ускорившемуся восприятию окружающий мир замедлился. Грозди отлетающих при столкновении тел. Разлетающиеся на осколки от перегрузки шестиугольники защитной сферы. Низкий тяжёлый гул ветра в ушах. Плотный, словно желе, воздух, который мы прошивали своими телами. Пронзающие небо над головой и безнадёжно мажущие иглы-ракеты с дымными хвостами. Мощь рокетбразов пропадала втуне, уничтожая своих же: медлительные мозги тварей на такой скорости просто не могли нас захватить в прицел.

Зрение рывком сузилось до туннельного, по краям всё затянуло пеленой тумана. Атака вытягивала слишком много сил, а «Душелов» для подкачки жизненной энергии я применять не стал из опасения, что он не успеет откатиться. Пришлось вращать головой, чтобы не терять целостность картины. Огромная мощь, собранная в теле, начала его разрушать: сосуд плоти оказался недостаточно крепок для такого давления.

Поворачивать поздно.

Дистанция!

«Плеть боли» ветвистой призрачной молнией вырвалась вперёд, преодолев пятьдесят метров и хлестанув по гигантской туше Червя, только сейчас заметившего меня. Или, скорее, соизволившего обратить внимание на скачущую к нему букашку. В тридцати метрах над землёй начала медленно, но неотвратимо разворачиваться громадная башка, в пасти которой поместился бы десяток Фурий, а на широкой спине можно было бы устроить двухрядное шоссе.

Доступно одноразовое территориальное задание «Контроль популяции: Червь Бездны»…

Стоило в иконке дебаффов возникнуть «Метке Еретика», как взгляд зафиксировал на хребте врага подходящую точку. Но сперва, до прыжка, я влупил «Оковами магии»… Есть, сработало! Я тут же швырнул себя со спины Фурии вперёд «Теневым проколом», удваивая и без того запредельный урон, чтобы влить всё в «Месть камикадзе».

Жёсткое приземление на кожу монстра — бугристую, потрескавшуюся, словно земля в сезон засухи, и покрытую сотнями метровых шипов. Среди этих костяных игл проглядывали редкие свободные участки, в один из которых я и впечатался подошвами латных сапог со звуком пушечного выстрела.

Уже в полёте Пламень переместился мне в руки, мгновенно впитав накопленную связанными навыками мощь. Взмах и удар — сверху вниз. Вспыхнувшая аура «Теневого ожога» растянулась от клинка тёмным кипящим шлейфом, но со стороны это наверняка выглядело как укол зубочисткой в слоновью шкуру… Если бы только за этим выпадом не стояла сила, не уступающая мощи самого Червя. Не уступающая, потому что «Великий уравнитель» сработал безотказно, повысив мои шансы до затянутых пылью небес.

Водоворот из голубых искр детонировал яркой вспышкой в месте контакта. Десятки тысяч этих разрядов хлынули в стороны бурными потоками, с безумной лёгкостью пробивая разрушительные русла сквозь бронированную плоть и вскипевшую кровь монстра…

Инстинкт завопил, что и этого мало! Что одного захода не хватит! Вернее, не хватит, если не закрепить успех…

Учитывая, что сейчас я находился примерно посередине гигантского тела, выбор, куда направить вектор разрушения, казался очевидным. Вверх, на изгибающуюся высоко над землёй часть туши, я на ускорении ещё забежать смогу, но потом рывок закончится и придётся ломать ноги в прыжке вниз. Так что разумнее было сразу заняться хвостом — башка без него точно сдохнет.

Рывок по хребту вниз.

Казавшиеся прочными хитиновые шипы от сокрушительного столкновения с моими доспехами разлетались хрупкими осколками. Я старался маневрировать, чтобы не собирать все иглы подряд и не сбавлять темп, но скорость же и мешала уклоняться, заставляя латы стонать от ударов. Многочисленные лапы Червя, расположенные по бокам ближе к брюху, как ни пытались меня сдёрнуть, не успевали. Изворачиваясь в сочленениях до хруста, конечности били когтями в бугристую кожу самого зверя, вырывая клочья мяса и дробя бронированную чешую, но не доставали пару шагов до линии позвоночника, вдоль которой я и летел стрелой вниз. А за моей спиной, распадаясь под силой клинка в низко опущенной руке, ширилось кровавое ущелье из плоти и костей. Активированная в рукояти «Мгла бездны» вновь показала себя прекрасно, подпитав мощь «Мести» эффектами «Тлен» и «Пламя хаоса»…

И мгновенно создав мне проблемы.

В какой-то момент плоть прямо под ногами разом просела гниющей десятиметровой каверной, практически пронзившей тушу гигантской твари насквозь. Пришлось резко отпрянуть в сторону, но содрогнувшийся от боли монстр сбил прицел — намеченная точка приземления сместилась, отодвигая край воронки прочь…

И я рухнул вниз, проваливаясь сквозь распадающийся прямо на глазах фрагмент тела Червя. Мне несказанно повезло, что «Мгла» не затрагивала меня самого. Но плоть врага разрушалась так стремительно, что в следующую секунду я уже скользил, как по трамплину, по внутренней стороне громадного изогнутого ребра. Ткани кипели и рассыпались прахом, опережая моё движение. Наконец я пробил тушу зверя навылет и ухнул на землю, кишащую рождёнными Червём монстрами…

Именно в этот момент действие «Теневого преимущества» закончилось. Звуки резко вернулись оглушительным грохотом в ушах, и моё тело тут же сдавили живые тиски, когда туши ближайших рокетбразов попытались меня раздавить. Остатки «Щита льда» хрустнули и осыпались голубым крошевом, сдаваясь под натиском чудовищной массы.

«Абсолют»!

Сияющий барьер вспыхнул вокруг, надёжно оградив от преждевременной гибели. Туша Червя рушилась сверху десятками тонн зловонной жижи, в которую плоть превратилась благодаря «Мгле». Громадные кости рёбер и позвонков, выплёскивая целые озёра слизи, посыпались следом гигантскими валунами, мгновенно раздавив не только рокетбразов, но и всю живность под брюхом монстра. Почва под ногами затряслась, словно при мощном землетрясении.

Контроль популяции: Червь Бездны — выполнен…

Контроль популяции: Паровые улитки Бездны — выполнен…

Контроль популяции: Рокетбразы Бездны — выполнен…

Контроль популяции: Жабы-переростки Бездны — выполнен…

Контроль популяции…

Вокруг творился такой ад, что мне было не до валом поваливших сообщений о наградах. Я окончательно потерял ориентацию, к тому же напрочь завяз в мерзких останках Червя… А затем что-то, рухнувшее сверху — фрагменты туши? — своей дикой тяжестью вместе с «Абсолютом» вбило меня в землю по самый шлем, словно гвоздь ударом кувалды. Тьма наступила так резко, будто отключилось и без того суженное из-за дикого перерасхода энергии зрение.

Невероятно… Я полагал, что на четвёртом ранге «Абсолюта» меня уже невозможно опрокинуть, но оказалось, что дело лишь в количестве затраченных сил, и у погибающего гиганта массы хватило с избытком.

«Вероятность гибели Ключника — 99%. „Астральный сдвиг“ активирован!»

Красноватая аура обволокла тело, и меня неудержимо втянуло в извивающийся, словно в конвульсиях, пространственный колодец со стенами из сверкающих энергетических вихрей. Во второй раз я был куда лучше подготовлен к последствиям, но всё равно на долю секунды проморгал момент, когда туннель схлопнулся и я покатился по каменистой почве, высекая искры доспехами.

Неприятная особенность «Сдвига» — портал каждый раз выбрасывал моё тело как из пушки.

Руками остановив движение, я рывком поднялся на колени и с трудом выпрямился. Мягко окутавший меня призрачный свет ночи показался райским и очень ярким после кромешной тьмы ямы, куда меня впечатал Червь. Первым делом проверил состояние Фурии и облегчённо выдохнул — побитая, с просевшими на треть полосками энергии и здоровья, но уцелевшая, она уже мчалась ко мне, вырвавшись из стаи выживших после падения босса монстров.

И вся эта орава, Алан её раздери, неслась вслед за дикошей, растянувшись, словно струи воды в кильватере морского судна.

Подняв взгляд, я невольно ухмыльнулся.

Надо было видеть ошеломлённые лица соклановцев, окруживших меня со всех сторон. Естественно, выбросило меня на ближайший маяк, испепелив его дотла. А единственным, кого я опрокинул, вылетев из портала, оказался Миха — он как раз поднялся на четвереньки и ошарашенно уставился на меня.

— Хей… — эльф прочистил давшее петуха горло и выругался уже без затей: — Тысяча тёмнозадых демонов тебе в глотку и задницу, это что вообще было⁈

— Задолбал своими демонами, — устало бросил я. — Так, народ… — я окинул требовательным взглядом присутствующих: Михонариум, Тангар, Юлианна, Зелеакс… — Марана⁈ А ты как здесь оказалась?

— Спешила удержать тебя от очередной сумасбродной выходки и переместилась сразу, как только получила сообщение от Тангара, — улыбнулась Марана-Юлианна, шагнув ближе, реявшая над её плечом пламенеющая Сфера подтянулась следом, как собака на поводке. — Но немного не успела.

— Судьба у меня такая. — Тоже хмыкнув, я снова опустился на колено, устанавливая новый маяк взамен сгоревшего. — Так, вызываю Тарпа, пусть подтягивает сюда всех своих воинов, кого сумеет. Всю эту волну, что сейчас будет здесь, нам придётся вычистить, а потом уже установим последний маяк. Ну что, народ, хотели повоевать? Самое время. Пора заканчивать всю эту хренотень с островом…

Они начали переглядываться, но сомнений и растерянности я не заметил, от драки никто бежать не собирался. Да и главное я уже сделал, прихлопнув гиганта. Даже не верилось… Завалил Червя! Такую падлу в одиночку! Не уверен, что даже Хорка Умный сумел бы сотворить подобное. Выходит, единственная сила, способная остановить Владыку в локации, теперь… это я⁈

Ну, хотя бы теоретически?

— Возьми передышку. — Марана шагнула ближе и положила мне на плечо не по-женски тяжёлую ладонь. — Отправляйся в Цитадель.

— Кроха? — я резко повернул голову, инстинктивно угадав недосказанное, так как ждал этого момента каждую минуту.

— Да. Она тебя ждёт.

— Мара, тогда ты за главную! Справитесь тут без меня?

— Беги уже, — в глазах суккубы вспыхнул завораживающий красный свет, полные губы слегка растянулись, обнажая заострившиеся кончики зубов, а в копне чёрных волос проскочил десяток электрических разрядов.

Марана всё больше соответствовала прежнему облику, пусть большей частью не внешне, а внутренне — входила в полную силу после рокировки сознания. И у меня не было причин сомневаться в её возможностях. В том, что она тут за всеми присмотрит и не допустит потерь.

Торопливо кивнув остающимся, я перенёсся в Цитадель.

Глава 22 Хлопоты Цитадели

Неторопливо шагая по верху крепостной стены, я напряжённо размышлял о скопившихся проблемах. Фурия молчаливой тенью следовала внизу, вдоль кладки, с важным видом изображая телохранителя. Защищать здесь на самом деле было не от кого, но она умело подчёркивала мой вес перед пришлыми. Зверюга не упускала случая ворчливо рыкнуть на новичков, величаво шествуя мимо.

Правда, пугать гхэлла дракой — всё равно что пугать ежа голым задом. Однако бойцы косились на мою дикошу с заметным уважением, осознавая, какая это мощная и крупная хищница. Мало кто из местных рискнул бы противостоять ей в открытом бою, особенно в одиночку. Моя крылато-хвостатая гордость, что и говорить.

Впрочем, в Форте, когда отсутствовала внешняя угроза, гхэллы могли себе позволить устраивать спарринги между питомцами. Сейчас же им стало не до привычного раздолбайства, да и большинство владельцев в бесчисленных схватках на островах своих зверей уже потеряли. Возрождать их, пока системно не основан новый лагерь, попросту негде. В Цитадели же очередь и так растянулась на километры. Пятнышко ответственно относился к основной работе Хозяина Питомника: даже сейчас, на первых рангах профильных умений, он снижал срок воскрешения существа с двенадцати базовых часов до одиннадцати, одновременно прокачивая и личные навыки, и само здание.

Занятый мыслями, я почти не замечал происходящего вокруг, а перемен набралось прилично. Территория осколка после разрушения Черепа Властелина снова существенно выросла — теперь её и осколком не назовёшь, граница терялась в далёкой дымке. Самому оценить масштаб было некогда, но Фурия пробежалась по периметру с удовольствием: для неё любая разминка лишней не бывает.

Примерно в десяти километрах от Цитадели, если двигаться к окраине, упираешься в полосу густого тумана. Он останавливает нарушителя сначала мягко, а затем, если тот упорствует, пружиной отбрасывает назад, не позволяя заглянуть за край. Своего рода «защита от дурака». Ведь в измерении, где обитают пустотники, игроку ловить нечего — во всяком случае, на данном этапе развития.

Небесный свод окончательно превратился в нормальное небо, настолько далеко отодвинулась верхняя граница, а сияние усилилось, всё больше походя на солнечный свет. Как говорится, тепло, светло и мухи не кусают. Хотя бы потому, что насекомые здесь ещё не завелись, но рано или поздно они появятся при формировании жизнеспособной экосистемы. Если и дальше так пойдёт, глядишь, в интерфейсе управления Цитаделью возникнут даже погодные явления.

В общем, не успели Стражи выстроить новые стены вокруг крепости, как их пришлось переделывать. Численность клана подскочила реактивно сразу после гибели Черепа Властелина, и на внутренней территории довольно быстро стало тесно.

Поэтому толпа новоприбывших пока размещалась снаружи, за периметром укреплений, распределившись вокруг десятка почти бездымно горевших костров. Озеленение, благодаря которому осколок зацвёл и покрылся травяным ковром, до «топлива» пока не доросло. Зато переправить заготовленные в нормальную погоду дровишки из прежних мест обитания гхэллов, пока действуют многочисленные маяки-порталы, не составляло особого труда.

Запахи готовящейся на огне пищи, рычащие разговоры и звон оружия в тренировочных схватках самых непоседливых воинов наполняли воздух. Всегда найдутся те, кому некуда девать адреналин, но практика — это всегда лучше безделья, так что я одобрял. Несмотря на недавнее заселение, территория уже выглядела обжитой. Проще говоря, новички безжалостно вытоптали всё в местах стоянок и успели намусорить. Первые признаки цивилизации — увидишь и не ошибёшься. Неизбежные издержки.

Руководили пополнением старые знакомцы: Мэйх Остроухий и Корх Меткач. Возле одной из таких групп сейчас находилась и Марана с несколькими «старыми» соклановцами. Почувствовав взгляд, суккуба повернула голову в мою сторону и улыбнулась, ментально послав волну поддержки. Ощутимо горячую — прямо жаром изнутри обдало. После этого она снова вернулась к беседе с новичками, смотревшими на неё с обожанием и внимавшими каждому слову.

Рядом с демонессой пристроилась Искра, отрабатывая назначение моим заместителем вместо Алии. Самой же Алии я поручил заведовать Арсеналом: принимать на баланс снаряжение и распределять среди нуждающихся. Никаких проблем не возникло. Ни затаённых обид, которые я бы почуял, ни возражений. Снятая ответственность позволила девушке облегчённо распрямить плечи и найти наконец своё место. Быть правой рукой главы — и впрямь не для неё, так что всё сложилось удачно.

Ведь это чертовски важно для любого из нас — отыскать нишу, где можно наилучшим образом применить способности и таланты, как для собственной выгоды, так и для пользы окружающих.

Это относилось и к Маране. Сейчас я был железно уверен: полностью от человеческой внешности она избавляться не станет, остановившись на достигнутых переменах. Поняла, что так мне нравится куда больше. А лишние хлопоты с одеждой, которая ей прежде не требовалась… Что ж, ради меня демонесса готова поменять привычки, и я был ей за это крайне признателен. Как только она перестала смущать народ внешним видом, это самым благоприятным образом сказалось на общем моральном климате.

Впрочем, на обожании масс её одетость мало сказывалась. Аура суккубы, даже выкрученная на минимум, обольщала в режиме нон-стоп. Совсем отключить её нереально — это естественная составляющая Мараны, как дыхание. Проще убить. Шутка. Она сама кого хочешь прикончит, не напрягаясь. До сих пор не знаю пределов её мощи, но кажется, что сейчас, на пятидесятом уровне, она не уступает ни мне, ни Хорке, ни Тарпу. В общем, любому из тех, кто выделяется в локации особенной силой.

Ей я тоже предлагал официально стать замом, чтобы такой авторитет не пропадал втуне, но Марана коротко просветила: заниматься подобными «заморочками» в ущерб личной свободе — это не для неё. Зараза… Я бы тоже с удовольствием избавился от всех социально-общественных обязанностей, да кто ж мне даст. Тем не менее я её понял с первого раза и настаивать не собирался. А смысл? Имелась куча подходящих кандидатов, готовых принять ответственность ради статуса или по призванию, так к чему неволить подругу?

Кстати говоря, сейчас суккуба проводила инструктаж с последней из прибывших групп, в составе которой не было ни одного гхэлла. И не только обучение — Марана вела вербовку в новый рейд на Древо Смерти, объясняя задачи. Каким-никаким опытом мы уже обзавелись, что должно уменьшить риски. Причём она готовила сразу несколько отрядов, чтобы под рукой всегда имелась замена.

С одной стороны, я долго не мог отделаться от ощущения сильной моральной усталости. Дела никак не заканчивались, а всё, что мы предпринимали, вело лишь к следующему витку усилий, которые нельзя было отложить. С другой стороны, после разрушения Черепа Властелина мои возможности как Ключника выросли, а значит, и вариантов для решения задач прибавилось. Появились кое-какие идеи, из-за которых я и совершал обход. Иногда удобнее обдумывать всякое на ходу, а не сидя в Цитадели.

Находясь в постоянной готовности к нападению пустотников или к смене ситуации на островах, всё это время я не снимал доспехов. Лишь «кастрюлю» на голове не таскал. Я давно забыл, что такое нормальный сон, перебиваясь медитацией. А может, отдых мне теперь не особо-то и нужен? Телу, вероятно, нет, а вот биохимическая разгрузка сознанию всё же потребуется, и хорошо бы это случилось не в самый критический момент.

— Нравится мне, как всё теперь выглядит, — знакомый голос прервал размышления и заставил поднять взгляд.

Ранилак тоже находился здесь, на стене. Он с задумчивым видом замер у одного из зубцов, разглядывая непривычную суету внизу. Его обычно страшно непоседливый свин смирно сидел у ног мага и тоже таращил любопытные глаза-пуговки в ту сторону, куда смотрел хозяин. Умирающим от недостатка внимания питомец давно не выглядел и ничуть с тех пор не изменился — всё тот же пузатый огурец с крылышками. Тем не менее своей «Астральной норой» хряк однажды здорово выручил, на Острове Мертвецов. Неизвестно, когда это умение пригодится вновь, но лучше пусть оно будет в запасе.

— Ты об этом бедламе за стенами? И чем же он тебе нравится?

— Здесь стало намного живее, — признался Ранилак. — Заселение превратило скучный осколок в обжитый городок. А я в принципе люблю, когда народа побольше.

— Ну да, в отличие от меня, психа-одиночки.

— Скучный осколок, говоришь? — усмехнулся я.

— Да ладно, не цепляйся к словам. Свежая кровь, новые впечатления. Что тут может быть плохого?

— Кроме проблем, из-за которых и состоялось массовое переселение? Да всё просто замечательно.

— Слышу ехидство в твоём тоне. Но мы ведь решим эти вопросы, верно?

Хотелось выругаться, но я промолчал. Эта слепая вера в мои силы и способности уже всерьёз напрягала. Да, я в лепёшку расшибусь и сделаю всё возможное ради общего блага, но можно хотя бы не напоминать об этом так часто? Впрочем, Ранилак не виноват. Никто не виноват. Обстановка нервная, а сурам жизненно необходима надежда на благополучный исход. Неудивительно, что все кому не лень треплют мне нервы, даже не осознавая этого. С другой стороны, я ведь заслужил такое доверие, разве нет? Значит, стоит радоваться, что столько народу готово сплотиться ради выживания под моим руководством. Хотя бы «строить» никого не приходится — сами строятся со свистом, стоит лишь пальцем ткнуть и объяснить задачу.

— Как там Алия? — поинтересовался я, переводя тему.

— За Алию отдельное спасибо, — Ранилак заметно посерьёзнел.

— Ты уже благодарил, — напомнил я.

— И снова это сделаю, язык не отсохнет. Она в порядке. Медитирует. Догоняет с Сидором и Роником уровни до пятидесятого благодаря запасам опыта от Старого. Стресс после Острова Мертвецов девушка словила знатный, но она справится. О, смотри, опять отморозился. Я про линарца, — пояснил маг в ответ на мой вопросительный взгляд. — Поразительный тип. Марана с новым питомцем, конечно, уела всех.

Словно услышав эти слова, сгорбленная прежде и неприметная в толпе гротескная фигура зашевелилась, выпрямляясь. Линарец сразу выделился на общем фоне внушительными габаритами и своеобразным сложением. Высоченное, матово отблескивающее ртутной кожей, четырёхрукое и хвостатое существо с боевым трезубцем в одной из верхних лап. В общем, всё при нём. Размявшись парой коротких, рубленых движений, Рист снова опустил морду и ссутулился, вновь исчезая из виду среди воинов, которые опасливо расступились в моменты его активности. На окружающих он, естественно, не обратил внимания. Мол, если кого зацепит — сами виноваты.

— До того момента, как Марана это сотворила, я о такой возможности даже никогда не слышал, — признался воздушник.

— Никто этого не знал, — согласился я. — У демонов свои таланты, а подруга не спешит раскрывать их каждому встречному. Ведь приручила она его как раз к рейду на Остров Мертвецов. Просто мы не понимали сути этого процесса, да и я лично искренне считал, что это лишь игра слов.

Приукрашиваю, конечно, делая вид, будто почти не удивлён. Поражён я был изрядно, но при этом целиком поддерживал результат. Таких могучих бойцов на Архипелаге ещё поискать. По словам Мараны, выдававшей откровения лишь по собственному желанию, у линарцев демоническая природа, схожая с её собственной. Да-да, слухи об искусственном происхождении этих поразительных созданий оказались отчасти верны. Линарцев действительно вывели демоны. Создали каким-то хитроумным способом из полуразумных адских насекомых, превратив в верных, точно псы, воинов. Подчинённое положение для подобных Ристу — естественный порядок вещей. Поэтому приручение прошло быстро, легко и незаметно для посторонних.

Само собой, пока жива Марана — а об этом я всегда позабочусь в первую очередь — теперь будет существовать и линарец. Перестав быть непредсказуемой величиной, Рист превратился в послушного и преданного спутника демонессы — причём в элитного спутника пятидесятого уровня. Прислужник, миньон, питомец — как ни назови. Одной головной болью меньше.

Возрождение Риста по воле хозяйки завершилось как раз после рейда на Черепе, причём произошло это уже в нашем Питомнике. Сейчас бывший забияка обживался на территории осколка в новом качестве, преданной тенью сопровождая демонессу. Кстати, линарец изменился не только в уровнях, но и внешне. Тело обтягивала всё та же ртуть вместо привычной кожи; на месте остались две нижние и четыре верхние конечности, а также квартет выпуклых чёрных глаз. Однако голова перестала напоминать насекомью: она заметно раздалась вширь, превратившись в покоящуюся на шее здоровенную «дыню», положенную на бок. Когда этот «плод» разверзал внушительную пасть, раскалываясь едва ли не до самого затылка и демонстрируя частокол острейших клыков с длинным извивающимся языком, любому случайному зрителю становилось не по себе. Рист стал выглядеть ещё более хищно и грозно, чем прежде.

Сейчас Питомник был занят воскрешением огненной саламандры, которую Искра, не особо утруждая фантазию в полном соответствии со своим прямолинейным характером, обозвала Вспышкой.

Для текущих битв ящерица маловата — всего тридцать третий уровень. Однако Пятнышко обещал, что буквально в течение часа сможет активировать с помощью трофейного кристалла новую функцию «Инкубатор». После этого станет возможным откармливать зверюшку опытом прямо в процессе возрождения за счёт самого Питомника. Причём очаг силы в башне справится без дополнительных вливаний энергии. Жаль, что пока так можно питать лишь одно существо, зато задел на будущее отличный. Именно поэтому после линарца наступил черёд питомицы Искры — как наиболее многообещающей кандидатуры по итогам опросов всех владельцев. Обычные звери сейчас погоды не сделают, так что подождут в общей очереди.

Хозяйка отзывалась о Вспышке как о крайне опасном создании, способном обращаться со Стихией Огня едва ли не лучше самой волшебницы. Искра утверждала, что даже на текущем этапе саламандра не слабее её пятидесятого уровня. Кое-что это мне напоминало — возможности Мараны, например. На своём тридцатом она тоже превосходила многих ветеранов, так почему бы не поверить на слово?

Почему Искра не воскресила элитную зверюгу раньше? По её признанию, в Питомнике Форта это выходило накладно, а защита у существа не слишком прочная — её профиль заключается в сокрушительной атаке. Настолько мощной, что саламандра переагривала всех врагов на себя с первого же выпада. Если Вспышка не успевала испепелить противника мгновенно, прилетавшая ответка убивала её легко и быстро, что сильно огорчало хозяйку. Развивать питомца в таких условиях сложно. Но если Питомник сразу подтянет его до уровней владелицы — это будет совсем другое дело.

— Завидуешь? — понимающе хмыкнул я, перехватив мечтательный взгляд Ранилака, брошенный на линарца. Маг невольно покосился на «крылатый овощ» у собственных ног. Стало ясно, за кем он тут наблюдает на самом деле. То ли ещё будет, когда появится зверушка Искры — тогда воздушник и вовсе позеленеет от досады.

— А ты? — попытался вернуть мне вопрос маг с таким видом, словно у нас борьба на равных.

— Уел бы, не будь у меня Фурии с Крохой. А так… Фигушки. Ладно, развлекайся со своим Пятачком. Мне пора навестить Кроху.

— Мохнатиком! — обиженно бросил Ранилак мне в спину. — Какой ещё Пятачок? Откуда ты вообще эту кличку взял⁈

Откуда-откуда. От верблюда. И верблюд, кстати, из той же серии, что и Пятачок. Какого только мусора не мелькает в памяти без всякой практической пользы.

Легко спрыгнув со стены, я прошёл пару десятков шагов и прыжком перемахнул на мост, соединявший вторую и третью башни. С учётом текущих характеристик нет нужды в специальных навыках, чтобы без усилий сигануть на несколько метров — достаточно голой физики.

Коротко посмотрев на деловитую суету Стражей, практически достроивших вершину Четвёртой башни, я изучающе окинул взглядом Третью. Вплавившиеся в поверхность стен и ставшие с камнем единым целым, во все стороны расползались корни от Материнского Алтаря. Полупрозрачные, толщиной с руку, они напоминали орнамент из переплетающихся змей и выглядели вполне органично. Алтарь разошёлся не на шутку. Интересно, чем это закончится. Вниз — ещё понятно, хотя по идее объекту должно было хватить подпитки от очага силы. Почвы мне не жалко. Но вверх-то зачем? Неужто крону собирается выпустить, словно дуб какой-то? Или некое Древо Жизни, угу. Мечтать не вредно, но надеюсь, будущей защитной системе это не помешает. Как только Стражи закончат с Четвёртой башней, сразу начнут устанавливать магомёты на всех четырёх.

Третий этаж встретил меня тишиной: особенной, звенящей умиротворением, какая бывает в лесу перед рассветом. Здесь больше не требовались ни факелы, ни магические светильники. Само пространство источало мягкий, медово-янтарный свет, пронизывающий каждый сантиметр кладки.

Хотя камнем это называть было уже сложно.

Я уселся прямо на полу в паре шагов от входа, скрестив ноги лицом к сияющему в центре зала Алтарю. Надо бы стул из Центра перетащить, что ли — из-за постоянных забот вечно забываю о собственном комфорте. Хотя, в общем-то, и так сойдёт. Мускулатура настолько уплотнилась после всех перемен, что камень под задом больше не ощущается великим неудобством. Тяга к комфорту — скорее психологическая привычка, чем насущная необходимость. Я уже и тяжесть доспехов давно игнорировал. Да и поверхность помещения трансформировалась до самого порога, на ощупь напоминая теперь тёплую, живую кость, а не холодный гранит Цитадели.

Рассеянный взгляд скользнул по залу, воспринимая всё происходящее уже привычным фоном. Как бы я ни переживал за Кроху, невозможно больше двенадцати часов подряд непрерывно пялиться на этот чёртов Алтарь. Именно поэтому я не сидел здесь сиднем, а лишь заглядывал время от времени в перерывах между делами. Ничего не мог с собой поделать — тянуло к фейри как магнитом. Но спустя полчаса медитации меня обычно отпускало, и я снова уходил решать вопросы, требовавшие личного присутствия.

Когда Марана явилась на остров в самый разгар боя и заявила, будто Кроха уже ждёт, она, мягко говоря, несколько поторопилась. Да, формирование Яйца-Бутона-Кокона (как ни назови, суть одна) завершилось, но… Впрочем, хитрость суккубы, решившей поскорее убрать меня с Черепа Властелина от греха подальше, сработала. А после дела навалились в самом осколке, и стало уже не до гибнущего острова. Тем более что народ и впрямь справился без лидера, активировав Семена Древа ценой захваченных пожирателей. Тем самым ребята избавили меня от риска довести Печать Смерти до критической, необратимой отметки.

Я и сам бы не стал проявлять дубовую упёртость, но такую заботу оценил. Говорят, зрелище разрушения выглядело на редкость эпично: Дегустаторы порезвились на славу, разваливая кусок суши в пыль. Но если дважды уже наблюдал подобное, то третий раз можно и пропустить. Самым важным для меня в этой операции стало отсутствие потерь.

Многое за это время удалось сделать и в самой Цитадели. Приём новичков, их вооружение, обсуждение текущих планов и действий по их воплощению. Из локации приходили новости, и чаще — не слишком приятные. Великий Набег пожирателей распространялся по архипелагу, точно лесной пожар в бурю. Вернее — Бурю. Именно так, с большой буквы. Всё больше территорий, затянутых пыльной мглой, игрокам приходилось оставлять с боем, отступая под натиском воинов Древа Смерти. Их волны походили на неисчислимые стаи прожорливой саранчи. Крупные массивы пока держались, хотя из значимых точек мы уже потеряли Форт Бдительный. Это был тяжелейший удар, лишивший нас массы ресурсов, которые не успели вывезти.

Ну а два других массива, Остров Мертвецов и Череп Властелина, мы угробили сами. В локации, где имелось всего семь великих островов третьего ранга, стало на три меньше. Впрочем, десятки территорий второго ранга, включая Храмы Йеноху и Горэла, и тысячи мелких осколков по-прежнему составляли основную массу суши. Так что даже с потерей гигантов аборигенам найдётся где обитать — лишь бы пережить Бурю и нашествие.

Здесь же, в Цитадели, по личному ощущению я вдруг понадобился абсолютно всем. Никто не стеснялся отвлекать меня по любому поводу: Тарп Старый, Мэйх Остроухий, Антракс — глава клана «Вспомнить всё», язвительный вербовщик Майло… Почти каждый соклановец заглянул ко мне не по одному разу. У всех вдруг находилось неотложное дело. В конце концов пришлось нарычать на окружающих, чтобы выкроить хоть немного покоя. Тем более что долгосрочные задачи уже были запущены, а сиюминутные мелочи решались и без моего участия.

Итак…

Вздохнув, я вновь перевёл взгляд на Кроху. Материнский Алтарь окончательно сформировался как раз тогда, когда меня отозвала с острова Марана. Яйцо наконец раскрылось.

Пусть уж лучше будет Бутон — звучит красивее и больше соответствует действительности. Никакой грубой кладки или примитивных форм: Алтарь перестал быть постройкой, превратившись в живое существо. Бутон раскрылся чашей огромного, в полтора метра обхватом, Цветка, словно предлагая миру своё драгоценное содержимое. Его лепестки, полупрозрачные и золотистые, казались соткаными из чистого света. От основания во все стороны, точно вены гигантского организма, разбегались толстые корни. Они змеились по полу, сплетаясь в причудливый орнамент, и жадно вгрызались в стены, намертво врастая в твердь башни. Согласно подсказке Системы, весь этаж превратился в единый Сад Жизни.

В самом сердце этого великолепия, в центре сияющей чаши, восседала Кроха. Моя маленькая фейри теперь казалась ожившей драгоценной статуэткой — совершенным творением ювелира, которому подвластна сама жизнь. Она сидела неподвижно, опустив ладони на колени и погрузившись в глубокую медитацию. Золотистые волосы водопадом струились по плечам, укрывая тело, облачённое в невесомую ткань, похожую на сотканный туман.

Вопреки страхам потерять малышку, это по-прежнему была она, что подтверждала прежде всего «Духовная связь». Внешне фейри изменилась, но не критично: Кроха подросла, прибавив в росте добрую четверть. За спиной теперь трепетали не четыре, а шесть стрекозиных крыльев, что явно свидетельствовало о повышении статуса в глазах Дживы. Крылышки пульсировали в такт невидимому ритму, рассыпая вокруг мерцающие искорки — пыльцу самой жизни. Но главное — исчезла проклятая Метка Смерти, уступив место чистому сиянию.

Стоит заметить, что с учётом прежнего росточка сантиметров в пятнадцать, пять новых добавили веса не только высоте, но и комплекции. Единственное, что слегка напрягало, — невозможность пообщаться с Крохой немедленно. Пришлось набраться терпения и ждать окончания затянувшейся медитации. Хотя Цветок уже явил фейри миру, процесс преображения в зале ещё не завершился.

Вокруг, на периферии зрения, пульсировали десятки других Бутонов — свита, окружающая королеву. Одни наливались силой, готовясь раскрыться, другие дремали плотными коконами, но все они оставались частью единого целого. Частью новой мощи, рождающейся в сердце моего домена. Именно этим процессом была целиком поглощена Кроха. Название «Материнский алтарь» оказалось говорящим: уверен, вскоре фейри будет не одна, а в компании сестёр-подружек из новых соцветий. У Дживы появятся личные слуги, увеличивая её влияние и привлекая новых последователей. Будет интересно — если, конечно, не брать в расчёт ворох проблем с локацией, Бурей и Владыкой.

Как же здесь, рядом с Алтарём, спокойно. Я смотрел на Кроху и чувствовал, как аура «Природной Благодати» мягкими волнами вымывает из сознания усталость бесконечных битв и тревогу. Интерфейс молчал, цифры статистики отошли на второй план. Сейчас здесь были только мы: закованный в эльфийское серебро Ключник и хрупкое воплощение Жизни, ставшее сердцем Цитадели.

Аура «Природной Благодати», распространяясь от центра башни, уже захватила всю территорию осколка. Ссор, несмотря на две сотни новичков, практически не случалось. Если и возникали схватки, то исключительно тренировочные, на азарте, а не из-за того, что драчливые по натуре гхэллы что-то не поделили. Старожилы и новички оценили этот эффект едва ли не выше самого убежища. Благодать не мешала боевому настрою, но убирала лишние тревоги: страх, беспокойство и неопределённость будущего.

Но гуще всего поле ощущалось, естественно, здесь. Может, поэтому я и зачастил в зал. Жертвенный обмен пришлось провести почти сразу после возвращения с Черепа Властелина. Изначально я планировал воспользоваться «Астральной рокировкой», чтобы сбить красную кайму с Роника, которому оставался последний час до возрождения. На то, чтобы выдернуть из Списка Алию и Сидора, оставалось ещё полсуток, но обстоятельства изменились.

В общем, когда Тарп притащил вместо трёх запрошенных доноров полную обойму из шести добровольцев, я отбросил колебания и истратил последний фиал жертвенного обмена душ. Решил не рисковать с растянутыми задачами по двум причинам.

Во-первых, задумка использовать на «Рокировке» второго ранга одновременно «Концентрацию сути» пятого и «Иллюзию совершенства» третьего, чтобы максимально сократить откат, провалилась. Если бы всё вышло по плану, «Иллюзия» подняла бы ранг «Рокировки» до третьего, урезав время восстановления до шести часов, а «Концентрация» поделила бы остаток ещё на шесть. Это позволило бы быстро вернуть в строй всех «каёмочных».

Мечтать не вредно, но с этими особенными умениями всегда непросто. Ни «Концентрация», ни «Иллюзия» не пожелали взаимодействовать с «Рокировкой», отказавшись напрочь. Умения даже вхолостую не сработали, просто проигнорировали запрос. Поэтому навык перемещения душ приходилось развивать лишь количеством реальных применений: двенадцать часов перерыва между каждым разом. А значит, я в последний момент успел бы спасти только одного из двух — или Алию, или Сидора, что меня совершенно не устраивало.

Во-вторых, даже если бы «Рокировка» поддалась усилению, нет никаких гарантий, что внезапный аврал не выдернет меня из осколка в самый неподходящий момент. Проклятие могло активироваться, забрав Алию или Сидора под власть Владыки. Допускать подобное было нельзя — экономить в таких вопросах преступно глупо.

Ради Алии согласилась пожертвовать сейвом совершенно незнакомая мне Флавия (50) из клана Антракса. Ронику помог вернуться собрат-торбин Болик (50), а Сидору удружил Доззер (50). Последние двое тоже состояли в рядах «Вспомнить всё», причём Доззер числился одним из капитанов и сам возродился недавно после гибели на Острове Мертвецов. Тем не менее парня не остановила перспектива новой смерти — запасных «сейвов» у добровольцев пока хватало.

На три «лишних» места пришлось вернуть к жизни бывших зомби, ставших впоследствии членами отряда «Черепов», а после вновь погибших в рейде на Острове Мертвецов. Мор Блеск Молнии, Кронос Бывалый и Гаур Резкий — орк и двое гхэллов. Донорами у всех выступили хвостатые сородичи Тарпа, поскольку запасных орков в локации не отыскалось. Зато гхэллов, несмотря на тяжёлые потери после битвы в Форте, пока хватало.

Мор Блеск Молнии после воскрешения претензий насчёт донора не высказывал. Жив — и ладно. Здравая жизненная философия. Он, кстати, тоже мелькал поблизости от Мараны, когда я прогуливался по стене. Выделялся парень здоровенным двуручным мечом. Орк и сам был рослым малым, а клинок, закреплённый за спиной, и того больше — рукоять торчала над головой, а остриё почти скребло землю. Ширина лезвия такая, что на нём можно было бы кататься, словно на сёрфинговой доске, умей эта железка плавать. Или летать.

В целом состав «Охотников» увеличился почти на две сотни бойцов. Все кандидатуры, предложенные Тарпом, Антраксом и Майло, я утвердил после краткого знакомства и ментальной проверки Мараны. Как я уже упоминал, после рейда на Череп Властелина мелочиться и дальше, выдумывая особые условия для вступления и скрывая способности Ключника, больше не имело смысла. Обстановка в локации стала более чем тревожной.

На данный момент остались лишь две противоборствующие силы: Живые и Мёртвые. Поэтому старые дрязги между кланами и властями Форта были забыты до лучших времён. Если эти времена вообще когда-нибудь наступят, в чём многие уже сомневались, но аура Алтаря неплохо фильтровала упаднические настроения.

Уверен, что таких мощных игроков, какими являлись бывшие мертвецы, любой союз оторвал бы с руками. Вместе с Шаблом вступил десяток минотавров из тех, что обитали здесь уже многие десятилетия, но по разным причинам так и не смогли накопить на пропуск в большой мир. Правила, установленные в Великом Оке — столице Великой Стаи, чьё название в точности совпадает с умением моей Цитадели, — были по-настоящему драконовскими. Локацию намеренно переполнили опытными игроками, лишив их всякой возможности выбраться. Нужно же кому-то сражаться с пожирателями, сдерживая натиск Владыки, хотят того воины или нет.

Подло? Несомненно. Зато предельно рационально. Столичные Шишки решали местные беды чужими руками, не щадя ни пришлых, ни собственное население. Здесь это давным-давно считалось нормой, извращённой лишь на наш взгляд, взгляд чужаков. Вот только плевать белогривым из Столицы на чужое мнение. Мы для них — лишь расходный материал.

Ладно, к чёрту политику. Повлиять на неё я никак не могу, единственный выход — оставить столичных с носом, исчезнув из этого мира на собственных условиях. Для каждого из нас это станет и спасением, и победой.

Сейчас новички, пользуясь затишьем, несли службу на стенах Цитадели, но по большей части обустраивались за периметром. Жилья внутри на всех всё равно не хватало. Глобальным расширением займусь после того, как разрешится ситуация с Архипелагом, а пока и так сойдёт. Бойцы готовились к новым вылазкам и попутно с нетерпением ожидали очередного вторжения пустотников, чтобы опробовать на врагах силовую поддержку Цитадели в виде доступных теперь аур и навыков.

Многие также медитировали возле Колыбели, распределяя накопленные очки параметров или восстанавливая силы после недавних сражений. Даже очередь к строению образовалась: две сотни пополнения — это не шутки, каждому требовалось прилично времени, чтобы разобраться с характеристиками. Не то чтобы Джива Покровительница нравилась большинству больше моего Алана Тёмного, просто Колыбель-Портал для всех привычнее в качестве площадки для развития, поэтому к ней шли в первую очередь. А то, что Джива лично застолбила данный участок, воспринималось как попутный бонус.

Но поневоле выстроилась цепочка и возле Алана — из тех, кому не досталось места у Колыбели. Я чувствовал удовлетворение божества, готового принять новых приверженцев. Что неизбежно произойдёт, если площадка возле Дживы будет постоянно занята.

Люди, эльфы, минотавры, торбины, дриады, дреланы, гхэллы и прочие, совсем редкие расы… Майло с Убивашкой тоже затесались в этот зоопарк, воспользовавшись моим обещанием, которое я наконец исполнил. Ведут себя прилично, растут в уровнях. И, похоже, они всё-таки стали постоянной парой. Общая беда сближает даже таких вредин, меняя приоритеты и адаптируя планы к текущим условиям.

В общем, дело действительно шло к тому, что в случае полного краха население локации будет спасаться на моём осколке. Собственно, как мы с Тарпом и обговаривали. Места для размещения сейчас хватило бы на десяток тысяч жителей. Хватит с лихвой. Хотя бы потому, что половина от этого числа уже погибла на атакованных островах. Печально.

Системные ограничения на приём в клан не позволят зачислить в штат всех сильных бойцов, но лучших я уже принял. Именно они защитят остальных аборигенов от вторжения пустотников, которое обязательно случится в скором времени из-за расширения осколка. Атака вне всяких сомнений окажется мощнее прежней, и защитников понадобится намного больше. Прежним составом, несмотря на возросшие возможности Цитадели, справиться было бы сложнее. Самок и детёнышей гхэллов, если такие к моменту появления волны окажутся здесь из-за экстренной эвакуации, спрячем внутри крепости, а воины вступят в схватку снаружи. Таков простейший план.

К сожалению, проблема с красной каймой в Списке решена лишь временно. Пока мы остаёмся в мире архипелага, проклятие Владыки будет преследовать всех обитателей бывшего Форта Бдительного, и гибельная отметка может появиться на ком угодно — как правило, в самый неподходящий момент. Нужно радикально решать вопрос с Радужным порталом. Это катастрофически важная необходимость. И нужно продолжать развивать «Астральную Рокировку», не теряя ни минуты после окончания каждого отката. Кандидаты на перерождение всегда найдутся.

Собственно, один уже имеется. Акарх. И в данном случае я не собирался советоваться с Тарпом, лишь поставлю его в известность. У старика своё мнение, у меня — своё, и они не обязаны совпадать. Решение принято, а донора, если не согласится старейшина, мне по щелчку пальцев найдёт Майло. Разговор на этот счёт с ним уже был, всё согласовали.

Досадно, что «Рокировка» прокачивается исключительно количеством применений. Проблема, буквально, временная. Но всё же. Хотя очки умений всегда есть куда вложить, ради такого дела я бы потратился. По схеме развития каждый новый ранг срезает время отката вдвое. То есть на третьем этапе перерыв составил бы шесть часов, на четвёртом — три часа, на пятом… В общем, прогрессия ясна. Более чем полноценная замена расходникам Крохи. Иметь возможность выдернуть из небытия десяток-полтора окончательно умерших игроков за сутки, хотя бы тех, кто нужен позарез прямо сейчас — это серьёзный аргумент.

По подсчётам, если заниматься делом строго по откату, то двое суток уйдёт на получение третьего ранга, чуть больше недели — до четвёртого, и ещё пятнадцать дней — до пятого. Неполный месяц, и умение достигнет максимального развития даже без вложения очков.

Вот только сейчас у меня нет такого запаса времени.

Впору выругаться: после приключений на Черепе Властелина Система могла бы насыпать очков умений и пощедрее. Но «Режим Бури» словно блокировал часть прежних условий, так что из предполагаемых достижений досталось лишь одно. С весьма показательным названием, будто в насмешку над моими действиями: «Разрушитель». За Остров Мертвецов, где мы прибили кучу разумных существ, попутно вырвав многих из лап окончательной смерти, я получил «Палача» и «Спасителя». А за уничтожение куска суши, где обитали лишь безмозглые твари вроде вилохвостов, я стал «Разрушителем». Рискну предположить: когда задачки станут вовсе неподъёмными, Система ехидно наречёт меня «Превозмогателем».

Ладно, шутки в сторону. Сейчас по-прежнему остаётся надежда лишь на то, что всплывёт нужный остров и эпопея с Небесным Архипелагом для всех нас завершится. Было бы очень неплохо обойтись без лишних «превозмоганий» и кучи необратимых смертей.

Ситуация с аборигенами, честно говоря, порядком напрягала. За последние двенадцать часов я уже дважды предлагал Тарпу перетащить на осколок хотя бы пару тысяч мирных жителей, не включённых в Систему. Хотя бы тех, кто лишился крова из-за событий в Форте. Да, на Горбатом Великане для нового обустройства места им хватает, остров гигантский, но нашествие пожирателей может повториться. Придётся эвакуироваться вновь, опять налаживая быт заново. Так почему бы не сделать это сразу, минуя лишние этапы?

Несмотря на неизбежные волны пустотников, я был убеждён: осколок куда безопаснее островов. Хотя бы потому, что пожирателям сюда путь заказан, а значит, и Владыка Древа Смерти останется ни с чем. Места здесь хватит всем. К тому же воины из гхэллов вполне способны защитить мирных соплеменников. Имея столько рабочих рук, можно было бы наскоро возвести частокол, создав новый периметр вокруг крепости и тем самым расширив защищённую зону до необходимых пределов.

Понятное дело, что сама идея стационарных укреплений чужда аборигенам, привыкшим к временным клочкам суши и боящимся перегружать их весом лишних построек. Но в осколке физические законы иные, и правила здесь устанавливаю я. Наглядный пример в виде стен Цитадели уже имеется — именно так можно и нужно строить. Вполне реально основать несколько укреплённых поселений под защитой крепости.

Варианты имелись, дело оставалось за малым — начать их воплощать.

Но засранец Тарп пока упрямо отказывался от массовой эвакуации, явно что-то недоговаривая. Ладно, он хотя бы пообещал, что гхэллы согласятся на это в крайнем случае, когда иных путей не останется. Подобные нашествия они переживали не раз, и философия фатализма накрепко вросла в подкорку этого мохнатого народа. Подумаешь, тысячи погибнут… Не впервой и не в последний раз. Новые народятся: меньше ртов — больше земель для безбедной жизни. Цинично, но не мне учить местных выживанию. В общем, моё предложение так и осталось открытым.

Всякий раз, погружаясь в медитацию, я машинально заготавливал астральные маяки, штампуя их из обычных кристаллов сущности. Для этой цели на поясе всегда висел набитый заготовками подсумок. Теперь я был уверен: маяков хватит для любой эвакуации. Их уже накопилось гораздо больше необходимого, но лучше иметь запас, чтобы не обжечься снова из-за нехватки расходников.

Попутно я не забывал копить и сами кристаллы — для будущих битв их потребуется уйма. Чем опаснее враг, тем выше расход. Так что в качестве дани новички тащили в Цитадель свои заначки. Условно-добровольно. После моих успехов с боссами на Острове Мертвецов, выживания под ударом Цветка Смерти и убийства Червя Бездны на Черепе Властелина народ был рад поделиться чем угодно, лишь бы я продолжал в том же духе.

Надежды, надежды…

Остров Мертвецов себя не оправдал, оставив после гибели бесполезный кусок земли — чуйка Тарпа сработала на все сто. Но даже всплыви из Бездны новый массив третьего ранга, не факт, что он подойдёт. Хорка предупреждал: раз портал из Лунной Радуги вёл, по условиям Системы, в некие Лазурные Водопады, то местность должна хоть как-то этому соответствовать.

Зараза. Как же все наши надежды иллюзорны… Это бесит. Ну откуда здесь взяться водопадам? В Архипелаге такого явления нет. Крошечные заводи, питаемые хилыми ручейками — вот и всё, что я видел на самых больших островах. Остаётся надеяться, что Хорка ошибается, а название — всего лишь формальность. Просто волевым усилием нареку любой подходящий кусок суши Лазурными Водопадами, воткну Радужный Портал — и дело в шляпе.

Честно говоря, я сам в это уже слабо верил. С каждым прожитым днём крепло подозрение, что существует иное решение, не связанное с островами вовсе. Эти чёртовы клочки суши — тупиковый путь, пожирающий время, силы и шансы на спасение. Но что именно нужно делать? Ничего путного в голову не шло.

Алан с Дживой по-прежнему оставались молчаливыми истуканами. И Тарп не мог предложить ничего нового, несмотря на весь жизненный опыт. В этом нет ничего удивительного: обитая всю жизнь в границах локации, он знает лишь её законы. Его мышление ограничено местными условностями. Именно поэтому решать проблему придётся мне и другим игрокам из иных миров, способным взглянуть на ситуацию шире.

Пока же приходилось придерживаться прежнего курса за неимением лучшего варианта.

Тем более что ситуация после уничтожения Черепа Властелина буквально зависла в воздухе. Тарп пока так и не выдал прогноз по следующему острову — его чутьё молчало, испытывая моё терпение. Ожидание для всех было напряжённым. На всякий случай я готовился к худшему, прикидывая, какую цель придётся уничтожить следующей.

Нет Семян? Добудем.

Решение отдать Маране кулон с «Ловцом» увенчалось успехом — «Чёрный портал» вновь удалось перехватить во время рейда на Череп Властелина. А поскольку умение в кристалле было автономным, открыть проход мог любой, кто ещё не запятнан влиянием Смерти. К нашей удаче, ранг пойманного навыка оказался сразу третьим: пропускная способность на шесть бойцов и пять минут поддержки. Бинго! Со вторым рангом толку бы не было — даже такие воины, как Тарп, в одиночку на Древе не выстоят. Но теперь шанс раздобыть несколько Семян вновь появился.

Даже если придётся пожертвовать несколькими группами, Семена мы добудем.

Именно этим сейчас Марана и занималась при поддержке Антракса, Мэйха, Корха и прочих подходящих личностей. Никто из моего «старого состава» больше не прикоснётся к этой дряни — хватит с нас Меток Смерти. Все, кто побывал на той стороне или участвовал в жертвоприношениях, уже носили Печати с насыщением от двадцати пяти до пятидесяти процентов. Так что нет. Без нас.

Но работу эту выполнить необходимо, так почему бы не поручить её бывшему пирату с его сорвиголовами и прочим добровольцам?

Что самое странное, достижение за остров получил только я. Увы, «Разрушитель» принёс всего двадцать пять очков умений — жалкая подачка на фоне текущих нужд. Остальных Система и вовсе проигнорировала, заставив довольствоваться обычными наградами за «Контроль популяции». Впрочем, хотя бы за рядовые задачи вышло неплохо: лично мне перепало сорок очков за пяток миссий и ещё двадцать пять за Червя. В сумме обогатился на девяносто пунктов. Заинтересовавшись, я выяснил, досталось ли что-то участникам прошлого рейда на Острове Мертвецов, и оказалось, что поощрения тогда были крайне скромными: часть сейва и пара очков, да и то не каждому.

Такое ощущение, будто я, как Ключник, забирал львиную долю наград себе. А может — чем Алан не шутит — ради меня эти достижения и формировались, а остальным доставалось по остаточному принципу. Не нравится мне это. События сплелись в такой тугой узел, что и впрямь впору становиться «Превозмогателем». Ответственность за всё происходящее растёт как на дрожжах, раз даже бонусы выдаются в основном мне.

Весьма досадно, что очередной «Битвы за гранью» не случилось — обломились отнюдь не лишние полсотни очков. Выходит, такие существа, как Червь, уже погибали от рук местных, так что я тут не единственный великий герой. Зато с трупа монстра достался кристалл пятого ранга с умением «Инкубатор», благодаря которому удалось оптимизировать развитие Питомника.

Пытаясь решить проблему с проклятой локацией, я в порядке бреда задумался даже о Торговой Точке. Четвёртая башня почти готова, и её очаг силы можно будет занять этой постройкой, как только Система даст добро. Плюс время на активацию. Но станет ли возможность приглашать странствующих купцов шансом отыскать решение? Вдруг удастся купить информацию о том, как свалить отсюда без всего этого геморроя?

Фантазии…

Но часть усилий потратить всё же стоит.

На Черве «Месть камикадзе» выжгла две сотни с лишним кристаллов из подсумка. Если бы не этот запас, вряд ли бы добил. Так что на будущее придётся выходить в рейды, обвешавшись минимум тремя полными сумками. Или заставить таскать боеприпасы группу сопровождения, если планируется схватка с особо могучим врагом.

Не представляю, сколько нужно кристаллов, чтобы гарантированно испепелить Владыку. Тысяча? Больше? И не порвёт ли меня от такой энергетической перегрузки на мелкие клочья? После Червя Бездны откат был неприятным. Собственно, именно поэтому я так часто медитировал в перерывах между делами — самочувствие до сих пор слегка штормило. Но распоряжение Тарпу начать усиленный сбор ресурсов давно отдано и усердно выполняется.

О, лёгок на помине.

Снаружи, в воцарившейся в башне тишине, послышался цокающий звук когтей — характерная особенность шастающих без обуви гхэллов.

Глава 23 Гамбит Разрушителя

Тарп Старый вошёл в зал и замер в шаге от входа, придерживая одной рукой закинутый на плечо монструозный арбалет. Он уставился на меня мрачным взглядом.

— Пришёл с плохими вестями? — поинтересовался я, искренне надеясь, что ошибаюсь. — Чутьё сработало, и острова третьего ранга не будет?

— Почти угадал, — кивок Старого вышел замедленным. Было видно, что он выдохся, решая горы накопившихся проблем. — Новости добрыми и впрямь не назовёшь. Проблемы две: скверная и та, что намного хуже. Первая решаема — на разрушение ещё одного острова сил пока хватит. А вот вторая проблема… События склоняются к худшему сценарию. Разблокировать локацию изнутри ради спасения невозможно — слишком могущественные силы Столицы занимаются этой блокировкой. — Взгляд Тарпа на секунду затуманился, а затем он зло оскалился, обнажив пожелтевшие зубы. — Сглазил ты, Ключник, насчёт чутья! Сработало. Череп Властелина надежд не оправдал, третьего ранга не видать.

Я мысленно вздохнул. Разумеется, во всём виноват именно я. Задница ты мохнатая, Старик. Сердце предательски ёкнуло, заставив сжать кулаки, но я тут же взял себя в руки. Сейчас самообладание — мой главный ресурс.

— Ты прямо в эту секунду понял, что…

— Да, — недовольно рыкнул гхэлл, задетый моим уточнением. — Именно так. Чутьё — способность уникальная. Оно откликается не на моё желание, а на энергетические вибрации Бездны.

Иными словами — уникальный пассивный навык.

Не сдержавшись, я приглушённо выругался. В присутствии Крохи, пусть она и безучастно медитировала на Цветке, не хотелось осквернять воздух матом. Форменная подстава. Признаться, я ждал подобного исхода по закону подлости, но, как говорится, надежда умирает последней.

Так, спокойно. Тарп прав: острова для разрушения найдутся, отряды готовы. Это выполнимо, пусть и потребует уйму времени, ресурсов и, возможно, жизней. Если уж упираться рогом, то до конца. А там время покажет, станет финал победным или фатальным.

— Ах да, к тебе тут «потеряшки» прибыли, — вдруг сообщил старый гхэлл. Он обернулся, махнул кому-то рукой и отошёл в сторону. — Чего стоим? Нечего мяться за порогом.

В зал один за другим вошли трое.

Тикки Тара, Там Ина и Зик собственной персоной. Благодаря особенностям телосложения дриады всегда мне казались настолько стройными и легковесными, что обычные человеческие девушки, даже записные красавицы вроде Юлианны, выглядели на их фоне откормленными… ну, скажем, ланями. Без обид, просто сравнение. Аппетитные формы Мараны мне куда милее худосочности лесных девчонок. Но сейчас эти дети Природы на красавиц не тянули: вид предельно истощённый, а кожа отливает нездоровой салатовой бледностью.

С одеждой дела обстояли не лучше. Обе щеголяли в живописных лохмотьях, волосы запылились и спутались в стиле «ночёвка на сеновале». Даже оружие — лук и посох — казалось настолько измочаленным, что удивительно, как оно не рассыпалось в руках. К счастью, привязку ценных вещей я им сделал, так что у Колыбели всё исправят.

В Арсенале можно подобрать замену приличнее. Я туда заглядывал лишь мельком, времени вечно не хватало. Снаряжение у меня и так отличное, а от добра добра не ищут. Переоснащением клана занимались Искра с Алией, и, судя по преобразившемуся виду бойцов, справлялись они на отлично.

Зик из всей троицы выглядел бодрее остальных и держался уверенно. Дрелан был крупнее и физически крепче, а его кожа сама по себе служила бронёй. Доспехи из обработанных раковин, сидевшие на нём как влитые, почти не пострадали — пара сколов и царапин. Разве что движения, обычно точные, казались заторможенными, а гарпунное копьё расслабленно свисало остриём вниз в устало опущенной руке.

Не знаю, из какой бездны они выбрались, но досталось им по полной программе. Впрочем, собственное состояние волновало соклановцев меньше всего. Зал, превращённый в Материнский Алтарь с буйной полупрозрачной зеленью и сияющими Бутонами, мог впечатлить кого угодно. Все трое, удостоив меня лишь беглым взглядом, со жгучим любопытством уставились на это чудо.

— Привет, Зуб, — смущённо бросила Тикки Тара. Она с усилием отвела глаза от медитирующей фейри, но тут же снова уставилась на Цветок как под гипнозом. Сделав пару шагов вглубь, она принялась внимательно разглядывать Кроху.

— Давно не виделись, так уж вышло, — вторя подруге, Там Ина тоже подошла ближе и присела рядом с Цветком на корточки.

Я понимал этот интерес: дриады по своей сути неразрывно связаны со стихией Природы. Неудивительно, что творящееся в помещении волшебство не оставило их равнодушными.

Флегматичный дрелан за девушками не пошёл. Замерев возле Тарпа, Зик уставился на меня отливающими синевой глазами с вертикальным змеиным зрачком, вяло отсалютовал копьём и пояснил:

— Сложные обстоятельства. Мы лишь сейчас сумели добраться до ближайшего маяка и вернуться в Цитадель.

— Ну и пропащие же вы души, — я не сдержал искренней улыбки. — Рад вас видеть. Крайне рад. Где вы пропадали всё это время? — Обернувшись к Тарпу, я благодарно кивнул. — Сумел ты меня удивить, Старый. Я уже и не надеялся их найти.

Тарп лишь скупо усмехнулся. Помню, помню: ты пришёл с дурными вестями, но дай минуту порадоваться за своих.

— Всё из-за этой проклятой Бури, — пожал плечами Зик. — Сперва нам невероятно повезло зацепиться за один из клочков суши, когда Остров Мертвецов развалился. Так мы избежали падения в Бездну. Но потом несколько суток нас носило воздушными течениями над Белой Мглой, пока не прибило к острову второго ранга. — Он вздохнул, вспоминая пережитое. — Ни еды, ни воды, зверьё попряталось, охотиться не на кого. Даже растительность сдуло — кругом лишь ледяной ветер. Вдобавок связь с кланом не работала. Мы подгадывали секунды, когда острова сводило друг с другом в этой безумной пляске, и прыгали через провалы. Действовали вслепую, рассчитывая только на удачу — лишь бы следующая глыба вынесла нас к обжитым местам. В итоге так и попали на Близнецов, а оттуда через Портал — домой. Ты не представляешь, как здорово оказаться здесь, где нет этой бурой хмари. Надышались сполна.

А мне было чертовски приятно слышать, что даже дриады с дреланом уже считают Цитадель своим домом.

— Хорошо то, что хорошо заканчивается. Кстати, как вы обошлись без жертвоприношения на Острове Мертвецов? — припомнил я момент, который заинтересовал меня сразу после разрушения суши.

— Миньоны, — отозвалась Там Ина. Она потянулась к фейри, но тут же отдёрнула руку, не решившись тревожить малышку, по-прежнему медитировавшую с закрытыми глазами. И правильно, не пришлось одёргивать. Руки прочь от Крохи, а то оборву по плечи и скажу, что так и было. — Мы отдали Семени Древа своих миньонов.

— У меня были подозрения на этот счёт, когда увидел в списке клана, что вы живы. Но разве они разумны? А как быть с кровью? У деревяшек её нет. Свою отдали?

— Мы не знали, сработает ли этот экспромт, — призналась Тикки Тара. — Миньоны не совсем разумны, но при создании я наделяю их частью сознания. У нас образуется тесная связь, будто мы одно целое. Разве у тебя с питомцами иначе? Этого оказалось достаточно. А кровь и впрямь пришлось потратить свою. Малая жертва за право не убивать самих себя.

Я понимающе кивнул. Пусть и запоздало, но мы тоже «доросли» до мысли приносить в жертву полуразумных пожирателей для полноценной активации Семян. А ведь они, по сути, те же миньоны Владыки. Сообразить бы это раньше, в пылу рейда, но задним умом все крепки. Впрочем, у нас имелось железное оправдание: задачу пришлось решать в дикой спешке, импровизируя под огнём, когда счёт шёл на секунды. О необходимости разумной жертвы никто из нас до того момента даже не догадывался.

— Так что там за новости?

— Новости скверные, — заговорила Там Ина. — И связаны они с тем, что мы увидели за магической чертой.

— Имеешь в виду границу, отделяющую нас от остального мира? — я насторожился. — Всё никак не соберусь глянуть на неё лично. И что же там не так?

— Выглядит она обычно — полупрозрачная пелена барьера, за которой до самого горизонта парят такие же острова. Дело не в ней самой. — Жёсткое лицо Зика с костяными наростами не позволяло выражать чувства так, как это делают люди, но я научился распознавать его состояние по малейшим признакам. Да и эмпатия работала. Я невольно нахмурился, осознав, что никогда не видел этого невозмутимого сура настолько подавленным. — Благодаря этой вылазке мы узнали то, что тебе точно не понравится.

— Ладно, хватит тумана, — потребовал я, торопя «гонцов». — Ближе к делу.

— Нас заблокировали, — тяжко вздохнула Там Ина. Она наконец поднялась и обернулась с виноватым видом, будто проблема случилась из-за неё лично.

— Да твою же… Что значит — заблокировали? А до этого что было, игры в салочки, что ли? Всё равно ведь придётся выкладывать, так почему не сделать это сразу, без лишних наводящих вопросов?

Обе дриады удивлённо переглянулись. Они не ожидали от меня такой вспышки раздражения. Привыкли, что обычно я стараюсь вести себя ровно и дипломатично, но… вся эта бесконечная муть с островами, порталами и Владыкой элементарно достала. Я готов всех понять, так пусть и они учатся понимать меня, а не тянуть кота за хвост.

— Позволь, я объясню, — вмешался Тарп, не желая оставаться в стороне. — Суть вот в чём.

Следующую минуту я слушал старика, чувствуя себя так, словно меня приложили по голове тяжёлым пыльным мешком. Причём предварительно сняв шлем для лучшей чувствительности. Как я и подозревал, эта шерстяная задница о многом умалчивала, не желая «тревожить почём зря». Впрочем, буду справедлив — информация не была секретной, но я не владел ей по идиотской причине: «Ты не спрашивал». Обожаю такие моменты. Как я могу спросить о том, о чём не имею ни малейшего представления⁈

И теперь вдруг выяснилось, что после гибели Черепа Властелина старейшина готов пожертвовать лишь одним островом аналогичного типа. И ни одним больше. Если не выгорит и в этот раз — всё, финита. Покорно принимаем судьбу. Оказывается, существует критическая планка для массы летающей тверди, ниже которой сектор, замкнутый барьером, попросту схлопнется. Поле сожмётся в точку, уничтожая всё живое и неживое. Погибнет даже сам Владыка.

По словам Тарпа, подобная мера отработана десятки раз в иных зонах, скованных магией. Как только возникает угроза прорыва Владыки наружу, Столица жертвует малым, чтобы обезопасить остальной мир.

Старик надеялся, что Хорка в итоге угомонится, наигравшись в мятежника. Наказание за бунт было бы неизбежным — Столица подобного не прощает, и расплата пришла бы сразу после Бури. Ключника, то есть меня, и Хорку наверняка забрали бы для перековки в послушных пешек в ментальных кузнях. Зато народ Форта Бдительного по большей части уцелел бы. Пострадали бы только зачинщики.

— Зубоскал? Ты меня слушаешь или в облаках витаешь? Я для кого распинаюсь? — Тарп сердито рыкнул, заметив, что я глубоко ушёл в себя. С каждой секундой я мрачнел всё сильнее, и даже аура Алтаря не справлялась с накатившим пессимизмом и яростью.

— Прекрасно тебя слышу, — медленно процедил я. — Но повтори ещё разок. Возможно, ты что-то упустил, или я недопонял суть.

— Повторю, не развалюсь. Но вкратце. Снаружи барьера всегда дежурят наблюдатели от Столицы Великой Стаи. Обычно это пара патрульных кораблей. Но сейчас их там десятки. Маги поняли, что дело серьёзное, и заблокировали границы согласно действующим правилам.

— Позволь уточнить, — я сам был готов рычать, как гхэлл, но волевым усилием сдержался. — Отсюда и так никого не выпускали без пропуска, верно? Что тогда означает ваше «заблокировали», если выхода и раньше не было?

— Я говорю о самом состоянии преграды, — пояснил Тарп, осознав причину моих непоняток. — Обычно она полупрозрачная, мир за ней неплохо просматривается. Сейчас же барьер потемнел от вкачиваемой энергии, да и частокол кораблей вдоль внешней черты подтверждает опасения. Мы под полным надзором и в блокаде. Повышенные меры безопасности. Даже с пропуском сейчас никто не выйдет, пока обстановка не стабилизируется. А если случится худшее и местный Владыка победит, набрав силу для прорыва наружу, маги Архипелага просто свернут пространство. Уничтожат и Хозяина Древа, и всех, кто не успеет погибнуть от рук пожирателей.

— Вот так запросто? Прикончить кучу народа, даже не попытавшись эвакуировать? Не верится…

— Запросто? — Старик резко мотнул головой, сердито сверкнув глазами. — Нет, не запросто! То, что я говорил о массе островов, относится и к сурам. Если наша численность в локации упадёт ниже критической отметки, то законы барьера также придут в действие. Спасение невозможно. Мы все здесь в ловушке. Местные на этих камнях с рождения, а прочие — либо чужаки вроде тебя, либо белогривые, сосланные в наш сектор за проступки. Для тех, кто в Столице, мы — пыль под ногами. Если надо будет, сотрут всех и не поморщатся.

— Так именно поэтому ты отказываешься переселять гхэллов на осколок? — я поражённо замер. — Твою же…

— Да. Пока ситуация не стала необратимой, а я всё ещё надеюсь, что до этого не дойдёт, никакого массового исхода не будет.

— И всё-таки признай: возможность спасти свой народ, если дела пойдут прахом, в корне меняет расклад, — я качнул головой, переваривая новости и пытаясь понять, как эта информация повлияет на мои дальнейшие шаги.

И осознал, что по сути — никак. Наоборот, она лишь укрепила меня в планах. Терять мне нечего, кроме жизни и свободы, а их я лишусь в любом случае, если проиграю и позволю захватить себя или домен.

— Оно конечно, запасной дом — это хорошо, — нехотя согласился Тарп, не переставая хмуриться. — Но родные острова всё же понадёжнее будут.

Сказано это было таким тоном, будто в эскалации всех бед виноват лично я. Ну и Хорка, само собой. Будь на месте бунтаря Тарп, ничего бы такого не случилось. Но дело сделано: Хорка набедокурил, а старику теперь разгребать последствия.

Ничего из этого Старый, конечно, не озвучил, но его эмоциональное состояние говорило за него красноречивее всяких слов.

— Странно, что столичные ушлёпки до сих пор этого не сделали, — вздохнул я, обескураженный новостями. — Схлопнуть барьер — и нет ни Владыки, ни строптивого Хорки, ни меня. Все проблемы разом в утиль. Видимо, неспроста они тянут?

— А я скажу, что нас пока спасает, — Тарп отхлебнул из фляги, смачивая горло. — Каждый раз, когда магам приходилось уничтожать вышедшие из-под контроля закрытые сектора, всё заканчивалось скверно. Подобный удар порождает мощные пространственные возмущения и опустошает тысячи километров поверхности планеты далеко за пределами зоны бедствия. Начинается хаос, длящийся десятилетиями. Возникают аномалии, где вопреки всем законам воют бешеные ветра, а острова непрерывно сталкиваются, перемалываясь в пыль.

— Сурово, — я впечатлился.

— Таких мест на планете и без того хватает, а жить в них невозможно, — продолжал нагнетать Тарп. — Более того, все зоны Смерти каким-то образом связаны. Несколько раз после уничтожения скованного барьером сектора пробуждались десятки соседних очагов. Их Владыки начинали войну на истребление всего живого в границах своих Кругов, невзирая на последствия. А на планете этих зон тысячи. Две сотни лет назад подобная операция вызвала цепную реакцию, охватившую больше семидесяти территорий. Мир Небесного Архипелага потерял тогда около полумиллиарда игроков и жителей. И всё только ради того, чтобы не выпустить заразу во внешний мир. В общем, «скрутка» локации — это совсем уж крайний случай. Но именно эта опасность сейчас над нами и нависла.

В зале воцарилась тишина. Напряжённые лица присутствующих выражали нешуточную тревогу. Очевидно, не один я не владел этой информацией. Новость оказалась крайне неприятной и для остальных соклановцев.

— Вот же труха древесная, — непривычно для моего слуха выругалась Там Ина. Прежде я никогда не слышал, чтобы дриады сквернословили. Но, похоже, и у них иногда сдают нервы. Может, на общее состояние так повлиял вояж вдоль границы, подточивший силы и сознание, но факт оставался фактом: не выругайся она, это сделал бы я, причём куда крепче.

— Крайний случай, говоришь… И как долго продлится блокировка? Ах да, пока не «стабилизируется ситуация». А это возможно лишь при одном условии: если мы отразим вторжение и переживём нашествие. Но тогда за мной придут белогривые из Всевидящего Ока. Если же Владыка сотрёт нас в порошок или нарушится критическая масса островов, то вся локация исчезнет в этой самой «скрутке». Так?

Ответ Тарпа мне был не нужен, всё и так ясно. Я просто рассуждал вслух, упорядочивая информацию в голове. Отбросив лишние раздумья, я вперил в старика пристальный взгляд.

— Есть и третий вариант развития событий, который никто из вас почему-то не рассматривает. Оттолкнёмся от обратного. Допустим, если мы схлестнёмся с Владыкой напрямую и победим, то блокировку тоже снимут. Но вряд ли маги с «внешки», не привыкшие рисковать шкурой, сразу полезут проверять обстановку. Наверняка выждут срок, пока всё не уляжется, а у нас появится время для дальнейшей работы с островами. Верно мыслю?

Тарп от такого заявления, похоже, опешил. Дриады с дреланом удивлённо переглянулись, явно не слишком веря собственным ушам. И я их понимал. Со стороны это и впрямь звучало безумно.

— Ты прав, заявляя, что Ключник — катализатор всех этих бед, — продолжил я развивать мысль. — А раз так, то попытка избежать столкновения с этой тварью, я про Владыку, бессмысленна. Покорить Ключника и вырваться из этого мира — что может быть для него желаннее? Значит, нужно не бегать от него, а сделать всё, что даст нам хоть какое-то преимущество в неизбежной схватке. Если грамотно выбрать место и время, подготовиться к бою, у нас появится шанс.

— За тысячелетия никому не удалось этого сделать, — со скепсисом на лице усмехнулся Тарп. — Признаться, победа над Червём Бездны, которого ты прикончил на Черепе, внушает уважение. Возможно, по силе ты сейчас не уступаешь Хорке. И точно превосходишь меня. Но этого недостаточно, Зубоскал. Если сравнивать с тем же Червём, то могущество Владыки может быть неизмеримо выше.

— Не верить в меня — твоё право, — я пожал плечами, ничуть не задетый его оценкой. — Но сейчас именно от меня многое зависит, и мне решать, как быть дальше. Ты всё ещё со мной, старик? Или желания Хорки для тебя больше не имеют значения?

— Один остров, — напомнил старый гхэлл, неодобрительно сузив глаза. — Я выберу подходящий из оставшихся, наименее ценный. Подойдут Близнецы или Дохлый Ящер. Если и это не принесёт результата…

— То что? — бесцеремонно оборвал его я. — Постараешься, чтобы в один прекрасный момент Ключник просто исчез в Бездне, не доставшись Владыке?

— Я никогда не бью в спину! — гневно рыкнул гхэлл.

Тем более что это не решит проблему — Ключника сложно убить окончательно. Озвучивать это я не стал, чтобы не накалять обстановку, но знал: старик и сам всё прекрасно понимает.

— Тогда поступим так, — продолжил я после секундной заминки. — Мне нужен донор. Я твёрдо намерен возродить Акарха. Твоих знаний о происходящем недостаточно, уж извини за откровенность. А Акарх, побывавший на той стороне в качестве некроманта, причём не рядового, а целого босса, может знать нечто важное. Да, я помню твои сомнения, из-за которых ты отверг предложение в первый раз. Но сейчас нам нужно всё, что может помочь хотя бы в теории. Также у меня есть идеи насчёт дальнейших действий. Но для этого понадобится больше таких воинов, как ты. Или как Акарх. Ведь где Хорка, мы не знаем. Придётся строить планы исходя из того, что Видящий может не вернуться. Акарха же можно вытащить из Списка прямо сейчас. Этим и займёмся. А чтобы возвращение прошло безопасно, донора, как и в случае с Горадом, подберём с низким уровнем. Подойдёт новичок или щенок сразу после инициации…

— Уже привёл, — Тарп искривил чёрные губы с таким видом, будто только что победил в споре. — Донор ждёт снаружи. Я знал, к чему всё идёт. Говорю же — чутьё. Я тоже надеялся, что Хорка успеет вернуться, но раз нет, то ты прав — Акарх нам необходим. Одного меня маловато для управления островами, все белогривые по-прежнему в Колыбели, а вытаскивать их через Список пока не стоит. Лично для тебя есть риск нажить кровных врагов, если «белогривый» окажется в серой шкуре. Да и неизвестно, кто из них был верен Хорке, а кто слал доносы в Столицу.

От сердца слегка отлегло.

Оказывается, старик всё это время лишь прощупывал почву, пытаясь понять мой настрой. И пока он готов действовать согласно прежним договорённостям. Придётся выжать из ситуации максимум. А положение паскудное: выходит, уничтожая острова, мы играем на руку Владыке и приближаем собственную гибель. Но пустив всё на самотёк, я точно ничего не изменю. Осталась одна попытка? Пусть. Главное, что она есть. И нужно сделать всё, чтобы больше и не понадобилось.

Что до белогривых… Понадобится для дела — вытащу любого, сейчас не до чужих обид. Просто сейчас на них всё равно нет ресурсов. Но замечание старика стоит учесть: скрытые враги нам сейчас совершенно ни к чему.

— Что ж, отлично, — я кивнул, подводя мысленный итог разговору. — А насчёт острова… Я уже нашёл подходящий вариант сам.

— Нашёл он, как же. Хрен бы ты что нашёл без моей помощи, — вмешался тонкий ехидный голосок из-за спин Зика и Тарпа.

Зик было повернул голову в сторону гостя, но, разглядев ник, резко отскочил назад и вскинул руку с гарпунным копьём. По наконечнику с угрожающим треском зазмеились электрические разряды, распространяя запах грозы. Взгляды дрелана и дриад упали на компанию из двух молодых гхэллов. Но если имя одного было обычным — Ушан, то над вторым зловеще горело «Горад».

— Спокойно, Зик, ситуация под контролем, — я слегка повысил голос, привлекая внимание.

Наши вернувшиеся «потеряшки» были не в курсе «Астральной рокировки», так что их нервная реакция вполне предсказуема. Сперва я собирался сам отвести всех в Изолятор, чтобы Горад повторил то, что уже поведал мне. Но после новостей от соклановцев я связался с пленником по личному каналу и под присмотром Стража велел ему идти к нам. Ни к чему людей гонять. Да и охранника лучше Стража не найти: вмиг разберёт нарушителя на молекулы, если что-то пойдёт не так.

Не говоря уже о том, что Горад, хоть и избавленный от кандалов, щеголял теперь в ошейнике безмолвия. Причём сам же и предложил эту меру, чтобы народ не нервировать. Горад — засранец, но засранец умный, понимает, как здесь к нему относятся.

Ушан же, один из двух оставшихся потомков Тарпа Старого (похоже, после самопожертвования брата этот паренёк всё-таки набрался храбрости для прописки в клане), просто увязался за «братцем» за компанию.

— Давай, Горад, выкладывай, — предложил я, затем повернулся к Тарпу и подсластил пилюлю: — Ты должен это услышать, мне нужно знать твоё мнение.

— Идея простая, — усмехнулся Горад в облике тщедушного серошкурого щенка тридцатого уровня. — Раз уж вам так нужны острова для экспериментов, не стоит идти на поводу у Владыки и губить то, что служит залогом выживания для нас самих.

Я мог бы и без Горада изложить его замысел. Но, во-первых, мне не требовались чужие лавры. Во-вторых, пленника в самом деле пора было поскорее реабилитировать, чтобы не держать безвылазно в Изоляторе. Пока длилась медитация Крохи, я в числе прочих дел о многом успел с ним переговорить. Мы пообщались по душам. Эмпатия в связке с дублирующим контролем Мараны отлично помогает отделять зёрна от плевел: ложь от истины, игру в эмоции от подлинного раскаяния. Для меня он больше не являлся врагом — лишь человеком, попавшим в переплёт и не сумевшим всё исправить до того, как его лишил воли сам Владыка. Теперь стоило сделать так, чтобы и в глазах остальных Горад перестал быть угрозой. Хотя вредный характер этого типа оставлял желать лучшего, его намерения помочь выглядели искренними, а это сейчас главное.

— Ближе к делу, — рыкнул Тарп. Вид потомка, «одержимого» Горадом, явно не доставлял ему удовольствия; более того, это служило изрядным испытанием для нервов старика. Вон как пальцы вцепились в приклад арбалета. Хотя оружие по-прежнему покоилось на плече, того и гляди, выдержка изменит Старому, и он выстрелит. Тем большее уважение вызывало его повторное решение притащить в качестве донора следующего из отпрысков. Впрочем, возможно, никто из других гхэллов на такое больше не подписался. Случайная инициация, как в случае с Пятнышком и Шустриком, — это одно, а отдать щенка на заклание «Рокировки» — совсем иное. Тяжёлая процедура для самого донора с неприятными последствиями для его близких. С другой стороны, гхэллы относятся к смерти куда спокойнее прочих разумных рас. Настоящие фаталисты.

— К делу, так к делу, — усмехнулся Горад. — Только держи себя в руках, блохастый, а то этому тщедушному тельцу хватит и одного болта, чтобы душа отправилась в Колыбель. Лишней «Рокировки» у Зубоскала сейчас нет, как и времени на новое возрождение.

Тарп приглушённо зарычал, разъярённый язвительным тоном бывшего предводителя мертвецов, успевшего натворить в локации тёмных дел. Я решительно вмешался:

— Так, успокоились все. Горад, пну — будет больно. Давай-ка без перехода на личности, говори только по существу.

— Как скажешь, босс, — Горад-щенок пожал плечами и сразу стёр ухмылку. — Речь идёт об искажённых островах. Зачем разрушать действующие, когда можно прикончить полудохлые куски суши? К тому же это пройдёт почти без последствий для системного баланса внутри сектора.

— И где ты собрался их искать? — с недоверием вмешалась Там Ина. — Буря перекроила всю карту, включая координаты твоих искажённых клочков! — Её друзья, Тикки Тара и Зик, согласно кивнули. — Точных данных сейчас нет. Пока шторм не стихнет, острова продолжат хаотично смещаться. Если траекторию крупных объектов ещё можно просчитать, то мелкие носятся как пыль на ветру. Уж мы-то на собственной шкуре ощутили прелесть таких островков — напрыгались досыта!

— Да знаю я, знаю, что Буря подгадила, — снисходительно отмахнулся когтистой лапой Горад. — После гибели Острова Мертвецов искажённых территорий осталось всего четыре. Три из них и впрямь мотает чёрт знает где, но вот четвёртая…

— Тёмная Звезда, — звериные глаза Тарпа расширились от внезапной догадки. — Только этот остров в центре Вихря никогда не меняет положения.

— Именно, — подтвердил Горад. — А попасть туда не так уж сложно. Вернее, трудно, но вполне осуществимо. Тем более, по словам Зуба, вы сами всё подготовили для этого вояжа.

— Корабль, — напомнил я Тарпу. — Ты ведь знаешь, что Хорке пришлось оставить судно возле одного из обломков вблизи Вихря, когда началась Буря. Он сделал это, чтобы не потерять «Быстроглазого» в общей чехарде. Корабль цел, а маяк на нём я заменил свежим. В любой момент мы сможем перенестись на палубу и двинуться к центру Вихря.

— Ну, если пожертвовать кораблём… — задумался Тарп.

— Не обязательно жертвовать. Если он окажется над твердью, тогда да — законы этого мира разобьют его об остров. Но финальный отрезок пути можно преодолеть на Фурии. Судно нужно лишь для того, чтобы подобраться к цели максимально близко — на своей питомице весь маршрут я точно не вытяну.

— Похоже, ты всё уже решил, — старик прищурился. — Но кое-чего не учёл. Сейчас Вихрь — одно из самых опасных мест в локации.

— Дегустаторы?

— Хуже. Воздушные течения там такие, что разберут посудину на щепочки, моргнуть не успеешь. Ты просто не совсем понимаешь, что предлагаешь. Как и твой приятель… Горад.

— Да думал я об этом, — вздохнул я. — Возьмём только добровольцев. В худшем случае, если не выйдет долететь или повернуть назад, всегда можно вернуться маяком. Мы рискуем лишь судном. Но совсем без риска не обойтись, не сидеть же сложа руки в ожидании участи. Даю слово: всех, кто попадёт в Список и не сможет воскреснуть в Колыбели сам, буду возвращать в первую очередь.

— Есть ещё один важный момент, ради которого стоит рискнуть, — добавил Горад. — Острова, полностью погружённые в Белую мглу, недаром зовут искажёнными. Из-за остаточной силы левимета, удерживающей их на плаву, они крайне неустойчивы. Любое воздействие способно окончательно опрокинуть их в Бездну.

— Иначе говоря, для призыва Дегустаторов не понадобится гора Семян, — дополнил я Горада. — Может хватить и одного, размещённого в центре. А одно Семя у нас в Цитадели есть прямо сейчас. Не придётся даже рисковать новым походом на Древо, который ещё неизвестно чем закончится.

Все аргументы были продуманы задолго до этого разговора. В моих словах не должно было звучать и тени сомнения. Неуверенность заразна, а я полон мрачной решимости вырваться из этого мира. Помощь местных мне пока требовалась — хотя бы как материальный и человеческий ресурс. Точнее, ресурс из существ разумных, самих «человеков» тут мало.

— Порталы, — Тарп качнул головой, всё ещё сомневаясь. — Считается, что Владыка имеет прямой доступ к «потерянным» точкам перехода на искажённых островах. Это значит, он может вынырнуть на Тёмной Звезде в любую секунду и просто прихлопнуть наш отряд.

— С тем же успехом Владыка способен выйти через Чёрный портал на любом острове, где принесена жертва, — возразил Горад.

— Чёрный портал ему по какой-то причине не подходит, — качнул головой Тарп. — Такого ещё не бывало. Возможно, его мощь просто разносит эти переходы, а лично возглавлять десант на Чёрных листьях ему не по статусу. Но искажённый портал — это полноценный стационарный узел, пусть и отрезанный от Системы. Там риск для нас запредельный.

— А разве не это нам нужно? — я позволил себе лёгкую усмешку. — Место, где Владыка гарантированно появится, и время, которое мы выберем сами?

— Собьём двух варн одной стрелой, — подхватил Горад. — Разнесём и так никому не нужный остров, а заодно попробуем прикончить Владыку. Лично у меня к этой твари накопился огромный счёт. Точнее, наоборот: сперва грохнем Хозяина Древа, а затем уже без помех уничтожим территорию. А если с боссом не выйдет, то хотя бы остров…

— Ты всё-таки хочешь с ним схлестнуться, — не обращая внимания на Горада, Тарп пристально посмотрел мне в глаза, будто пытаясь заглянуть в душу. — Все знают, что гхэллы любят риск. Мы рождаемся с жаждой битвы. И хотя с возрастом я немного растерял былой пыл, я по-прежнему радуюсь хорошей драке. Но в этом конкретном случае не вижу ни единого шанса на успех. Повторяю: идти на искажённый остров — безумие. Для тебя в первую очередь, Зубоскал. Твоей мощи недостаточно, чтобы…

— Вот и проверим, — отрезал я. — Всё уже решено, Старый. Нужно лишь хорошенько подготовиться. Для этого первым делом возвращаем Акарха. Затем собираем команду добровольцев. Можно взять тех, кого Марана уже уговорила для похода на Древо — какая им разница, где рисковать головой? Но сейчас меня интересует другой немаловажный момент. Что ты можешь сказать о ваших божествах? У тебя ведь репутация с ними должна быть высочайшей. Смогут ли Горэл и Йеноху помочь по твоей просьбе? Ведь борьба за выживание сектора касается их напрямую.

— Да я ж тебе уже говорил, что толку от них не будет, — пренебрежительно напомнил Горад.

— Погоди, — я остановил его резким взмахом руки. — Тарп? Что скажешь ты?

— Как бы я ни относился к этому… существу, — Ловец Ветра презрительно уставился на Горада, подыскивая слово, достойное его подлой натуры.

— Без оскорблений, будь добр, — хмыкнул Горад с таким снисходительным видом, что мне самому захотелось подрихтовать физиономию мага чем-нибудь тяжёлым. Любит играть на нервах бывших врагов, засранец.

— Так вот, как бы я ни относился к Гораду, но тут он прав, — Старик с мрачным видом покачал седой головой. — В закрытой локации обитают лишь тени божеств, отделившиеся от своих реальных воплощений, но так и не вошедшие в настоящую силу. Они давно проросли в свои острова, как Древо Смерти в поверхность нижнего мира по Белой Мглой. Они никогда не покидают места силы, ведь только там Владыка их не достанет. Любой другой остров, где они мигом ослабнут, для них смертельно опасен. Обойдёмся без них. Раз ты твёрдо намерен рискнуть, вот моё условие: в этой локации нет более опытного Ловца Ветра, чем я. Другие варианты не обсуждаются.

— А я уж боялся, что ты так и не предложишь, — я не сдержал улыбки, удовлетворённый исходом разговора.

И вдруг в этот момент тонкий и звонкий голосок, по которому я страшно соскучился, мгновенно привлёк внимание всех присутствующих:

— И без меня ты тоже никуда не пойдёшь, Босс! Это тоже не обсуждается!

Не успел я повернуть голову, как светящаяся комета с крылышками, сорвавшись с распахнутого Цветка, с восторженным визгом бросилась мне на грудь.

Глава 24 Исход древних теней

Остров Храма Горэла встретил нас куда более неласково, чем в прошлый визит. Стоило сойти с каменного диска Святилища Тайного Пути и покинуть защищённое глиняными стенами пространство, как вокруг с суматошным завыванием взвилась бурая хмарь, стирая видимость уже в десяти шагах. Причина ухудшения обстановки была очевидна: чем дольше длилась Буря, тем больше мелких островков дробилось в пыль в непрестанной болтанке и тысячах столкновений. Локация перемалывала сама себя с таким неистовством, что утилизация крупных кусков суши с помощью Семян Древа и Дегустаторов казалась теперь каплей в море на общем фоне разрушения.

Температура тоже продолжала снижаться. Воздух сделался суше, под ногами ломко хрустели останки заледеневшей растительности, а дыхание вырывалось густым паром. Физически я почти не ощущал дискомфорта — тело закалилось ещё в Лунной Радуге, да и плотный поддоспешник служил надёжным барьером от холода стали. Но тревожная тенденция перемен погоды поневоле заставляла хмуриться. Окружающий хаос настойчиво поторапливал с принятием кризисных решений.

Возглавил процессию Тарп Старый, следом за ним двинулся Акарх Терпеливый. Слабость худосочного тела, взятого от тридцатиуровневого Ушана, вынуждала возрождённого прикрываться от ветра широкой спиной соплеменника. Я же замыкал цепочку, внимательно отслеживая обстановку. Божественная аура защищала территорию от вторжения пожирателей, но бдительность никогда не бывает лишней. Мы все мониторили пространство, насколько хватало зрения и восприятия.

Кроха: Как это — трое⁈ Опять забыл меня посчитать?

Контакт через Духовную связь стал куда крепче и отчётливее после эволюции малышки в Цветочную Фею. Её шутливое негодование ощущалось почти физически.

Кроха: Босс, я тебя сейчас по черепушке стукну, несмотря на то, что ты мой босс!

Зубоскал: Прежде чем давать волю шаловливым ручонкам, сперва из убежища выберись.

Кроха: Не-а. Здесь тепло и не дует.

Фейри хозяйственно оккупировала один из новых увеличенных подсумков. Мне пришлось выгрести оттуда всё барахло, чтобы она смогла с комфортом пристроить свою круглую попу вместе с крылышками.

Кроха: Но как только доберёмся до приличного для моей царственной особы места, вот тогда я припомню всё, что было не так! Заведу список всех твоих прегрешений, не одному тебе со Списками ходить! Вот!

Зубоскал: Уговорила. Пусть нас будет четверо.

Спрятав улыбку, я прищурился от злых порывов ветра, кидавшегося на нас, точно оголодавший призрак. И тут из бурой мглы с высоты трёх метров раздался укоризненный рык.

Зубоскал(вздыхая): Пятеро.

Массивная морда дикоши на секунду показалась из танцующей вокруг хмари, после чего она вновь исчезла, как крылатое привидение, продолжая нарезать охранные петли вокруг группы.

Уточню: «привидение» было размером с молодого слоника. Если так пойдёт и дальше, вскоре верхом на дикоше можно будет без труда кататься целым отрядом. Хищница подросла сразу после того, как в себя пришла Кроха и полноценно влила качественно обновлённую синергию в общую связь. Хорошо хоть, что после резкого скачка этот процесс остановился. Фея успела заверить, когда я приступил к допросу, что она тут ни при чём, и больше такого не повторится.

Пришлось сделать вид, что поверил.

И понадеяться, что подобных сюрпризов в ближайшем будущем действительно не произойдёт. Иначе даже самый большой корабль станет тесен для перевозки питомицы, а это могло помешать планам, в которых Фурии отводилась не последняя роль. Рассчитывать, что обойдёмся без судна и долетим всей толпой на дикоше, пока не приходилось. Нам предстояло преодолеть огромное расстояние в крайне непростых условиях.

Кроха исполнила угрозу не оставлять меня ни на миг буквально. Да и Фурия не собиралась отставать. Мне оставалось лишь принять неизбежное. Обе они давно заслужили право на собственное волеизъявление, а я был совсем не против такой компании. Напротив, присутствие подопечных действовало успокаивающе. Позитивный настрой после перерождения хлестал из Крохи по связи, словно вода из пожарного шланга. Именно этого эмоционального допинга мне не хватало в последнее время. Фейри стала для меня походным Алтарём — маленьким, но действенным аналогом того, что остался в Цитадели.

Теперь я и сам поверил, что всё получится как надо. Что задуманное дело завершится в нашу пользу.

Марана тоже горела желанием увязаться с нами на переговоры с божествами, но пришлось попросить её остаться в помощь Искре. Не сомневаюсь, что гхэллы под руководством своих командиров закончат сбор добровольцев сами, но я предпочитаю контролировать процесс через доверенных лиц. Вообще, народ этот боевой, но шебутной, за ними всегда нужен пригляд. Поэтому я склонялся к тому, чтобы набрать в рейд в основном «Черепов». Вот уж кто жаждет взять реванш после того, что с ними сотворил Владыка. Ради возможности пнуть эту сволочь любой из них готов пожертвовать сейвом, твёрдо зная, что в благодарность я не дам им долго задерживаться в Списке.

Нашли, что называется, палочку-выручалочку…

Но это я так, просто ворчу от хронической моральной усталости.

Хорошо, что с Акархом вышло куда лучше, чем мы ожидали. Как только после перерождения сознания щенка-донора стало ясно, что экс-Видящий вменяем и готов слушать, мы с Тарпом выставили из Изолятора лишних свидетелей. С подопытного сняли предусмотрительно надетые цепи и принялись его просвещать. Марана дежурила поблизости, готовая применить ауру обольстительницы, чтобы настроить пациента на нужный лад, но вмешательство не потребовалось. Возродившийся благодаря «Астральной Рокировке» гхэлл, к нашей удаче, сохранил ясный разум и память.

Много времени ушло на описание текущей ситуации. Акарх сполна оправдал имя Терпеливый: дотошно вникал в каждую деталь, даже в то, что нам с Тарпом представлялось мелочью. Бытность мертвецом на него будто не повлияла, хотя для «Черепов» опыт не прошёл бесследно — те предпочитали держаться своей группы. Стальная воля Видящего мгновенно взяла верх над эмоциями, едва он осознал масштаб событий. Мир живых по-прежнему был ему дорог, ценности остались прежними, так что он всей душой включился в поиск решения назревших проблем вместе с нами.

В отличие от ворчливого Тарпа, Акарх ни разу не задался вопросом «кто виноват». Он сосредоточился исключительно на том, что делать, чтобы вытащить локацию из той ямы, куда мы её, по убеждению Тарпа, запихнули.

Целеустремлённая натура.

Когда Тарп отговаривал меня от возрождения ученика, уверяя, будто у того был крутой нрав и нетерпимость к чужакам, он явно преувеличил. То ли время исказило его представления, то ли Ловец Ветра изначально неверно оценивал характер преемника. А может, личность претерпела значительные изменения.

Но всё это стало неважным.

Предложение залить опыт до пятидесятого уровня Акарх отмёл, предпочитая сосредоточиться на главном. Резкий подъём характеристик требует долгой медитации у Колыбели для усвоения физических перемен, а Видящий не хотел терять ни минуты.

В результате после двухчасового мозгового штурма мы оказались здесь, на острове Храма Горэла. Спустя несколько минут, исхлёстанные пыльным ледяным ветром, мы добрались до самого святилища. Его очертания проступили из бурой хмари размытой куполообразной тенью.

В прошлое посещение Храм выставил меня прочь, едва я получил благословение, поэтому я решил подождать снаружи. Но Акарх, уловив мои колебания, уверенно махнул рукой, приглашая за собой. Похоже, присутствие сразу двух экс-Видящих давало право их спутнику на беспрепятственный вход.

А это уже добрый знак.

Предложив Фурии присмотреть за обстановкой снаружи Храма и дождавшись её согласного, вибрирующего «фыр-рк», я без колебаний перешагнул порог.

Сейчас многое решится, и эта мысль ложилась на плечи ощутимой, почти физической тяжестью.

Гулкая, давящая тишина тяжёлым пологом сгустилась вокруг наших трёх фигур, словно мы разом переместились в иную реальность, где яростная власть Бури оказывалась тщетной. Несколько расставленных вдоль стен на равном удалении оружейных стоек работали своеобразными светильниками, пахнущими старым металлом и озоном. Но, несмотря на оригинальный дизайн, слабое, холодное свечение встроенных в дерево кристаллов справлялось лишь с небольшими участками пространства, оставляя стены и высокий купол тонуть в вязком, липком полумраке.

Покровителю воинов Горэлу, чья двухметровая каменная фигура возвышалась в центре зала на грубой, выступающей из пола плите, на роскошь явно было наплевать с высокой колокольни.

Когтистые, узловатые пальцы обеих рук сурового гхэлла мёртвой хваткой сжимали рукояти опущенных остриём в пол полуторных мечей. Я уже привык, что изваяния божеств в моём осколке всегда выглядят пугающе живыми, а стоит отвести взгляд, как на периферии зрения чудится движение из-за источаемых ими магических флуктуаций, поэтому и здесь не удивился знакомому чувству. Явственно казалось, что этот каменный воин в случае малейшей опасности сорвётся с места и ринется в бой, шинкуя врагов на мелкий салат.

Но не меньше привлекала внимание дополнительная, вполне осязаемая охрана Храма.

Девять закованных в тяжёлые доспехи гхэллов-храмовников, упирая пятки массивных алебард в пол, застыли между стойками-светильниками по примеру статуи своего покровителя. Вот только они на самом деле были живыми, пребывая в состоянии особого божественного оцепенения, когда жизненные силы почти не тратятся, а само действие времени становится неощутимым.

Зато глаза воинов предельно внимательно следили за каждым движением пришельцев.

По словам просветившего меня заранее Тарпа, у защитных свойств ауры божества тоже есть пределы, поэтому без живой охраны островам не обойтись. Сила этой девятки такова, что любые пожиратели, осмелившиеся высадиться на подвластный Горэлу клочок суши наперекор обжигающему противодействию ауры, будут уничтожены мгновенно, даже если это окажутся предводители-ревуны. А если пожалует сам Владыка Древа… Пока такого не случалось, и считалось, что исход противостояния в этом случае станет губителен для обеих сторон: при всей мощи Повелителя Смерти, остров с Храмом оставался средоточием силы местного божества. Каждый кубический сантиметр почвы здесь по сути являлся накопителем энергии, залитой за столетия существования в закрома по самое не хочу. По факту, весь остров был аналогом огромного энергетического кристалла-расходника, вибрирующего от скрытой мощи.

Мои губы тронула невольная, горькая усмешка.

И вот вся эта накопленная мощь пропадала зря, пока мир вокруг катился в Бездну. Оба местных божка спрятались на своих островах, точно улитки в раковинах, предпочитая делать вид, будто большая часть происходящего вовне их не касается, и делясь крохами силы с последователями лишь в экстренных случаях, вроде той битвы на Острове Мертвецов. Своя логика в этом была: стоит им ослабеть, потратить больше нужного для поддержания стабильности, и Владыка возьмёт их голыми руками, как опытная лиса — глупых цыплят в курятнике. Поглотив же силу местных сущностей, Повелитель Смерти станет и вовсе неудержим. Но тактика «моя хата с краю» никогда не приносила выгоды в долгосрочной перспективе, и сейчас этот нарыв пора было вскрывать.

Ничего, я уже нашёл этой застоявшейся силе достойное применение. Как и уславливались, первыми с Горэлом в переговоры вступили Акарх с Тарпом. Божество должно было чётко осознать, что моё предложение — это не личные хотелки заезжего игрока, а в первую очередь насущное желание его собственного народа.

Начал Тарп. Почтительно, со смесью страха и благоговения глядя в лицо статуи Горэла, он кратко обрисовал цель нашего появления и общую ситуацию в локации. Мне сразу не понравилось, что Старый ведёт себя чересчур подобострастно, превращая нас в жалких просителей, а не в тех, кто диктует условия — а ведь мы договаривались о линии поведения заранее. Но многолетние привычки трудно преодолеть, и Тарп не сумел переступить через себя. Может, зря я послушал гхэллов, уверявших, что попытка повлиять аурой убеждения будет воспринята божествами однозначно враждебно, почему и пришлось отказаться от услуг Мараны?

К счастью, Акарх, недовольно покосившись на своего бывшего учителя снизу вверх — росточком он в нынешнем теле щенка всё-таки не вышел, — перевёл взгляд на каменного идола и безапелляционным, режущим слух тоном перебил Старого:

— Если ты откажешь Ключнику в помощи, я лично приложу все силы, чтобы лишить тебя последних последователей.

«Интересно, где он так ловко научился вести переговоры», — не без сарказма подумал я, разумеется, оставив это мнение при себе. Ни к чему раньше времени переводить огонь на собственную персону, пусть сперва меж собой разберутся. Я надеялся, что Акарх понимает, что делает, но об ультиматуме в таком лобовом виде мы тоже не договаривались. Уж рубанул так рубанул. Две крайности: один тушуется, другой жжёт напалмом по площадям.

В зале повисла гулкая, тяжёлая тишина, сгущаясь в воздухе всё более ощутимым с каждой секундой напряжением. Недовольство и гнев разливались от статуи Горэла невидимыми, но чёткими волнами, отчего кожа даже под стальными пластинами доспеха начала зудеть от прибывающей энергии. Всё-таки мы сейчас находились в самом центре силы божества, где была сконцентрирована вся его вековая мощь. Если не договоримся и божок реально осерчает, он может просто размазать нас по стенам коротким импульсом. Или натравит охрану, чьи холодные взгляды я ощущал на себе непрерывно. А применять «Теневое клеймо», чтобы подчинить храмовников здесь, под носом у их творца, было бы крайне паскудной затеей, а точнее — гарантированным самоубийством.

Наконец воздух всколыхнулся от прозвучавшего под сводами гулкого голоса, который, казалось, шёл из ниоткуда и со всех сторон разом, вибрируя в костях:

— Ты мой чемпион, Акарх, пусть и пропавший на долгий срок! Ты не смеешь ставить мне такие условия!

— Именно что твой, — коротко кивнул Акарх Терпеливый без малейшей тени почтения в голосе. — Поэтому и прибыли мы сперва к тебе, а не к Йеноху. Отдали дань уважения, и хватит на этом. А теперь слушай — если я брошу клич, моего авторитета хватит, чтобы гхэллы от тебя отвернулись полностью. Потеряв влияние и подпитку верой, ты за несколько лет иссякнешь, как утренний туман в лучах солнца.

— Выкручиваешь мне руки? — вновь прокатился по залу сердитый, рокочущий голос божества. — После всего, что я для тебя сделал?

— И что же ты сделал, пока я был рабом на Острове Мертвецов? — Акарх зло оскалил мелкие, острые зубы. — Я отвечу за тебя — ничего. Если бы не Ключник, я бы и дальше влачил жалкое существование в виде неживой марионетки. Поэтому выбор мой очевиден, и он не в твою пользу. Горэл, у нас нет времени на игры в твоё божественное величие. Тем более, что от этого величия давно не осталось и следа, но гхэллы по привычке делают вид, будто ничего не поменялось. Мы оба прекрасно понимаем, почему это тебе сходит с рук — просто раньше не было альтернативы. Уточню — не было до этого момента. У Ключника есть прекрасная замена, как для тебя, так и для Йеноху. Зачем гхэллам два бесполезных божества, когда уже нашлись покровители, давшие тем, кто к ним обратился, на порядок больше, чем вы?

— Да ты на себя посмотри! Что ты сейчас собой представляешь? И после этого заявляешь, будто Ключник тебе помог⁈

— Пустые слова, — усмехнувшись, мгновенно отмёл наезд покровителя Акарх. — Не имеющие ни малейшего отношения к делу. Моё нынешнее состояние временное, и ты это прекрасно знаешь. Впрочем… Не хотел делать этого прямо сейчас, но с другой стороны — лучшего места для восстановления, чем Храм Покровителя, не существует в природе, не так ли, Горэл?

В пару движений Акарх Терпеливый резко сорвал с себя кожаную жилетку, бросив её под ноги, и остался лишь в мешковатых штанах на вырост, в которых обычно бегают щенки гхэллов. Он повёл узкими плечами, и слабое сияние плотной оболочкой окутало его фигуру целиком. А затем он начал быстро и крайне болезненно, судя по судорожной гримасе боли на морде, изменяться прямо на наших глазах. Акарх рос, не сходя с места, упрямо сцепив зубы и не издавая ни единого звука, пока его кости с хрустом удлинялись. Его дикой силе воли и выдержке можно было только позавидовать.

Мы с Тарпом просто стояли рядом, молча наблюдая за трансформацией и не вмешиваясь в процесс. Я уже окончательно понял, что происходит. Вот почему Акарх отказался от моих кристаллов опыта, и почему по той же причине Тарп не стал на этом настаивать в Цитадели. Зато Акарх, пока мы составляли план, не отказался от весьма плотной трапезы, сожрав столько, что его живот надулся тугим барабаном. Я ещё тогда мельком подумал, как бы тело щенка не лопнуло от такой нагрузки. Обошлось, конечно. Но теперь стало ясно, что он заранее позаботился о достаточном количестве строительного материала для своего нового воплощения.

Дело в том, что опыта у Акарха Терпеливого было залито в закрома с лихвой и без всяких кристаллов-накопителей. Ведь когда игрок достигает в локации предельного уровня, опыт не режется в ноль, а продолжает поступать в особую системную копилку. Учитывая, сколько десятилетий этот предводитель охранял Остров Мертвецов, методично уничтожая всё живое…

Цифры в счётчике уровней Акарха стремительно мелькали, точно кадры в ускоренной съёмке, пока не замерли на значении «50». Как только пренеприятный на слух хруст меняющегося костяка прекратился, щенок исчез. Теперь в центре зала перед нами стоял могучий воин, вознёсся на полголовы выше двухметрового Тарпа. Мех по всему телу был вздыблен от перенесённой боли и пах горячим мускусом; в глазах пульсировали кровавые блики, а штаны натянулись на бугристых, раздавшихся в объёме бёдрах, превратившись в тесные шорты. Лишь древняя аура Храма помогла Акарху Терпеливому остаться в сознании при таком взрывном росте, сопровождавшемся дикой ломкой. Иначе я не представляю, как это можно перенести на ногах и не загнуться от болевого шока. Запасённая перед операцией пища была сожжена метаболизмом без остатка — теперь живот гхэлла втянулся так, что под кожей чётко проступили рёбра.

Протяжно втянув воздух сквозь частокол белоснежных клыков в удлинившейся пасти, Акарх до предела наполнил лёгкие в массивной грудной клетке и повёл широченными плечами, сбрасывая остатки напряжения. Таким могучим на вид не казался даже Хорка, а ведь и тот считался одним из сильнейших существ в локации.

— Ты знал, что увидишь, Горэл, — голос гхэлла тоже изменился, обретя низкие, вибрирующие нотки; от прежнего щенячьего фальцета не осталось и следа. — К чему было провоцировать? Ожидал, что я не выдержу рывка и сдохну? Зря. После Острова Мертвецов меня невозможно удивить болью. Более того, наши требования не изменятся, даже если я прямо сейчас упаду замертво.

— Что ж, ладно, — гнев божества внезапно сменился снисхождением, и воздух в зале стал чуть прозрачнее. — Теперь вижу, что ты всё тот же упрямец: раз вбил что-то в голову, ни за что не отступишь. С Хоркой договариваться было проще, хоть и тот вечно себе на уме, дел наворотил. — Каменный лик остался неподвижен, но в гулком голосе проскользнул скепсис. — Если я правильно тебя понял, ты предлагаешь нам с Йеноху рискнуть всем в попытке прикончить Владыку? Откуда такая уверенность, что это единственный путь? И почему гость, которого вы притащили в святилище без спроса, до сих пор молчит?

Тяжёлое божественное внимание в ту же секунду сфокусировалось на моей персоне, надавив на плечи с такой силой, будто божок всерьёз вознамерился втереть меня в каменные плиты пола. Специфическое ощущение: чувствуешь себя мелким насекомым под массивной подошвой сапога.

Пришлось до предела сжать зубы и напрячь мышцы, помогая телу сопротивляться нагрузке — суставы и кости сухо заскрипели под этим невидимым прессом. Хрен ты меня прогнёшь таким дешёвым тестом на прочность, Горэл. Обычного игрока подобная мощь, может, и заставила бы униженно рухнуть на колени, но параметры Ключника давно перевалили за средние отметки. Да и на волю я никогда не жаловался.

— Нет, — ответил я Горэлу, стараясь говорить максимально ровно, чтобы в голосе не проскользнуло натужное сипение. — Мы не предлагаем тебе самоубийство. В моём осколке освободились два места для покровителей. Предлагаю союз на равных правах. Джива Покровительница и Алан Тёмный готовы принять тебя, Горэл Воитель, и Йеноху Охотника в Астральный Пантеон, чтобы усилить общую мощь и повысить шансы в неизбежной битве с Владыкой.

— И чего стоят эти твои покровители? — осведомился божок, маскируя явный интерес налётом пренебрежительности.

Тяжесть с плеч исчезла так же внезапно, как и возникла. Тело инстинктивно распрямилось, и я по инерции сделал короткий шаг назад, восстанавливая равновесие.

В этот момент Кроха решила, что настало её время проявить характер. Светящейся кометой она вылетела из подсумка и зависла прямо перед моим лицом, перекрывая обзор. Уперев крошечные кулачки в бока, фея с возмущённой миной уставилась на массивную статую. Гравитация не особо заботила её и до появления шести крыльев, а теперь ей и вовсе стало плевать на здешние законы магофизики. Завидно всё-таки быть магическим существом: те же бедолаги-варны способны летать лишь в пустоте вне островов. Да и Фурии на земле приходится полагаться на лапы, лишь изредка помогая себе крыльями в прыжке.

— Чего стоят наши покровители⁈ Да уж побольше, чем ты способен предложить! — храбро выпалила моя защитница, но тут же на всякий случай интенсивно зажужжала крылышками и юркнула мне за спину. Выглянув из-за края массивного наплечника, она добавила уже тише: — Босс тебе говорит простым языком — вместе мы сила. А по отдельности… Хоть ты, хоть твой дружок Йеноху, так и будете сидеть в своих уютных гнёздышках, пока предпринимать что-то не станет слишком поздно. Вот!

— Любопытная малявка, — в гулком голосе Горэла послышалась снисходительная насмешка, от которой задрожали светильники. — Так легко спровоцировать. Впрочем, как и любого смертного.

Тут я был с ним отчасти согласен. После перерождения Кроха стала другой. Смелее, взрослее, капельку самостоятельнее… Я пока не составил окончательного мнения, нужно понаблюдать. Но то, что она изменилась — факт.

— Я не малявка! Я — аватара Дживы Покровительницы! — звонко отрезала Кроха, рассердившись не на шутку. — А будешь обзываться, я тебе…

— Тихо, тихо, малая, — прервал я её успокаивающим тоном, с трудом подавляя улыбку. — Дай-ка мне закончить мысль.

— Хорошо, босс, — моментально согласилась фейри. — Жги!

Я переглянулся со спутниками; никто не выразил желания вставить слово, полностью передав инициативу мне. Пришлось взять быка за рога.

— Не буду ходить вокруг да около, сразу к делу. Я чувствую твоё недовольство, Горэл, но мы оба понимаем: с самого появления в этом мире я действовал с одобрения Хорки Умного. А Хорка — твой верный приверженец. Помогая мне, ты помогаешь своему народу и самому Видящему, где бы он ни находился. Тот факт, что я чужак, не должен мешать плану Видящему Форта. Бывшего Форта, к сожалению. И здесь моей вины нет. Ситуация такова: из-за активности Владыки Древа маги по ту сторону барьера решили окончательно зачистить локацию, приговорив нас всех к смерти. И говоря «нас», я имею в виду и вас, божеств внутреннего Круга. Знаю, что здесь вы лишь аватары сущностей из внешнего мира, но вы слишком долго отделены от Основ и давно стали самостоятельными личностями. Я прав?

— Отчасти. Но продолжай, — довольно благожелательно рокотнул голос под сводами Храма, вибрируя в самой груди.

Честно говоря, такая резкая смена тона настораживала. Сначала угрозы, теперь — почти любезность. Проверял на вшивость? Хотел посмотреть, не прогнёмся ли мы от одного божественного рыка, заставляющего вибрировать камни стен? Ну уж нет.

— Смею предположить, что вас не устраивает ни один из сценариев: ни уничтожение сектора, ни открытие границ. В последнем случае Основа просто притянет вас, впитав накопленный опыт и сформированную личность. Вернувшись частью в целое, вы перестанете быть собой. У меня есть вариант получше, и ты его уже слышал. Предлагаю войти в наш Пантеон. Места пока вакантны. Подчеркну — пока. У вас останется прежняя паства, гхэллы никуда не денутся, так что вы ничего не потеряете, но обретёте безопасность. Я пробьюсь в новый мир, где не будет местных рамок. Единственная плата — ваша мощь в столкновении с Владыкой. Понимаю, что сейчас вы тратите почти всю энергию на удержание Храмов, иначе пожиратели давно бы сожрали эти острова. Но в составе Пантеона вам больше не придётся расходовать силы впустую, влияние лишь возрастёт. И действовать против врага вы будете не в одиночку.

— Значит, тебе нужна наша сила… — задумчиво пробасил Горэл, и этот звук эхом отозвался в пустоте зала.

— Именно. Вся, до последней капли, когда она понадобится.

— Если отдам всё, то как минимум на год уйду в глубокую перезагрузку.

— Год для божества — как день для смертного, — я уверенно повёл плечами, стараясь выглядеть максимально убедительным. — Невелика цена за вечную свободу и шанс на развитие. Здесь, в локации, твои возможности достигли потолка. А наш Астральный Пантеон, объединив двух сущностей, уже сейчас потенциально сильнее тебя и Йеноху вместе взятых. С такой поддержкой я смогу схватиться с Владыкой на равных и уничтожить его. Но вы нужны мне для гарантии. Эта сделка выгодна нам обоим: перспектив станет больше, а ограничений — меньше.

— Ограничений станет меньше, но они всё же есть? — тут же пытливо подметил Горэл, и в его голосе проскользнула едва уловимая вибрация, заставившая воздух в Храме загустеть.

— Любой Пантеон действует в рамках утверждённых правил, — я снова пожал плечами, поясняя очевидные вещи. — Эти нормы должны устраивать всех участников, чтобы исключить любые трения. Право голоса у всех будет равным, кроме Алана. Как Первое божество Цитадели и Глава Пантеона, он оставляет за собой право на два голоса. Вы с Йеноху поклянётесь способствовать развитию и защите осколка, не враждовать с партнёрами и решать все спорные вопросы сообща, а также…

— Остановись, — перебил меня Горэл, и в его рокочущем басе я отчётливо уловил странное веселье. — Мы с Йеноху не настолько жалкие создания, чтобы напоминать нам об азбучных истинах. Честь и достоинство для гхэллов — не пустые слова. Будь иначе, локация давно сожрала бы себя, погрязнув в непрерывных войнах всех против всех. Пусть и в меру своих сил, но мы с братом поддерживали здесь относительный порядок.

— Не сомневаюсь. Будь иначе, я бы не обратился к вам с предложением о Пантеоне. Надеюсь, ты проявишь понимание и не оскорбишься, но ответ мне нужен как можно скорее. Времени на долгие расшаркивания нет. Если условия тебя устроят, передашь решение через любого из своих гхэллов. Мы же отправимся делать аналогичное предложение Йеноху.

— Ключник… Я ждал, когда этот момент наконец наступит. Для мира божеств у Системы свои жёсткие Правила. Нам по статусу не положено просить, мы также не можем вмешиваться в события напрямую, чтобы не нарушать баланс сил и их взаимодействие. Инициатива обязана исходить исключительно от смертных. — Горэл вздохнул, и этот звук напомнил далёкий камнепад. — Наделять мощью или выдавать награды мы имеем право лишь за выполненные задания, а не по своей прихоти, иначе последствия для нас будут слишком серьёзными.

— И как это понимать? — настороженно уточнил я, чувствуя, как внутри нарастает глухое раздражение от этой бюрократии высшего уровня.

— Как, как… — ворчливо передразнил Горэл, в точности копируя интонации ворчливого деда. — Хорка согласовывал этот план со мной и Йеноху задолго до того, как ввязаться в эту авантюру. Твоё появление я предвидел. И предложил ты ровно то, на что я изначально и рассчитывал.

Надо было видеть физиономии Тарпа Старого и Акарха Терпеливого, когда я вопросительно глянул в их сторону. С Акархом всё понятно — он только что возродился и многого не знал. Но Тарп действительно был не в курсе, о чём свидетельствовала его комично отвисшая челюсть. Неужели местные покровители настолько ему не доверяли? Или просто предпочли иметь одного связного, чтобы не допускать утечки информации? В любом случае, ситуация становилась всё занимательнее.

— Интересный поворот, — я хмыкнул. — Кстати, ты знаешь, что именно случилось с Хоркой?

Я собирался задать этот вопрос независимо от итогов торга, но раз уж представился такой удобный момент…

— Знаю. Но об этом поговорим чуть позже…

— Горэл, как это понимать? — Тарп нахмурился, и мех на его загривке угрожающе встал дыбом. — Я ведь пытался разузнать о судьбе Хорки, и ты тогда…

Но божок бесцеремонно оборвал возмущённого гхэлла:

— Чуть позже, старик. Итак… Информацию о том, что мы с Йеноху — аватары, до тебя донёс Хорка. Но это не всё. Мы — проекции одного великого божества, Тамрана Прародителя, а не двух разных сущностей, как вы здесь полагаете. Основатель послал нас в эту локацию в разное время. По принятой практике, в каждой изолированном Круге должен быть тот, кто присматривает за паствой. Связь с Прародителем здесь крайне слабая, и иногда «посылку» приходится повторять, если от первой долго нет отклика. К моменту, когда Тамран отделил от своего сознания новую частицу — меня, — чтобы проверить участь Йеноху, тот уже успел стать самостоятельным божеством. Он вкусил вольной жизни и не собирался от неё отказываться. Пару десятилетий я пытался заставить его подчиниться, провести слияние, чтобы мы вновь стали единым целым. Это позволило бы мне усилиться и ослабить влияние барьера, восстановить контакт с Тамраном. Но затем проклятие самостоятельности настигло и меня. — Горэл отчётливо хмыкнул, и этот звук эхом разнёсся под сводами. — Пришлось становиться отдельной личностью и весьма условно делить сферы влияния с братом. Он взял под крыло охотников и собирателей, я — воинов. И хотя слияния не произошло, между нами установилась крепкая связь. Всё, что происходит в моём Храме, тотчас становится известно ему, и наоборот.

— То есть Йеноху уже в курсе? — я мгновенно сопоставил факты. — Отдельно с ним договариваться не придётся, и ответ мы получим сразу от вас обоих?

— Верно, Ключник. Мы долго следили за твоими успехами, стараясь делать вид, что относимся к тебе равнодушно или даже враждебно. Так было нужно для общего дела, если ты понимаешь, к чему я клоню.

— Соглядатаи? — я невольно сжал кулаки, вспоминая все свои «тайные» походы.

— Именно. Но когда Хорка выбыл из игры, пришлось подключать Тарпа, пусть он и знал лишь крохи правды. Нам просто пришлось его подтолкнуть, чтобы он занял пустующее место.

— Думаю, я начинаю понимать, что произошло с моим учеником, — хмуро заговорил Акарх Терпеливый, и в его низком голосе послышалась затаённая боль. — Если он не может ни окончательно умереть, ни возродиться через Колыбель, значит…

— Печать Бездны, — подтвердил Горэл Воитель, и в его словах проскользнуло нечто похожее на скорбь. — Хорка больше не мой последователь. Отныне он — Привратник Вихря, и ни мне, ни тебе его уже не вернуть.

— Я по-прежнему не понимаю, что это за дрянь такая, — меня уже начинали злить эти бесконечные недомолвки и загадки. — Что за Печать? Потрудитесь объяснить нормально!

— Это редкое явление, — с мрачной гримасой пояснил Тарп Старый, явно осознав масштаб беды. — Обычно при падении в Бездну варианта два: либо ты гибнешь безвозвратно, либо окончательная смерть тебя минует, и ты воскресаешь у Колыбели. То, что можно лишиться всех «сейвов» — детали, считай, всё равно повезло. Но порой Бездна не уничтожает душу, а забирает её себе. Забудь про Хорку. Он сменил команду, пусть и не по своей воле. Радуйся хотя бы тому, что он не достался Владыке. Бездна одновременно и враждебна нам, и нейтральна. Не суйся в неё — вреда не будет, но своё она никогда не отдаст. Теперь с проблемами придётся разбираться без помощи бывшего Видящего.

Я до боли стиснул зубы, пытаясь справиться с накатившей горечью. Кроха, моментально среагировав на моё состояние, плюхнулась на правое плечо и прижала тёплую ладошку к моей щеке. Она не проронила ни слова, но от неё исходила такая волна искреннего сочувствия, что в груди немного отпустило. Как жаль… Как же чертовски жаль, что с Хоркой приключилась именно эта хрень. Я ведь уже почти считал его другом. У нас были общие планы, договорённости. Проклятье! Нет, я пока не готов смириться, что с этим ничего нельзя поделать, но текущие проблемы действительно не ждали.

— Ладно. — Я глубоко вздохнул, вытесняя лишние мысли. — Думаю, ваш с Йеноху ответ я уже получил. Теперь остаётся вопрос технический: как изменить место вашей привязки? Придётся тащить эту массивную статую в осколок или есть способ попроще?

— Это проще, чем ты думаешь. Ты даже не представляешь, до чего скучна здесь наша жизнь, Ключник. До чего этот крохотный, запертый мирок нам опостылел. — Горэл выдержал паузу, и воздух в Храме задрожал от его решимости. — Мы будем только рады убраться отсюда и никогда больше не вспоминать об этом месте. Заодно избавимся от вечной угрозы со стороны Основателя. Стоит магическому барьеру пасть, и Его Мощь, перед которой наша сила — лишь писк варны перед Дегустатором, впитает нас без остатка. Мы исчезнем, перестанем быть личностями, став лишь каплями в чужом Море Сознания. В другом же мире Он нас не достанет, что наконец позволит нам обрести полную автономность.

На последних словах статуя Горэла вдруг ожила по-настоящему. Древний камень заскрипел с таким звуком, будто под сводами перемалывали гравий, и фигура медленно сменила позу. Посыпалась мелкая пыль и каменные крошки. Руки изваяния приподнялись, с лязгом отрывая мечи от пола, а затем истукан тяжело шагнул с постамента на плиты, которые ощутимо вздрогнули под его весом. Казалось, эта махина весила добрую пару тонн.

— Надеюсь, у тебя найдётся лишний маяк, Ключник? — насмешливо поинтересовался Горэл. Каменные губы по-прежнему не шевелились, голос доносился прямо из воздуха. — В таком громоздком теле я могу двигаться совсем недолго. Это ведь не настоящая плоть, а лишь временный сосуд для духа. Подобное перемещение сжирает прорву сил, а они, как ты понимаешь, пригодятся нам для более важных дел.

[Внимание! Доступно задание: «Новый дом»]

Описание: Обеспечить перемещение божественных сосудов Горэла и Йеноху в осколок реальности «Цитадель Феникса» для их интеграции в Астральный Пантеон.

Награда: Максимальное содействие божественных сущностей в ходе операции «Тёмная Звезда».

Штраф: Полный разрыв союза и отказ от дальнейшего сотрудничества.

Принять: Да/Нет

Подавив вздох облегчения, я потянулся к подсумку, пальцы нащупали холодную поверхность кристалла. Какое, оказывается, пустяковое задание может выдать божество, если оно само в нём кровно заинтересовано. Чистая формальность ради соблюдения системных условий. Ради такого дела мне не жалко потратить и сотню маяков.

Кроха меня опередила.

С азартным воплем она нырнула в подсумок, точно крупный шестикрылый шмель, и, уже нагруженная тяжёлым кристаллом, плюхнулась на пол перед ногами божества. Точка маяка развернулась мгновенно, окутав пространство знакомым сиянием, после чего мне оставалось лишь выдать разрешение Горэлу на переход.

Глава 25 Шепот Бездны под килем

Как только центр управления Цитадели сообщил, что формирование Торговой Точки на третьем этаже Четвёртой Башни завершено, я мгновенно прервал медитацию у подножия Алана. Пора было проводить инспекцию. Фурия сейчас бродила где-то в пустошах за стенами — пусть себе гуляет, а Кроха вовсю суетилась у Материнского Алтаря, старательно окучивая своим вниманием свежие Бутоны. Работа была ответственной и кропотливой, так что отвлекать её по пустякам я не стал.

На ходу через клан-чат предусмотрительно дёрнул с тренировочной площадки Марану: её аура обольщения могла здорово подтолкнуть собеседника в нужную нам сторону. Следом отозвал Тарпа Старого, который как раз заканчивал обсуждать детали грядущего вояжа в Воронку Бездны со своими покровителями.

После вынужденного перемещения в Цитадель Горэл и Йеноху тоже лишились своего осязаемого голоса. Теперь им приходилось влиять на реальность так же, как это делали Алан с Дживой: через советы, вложенные прямиком в сознание жреца. Видимо, таков был внутренний закон этого осколка реальности, где возможности божеств напрямую зависели от площади контролируемой территории. Несмотря на последний прирост земель, по сравнению с масштабами целой планеты наш домен оставался крохотной песчинкой, отсюда и лезли все эти ограничения.

Но, в отличие от гхэльских божеств, ни Джива, ни Алан пока не умели доносить мысль так же явно и чётко. Они лишь генерировали ментальное поле, окутывая последователей аурой влияния, да выдавали неофитам весьма скудный набор базовых умений. Мои божества пока выглядели бледно на фоне матёрых покровителей Архипелага, но у них всё ещё впереди.

От Алана Тёмного неофиты первым делом получали, само собой, «Плеть боли». Как выяснилось позже, мне, своему первому жрецу, Алан в своё время выдал версию далеко не базовую: у новичков «Плеть» парализовала цель всего на секунду при пятиминутном откате. У меня же в начале пути было три секунды контроля при тридцатисекундной перезарядке — разница колоссальная. Тем более что ни «Фантомной боли», ни «Метки Еретика», ни возможности бить по площади у новичков не было. Подозреваю, им это будет выдаваться в виде отдельных умений позже.

Но даже в таком урезанном виде умение спасло уже немало «сейвов», ведь даже секунда дезориентации врага в критический момент позволяла опытному воину нанести фатальный удар, если, конечно, не щёлкать клювом зря. Те немногие из игроков, кто умудрился на заданиях поднять репутацию до второго ранга, уже могли похвастаться «Теневым преимуществом». База позволяла неофитам ускориться всего на 10% в течение пяти секунд — мои 50% на полминуты смотрелись куда солиднее, — но и этот бонус приносил ощутимую пользу.

С влиянием и проявлением божественной воли Дживы дела обстояли совсем иначе. Единственным, кто получил от неё активный навык, оставался я. «Астральная рокировка» здорово выручила в сложной ситуации, элегантно решив проблему перерождения. Для остальных обитателей Цитадели работала лишь Природная Благодать — мягкая, жизнеутверждающая аура, накрывавшая всех бесплатно, вне зависимости от того, чьими неофитами они являлись. Но этот эффект сам по себе дорогого стоил.

Вне всякого сомнения, новые копии моей Крохи в виде новорождённых феечек — проводники воли Дживы — будут нарасхват. А так как количество их всегда будет меньше, чем желающих, придётся выдавать крылатую малышню только за особые заслуги. Избранным. Если, конечно, богиня сама этих Избранных не назначит. Стоит заранее продумать условия аренды или… стоп, рано ещё шкуру неубитого медведя делить. Интересно, кстати, что это за зверь такой? Ни разу не видел, а поговорка в голове так и крутится.

Ладно, пора вернуться к текущим проблемам.

Цитадель на сделках с Фортом до его падения заработала чуть больше ста пятидесяти тысяч стимулов. Сумма вроде бы приличная, но неизвестно, какие ценники выставит Торговая Точка. Может и не хватить на что-то действительно стоящее. Акарха Терпеливого я дёргать не стал: после того взрывного роста ему требовалось время, чтобы закрепить поднятые характеристики медитацией. Дело нужное, к тому же кошелёк у него сейчас был пуст. Зато без Тарпа Старого переговоры начинать точно не стоило, ведь на счету Ловца Ветра сейчас сосредоточены все финансы павшего Форта.

На самом деле, я заранее настроил себя на пессимистичный лад, чтобы потом лишний раз не расстраиваться. Палочку-выручалочку на все случаи жизни нам вряд ли тут же продадут, но не проверить хотя бы теоретически вероятное решение наших проблем было бы верхом недальновидности. Свободную минуту на разведку всегда можно найти.

Досадно лишь, что информацией об этих самых Торговых Точках никто не обладал. Совсем никакой. Мы перетрясли всех, кто мог иметь к подобному хоть какое-то отношение — глухо как в танке. Осколок реальности по-прежнему оставался неразгаданной загадкой внутри Барьера. Даже хитрый Михонариум ничем не порадовал. Подозреваю, что в Столице Великой Стаи, где обитает вся высокопоставленная верхушка, нам смогли бы рассказать много интересного, но где мы, а где эта чёртова Столица. Так что придётся разбираться на ходу, а в таких ситуациях три ума куда перспективнее одного.

В общем, подстраховался я как мог.

Третий этаж встретил гулкой пустотой и запахом свежего камня. Единственное, что располагалось в зале из «интерьера» — круглая площадка пяти метров в диаметре по самому центру. Белый мрамор с серыми прожилками на фоне пола из красного камня смотрелся контрастно. Очень напоминало платформу Колыбели, но функции здесь несомненно будут иными. Надо будет сюда хоть какую-то мебель притащить для приличия, что ли. Ладно, это потом. Если в этом вообще будет смысл.

Первым меня нагнал Тарп — я как раз замер у границы площадки, изучая всплывающие системные окна. Буквально через секунду в зал стремительной, летящей походкой ворвалась Марана. Она в два шага оказалась рядом, на ходу поправляя элементы снаряжения.

— Ну и что у нас тут новенького? — Марана с ходу задала вопрос, явно вертевшийся на языке и у Старого, чем вызвала его недовольный взгляд в свою сторону. — Что там система вещает, босс?

— Что это Торговая Точка, — проворчал Тарп, приминая ладонью приклад арбалета. — Сама разве не видишь по интерфейсу?

— Потрясающая информативность! — с напускной серьёзностью выдала демонесса, а затем насмешливо осклабилась.

Мне на мгновение даже почудилось, что её ровные зубы в этой человеческой маске вдруг хищно заострились, напомнив о подлинном, далеко не столь безобидном облике Мараны…

— А то, — хмыкнул я, ощущая лёгкий азарт. — Думаю, пора просто зайти на площадку. Наверняка функционал отреагирует.

Сказано — сделано. Подошвы сапог звонко стукнули по белому мрамору. Система ожидаемо активизировалась, предлагая запустить процесс поиска свободного Пространственного Торговца. Я немедленно согласился, продублировав запрос вслух для соратников, так как ключевыми функциями Цитадели мог управлять лишь я лично. Спохватившись, закинул их в свою группу, чтобы они сами следили за системными сообщениями.

— Оу… Похоже, придётся немного подождать, — отреагировала Марана на возникшую перед глазами шкалу поиска. Прогресс начался с унылого одного процента и, увы, сразу застрял на этой отметке.

— Надеюсь, что немного, — буркнул Тарп, нетерпеливо постукивая пальцами по бедру. — Если процесс поиска затянется, у нас возникнут проблемы с графиком.

— Тогда просто забьём на эту затею и займёмся текущими делами, — кивнул я, прекрасно понимая, насколько нас поджимают сроки. Время сейчас было самым дефицитным ресурсом.

Но нам повезло.

Ползунок шкалы вдруг резко стартовал с места и буквально через пару секунд достиг финишной плашки. Через центральную точку площадки полоснула ослепительно-белая линия. Я, как оказалось, немного заступил за центр, и невидимый энергетический барьер мягко, но настойчиво оттолкнул меня на «разрешённую» половину. После чего светящаяся полоса вытянулась в обе стороны, надёжно разделив пространство зала от стены до стены.

Как только это случилось, реальность преобразилась. Весь барьер вдруг «распахнулся», словно огромный вертикальный экран в другой мир. Мы словно попали на склад в ином измерении, разве что не могли пересечь невидимую границу. Зато никто не мешал нам рассмотреть убранство просторного помещения: бесконечные ряды стеллажей, заставленные ровными рядами серых контейнеров, явно скрывали в себе немало ценностей.

Гуманоидного типа сур, расположившийся за прилавком, служившим линией разделения двух пространств, сосредоточенно вносил записи в открытую тетрадь. Он то и дело макал перо в массивную чернильницу, выводя чётким почерком вязь слов незнакомого языка. Лысый вытянутый череп, густо-синяя кожа, острые скулы и тонкие кончики ушей выдавали его инорасовое происхождение. Одет он был в цветастый халат из лимонно-жёлтых и красных пятен, полностью скрадывающий телосложение. Настоящий клоун из другого измерения…

Как только картинка окончательно обрела резкость, гуманоид оторвался от своего занятия. Архаическое перо вернулось в не менее архаическую чернильницу, владелец склада неспешно откинулся на спинку резного стула, сцепил длинные тонкие пальцы в замок и бесстрастно-оценивающе уставился на нашу компанию жёлтыми змеиными глазами.

«Повлиять не смогу, — тут же с лёгкой досадой доложила в моей голове Марана. — Барьер блокирует любое воздействие, он слишком плотный».

«Зараза… Ладно. А видела таких типов раньше? Может, в хрониках?»

«Никогда в жизни. Мой опыт миров ограничен Лунной Радугой и Небесным Архипелагом, так что вся инициатива — твоя целиком и полностью. Действуй».

Что ж, следовало ожидать, что подобные дельцы будут максимально защищены. Иначе грош им цена, если любой заезжий покупатель начнёт на ходу промывать мозги и диктовать свои условия.

— Приветствую, уважаемый, — начал я, стараясь придать голосу максимум спокойствия. — Надеюсь, мы не слишком помешали вашему важному занятию. Позвольте представиться: я — Зубоскал, глава Цитадели Феникса…

— Стоп, — скрипучим, словно лезвие по стеклу, голосом прервал моё вступление торговец. Он даже не поднял головы. — Для новичков существуют чётко определённые правила. С которыми, судя по вашему поведению, вы совершенно незнакомы. Где список покупок? Где перечень товара на продажу? — Синекожий постучал длинным когтем по плотному листу тетради. — И вручную! Вручную нужно это делать, нечего мне тут системные закорючки пересылать, здесь это так не работает!

— Позвольте узнать ваше имя, уважаемый, — я нахмурился, чувствуя, как внутри закипает раздражение от его высокомерного тона.

— Туланоус, приказчик Гильдии Пространственных Торговцев. Раз это ваше первое соединение, то по действующим правилам — да-да, тем самым, о которых вы понятия не имеете, — теперь вашу локацию привяжет именно к моей лавке. Кстати, времени у вас почти не осталось. Без лицензии межмировой торговли энергии на соединение хватит лишь на несколько десятков секунд. Ваша Торговая Точка сейчас в зачаточном состоянии и работает в тестовом режиме. Вот!

На прилавке из ниоткуда материализовался свиток пергамента, а на силовом барьере, разделявшем наши миры, мгновенно возникла поясняющая надпись на понятном языке:

Торговая лицензия Гильдии Пространственных Торговцев.

Позволяет совершать торговые операции в течение года.

Стоимость: 300 000 стимулов.

— Чего ждём? — недовольно поторопил Туланоус, нетерпеливо постукивая пальцами по столешнице. — Не тратьте моё и своё время впустую! А если нет средств, то следует приготовить их к следующему сеансу. И списки, списки не забудьте!

Тарп Старый: «Триста тысяч за листок бумаги⁈ Да он совсем шерстью облез, что ли⁈ Ненавижу торгашей!»

Марана: «Тебе-то чего возмущаться? Для нас сейчас стимулы ничего не решают. Мертвецам деньги — вот же незадача — вообще не нужны, а нас эта участь ждёт в самом ближайшем будущем. Да и любить торговцев не обязательно, ими надо уметь пользоваться».

Тарп Старый: «Ехидствуй сколько влезет, но это слишком дорого! И совершенно непонятно, за что именно мы платим!»

— Мы готовы купить лицензию, — я кивнул, приняв окончательное решение и проигнорировав ворчание гхэлла. — Как это сделать? Мы действительно новички, поэтому не отказались бы от простейших технических объяснений.

— Чтобы подтвердить обмен, повторяй за мной, — торговец прижал костлявую пятерню с длинными, паучьими пальцами прямо к прозрачному барьеру. В месте прикосновения поверхность озарилась резким красноватым всполохом. Поняв, что без этой чёртовой бумаги разговор просто не продолжится, а соединение может прерваться в любую секунду, я подтолкнул вперёд Тарпа.

— Действуй. Нужная сумма у тебя есть, на мой счёт переводить некогда, — скомандовал я, чувствуя, как воздух вокруг барьера начинает мелко вибрировать.

— Это всего лишь бумажка, — недовольно оскалил зубы гхэлл, но всё-таки подчинился. Его широкая мохнатая лапа с силой прижалась к барьеру со своей стороны.

— Новички, — вдруг хмыкнул торговец, и в его голосе проскользнули покровительственные нотки. — Зря вам кажется, что это дорого. Это ведь безлимитный допуск на весь ваш мирок. К тому же первопроходцам полагается небольшой бонус. — Свободной рукой он высыпал на пергамент пять кристаллов размером с грецкий орех. Они были непривычно круглыми, в отличие от наших овально-цилиндрических накопителей. — В любых мирах это всегда пользуется спросом. Чего ждём? Достаточно мысленно подтвердить согласие на операцию. И в следующий раз не забудьте подготовить собственный прилавок, для вашего же удобства! Радуйтесь, что вам попался такой добрый приказчик, как я. Другой, глядя на подобную нищету, счёл бы, что вы просто не уважаете Гильдию, и оборвал бы связь немедленно.

— Будем иметь в виду, уважаемый, — с вежливой, но холодной миной кивнул я. — Спасибо за информацию.

Красноватые всполохи под ладонями Туланоуса и Тарпа сменились ровным зелёным сиянием и медленно потухли — системное разрешение на обмен по обоюдному согласию прошло успешно. Пергамент автоматически скользнул сквозь барьер и завис в воздухе на уровне нашего воображаемого прилавка. Марана отреагировала быстрее всех, подхватив свиток вместе с горстью кристаллов, которые едва не просыпались на каменный пол.

— До новых встреч, глава Цитадели Феникса, — змеиный взгляд Туланоуса на мгновение зафиксировался на мне. — И списки, списки не забудь!

— Погоди, уважаемый…

Экран потух. Мерцающее окно в чужой мир, который по законам рандома привязался к нашему осколку, мгновенно свернулось и исчезло, оставив после себя лишь запах озона. Мы снова стояли в абсолютно пустом, гулком помещении. Я чувствовал, что нас крупно развели самым беззастенчивым образом. Никакой полезной информации от этого сеанса сверхбыстрой торговли мы не получили. А ведь я надеялся хотя бы выяснить, есть ли возможность купить координаты обитаемого портала любого мира третьего порядка, где к гостям относятся лояльно. И можно ли настроить на эти координаты астральный маяк, чтобы обойти ограничения Радужного портала… Наивный.

— Нужно запустить эту шарманку снова! — зарычал Тарп, скаля зубы и яростно размахивая руками. В одной из них, между прочим, всё ещё был зажат тяжёлый арбалет. Пришлось даже отойти на пару шагов, чтобы случайно не попасть под раздачу. Никогда его таким разъярённым не видел; финансовая потеря ударила по нему сильнее любой вражеской атаки. — Не тупите, выйдем за край круга и снова вступим! Хочу высказать этому синемордому ничтожеству всё, что я о нём думаю!

Охотник есть охотник, особенно если он привык сам выслеживать добычу, а не становиться ею. Я и сам не великий любитель торговых дел, но в следующий раз явно придётся брать с собой кого-нибудь более выдержанного. Например, Акарха, чтобы случайно не сорвать налаживание межмировых отношений.

Угу, наладили, называется.

— Не выйдет, — вздохнул я, осторожно взяв один из кристаллов с пергамента и вглядываясь в системное описание. — Торговая Точка ушла на перезарядку. На трое суток.

Интересная штука. Внутри идеальной сферы пульсировал глубокий фиолетовый цвет. Внутри него словно медленно вращалась едва заметная туманность, напоминающая застывшее мгновение.

— Да не переживай ты так, старик, — Марана успокаивающе похлопала Тарпа по массивному плечу. Могучий гхэлл вздрагивал всем телом при каждом шлепке, а его наплечник звенел, словно пустая стальная бочка. Сама демонесса при этом выглядела совершенно расслабленной. — Главное, что мы хотя бы попытались. И так ведь ясно было, что разбираться с проблемами Архипелага придётся исключительно своими силами.

— Чуда не случилось, — согласился я. — Да и чёрт с ним. Впрочем…

— Триста тысяч! — горестно вздохнул Тарп, прижимая ладонь к морде.

— Это всё, что у тебя было в закромах? — поинтересовался я. — Компенсирую, когда смогу. Половину готов отдать прямо сейчас, если это критично.

— Обойдусь без подачек, — буркнул Тарп, постепенно остывая. — Для общего дела старался. Нет, потратил я только десятую часть от запасов Форта, но… просто терпеть не могу платить за воздух! Кроме того, это ведь не мои личные средства, а достояние моего народа!

— А, вот ты почему так возбудился, — насмешливо улыбнулась Марана. — Отлично тебя понимаю, и спешу утешить: мы всё же кое-что получили за эти деньги.

— Да! Бесполезную лицензию! Кусок папируса за триста тысяч!

— Не только, — сдержанно усмехнулся я, чувствуя, как азарт снова просыпается в груди. — Признаться, перед сеансом я был уверен на все сто, что палочку-выручалочку мы не купим. Но, похоже, я ошибся. Мечты сбываются, пусть и на минималках.

Я действительно надеялся найти в этом межпространственном магазине нечто стоящее: если не способ перехода, то хотя бы оружие для самых сильных бойцов или усилители для корабля. А получил нечто иное.

— Да о чём ты вообще⁈ — непонимающе рявкнул гхэлл, нависая надо мной своей громадой.

Двумя пальцами я аккуратно зажал прозрачный шарик кристалла и поднёс его к самым глазам Тарпа. Это мгновенно заставило забыть древнего гхэлла о потерянных стимулах и переключить всё внимание на мою руку.

— Глянь, какая полезная штучка, Старый. Вернее, целых пять штук. Как раз всем ключевым фигурам нашего рейда хватит. Словно по специальному заказу.

— Кажется, теперь до меня дошло, за что именно мы отвалили такую прорву стимулов, — хрипло выдавил Тарп. Его взгляд, в котором ещё мгновение назад полыхало праведное негодование, теперь намертво прикипел к мерцающему в моих пальцах кругляшу.

Когда появляешься на неуклонно разрушающемся ошмётке тверди недалеко от Воронки Бури, тебя встречает не просто ветер. В лицо бьёт плотная, густо насыщенная пылью и каменной крошкой взвесь, которая сбивает с ног и норовит утащить в пучину каждого неосторожного. Если ты предупреждён и обладаешь достаточной силой, то сумеешь выстоять под этим напором. А вот с тяжёлым, низким рёвом Бездны поделать ничего нельзя. Почти не меняя тональности, он заставляет вибрировать не только камни под ногами, но и каждую клетку тела, отзываясь ноющей болью в зубах. Могучий звуковой фронт давит так, что инстинктивно тянет пригнуться, заслониться от него хоть чем-нибудь — ладонью или щитом, как это делают некоторые воины.

Не помогает, конечно. Пронизывающая всё пространство «Мелодия Бездны» не оставляет шансов её проигнорировать, навешивая на отряд долгоиграющее проклятие дезориентации. Щурясь от резких порывов ледяного воздуха, я внимательно огляделся, пытаясь оценить масштаб бедствия.

Несмотря на то что «Быстроглазый» был закреплён на местности многочисленными растяжками из прочных канатов и глубоко вбитых кольев, его корпус от непрерывной трёпки всё же нешуточно перекосило. Если бы не дополнительный маяк, заблаговременно установленный разведчиками в паре десятков метров от судна, пришлось бы переноситься прямиком на накренившуюся палубу с высоко задранным бортом. Малейшая оплошность, потеря равновесия — и ветер сорвёт тебя в Бездну, ревущую мутными мглистыми течениями всего в паре шагов.

От такой картины адреналин холодными коготками ужаса прошёлся по позвоночнику. Бессмертие в условиях Архипелага — штука весьма относительная, а инстинкт самосохранения сейчас орал внутри благим матом, требуя немедленно убраться подальше от края.

До переноса я точно знал, что корабль отодвинут от обрыва метров на пятьдесят, но суша разрушалась слишком быстро. К этому моменту край острова был беспощадно стёсан ураганом почти до самых крепежей. Словно сотканный из ветра гигантский дракон обгладывал аппетитную ватрушку, добираясь до начинки. Не появись я здесь сейчас, и вскоре пришлось бы вылавливать флагман уже в свободном падении.

Но сейчас это не актуально, работа кипела полным ходом.

Мелькавшие в сером мареве силуэты воинов слаженно взялись за канаты, снимая концы с распорок. Несмотря на внушительные размеры, корабль Хорки Умного имел не слишком большой вес — всё-таки он предназначался для полёта, а не для борьбы с волнами. Физическая мощь пятидесятых уровней позволяла творить чудеса. Деревянный корпус дрожал под порывами ветра как живой, напоминая агонизирующего кита, выброшенного на берег, но подчинялся усилиям десятков крепких рук.

Задачей «бурлаков» было удержать махину, пока остальные завершают подготовку к старту. Ловцы ветра под предводительством Тарпа Старого ловко сновали по палубе, выводя из трюма упирающихся варн. Их привязывали к носовым тягловым канатам, формируя живую упряжь.

Животным ледяной ветер категорически не нравился.

Рептилии отворачивали морды от колючих «пощёчин» урагана, испуганно шипели и пытались вставать на дыбы, надеясь сорваться с поводков. Рёв стихии заглушал любые звуки, но я видел, как открываются зубастые пасти, выражая яростный протест. Скорее всего, эти бедолаги не переживут рейда, но ставки в этой игре слишком высоки. Жертва варн — лишь малая часть того, что нам предстоит принести на алтарь победы. Несмотря на сопротивление, ловцы справлялись с подопечными, усмиряя их твёрдой волей и увесистыми напутствующими пинками. Со строптивыми варнами по-другому порой просто не получается.

Кроха: «Долго ещё, босс? В этом подсумке уже столько пыли, что я скоро задохнусь. Кхе-кхе! Слышишь, да? Кхе-кхе… Апчхи! Да и крылышки от холода отваливаются! Вот отвалятся, и не будешь ты меня больше любить, как раньше, но это будет только твоя вина!»

Зубоскал: «Не преувеличивай. Скорее у меня уши под шлемом отвалятся, чем твои крылья. Я бы, кстати, с удовольствием поменялся с тобой местами. Посидел бы в тепле, глядя, как ты рулишь операцией. Сама ведь знаешь: нет ничего приятнее, чем смотреть, как вкалывают другие».

Кроха: «Фигушки! Апчхи! Мне и самой здесь неплохо! Ап-чхи-и!!! Ой, сейчас пополам порвусь… Кажется, у меня левое нижнее крылышко всё-таки отвалилось…»

Я хмыкнул. Крохе нравилось прикидываться потерпевшей, чтобы выцыганить побольше внимания. Её питала энергия эфира, и на обычные физические неудобства фейри было плевать, хотя дискомфорт я ощущал через связь почти как свой. Холод повышал расход маны на поддержание формы даже у таких существ. Если малышку действительно припекало, она просто вытягивала силу из кристалла в соседнем подсумке, благо достаточно было лишь лапку протянуть.

Фурии в чём-то было проще — благодаря возросшей сопротивляемости стихиям и почти непробиваемой шкуре. Плотно прижав крылья к спине, отчего её силуэт казался горбатым и массивным, дикоша старательно заслоняла меня от ветра. Сама она испытывала лишь лёгкое неудобство, периодически фыркая из-за пыли, норовившей забить чуткий нос.

Ни смерти, ни боли моя крылатая напарница не боялась. Она знала: пока стоит Цитадель и жив я, возрождение неизбежно. Но мне отчаянно не хотелось лишних потерь. Пока под ногами разверзлась Бездна, всегда оставался паршивый шанс, что эта стихия заберёт душу навсегда, не взирая на Списки. Не застрахован никто — пример Хорки Умного, Видящего целой локации, до сих пор заставлял меня до скрипа сжимать зубы.

Наконец громадный силуэт корабля резко ухнул вниз, за край острова. Как только влияние гравитационного капкана суши исчезло, активировались левитирующие свойства корпуса. Наступил самый опасный момент. Даже со сложенными парусами широкое плоскодонное судно обладало чудовищной парусностью. Неистовый воздушный поток едва не выдрал канаты из рук гхэллов, старавшихся удержать «Быстроглазого» в узде. Пятки воинов заскользили по обледенелой крошке, выпущенные когти с хрустом вспарывали почву, грозя утащить весь отряд в пропасть вслед за кораблём.

Дружный рёв множества глоток, отчаянный рывок десятков рук, рвущих жилы, разноцветные вспышки защитных умений — и ситуация на несколько мгновений стабилизировалась. Пора.

Пространство мигнуло, и нас с Фурией перебросило по маяку на палубу. Дикоша тут же присела на все четыре лапы, прижавшись брюхом к доскам и вцепившись в них когтями так, что во все стороны полетели щепки.

Затем в дело вступила Кроха. На моё мысленное желание помочь она лишь фыркнула, явно набравшись плохих манер у Фурии. Если бы она просто выбросила кристалл из подсумка, его бы мгновенно унесло ветром. Поэтому, откинув клапан, гордая своей храбростью малявка отчаянно заработала всеми крыльями и гудящим, светящимся шмелём спикировала к настилу.

Я приготовился перехватить её рукой, если порыв окажется слишком сильным, но обошлось. Едва кристалл коснулся досок, как в ту же секунду развернулся энергетический цветок-тотем — почти такой же, из каких рождались феи в Цитадели. Живительная сила мягкой, тёплой волной разошлась в стороны, сформировав купол тишины диаметром в пятнадцать метров. Вой ветра внутри кокона как отрезало. За магической границей ничего не изменилось — та же неистовая хмарь, но «Быстроглазого» перестало рвать на части. Нас просто потащило мощным потоком прочь от острова вместе с куполом стабильности, словно игрушечный кораблик в стеклянной бутылке.

Как только бешеный ветер за куполом наконец угомонился, Фурия уже спокойно разлеглась у моих ног, демонстративно сделав вид, будто окончательно потеряла интерес к происходящему. Учитывая могучие габариты дикоши, даже когда она лежала, её широкая спина возвышалась на уровне моей груди, так что при всём желании по палубе «Быстроглазого» теперь просто так не побегаешь — обязательно снесёшь боком или сложенным крылом что-нибудь жизненно важное. Впрочем, вела она себя как настоящая умничка.

А вот Кроха — это просто нечто запредельное. Перерождение определённо пошло ей на пользу: одной лишь силой единственного кристалла, пусть и на ограниченном пятачке пространства, утихомирить неистовство раздирающей локацию Бури… это внушало искреннее уважение.

— Нравится? — почувствовав, насколько глубоко я проникся моментом, Кроха взлетела и зависла в метре от моего лица. Она поинтересовалась этим с таким донельзя гордым и самодовольным видом, что любые иные варианты ответа, кроме «да, в восторге, дайте два!», отметались заранее и бесповоротно.

— С тебя, кстати, какая-то светящаяся пыльца осыпается, — обеспокоенно заметил я, разглядывая тающий шлейф из крошечных искорок вокруг фейри. — Так и должно быть? Когда мы в первый раз испытывали твой купол в безопасности Цитадели, ты вроде не рассыпалась на части от усердия…

— Конечно! — Кроха картинно приняла позу героини, выпятив крошечную грудь и воинственно уперев кулачки в бёдра. — Я же там не выкладывалась на все сто! Бо-осс! А ну быстро подтвердил, что тебе нравится, и погромче!

— Ещё бы, — поспешил заверить я, едва сдерживая улыбку. — Я восхищён до самого кончика хвоста Фурии… то есть, я хотел сказать, до глубины своей души. Но раз ты утверждаешь, что сейчас действуешь на пределе возможностей, то и время работы этого умения значительно сократится?

— Мелочи! — ещё выше задрав крошечную пуговку носа, небрежно отмахнулась Кроха. — Буду растягивать эффект настолько долго, насколько хватит запаса кристаллов в нашем общем подсумке!

Новые таланты Крохи пришлись как нельзя кстати. Казалось, некое высшее божество специально подгадало их появление под мои текущие задачи… Впрочем, какое ещё «некое». Джива — та ещё хитрованка, и я подозревал, что по сути это всё та же самая Кроха, просто масштабированная до божественного уровня.

Как я уже отмечал, Джива пока недостаточно «вызрела» внутри своей каменной оболочки и не могла щедро раздавать профильные умения всем новым последователям. Ей только предстояло накопить реальное могущество, как и всякой молодой аватаре, недавно отпочковавшейся от божественной Основы, но имелся один важный нюанс.

Кроха была не просто верной последовательницей, а… аватарой аватары? Пожалуй, это самое точное определение. На текущий момент она являлась миниатюрным воплощением воли и стремлений Дживы, и в то же время оставалась моим верным питомцем. Ситуация забавная, интригующая и крайне перспективная.

Разумеется, я ещё в Цитадели внимательно изучил описание новых способностей Крохи в системном интерфейсе, но зачем же лишать малую удовольствия лишний раз похвастаться? Тем более если учесть, что при перерождении она лишилась очень многого. Все три фундаментальных навыка: «Артефактор душ», «Артефактор предметов» и «Артефактор измерений» со всеми их разветвлёнными ветками развития безвозвратно канули в Лету.

Впрочем, всему нашлась достойная замена, причём часть функций перешла ко мне, превратив меня как игрока в более независимую боевую единицу. Куда важнее было то, что Кроха получила взамен, эволюционировав в высшую форму — Цветочную Фею.

В её арсенале появились мощные божественные инструменты: «Хозяйка Сада Жизни» давала контроль над Материнским Алтарём для рождения новых фейри, «Хозяйка Тотемов» позволяла создавать зоны пространства с уникальными физическими свойствами, а «Хозяйка Сердца Источника» обеспечивала прямую подпитку управляющих кристаллов Цитадели энергией из окружающего пространства.

Говоря проще, Источники Башен больше не нуждались в ручной замене расходников, так что вечная нервотрёпка с отслеживанием их заряда наконец-то закончилась. Чаши с кристаллами превратились в мощные стационарные накопители, которые тянули силу напрямую из Оболочки, отделявшей наш осколок от голодной Пустоты. Сама Оболочка в результате стала работать как исполинский поглотитель, сквозь который внешним тварям теперь пробиться было в разы сложнее.

Следовательно, и риск критического взлома охранного контура при массовом вторжении пустотников снизился до минимума. Главной задачей теперь оставалось не допустить врага до физического разрушения самих Источников, а для этого сил гарнизона хватало с лихвой. К тому же в обороне участвовали запитанные от сети «Каменный хлыст» и «Ядовитое облако», не говоря уже о магомётах на старых и новых башнях. Ну и главный козырь — десятки вставших под мои знамёна воинов-пятидесятников.

Ах да, нельзя забывать про Стражей. Эти неповоротливые на вид шарообразные «ребятишки» точно не станут прохлаждаться при нападении, а по боевой мощи каждый из них стоил целой группы топовых игроков. Стражи — это моя последняя линия обороны, вступающая в дело, когда все остальные защитники уже пали.

Теперь Цитадель была защищена настолько надёжно, что в моём личном присутствии для отражения рядовых угроз больше не было необходимости. Это всерьёз развязывало мне руки для более насущных и опасных дел за пределами домена. Тем более что жизнь осколка удалось замкнуть на Пантеон — такая функция открылась сразу после его официального формирования.

Даже если со мной случится нечто непоправимое, Цитадель со всеми её обитателями продолжит не просто существовать, но и развиваться как самостоятельный, автономный мир. Она будет жить. Осознание этого факта сняло с моих плеч колоссальный моральный груз: я наконец-то смог расправить спину, не дёргаясь каждую секунду от мысли, что абсолютно всё зависит только от меня. Теперь флаг было кому подхватить.

Если подводить итоги, то Джива к этому моменту успела сделать для Цитадели не меньше, а в чём-то даже больше, чем Алан Тёмный.

— Прекрасная новость, но… — я невольно хмыкнул, реагируя на хозяйское заявление фейри. — В «нашем» подсумке, говоришь?

— Ай, не придирайся, босс! — без сопротивления ветра Кроха свободно порхала прямо перед моим носом, в чём ей явно помогала дополнительная пара крыльев. Её тонкий, переливчатый голосок звонко разносился в непривычной тишине палубы. — Всё моё — твоё, и наоборот. Мы же партнёры, разве нет?

В плане длительности работы умений Кроха не заблуждалась. Я и сам на пятом ранге «Абсолюта» не пожалел драгоценных очков развития на аналогичный эффект, понимая, что перед такой судьбоносной операцией крохоборство неуместно. Зато теперь даже без активации «Иллюзии совершенства» я получал возможность прямой подпитки защитного поля от обычных кристаллов сущности. После пяти базовых секунд действие «Абсолюта» зависело лишь от запасов в карманах… или пока я сам не решу прервать поток. Называйте это читерством, я не обижусь. К такому вообще быстро привыкаешь.

Впрочем, имелась и жирная ложка дёгтя в этой бочке мёда: каждый дополнительный кристалл, продлевающий защиту на пять секунд, также увеличивал время перезарядки способности на пять минут. Вместо стандартного пятиминутного отката я рисковал получить разрыв в двадцать, тридцать минут, а то и больше. В условиях скоротечной свалки об умении после такого использования можно было смело забыть. Это заставляло меня ювелирно рассчитывать момент входа в режим — стоит ли игра свеч или можно перетерпеть на «Щите льда» и защите от союзников.

К счастью, подсумков мы предусмотрительно набрали с запасом. Три из них плотно прилегали к моему поясному ремню за спиной, чтобы не мешаться под руками в бою, хотя один был наполовину пуст — там располагалось убежище Крохи. Зато ещё десять сумок гирляндой висели на могучей шее Фурии, спускаясь к её груди тяжёлым ожерельем. В общей сложности я мог мгновенно задействовать около полутора тысяч кристаллов, а в случае затяжного боя специально назначенные воины-разносчики готовы были передать ещё пару тысяч в резервных сумках.

Впечатляющая мощь? Без сомнения. Но это — буквально всё, что успели выскрести из своих закромов жители локации перед финальным рывком. Больше взять ресурс было негде, поэтому действовать придётся с аптекарской точностью. И, что немаловажно, мне самому нужно было не порваться на тряпочки при высвобождении такой чудовищной энергии. Управлять подобным потоком мне ещё не доводилось, а я слишком хорошо помнил мучительные откаты после куда менее мощных аур и ударов.

Здесь на выручку должна была прийти новая аура Пантеона, созданная «божественным коллективом» специально для тех, кто нёс в себе силу аватар. «Благословение Феникса» укрепляло тело на физическом и энергетическом уровне, позволяя пропускать через себя колоссальные потоки энергии без риска мгновенно превратиться в пыль от разрывающей изнутри мощи.

Вторую ауру, «Знамя Стойкости», Пантеон выдал для группового применения. Она блокировала действие враждебных Печатей в стометровом радиусе. Теперь у Владыки не получится безнаказанно клеймить моих бойцов, да и Хаос Бездны должен был поумерить свой аппетит.

По крайней мере, так всё выглядело в теории, а практику нам предстояло освоить в самом пекле. Каждая из этих аур требовала своей платы — как кристаллами, так и божественным вниманием. Это были не панацеи на все случаи жизни, а высокоэффективные инструменты войны, требующие предельной осмотрительности.

Право оперировать мощью этих аур было жёстко ограничено: доступ к ним получили лишь четверо из нашего отряда, либо уже являвшиеся прямыми аватарами, либо официально назначенные на вакантные места божественной волей Пантеона. В этот узкий круг вошли я, несущий волю Алана Тёмного, Кроха как воплощение Дживы Покровительницы, Акарх Терпеливый от лица Горэла Воителя и Тарп Старый, ставший проводником силы Йеноху Охотник.

Глава 26 Гравитация Темной Звезды

Новые возможности заставляли всерьёз задумываться над сферой применения в меняющемся контексте. Лично считал, что этот отчаянный вояж в Бездну — не просто акт безумия, а, скорее, результат глубоких размышлений на самой грани озарения. Остров в пучине хаоса с каждым часом манил всё сильнее; инстинкты наперегонки с подсознанием твердили, что ключ к решению всех проблем находится именно там. Более того — ощущал, что потерял слишком много времени, пока доходил до мысли не только холодным умом, но и решительным действием.

Увы, предпосылки для столь смертельно опасного вояжа сложились не в одночасье, а лишь тогда, когда остальные варианты были исчерпаны под ноль. Как говорится, утопающий всегда хватается за соломинку, и чертовски хорошо, если эта соломинка в итоге окажется устойчиво плавающим, надёжным плотом.

— Ладно, ладно, Кроха, ты тысячу раз права, — примирительно поднял ладонь, чувствуя, как по нервам бьёт избыточный энтузиазм.

— Ещё бы! Я всегда права! И не тысячу раз, а сто тысяч! И ещё пятьсот сверху! — Фейри воинственно заложила крутой вираж перед носом, едва не задев крылышками забрало шлема.

— Конечно-конечно. Напомни-ка ещё раз, какие именно эффекты может выдать тотем? Вдруг просто какую-то важную системную информацию упустил из виду? В бою будет уже не до нюансов и лишних вопросов, сама понимаешь.

— «Сфера покоя» защищает от разрушительных природных явлений и гасит внешнее давление, — с явным удовольствием принялась перечислять малявка, загибая крошечные пальчики. — «Оазис жизни» создаёт зону ускоренного лечения и восстановления энергии, а «Эфирное безмолвие» — поле, блокирующее применение любых вражеских умений в радиусе действия!

— И все эти эффекты можно повесить на один активный тотем разом? — уточнил я, изо всех сил изображая, что сведения — полнейшая новость, хотя сам уже просмотрел логи.

— Слишком жирно будет, босс, — фыркнула Кроха, тоже с удовольствием включившись в игру и прикидываясь, будто до сих пор не в курсе механик. — Ветер окончательно достал, поэтому и выставила «Сферу покоя». Но если прикажешь, могу воткнуть и остальные тотемы прямо сейчас, сделать? Я могу, мне совершенно несложно! Один эффект — один тотем, и учти: кристалл для каждого потребуется свой. И откат, само собой, тоже будет раздельный.

— Погоди, погоди, не разоряй раньше времени запасы, — заметив мгновенно ставшую возмущённо-обиженной гримаску, тут же поправился: — Хорошо-хорошо, признаю — наши общие запасы. Тьфу, наши с тобой и с Фурией накопления. Да-да, Фури, ты хоть и молчала, но молчала очень красноречиво, так что не фыркай под руку. Нам всё-таки предстоит серьёзное дело, так что не будем расточать магию раньше времени.

— Разумно, босс, — с потешно-глубокомысленным видом кивнула Кроха, важно сложив на груди ручонки и на секунду перестав мельтешить. — Если бы Буря снаружи не давила с такой чудовищной силой, то одного кристалла хватало бы минут на пять работы, но сейчас нагрузка запредельная. Придётся менять расходник буквально каждую минуту, а они в подсумках всё же не бесконечные.

— Только смотри, не лопни ненароком от собственной важности, — посоветовал я с преувеличенно озабоченным выражением лица, наблюдая за сияющей аурой. — Иначе опять придётся скучать в томительном ожидании очередного перерождения. А ты мне очень нужна здесь и сейчас, в целости и сохранности.

— Фу, как грубо, босс! Ах ты, плохой-нехороший человек! Как высшее волшебное существо, я физически не способна лопнуть от… — Кроха внезапно сбилась, когда до неё наконец дошёл смысл последних слов, и глазёнки мгновенно заблестели от искреннего восторга: — Правда нужна? Вот прямо по-настоящему⁈

Понятное дело, что этими незатейливыми шуточками мы просто пытались сбросить лишнее напряжение, стараясь поменьше зацикливаться на творящейся за бортом жути. Увы, долго дурачиться нам не позволили, жёстко напомнив о том, ради чего вообще ввязались в авантюру.

«Сфера покоя» накрывала не весь корабль целиком: за прозрачной границей остались верхушки мачт, часть кормы и солидный кусок носа, куда и крепились натянутые, как струны, канаты ездовых варн. Несмотря на то, что снаружи зоны комфорта вступала в действие защитная пелена самого судна (не стоило недооценивать умения ловцов ветра, которые большую часть жизни проводили на таких летучих посудинах), до мощи тотема Крохи ей было далеко. Стандартная защита на подобную ярость Бури явно не рассчитывалась — по твёрдому убеждению гхэллов, в такой ураган летают лишь безумцы, жаждущие скорой и окончательной смерти.

Поэтому сейчас всё пространство за пределами купола беспощадно избивалось свирепыми потоками воздуха, вынуждая обшивку и крепёж «Быстроглазого» протестующе и жалобно трещать. Тарп прямо среди ледяной свистопляски уверенно хозяйничал на носу, цепляясь за канаты и присматривая за работой команды из шести наиболее опытных ловцов ветра. Умениями те старались хоть как-то приструнить хаотичные течения, направляя корабль в нужную сторону сквозь плотную взвесь.

Но самую тяжёлую часть работы сейчас выполняла, буквально надрываясь от усилий, шестёрка варн. Рептилии пробивали телами крутящуюся перед носом судна тёмную стену из ледяного воздуха, насыщенного колючей, кристаллизованной пылью. Воздушные кулаки безжалостно били по ним со всех сторон, заставляя судно рыскать, подпрыгивать на невидимых ухабах и проваливаться в глубокие воздушные ямы. Варнам приходилось выкладываться сверх природных сил, чтобы удержать выбранный курс и не дать кораблю сорваться в штопор.

Выбрав момент, когда судно в очередной раз более-менее выровнялось, ко мне с решительным видом направился Тарп Старый. Переступив невидимую границу спокойной зоны, он ощутимо вздрогнул от резкой смены давления и одобрительно кивнул в сторону Крохи:

— Мощная аура, настоящий подарок. Пора, Зубоскал. Я поймал подходящее течение, но нужно срочно утяжелить судно — слишком сильная болтанка усложняет управление, нас швыряет как щепку.

На оставшемся далеко позади острове сделавшие дело «бурлаки» уже давно вернулись в безопасный осколок, теперь же настало время для новых действующих лиц рейда. Всё было оговорено заранее, так что прибывающие на точку палубного маяка воины сразу организованно отходили в стороны, не мешая появлению следующих соратников. Они тут же мёртвой хваткой цеплялись за торчащие поперёк бортов шесты-поручни, связанные друг с другом канатами: если защитная аура вдруг пропадёт, ветер сдует их за борт мгновенно. Размещались гхэллы так, чтобы гарантированно оставаться в пределах купола, а судя по восторженным взглядам, умение малявки им более чем понравилось.

Сперва планировал задействовать «черепов», тем более что те рвались в бой с диким неистовством, стоило лишь указать на врага. Но после посещения Храма Горэла планы пришлось слегка подкорректировать. Ко мне прибыли девять «железных лбов» — могучих здоровяков-храмовников в особо прочных, тускло мерцающих доспехах, вооружённых легендарными алебардами с мощными встроенными умениями. И ещё девять таких же машин для убийства прислал Йеноху, с которым, как и обещал Горэл, удалось договориться без лишних проволочек.

После того как божества переместили аватары-вместилища из обречённых Храмов в Цитадель, с огромным удовольствием «рекрутировал» у них элитную охрану. Мог, конечно, оставить храмовников при них, довольствовавшись соклановцами или наёмниками, но зачем отказываться от дармовой и сверхэффективной воинской силы? Охраны в Цитадели у «новичков» и без того хватало благодаря толпам почитателей, а здесь, в Бездне, требовались только лучшие из лучших. А кто может быть круче храмовников — воинов, годами накачиваемых силой покровителей до самых кончиков ушей?

Собственно, эти восемнадцать бойцов были лишь малой частью заслуженной награды за выполненный квест «Новый дом»; остальная часть в виде прямых божественных усилений должна была вступить в игру в самой точке назначения.

Если сил храмовников вдруг окажется недостаточно, палуба за считанные минуты могла заполниться хоть сотней рядовых бойцов, вот только столько народу сюда физически бы не влезло. Поэтому и сделал ставку на качество, раз по количеству имелись жёсткие ограничения на грузоподъёмность и пространство. Соклановцы подождут часа в резерве. Даже Марану пришлось оставить в осколке, хотя она и рвалась в рейд, не желая оставлять меня без чуткого присмотра. Даже Акарха Терпеливого отказался брать до тех пор, пока не достигнем цели. Не было смысла рисковать всеми ключевыми фигурами на этапе перелёта, тем более что восемнадцать тяжеловесных храмовников идеально сбалансировали «Быстроглазого». Судно ощутимо просело под их весом, но зато болтать его стало существенно меньше.

Следующие пару часов мы с Тарпом Старым провели у самой границы «Сферы покоя», почти не разговаривая и напряжённо наблюдая, как варны с колоссальным трудом тащат летающую посудину сквозь Бурю. Периодически, когда становилось заметно, что силы тягловых животных на исходе, Тарп активировал умения ловца ветра, вливая в рептилий очередную порцию бодрости за счёт собственной выносливости. Остальные ловцы, заметно потрёпанные пылевыми вихрями и тоже отступившие в зону безопасности, не забывали про обязанности и подпитывали питомцев по откату.

Естественно, такие энергетические траты выматывали всех до предела, но работа была превыше всего.

Пользуясь этой вынужденной паузой, вновь и вновь перебирал в памяти все активные умения — как старые, проверенные временем, так и те, что были усвоены или подняты в ранге во время последней медитации. Никогда не угадаешь заранее, что именно спасёт жизнь в предстоящей свалке, но было ясно одно: выложиться придётся не просто по полной, а далеко за пределом возможностей. Причём самые весомые из «аргументов» из-за острой нехватки времени не успел испытать даже на тренировочном полигоне.

А теперь разберём всё по порядку, чтобы в голове окончательно уложилась обновлённая картина возможностей.

«Ловушка» всё-таки сработала как надо, сумев зацепить «Мглу Бездны» во время безумной свалки с Червём. Снова. Но не стал бы так искренне радоваться простому факту поимки этого умения, если бы опять не удалось его выучить на постоянной основе. Слава Алану — выгорело. Но и это был ещё не предел удачи. Приступив к медитации у каменного изваяния Алана и отчётливо помня про прошлый успех, решил рискнуть всем и потратил один из последних дефицитных расходников — «Усилитель могущества». Разумеется, перед этим не забыл активировать «Ловушку умений» и искусственно задрать ей ранг с помощью «Иллюзии совершенства». Пассивный навык «Дважды счастливчик» снова не подвёл, сработав с филигранной точностью. Возможно, навык просто успел к этому моменту откатиться, хотя в системном описании про это нет ни единого слова, но результат превзошёл самые смелые ожидания. Сперва «Ловушка» поймала… сам активированный «Усилитель могущества», а следом два новых-старых умения на лету встроились в седьмой и восьмой свободные слоты, встав там как родные, несмотря на значительно пониженные шансы.

Без малейших колебаний сразу залил оба свежих приобретения свободными очками умений, подняв их до четвёртого ранга включительно.

«Мгла Бездны» (4) так и осталась грозным поражающим умением с наложенными эффектами «Тлен» и «Пламя хаоса», но теперь она перестала зависеть от характеристик оружия или наличия кристаллов-накопителей. Способность теперь питалась исключительно внутренней энергией и обрела гибкость в применении. При желании мог накрыть тяжёлым, разъедающим всё живое облаком целый участок местности или нанести точечный удар по одиночной цели, на десять секунд полностью обволакивая тело противника и передавая ему всю сокрушительную, концентрированную мощь тёмного эфира.

«Усилитель» же в процессе огранки трансформировался в полноценный «Исток могущества» (4). Это умение на 50% повышало поражающий фактор всех способностей и ровно вдвое увеличивало личные физические параметры в течение пяти минут. Так как навык стал персональным, требования для активации тоже изменились: теперь он сжирал 25% личного запаса маны и требовал часового отката между применениями. Зато любая зависимость от алхимиков гхэллов больше не играла для меня ровным счётом никакой роли, что в условиях долгого рейда было бесценно.

Как уже упоминал ранее, ровно сто двадцать пять очков улетело на жизненно важный подъём «Абсолюта» до пятого уровня. Весь оставшийся резерв пошёл на планомерное развитие «Иллюзии совершенства» до четвёртого ранга: время усиления подконтрольного умения не изменилось и составляло тот же час, зато способность можно было накладывать сразу на два разных умения одновременно. Не говоря уже о призрачном 5% шансе на то, что подобное повышение ранга может внезапно стать перманентным.

При нынешней беспокойной жизни и вечном хождении по краю даже такой пятипроцентный шанс — это практически гарантия того, что рано или поздно количество применений перейдёт в качество. Это позволило бы сэкономить в будущем целую гору очков умений, которые обычно требуются на ручное повышение рангов.

Кроме того, лишние кристаллы с пойманными «Ловушкой» умениями, дубли которых уже были развиты до предела, распределил среди наиболее сильных и надёжных соклановцев. Лучшими в этой раздаче, безусловно, стали два редких кристалла с «Концентрацией», но и остальная россыпь полезных мелочей не осталась без внимания — особенно три штуки со «Щитом льда», которые отдал бойцам первой линии.

Ну и на десерт осталось самое сладкое.

Взамен извлечённой «Мглы» в гнездо рукояти верного «Пламени» теперь плотно сидел тот самый кристалл, выторгованный у синекожего приказчика. Клинок отозвался едва заметной вибрацией, когда принял новую, чуждую этому миру энергию.

Похоже, пространственный торговец Туланоус над нами знатно поглумился. В том смысле, что он с таким показным равнодушием швырнул эти радужные кругляши на прилавок, выдавая их за копеечный сувенир для новичков, что никому даже не пришло в голову сразу вчитаться в описание. А на деле эти безделушки оказались…

Снова и снова перечитываю всплывающие системные строки, боясь спугнуть удачу:

«Межпространственный накопитель „Хроно-Эхо“. Встроенное умение: [Обновление] (Ранг: Уникальный). Тип предмета: Расходный магический артефакт / Кристалл сущности».

Если отбросить сухую терминологию и перевести на нормальный человеческий язык, то «Обновление» при активации мгновенно обнуляет время перезарядки любого выбранного навыка, способности или ауры. И каждый такой камень содержит по девять полных зарядов! Активируется всё это дело простым мысленным приказом, не требует ни единицы маны и, что самое важное, полностью игнорирует любые внешние блокировки времени и дебаффы, если только ранг не выше «Божественного». Шикарно ли это? Да это, чёрт возьми, просто за гранью реальности.

Причём система допускала использование нескольких зарядов подряд для одного и того же умения, однако это вызывало чудовищную нагрузку на энергетические каналы носителя, заставляя магические цепи внутри тела буквально стонать от перенапряжения. Также говорилось, что после исчерпания последнего, девятого заряда, структура камня аннигилирует без возможности восстановления. Ну, насчёт этого ещё повоюем — в Цитадели всё-таки имеется ремесленный алтарь, специально заточенный на реанимацию ценных расходников.

А в самом конце описания «Хроно-Эхо» красовалась «скромная» приписка: «Этот артефакт — вершина инженерной мысли Гильдии Пространственных Торговцев. Девять шансов переписать историю боя. Девять мгновений, когда невозможное становится достижимым. Используй их мудро, Идущий, ибо второго такого подарка Гильдия может и не предложить».

Экспериментировать с «Ловушкой» над этими уникальными кристаллами в Цитадели не рискнул: ни лишнего времени, ни возможности хоть как-то возместить потерю в случае неудачи попросту не имелось. «Обновление» для мгновенного сброса отката любого навыка — читерский козырь высшей пробы, в корне ломающий привычную логику сражения. Такая вводная заставляла вновь и вновь прокручивать в голове возможные варианты боевых ротаций.

Три артефакта достались Крохе, Тарпу и Акарху — ключевым фигурам предстоящего сражения, для обеспечения максимально плотного взаимодействия с божественными покровителями. А так как Кроха всегда находится при мне, то заряды двух артефактов можно считать общими. Последний артефакт забрала по праву Марана, ведь от её силы и поддержки исход сражения зависел не меньше, чем от «аватар». Кстати, Марана уже серьёзно подняла репутацию с Аланом, и её версия «Плети боли» выходила ничуть не слабее моей, причём по «Меткам еретика» я мог работать так же эффективно, как по собственным.

Да, чёрт возьми, подготовились так серьёзно, как только это было возможно в обстоятельствах.

Всё-таки вовремя удалось активировать эту Торговую Точку, как чувствовал.

Триста тысяч стимулов? Да тьфу на них, это всего лишь цифры в системе, которые не заберёшь с собой в Бездну.

Хотя даже сейчас, вспоминая ту сцену контакта с Туланоусом, меня не оставляло странное ощущение какой-то нереальности и сюрреализма происходящего. Кругом творится форменное безумство: ураганная Буря, расширяющаяся Воронка, Владыка Смерти с армией, полчища пожирателей и море погибших от их когтей, жуткие монстры Бездны и окончательная гибель для каждого, кому не повезло…

А там, за магическим мерцающим окошком, сидит себе синемордый деятель в цветастом халате и спокойно занимается привычной канцелярской рутиной. За стенами склада определённо не бушует война и не творится никакое непотребство. Чёрт… И сам бы не отказался от такого тихого перерывчика. Хотя бы дней на десять, чтобы просто посидеть в тишине. Потом, конечно, снова заскучаю без привычной движухи, но когда эта самая движуха не прекращается ни на час, это тоже явный перебор.

Так…

Ага, Крохе всё-таки пришлось вбить в палубу второй тотем на самой границе действия первого — так, чтобы область влияния захватила зону вокруг всей носовой части корабля. «Оазис жизни» распустился прекрасным, сияющим призрачным цветком метрового диаметра, распространяя вокруг волны благодати и буквально открывая второе дыхание измученным варнам и ловцам ветра.

Оттенки у всех цветков-тотемов, кстати, оказались совершенно разными — перепутать их было невозможно, несмотря на идентичную призрачную форму лепестков. «Оазис жизни» испускал мягкое, бледно-зелёное сияние, напоминающее о первой весенней траве в Цитадели; «Сфера покоя» светилась густым янтарным цветом разбавленного мёда; а «Эфирное безмолвие» отливало пульсирующим и угрожающе-кровавым багрянцем, наглядно предупреждая о блокировке любых вражеских плетений.

Недолго думая, малявка и сама плюхнулась прямо в центр сияющего цветка, воспользовавшись животворной аурой для элементарной экономии собственных сил. Тотемы ведь не были абсолютно автономными механизмами: процесс требовал непрерывного контроля и магической подпитки, а это — тяжёлая, выматывающая работа. Мы здесь были явно не на увеселительной прогулке, и Кроха это прекрасно осознавала, так что все легкомысленные разговоры в клан-чате быстро сошли на нет.

Умничка, всё-таки она очень повзрослела.

Лучше всех на данный момент устроилась Фурия — откровенно скучая от вынужденного ничегонеделания, просто дрыхла на палубе, свернувшись плотным клубком. Но знал, что вскоре предстоит самая опасная и ответственная часть всей операции, так что пусть пока набирается сил.

На самом деле кораблик сейчас несло к цели вовсе не по прямой линии, а с сильным смещением вбок, по широкой и непредсказуемой окружности. Нас тащило с бешеной скоростью, словно щепку в мощном водовороте. Основной задачей варн было, вопреки яростному сопротивлению ветра и огромной центробежной силе, упрямо тащить судно к самому центру Воронки. Прямо сердце сжималось от жалости, когда смотрел на то, как надрываются эти бедолаги, отчаянно работая кожистыми крыльями и буквально выгрызая у разъярённой Стихии километр за километром.

Хоть они и были по сути безмозглыми рептилиями, но всё же это были приручённые, живые существа. Животным приходилось работать в самом аду, вне «Сферы покоя», находясь лишь под благотворным, но слабым влиянием «Оазиса», иначе контроль над потоками был бы мгновенно утрачен. Поэтому ветер непрерывно и безжалостно рвал варн на части, с лёгкостью преодолевая артефактную защиту корабля и испытывая на прочность их выносливые тела.

Но мы хотя бы смогли добавить им чистой энергии. Вся надежда сейчас была только на этих летунов, ведь без их тяги попасть в эпицентр Бури было физически невозможно. И уже сейчас было отчётливо видно, что надолго ресурсов не хватит: сколько бы умений и бодрости ни вливали, рано или поздно наступит полный отказ измученных тел.

Довольно быстро пришло чёткое осознание: несмотря на все оптимистичные планы и расчёты, без новых тотемов Крохи нас вместе с кораблем давно бы уже разобрало на мелкие щепки. Всё складывалось одно к одному, и разве это не было верным знаком того, что мы наконец-то движемся в правильном направлении?

Когда Хорка Умный показывал мне Великий Вихрь в самый первый раз, ещё издали, здесь было относительно спокойно. Тогда за бортом до самого горизонта простиралась гигантская, почти плоская Воронка из плавно струящихся облаков. Тысячи, десятки тысяч закручивающихся в бесконечную спираль витков из плотных воздушных потоков.

Сейчас же всё изменилось до неузнаваемости — буквально пробивались сквозь вставшую до самых небес стену. Ревущую, непроницаемую стену из ледяного воздуха, ставшего почти чёрным от миллионов тонн несущейся в нём земли от размолотых в пыль островов. До сегодняшнего дня никто и никогда не предпринимал попыток пробиться на корабле в центр Воронки в разгар Бури. Тёмная Звезда, один из искажённых островов в Бездне, интересовал лишь редких авантюристов и отчаянных отщепенцев, готовых рискнуть сейвом ради сомнительных бонусов.

Но делали они это только в периоды затишья.

План… План на первый взгляд действительно выглядел чистейшим безумием. Схватиться с Владыкой Древа Смерти в самом эпицентре Ока Бури, на клочке суши, левитирующем над Бездной лишь на честном слове…

Но если вдуматься, фактически ничего не теряли, кроме самого корабля и нескольких сейвов — в том случае, если вся затея потерпит сокрушительный крах. Мы просто вернёмся к прежней стратегии выживания. Провальной, как наглядно показывает развитие событий, но призрачные шансы всегда остаются, даже когда совершенно не очевидны. В критической ситуации мозг нередко выдаёт по-настоящему дельные идеи. Как произошло на Острове Мертвецов, когда, хоть и в самый последний момент, пришло чёткое озарение: в жертву требуется принести именно разумных.

Главное теперь — не проглядеть подобные вспышки в горячке боя и суматохе принятия мгновенных решений.

Воспоминание о том, какими тяжёлыми взглядами провожали оставшиеся в Цитадели, когда шагнул к порталу для отправки на операцию, заставило лишь криво усмехнуться. Да, абсолютно любой из сокланов был готов отправиться со мной в пекло без лишних раздумий. А то и вовсе вместо меня. И даже всерьёз задумался над таким вариантом, будь у кого-то из них способности, равнозначные моим. Но немного царапало осознание, что они не столько слепо верили в удачу, сколько действовали из голого инстинкта самосохранения, поэтому и рвались рискнуть собой. Ведь пока я жив, пока существует неразрывно привязанный ко мне осколок реальности, всё будет в порядке и у всех остальных, кто связал со мной свою судьбу. Не слишком-то помогли заверения перед отбытием о привязке Цитадели к Пантеону — общий Список-то всё равно по-прежнему оставался на мне.

Прекрасно это понимал, они это понимали, все это, чёрт возьми, понимали, только вот от этого осознания было ни капли не легче. Для себя попросту не видел иного пути. Потому что сидеть в тылу, позволяя с себя пылинки сдувать, пока за тебя рискует кто-то другой… Хрень полная. Так что капля веры в собственные силы мне бы со стороны соратников точно не помешала. Но тут и сам отчасти виноват. Нужно было больше и плотнее общаться с людьми и нелюдями, а не самоустраняться от социалки под вечным предлогом решения бесконечных «важных» дел. Находить то самое время, которого всегда катастрофически не хватает. Да, именно так и поступлю в ближайшем будущем. Если, конечно, не решу окончательно сбежать от всей этой суеты, которой никогда не жаждал, полностью поручив заботу об осколке кому-то другому.

Или же, чем не вариант, окончательно вручив его судьбу и процветание в руки Пантеона.

А чем тогда займусь сам? Да ничем особенным. Просто отдохну. Что плохого в путешествиях по мирам в гордом одиночестве? Ну, почти в одиночестве. От Крохи и Фурии всё равно никуда не деться, они уже давно стали частью меня самого. Да и Марана — теперь уже настоящая боевая подруга — наверняка останется со мной при любых раскладах, в этом был уверен почти на все сто. Вполне себе самодостаточная и весёлая компашка подбирается, если вдуматься…

— Дегустатор, — хриплым голосом внезапно заговорил Тарп, прервав затянувшееся молчание и резко ткнув рукой куда-то в сторону правого борта. — Переступив с ноги на ногу, он приложился к помятому горлышку фляги, шумно смачивая глотком воды пересохшее горло. — Здоровенный, гад. Явно из древних Патриархов. Такие твари только в сильную Бурю и появляются, всплывают из самых низких, тёмных слоёв Бездны, а в безветренное время в верхних слоях Белой Мглы в основном один лишь молодняк крутится.

— Не вижу его, — сильно прищурился, тщетно пытаясь рассмотреть хоть что-то в клубящемся сером вале облаков, сквозь который упорно пробивалось судно. — Но верю остроте твоего нюха, старик. Есть ли реальная опасность немедленного нападения?

На самом деле Фурия, демонстративно продолжая дрыхнуть у ног, сообщила о приближающемся монстре ещё минуту назад. Вернее, её сверхчуткий нос уловил чужака и передал сигнал по нашей «Духовной связи». Но это знание предпочёл оставить при себе, чтобы лишний раз не подрывать авторитет старейшего ловца ветра. Впрочем, взглядом действительно разглядеть монстра не смог, как ни старался, а гхэлл — с паршивым даже по сравнению с человеческим зрением — тем более. Сейчас у него работал исключительно нюх, чем мы, люди, похвастаться никак не могли. Возможно, девушка-низуши Чупа в качестве вперёдсмотрящей даже посреди Бури что-то и разглядела бы своими уникальными глазами, но… неважно. Обойдёмся без неё. Сейчас на палубе «Быстроглазого» не должно быть ни одного лишнего существа.

— Опасность? — Тарп довольно-таки спокойно пожал мощными плечами. — Вряд ли она велика. Если только сами не додумаемся его потревожить. Дегустаторы нападают только в одном-единственном случае — если отчётливо чувствуют эманации Плана Смерти. Но Печать с тебя окончательно снята. И на борту ни на одном из воинов этого клейма нет. Об этом позаботился заранее, когда лично отбирал ловцов для рейда. Храмовники же носят на себе Печати исключительно божеств, чужая зараза к ним попросту не пристанет, а эти метки Стражам Бездны совершенно не интересны.

С Печатью Смерти всё разрешилось на редкость прозаично, даже буднично, что мгновенно сняло давящее психологическое напряжение и всерьёз выправило общее положение. Первое же испытание системного «Знамени Стойкости» в стенах Цитадели оказало по-настоящему благотворный эффект, хотя в описании значилась лишь сухая строчка о блокировке чужих враждебных меток. Почти физически ощущаю здесь мягкое, но непреклонное влияние Дживы: сперва она помогла выжечь эту скверну из нас с Крохой, а теперь, напитав своей волей Знамя, очистила и всех остальных, кто успел собрать на себе гнилой налёт влияния Владыки. Эта гадость попросту не устояла под прямым ударом объединённой синергии пусть пока и не самых могущественных, но всё же четырёх разных божеств, чьё присутствие превратило клеймо мертвеца в ничто.

— Рад это слышать, — проворчал я, ощущая, как металл доспеха вибрирует от внешнего гула. — Правда, нас тут скоро и без всякого Дегустатора раздраконит на мелкие запчасти… Чисто для справки, тот монстр, что сожрал целый остров, когда на битву пригласил Хорка Умный — он был Патриархом или всего лишь «молодняком»?

— Меня там вообще-то не было, сам не видел, — сухо усмехнулся древний гхэлл, не отрывая взгляда от хмари. — Но судя по описанию участников того боя, Дегустатор был ближе к середнякам. А вот Остров Мертвецов порвали на куски уже истинные Патриархи. Там слишком сильно… наследили в эфире. Девять активированных Семян, как ни крути, переполошили всю Бездну в радиусе многих миль вокруг острова. Кстати, один из Патриархов тогда посетил и Череп Властелина.

Лишь молча кивнул, принимая эту информацию к сведению.

Впрочем, и так уже было известно, что без активной Печати Смерти Дегустаторы не представляют прямой угрозы, а значит, и тревожиться о них сейчас бессмысленно. Даже целый корабль, под завязку набитый воинами, для этих колоссальных существ, разбивающих острова, как домашняя кошка лапой — хрупкую печеньку, кажется слишком мелкой и незначительной целью. Сейчас куда больше беспокоила стремительно ухудшающаяся ситуация с самим кораблём: те участки судна, что не были прикрыты золотистой «Сферой покоя», разрушались буквально на глазах под напором абразивной пыли, а шире зону покрытия куполом по понятным причинам сделать было нельзя. Пузырь тотема и без того создавал избыточную парусность, заставляя варн тратить последние силы на удержание курса. Но стоит его убрать, и все лётные качества мгновенно ухнут в Бездну вместе с теми обломками, в которые оно превратится в считанные минуты. Или даже — секунды.

Вот и приходилось с нарастающей тревогой наблюдать, как прочная древесина выщербливается бешеным ветром, словно хрупкий пористый материал под напором мощной пескоструйной машинки. Прямо на глазах истончались детали такелажа, с сухим треском разлетался на щепки фальшборт, шумно лопались отдельные нити толстых канатов упряжи, натянутые усилиями варн точно гитарные струны. И чем ближе оказывались к невидимому центру Воронки Бури, тем заметнее воздействовала на материалы эта первобытная разрушительная сила. И тем глубже в воздушные ямы проседал сам корабль, неуклонно теряя левитационные свойства вместе с безвозвратной утратой материала корпуса. Если нос или корму нашего кораблика окончательно оторвёт…

Но всё же искренне надеялся добраться до намеченной цели с первой попытки. На вторую у нас не было ни запасного корабля поблизости, ни времени на долгую доставку к границе Вихря. С учётом свирепствующей вокруг Бури и коварно поджидающих её окончания врагов из Великой Стаи за барьером… времени не оставалось вовсе.

Впрочем, определённый позитив в ситуации тоже присутствовал. Опасения, что на нас здесь обязательно нападут какие-нибудь хищные твари из Бездны, пока что не оправдались. На борт элитные воины брались в том числе и для того, чтобы в экстренном случае отбиться от летучих гадов без потери целостности корабля. Но, похоже, кроме Дегустаторов, чувствующих себя в толще этой свирепой и разрушительной стихии вполне комфортно, здесь попросту никто не был способен выжить.

— Есть одна старая легенда… Даже не так, скорее, это просто фантазии, ставшие со временем устойчивыми слухами, — вновь с задумчивым видом заговорил Тарп, поправляя ремни снаряжения. — Считается, что если полностью разрушить остров прямо над Воронкой Великого Вихря, то тем самым можно прекратить Бурю и прервать затянувшееся нашествие пожирателей. Без столь сильных попутных ветров Листья Древа Смерти далеко продвинуться не способны. За долгую жизнь много раз видел, как подобный десант, не сумев преодолеть зону отчуждения Древа, не долетает даже до первых пограничных островов. Лист просто падает в Бездну вместе со всеми воинами внутри. Запускаются они во множестве, но добирается до цели в лучшем случае один из десяти. В лучшем — для самих пожирателей, в худшем — для нас с тобой. Так и начинаются все малые нашествия.

— А как же искажённые порталы? Ведь считается, что Владыка способен на них напрямую воздействовать. Почему бы ему не десантировать армию пожирателей прямо через них… А, хотя всё, понял, вопрос снят. — Усмехнулся собственной забывчивости. — Всё, что оказывается в глубинах Бездны, там навсегда и остаётся. Листья способны планировать лишь сверху вниз, но никак не наоборот.

— Верно мыслишь, — Тарп коротко кивнул. — С Островом Мертвецов ситуация была на порядок сложнее. Он хоть и находился в верхних слоях Бездны, как и все прочие нормальные острова, но битва за территорию там не заканчивалась ни на один миг. Полной власти над этим клочком суши Владыка никогда не имел. Хотя он и побеждал в долгосрочной перспективе, год за годом планомерно распространяя своё влияние на местных стихийных Хранителей.

— Когда существуешь вечность, торопиться тебе решительно незачем, — усмехнулся я, ощущая, как вибрация палубы передаётся в подошвы сапог. — Подозреваю, что Владыке что год, что десять лет, что целый век — всего лишь краткий миг. Но если вернуться к тому, о чём ты обмолвился вначале: если всё-таки уроним этот остров в Око Бури, тем самым оборвав саму Бурю, это отменит внешнюю блокировку сектора?

— Вряд ли, — Тарп как-то устало и тяжело пожал могучими плечами, продолжая неотрывно смотреть близорукими глазами в ревущую Бездну.

— Ну, ничего нового, — понимающе кивнул. — Неважно, насколько эти слухи верны, по-любому сейчас на Тёмную Звезду сделана высшая ставка. Ты сам говорил, что попытки по-настоящему разрушить этот остров до сих пор никем не предпринимались…

— Смысла не было. Раньше никто не обладал достаточной мощью и безумием одновременно.

— А значит, элемент непредсказуемости у нас всё же есть.

— Искренне надеюсь на это. Но ещё не закончил свою мысль. Ходят не менее устойчивые слухи, что этот остров, застрявший в горловине Воронки, служит своего рода природной затычкой. — Тарп криво и невесело усмехнулся, обнажив крепкие зубы. — Именно поэтому он и не падает столько столетий, балансируя в яростных восходящих потоках в состоянии устойчиво-шаткого равновесия. Если эта пробка внезапно исчезнет, то может стать только хуже. И тогда Буря не прекратится, пока не сожрёт всю нашу локацию целиком, вместе с корнями. С другой стороны, окончательная гибель Тёмной Звезды когда-то и началась именно с того момента, когда под островом по неведомым причинам образовалась Воронка Великого Вихря. Остров начал медленно проваливаться в Бездну, но потом, словно привязанный невидимым тросом, застрял на одном месте, порождая бесконечные теории и фантазии насчёт причин происходящего.

— Куда ни кинь, всюду клин, — снова понимающе усмехнулся. — Но мы-то с тобой отступать уже точно не станем.

— После всего, что уже было сделано, терять нам и впрямь нечего. Или добьёмся успеха, или все разом сгинем в попытках его достичь… Держитесь! — вдруг рявкнул во всю мощь лёгких Тарп, рывком бросаясь к ближайшей мачте и впиваясь когтистыми пальцами в туго натянутые канаты.

Мгновенно стряхнув с себя расслабленное состояние, дикоша пружинисто вскочила на все четыре лапы, выпустив когти. В тот же самый момент всё судно ощутимо встряхнуло от самого носа до кормы, словно на полном ходу налетели на невидимую стену. Кроха возмущённо что-то пискнула, подскочив на чашечке тотемного цветка, а затем на всякий случай стартанула светящимся снарядом и, басовито вжикнув крыльями, уже через миг надёжно спряталась в уютном подсумке.

Вовремя.

Подошвы сапог предательски поехали по резко накренившейся в сторону носа палубе, заставив и меня мёртвой хваткой ухватиться левой рукой за холодное дерево мачты. Да что там вообще происходит⁈

В следующую секунду, бросив напряжённый взгляд вперёд, воочию увидел, в чём дело. Не выдержав чудовищного разрушительного действия стихии, ведущие к тягловым животным прочнейшие канаты с пушечным звуком лопнули, и две варны просто мгновенно исчезли в беснующихся серых потоках. Тяга резко уменьшилась, и корабль, жалобно скрипнув шпангоутами, просел вниз. Тут же хлёстко лопнул ещё один канат, варн осталось всего две, и палубу снова резко тряхнуло, бросая судно в штопор.

— Я выведу запасных! — яростно рыкнул Тарп, одним резким движением могучих рук откидывая широкий квадратный люк в палубе и собираясь выпустить на волю запасную шестёрку варн. — Заменим свежими сразу всех, пора!

Но что-то было категорически не так. Занятый рептилиями Тарп этого пока не заметил, но корабль падал слишком стремительно, словно разом лишился всех левитационных свойств. Или будто прямо под нами внезапно включился мощнейший гравитационный капкан. А это могло означать только одно…

«Остров! — заорал в рейдовый канал связи один из ловцов ветра на носу корабля. — Под нами остров!»

Зубоскал: Всем покинуть борт! Тарп, тебя это тоже касается!

Без лишней суеты и паники все находящиеся на борту воины последовали заранее разработанному плану. Первыми в голубоватом мерцании телепортации исчезли воины-храмовники. Следом за ними испарились и ловцы ветра, подхваченные энергией маяка и мгновенно отправленные в безопасность Цитадели. Последним, успев лишь коротко рявкнуть что-то воинственно-ободряющее, телепортировался Тарп Старый.

Только этого момента и ждал, оседлав Фурию в первые же секунды тревоги и плотно сжав её бока коленями. Как только Тарп окончательно исчез и на «Быстроглазом» кроме меня больше никого не осталось, дикоша коротко разогналась, оттолкнувшись от палубы мощными лапами, и мы стрелой сиганули за борт, в туманную бездну ревущих воздушных течений. Мощно и ритмично заработав крыльями, Фурия постаралась как можно быстрее увеличить дистанцию с выполнившим задачу гибнущим судном. Перспектива пострадать от тяжёлых обломков в зоне неминуемого падения нас совершенно не привлекала.

Неизвестная высота и полное отсутствие видимости из-за проклятой бурой хмари создавали опасную, практически не прогнозируемую ситуацию. Летящие в лицо вместе с резкими порывами ледяного ветра жёсткие кристаллики льда старались процарапать кожу острыми когтями, но благодаря значительно возросшим параметрам тела кожа давно уже стала чем-то вроде естественной брони. Такие «пустяки», что порезали бы меня на лоскутки где-то на тридцатом уровне, теперь совершенно не волновали.

Обоняние встревоженно фыркающей Фурии буквально через пару секунд дало верную наводку, и всё внимание сосредоточил на нарастающем ощущении приближения источника густых запахов сырой земли и древней растительности острова.

Кроха в подсумке совсем притихла, перестав испуганно пищать и ворочаться. Осознала всё-таки, что в этот момент лучше не отвлекать лишними эмоциями. Ей-то самой ничего не станется: она единственная в группе, кто гарантированно не пострадает при самом жёстком пикировании к земле — фейри глубоко плевать на любое гравитационное притяжение. При обсуждении планов в Цитадели даже возникла идея отправить её вперёд с борта судна для установки маяка, как только Фурия почует близость земли. Но от этого пришлось отказаться по вполне объективным причинам. Гравитация на неё не влияла, но безумные порывы бешеного ветра просто не дали бы лёгкой как пушинка фейри выдержать направление полёта. Сдули бы в Бездну. Да и нюх Фурии, как только что выяснилось, отчасти всё же сплоховал. Из-за дикой свистопляски воздуха, насыщенного резкими запахами разорванных в клочья островов, почуяла настоящую, плотную твердь лишь тогда, когда стало слишком поздно пытаться спасти корабль.

Отчаянными взмахами распахнутых могучих крыльев дикоша старалась максимально снизить скорость падения, напрягая мышцы до болевого разрыва жил. Вихрящийся вокруг бурый кисель заставлял сбоить все органы чувств, и каждая секунда приближала смертельный риск столкновения с невидимой твердью. Но усилия не пропали зря: корабль действительно рухнул первым, отозвавшись тяжёлым глухим ударом где-то далеко в стороне и внизу, хотя с момента прыжка прошли считанные секунды.

Этот удар послужил дополнительным звуковым ориентиром.

Если слишком рано включить «Абсолют», то без экстренной подпитки кристаллами не обойтись, а это неминуемо запустит дополнительное время отката, чего отчаянно не хотелось. Не собирался тратить драгоценный заряд «Обновления» впустую. Ведь один заряд и так уже был потрачен на «Теневое клеймо», ушедшее на долгую перезагрузку после недавнего использования на Древе Смерти. Иначе готовности этого умения пришлось бы ждать несколько мучительных дней, а «Теневое клеймо» с очень высокой вероятностью может понадобиться в предстоящем бою. Причём никаких болезненных откатов, в теории, больше не предвиделось, даже если временно подчиню крайне сильных существ, плотно подключённых к чужой божественной силе. Мощь собственного Пантеона из четырёх божеств должна была с запасом перекрыть влияние одного противника, даже если этим противником окажется сам Владыка.

Но и разбиться о землю в кровавую лепёшку тоже не горел ни малейшим желанием. Так что придётся сейчас очень хорошенько рассчитать мгновение, когда стоит врубать спасительные секунды полной неуязвимости.

Глава 27 Инфернальная чистка

Ледяной воздух бил навстречу, неохотно расступаясь в стороны под напором падающих тел. Тяжёлый металл доспехов, несмотря на магические свойства, прямо на глазах обрастал серой коркой грязного льда, превращая фигуру в нелепое и гротескное чучело. Фурия сопротивлялась холоду куда активнее — резко повысив внутреннюю температуру яростным усилием кошачьей воли (оказалось, она способна и на такие фокусы), дикоша мгновенно превращала намерзающую глазурь в сизый пар. Однако кончики перепончатых крыльев всё равно продолжали леденеть, медленно сдаваясь под натиском агрессивной стихии Воронки. Вместе с боевой подругой мы опасно тяжелели с каждой секундой, неумолимо набирая лишнюю и пугающую скорость.

Не только я, но и многие другие стратеги предполагали, что в самом Оке Бури будет на порядок спокойнее, чем в бушующих слоях вокруг Воронки. Мы наивно полагали, что главное — это добраться до острова, а дальше путь станет заметно легче. Но все мы фатально ошиблись, и теперь приходилось выкручиваться буквально на лету, лихорадочно используя все доступные подручные средства и накопленные умения.

Вокруг нас с дикошей вдруг мягко развернулась уже знакомая по палубе «Быстроглазого» золотистая «Сфера покоя». Кроха сотворила этот защитный тотем, даже не выбираясь из тёплого нутра подсумка и не задавая лишних вопросов — она просто посчитала нужным вмешаться в ситуацию, пока нас не размололо в труху.

Машинально бросив короткий взгляд вниз, я невольно хмыкнул, хотя обстановка для веселья как-то совершенно не располагала. Какое уж тут зубоскальство, когда от затяжного падения вслепую пробирает ледяным морозом до самых печёнок. Но попробуй-ка удержись от усмешки, когда видишь, как из-под кожаного клапана по локоть торчит крохотная ручонка, изо всех сил удерживая в кулачке призрачный сияющий цветок. Он тоже был крохотным — каким-то непостижимым образом фейри умудрилась сжать его с метрового диаметра до совсем миниатюрного размера, лишь бы он уместился на ладошке.

Надо же, я и не предполагал, что защитный тотем можно активировать и удерживать прямо в движении. Чрезвычайно приятный сюрприз. И не только для меня — судя по волне восторженного удивления со стороны Крохи, уловленной через духовную связь, малявка и сама до последнего момента не подозревала, что способна на такое. Пока не рискнула попробовать. Всё-таки из-за вечной нехватки времени новые эволюционные умения толком протестировать на полигоне так и не удалось.

Благодаря «Сфере покоя» неистовый вой ветра мигом отрезало, как и в прошлый раз на корабле, словно мы внезапно оказались в звукоизолированном помещении. Видимость в узких границах сферы контролируемого пространства тоже резко улучшилась, разогнав серую муть. И сразу же выяснилось, что Кроха здорово выручила нас своей своевременной инициативой. Проклятая земля оказалась гораздо ближе, чем рассчитывал! Огромное тёмное пятно на фоне хаотично вьющейся внизу хмари с угрожающей скоростью неслось навстречу, заполняя собой весь обзор.

— Сейчас!

Активированный рывком «Абсолют» окутал наши с дикошей тела плотным, неразрушимым энергетическим покровом. Всю наросшую корку льда срезало с брони будто острой бритвой, отшвырнув мутными осколками во внешнюю тьму. Теперь ни бешеного напора, ни жгучего холода я тем более не чувствовал — непроницаемая защита полностью отсекала любые негативные воздействия среды. Внутренне напряжённый до предела, словно натянутая струна, я отчаянно желал сейчас лишь одного — чтобы очередной непредсказуемый порыв ветра не отбросил нас в сторону. Если мы пронесёмся мимо края Тёмной Звезды, это безвозвратно погубит все надежды и подвергнет питомцев смертельной опасности быть сожранными голодной Бездной.

Столкновение с очередным, особо плотным слоем воздушного потока неожиданно сработало неким катализатором: вокруг нас, над нами и под нами всё пространство вдруг ярко вспыхнуло сотнями ветвистых синеватых разрядов, заставив инстинктивно зажмуриться. Мы пролетали сквозь слепящее море электрического огня и яростных вспышек света. Это напряжение было настолько мощным, что наверняка сожгло бы дотла любого неосторожного пятидесятника, несмотря на всю силу. Такого сюрприза я и близко не предполагал. Похоже, кроме самой Бури, искажённый остров защищает нечто иное, не менее могущественное, чем беснующаяся снаружи стихия.

Под таким колоссальным натиском «Сфера покоя» Крохи не продержалась и доли секунды, бессильно развеявшись с приглушённым звуком «фу-ух» и вызвав короткий жалобно-негодующий возглас фейри. Однако эстафету по защите принял «Абсолют», приняв весь удар на себя, поэтому я немедленно послал Крохе успокаивающий импульс. Я сразу почувствовал, что фейри это утешение помогло прийти в себя. Всё-таки её умение изначально не относится к боевым, так что ей совершенно не стоило переживать из-за этого кратковременного фиаско.

В принципе, можно было даже не гадать, кто именно выставил этот гибельный для всего живого барьер над территорией острова. И переживу ли я личное столкновение с истинным хозяином этой преграды, станет ясно очень и очень скоро. Всё решится уже сегодня.

Разогнанные адреналином и силой разума, даже мимолётные мгновения времени растянулись, казалось, до бесконечности. Хмарь под нами вдруг окончательно развеялась, словно мы с разгона пробили некую границу, разделяющую разные слои реальности. Внизу, прямо под когтями Фурии, живописно развернулась сочная зелёная равнина с редкими вкраплениями кустов и странных деревьев. И до этой идиллической поверхности оставалось — буквально рукой протянуть.

— Да твою же…

«Абсолют» вырубился в самый момент удара, успев погасить львиную долю чудовищной силы столкновения, но и оставшейся инерции мало не показалось. Так как я сидел верхом, то в первую очередь — после лихого маневрирования крыльями и выравнивания тела в горизонтали — спружинили мощные лапы зверюги… А затем с сухим хрустом принял удар позвоночник. Тяжёлые доспехи мгновенно надавили на плечи сотней килограммов лишней тяжести. Резкая боль вспыхнула ослепительной молнией, пронзив всё тело от бёдер до самого затылка. Неумолимая инерция швырнула меня в сторону, и в следующую секунду я уже катился по жёсткой земле, вспахивая дёрн режущими выступами брони от наплечников до самых наколенников.

Я обнаружил себя уже стоящим на одном колене и тут же резво, через силу поднялся на ноги, проверяя целостность конечностей. Вокруг ярко сиял совершенно обычный, солнечный и ласкающий взгляд день, словно и не было никакой смертоносной непогоды за барьером. Но после долгого пребывания в пылевой мгле даже такой мягкий свет болезненно резанул по отвыкшим глазам. Прищурившись, поднял взгляд вверх. Вся бурая хмарь действительно осталась за границей некоего прозрачного купола. Серо-бурые потоки продолжали стремительно течь над самой головой, примерно на высоте сотни метров, что, как ни странно, вовсе не мешало необъяснимо яркому освещению озарять благодатную почву.

— Босс? — Кроха обеспоенно высунулась из убежища. — «Оазис жизни» сейчас подействует, потерпи немножко!

Я признательно кивнул, уже чувствуя на коже благотворное, прохладное влияние ауры лечения. Она мягкими волнами исходила от установленного рядом тотема — на этот раз кристалл сущности под влиянием воли фейри развернулся уже привычным, метровым и мягко светящимся цветком необыкновенной красоты. Насколько я успел понять и прочувствовать за этот полет, уменьшение физического размера тотема неизбежно приводило к его ослаблению, но сейчас в подобной «компрессии» нужды не было. Тотем действовал в полную силу: зона исцеления распростёрлась на окружность диаметром в добрых тридцать метров. Вот же Кроха шустрая, когда только успела всё подготовить. Сама фейри, естественно, ни капли не пострадала и теперь порхала рядом, бросая обеспоенные взгляды на меня и полные любопытства — на окружающую местность.

Я внимательно прислушался к внутренним ощущениям, осторожно поводя плечами под кирасой. Вроде цел. Внутренности от резкого удара, конечно, основательно перетряхнуло, и все суставы, приняв на себя запредельную нагрузку, болезненно ныли, но не зря я вкачивал в себя столько параметров выносливости. Дикоша тоже выглядела слегка пришибленной, но уже явно приходила в норму. Она лежала на пузе, широко раскинув лапы, словно огромная мохнатая лягушка, и тяжело дышала… при этом Фурия смотрела на меня странным, почти насмешливым взглядом изумрудных звериных глаз.

Да ей весело, что ли⁈

Хотя, если честно, я и сам был готов оскалиться не менее азартно. Ведь все мы остались живы! Кости на месте, снаряжение не разлетелось в труху. На досадные ушибы сейчас было совершенно начхать, это не смертельно. А значит, наша безумная миссия продолжается. Чёрт, да я даже сигнал от палубного маяка чувствую… Дело в том, что часть палубы разбившегося неподалеку «Быстроглазого» уцелела, причём именно тот кусок, где был закреплён маяк. Такое уже разок случалось в недалёком прошлом, что наводило на определённую мысль: магическое поле маяка каким-то образом действительно укрепляло структуру материала вокруг себя. Но для элементарного удобства я однозначно установлю здесь новый маяк, благо расходников теперь завались.

— Босс? — Кроха подлетела совсем близко, осторожно прикоснувшись крохотной ладошкой к щеке прямо под краем шлема. — Ты точно в полном порядке? Ничего не сломал?

— Действуем по плану, — я коротко кивнул, успокаивая малышку. — Но сперва нам стоит внимательно осмотреться. Ты, кстати, большая умничка, всё сделала абсолютно правильно. Твоя «Сфера покоя» нам очень помогла при спуске. Продолжай в том же духе.

— Да-да, босс, ты без меня как без рук! Я мигом всё разведаю! — она радостно взмахнула крыльями и рванула прочь светящейся золотистой кометой, рассыпая за собой длинный шлейф мерцающих искорок.

Кроха явно вознамерилась сделать вокруг нас широкий круг для подробного изучения незнакомой местности. Я не стал её останавливать: малышка старается искренне, и ни к чему сейчас обламывать её энтузиазм. Тем более она может заметить те детали, что упущу я сам. Два глаза — это хорошо, но шесть, с учётом Фурии — куда перспективнее.

Активировав на твёрдой почве новый астральный маяк, я мысленно подключился к «Всевидящему Оку» Цитадели. Трёхкилометровый диаметр зоны, доступной для визуального осмотра с помощью этого умения, даст мне гораздо больше ценной информации, чем простой взгляд.

Беглый, поверхностный обзор не выявил ни малейших признаков непосредственной опасности, но…

Я никак не мог избавиться от чувства жёсткого внутреннего диссонанса: вид окружающей картинки шёл вразрез со всеми ожиданиями. Вот прямо категорически. Исходя из той неполной и противоречивой информации о Тёмной Звезде, которой мы владели, мы должны были сразу угодить прямиком в некий филиал ада, под завязку набитый мертвяками и пожирателями всех мастей. Я морально готовился с ходу вступить в яростное сражение не на жизнь, а на смерть, с боем устанавливая маяки и лихорадочно дожидаясь подкреплений…

Но вокруг простиралась первозданная природа приземистого, узловатого леса. Ни единого следа недавней Бури. И ни одного мертвяка в поле зрения. Как-то это совершенно не походило, мягко говоря, на мрачные владения Планара Смерти. С другой стороны, я вспомнил, что на Острове Мертвецов тоже кипела жизнь: изумрудные леса там мирно соседствовали с расхаживающими среди деревьев покойниками.

Привычные ароматы коснулись обоняния вместе с лёгким, едва уловимым движением воздуха — густые запахи прелой земли, сочной зелени и стоячей влаги. Ритмичное дыхание мирной природы. Разве что запах воды казался непривычно тяжёлым, с какими-то неприятными, кисловатыми нотками разложения, а ещё вокруг воцарилась странная, почти физически давящая на перепонки тишина…

Может, я просто слегка оглох от резкого перепада давления?

— Бо-осс? — донельзя удивлённым, почти испуганным тоном позвала меня Кроха через ментальный канал.

Понятно. Значит, не оглох. Тогда стоило немедленно выяснить, что так изумило фейри, успевшую к этому мгновению удалиться на пару сотен метров в сторону чащи.

Одним движением я оказался в седле на вскочившей Фурии, которой к этому моменту явно надоело притворяться тяжело раненной и потерпевшей. Через сотню метров стремительного подъёма мы заскочили на верхушку невысокого пологого холма, где я снова внимательно огляделся, прикрыв глаза ладонью от яркого света. И озадаченно нахмурился. Вопреки опасениям, нас занесло вовсе не на опасный край, а, похоже, в самую глубину этого странного острова. Неплохо мы так на гибнущем кораблике разогнались…

А ведь могли и вовсе насквозь проскочить, не зацепившись за грунт. И летел бы я сейчас в объятиях гравитации прямиком в Бездну, угу. Обжигающе неприятная и крайне реалистичная перспектива.

Откликаясь на невесёлые мысли, Фурия мягко переступила мощными лапами, медленно разворачиваясь массивным корпусом по кругу. Она позволяла мне получить полную панораму местности как собственным взглядом, так и с помощью продолжающегося мониторинга через системное «Око».

Оказывается, наша разудалая боевая троица находилась в самом центре обширной долины протяжённостью в несколько километров. По её краям сверху, из вязкой пустоты набрякших облаков низко нависшего неба, примерно с пары сотен метров, падали десятки, а то и сотни отдельных хрустальных потоков воды. Из-за огромного расстояния грохот этих водопадов во всей своей мощи до нас не доносился, но некий тяжёлый шумовой фон всё же присутствовал, насыщая пространство и подспудно скрадывая все прочие звуки. По сути, мы крайне удачно приземлились на склон одного из протяжённых пологих холмов, что зелёными островками проглядывали среди вяло волнующейся глади окружающего нас мелководья. Бесчисленное количество островков и очень много тёмной воды…

Настоящие водопады?!!

Невиданное, почти невозможное дело для засушливого Архипелага. Как здесь вообще технически осуществимо подобное явление? Неужели Воронка Бури настолько насыщает влагой окружающий остров туман Бездны, что тот изливается на твердь непрерывными потоками? Видимо, такое чудо происходит далеко не всегда, а только в пиковых условиях Бури, в самом центре Воронки, иначе местные обитатели обладали бы хоть какой-то информацией о подобном оазисе…

Чёрт возьми! Ведь это место по всем системным условиям идеально подходит для установки Радужного портала! Но портал здесь уже есть… Древний, стационарный и смертельно опасный. Так, может, всё-таки попытаться уничтожить не весь остров целиком, а лишь этот старый портал, после чего развернуть свой собственный? Тем более что этот портал — искажённый и официально выключенный из Системы. Но, хотя он и неактивен, функция самоликвидации у него может оказаться вполне рабочей. Главное, чтобы сохранился хоть какой-то административный доступ. Тарп или Акарх — статуса любого из них должно с запасом хватить для подобной диверсии…

Нет. Не может всё быть настолько «просто» и гладко. Скорее всего, это всего лишь…

— Какая интересная и многослойная иллюзия, — низкий, тягучий, словно расплавленный бархат, голос остановившейся рядом Мараны окончательно разрушил давящую тишину, подтверждая худшие подозрения. — Очень качественная иллюзия, задействовавшая колоссальную массу сил и ментальных способностей нашего врага.

Машинально оглянувшись, я с невольной теплотой скользнул взглядом по подруге, представшей во всей своей «боевой раскраске». Достигнув определённой ступени «эволюции», позаимствованное у Юлианны лицо демонессы больше не менялось. Вряд ли их двоих теперь можно было бы спутать даже с тяжёлого бодуна: черты новой Мараны приобрели хищную, отточенную резкость. Её красота стала более яркой, выразительной и вызывающе привлекательной, в полном соответствии с неукротимым духом суккубы. Высокую стройную фигуру плотно облегала приталенная куртка и штаны из качественной чёрной кожи, заправленные в сапожки. Завершала образ вороная грива волос, водопадом рассыпавшаяся по плечам, а также реявшая справа чуть выше головы и излучающая мощную энергию сфера-артефакт, пульсирующая свинцово-чёрным светом.

В трёх шагах позади Мараны сгорбленно замерла массивная фигура Риста, матово блестя ртутной кожей. Этот четырёхрукий и хвостатый прислужник с тяжёлым боевым трезубцем в одной из верхних рук ещё в Цитадели превратился в тень госпожи, так что вполне естественно, что появился вместе с ней.

Продлив взгляд за спину верного слуги, я несколько секунд молча смотрел, как через активированные маяки прибывает наше воинство, быстро и чётко выстраиваясь в рейдовые двадцатки.

Храмовые стражи в тяжёлой броне, «черепа» из возрождённых мертвецов, гибкие дриады с дреланами из альянса «Стрелы равновесия», лучшие воины кланов и альянсов Архипелага. Больше всего, что вполне естественно, прибыло коренных гхэллов с их любимыми массивными алебардами и могучими арбалетами. К зачистке Тёмной Звезды, по уже отработанной нами на Черепе Властелина схеме, были официально допущены все желающие рискнуть.

Народа здесь будет собрано куда больше, чем на том же Черепе — только для начала на остров прибыло пять сотен отборных воинов. Двадцать пять полноценных рейдов с опытными командирами и хилерами, роль которых за неимением лучших вариантов исполняли как дриады, так и несколько игроков с подходящими для лечения союзников магическими классами.

Да-да, внезапно выяснилось, что лекари в нашей локации всё-таки имеются, причём во вполне вменяемом количестве. Но местные кланы, состоящие в основном из «пришельцев», расчётливо придерживали их для себя и берегли как зеницу ока, стараясь не засвечивать перед Фортом и единолично пользоваться их редкими услугами.

Что ж, к этому моменту глашатаи Тарпа Старого и Акарха Терпеливого уже до всех доходчиво довели информацию о том, что просто отсидеться в стороне на этот раз не выйдет. Достойная награда будет ждать лишь тех, кто рискнёт сейвом в рейде на Тёмную Звезду. Все выжившие после завершения операции автоматически получат почётное место в Цитадели, а погибшие со сгоревшими сейвами окажутся в Списке с твёрдой гарантией возвращения в мир живых в самом ближайшем будущем. Семьи смельчаков тоже получат шанс на спасение.

Нет никаких сомнений, что самые хитрозадые дельцы так и не объявились, затихарившись на дальних островах. Кто-то банально не услышал призыв, кто-то не воспринял происходящее всерьёз, а кто-то просто трусливо проигнорировал надвигающиеся проблемы, предпочитая решать их чужими руками. Но на таких персонажей было глубоко плевать. Все мы сами куём свою судьбу. Время долгих уговоров и нудных объяснений безвозвратно прошло. Не захотели брать билет в светлое будущее по суровым расценкам — значит, вовсе обойдутся без этого самого будущего.

Как бы там ни было, а желающих поучаствовать в битве уже набралось больше полутора тысяч. На экстренном Совете в Цитадели мы решили две трети бойцов пока оставить в резерве, чтобы перебросить их по маякам при первой же необходимости. Ну и, кроме того, слишком большое войско, высаженное с ходу на остров, могло сверх меры насторожить Владыку. Я и так всерьёз сомневался, что стоит брать сразу пять сотен, и для разведки боем хотел поначалу ограничиться одним обычным рейдом, но Акарх Терпеливый умеет убеждать почище любого оратора. Маяк маяком, но пространственная связь может быть нарушена врагом в любой момент, ведь истинных возможностей Владыки никто не знает, особенно на этой, условно подконтрольной ему территории. Так что лучше иметь хотя бы пятьсот верных клинков сразу при высадке, чем не иметь вообще ничего. Против такого логичного аргумента возражать было попросту глупо.

Оглядывая прибывающее воинство, которое в блеске оружейной и доспешной стали растекалось по холму полноводными стальными ручьями, я почувствовал, как один за другим загораются многочисленные дополнительные маяки. Их оперативно устанавливали соклановцы, значительно ускоряя переброску новых групп бойцов. Подвластная мне сейчас сила в лице этих воинов… по-настоящему внушала. На душе чувствовался небывалый подъём. Чем бы в итоге ни обернулось это дело, но именно сейчас мы вершили историю всей локации. Просто не стоило забывать: чем больше жизней находится под твоим крылом, тем сильнее давит на плечи тяжесть ответственности за общую судьбу, что вполне закономерно.

Я снова перевёл задумчивый взгляд на далёкую, мерцающую линию водопадов за спинами воинов.

Зубоскал: «Хотел бы я знать, откуда Владыке заранее известно то, в чём я больше всего нуждаюсь».

Марана: «Ты бывал на самом Древе Смерти, причём неоднократно. — Демонесса на мгновение прикрыла глаза, её пальцы нервно дрогнули на рукояти кинжала. — Ты находился на его территории, где он наиболее силён. Не стоит удивляться: раз он сумел считать помыслы и сокровенные желания, то и подготовил эту ловушку специально для неосторожного Ключника».

Зубоскал: «Придётся нам всем сильно постараться, чтобы обломать ожидания Владыки и не обломать при этом наши собственные, но для начала с этой глобальной иллюзией нужно что-то делать. Я предпочитаю работать с реальностью, данной мне в ощущениях, а не вот с этим всем, качественно запудрившим нам мозг. Справишься с развеиванием?»

Марана: «А ты сам-то как думаешь, повелитель? — Она едва заметно усмехнулась, и в глазах вспыхнул опасный огонёк».

Демонесса всегда была девушкой деловой и предпочитала не сотрясать воздух лишними разговорами. Плотное, багровое энергетическое марево медленно потянулось из внешних уголков глаз Мараны, словно струйки тяжёлого дыма из только что раскуренной трубки. Багровая сфера над её плечом вдруг быстро и резко запульсировала, наливаясь мощью, а спустя пару секунд разразилась ослепительной призрачной вспышкой. Тысячи тонких красноватых лучиков-стрел стремительно унеслись во все стороны, целиком накрывая окружающую местность очищающим светом.

Такую способность Мараны мне до сих пор в реальном деле наблюдать не доводилось, хотя я прекрасно знал о её существовании и заранее встраивал этот козырь в общую тактику. Тот, кто мастерски умеет влиять на чужие умы, по определению обязан уметь выжигать аналогичные происки врагов, а суккуба — это далеко, очень далеко не рядовой боевой юнит. С каждым новым сражением, пройденным плечом к плечу, таланты раскрывались с совершенно неожиданных сторон. Сдаётся мне, что переселение в новое, совершенное тело лишь кратно увеличит её будущий ментальный, магический и даже физический потенциал.

Следуя за стремительно расширяющейся во все стороны призрачно-багровой волной «Инфернальной чистки», само пространство вокруг начало буквально линять. Наведённая видимость изумрудных равнин смывалась клочьями, словно застарелая грязь с пола под мощным напором выплеснутого ведра кристально чистой воды. Всего несколько томительных секунд — и фальшивые водопады вдалеке бессильно растворились в небытие вместе с фальшивым небом, обнажив нашему взору совсем иную, подлинную картину.

Очень нехорошего вида картину.

Равнины мгновенно почернели, а свет опасно потускнел, наливаясь свинцом. Под подошвами тяжёлых сапог вместо сочной травы-муравы чавкнула вязкая, жирная грязь, перемешанная с потемневшими от едкой гнили останками былой растительности. Мёртвая изнанка оказалась зеркальной противоположностью навязанной картинки, но это заставило меня лишь удовлетворённо усмехнуться и вновь цепко осмотреться по сторонам, впитывая изменившуюся действительность.

Да, вот с этим уже можно и нужно работать.

Марана: Несколько минут от меня толку не будет, ушла почти вся накопленная в Сфере энергия. Имей это в виду.

Зубоскал: Прекрасная работа, Мара.

Это действительно выглядело мощно. Одним сокрушительным ударом развеять настолько могучую иллюзию, влиявшую на множество чувств разом — зрение, слух, осязание и даже обоняние… Неудивительно, что демонесса одномоментно лишилась целого моря накопленных ментальных сил. Но сейчас важнее всего результат. Пока Марана будет восстанавливаться, бойцов для первичной обороны и зачистки плацдарма нам хватит с избытком.

Именно сейчас я всем телом ощутил местную угнетающую ауру, на которую паутина Печати Алана отреагировала запоздалой жгучей пульсацией. По лбу, щекам и шее словно хлестнули невидимые языки холодного пламени. Теперь стало предельно ясно, как именно «Аура Истощения» — ослабленный, но всё ещё смертоносный вариант «Ауры Смертного Истощения» — безраздельно властвовала на Острове Мертвецов. Ведь это только у меня краденый «Чёрный портал», даже задранный до четвёртого ранга, функционировал лишь короткий промежуток времени, что вполне логично: чужое и глубоко чуждое умение в руках жреца Алана, лишённое прямой подпитки от «материнской» стихии Планара Смерти, работало заведомо ущербно.

Зато здесь, на Тёмной Звезде, Главный Ушлёпок развернулся на полную мощь, умудрившись зафиксировать Чёрные порталы в качестве стабильных проходов и запустив прямо сквозь них побеги исполинского Древа Смерти, чем мгновенно преодолел чудовищные расстояния воздушной пустоты в сотни километров. Искренне надеюсь, что на бесчисленные кровавые жертвы, необходимые для подобного действа, пошли исключительно сами пожиратели…

Вдобавок ко всему, Владыка искусно замаскировал плотной иллюзией происходящее на острове от Стражей Бездны, что и позволило ему совершенно безнаказанно перекраивать реальность под свои нужды, а заодно тянуть щупальца экспансии через искажённые порталы на другие, потерянные Системой клочки суши.

Иначе как ещё объяснить тот факт, что окружающая местность прямо на глазах вдруг превратилась в пугающе знакомую картину, которую довелось видеть только на самом Древе Смерти? В отдельный, искажённый мир со своей собственной экосистемой? Слегка утешало лишь то, что уродливые чёрные шишковидные стручки, которыми после исчезновения иллюзии как по волшебству проросла равнина, здесь пока достигли лишь трёх-четырёх метров в высоту. Вместо стандартных пяти-шести, как на Ветке Древа Смерти. Надеюсь, это означает, что мерзость пока не вошла в полную силу. Об этом же свидетельствовало и то, что Семян эти побеги на себе пока не несли. Даже немного жаль — могли бы сразу знатно прибарахлиться без опасного похода в логово врага… Впрочем, время таких бесполезных вылазок закончилось. Да и сам факт был угрожающе тревожным: столь плотная поросль красноречиво свидетельствовала, что остров поражён побегами Древа на всю глубину.

В общем, классическая картина маслом: каждый Росток торчал из маслянисто-чёрной почвы примерно в десяти метрах друг от друга. Прибывшие бойцы, ведомые иллюзией, поначалу спокойно просачивались между ними, даже не замечая мастерски приготовленных засад. Точнее — не замечали, пока морок Владыки не схлопнулся, и подлинный лик Планара Смерти не предстал во всей отвратительной неприглядности. Оказалось, что никакой мягкой травы под ногами нет и в помине, а сапоги воинов с первого же шага от маяков месят вонючую жирную грязь, от которой за версту разило гибельными эманациями.

Кстати говоря, широкие полотнища водной глади между холмами никуда не делись. Вот только вода из прозрачной и на вид животворящей превратилась в мерзкую жижу ядовитых жёлто-зелёных оттенков. Целые озёра едкой субстанции. И целые океаны зловонных миазмов, пропитавших воздух настолько густо, что непривычного человека сразу пробивало на неудержимую тошноту.

Горад клятвенно уверял, что никогда раньше здесь не бывал.

Попробуй тут не поверишь, глядя на подобное непотребство собственными глазами. Горада в его нынешнем состоянии сюда никто и близко не допустил бы. Это же самое настоящее, концентрированное Царство Смерти. Если Остров Мертвецов хоть как-то сопротивлялся экспансии Владыки, сохраняя шаткий баланс между живыми и мёртвыми, то «погреб» нашей локации — Тёмная Звезда, куда не было доступа обычным игрокам, давно и безвозвратно прогнил насквозь.

Трудно было сказать всё-таки наверняка: то ли здесь Хранители не были предусмотрены самой Системой изначально — в отличие от того же Смотрителя или сурового Ледяного Мастера, заправлявших некогда на Острове Мертвецов. То ли, что в этих тёмных и прогнивших декорациях казалось мне куда более вероятным, местных боссов давно обратили в безвольное подобие Могильщиков на службе у Владыки.

Неизвестно, когда именно всё это рвануло бы, раскидывая смертоносные плети вверх и опутывая живые клочки суши эманацией тлена, но это обязательно произошло бы в самом ближайшем будущем. А значит, весь сектор Форта Бдительного был обречён задолго до появления в этом мире. Знал ли об этом Хорка? Вполне возможно, именно поэтому он и действовал столь решительно, не считаясь с потерями. И не распространялся об истинной опасности искажённых островов лишь потому, что не желал раньше времени сгущать краски и сеять бесполезную панику.

Можно сказать, что мы прибыли по нужному адресу с точностью гораздо выше ожидаемой. А можно сразу признать, что мы вляпались по самое не хочу в липкую и вонючую субстанцию. Пусть так. Отступать я не собирался. И даже более того, в самой глубине души разгоралась некая злая, почти первобытная потребность зачистить здесь всё под ноль.

Можно сказать, это наше великое счастье, что пока приходится иметь дело лишь с упрощённой «Аурой Истощения». Если бы пропускная способность Чёрных порталов оказалась хоть немного выше, мы могли столкнуться с полноценной «Аурой Смертного Истощения», которая срезала бы по проценту жизни, энергии и тонуса в секунду, как это было на самом Древе Смерти. Тогда наш рейд бесславно закончился бы, толком и не начавшись. Сейчас же «всего-то навсего» снизится восстановление здоровья и энергии на 70%, скорость реакции — на 50%, а общая эффективность всех умений — на 30%. Знакомо. С этим вполне можно бороться, благо баффов от умелых игроков и наших «ручных божеств» нам должно хватить. Ах да, также нас, возможно, ждут опасные игры со временем: для кого-то оно будет ускоряться или замедляться относительно Архипелага, что чревато перебоями в работе астральных маяков. Но это пока не точно, и лучше бы подобного вовсе не происходило.

Акарх Терпеливый оказался чертовски мудр, настояв на пяти сотнях опытных бойцов сразу при первой высадке. Посмотрим, как там в дальнейшем пойдёт дело с пополнениями из резерва, но и сейчас уже есть с чем работать. В общем, хватило нескольких секунд, чтобы оценить весь масштаб увиденного после исчезновения иллюзорной завесы. И правильные выводы сделал далеко не я один.

— К бою! — десятки резких приказов мгновенно разнеслись по всем тактическим рейдовым каналам связи.

Вся равнина вокруг зашевелилась. Прервав осторожное продвижение, бойцы изготовились к ударам холодным оружием и боевыми заклинаниями. И на то имелись веские причины: множественный, сухой треск лопающихся стручков заполнил пропитанный миазмами воздух. Пусть стояли эти побеги довольно разреженно, но если брать общую панораму равнины, то здесь их было не меньше нескольких тысяч штук. То есть в разы больше, чем нас. Радует, что это только рядовые пожиратели — безмозглые шатуны и склизкие трубочники. То обстоятельство, что твари не смогут моментально собраться в единый кулак из-за ландшафта, в данный момент играло нам лишь на руку.

— Сектора согласно плану! — зычный голос Акарха перекрыл сухой хруст лопающихся стручков. — Сил не жалеть, но расходники — строго под отчёт. Ориентир по центральному маяку. Север за мной.

— Беру юг, — коротко бросил Тарп, поправляя на плече тяжёлый ремень арбалета. — Храмовники Йеноху уходят со мной в усиление.

— Мой — западный, — Марана хищно глянула на Сферу, уже наливавшуюся багровым свечением восстанавливаемой силы. — «Черепа» тоже идут со мной, я их уже полностью сориентировала.

— Добро, я зачищаю восток. Нужно прощупать этот портал, пока нас не зажали. Работаем аккуратно, без лишнего геройства — мне нужны живые бойцы, а не новые записи в Списке, — скупо усмехнулся, чувствуя нарастающее напряжение предстоящей схватки.

— Храмовников Горэла придержи при себе и даже не пытайся спорить, — Акарх Терпеливый на миг обернулся, тяжело заглянув прямо в глаза. — Ты — наш главный козырь для финального хода, так что береги свою шкуру ради успеха всей операции.

— Тут он прав, Ключник, на тебе сейчас весь текущий расклад держится, — Тарп Старый согласно кивнул, сплюнув густую вязкую слюну в перемешанную с гнилью жирную грязь.

— Принято. В одиночку мы здесь всё равно долго не протянем, так что работаем только плотной связкой, — я коротко кивнул командирам, давая финальный знак к началу масштабного выдвижения. — Ну… погнали!

Всё было давно обсуждено и детально спланировано ещё в стенах Цитадели.

Тем более что вокруг, отбежав на несколько десятков метров для создания периметра, широкой цепью рассыпались соклановцы — в первую очередь весь наш «старый состав». Тикки Тара, Там Ина, Зик и Гуц давно уже не считали себя рядовыми членами «Стрел Равновесия», однако инстинктивно всё равно образовали отдельную сплочённую расовую группу. Также крепкой четвёркой держались друг друга Зелеакс, Юлианна, Тангар и Сидор. Чуть в стороне организованно встали новички из предпоследнего пополнения — Искра, Снафу Кусака и Роник, к которым тут же присоединился Люкас. Люди и гном-торбин довольно быстро нашли общий язык на почве профессиональных интересов. Отдельными парами расположились Джарук с низуши Чупа, связанные общим тёмным прошлым по Лунной Радуге, а также Майло с Убивашкой; пусть они и не добрались до прежних пятидесятых уровней, но и на своих текущих «сорок плюс» были способны продемонстрировать врагу весьма немалые возможности.

Свежих же новичков в отряде было уже куда больше, чем «старого» костяка — ведь всё воинство, отправленное по разным сторонам света, разделилось на четыре равные части, и в каждой группе оказалось примерно по шесть рейдов. То есть по сто двадцать закалённых бойцов на каждого командира сектора. И вот сейчас мои двенадцать десятков бойцов с потрохами принадлежали клану «Охотников». Минотавры, гхэллы, дреланы, дриады и представители прочих рас.

По приказу выдвинувшейся на свой западный участок Мараны рядом со мной также остался Рист. Если вдруг случится что-то из ряда вон выходящее, а астральные маяки окажутся заблокированы, демонесса мигом окажется рядом, просто поменявшись с прислужником местами благодаря «Инфернальному обмену». Мощный прием, проверенный нами в деле.

Внутри Цитадели остались лишь Алия с Ранилаком, да ещё Горад. Подозреваю, что сверх былого пятидесятого уровня Горад успел накопить прилично опыта, но вряд ли его закрома хоть в чём-то сравнятся с запасами Акарха, пробывшего в высшей лиге долгие десятилетия. Возможно, если бы несостоявшийся «властелин мёртвых» хорошенько поднапрягся и рискнул, то сумел бы быстро дорасти до сороковых уровней, но этот тип слишком сильно напуган Владыкой, чтобы лишний раз «светиться» в зоне его прямого внимания. Одной лишь мысли о неизбежной встрече лицом к лицу со своим поработителем было достаточно, чтобы погрузить пройдоху в состояние неописуемого, почти животного ужаса.

Да и куда предпочтительнее, чтобы он находился именно там, в Цитадели: под неусыпным присмотром Стражей Горад будет вести себя как шёлковый. Расщепить на атомы заносчивую пятидесятку для охранников — задача плёвая, а уж урезонить Горада в нынешнем образе тщедушного щенка им будет и вовсе на один укус.

Я криво усмехнулся мыслям.

Интересный момент выяснился перед отбытием — Магвай, как оказалось, такой же феноменальный везунчик, как и Юлианна. Смерть при том жертвенном размене на Острове Мертвецов оказалась для него самой первой за всё время. Успев благополучно возродиться, он не стал отсиживаться в тишине Цитадели, хотя вполне заслужил почётную «бронь», и сейчас что-то оживлённо обсуждал с эльфом Михонариумом. По прямому распоряжению Совета эльф был прикреплён ко мне для дополнительной охраны драгоценного тельца. Любопытный всё-таки тип этот Магвай. Мы все имеем право на маленькие скелеты в шкафах, пока это не мешает общему делу, так что пришлось всё-таки заставить его рассказать о главном таланте. Мне он ещё на том далёком острове, где мы впервые его повстречали, показался слишком удачливым для простого «алкаша». И теперь я вовсю ломал голову, где и как специфические способности использовать с максимальной выгодой.

С мрачным удовлетворением оглядев бойцов, я отдал короткую команду на выдвижение, и всё личное воинство ощетинившейся сталью и заклинаниями волной плавно потекло в заданном направлении.

Веселье наконец-то началось.

Осталось лишь выяснить на практике, кто именно будет смеяться последним.

Глава 28 Разведка боем

Верхом на Фурии, как ни крути, удобнее всего обозревать ставшую за несколько часов почти привычной панораму. Тем более что с верхушки очередной холмистой возвышенности вся диспозиция видна как на ладони, даже если не брать в расчёт активированное «Всевидящее Око». Тяжёлое дыхание дикоши мерно вздымало мощные бока, а запах разогретой шерсти и мускуса смешивался с едкой вонью окрестных болот.

Впереди, на пологим склоне, развернулась боевая формация масс-рейда из шести полноценных двадцаток. В воздухе непрерывно мерцало напитанное силой стихий оружие и гудели щиты первых шеренг, принимающие на себя основной напор. Гхэллы яростно рычали, люди кричали, выплёскивая вязкий боевой азарт; тяжёлые алебарды, мечи и топоры методично рубили остервенело размахивающих палицами шатунов, что накатывали одна за другой самоубийственными разношёрстными волнами. Арбалетчики из-за спин рукопашников целенаправленно выбивали трубочников, пытавшихся прикрыться коренастыми тушами сородичей. Не очень-то им эти прятки помогали — позицию для каждого столкновения мы старались выбирать повыгоднее, чтобы садить сверху закалённым железом наверняка.

По дельному совету бывалых гхэллов-командиров отдельные воины были специально назначены разносчиками; они без устали восполняли нехватку боеприпасов из Цитадели через методично устанавливаемые маяки, оперативно распределяя болты между стрелками. Что же до стратегических запасов, то несколько тысяч снарядов, предусмотрительно перенесённых из хранилищ перед началом операции, позволяли не экономить.

Я же сосредоточенно следил за оперативной обстановкой в целом. Вокруг нас с Фурией, не ввязываясь в общую драку, синхронно двигались плотной коробочкой храмовники, а соклановцы «старого состава» держались внешней цепью, образуя дополнительный охранный контур. Сталь доспехов негромко позвякивала в такт шагам, создавая иллюзию надёжности среди этого хаоса.

Ну и вишенка на торте — позади всех построений, сохраняя дистанцию в двадцать метров для оперативного простора, прикрывал лично Рист. Серебристо-ртутная фигура, ощетинившаяся четырьмя боевыми конечностями, замерла в постоянной настороженности, ни на секунду не отвлекаясь от поставленной Мараной задачи — охранять меня. Не меньше сотни шальных пожирателей всех видов — шатунов, трубочников, шаманов и даже парочку утилизаторов — он успел к этому моменту завалить лично, заменяя в одно рыло целый рейд-двадцатку. Абсолютное бесстрашие перед лицом превосходящего противника, потрясающая мобильность «Световых крыльев» и жуткая сила ударов «Пронзателя» делали его идеальным защитником.

Даже без дополнительных умений одним трезубцем, усиленным «Световым лезвием», он влёгкую рассекал любую броню, превращая псевдоживых тварей в окончательно мёртвых. С таким надёжным прикрытием практически не приходилось беспокоиться о тыле, сосредоточив всё внимание на векторе атаки и продвижении вперёд.

Повышенные меры безопасности оправдались уже не раз — то огромные жуки-утилизаторы внезапно выбирались из почвы в тылу, по которой вроде бы уже прошли отряды, то отдельные диверсанты-пожиратели выныривали из непромороженных участков грязевой жижи, в режиме «утопленников» дожидаясь «минуты славы». Каждый такой прорыв сопровождался резким запахом сероводорода и хлюпаньем разверзающейся земли.

И вся эта мерзость рвалась по большей части именно ко мне, практически игнорируя остальных воинов. Вроде бы и метки Смерти давно нет, а всё равно твари чуют главного виновника вторжения. Скорее всего, ориентируются исключительно на ауру силы — ведь никого сильнее меня в масс-рейде попросту нет.

Необычное это чувство — ощущать себя одним из сильнейших существ локации. Прямо распирает изнутри от осознания собственной значимости, позволяя смотреть на окружающий мир свысока, через прорезь шлема.

А если без шуток, то пока это не имело решающего значения — ну, рвутся и рвутся, всё равно шансов у монстров против организованного рейда почти никаких. Воинство Владыки сильно лишь числом и полным отсутствием инстинкта самосохранения, но фатально слабо в тактике, предпочитая решать все вопросы грубыми мясными штурмами. Если в распоряжении бесконечное число рабов, безропотно выполняющих любые пожелания, а их убыль легко восполнима, это имеет смысл. Тем более что трупы павших врагов послужат отличным материалом для ускоренного возрождения новых поколений.

Но сейчас тактика мёртвых почти вчистую проигрывала выверенной стратегии живых.

В подавляющем большинстве случаев масс-рейд справлялся самостоятельно, в роли же стихийного бедствия мне приходилось выступать лишь в те редкие моменты, когда воины не успевали охватить всех врагов одновременно. В таком случае на лишнего жука обрушивалось разъедающее облако усиленной «Иллюзией совершенства» «Мглы Бездны» (4+1), накрывая участок местности диаметром метров тридцать. Жуткое марево растворяло закованного в крепкий панцирь врага вместе с наспинным оружием, точно снег в кипятке, оставляя после себя лишь шипение и вонь кислоты. Если «Мгла» оказывалась в нужный момент в откате, жук получал парализующий удар «Душелова» (5), после чего энергия буквально выпивалась из превращённого в агонизирующую статую существа, подпитывая одновременно как питомцев, так и окружающих воинов. Силой стали и заклинаний тварь быстро превращалась в очередное воспоминание, а воинство целеустремлённо двигалось дальше, к намеченным рубежам.

И до сих пор я не задействовал никаких усилителей, не желая демонстрировать потенциальным наблюдателям Владыки истинную мощь. Честно говоря, сам пребываю в догадках на этот счёт, несмотря на испытания на острове Черепа Властелина и ту битву с Червём. После усиления Пантеоном параметры снова увеличились скачком, их истинный предел только предстояло нащупать.

Зато остальные соклановцы ничуть не стеснялись в применении самых разрушительных сил. Они с яростным азартом раз за разом отрабатывали на врагах боевые навыки, впитывая хлещущие потоки системного опыта. Именно ради этого взрывного роста характеристик и стремительно заполняющихся шкал развития многие и рвались в первые сотни для «разведки боем». Желание стать сильнее здесь и сейчас перевешивало любые опасения, заставляя бойцов вгрызаться в ряды монстров с удвоенной энергией, пока Фортуна и Ключник обеспечивали эту возможность.

Воздух над чёрной равниной густо пропитался едкой маслянистой взвесью, заменявшей пожирателям кровь…

О, лёгок на помине.

Очередной хитрозадый утилизатор как раз в этот момент решил выбраться наружу из толщи подмороженной заклинаниями почвы. Причём полез из земли именно на участке между передовыми отрядами и охранным построением, в центре которого находился я. Всего десяток метров свободного пространства, но для массивного стремительного жука и этого было в избытке.

Я всегда наготове в такие моменты, но вмешиваюсь только в крайнем случае, при возникновении непредвиденных осложнений. Боевой опыт ребятам сейчас нужен куда больше; не все достигли заветной отметки в пятьдесят уровней, да и слаживанию отряда лишний раз мешать не стоит. Тем более что парни с девушками и без моей помощи справлялись весьма лихо, любо-дорого посмотреть. Честно говоря, даже приятно руководить такой силой, для разнообразия не изображая из себя подушечку для булавок в соло-режиме. Как говорится, можно вечно смотреть на три вещи: как течёт вода, как горит огонь и как вместо тебя профессионально вкалывают другие.

Как только пропитанная гнилью почва лопнула, выворачиваясь наружу чёрными пластами и распространяя зловонное облако миазмов, из ямы показалась массивная морда в пару метров диаметром. Поверхность головы была гладкой, словно отполированный булыжник — грязь к жуку почему-то совершенно не приставала. Вид этих опасных и крайне сильных тварей, способных за секунду разрубить любого замешкавшегося воина надвое, давно никого не пугал — пообвыклись. Сколько уже прикончили к этому моменту — три десятка или больше? Вот и сейчас раздавшийся в стороны на угрожаемом участке народ был полностью готов к встрече.

Не устаю любоваться действиями дриад, ну и самими дриадами тоже, само собой. Сияющие изумрудами выразительные глаза, вьющиеся на ветру серебристой листвой волосы, стремительные и грациозные движения гибких, женственно-изящных фигурок — контраст с местным убожеством был разительным.

Ядовито-зелёная вспышка посоха Тикки Тары ударила «Хваткой природы», и вокруг жука, вырываясь следом из ямы и оплетая зазубренные в сочленениях лапы, взметнулись толстыми древесно-бурыми канатами плети ядовитой лозы. Рядовых пожирателей такие отростки ломали на раз, в клочья раздирая плоть вместе с древесными доспехами, но утилизатор оказался слишком крепок для этого заклинания. И слишком силён. Последовал мощный рывок, и плети затрещали, лопаясь отдельными волокнами под натиском могучей туши. Но даже эти несколько секунд промедления обошлись монстру дорого, так что задачу умение дриады выполнило сполна — вмешательства Там Ины, страховавшей подругу, не потребовалось.

Вперёд уверенно шагнул Зелеакс, заставив парочку воинов перед ним поспешно отойти в стороны, чтобы дать простор для манёвра. Прямая осанка, смуглое спокойное лицо, невозмутимый взгляд — с каждым днём в «Охотниках» демонолог всё больше становился незаменимой боевой единицей. Костяное навершие на длинном посохе буквально ожило; зрачок вспыхнул сиреневым сиянием, и дымка «Вязкого тумана» дрожащим облаком вспухла вокруг жука, мгновенно впитавшись в непробиваемый панцирь.

Жук был огромной тварью: бугристое тело данного экземпляра достигало семи метров в длину и около четырёх в высоту. Однако против изощрённой магии демонолога, бьющей по самой энергетической сути врага, исполинский размер не помог.

Жахнуло знатно!

Заклинание «Обжигающего жара» активировалось прямо внутри туши утилизатора. Огненный вал гулко ударил изнутри, и нестерпимый жар вместе с ошмётками дымящейся плоти выплеснулся из всех «природных» щелей панциря, обдав шеренги воинов волной сухого зноя. В короткой и яростной предсмертной агонии создание Владыки ещё несколько раз судорожно долбануло вокруг себя массивными лапами, пытаясь достать хоть кого-то из ненавистных врагов, но лишь зря сотрясло почву. Затем исполинская туша тяжеловесно рухнула на самое дно развороченной ямы, исходя жирным чадом догорающих останков.

Ожидаемо, что на этом сюрпризы не закончились.

Чуть позади первого поверженного утилизатора один за другим вспухли сразу два гнилых холма, обозначая скорое появление новых врагов. Жирными пластами взметнулась в воздух чёрная земля, две безглазые жучиные морды деловито высунулись наружу. Если на первом поверженном жуке не было никакого оборудования, то на широких спинах этой парочки проявились угрожающе опасные приспособления. Они напоминали громадные каменные горшки с метровым жерлом, уложенные на бок и буквально приращённые к панцирю сетью чёрных узловатых корней.

— «Цветки Смерти»! — предупреждающе крикнула Искра, на долю секунды среагировав раньше всех остальных и вскидывая посох. — Разбиваем установки немедленно!

Как говорится, раз уж официально назначили заместителем — изволь соответствовать, и пиромантка очень даже соответствовала статусу, вовремя сняв с плеч необходимость в лишних распоряжениях. Да и как самостоятельная боевая единица она была весьма сильна, но сейчас черёд действовать наступил не для неё.

Подобные встречи на Тёмной Звезде случались уже неоднократно, и действия бойцов были отработаны до автоматизма. Чтобы сразу «вырвать зубы» опасному противнику, требовались сильные и точные удары по самим установкам. При всей физической мощи эти здоровенные создания мало что могли противопоставить объединённой силе масс-рейда. Тем более — оставшись без поддержки мелких пожирателей, волну которых как раз методично добивали передние шеренги.

Для решения проблемы хватило всего двоих: Зик и Гуц, похожие друг на друга словно близнецы, в привычной лаконичной манере предпочли действовать без лишних слов. Моментально разобрав цели, дреланы приняли характерные устойчивые стойки, одновременно поднимая тяжёлые гарпунные копья. Ослепляюще-синие наконечники вырвались из утолщений на древках и, распространяя в полёте ощутимую ауру силы «Разрывателя сути», мгновенно пронзили пространство и с громким хрустом впились в «каменные горшки». Громовой взрыв! Вспышки разнесли биологические орудия в хлам, заставив окружающих воинов привычно прикрыться щитами от разлетевшейся во все стороны каменной шрапнели.

А затем соклановцы всей массой навалились на обеих дезориентированных тварей. Ударили высверки, шипение и сухой треск множественных заклинаний, следом рванули милишники, с коротким замахом вскидывая тяжёлые топоры и алебарды. Лишь арбалетчики полностью проигнорировали эти две здоровенные цели, продолжая хладнокровно отстреливать пожирателей «пожиже», чья лёгкая броня совсем не спасала от бронебойных болтов. Жуки и крякнуть не успели, как их заживо похоронили в собственных ямах, под корень обкорнав мощные лапы и раздолбав крепкие панцири.

— Это чтобы вам жизнь нектаром не казалась! — с комично кровожадным выражением на кукольной мордашке крикнула наблюдавшая за расправой Кроха, басовито жужжа всеми шестью крылышками над правым ухом. — Правду я говорю, Фури?

— Рррмяув! — утробным басом рыкнула дикоша, полностью одобряя воинственный настрой подруги и больше всего на свете желая сейчас не околачиваться подо мной, а рвать и метать врагов в самой гуще сражения. Ну прости, родная, кому-то в этом рейде и «лошадкой» работать приходится, успеешь ещё когти об их панцири затупить…

На этом зачистка заваленного трупами склона закончилась, и передовые шеренги, оперативно восстанавливая нарушенный в схватке строй, уверенным и неспешным шагом двинулись к очередной преграде.

Обернувшись назад, Искра на миг поймала взгляд сквозь прорезь шлема и, получив едва заметный подтверждающий кивок, отдала новый приказ.

За считанные секунды всё небо впереди затянуло грозовыми облаками. Сразу в нескольких точках закрутились мощные воздушные воронки, с утробным рёвом опуская свои насыщенные стихией Холода хоботы прямо вниз. Попадать под такой удар — верная смерть для любого бойца, так что в этот момент шеренги синхронно замерли возле береговой кромки. За ней разливалась мутная кислотная жижа, разделяя соседние пологие холмы проливами шириной в несколько десятков метров.

Почуявшая присутствие на той стороне орда из многочисленных шатунов и трубочников уже вовсю неслась навстречу, без малейших колебаний бросаясь в это самое болото. В своей безрассудной ярости твари стремились добраться до бойцов и перебить всех до единого. Самим пожирателям агрессивные свойства жижи не причиняли заметного вреда, и болото глубиной всего по колено они преодолевали без затруднений, громко разбрызгивая нижними конечностями ядовитую дрянь.

Проблема переправ через такие препятствия коротким мозговым штурмом была решена ещё в самом начале операции. В каждой рейдовой двадцатке нашлось минимум по одному-двое погодных магов. С их помощью мы сумели быстро обратить препятствие в тактическое преимущество. Оперативно была определена очерёдность, чтобы стихийные удары шли один за другим ровно, не образуя паузы для безнаказанных контр-бросков противника.

По идее, для общего веселья можно было бы выдернуть из Цитадели Ранилака, как одного из самых сильных погодников, но пока отряды вполне справлялись и без его участия. За Цитаделью Феникса тоже нужно было кому-то присматривать в ожидании новой волны пустотников, которая могла случиться в любой момент.

В общем, в череде непрерывных схваток мы максимально приблизились к нужной точке, методично превращая по пути как саму территорию, так и подобные проливы между холмами в почти безопасную дорогу.

Дорогу, густо усеянную трупами и обломками врагов.

Утомительно? Возможно. Медленно? Безусловно. Зато методично и предельно осмотрительно.

Вот и сейчас: как только воронки Холода коснулись вязкой жижи, её поверхность словно вскипела… и тут же застыла причудливыми кольцами, почти мгновенно промороженными насквозь. Границы оледеневшей зоны стремительно расширялись, намертво останавливая рвущихся навстречу пожирателей. Сковывая нижние конечности, заклинание заставляло тварей беспомощно застывать на месте, а затем холод полностью превращал тела в неподвижный лёд.

Как только ситуация достигла необходимой стадии, я кивнул Крохе, и малявка с азартным воплем унеслась вперёд жужжащей золотистой кометой. Её задачей было расставить по углам ледяного коридора тотемы с «Эфирным безмолвием», блокирующие любое применение вражеских умений. На шальные стрелы трубочников и беспорядочные замахи Кроха почти не обращала внимания. Уворачивалась от атак с такой бесшабашной лихостью, что все вражеские выпады безнадёжно запаздывали. Пара минут напряжённой работы, минус шесть расходных кристаллов, и задача выполнена безукоризненно. После чего Кроха с такой же скоростью устремилась обратно, не желая надолго оставлять меня без бдительного и неусыпного присмотра.

На ставшую уже безопасной твердь широкой цепью уверенно двинулись воины ближнего боя, за ними — шеренги стрелков, а после — плотная коробочка из храмовников и «старой» гвардии со мной в центре. За считанные секунды мощные и точные удары превратили окоченевшие фигуры врагов в россыпь ледяных осколков. Для экономии энергии воины старались в основном действовать лишь напитанным магией холодным оружием.

Зубоскал: Кроха, а такое дикое количество сожранных кристаллов на тебя в плохую сторону не повлияет? Сколько уже слопала за сегодня? Пару сотен? Мне аж не по себе становится… Такое ощущение, что вскоре потолстеешь размеров этак на десять и округлишься со всех сторон… Жутковато даже представить тебя в виде летающей тыквы. Светящаяся тыква в платьице и с крылышками… Как же это теперь развидеть-то?

Фейри, как раз в этот момент вернувшись ко мне, с размаху опустилась на вовремя подставленную ладонь и звонко топнула крохотной ножкой по металлу перчатки, всем видом выражая искреннее возмущение.

Кроха: Отстань, босс!!! Тотемы сами себя не установят, на это куча энергии нужна, а энергия… А что вообще такое тыква? Ах ты… Что это за неприличные образы у тебя в голове крутятся⁈ Сам ты тыква! Я тебя сейчас как пну за такое сравнение! Нет, Фурия тебя отпинает! Мы вдвоём тебя отпинаем! Да так качественно, что шевелиться неделю не сможешь! Вот!

Зубоскал: Хмм… меня? Своего лучшего друга и защитника? Прямо вижу картинку, как вы вдвоём стоите над моим бездыханным телом и льёте горькие слёзы… Хотя Фурия ведь не умеет лить слёзы, наверное, будет меня печально жевать, чтобы добро зазря не пропадало…

— Ры-аррр… Мя? — Фурия вопросительно повела ушами, не сводя пристального взгляда с шевелящейся груды хитина под лапами.

— Не слушай босса, мала ты пока такие вещи слушать, — Кроха назидательно погрозила Фурии крохотным пальчиком. — Лучше вот того пожирателя окончательно успокой — кто-то из наших явно не добил, видишь, ножкой всё ещё дрыгает? Давай, наступи на него тяжёлой лапкой. Ах ты моя хорошая, так его, прижми посильнее! Вот, уже и не дрыгается. И не вздумай его жевать, сколько раз повторять: не тяни в рот всякую пакость!

Развлекались мы в основном в личном канале связи, стараясь не забивать эфир лишним шумом. Незачем было лишний раз смущать умы окружающих воинов странными разговорами. Копившееся нервное напряжение требовало хоть какого-то выхода, вот и тянуло поневоле на всякие сомнительные шуточки ради элементарного сброса пара. Не каждый же день выпадает сомнительная честь разгуливать по территории самого Владыки Древа Смерти, словно по собственному заднему двору. Ну, по крайней мере, сам Владыка наверняка пребывает в полной уверенности, что эта проклятая земля целиком в его власти. А мне вот очень хочется рассчитывать, что он фатально ошибается и наше вторжение в увенчается успехом.

Нашим общим успехом.

Когда морально готов к тому, что события в любой момент могут пойти по самому худшему сценарию и сектор Круга будет попросту аннигилирован вместе со всеми обитателями — разумными и не очень, защитниками жизни и порождениями тлена, — то на излишний оптимизм просто не имеешь права. Упираться лбом в одну лишь безоговорочную победу и строить все планы, исходя исключительно из радужных перспектив… Нет, это путь в никуда. Разумнее быть гибче, всегда оставаться готовым к тому, что идеальный план пойдёт прахом, и действовать по ситуации.

Да, всё внутри яростно противилось таким мыслям, но я отчётливо осознавал: исключать нельзя абсолютно ничего. Даже того, что и сам могу здесь окончательно погибнуть, несмотря на читерные страховки и божественные покровительства. Без меня Цитадель, скорее всего, выживет — об этом позаботился заранее, — но локация в Архипелаге точно будет безвозвратно утрачена, так как драгоценное время окажется упущено.

И в таком безрадостном случае останется лишь одно — эвакуировать всех, кого только сможем и успеем вытащить, а потом начнётся долгий поиск путей, как с этого осколка выбраться в другой мир. Пути обязаны существовать. Возможно, их будет чертовски непросто отыскать, но они точно есть. Тем более что теперь появилась призрачная надежда добыть полезную информацию через Торговца. И всё же эта дикая неопределённость, заставлявшая спешить и действовать почти наобум, давила на психику. Неудивительно, что я чувствовал себя злым и раздражённым. Да тут любой на моём месте быстро превратится в мизантропа, если обстоятельства так же плотно прижмут со всех сторон, не давая продохнуть.

Пока что весь этот негатив удавалось успешно сублимировать в дурацкие шутки — это в любом случае лучше, чем срываться на всех и каждого по любому поводу.

Меня никак не отпускала навязчивая мысль: если бы угодил сюда в самом начале пути на Небесном Архипелаге, на тридцатом уровне, то картина непрерывно несущихся со всех сторон волн, а иногда и целых лавин из кошмарных тварей, мгновенно ввергла бы в ступор. Жизнь в таком раскладе измерялась бы жалкими секундами, и никакой «Абсолют» бы не спас. Разве что отсрочил бы неизбежную гибель на пять секунд неуязвимости, которые он тогда собой представлял.

Зато сейчас мне глубоко плевать как на общее количество противников, так и на их конкретный вид. Ладно, признаюсь, немного приукрашиваю действительность — на самом деле не совсем уж плевать… Но и в панике скрипеть зубами от того, что эта прущая изо всех щелей многорукая и многоногая пакость никак не желает заканчиваться, точно не собираюсь.

Просто очередной рабочий момент.

И, соответственно, как формальному лидеру всего этого вооружённого бедлама, мне полагалось выглядеть абсолютно спокойным. Должен был подавать пример стального самообладания остальным воинам, несмотря на то, что до истинного спокойствия в душе было как до Луны. Если всё же ошибся в оценке наших общих сил и скрытых возможностей, мы все останемся здесь навечно, ведь истинный потенциал Владыки нам до сих пор толком не известен.

То, что эта Тварь — по-настоящему могущественное и древнее существо, сомнений не вызывало. Долбанёт в решающий момент какой-нибудь адовой штукой, о которой раньше в локации никто и не слышал, — и поминай как звали всё наше доблестное воинство. Вытаскивать из системного Списка будет уже попросту некому. Повторяюсь в своих опасениях, конечно. Но ведь и смертельная опасность никуда не делась, лишь густела и нарастала с каждым пройденным километром, с каждой новой минутой ожесточённых схваток. Невозможно не думать о последствиях, когда фигурально ходишь по самому краю бритвенно-острого лезвия.

Тарпу Старому за всю его долгую бытность Видящим пересекаться с Владыкой Древа Смерти лично как-то не довелось, и он об этом ничуть не жалел, прекрасно помня, что произошло с Акархом Терпеливым при подобном столкновении. Акарх же о конкретных способностях Владыки, с которым он рубился насмерть хренову тонну лет назад… ровным счётом ничего не помнил. При принудительном перерождении в безвольного мертвяка память о той роковой битве словно выжгло калёным железом.

Владыка тщательно позаботился о том, чтобы ни одно живое или неживое существо в локации не имело ни малейшего представления ни о его истинных лимитах, ни о возможных уязвимостях. Обратная операция, проведенная нами и вернувшая Акарха в мир живых, хорошенько прочистила память от налёта тлена, но ему удалось вспомнить подробности жизни лишь до момента того рокового столкновения. К нему даже полностью вернулись прежние умения Видящего, но огромная лакуна со схваткой так и осталась навсегда утраченным куском прошлого.

Даже Горэл Воитель и Йеноху Охотник за всё время существования в этой локации предпочитали не сталкиваться с Врагом лоб в лоб. Они владели лишь общими сведениями о возможностях Владык подобных Древ, а также твёрдо знали: у каждого такого Владыки в арсенале припасены уникальные трюки. Эти козыри обычно приберегаются как раз для таких генеральных сражений — когда на карту поставлено абсолютно всё.

Несмотря на завесу тайны, самое главное оружие Владыки нам всё-таки было известно — его чудовищные, подавляющие волю ауры. Аура Истощения, Смертного Истощения, Мерзкого Истощения, Подавления, Объятия Смерти и прочая убийственная магическая гадость. Тварь с могуществом такого масштаба никогда не разменивалась на одиночные точечные удары, предпочитая сразу бить по огромным площадям. Чтобы наверняка, чтобы никого не упустить, как бы тщательно жертва ни пряталась. И пока что нам откровенно везло: обычную Ауру Истощения мы переносили вполне сносно. Разве что отдых и восполнение магической энергии требовались бойцам чаще обычного, но для решения этой насущной проблемы имелась Кроха, закрывающая брешь своими уникальными тотемами.

Лично мне сердце грел один важнейший факт, который я из прошлого Акарха осознал лично: когда-то, в седую древность, Акарх Терпеливый, погибая, всё же сумел нанести Владыке фатальный удар. После той раны Тварь очень долго зализывала раны в тени и решилась на второй масштабный заход только сейчас, когда в секторе наконец-то появился Ключник. А из этого логически следовало, что её всё-таки реально одолеть. Тем более теперь, когда мы пришли за его тёмной душонкой с куда более внушительными силами, чем те, которыми когда-то располагал Акарх.

Воины масс-рейда к этому моменту настолько втянулись в процесс зачистки, что их боевой дух мало что могло серьёзно подорвать. Разве что внезапное появление противника, о которого их возможности разобьются вдребезги. Сейчас же напролом пёрли самые обычные твари, лишённые даже зачатков инстинкта самосохранения. Таких мы уже досконально изучили и выработали эффективный подход к их массовому истреблению.

Стручки Древа вокруг давно опустели на многие километры, и теперь вражеские подкрепления — потоками, ручейками и полноводными реками — стекались к нам с разных сторон. Подтягивались из далёких далей, представляя собой разношёрстные по составу и количеству, слабо организованные толпы.

Да, в целом мы справлялись неплохо… но уже подспудно чувствовалось, что сил становится как-то маловато. Противника меньше не становилось, а лимиты и магические возможности отрядов были далеко не бесконечны. Не всегда атакующие умения успевали вовремя откатываться, и всё чаще бойцам приходилось рубиться стенка на стенку в глухой обороне, дожидаясь, пока восстановившаяся магия заклинателей наконец-то сметёт очередной затор. Именно в таких яростных зарубах резко повышался критический шанс того, что кого-нибудь из парней порвут на запчасти раньше, чем соратники успеют прийти на помощь.

И рвали. К сожалению, не всегда удавалось спасти каждого. Потери, пока ещё относительно небольшие в масштабе армии, всё-таки неуклонно нарастали.

Тем не менее пока что нам приходилось «держать фасон» и сохранять видимость полного контроля.

Всех выбывших воинов мы оперативно заменяли на свежих из резерва через новые астральные маяки, так что общая численность активных масс-рейдов оставалась на прежнем уровне. Мы всё ещё надеялись, что Владыка всё же соизволит лично прибыть на остров, чтобы окончательно рассчитаться за всё хорошее. Увеличение численности отрядов прямо сейчас могло его преждевременно насторожить…

Возможно, мы слишком сильно зациклились на этой мысли, но пока решили твёрдо её придерживаться. На всякий случай, чтобы сохранялось некое статус-кво. Какой бы запредельной силой ни обладал Главный Мертвяк, пять сотен воинов — это всё же куда меньше, чем полторы тысячи максимально возможного подкрепления. А вот когда Владыка явится за моей головой лично, тогда и посмотрим, чьи планы на этот мир окажутся более реализуемыми. И не является ли текущее преимущество… всего лишь очередной красивой иллюзией?

Глава 29 Жертвенный погост

В целом продвижение моего персонального масс-рейда выглядело следующим образом. Первыми по набегающим со всех сторон волнам, насчитывающим сотню-другую рыл, наносили сокрушительный удар маги. Стараниями Зелеакса и ему подобных кудесников на головы гадов обрушивались каскады огня, ледяное крошево и всякая разъедающая, ядовитая хрень. Следом воины всех мастей, работая как дистанционно, так и в рукопашную, методично добивали то, что умудрялось удержаться на ходулях и пыталось огрызаться, окончательно зачищая захваченный пятачок земли.

В основном на нас пёрли рядовые шатуны и трубочники. Изредка среди серо-чёрной массы мелькали шаманы, размахивающие посохами и накидывающие смертоносные ауры локального разлива. Примерно с той же частотой, с хрустом проламывая почвенную корку, на поверхность выбирались тяжеловесные утилизаторы. Некоторые из этих бронированных жучар несли на спинах магические орудия — те самые Цветки Смерти, которые на моих глазах выкосили море народа на территории бывшего Форта.

Именно поэтому зачистка острова велась сразу по нескольким направлениям. Требовалось лишить артиллерию пожирателей возможности нанести удар в самый неподходящий момент, когда разгорится финальная, наиболее жаркая схватка. А в том, что она неизбежна и будет по-настоящему кровавой, никто не сомневался.

При виде жуков-пушек у воинов просыпался прямо-таки нездоровый азарт. На утилизаторов наваливались совместными усилиями столь яростно, что время их существования, несмотря на внушительные габариты, измерялось считанными секундами. На фоне этих гигантов даже самые могучие бойцы выглядели мелкими, едва родившимися щенками, но суры рвались вперёд, не считаясь с потерями. Стоит позволить такой твари сделать прицельный залп — и жертв станет в разы больше, причём потерь окончательных, лишающих шанса на возрождение без специфических ухищрений Ключника.

Нашему крылу везло куда больше, чем остальным группам зачистки. Клановое воинство, на первый взгляд казавшееся разношёрстным, на деле обладало куда более гибким арсеналом методов нападения и защиты. Местные бойцы-гхэллы, составлявшие костяк прочих рейдов, были сильно ограничены в выборе расовых умений и вооружения.

Возглавляемый Мараной отряд к текущему моменту потерял лишь два десятка бойцов, и в этом была прямая заслуга личной мощи суккубы. Огненные шторма, с рёвом срывающиеся с её боевой сферы, не оставляли шансов порождениям Древа, которые органически не переваривали пламя пуще всех остальных стихий. А вот Тарп Старый и Акарх Терпеливый едва не лишились трети составов — всё-таки нарвались под залпы замаскированных утилизаторов, атаковавших из ловчих ям. Горький урок был усвоен мгновенно, а выбывшие бойцы оперативно заменились свежими силами, дожидавшимися очереди в Цитадели.

Разведка в условиях физики Архипелага — та ещё головная боль. Местные аномалии не позволяли запускать над территорией ничего летающего, а Всевидящего Ока, несмотря на пафосное название, катастрофически не хватало даже несмотря на то, что доступ к наблюдению был открыт всем Предводителям. То, что затаилось в толще земли под прикрытием Ауры Истощения, сверху не разглядишь. Да и удерживать концентрацию при работе с Оком — задача не из лёгких: стоит переборщить с нагрузкой, как голова начинает буквально раскалываться. Мозг попросту не справляется с потоком данных без предварительной адаптации, на которую у нас катастрофически не было времени.

В итоге Предводителям пришлось перестраивать порядки на ходу: разгонять воинов широкой цепью, разбивая на обособленные двадцатки, и выставлять магические щиты. Утилизаторов теперь снимали издалека — в ход пошли тяжёлые арбалеты, заряженные магическими болтами. Если не удавалось сразу прикончить саму тушу, то уничтожали орудие на спине, которое особой прочностью не отличалось. А после в дело вступала пехота, и от жуков оставались лишь разбросанные запчасти — лапы отдельно, панцири отдельно.

Моему рейду действительно дышалось легче прочих, хотя самые плотные и «жирные» волны врагов из-за направления на Искажённый Портал пёрли именно на нас. Едва маги и воины отрабатывали по очередному сектору, в игру вступала Кроха. Малышка споро раскидывала тотемы с «Оазисом жизни» для восстановления маны и кратковременной передышки.

Отдых этот, разумеется, был весьма условным. Атаки пожирателей не прекращались ни на минуту, просто после зачистки основного вала наступало короткое затишье. Пока часть бойцов сдерживала вялые наскоки одиночек и собирала кристаллы сущностей вместе с уцелевшими болтами, остальные лихорадочно латали доспехи и лечились. Те, у кого в снаряжении имелись свободные слоты под вспомогательные чары, меняли отработанные расходники. Затем следовал очередной рывок вперёд по отработанной схеме: бросок, зачистка, сбор трофеев, восстановление.

И так далее.

Вновь и вновь.

Бесконечный цикл.

От затеи отправить Кроху через маяки на помощь соседям быстро отказались. Маленькая фейри физически не успевала разрываться между всеми участками фронта, а поддерживать больше определённого количества тотемов на таком удалении друг от друга было выше её сил. В итоге Кроха осталась окучивать главное направление. Жаль, что Материнский Алтарь не успел наплодить таких помощниц для каждого рейда, но время — ресурс невосполнимый.

По сути, нам до сих пор сопутствовала удача лишь потому, что лезущие из Стручков пожиратели были слишком тупы для скоординированных действий. Опыт реальной войны у них отсутствовал напрочь, а на одних инстинктах далеко не уедешь. Мало сжимать в когтистой лапе палицу, нужно ещё понимать, под каким углом её опустить, не подставившись под встречный выпад. Пожиратели же атаковали без затей. Древо Смерти не предусматривало для слуг инстинкта самосохранения, делая ставку на массовость и скорость восполнения «юнитов». Задавить числом, навалиться псевдоживой массой, пустить врага на переработку и вырастить новые Стручки — вот и вся нехитрая стратегия Владыки.

Однако имелась у врага и элита, способная не только тупо бросаться на мечи, но и планировать ходы. Для активации по-настоящему опасных способностей существовали Ревуны. Именно этих тварей Предводители высматривали с особым рвением, чтобы в случае появления немедленно перебросить резервы для ликвидации. Заминка означала горы трупов. Было даже подозрительно, что до сих пор ни один Ревун не показался на горизонте, хотя мы зачистили уже добрую сотню квадратных километров. Это обстоятельство ощутимо давило на нервы, заставляя командиров раз за разом возвращаться к обсуждению в чате. Никто не сомневался: когда эти драные Ревуны вылезут, они сделают это скопом, и тогда нам придётся по-настоящему несладко.

Итак, несколько часов непрерывных, выматывающих схваток остались позади.

И наконец перед нами вырос тот самый холм, где, согласно данным разведки, находился Искажённый Портал.

Судя по картинке с Всевидящего Ока, возвышенность напоминала по форме обгрызенный кирпич: пять километров в длину и около двух в ширину. Всё это пространство, окаймлённое проливом с ядовитой жижей, можно было смело называть гигантским минным полем.

Именно здесь нас поджидала основная масса засадных сил, до поры скрытых как от прямого взора, так и от магического сканирования.

Как только передовые шеренги выбрались на предварительно промороженную почву островка и начали разворачиваться в защитное построение, Фурия вынесла меня на сушу. Придержав дикошу, я внимательно всмотрелся в открывшуюся панораму — и обычным зрением, и через Око. Обострившиеся чувства так и вопили об опасности.

Финальный акт.

К нему стоило подготовиться с особой тщательностью, раз уж Владыка медлил с реакцией и давал нам время. Хотелось верить, что враг совершит ошибку и позволит нанести завершающий штрих. Все понимали: настоящая жара начинается только сейчас. Всё пройденное ранее было лишь затянувшейся разведкой боем, несмотря на тысячи убитых шатунов, трубочников и шаманов, не говоря уже о десятках раздолбанных утилизаторов.

Пейзаж впереди, мягко говоря, не внушал оптимизма.

Чем ближе к порталу, тем плотнее из земли торчали Стручки Древа. Если на месте высадки один такой инкубатор приходился на десяток-другой квадратов, то здесь они теснились втрое чаще. Древо Смерти — это раковая опухоль на теле Архипелага, Стручки — инкубаторы инфекции, а сами пожиратели — ходячие бациллы. Эти коконы выглядели куда более зрелыми: выше, толще, уродливее. Мертвенно-бледную поверхность раздутых стволов оплетала густая паутина чёрных, пульсирующих прожилок. Один взгляд на них вызывал физическое отвращение, в глубине души зарождался липкий, плохо контролируемый ужас — сказывалось давящее ментальное воздействие. Самое паршивое, что большинство инкубаторов оставались закрытыми.

Содержимое Стручков намеренно выжидало своего часа.

Враги выжидали момента, когда рейд вступит в особо охраняемую зону.

Естественно, наиболее ретивые пожиратели как поодиночке, так и небольшими шайками продолжали изображать броуновское движение в нашем направлении. С флангов они неизбежно складывались в уродливые штабеля трупов возле ощетинившихся сталью шеренг, а с тыла по большей части успокаивались Ристом. Однако основная масса монстров затаилась, что прямо указывало на чью-то чужую, властную волю. Без сомнения, впереди поджидал командир рангом не ниже Ревуна, а может, и сразу несколько тварей. Вряд ли там засел сам Владыка — проявление существа такой мощи неизбежно исказило бы пространство вокруг. Да и не по статусу верховному боссу Древа Смерти сидеть в засаде, словно какому-нибудь презренному прислужнику.

Если бы не Всевидящее Око, позволявшее осматривать местность с высоты птичьего полёта, сквозь густую поросль я вряд ли бы идентифицировал основание плиты Искажённого Портала, находившегося в пяти сотнях метров от нас. Не так просто понять, что именно под этой десятиметровой горой уродливой массы из переплетённых побегов скрывается цель. Растительность в этой зоне источала странные испарения — не то туман, не то жирный дым из угольно-чёрных и серых как сталь потоков, хаотично перемешанных друг с другом. Именно там и находилось то, за чем мы пришли.

Причём увиденное составляло лишь часть картины этой жуткой язвы на теле Тёмной Звезды.

Очень подходящее название — Язва.

Обычный взгляд отказывался проникать сквозь гнилостную взвесь парящих частиц, закрывшую огромный участок земли, но Всевидящее Око, к нашей удаче, пусть и не на сто процентов, видело сквозь псевдотуман. Почва вокруг Искажённого Портала среди зарослей Стручков была буквально усыпана Чёрными Порталами. Сквозь эти беспросветные зеркала, заполняя весь их объём, продирались переплетения узловатых древесных жил толщиной от человеческой руки до туши утилизатора. Когда-то типовой Портал Тайного Пути был центром процветающего Форта, сейчас же огрызки древних строений среди буйствующей массы Древа угадывались с трудом, сдавшись под натиском разрушительной силы. Казалось, переплетениям одревесневших змей, хаотично громоздящимся друг на друге, настолько тесно, что порталы вот-вот лопнут от напряжения.

Маловероятно, что на такую высоту поднялись с самой поверхности планеты Корни Древа. Нет, это была укоренившаяся поросль от Ветвей — лозы и побеги, задача которых заключалась в захвате и удержании новых территорий под патронажем самого Древа. Заражение почвы и взращивание Стручков.

И для подпитки всей этой мерзости имелась надёжная страховка.

Жертвы.

Множество тел усеивали пространство между жилами — трупы шатунов, трубочников и утилизаторов громоздились друг на друге, создавая жуткий погост радиусом в три сотни метров. В общем месиве угадывались мохнатые фигуры гхэллов: воины, самки, щенки. Под Оком удалось даже разглядеть парочку зеленоватых тел дриад. Врезалось в память запрокинутое к небу лицо одной из них — тонкие черты искажены маской предсмертного ужаса, в застывших глазах клубится тьма. Здесь лежали сотни… нет, скорее — тысячи трупов. Алгоритм очевиден: проникновение пожирателей через Искажённый Портал, установка жертвенных Чёрных Порталов для прокладки путей и подпитка их работы телами мертвецов.

Такая скверна не должна существовать.

Не один я чувствовал всем существом, что впереди словно затаился дракон. Смертельно опасное чудовище, готовое сожрать безумцев, вторгшихся в логово. Стоит сделать неосторожное движение, как финальный акт пьесы развернётся в полную силу. Желание убраться отсюда немедленно, не трогая очаг заразы, нарастало с каждой секундой, давя на сознание физически ощутимым прессом. Сама мысль об атаке на эту мерзость вызывала непроизвольную дрожь во всём теле.

Однако я понимал, что это наведённый эффект, способный отпугнуть лишь слабых духом.

Я покосился на Кроху, комфортно усевшуюся на макушке Фурии между пушистых ушей и смотревшую трансляцию по Оку вместе со мной. Слабо улыбнулся, чувствуя её искреннее недоумение — чего это всем вдруг так поплохело? Защита Дживы Покровительницы сильнее всего работала на её аватаре, поэтому фейри не ощущала проблем. А вот о боевом духе масс-рейда следовало позаботиться без промедления: воины заметно занервничали, шеренги дрогнули, теряя уверенность. Все понимали природу этого страха, но без должной ментальной защиты сопротивляться давлению было сложно.

Зубоскал: «Кроха, ставь „Оазис жизни“ и „Эфирное безмолвие“».

Кроха: «Ну вот, опять, Босс! Ты меня как Фурию заездить хочешь⁈»

Тем не менее жаловалась малявка уже в полёте, пикируя в самую гущу рейда и втыкая в землю заряженные кристаллы тотемов. Два магических цветка, нежно-салатовый и бледно-розовый, каждый в полтора метра обхватом, распустились один в другом. Зона покрытия в тридцать метров наполнилась взаимно усиленными аурами. Воины, попавшие в этот радиус, сразу приободрились, но этого было недостаточно — рейд занимал гораздо большую площадь. Пожужжав над лепестками, Кроха с предельно сосредоточенным видом заставила зону покрытия увеличиться втрое, охватив всех. Мощность аур упала, но для временного опорного пункта этого вполне хватало.

Пора вновь изобразить большого начальника в чате.

Зубоскал: «Так, разведка, ваш выход. Команч, берёшь Сидора в пару. Магвай, с тобой Майло. Майло — ведомый, это я для особо продуманных засранцев напоминаю».

Майло: «Конечно-конечно… босс».

Зубоскал: «Что, язык плохо поворачивается? Непривычно считать меня командиром? А придётся. Выживешь, как и договаривались — держать не буду. Но сейчас шаг влево, шаг вправо…»

Майло: «Не дождёшься. Повода избавиться от меня не дам. Сейчас меня всё устраивает».

Зубоскал: «Тогда к делу. Разведка, нужны маяки по периметру возвышенности. Ставьте через каждые сто метров, расходники не экономить. Постарайтесь не дать себя обнаружить, это крайне важно».

Команч: «Да уж постараюсь. Мне своя жизнь мила, нарываться не собираюсь».

Магвай: «Есть предложение…»

Зубоскал: «Сперва задание, время не ждёт. В чате озвучишь идеи позже. Бегом!»

Четыре фигуры в лёгких кожаных доспехах растворились в воздухе, уходя в инвиз. Команч с Сидором устремились по правой стороне возвышенности, Магвай с Майло выбрали левое направление. Метки разведчиков перемещались по карте довольно шустро, ждать придётся не больше двадцати минут. Примерно столько же уходило на обычные привалы и перегруппировки по пути сюда. Вот только от соседства с мёртвой «рощей» мороз продирал по коже.

Зубоскал: «Рейд, не расслабляться. Заклинания и умения не использовать, копим силы. Щитовики и рубаки — стоим на месте, держим строй. Стрелки — не подпускать мясо, забудьте об экономии болтов, запасы позволяют. Тангар, Роник — держите ульты наготове, вы наши самые сильные щитовики, не подведите».

Тангар: «Бдю изо всех сил. Аж надоело».

Роник: «Поддержу братана. Когда уже…»

Ишь, недовольные, что не даю разгуляться. Но откаты ультимативных умений у них приличные, а обстановка пока не настолько серьёзная, чтобы тратить их впустую.

Роник владел «Призывом барьера» — мгновенным созданием индивидуальных аур, полностью отражающих любой урон в течение десяти секунд, причём умение могло охватить целую двадцатку. Тангар гордился «Щитом Цитадели» — массовым поглощением урона, направленного на союзников. Со стороны это выглядело как голубое марево, возникающее куполом над бойцами — разок мы попробовали оба навыка в деле, чтобы я мог ориентироваться.

Юлианна: «Этот мерзкий туман… Похожая гадость уничтожила Форт, но там буйствовал Побег из Семени, а здесь что-то совсем другое…»

Зелеакс: «Пока неизвестно, что из этого хуже».

Михонариум: «Хей, народ, по моим прикидкам из этих Стручков выползет не меньше пяти сотен элитных тварей. Считайте, что все волны до этого были лишь затравкой перед финалом. Ну и ладненько, верно? Чем больше веселья, тем больше опыта! Давно я так не развлекался!»

Искра: «Твой блеющий от страха голосок говорит о чём угодно, только не о веселье. Лютню на ногу не урони, весельчак, а то руки твою пиликалку явно не держат».

Михонариум: «Ха-ха! Не-не-не, не так — ХА-ХА-ХА! Кто это меня подколоть пытается? А, это вот та дрожащая как лист на ветру искорка…»

Зубоскал: «Так, Рейд, тишина и предельное внимание!»

Михонариум стал одним из двух кандидатов, получивших от меня лишнюю «Концентрацию» для общего блага. И лишь потому, что у эльфа оказалось достаточно очков умений, чтобы сразу задрать читерское умение поддержки до пятого ранга. Любопытно, что для класса барда «Концентрация» сработала иначе: не только сократила откаты, но и увеличила длительность пяти подключённых усилений. К примеру, его «Фанфары могущества» пятого уровня, на треть повышающие силу, ловкость, разум и мудрость всех членов рейда, теперь длились двадцать пять минут вместо пяти. Причём откат заканчивался уже через двадцать минут, обеспечивая бесконечный бафф.

При таком раскладе на одном этом усилении мы могли бы держаться непрерывно. Теоретически. На практике же бафф использовали всего пару раз за несколько часов рейда. Во-первых, сил пока хватало и без сторонней подпитки, во-вторых, что куда важнее, любое принудительное ускорение не даётся даром. Всегда включаются скрытые резервы организма тех, на кого оно действует. Если часами гонять рейд под магическим допингом, то бойцы неизбежно лягут пластом, полностью исчерпав жизненный ресурс. И никакие костыли в действительно критический момент уже не помогут — выжатый лимон бесполезно поливать сиропом.

Вторую из бесхозных «Концентраций» я собирался презентовать Маране или Юлианне, также владевшим мощными площадными ударами, или вручить Зелеаксу с его специфической ультой, создававшей адского прислужника, но перед выходом все трое оказались без нужного запаса очков умений. В итоге умение получила Чупа. Мелкая, хитрож… запасливая и терпеливая девчонка-низуши долго копила баллы в надежде добыть толковое умение и сразу вложиться по полной. Мечта сбылась в самом лучшем виде.

Первым делом Чупа подключила, естественно, свою жуткую по урону «Метеоритную картечь (5)». На испытании в Цитадели при отражении наката пустотников она сумела впечатлить многих, но там потенциал умения серьёзно подпитывали сами стены крепости. На Архипелаге «Картечь» поначалу действовала слабее, зато после апгрейда штука стала убойной в обоих мирах. То, что теперь девушке приходилось таскать забитый кристаллами резервный подсумок — умение стало не в меру прожорливым, — считалось досадной мелочью. При откате в двадцать минут и площади поражения диаметром в тридцать метров «Картечь» прекрасно окупала затраты. Особенно когда молотила по плотным толпам пожирателей, вбивая целые волны в кровавое месиво — проверили, увидели, прониклись.

Что характерно, ради успешного изучения умений без осечек поднапрягся сам Пантеон. В качестве аванса, так сказать. Ведь от успеха этого чёртова рейда зависели не только судьбы игроков, но и само существование собранных в осколке божеств.

Так, хорошо…

Первая пара маяков загорелась на виртуальной схеме, где я уже обозначил будущие точки закладки по периметру предстоящей зоны боевых действий.

По плану следовало сразу вызвать остальные масс-рейды, как только разведчики установят маяки, заключить Язву в кольцо, а затем двинуться со всех сторон к центру, аннигилируя всё живое на пути… Но я решил не спешить. Очень уж паскудно выглядело это мёртвое место. Дико не хотелось раньше времени посылать в это мёртвое место… живых.

Задумчивый взгляд упал на питомицу пиромантки, которую хозяйка по моему распоряжению наконец вызвала через маяк.

Я почему-то представлял огненную саламандру совсем другой. До воскрешения питомца Искра отзывалась о «ящерке» как о мелкой и ранимой крохе, но язык бы теперь не повернулся так назвать почти четырёхметровое существо. От зубастой угловатой морды до самого кончика мощного хвоста питомец выглядел как машина смерти с красно-бурым чешуйчатым телом рептилии. Весом тонны под три. Каждая чешуйка существа была окаймлена пульсирующим пламенным контуром, а из пасти, усеянной игольчатыми клыками, вырывались струйки едкого, серого дыма. Вспышка оказалась вовсе не ящеркой, а самым настоящим лавовым драконом. Бескрылым и лишь отдалённо похожим на перекормленную ящерицу, но тем не менее. Или драконицей? Да какая разница. С таким размером на ней можно было бы даже кататься верхом… Если, конечно, не боишься подпалить зад до самых костей.

Появление Вспышки вызвало заметное оживление среди соклановцев. Пылающая в крови стихия Огня накладывала отпечаток на поведение драконицы: она высоко задрала голову на длинной шее, оказавшись выше макушки взрослого человека, и принялась крутиться по сторонам. Живо переставляя когтистые лапы, монстр осматривал окружающих любопытным взглядом мандариновых глаз с чёрным зрачком-лодочкой. Из широкой пасти исходил ощутимый даже на расстоянии жар, промёрзшая земля под когтями зашипела и пошла паром. Источаемая телом саламандры аура заставляла дрожать перегретый воздух, и народ уважительно расступался, освобождая пространство.

Что ж, Пятнышко за оставшееся время умудрился сотворить маленькое чудо. Вернее, не такое уж и маленькое, учитывая размеры этого «чуда». Он по максимуму влил весь ресурс Питомника, усиленный кристаллом Инкубатора, в эту саламандру, задрав мощь создания до пятидесятого уровня.

Пиромантка заверяла, что уже на тридцать третьем уровне Вспышка не уступала по огневой мощи самой хозяйке. Только благодаря этому факту я и разрешил взрастить питомицу в срочном порядке, вне очереди. Порождения Древа Смерти органически не переносят пламя, а саламандра — это физическое воплощение Стихии Огня. Однозначно пригодится, особенно если возникнет нужда переагрить мощных врагов. Прочность тела и скорость реакции на пятидесятом уровне должны позволить существу выжить куда дольше, чем после первого удара. Иногда считанные секунды стоят выигранного сражения.

Но и саламандра пока подождёт в резерве. Чтобы окончательно развеять сомнения, пришлось «дозваниваться» до Предводителей масс-рейдов по командному каналу.

Зубоскал: «Акарх и Тарп, нужен совет. Взгляните через Око по метке на Искажённом Портале. Если воспламеним лозы Древа в этой чёртовой Язве, это может сработать как сигнал для Дегустаторов, или всё же лишь запах горящего Семени критичен?»

Акарх Терпеливый: «Не смогу подтвердить. Такое явление за свою довольно длинную жизнь вижу впервые. Ты верно нарёк это место — Язва».

Тарп Старый: «Да гори оно всё там синим пламенем! Если сожжёшь дотла, то и в Бездну весь остров вместе с Искажённым Порталом. Даже если раньше Владыки объявятся Дегустаторы… Тем более отлично! Меньше работы нам останется».

Зубоскал: «Угу, помню, что ты против драки с Владыкой. Считаешь, не потянем. Но ведь не попробуешь — не узнаешь».

Тарп Старый: 'Ты и сам в успехе не уверен. Да и невозможно быть в таком уверенным. Нет никаких гарантий, что мы не станем просто очередной порцией корма для этой дряни.

Акарх Терпеливый: «Хватит ныть, старик. Лично я не намерен уклоняться от боя, как бы дело ни обернулось. Зубоскал, предлагаю подтянуть всех из Цитадели. Нечего им там отсиживаться, и так ясно, что Владыка не реагирует на наши укусы. Вычищать заразу лучше толпой».

Зубоскал: «Рано. Проще эвакуировать пять сотен, если здесь начнётся ад, чем полторы тысячи. К тому же маяки пока не все установлены. Марана, слушаешь? Давай сюда. Есть планы на твою Сферу».

Марана: «Минутку, повелитель. Добью пару десятков деревяшек и сразу к тебе. Вот же привязались, всем скопом лезут знакомиться. Знаю, что неотразима, но такое количество поклонников иногда утомляет. Да и кристаллы сущности надо парням собрать, чтобы усилия не пропали впустую».

Зубоскал: «Хорошо, заканчивай. Магвай? Что там у тебя было за предложение?»

Магвай: «Могу снизить риски. Раз чувствую Стручки живыми, значит, сумею на них воздействовать. Когда они раскроются и пожиратели ломанутся на нас, мой „Шёпот“ здорово убавит им прыти. Против Ревунов вряд ли потяну, а вот эту шушеру приторможу».

Предложение было предсказуемым, потому я и не торопил события.

Как уже упоминал, Магваю пришлось раскрыть карты перед рейдом. Тот самый случай, когда не знаешь — смеяться или только плечами пожимать. Способности разведчика действительно были напрямую завязаны на… алкоголь. Парню часто приходилось поддерживать себя в «форме», принимая очередную дозу для правильного «ощущения мира».

Воздействие с красноречивым названием «Шёпот Пьяного Бога» считалось ментальным, но передавалось противникам в виде физического опьянения. Навык буквально менял химический состав крови, вынуждая неприятелей игнорировать лазутчика, даже если тот выходил из инвиза, и с задержкой реагировать на удары. На острове Рваное Ухо, где мы впервые встретили парня, он именно так и спасался, затаившись в глиннике: дурманил разум каждого, кто подходил вплотную. Безмозглые марионетки Владыки под влиянием ауры начинали бродить кругами, словно пространство вокруг превратилось в заколдованное место.

Досталась ему такая «плюшка» от Багудже — бога Вина и Хмеля, чьим неофитом разведчик числился до попадания на Архипелаг. В прежней реальности умение именовалось «Дар Багудже» и вызывало тридцатисекундный массовый паралич у целой толпы. Отличный козырь для лазутчика, которого внезапно раскрыли в гуще врагов — шанс убраться как можно дальше, пока действует эффект. Будь Магвай клириком, он пронёс бы связь с покровителем и сюда, но здесь «Дар» измельчал до «Шёпота». Способности работали теперь исключительно на внутренних резервах игрока, не подкрепляемые божественной мощью.

Вот и выходило, что умение перспективное, но крайне капризное. Да и для владельца оно в текущем виде опасно. Применяя «Шёпот», Магвай плохо контролировал траты энергии — она расходовалась автоматически в зависимости от количества целей. Плюсом шло то, что каждая жертва приносила долю опыта даже без физической смерти, а вот минусом… Если противников пара десятков, разведчик отделывался лишь похмельем. Но стоило числу врагов возрасти, как перерасход сил превращал его в ходячий полутруп или вовсе вырубал. В такие мгновения любая шавка могла прикончить парня безнаказанно.

Тем не менее идеи, как использовать талант Магвая и не угробить бедолагу, у меня имелись. Не одной же Крохе попу напрягать. Малявка и так пашет сверх меры, штампуя тотемы почти без пауз. Территория огромная, а помощница всего одна. Если своевременно не подключать любые возможные резервы, рейд увязнет, не добравшись до Портала, и потери станут фатальными.

Замысел в том, что Марана через Сферу способна усиливать почти любые способности союзников, особенно ментальные. Это тоже риск — ресурс артефакта конечен, а перезарядка идёт не слишком быстро. Но вдруг получится вернуть «Шёпоту Пьяного Бога» былую мощь «Дара Багудже»? Ведь подобное проклятье так просто не сбить, как обычный, пусть даже очень сильный ментальный морок демонессы. Когда отрава уже в крови, от неё сложно избавиться. Тем более, что шаманы пожирателей до сих пор ни разу не демонстрировали целительных способностей, предпочитая действовать исключительно боевыми заклинаниями.

В общем, всё это конечно, звучит неплохо, но лишь в теории. Просто дополнительный вариант сделать врагам большую гадость, когда не сработает всё остальное — более приземлённое, но гарантированно действенное. Проверять «Шёпот», как и многое сегодня, придётся уже непосредственно в бою.

Глава 30 Прижигание Язвы

Тем временем разведчики замыкающей двойки — Сидор и Команч — завершили манёвр на правом фланге агро-зоны. Вокруг внешнего обвода Язвы на виртуальной карте вспыхнуло неровное, пульсирующее «ожерелье» из активированных точек астрального перемещения. Визуально это выглядело как цепочка неоновых светлячков, будто впаянных в саму ткань реальности. Для меня это означало одно: пути отхода и точки подброса окончательно готовы.

Томительное ожидание решающей схватки высасывало силы эффективнее, чем форсированный марш-бросок сквозь зловонные топи. Но сразу вслед за следопытами пришлось отправить по маякам и Кроху — «Оазис жизни» и «Эфирное безмолвие» требовались не только моему рейду, на этот раз ей придётся напрячься всерьёз. И малая даже не стала возмущаться в своей привычной манере, прекрасно понимая, что поставлено на кону.

— Так что думаешь, командир? — хриплый голос «пьяного» следопыта раздался совсем рядом. — Чую, когда эта мерзость ломанётся — мало нам не покажется. Срезать им боеспособность лучше загодя, пока они в инкубаторах маринуются.

Магвай переместился вместе с Майло через персональный маяк, зафиналив задачу. Я скользнул взглядом по скрытнику: застыв с деревянной улыбкой на физиономии, тот буквально буравил глазами Язву. Он так вцепился в неизменную флягу, что костяшки пальцев побелели. Похоже, парень «надышался» тяжёлым ментальным фоном Стихии Смерти, пока выполнял задание. А вот Майло вроде и в ус не дул, всё как с гуся вода. Нервы у следопыта явно покрепче.

Пришлось ответить в чате, чтобы не сбивать боевой настрой остальным воинам:

Зубоскал: «Решил выложиться по полной и пораньше свалить в Цитадель? Нет, приятель, так просто ты от рейда не отделаешься. Твой „Шёпот“ может оказаться нужнее, чем навыки следопыта. Но всему своё время».

Магвай: «Ну, ждать, так ждать. Я вообще человек терпеливый, с такими-то… задатками. Но напомню ещё раз — за результат не ручаюсь».

По моему сигналу всё пространство по окружности холма пришло в движение. Из дрожащей пустоты начали проявляться рейдовые двадцатки Тарпа Старого, Акарха Терпеливого и Мараны.

Пять сотен бойцов пятидесятого уровня. В другом месте подобная лавина элиты, закованная в матовый металл и укреплённую кожу, накачанная мощнейшими умениями и дорогими расходниками, могла бы в два счёта разнести остров масштаба Форта Бдительного. Горько было видеть эту мощь сейчас — если бы она была у Тарпа раньше, то от главного форпоста сектора не остались бы одни руины.

На душе заметно полегчало, когда лидеры масс-рейдов вогнали в заледеневший грунт «Знамёна Стойкости» и активировали «Благословение Феникса».

— Пантеон в деле! — прорычал Тарп, поправляя громоздкий арбалет на массивном наплечнике. — Чувствуете, как жилы горят? Это Джива нам привет передаёт!

Божественные ауры работали в безупречной синергии, пока воины оставались в радиусе действия флагов. «Знамя» выжигало ментальную скверну Владыки, не давая дебаффам «Ужаса» парализовать волю бойцов, а «Благословение» стабилизировало потоки энергии. Когда зоны влияния аур соприкоснулись, над отрядом повисло едва уловимое, переливающееся золотисто-серебряное марево, а в воздухе отчётливо запахло озоном и жжёным металлом. Вдобавок я уже ощущал физическое воздействие тотемов Крохи, а сама малышка выскочила из маяка и сразу с предельно обессиленным видом юркнула в подсумок на отдых.

С высоты седла Фурии шеренги воинов выглядели единым механизмом, который неумолимо сжимал зазубренные челюсти капкана вокруг чёрного сердца острова — Язвы. Почва под лапами дикоши мелко вибрировала от мерной поступи сотен ног и глухого лязга тяжёлой брони. Предводители применили обкатанную тактику: оперативно перестроили масс-рейд сразу после выхода из маяков в широкую цепь, чтобы не представлять собой слишком скученную мишень.

Однако я не обольщался. Оперативная обстановка под линзой «Ока» внушала законную тревогу.

Эпицентр Язвы — неровный круг в три сотни метров, затянутый плотным на вид туманом. Чистая сконцентрированная смерть в обличии жертвенного погоста. Вокруг центра, раздувая радиус зоны влияния до пяти сотен метров — внешнее кольцо земли, инфицированной лозами Древа Смерти и густо утыканной лесом мерзких Стручков с элитными инкубаторами. Мы же — третье кольцо. Тонкое, растянутое, с опасными разрывами между двадцатками. Позади нас — лишь проливы с ядовитой жижей, через которые по-прежнему прибывали разрозненные группы пожирателей, пытаясь вклиниться огрызающимся рейдам в спину.

От такого зрелища поневоле ощутишь отрезвляющий холод в загривке. И так думал не я один.

— Слишком редкая сеть, повелитель, — бархатным контральто обронила Марана, появившись рядом из маяка. — Если Владыка всей дурью долбанёт в одну точку — он пройдёт сквозь нас, даже не заметив сопротивления.

В какой-то миг внутри шевельнулось искушение — послушать Акарха и выдернуть весь резерв из Цитадели. Но бросить всех в одну топку — значит добровольно лишить себя манёвра. Один нежданный выплеск мощи Владыки, и Список Ожидания захлестнёт именами, а клан перестанет существовать за считанные секунды. Лучше сохранить надёжный кулак в безопасности, чем получить братскую могилу на этом холме.

Я упрямо стиснул зубы. Смысла в плотном окружении Язвы нет ни малейшего, если учесть, что масс-рейду приходится отбиваться почти со всех сторон, и лишь от самой Язвы пока реакции не последовало. Мы не собираемся стоять здесь насмерть — в таких условиях это попросту невозможно; нам нужен молниеносный натиск и гарантированный результат. А для синхронной атаки с четырёх направлений пяти сотен элиты хватит с лихвой. Не зря же мы разворачивали божественные ауры — под их мощным воздействием заклинания магов били в несколько раз дальше обычного.

— Верно, но мы и не будем стоять в обороне, — задумчиво кивнул я, не отрывая взгляда от туманной хмари впереди.

Магическая Сфера над плечом демонессы яростно пульсировала багровым.

— По самое не могу заряжена, — Марана поправила прядь волос, и в её глазах вспыхнул азарт. — Если прямо сейчас не пустим в дело — разорвёт на осколки. Да и мои «черепа» уже клыками скрипят от нетерпения.

Я открыл общий канал:

Зубоскал: «Тарп, Акарх? Готовы?»

Акарх Терпеливый: «Позиции заняты. Ждём сигнала».

Тарп Старый: «У нас, гхэллов, терпение короче, чем наши бороды. Ты когда-нибудь видел бородатого гхэлла? Вот и я о том же. Командуй уже, Ключник».

Зубоскал: «Так, вот что будет дальше. Сперва немного пошалим, посмотрим на реакцию. Если пойдёт более-менее гладко — выжигаем тут всё к чёртовой бабушке».

— Ты слишком непочтителен к моей бабушке, повелитель, — Марана едва заметно улыбнулась. У демонессы всегда так: чем серьёзнее намечается замес, тем выше взлетает её настроение.

Зубоскал: «Зелеакс, своего чёрта придержи, оставим в запасе. Искра — внимание. Тебе открывать банкет. Ударишь по сигналу. Остальные подхватят».

Искра: «Наконец-то, и года не прошло!»

Вокруг пиромантки и её лавовой драконицы давно образовался почтительный круг — никому не улыбалось поджариться заживо. Грязь в радиусе пяти метров вокруг этой пары превратилась в растрескавшуюся корку. Искра с нарочито невозмутимым видом покрутила кистями, разминая плечи под серой кожаной безрукавкой. Девушка принципиально не носила наручей, предпочитая полагаться на личную магическую защиту и пламя, по её заверению, «пульсирующее прямо в венах».

А вот драконица места себе не находила — от растёкшихся по боевым порядкам аур уже, казалось, искрил сам воздух. Неудивительно, что огромная ящерица едва сдерживала бушующее пламя внутри сущностного ядра. Казалось, она вот-вот вспыхнет сверхновой, разметав союзников в пепел.

Михонариум: «Ауры Пантеона — это, конечно, пафосно, тысяча темнозадых демонов… Но старая добрая музыка всегда добавляет огонька в крови. Не пора ли и мне…»

Зубоскал: «Угадал. Давай, врежь своей лютней, а то уже измаялся от безделья».

Михонариум: «Не-не-не, я всегда при деле! Ты что-то напутал, командир! Но сейчас всё будет в лучшем виде! Пока я здесь — наши парни будут бить сильнее, чем им позволяет совесть!»

Из тени Фурии, словно соткавшись из самого сумрака, выступил худощавый блондин в облегающей коже изумрудных доспехов. Одарив меня насмешливым взглядом льдистых глаз, бард снял с пояса изящную лютню. Тонкие пальцы едва коснулись струн, извлекая плотный, вибрирующий аккорд. Сизое сияние волной разошлось от музыканта во все стороны, подпитывая развёрнутые ранее ауры и придавая им иное звучание.

Система тут же выдала сообщение об активации «Фанфар могущества», и я ощутил, как по венам разливается дополнительная заёмная мощь. Эльф лукаво подмигнул, продолжая наигрывать бодрый мотивчик.

Пора. Чат чатом, но сейчас команду не помешает видеть всем воинам масс-рейда. Я вскинул «Пламень» высоко над собой, ловя на сталь багровые отсветы реявшей над демонессой Сферы.

Зубоскал: «Огонь!»

Тряхнув белобрысой шевелюрой с серебристыми прядками, Искра плотоядно оскалилась. Её жезл моментально удлинился до двухметрового посоха и с глухим стуком ударил в грунт. Крупный кристаллический набалдашник мощно полыхнул, посылая по крутой шипящей дуге в низкое серое небо ослепительный болид.

Траектория была точной, Искра знала своё дело. Снаряд должен был взорваться в самом средоточии Язвы, но… за три десятка метров до цели он с сухим хлопком врезался в пустоту.

Вздыбившееся пламя закрутилось ревущим вихрем «Адской воронки», выжигая тени на сотни метров вокруг, но вместо того, чтобы испепелить погост, воронка бессильно размазалась тонкой плёнкой по огромному невидимому куполу. Только сейчас, под натиском магии, его очертания проявились в реальности — мерцающая, маслянистая полусфера, накрывшая само сердце острова.

Следом пронзительно запела праща Чупы. Снаряд в полёте размножился на десятки магических копий, сверкающих голубыми молниями. Чародеи поддержали атаку, обрушив на купол град ледяных штормов. Мир вокруг утонул в грохоте, но триумфа не случилось.

Пространство над Язвой шло тяжёлой рябью. Купол преломлял свет и поглощал магию, как губка. Всё, что было снаружи — горело и плавилось, но за преградой Стручки стояли целыми и невредимыми.

— Что за дрянь⁈ — возмущённый вопль Искры заглушил рёв бушующих стихий. — От моего огня никакого толку!

— Всего лишь защитный барьер, — Марана стояла в расслабленной позе, с саркастической усмешкой на полных губах. — А ты что хотела? На чужой территории — свои законы.

— Я вижу, что это барьер! — огрызнулась пиромантка. — Но он даже не поддаётся! А ульты теперь в откате!

Тарп Старый:«Это избирательный барьер. Нечто подобное было и в Форте при активации Ростка. Сейчас мой черёд, смотрите внимательно».

Я увидел через «Око», как арбалетчики Тарпа вскинули оружие. Залп! В момент соприкосновения с барьером каждый болт на долю секунды ярко вспыхнул, а затем магическое свечение мгновенно угасло. Снаряды прошли сквозь преграду, превратившись в обычные куски железа, лишённые силы умений. Они бессильно завязли в переплетениях лоз, не причинив ни малейшего вреда.

Зубоскал: «Всем прекратить огонь!»

Тишина, воцарившаяся над полем боя, казалась более неестественной, чем недавний грохот.

Зубоскал: «Тарп, как я понимаю, в Форте вы в такую ауру даже не сунулись?»

Тарп Старый: «Потому что там — смерть в чистом виде, Ключник. Но здесь барьер немного иной структуры. Он не убивает на входе, но гасит любую магию».

Зубоскал: «Предложения?»

Акарх Терпеливый: «Послать разведчика. Добровольца я найду. Под личным „Благословением Горэла“ он сможет отойти от Знамени и продержаться внутри купола достаточно долго, чтобы прощупать почву».

Зубоскал: «Рано. Пожертвовать бойцом всегда успеем».

Марана рядом со мной с флегматичным видом крутила в руках кинжал, но это лишь видимость — её разум был полностью занят контролем переполненной магией Сферы, так что решение было за мной. Но ни от Сферы, ни от Магвая с его «Шёпотом» сейчас, пока барьер цел, толку не будет.

«Чёрт, как же остро сейчас не хватает Хорки…» — с досадой мелькнула мысль. Белогривый вожак, обладавший уникальным классом «антимаг», вскрыл бы этот магический пузырь, словно консервную банку, попросту шагнув сквозь него. Но Хорка бесследно сгинул в Бездне, так и не дождавшись возрождения, и рассчитывать теперь приходилось лишь на тех, кто остался в строю.

Все эти размышления пронеслись в голове за долю секунды, но я как никогда ранее ощущал, что драгоценное время утекает, как песок сквозь пальцы.

Зубоскал: «Зелеакс, твой чёрт пройдёт сквозь барьер?»

Зелеакс: «Почти наверняка — нет. Это твоя Марана собирает свиту из реальных миньонов вроде Риста. А адский прислужник — чистейшая магия. К тому же откат — сутки, и он из меня всю энергию выпьет. Если в ближайшее время чёрт больше не понадобится, то…»

Точно, у нас же есть Рист! Верный телохранитель в этот момент зачищал тыл рейда по приказу Мараны. Я уж было обернулся к подруге, чтобы та позвала «питомца», но в этот миг разозлённая и уязвлённая донельзя Искра, триумф которой при всём честном народе обернулся пшиком, быстро подошла ко мне и остановилась в двух шагах от недовольно фыркающей Фурии.

— Босс, хочу послать Вспышку вперёд, — решительно заявила пиромантка. — Магию купол режет, болты гасит. Но Вспышка — это не плетение. Это живое существо, пламя — воплощение её сути. Они неразделимы. Если она проберётся внутрь, её «Гнев Саламандры» рванёт уже за фильтром. Подпалим этот гадюшник изнутри!

Я перевёл взгляд на драконицу — по-настоящему умное создание. Вспышка не последовала за хозяйкой; видимо, инстинктивно понимала, что случайным выбросом пламени может покалечить союзников. На её возрождение и последующую прокачку ушли практически все ресурсы кланового Инкубатора. Но разве не для такого момента мы её сюда притащили? День сегодня выдался особенный — рискуют абсолютно все.

— Действуй. Но как только увидишь, что дело плохо — вытаскивай её назад.

Михонариум по-прежнему стоял рядом и слышал наш диалог. Без привычного трёпа он молча послал в сторону саламандры синеватую искру защитного аккорда. Значит, тоже согласен с планом Искры.

Пиромантка с предельно сосредоточенным выражением лица прижала ладонь к горячей чешуе на шее питомца. Первородный огонь и впрямь не причинял хозяйке вреда — по крайней мере, если это было пламя подопечной.

— Вперёд, девочка. Покажи им всем, что такое настоящий рассвет.

С низким утробным рокотом драконица сорвалась с места с поразительной грацией. Жирная грязь под мелькающими в беге лапами испарялась мгновенно, оставляя за рептилией быстро тающую дымку из едкого пара.

Стометровку до барьера Вспышка преодолела в несколько мощных прыжков, а затем на полной скорости врезалась в преграду всей массивной тушей. Над местностью разнёсся гулкий вибрирующий звук, будто по огромному медному барабану ударили тяжёлой колотушкой, а вокруг чешуйчатого тела ящерицы ослепительно полыхнуло яростное пламя. В следующую секунду барьер ответил. Мощный энергетический импульс, сопоставимый с ударом гигантского молота, бесцеремонно отшвырнул четырёхметровую тушу назад. Драконица кувыркнулась через голову, вспахала когтями спёкшийся грунт и жалобно зарычала от боли. После чего, заметно прихрамывая, поплелась обратно к хозяйке, отозванная по духовной связи.

— Зараза, — процедил я сквозь зубы, чувствуя, как внутри закипает злость. — И как это понимать? Одушевлённым тоже ходу нет?

— Похоже, в моей малышке магии даже больше, чем нужно, — раздосадованно пробормотала Искра, пряча взгляд. — Извини, босс, что снова не справилась…

— Не бери на свой счёт. Даже не думай, ясно?

Искра благодарно кивнула, заметно приободрённая моей репликой, но внимание уже переключилось на Кроху. Та выскочила из подсумка и привычно зависла напротив лица, усиленно работая крылышками.

— Босс! Я могу! Давай я поставлю «Сферу Покоя» и «Эфирное Безмолвие» прямо у края! С поддержкой Дживы мне на Печать Владыки теперь начхать! Наверняка барьер можно ослабить, а потом и Вспышка пролезет⁈

Я не ответил, всерьёз взвешивая, стоит ли идти ва-банк прямо сейчас. Перед мысленным взором замерли две чаши весов, представляя два принципиально разных финала этой затянувшейся истории.

Путь первый: разумный компромисс. Мы могли бы вообще не штурмовать барьер, активировав Семя на приличном удалении от эпицентра Язвы. В этом случае задача-минимум выполнялась: Дегустаторы всё равно бы явились на зов и стёрли остров в труху вместе с порталом и Тёмной Звездой. Всю кратковременную мощь Пантеона мы бы сосредоточили исключительно на обороне — ведь без щита один точный удар Ревуна или залп Цветка Смерти от утилизатора в мгновение ока превратят Семя в мусор.

В чём подвох? Этот сценарий гарантировал нам выживание, но без особых перспектив, и ощущался как отложенное поражение. Да, остров падёт, но Владыка Смерти так и не покинет нору. Он останется за кулисами, продолжая плодить нечисть на других искажённых островах, где прямо сейчас наверняка происходит то же самое, что и на Звезде. Уйти несолоно хлебавши, не добравшись до горла врага после гибели Хорки Умного и всех тех, кто пал от его лап до нашего рейда? Неприемлемо. Вся подготовка с зачисткой территории и установкой астральных маяков в этом случае превращалась в средство для поспешного бегства, а не триумфа. Не говоря уже о том, что силами в полторы тысячи бойцов этот остров был бы зачищен в несколько раз быстрее и с куда меньшими потерями.

Оставался лишь второй путь, привлекавший завершённостью. Сбросить маски, активировать ауру Пантеона и явить миру мощь всех четырёх аватар: я — Алан Тёмный, Тарп — Йеноху, Акарх — Горэл, и Кроха — Джива. Мы бы лично проломили барьер, обратили бы Язву в прах и установили Семя в самом сердце вражеского логова.

Владыка Смерти — хитрая и расчётливая гнида. Он наверняка ожидает, что мы выложимся на прорыве барьера, и когда все «ульты» уйдут в откат, он выйдет из тени, чтобы размазать нас одним ударом. Но он не знает о подарке торговца. Именно поэтому у нас есть отличная возможность разыграть грандиозный спектакль. Мы имитируем массированную атаку и тратим «последние» ресурсы, заставляя мертвяка поверить в нашу уязвимость. А когда он решит, что настал момент нас добить, мы используем «Обновления», сбросим откаты и проутюжим Владыку со свежими силами. Да, это колоссальный риск, но другого способа выманить его наружу и покончить с ним лично я не видел.

Если уж хлопать дверью, то так, чтобы обрушить весь потолок на голову врага. Возможно, я слишком зациклился на мести, чтобы просто «выполнить задачу» и сбежать, но… Почему-то я всей сутью чувствовал, что именно этот вариант — наиболее правильный.

Не ты один умеешь играть в игры, грёбаный мертвяк. Я заставлю тебя вылезти на свет вместе со всей сворой. Но сперва, прежде чем пускаться во все тяжкие, нужно попробовать одну безумную идейку…

На все размышления ушло лишь пара секунд, так что рейды соскучиться не успели, и я немедленно связался по маяку с Цитаделью.

Зубоскал: «Ранилак, напомни, твой свин ведь может преодолевать любые препятствия? Помнишь, как вы меня вытащили „Астральной норой“ с Острова Мертвецов?»

Маг отозвался без малейшей задержки, явно наблюдая в реальном времени трансляцию происходящего на Тёмной Звезде через «Око». Он понял мою мысль буквально с полуслова.

Ранилак: «Уже бегу».

Коренастая фигура в долгополой кожаной куртке возникла в точке маяка раньше, чем я успел досчитать до трёх. Круглое лицо мага сияло вдохновением, пышные усы воинственно топорщились, а в светло-жёлтых глазах горел неподдельный восторг. Неужто его настолько тяготила необходимость присматривать за Цитаделью, что любое участие в рейде заставило его расправить крылья? Но первые же слова сразу расставили всё по местам — маг радовался не за себя, а за вопросительно хрюкающего питомца, которого он обеими руками прижимал к груди с такой нежностью, словно боялся разбить хрупкую вазу.

— Я так и знал, что для Мохнатика найдётся достойное дело! — Ранилак радостно осклабился во все тридцать два зуба. — И пусть никто больше даже не смеет заявлять, что он бесполезен! С чего начнём, командир?

Мохнатик — астральный норогрыз, которого я когда-то в шутку окрестил «огурцом с крылышками», важно кивнул, смешно двигая розовым пятачком. Марана коротко кивнула, перехватив мой взгляд, но я и сам уже видел, как вызванный миньон — текучая от переливающихся бликов сгорбленная фигура, словно собранная из жидкой ртути, — проявилась рядом. Рист бесстрастно глянул на меня двумя парами чёрных выпуклых глазных линз и привычно сгорбился, будто складываясь вдвое. Устрашающий трезубец, перехваченный за длинное древко одной из четырёх рук, сухо ткнулся пяткой в заледеневшую грязь, а хвост с мечевидным остриём угрожающе замер в крутом изгибе над головой.

— Давай-ка его сюда, Ранилак. Нет времени на долгие объяснения, просто доверься мне, я постараюсь его сберечь. Будешь направлять Пятачка по духовной связи, этого вполне достаточно. Кроха, быстро в подсумок!

— Что? Как… — Погодный маг явно растерялся от подобного напора.

Марана бесцеремонно выхватила Мохнатика из рук хозяина и тут же вручила его мне. Свинтус оказался неожиданно увесистым для размера и одуряюще пах густым ароматом каких-то редких трав — верный признак, что его основательно «забаффали» перед ответственной задачей. Вот и отлично.

Чувствуя настрой, Фурия нетерпеливо рыкнула. Я сбросил короткие пояснения в командный чат и послал дикоше мысленную команду, которой она так страстно ждала все эти часы утомительного рейда. Бедняга изнывала, выполняя роль ездового животного и пропуская одну схватку за другой. Настоящей драки не предвиделось и сейчас, но хоть какая-то «движуха» для её мятежной души! Да и мне самому не мешало бы немного размяться. К тому же Кроха теперь будет под личным присмотром.

Фурия в мгновение ока взяла с места в карьер. Широко распахнув кожистые крылья, она понеслась к барьеру гигантскими прыжками. Ветер тугими струями свистел в ушах, а серебристая паутина на лице жгла кожу всё сильнее, предупреждая о стремительно нарастающей смертельной угрозе.

Четырёхрукий линарец молча мчался следом, не отставая ни на шаг. Только он мог соревноваться в скорости с моей дикошей — лучшей охраны для нас троих и не придумаешь… Прости, Кроха, — для нас четверых, учитывая свина, который лишь удивлённо похрюкивал у меня на руках.

Сыграем тоньше. Магия Мохнатика уникальна: он умеет мгновенно перемещаться на короткие дистанции, игнорируя любые физические преграды — своего рода живой портал. Раньше нам требовалась помощь Крохи — она выступала «глазами» для нелетающего свина, пока прокладывала путь над Бездной, а он, используя их ментальную связь, прыгал к ней с астральным маяком в нагрудном мешочке. Сейчас же услуги летуньи не понадобятся. Барьер абсолютно прозрачен для взгляда, а значит, Мохнатик сможет совершить прыжок без всяких посредников.

Возможно, именно это и станет последней каплей, которая переполнит чашу терпения Владыки…

Ковылявшая от барьера драконья ящерица озадаченно замерла при нашем приближении. Но стоило нам пронестись мимо, как она тут же пристроилась в хвост Фурии — явно получила приказ от хозяйки, оставшейся с основным рейдом.

За несколько метров до бликующего купола я осадил Фурию и соскочил на землю. Почва здесь превратилась в сухую, растрескавшуюся корку, выжженную боевой магией до самого основания. Сделав несколько шагов к границе, я замер. О том, чтобы пытаться пройти сквозь завесу самому, не было и речи — если уж «Вспышка» пасовала, то мне там делать тем более нечего. К тому же знак Алана на лице буквально горел, транслируя нестерпимое чувство опасности: барьер явно не стоило трогать даже кончиками пальцев, если я не хотел оставить здесь руку. Или голову. Почему-то мне показалось, что этот контур в первую очередь настроен именно на мою персону. Владыка предусмотрел даже такой вариант?

Я аккуратно поставил свина на землю и вложил ему в зубы кристалл маяка.

— Так, боец, смотри внимательно вон за ту чёртову плёнку! — я ткнул пальцем в просвет между двумя Стручками предельно мерзкого вида. — Стоп, ты меня вообще понимаешь, или я зря тут распинаюсь и нужно связаться с твоим хозяином?

— Да понимает он всё, босс! — Кроха выскочила из подсумка, как чёртик из табакерки. Сверкая голубыми от азарта глазами, она по-хозяйски уселась свину прямо на спину. — Я ему сейчас всё популярно растолкую!

Я бесцеремонно цапнул фейри двумя пальцами за крылышко, снимая с «коня».

— Нет уж, малая. Твоя задача — тотемы. Ставь их сейчас, иначе нам тут всем резко поплохеет без прикрытия.

— Поняла, босс! — пискнула она и мгновенно стала серьёзной.

Я снова обратился к «мохнатому огурцу»:

— Слушай команду. Сможешь прыгнуть за барьер метра на три? Ага, вижу, что сможешь. Действуй только по сигналу. Как окажешься там — сразу бросай кристалл. Я его активирую, а ты мгновенно смываешься в Цитадель, в объятия нервного хозяина. Понял?

Свинтус нетерпеливо подпрыгнул на всех четырёх копытцах и яростно затрепетал декоративными крылышками. Взлететь они не помогали, но сейчас это и не требовалось.

Кроха тем временем не стала мелочиться. Она воткнула сразу три тотема, которые раскрылись друг в друге разноцветными слоями. «Сфера покоя», «Оазис жизни» и «Эфирное безмолвие» мгновенно создали вокруг нас островок безопасности и утихомирили магические возмущения (хотя на сам барьер, как я и ожидал, это не подействовало). Мысленно подключившись к маяку, чтобы не терять ни мгновения, я скомандовал:

— Фас!

Пятачок Мохнатика смешно сморщился, глаза на мгновение затянулись белой пеленой. Короткая вспышка — и свинёнок исчез, чтобы в ту же секунду материализоваться по ту сторону завесы. Снова вспышка — маяк развернулся идеально, а норогрыз исчез окончательно, отправившись к заждавшемуся хозяину. Доступ на ту сторону был открыт, путь проложен!

— Есть! — выдохнул я, чувствуя, как гора сваливается с плеч.

Но радость длилась ровно полсекунды.

Тяжёлая, удушающая волна угрозы накрыла возвышенность вокруг портала, словно гнилое саванное одеяло. Пространство внутри жертвенной зоны закипело. Триста метров до эпицентра Язвы, затянутых гнилостным туманом, были бы непреодолимы для обычного взора, но «Око» работало исправно. Я видел, как с влажным треском, раздирая массивными телами лозы Древа, из Чёрных порталов выходят они. Один… трое… пятеро! Пять исполинских фигур.

Ревун — это не просто элитный моб. Это венец извращённой биотехнологии Владыки. Четырёхметровые твари были с ног до головы замотаны в чёрные ленты, заменявшие им доспехи, — ожившие кошмары из проклятых гробниц. Под этой «упаковкой» перекатывались жгуты модифицированных мышц, способных выдержать прямой удар зачарованной алебарды гхэллов. Твари возвышались над землёй на огромных жуках-утилизаторах, вдвое крупнее обычных. И у «коней», и у «всадников» из всех сочленений, а также на массивных костяных черепах торчали острые гребни. Ужас верхом на ужасе. Таких элиток в секторе Форта Бдительного ещё не видели.

Двое Ревунов сжимали в костлявых пальцах трёхметровые посохи такой толщины, словно вырвали молодые деревья перед походом, остальные трое — гигантские костяные мечи устрашающего вида, будто созданные разрушать крепостные стены. Пропустившие их порталы не выдержали мощи «пассажиров» и лопнули, развеявшись брызгами тающей тьмы. Отчасти стало ясно, почему сквозь такие порталы не путешествует сам Владыка — похоже, только Искажённый портал выдерживал его мощь.

Главная опасность Ревунов — разум. Они понимают речь и, что гораздо хуже, умеют командовать. С первым же жестом лидера, вскинувшего меч, вокруг Язвы волной разошёлся трескучий гул. И барьер тут же осыпался разбитой скорлупой. Ограда больше не была нужна — теперь она только мешала защитникам Владыки.

Несмотря на колоссальные размеры, пятёрка действовала пугающе слаженно. Сердце успело пропустить лишь пару ударов, когда они выстроились в шеренгу, повернули громадные костяные черепа в нашу сторону — с кипящей в провалах глазниц тьмой — и одновременно раскрыли зубастые пасти. Воздух мгновенно загустел, превратившись в липкий кисель, а лёгкие оцепенели на полувздохе.

Вся их ярость была направлена на меня. Но страх был не за себя — в трёх сотнях метров позади стоял клановый масс-рейд. У них не было защиты уровня «Абсолют», а божественных аур могло не хватить против такого концентрированного залпа. Я слишком хорошо помнил погоню на Черепе Властелина: там одна-единственная тварь, вдвое меньше этих элиток, гоняла меня по острову, как охотник — подранка. И именно поэтому я остался на месте — лучше мне побывать мишенью, чем подставлять остальных.

Зубоскал: «Рейд, максимальная защита!!!»

В тот же миг звук боевого рога, вырвавшийся из пяти гнилых глоток, ударил чудовищной физической волной, ломая саму реальность.

Звук перестал быть просто шумом — он превратился в невидимый таран колоссальной мощи. Первыми приняли удар Стручки. Предельно мерзкие наросты на пути волны лопались сотнями, как перезрелые плоды, разлетаясь фонтанами склизких ошмётков и ядовитых спор, и тут же становились частью неумолимо несущегося в сторону штормового вала.

«Абсолют» активировался за мгновение до удара. Но ещё за мгновение до этого я поднял «Иллюзией совершенства» на ранг сам «Абсолют» (5+1), а затем — «Источник могущества» (4+1). С такой атакой больше нельзя было откладывать усиление, мгновенно взвинтившее мощь всех способностей на 100% и утроившее личные параметры на 5 минут. От хлынувшей в тело силы кровь словно закипела, мир подёрнулся багровой пеленой. Казалось, даже затрещали кости от изменившейся физики мышц. И в то же время все чувства обострились до невероятных пределов, волна уже не казалась чем-то неодолимым, монолитным — я видел слабости и разрывы отдельных потоков, инстинктивно осознавал, что способен устоять.

Золотистая плёнка защиты мгновенно укутала меня, Фурию и Кроху, заодно захватив и Вспышку, к которой я успел протянуть руку и прижать ладонь к раскалённой чешуе. Кожа зашипела, но под усилением «Источника» боли я не почувствовал. Зато даже сквозь неуязвимый щит ощутил, как содрогается сама реальность.

В этот миг передо мной возник забытый в этой кутерьме Рист. Четырёхрукий линарец не нуждался в опеке, более того — он не собирался просто стоять за спиной, да и Марана, наблюдавшая за прислужником с относительно безопасной дистанции, вряд ли это ему позволит. Бой — это его стихия, кредо жизни. Трезубец Риста вспыхнул ослепительным светом, когда он на встречном движении с безумной скоростью и силой врубился в звуковую волну, буквально рассекая её связкой коронных умений. Гротескная ртутная фигура по всей поверхности тела встопорщилась навыком «Прочной чешуи», на спине вспыхнули «Световые крылья», вокруг алой каймой всплеснуло «Отрицание», дававшее временный иммунитет к проклинающим умениям. Сегментированный щит на левой верхней руке развернулся двухметровой силовой проекцией «Призрачного блока», а с лезвий раскалённого трезубца сорвалась безумная по яркости вспышка «Аннигиляции». Встречный удар Риста распорол штормовой вал, словно великан, пнувший домик из песка.

Но даже того, что, обогнув линарца, докатилось до меня, хватило в избытке. Удар был такой силы, что почва под нами со стоном и грохотом просела на полметра, а взвесь праха взвилась серым фонтаном, и перекрыла видимость до небес. Рист помог мне удержаться на ногах, приняв основной импульс на себя, но даже его запредельной мощи не хватило, чтобы выстоять до конца — воина всё-таки отбросило назад, сперва впечатав в нашу застывшую под «Абсолютом» композицию, а затем отшвырнув куда-то за спину.

Однако дело было сделано. Я устоял, хотя тотемы Крохи просто сдуло без следа. Волна Ревунов принесла с собой две мерзкие ауры: «Объятия Смерти» снизили сопротивление к Стихии Смерти на 100%, а «Мерзкое истощение» срезало здоровье и энергию на 50%. Вернее — попыталось. «Знамя защиты» в синергии с «Благословением Феникса» приняли на себя тяжесть удара, защитные поля заискрили, наливаясь багровыми оттенками… И справились, сбросив натиск вражеских проклятий.

Отлично! Я оскалился в торжествующей, почти безумной улыбке. Да, Владыка по-прежнему прятался в тени, но первая часть плана сработала блестяще: барьер был вскрыт, а мощь Пантеона всё ещё оставалась при нас.

Справился и рейд, остановив и отразив уже значительно ослабленную расстоянием волну, обошлись даже без ульт главных танков. Лишь ярко полыхнули защитные построения общего характера, и прах остался кипеть возле ног бойцов, уже не причиняя вреда.

Зубоскал: «Рейд! Внимание на меня! Ждать команду!»

Искра по моей отмашке послала вперёд Вспышку. Лавовая драконица светилась от ярости сильнее, чем от внутреннего огня, твёрдо намеренная взять реванш за недавний позор. Гибкая мощная фигура унеслась вперёд красной чешуйчатой молнией.

Не теряя ни секунды, верхом на Фурии мы рванули в глубь Язвы вслед за Вспышкой. Они сами расчистили нам дорогу! Но ящерку нужно было поддержать, отвлечь внимание на себя ещё раз — чтобы дать ей возможность показать мощь сполна. Заряды «Обновления» вставленного в слот пояса артефакта «Хроно-Эхо» конечны, поэтому божественные умения я решил пока придержать, за исключением одного. «Теневое клеймо» под усилением «Источника» било далеко за сотню метров, им я и воспользовался, не столько рассчитывая подчинить Ревунов воле Алана Тёмного, сколько надеясь надёжно привязать агро к себе — законы механики мира просто не позволят рабам Владыки проигнорировать такой выпад, когда сплетается в противостоянии влияние божественных сил. Умение и впрямь лишь мазнуло по чёрным лентам Ревунов и соскользнуло, уходя в откат. Твари были слишком сильны, но и «Клеймо» сделало своё дело, создав уязвимость — я это ощутил каким-то шестым чувством.

Значит, стоит попробовать ещё раз! Но сперва…

Я действительно бесповоротно привлёк внимание — драконица уже почти добежала до пятёрки надвигающихся монстров, до них оставалось метров тридцать, но твари словно её не замечали. В следующую секунду она резко остановилась, вздыбила спину и низко опустила голову… А затем от неё расширяющейся стеной рванула чудовищная волна «Гнева саламандры» — ослепительно-белого первородного пламени.

В тот же миг мы с Фурией резко затормозили, я активировал брошенный на землю маяк и мы перенеслись к рейду, на позицию среди бойцов. Резко развернувшись, я уставился туда же, куда уже заворожённо смотрели сотни глаз. Кроха, выскочив из подсумка, что-то возбуждённо пищала и показывала в сторону Ревунов неприличные жесты, но мне сейчас было не до её восторгов.

Язва превратилась в бушующий ад. Испепеляя всё на пути, море огня захлестнуло местность, превращая сотни элиток в пепел прямо внутри трескающихся Стручков. Мощь лавовой драконицы оправдала прокачку, впечатлив даже сверх ожидания. Сама она уже тоже успела вернуться через маяк, и сейчас тяжело дышала, обессиленно распластавшись на брюхе в позе дохлой лягушки. Но Ревуны… эти гиганты на жуках-переростках лишь стали выглядеть ещё страшнее.

Объятые белым огнём, гибельным для Стихии Смерти, пять пылающих фигур с тяжеловесной неумолимостью продолжали двигаться в нашу сторону, не обращая внимания, как обугливается их плоть, как рассыпаются пеплом чёрные ленты одеяний. Они неслись сквозь пожарище, и казалось, ничто не способно их остановить.

Пантеон привлекать было всё ещё рано.

Нужно было, образно говоря, выбить почву из-под жучиных лап ещё сильнее. Ослабить до предела их связь с Владыкой. А затем добить. Ведь несмотря на устроенный нами погром, на сотни уничтоженных элиток как самими Ревунами, так и ударом Вспышки, их оставалось ещё тьма. То, что не горело, да и то, что горело — всё пришло в движение. Стручки лопались. Мощные коренастые фигуры шатунов и шаманов вываливались наружу, собираясь в громадную толпу. И сейчас определённо не стоит давать им время организоваться для наступления под управлением Ревунов.

Зубоскал: «Марана! Магвай! Ваш выход!»

Глава 31 Поступь Разложения

Печать Алана на скулах горела так, словно лицо стянули раскалённой проволокой. Каждое мгновение работы «Источника могущества» вытягивало из тела жилы — вживую, без наркоза. Впервые настолько задранные параметры, перекраивая плоть и сознание, заставляли мир вокруг казаться неестественно чётким, фрагментарным — будто я видел реальность через линзу сверхскоростной камеры. Восприятие работало на таких оборотах, что в воздухе была различима пляска каждой частицы — праха, ледяной крошки и застарелой грязи. Такое усиление — не просто цифры в интерфейсе, а физическое проклятие, и терять драгоценные секунды было нельзя. Словно этого было мало, после принудительного сброса откатов «Теневого клейма» и «Абсолюта» у меня будто вынули позвоночник, заменив его раскалённым ломом. Лаконичная справка в описании артефакта о том, что повышенная нагрузка на энергетические каналы может вызвать «Эфирный перегрев», на практике, мягко говоря, вылилась в пренеприятнейшие ощущения.

Зубоскал: «Марана! Магвай! Ваш выход!»

Призыв в командном чате был подобен удару бича, стегающему по натянутым нервам союзников. Магвай растерянно глянул на меня, после чего с нарастающим ужасом уставился в сторону пылающей Язвы. Оттуда сквозь затихающий огненный шторм надвигались фигуры пяти исполинов, окутанные полотнищами пламени и жирным дымом. Полопавшийся от жара хитин жуков-утилизаторов нещадно чадил, густая чёрная лимфа сочилась из глубоких трещин, но твари не замедляли бег. Непреодолимая воля Владыки Смерти гнала их вперёд, а за их спинами уже выстраивались в кильватер первые десятки пожирателей.

Впереди пятёрки Ревунов один за другим вспыхивали контуры проклинающих аур. Мгновенно расширяясь, они разбивались физически ощутимыми, тяжёлыми волнами о барьер из божественных аур, который искрил и гудел от напряжения, точно высоковольтные провода под ливнем. Воздух наполнился едким запахом озона и сухим треском статики. Удары следовали с равными промежутками; монстры чередовали усилия с точностью метронома, не расходуя весь ресурс за раз. Одно из двух — или откат у их способностей был минимальным, или они сейчас буквально дотла выжигали собственную суть ради победы.

— Но маяк… Ревуны уже его прошли! — Магвай выглядел настолько бледным, словно вот-вот готов был лишиться чувств. — Если я туда прыгну, то сразу и окочурюсь!

— Меньше слов, — Марана мигом оказалась рядом и стиснула плечо следопыта сильными пальцами до хруста кожаных доспехов. — Рист всё ещё там, он и послужит проводником силы. А теперь… Связь действует! Вливай!

Магическая Сфера скользнула от плеча демонессы и зависла над головой Магвая. Артефакт напоминал зрачок размером с человеческий череп, светящийся багровым внутренним пламенем. Инфернальная Сфера начала стремительно вращаться, она активировала усиление «Резонанс Первородного Хаоса» и принялась вытягивать энергию из окружающего пространства: как из тотемов Крохи, так и из Знамени Стойкости. Эта штуковина тянула мощь даже яростнее, чем «Душелов». Находиться рядом было опасно — я сразу ощутил нарастающую ноющую боль во всём теле, словно целиком превратился в один воспалённый нерв. Но у Магвая выбора не осталось. Суккуба вскинула руки, и несколько тёмных энергетических плетей, сотканных из структурированного пламени, впились из артефакта прямо в голову и плечи «подопытного».

Следопыта буквально перекорёжило.

Не знаю, что именно сотворила Марана, чтобы подключить его сознание к Сфере, но процесс явно причинял Магваю лютые муки. Черты лица парня заострились, рот открылся в безмолвном крике, обнажив оскал. Наблюдая за этим с тревогой, я кожей чувствовал, как жизненная сила утекает от скрытника в недра артефакта. Слышно было, как с сухим треском сгорают кристаллы, специально запасённые для этого удара в подсумках обоих — любая ульта требовала дополнительной подпитки, но в таких исключительных случаях заряд поглощал на порядок больше энергии, чем обычно. Свечение Сферы наливалось густым, зловещим багрянцем, а исходящий от неё гул перешёл в угрожающий низкий рокот. Казалось, демонесса в своём усердии может прикончить союзника прямо здесь, но с учётом ставок извиняться перед мертвецом всё равно бы не пришлось.

Экзекуция длилась всего пару мгновений, но Магваю этого хватило с лихвой. В следующую секунду следопыт обмяк, теряя сознание. Заранее проинструктированный Ранилак вовремя подхватил его под руку, не забыв прижать к себе и астрального норогрыза. Втроём они испарились в неяркой вспышке портала, отправляясь в Цитадель на заслуженный отдых.

Сфера же волей Мараны перенеслась по каналу астрального маяка, через долю секунды возникнув в сотне метров впереди. Там её подхватил поджидавший линарец. Я различал его лишь по метке на карте: Рист практически растворился в пространстве благодаря маскировке. Рискованный шаг — несмотря на всю мощь воина, я сомневался, что он выстоит под прямым ударом Ревуна при обнаружении. Но риск оправдался, раз линарец дожил до этого момента, и теперь суккуба превратила его в живой ретранслятор собственной воли.

Ртутный силуэт проявился в пространстве, сбрасывая маскировку. Рист вскинул все четыре руки, будто собираясь обнять магический артефакт, но не касаясь его поверхности. Тело прислужника мелко завибрировало: он активировал накопленный заряд умения Магвая, скрещённый с усилением Мараны, и принялся отдавать Сфере собственные остатки сил.

Судя по тому, что произошло дальше, Маране удалось превратить «Шёпот Пьяного Бога» во что-то куда более устрашающее, чем обещанный «Дар Багудже». В командный лог сплошным потоком посыпались системные сообщения о полученном масс-эффекте.

Наведено «Ментальное сокрушение»: Подавление разума: –75% к скорости каста и точности всех представителей Фракции Смерти. Токсикоз: тяжёлая дезориентация для всех врагов в радиусе 300 метров. Просадка защиты: –50% ко всем видам стихийного сопротивления. Снижение параметров «Разум» и «Мудрость» целей на 70%. Просадка сопротивлений к магии Хаоса и Огня — 100%.

Свет над Язвой вдруг резко сменил тональность. Словно сквозь воздушные массы Воронки, которые крутились вокруг Тёмной Звезды, пробились багровые лучи закатного светила. Густое кровавое марево залило всё вокруг, превращая мир в картину адского апокалипсиса: испепелённую огнём почву, ряды воинов и само пространство над холмом. Вдруг ощутимо пахнуло тошнотворной смесью дешёвого пойла и разложившейся плоти, а уши наполнило нестройное, сводящее с ума многоголосое бормотание, от которого виски сдавило железным обручем.

Но если для нас, находившихся в отдалении, изменения казались просто странными и неприятными, то для пожирателей всё обернулось катастрофой. Ревуны, только что казавшиеся воплощением неумолимости, вдруг замерли на месте вместе со своими утилизаторами. Бежавшие следом пожиратели, успевшие собраться в толпу почти в три сотни элитных тварей, начали спотыкаться на ровном месте. Многие роняли тяжёлые палицы и посохи, принимаясь бесцельно кружиться под аккомпанемент потустороннего бормотания, словно внезапно ослепли или обезумели от этого багрового света.

Лидер Ревунов оказался самым стойким из всей пятёрки. Несмотря на полную потерю контроля и белое пламя, жадно облизывавшее обнажившийся скелетный остов, тяжёлый меч в иссохшей длани медленно поднимался в боевую позицию. Монстр явно готовил ответный выпад, и клинок в его руке начал видимым образом всасывать в себя окружающий багряный свет, обещая страшную развязку. Защита Ревунов была обнулена, но даже в таком ужасном состоянии они оставались поразительно живучими тварями. Четверо вливали всю энергию в пятого, превращая его в смертоносную часовую бомбу.

К этому моменту я уже чётко понимал, что несколько откатов подряд (после «Хроно-Эхо») вряд ли переживу, а значит, нам с малышкой-фейри хватит и «початого» артефакта. Свой кристалл Кроха уже передала Искре, чтобы та распорядилась им в интересах рейда. Искра, естественно, первым делом поделилась зарядом с Чупой, и сейчас обе, продегустировав «Обновление», стояли с бледным, но решительным видом.

По всей окружности Язвы, где застыли три других масс-рейда под началом своих командиров, уже завершались похожие приготовления. Пять сотен бойцов, растянутых по периметру в ожидании синхронного удара, замерли в едином порыве — звенящая тишина перед общим залпом ощущалась физически, как натянутая до предела струна. В багровых сполохах искажённого пространства лица наших воинов превратились в жуткие маски, выкрашенные в цвет запёкшейся крови. В этом зловещем мареве всё войско разом стало походить на легион выходцев из ада, однако пугающее преображение благодаря действию защитных аур не помешало бойцам сохранить выдержку.

Тарп Старый: «Ключник! Самое время для главного блюда! Почему мы…»

Зубоскал: «Рейд! Огонь! Зелеакс — прислужника на выход!»

Десятки тяжёлых арбалетов в руках гхэллов отозвались единым хищным лязгом, исторгая из чрева механизмов тучи пропитанной магией стали. Воздух физически уплотнился и загудел под весом летящих снарядов, превративших небо над Язвой в свинцовое решето. На фоне этого сокрушительного железного шторма изящные стрелы дриад и немногочисленных эльфов из «Альянса Равновесия» казались почти незаметными, но их тонкие жала внесли свою смертоносную лепту в общую картину разрушения.

Зелеакс заметно пошатнулся, от его лица отхлынула кровь, почти сравнявшись по цвету с иссохшей костью Ревунов. Я видел, как пространство вокруг мага пошло мелкими трещинами — призыв буквально вырывал энергию из его сущности, заставляя окружающий воздух звенеть от предельного напряжения. Но Зелеакс упрямо стоял на ногах, направляя остатки сил на материализацию адского козыря прямо в гуще дезориентированного врага.

Наши дистанционщики его опередили: Искра снова ударила посохом о землю. «Адская воронка» пятого ранга, подпитанная кристаллами из подсумка и подхваченная «Благословением Феникса», расцвела прямо над головами наступающих тварей. Пылающий смерч опустился на десятки шатунов, уже прореженных болтами гхэллов, превращая врагов в мечущиеся факелы. Чупа не отставала: её энергетические снаряды шили воздух ветвистыми голубыми молниями, при ударе в цели «Метеоритная картечь» разлеталась на сотни ослепительных осколков. Шатунов сбивало с ног, им отрывало конечности, а порой и вовсе разрывало тела на горящие ошмётки.

Тарп Старый, возвышавшийся на правом фланге подобно серому утёсу среди других воинов, разрядил монструозный арбалет последним, задержавшись из-за долгой подготовки. Устремившаяся в небо тяжёлая стрела-дротик издала дикий, вибрирующий рёв, словно где-то в вышине открыла глотку гигантская варна. Через секунду снаряд взорвался, но не осколками, а колоссальным маревом из структурированного пламени. Этот огненный потолок обрушился на Ревунов и окружавшую их толпу пожирателей.

Практически вся территория Язвы превратилась в зону тотального разрушения. Лозы Древа Смерти корчились в пламени, обугливались и рассыпались седым прахом. Чёрные порталы, избиваемые магией, схлопывались один за другим, выбрасывая в пространство прощальные всполохи тьмы. Элитное воинство пожирателей ударная волна разметала, точно сухие листья под яростным ураганом.

Но пятёрка исполинов в обугленных одеяниях лишь пошатнулась под этим давлением; жуки-утилизаторы вцепились всеми лапами в горящую почву, застыв монолитами. Да и пожирателей, как выяснилось, погибло немного — несмотря на всю мощь нашего удара твари уже вставали, снова начиная двигаться осознанно, пытаясь организоваться вокруг Ревунов в защитное построение.

Всех этих колоссальных усилий оказалось недостаточно, чтобы прервать неотвратимо готовящийся удар предводителя Ревунов. Но именно в это мгновение Зелеакс завершил свой каст. Быть может, это и станет решающим аргументом, способным переломить ход битвы?

Прямо посреди копошащейся массы шатунов и шаманов раскалённой плитой рухнула гигантская пентаграмма призыва. Под тяжестью этого яростного энергетического удара почва мгновенно спеклась в потрескавшийся чёрный обсидиан. В ослепительной вспышке багрового пламени, пропитанного едким удушьем серы, воплотился адский прислужник.

На этот раз чёрт выглядел значительно массивнее, чем во время недавних испытаний в Цитадели. Многократно усиленная подпитка сделала своё дело: теперь от прислужника исходила такая густая концентрация первородной угрозы, что даже Фурия подо мной, находясь в двух сотнях метров от эпицентра, обеспокоенно зарычала, переступая лапами. Кожа демона цвета тёмного кармина, закрученные штопором витые рога и глаза — два глубоких колодца ядовито-жёлтого пламени, лишённые зрачков. Длинный гибкий хвост с костяным остриём хлёстко рубанул по воздуху, высекая искры из самой реальности.

С шипением распахнув пасть и продемонстрировав врагам частокол игловидных зубов, прислужник без тени сомнения рванул в самую гущу свалки. Он перемещался с неестественной, ломаной скоростью, прыгая от жертвы к жертве и превращаясь в неудержимый вихрь когтей и клыков. За считанные секунды вокруг него образовались пустые зоны: чёрт не просто убивал, он с методичной жестокостью расчленял всё, что имело неосторожность оказаться в радиусе его когтистых лап и шипованного хвоста. Удары союзной магии, продолжавшей бить по площадям, он словно не замечал — напротив, казалось, что всполохи огня и треск молний лишь делают его крупнее, подпитывая дикую ярость. Он сам был воплощением хаотической магии, её голодным и беспощадным порождением. Позади него громоздились горы изуродованных трупов, разбросанных по чадящей, спёкшейся почве. Чёрт напролом рвался к пятёрке Ревунов и вот-вот должен был на полном ходу врубиться в их застывшего лидера.

Ревуны возле предводителя зашевелились, перестав напоминать застывшие изваяния: трое резко вскинули костяные посохи, а четвёртый — покрытый рунами меч.

«Не успеет!!!» — благодаря запредельно обострённым инстинктам осознание пришло подобно удару молнии. Разогнанное «Источником Могущества» восприятие вычленило из нарастающего хаоса битвы самое главное: я своими глазами видел, как пульсирующие жгуты некротической энергии, тянувшиеся от четвёрки исполинов к их лидеру, вдруг с сухим треском иссякли. Лидер Ревунов наконец поглотил силы всей пятёрки, превратив жуткий клинок в накопитель запредельной мощности. Массированная бомбардировка рейда и ярость адского прислужника лишь ускорили этот процесс — мертвец торопился выплеснуть накопленную смерть, пока его сущность окончательно не развеяли в прах.

Зубоскал: «Рейд — щиты на максимум! Держать периметр любой ценой, не жалеть кристаллов!»

Тот самый решающий момент, ради которого мы до последнего берегли главные защитные умения, наконец наступил. По всей окружности Язвы, повинуясь команде, из первых рядов масс-рейдов синхронно выдвинулись тяжеловооружённые бойцы. Глухие удары десятков щитов о спёкшуюся землю слились в единый звук. В следующую секунду над позициями трёх масс-рейдов развернулись призрачные образы храмов местных божеств — гхэллы активировали свои ультимативные навыки, выстраивая оборону под усилением Пантеона. Наш же рейд озарился несколько иначе: на фоне двух десятков танкующих гхэллов из свежих пополнений, прикрывших свои двадцатки, мастер-класс показали Тангар с Роником, укрыв клановый костяк во главе со мной. Роник врубил «Призыв барьера», окутавший каждого воина сияющей индивидуальной аурой, способной на краткий миг отразить любой тип урона — не хуже «Абсолюта». Тангар же развернул над всем рейдом плотную защитную полусферу из густого голубоватого марева.

В это же мгновение Рист, повинуясь мысленной команде Мараны, отправил окутанную багряными искрами Сферу по астральному маяку обратно к хозяйке. Избавившись от роли неподвижного ретранслятора, линарец рванул к Лидеру Ревунов ртутным метеором, собираясь объединить усилия с беснующимся в гуще врага адским прислужником, но даже его запредельной скорости на этот раз не хватило.

Лезвие гигантского клинка в руках мертвеца исторгло каскад чёрных молний, словно расколовших воздух и жадно впитавших окружающий свет. Гулкий, низкочастотный удар такой силы, что, казалось, вздрогнул весь остров, прошил пространство насквозь. Остатки багровой пелены, окутывавшей Язву, снесло прочь, будто мощной штормовой волной. Вокруг пятёрки Ревунов в два удара сердца возник тёмный купол, сотканный из тысяч непрерывно струящихся, переплетающихся потоков толщиной в человеческую руку. Со стороны это выглядело так, словно развернулся гигантский, шевелящийся клубок из полупрозрачных трупных червей, накрывший собой как Ревунов, так и всех уцелевших в бойне пожирателей.

А затем от этого пульсирующего купола во все стороны хлынула призрачно мерцавшая зелёными всполохами лавина чистой некротической энергии.

Рист, опередивший адского прислужника и находившийся всего в одном броске от цели, погиб первым. Я видел через «Око», как ртутное тело линарца продолжает по инерции нестись вперёд, вскинув трезубец для решающего удара, но его плоть уже развеивается серым прахом прямо в движении. Казалось, стальная воля воина продолжала толкать его в бой даже после физической гибели. Через секунду на спёкшуюся землю упал лишь источенный эрозией трезубец.

Адский прислужник Зелеакса, успевший до этого мгновения перекрошить несколько десятков элитных монстров, тоже не выдержал этого давления. Его тело, созданное из первородного хаоса, раздулось от впитанной некротики и взорвалось, словно начинённое порохом ядро, добавив к общей разрушительной волне едкий шлейф демонического огня.

Волна устремилась дальше, жадно впитывая в себя остатки жизненной силы павших и на глазах набирая безумную скорость.

В командном чате непрерывным потоком сыпались приказы лидеров, пустивших в ход все неприкосновенные запасы кристаллов для экстренного усиления защиты рейдов. Кроха тоже не сидела без дела — пользуясь усиленным каналом духовной связи для подпитки от «Источника», фейри в эти последние мгновения перед столкновением совершила невозможное. Её фигурка размылась в воздухе золотистыми росчерками — малышка металась между отрядами нашего крыла, втыкая в грунт тотемы один за другим. «Сфера покоя», «Эфирное безмолвие», «Оазис жизни», и снова «Сфера»… Она выжимала из себя всё до последней капли, превращаясь в живой щит Пантеона.

А затем волна пришла… и воцарился настоящий ад.

Мир потемнел от вздыбившейся при ударе чужеродной энергии. Щиты и ауры бешено заискрили, принимая на себя основной натиск. Реальность словно прогнулась под весом этого удара, исказилась, выкручивая мышцы и суставы, молотом обрушившись на сознание. Ауры «Знамени Стойкости» и «Благословения Феникса» ещё держались, подпитываемые кристаллами, но выгорали на глазах, будто бумага, брошенная в зев доменной печи. Воздух вокруг полыхал от мириад магических искр.

Но это было у нас, под защитой лучших танков рейда.

Ослабленная щитами, рассечённая, как льдина форштевнем ледокола, но всё ещё ужасающе сильная, волна разошлась в стороны. И хлынула на двадцатки из гхэллов. Словно сквозь плотный звукопоглощающий барьер, до меня донеслись полные муки, невнятные крики погибающих.

То же самое творилось по всей окружности Язвы. Массового проклятия Ревунов, отмеченного Системой как «Поступь Разложения», хватило на всех.

Я наблюдал через «Око» жуткое зрелище, не в силах этому помешать. Видел, как воинов первых шеренг — закалённых бойцов пятидесятого уровня — начало буквально стирать из реальности. Стальные доспехи, даже те, что были выкованы из эльфийского серебра, мгновенно тускнели и осыпались рыхлой ржавой пылью. Прахом разлетались элементы снаряжения, слезала с костей плоть. Люди, дриады, дреланы и гхэллы падали, не успевая сделать даже шага для отступления — их тела превращались в серую кашу, которая тут же впитывалась в жадную выжженную почву острова.

Потери были катастрофическими. Половина пятисотенного корпуса просто исчезла. Большинство из выживших, чья индивидуальная защита оказалась чуть надёжнее, чем у павших товарищей, получили ранения, граничащие со смертью. Информация по численному составу рейдов стекалась ко мне лавиной системных сообщений: фатальный исход, критическое повреждение, разрушение энергетических каналов. Быстро исправить ситуацию лечебными умениями или зельями в таком хаосе было физически невозможно.

Тарп Старый:«Ключник, мои парни… Мы стоим на останках своих же воинов! Подкрепления — это просто новое мясо для „Поступи“! Нужно уходить, пока есть кого спасать!»

Акарх Терпеливый: «На этот раз старик прав, Ключник. Половина масс-рейда — в земле. Решай сейчас: либо мы признаём поражение и бросаем остров, либо ты вскрываешь резервы Пантеона. Третьего не дано, время вышло».

Тарп Старый: «Да какое „решай“! Второй удар сотрёт даже тебя! Уходим!»

Минотавр Шабл — заместитель Мараны, управлявший её рейдом, пока демонесса находилась со мной, впервые за всё время подал голос в канале. Каждое его слово, казалось, вибрировало от дикой ярости:

Шабл: «Трус! Скармливать победу этим червям⁈ Моих „Черепов“ не напугать смертью! Мы не сделаем ни шага назад, пока эти твари способны стоять! Ключник, делай всё, что в твоих силах, не медли!»

Я мельком взглянул на карту. Меня даже не удивило, что бывшие мертвецы, составлявшие отряд «Черепов», выстояли в полном составе. Их тёмное прошлое не давало абсолютного иммунитета, но выжгло в самой их сути такую ненависть к Стихии Смерти, что она послужила щитом покрепче эльфийского серебра. Они ненавидели пожирателей всей душой, а уж Ревунов — ненавидели вдвойне сильнее, воспринимая их как ходячее личное оскорбление.

Словно в насмешку, удар Ревуна наконец активировал давно молчавшие ауры — «Гнев лидера» и «Щит льда». Первая повысила мне и окружающим воинам критический урон, вторая развернулась вокруг меня сферой из голубоватых льдинок-гексагонов, готовых впитать огромное количество урона. Слишком поздно. Сейчас «Абсолют» превосходил мощь «Щита льда» по защите и удобству использования многократно, но избавляться от него или развивать дальше — об этом буду думать позже.

Я зло оскалился, глядя на пятёрку Ревунов, вновь застывших неподвижными статуями под своим «червивым» куполом. Потери чудовищны, но Список со временем вернёт всех, а сами Ревуны сейчас ослаблены до предела. Активированная ими защита забрала львиную долю их энергии. Выдав мощнейшую атаку, они ушли в глухую оборону, чтобы восстановить силы… или дождаться свежего подкрепления через Искажённый портал — единственное, что уцелело от всей структуры Язвы в центре магического катаклизма. Нет, отступать было слишком рано. Поддержка воинов ещё может сыграть критически важную роль.

Горячая ладонь суккубы легла мне на колено, заставив опустить взгляд с высоты седла Фурии. В глазах Мараны горело необузданное пламя, а её волю к битве и холодное бесстрашие не смогли поколебать никакие проклятия. Возможно, она слишком верила в меня. Или понимала то, что у меня на уме, лучше всех остальных. Мы обсуждали этот сценарий ещё в Цитадели, когда получили тот самый «подарок» от внешнего Торговца. А сейчас ситуация развернулась так, что терять уже нечего.

Марана: «Давай, покажи этим слабакам, как нужно сражаться до последнего!»

«Источник» отсчитывал последнюю минуту. Если я сейчас не врублю силу Пантеона, удержав тем самым текущее усиление, то неминуемый откат после «Источника» просто не позволит продолжать битву. И тогда уже никакие артефакты не помогут. Но Владыка так и не явился. Какой смысл активировать козырь Пантеона сейчас? Просто чтобы добить Ревунов? Стрельба из пушки по воробьям. Дожать их я смогу и текущими силами, главное — не тормозить. А раз решил остановить, то нельзя позволить нанести удар ещё раз.

В следующую секунду я уже летел на Фурии вперёд, на ходу отдавая приказы в командный чат и личные каналы:

Зубоскал: «Рейд! Ждать! Восстановить маяки! Тяжелораненых — в Цитадель. Замены — только на добровольцев! Остальным — режим максимальной защиты! Отсекайте пожирателей с тыла, выбивайте тех, кто выбирается из-под купола Ревунов!»

Зубоскал: «Зелеакс, используй „Обновление“. Придётся напрячься ещё раз, потерпи! Сбрось чёрта прямо передо мной, пусть отвлечёт их внимание!»

Зубоскал: «Михонариум! „Гимн ускорения“ на максимум, действуй!»

Кроху, несмотря на её отчаянное сопротивление, тоже пришлось оставить с поручением — защищать рейд тотемами, насколько хватит сил. Рисковать я сейчас имел право только собой и Фурией.

Дикоша неслась в битву гигантскими прыжками, из её горла вырывался вибрирующий рык. Она помогала себе широко распахнутыми крыльями, не испытывая ни тени сомнений в моих действиях — ей давно хотелось вцепиться кому-нибудь в глотку. Мечты. Но режим «Метаморфа» я позволил ей запустить. Процесс трансформации отозвался сухим треском броневых пластин, прорастающих сквозь плоть, и кинжалами костяных шипов, выступивших вдоль позвоночника. За считанные секунды размер дикоши увеличился вдвое, превращая её в поистине грозное создание. На пятидесятом уровне она научилась куда лучше контролировать изменения: шипы больше не задевали меня в седле, позволив обойтись без преждевременной активации «Абсолюта».

Скорость и дистанция сейчас решали всё. Чем ближе я окажусь в момент активации «Теневого клейма», тем выше шанс его срабатывания. В прошлый раз я достал Ревунов примерно со ста тридцати метров, но так как астральные маяки были стёрты «Поступью», придётся снова скакать своим ходом, причём я собираюсь подобраться гораздо ближе. Если я не подчиню этих тварей сейчас, завтракать Владыка Смерти будет нашими душами на Древе.

Ветер свистел в ушах, Фурия неслась к цели как выпущенная из лука стрела. Двести метров. Ревуны всё ещё неподвижны, но пожиратели под «червячным» куполом уже засуетились, подтягиваясь к его границе, чтобы встретить меня и не подпустить к телам своих господ. Сто метров до купола…

Пентаграмма!

Зелеакс превзошёл самого себя: раскалённая плита заклинания с громовым ударом рухнула с небес, проломив край защитного купола и буквально расплескав часть некротических потоков. Во вспышке багрового пламени снова материализовался адский прислужник — даже массивнее прежнего. Он моментально рванул в драку. Заискрили витые рога, замелькали когти — чёрт принялся за жатву. Но на этот раз что-то пошло не так: «червячная» защита оказалась ему почти не по зубам. Удары отбрасывали мертвяков, но больше не разрывали их на части. Тела пожирателей словно превратились в монолитную броню.

Но чёрт хотя бы отвлёк их на себя, и я спешил как мог. Дистанция — меньше пятидесяти метров!

«Теневое клеймо»!

То ли сработала критически короткая дистанция, то ли прошлое применение навыка открыло во мне некий новый орган чувств, но я отчётливо, почти физически ощутил свой текущий предел. Из девяти положенных по умению целей сейчас подвластны оказались только две — Ревуны всё ещё были слишком сильны. Но даже это стало отличной новостью. Заставив Фурию резко затормозить и не полагаясь на прозрачные шестигранники «Щита льда», я активировал «Абсолют». Как только нас с дикошей окутало плотным золотистым слоем защиты, я выхватил меч, используя сталь как проводник и усилитель заклинания. Рубленое остриё массивного лезвия, в гранях которого дрожали отражения пожаров, замерло в вытянутой руке, нацеленное на врага как ствол винтовки.

Время растянулось, превращаясь в тягучую субстанцию. Все лишние мысли выдуло из сознания призрачным ветром, и в ту же секунду произошёл ментальный сдвиг. Цвета поблёкли, звуки битвы затихли, а размеренное биение собственного сердца и шум крови в венах стали доноситься пугающе отчётливо, вытесняя всё остальное. Это было похоже на невидимую, безмолвную вспышку. Я почувствовал, как могучая сила Алана Тёмного рванулась от меня к выбранным жертвам. Удерживать двоих на самой грани — неразумно. Мне хватит и одного.

Чего я совершенно не ожидал, так это того, что сознание на миг провалится в беспросветную яму. Свет померк, ощущение собственного тела исчезло, и я… оказался в башке Лидера Ревунов. Я физически ощутил холод мёртвой плоти четырёхметрового великана и вязкие некротические потоки, текущие по его жилам вместо крови. Почувствовал чудовищную тяжесть гигантского клинка, который монстр легко удерживал одной костлявой лапой. Его сознание было таким же ледяным, как и его нутро. Ни ненависти, ни ярости — абсолютная, вакуумная пустота. Его глазами я с бесстрастностью машины наблюдал за соратниками, оценивая их ауры лишь как мишени. Ауры спутников самого Ревуна в его глазах выглядели как четыре тёмных костра, пронизанных изумрудными вспышками.

Изнутри купола битва виделась иначе. Я видел, как беснуется на краю «червячного» марева прислужник, разбрасывая пожирателей, как он уворачивается от палиц и заклинаний шаманов, постепенно сдавая позиции. Видел, как бессильно бьют болты и стрелы в купол Ревунов, осыпаясь ржавым прахом в момент столкновения. Как впитывается в защиту ударная магия — ледяные копья и пламенные шары гасли, не оставляя даже следа. Бесполезно.

Ревун тоже ощутил непрошеного гостя. Его воля внутри вздыбилась тяжёлой тёмной волной, пытаясь сжечь меня, вытолкнуть из захваченной оболочки. Я сдержал натиск, но чувствовал — это ненадолго. Враг был слишком силён, и мне чертовски повезло, что я выбрал только одну цель — лидер был мощнее остальных костеголовых на порядок. И хотя его собственные умения сейчас были заблокированы откатом «Поступи», я вдруг понял, что могу применять свои навыки, используя тело Ревуна как проводник. «Душелов»? Нет, нельзя! Энергия достанется не мне, она впитается в тело мертвяка, мгновенно восстановив его. Зато можно применить… «Плеть боли»!

Вскинув гигантский клинок, я обрушил его на ближайшего соседа справа. «Плеть боли» ветвистой молнией окутала тело врага, перескакивая на остальных и развешивая на них «Метки Еретика». Ревун-воин даже не успел вскинуть меч — мой удар рассёк его от плеча до поясницы, с хрустом врубившись в жёсткий хитин жука-утилизатора. Повинуясь воле наездника, жук подо мной тяжёлым рывком переместился вперёд; панцири двух исполинских тварей со скрежетом столкнулись. Второй взмах — и ещё один прислужник Владыки лишился оружия. Его посох отлетел прочь вместе с правым плечом и рукой, а сам монстр опрокинулся навзничь, оставив на панцире своего «коня» густые потёки чёрной лимфы.

Оставшиеся двое Ревунов наконец осознали угрозу. Они атаковали своего лидера синхронно, с хирургической точностью вбивая нижние концы магических посохов, заострённые точно бойки ледорубов, в моё временное тело. Они явно знали, куда бить наверняка. Ревун не ощутил боли, но я сразу почувствовал, как ментальная связь рвётся, и сознание рывком вышвыривает обратно.

Возвращение в собственное тело отозвалось резким приступом тошноты и свинцовой тяжестью во всём организме — после ледяной пустоты Ревуна живая плоть показалась раскалённой. Но расслабляться было некогда, я снова видел мир своими глазами, а не через глазницы мертвеца.

Лидер так и остался в седле, застыв безвольной куклой, но двое Ревунов-магов уже пришпорили своих шестиногих монстров. Те рвались вперёд, разбрасывая не успевших убраться с пути шатунов как кегли и безжалостно топча их тела. Жуки-утилизаторы двигались с неестественной для их массы скоростью, их суставчатые лапы-зацепы скрежетали по пропечённой почве, оставляя глубокие борозды. Разделявшие нас полсотни метров сразу показались недостаточно безопасным расстоянием.

Адский прислужник, наконец получив долгожданный шанс добраться до врага, в вихре пламени рванул к одному из магов гигантским скачком… и вдруг задёргался, насаженный на остриё посоха, пробившего его грудную клетку насквозь. Секундой позже демон взорвался магическим пламенем, окутав Ревуна и его жука горящим полотнищем. Казалось, гореть там давно нечему — тело монстра и без того выглядело обугленным после удара огненной драконицы. Но всё-таки горело. Жук же пламени словно не заметил и даже ускорился.

Таймер «Источника» перед глазами мигал багровым, отсчитывая последние мгновения. Энергия в каналах гудела, грозя выжечь нервы окончательно. Обрушиваясь сверху, стрелы и болты впивались в тела Ревунов, покинувших защиту купола, но те не обращали внимания на новые повреждения, хотя их фигуры сотрясались от многочисленных попаданий. Да и стальный «дождик» быстро редел — рейдеры опасались попасть в меня. Убраться я всё ещё мог — бросив под ноги астральный маяк. Но если я не поставлю точку прямо сейчас…

[ Марана предлагает «Инфернальный обмен»! Принять: Да/Нет?]

Демонесса верна себе, постоянно держит руку на пульсе и готова вытащить из пекла в любой момент, но для этого ей придётся кого-то подставить вместо меня, иначе обмен не сработает. Себя? Кого-то ещё? Неважно. На обоих Ревунах горела «Метка Еретика», создав уязвимость, которую я просто не мог проигнорировать.

Я напряжённо усмехнулся… и использовал «Обновление». Снова.

От автора: финал все ближе, но и объем оказался больше, чем рассчитывал. Однако картину сражения нельзя просто скомкать, убив на корню весь эффект. Поэтому следующей будет незапланированная глава № 32, и лишь после неё — эпилог. Друзья, оставляйте комменты. Что понравилось, что нет, чего не хватило в сражении. Без обратного отклика сложно понять, насколько удалась сцена, если, конечно же, удалась. Позже, после завершения книги, будет корректирующая редактура последних глав, свежему тексту нужно устаканиться, но для этого автору нужно лучше понимать, в каком направлении копать.

Глава 32 Агония Темной Звезды

Откат «Теневого клейма» испарился под беспощадной силой артефакта.

Чёрт, это было даже хуже, чем я надеялся. По венам будто хлынул высокооктановый бензин, к которому тут же поднесли спичку. Боль была настолько острой, что буквально разрывала жилы — на мгновение я перестал чувствовать Фурию под собой. Мир перед глазами заволокла серая пелена, сквозь которую алыми углями проступали лишь «Метки Еретика» на двух оставшихся Ревунах. На последних секундах действия «Источника могущества» я вложил в этот удар всё: остатки выгорающей энергии, ярость за павших гхэллов и холодную волю Алана Тёмного.

Двое Ревунов-магов уже почти добрались до меня. С магией у них по-прежнему наблюдались проблемы, так что оба замахнулись посохами, как копьями, чтобы прикончить меня так же, как своего лидера. «Абсолют» такие удары не пробьют, поэтому я сосредоточился целиком на концентрации усилий — и в последнюю секунду перед ударом Ревуны замерли. По обугленной плоти прокатилась судорожная мышечная дрожь. Я физически чувствовал их сопротивление — Владыка Смерти властно вцепился в марионеток, но дистанция и метки решили исход дела.

Зубоскал: «Рейд! Выпускайте всё, что осталось! Долго не удержу!»

Два дымящихся исполина неохотно развернули жуков. Похоже, именно в этот момент их магия пробудилась после отката «Поступи»: черепа неведомых монстров, которые заменяли навершия посохов, вспыхнули ядовито-зелёным светом. Концентрированные разряды некротики обрушились на подбегающих пожирателей, которые вряд ли ожидали такой подставы от командиров. Первый десяток тварей, получивших этот массовый «гостинец», просто осыпался серой трухой. Остальные рванули в стороны, пытаясь взять нас с Фурией в клещи, но кто же им теперь позволит.

Управлять сразу двумя Ревунами, ломая пусть даже и ослабленную до предела чужую волю, было сродни попытке поднять гору голыми руками… Мышцы по всему телу отозвались болезненными спазмами. Тем не менее на этот раз занято было лишь сознание, а руки оставались развязаны. Да и лапы Фурии — тоже. Дикоша моментально воспользовалась возможностью выместить ярость за каждую минуту вынужденного простоя. Из-за близости врагов ей пришлось сигануть вперёд мощным прыжком почти без разгона, но и этого хватило: приземлившись между двух громадин-Ревунов, на полкорпуса впереди их жуков, дикоша врезала ударной волной «Вихревого взрыва» с такой силой, что пожирателей вокруг раскидало словно пух из разорванной подушки. Я тоже не стал скромничать и задействовал «Душелов», наконец-то воспользовавшись возможностью подзарядиться и потушить бушующий в нервах огонь. Ветвистые призрачные молнии разошлись цепным каскадом по ближайшей паре десятков тварей, не позволив им подняться после контузии от Фурии.

Освежающая волна заёмной энергии хлынула в жилы, стирая дикую усталость и смывая изнурение истощённого организма. Вокруг царил форменный хаос: подконтрольные Ревуны методично уничтожали всех, кто попадался им на глаза, в первую очередь — тех, до кого я не успел дотянуться «Душеловом». Недобитые шаманы позади «кучи-малы», в свою очередь, исступлённо лупили разъедающими фиолетовыми вспышками по Ревунам, но с тех заклинания стекали как вода с промасленной бумаги — сопротивление к собственной стихии у них было запредельным. Наши рейдеры тем временем долбили и тех, и других, не жалея ни болтов, ни магических зарядов. Вокруг всё горело, плавилось и дымило так, что дышать стало нечем.

Остро ощутив, что двумя Ревунами управлять становится слишком тяжело, я подскочил на Фурии вплотную к ближнему жуку и вонзил Пламень в спину восседавшему на нём монстру. От «Мглы Бездны» у него иммунитета не оказалось, к тому же под прямым управлением он лишился вообще всякой защиты против меня. Спина Ревуна вскипела от эффектов «Тлена» и «Пламени хаоса», плоть мгновенно слезла с костей, обнажив почерневший позвоночник и рёбра…

Сначала пришёл звук.

Низкочастотный гул, от которого почва под лапами Фурии начала мелко вибрировать, на глазах превращая растрескавшуюся обугленную корку в кипящую взвесь. Воздух вдруг потемнел, стал вязким, как патока, и застрял в горле на вдохе. Сама реальность вокруг Искажённого портала начала ощутимо прогибаться внутрь, словно пространство засасывало в невидимую титаническую воронку.

Я ждал этого момента. Именно ради него были все эти жертвы. Подчинение всех Ревунов поголовно всё-таки вынудило древнюю тварь выползти из норы на Древе Смерти. Да и кто ещё, кроме Владыки, мог породить такой мощный эффект присутствия лишь приходом?

В любом случае момента я не упустил. Спрыгнув с Фурии, я активировал на земле кристалл астрального маяка, и питомица исчезла во вспышке перехода, уносясь в Цитадель. Схватка перешла на новый уровень, в которой могли участвовать лишь сильнейшие игроки. Остальным здесь было не место — роль приманки они выполнили сполна и даже больше.

Зубоскал: «Рейд! Полная эвакуация! Аватары — пора!»

А вот и ОН.

Рядом с Искажённым порталом, под рассеивающимся «червячным» куполом, возникла исполинская фигура в три человеческих роста, облачённая в балахон из струящейся вокруг силуэта живой тьмы. Тьма постоянно перетекала от капюшона до земли и обратно, скрывая нижние конечности; шла тяжёлыми маслянистыми волнами, впитывая в себя любой свет без малейших отблесков. Из широких рукавов выглядывали кисти — просвечивающая призрачная плоть, натянутая на пожелтевшие от древности кости. Под капюшоном тоже клубился первородный мрак: в глубине горели два провала мертвенно-зелёных глаз, лишённых зрачков. А вместо лица, вырисовывая смутные очертания обтянутого пергаментной кожей черепа, ядовито горели магические руны — абсолютно чуждые всему живому. При взгляде на них сердце замерло в ледяном спазме.

Острое чувство дежавю пронзило сознание давним воспоминанием: Губитель из песочницы Дивносада выглядел очень похоже — словно дальний родственник этой древней могущественной твари. Дальний и крайне слабый в отличие от монстра, представшего перед нами. В то же мгновение, когда он появился, а в костлявой руке возник двуручный молот из призрачного зелёного пламени, остров Тёмной Звезды потряс чудовищный удар.

[ ВНИМАНИЕ!]: Активирована «Аура Смертного Истощения» (Ранг: Божественный). Эффект: −2% Жизни и −2% Энергии в секунду для всех живых существ. Сопротивление магии Смерти подавлено на 150%.

Активирована «Жертвенная Рецепция» (Ранг: Божественный)…

Сотни призрачных цепей, выкованных из концентрированного тлена и мерцающих мертвенно-бледным светом, с сухим шелестом рванулись от призрачного молота Владыки в сторону марионеток. Первая, толщиной в человеческую руку, насквозь пронзила последнего Ревуна-мага, пригвоздив его к хитину собственного жука. Связь с монстром, которого я с таким трудом подчинил, оборвалась, вернувшись беспощадным откатом, от которого потемнело в глазах.

Следующие цепи, извиваясь подобно голодным змеям, прошили оставшихся утилизаторов, что до этого стояли неподвижными, оцепеневшими изваяниями после потери ездоков. Гигантские жуки лопались изнутри, их жизненная энергия втягивалась в звенья пульсирующими сгустками чёрного пламени. Не останавливаясь ни на миг, эта жуткая сеть пронзала одного пожирателя за другим: шатуны, трубочники, шаманы — никто не смог избежать этой «родительской» заботы.

Стремительная, тотальная жатва. За доли секунды всё некогда грозное воинство Владыки перестало существовать как физическая сила. В воздухе, застывшем под гнётом искажённого времени, повисло плотное облако праха. Оно не оседало, превратившись в серую, почти непроницаемую взвесь, которая лишь подчёркивала жуткую пустоту, воцарившуюся вокруг Искажённого портала.

У каждого в этом безумном мире свои способы займа силы для последнего рывка. Владыка Древа Смерти не стал тратить время на расшаркивания — он просто «выпил» слуг досуха, вернув себе силу, данную взаймы при их «рождении» из Стручков. Теперь он окончательно вступил на поле боя, и каждый его шаг по растрескавшейся земле острова отзывался в сознании стоном сотен поглощённых им душ.

Божественные ауры раскрываются считанные мгновения, но в эпицентре Язвы эти мгновения многим обошлись фатально дорого. Приказ на эвакуацию ушёл по рейдовым каналам вовремя, но Владыка Древа Смерти не прощает заминок. Я видел через «Око», как десятки накладок происходят одновременно: кто-то пытался подхватить теряющего сознание товарища, кто-то просто замешкался, у кого-то ближайший маяк оказался дальше, чем следовало для немедленного прыжка, а где-то пространство было настолько искажено «Поступью Разложения», что астральная нить просто не могла зацепиться за реальность, и маяк иссяк раньше, чем успел активироваться.

«Аура Смертного Истощения», куда более убийственная, чем та, что я испытал на Древе Смерти, пожирала их заживо — и куда быстрее, чем длится полёт стрелы. В системном логе полоски здоровья не просто таяли, а буквально испарялись, превращая оседающих наземь пятидесятников в коматозные тела, о которых уже некому было позаботиться.

Но всё это проходило фоном. Нас — четверых, ставших сосудами для высших сил, — этот выпад больше не задевал. Каждый из нас оставался там, где его застигло преобразование, но сейчас расстояние не имело значения. Личная защита божеств сомкнулась вокруг каждого из Аватар непроницаемым барьером, сплавляя волю по пронзившим воздух молниям энергетических каналов в единое целое для предстоящей задачи.

Там, где только что находилась Кроха, почва лопнула с оглушительным треском. Прямо из мёртвой, пропитанной некротикой земли вырвался Материнский Бутон — плотный, пульсирующий узел биологической энергии. В считанные секунды он развернулся исполинским Цветком, чьи лепестки из полупрозрачного янтаря перекрыли добрую половину холма, а над ними пульсировали мириады золотых искр, словно в чаше заперли частицу новорождённого солнца. В самом центре этой ослепительной чаши, в ореоле сияющего величия, возвышалась фигура высокой статной женщины, укутанная в невесомые одеяния из застывшего света. Прекрасные золотистые волосы струились по плечам живописными волнами, сияющий взгляд янтарных глаз обратился в мою сторону… и гнилостное зловоние над всей Язвой сразу растворилось. Воздух вокруг наполнился одуряющим, звенящим ароматом первородной жизни. Стихия Смерти, только что липким саваном укрывавшая холм, с шипением испарялась, оставляя после себя лишь чистую, прогретую землю, вновь ставшую плодородной.

Дальше по дуге оцепления, на четверть окружности Язвы, стремительно увеличивалась фигура Тарпа Старого. Гхэлл превращался в исполина, но его облик не обретал чёткости — напротив, сама реальность вокруг него начала искажаться и рябить, точно поверхность лесного озера под резким порывом ветра. Теперь там возвышался сам Йеноху Охотник. Он не слепил врага божественным блеском; его массивный силуэт то проваливался в набегающие тени, то вновь проступал сквозь них, становясь частью призрачного леса, мгновенно выросшего на холме. Искорёженные, полупрозрачные стволы, сотканные из эфира и маскирующего тумана, упрямо тянулись вверх, на глазах превращая выжженное поле боя в заповедные охотничьи угодья.

Монструозный арбалет преобразился следом. Ложе оружия теперь напоминало узловатый, перевитый жилами магии корень векового древа, а огромные плечи стреломёта раздались до размеров корабельной баллисты. Они словно растворялись в призрачных ветвях, становясь естественным продолжением рук божества. От фигуры Йеноху теперь физически веяло тяжёлой мощью высшего хищника, который только что встал на след и уже не выпустит добычу живой.

Ещё четверть оборота дуги: Акарх Терпеливый принял полный Аспект Горэла Воителя. Гхэлл перерос свои прежние размеры, превращаясь в четырёхметрового псоглавого титана. Его массивный доспех, выкованный из материализованной эссенции клятв своих последователей, теперь источал ослепительное белое пламя. Огонь жадно облизывал рубленые пластины и шлем, превращая фигуру в раскалённый маяк посреди серого праха. Этот жар не обжигал союзников, но создавал вокруг Горэла зону абсолютной защиты, в которой воздух насквозь пропитался запахом калёного железа.

Медленно и сосредоточенно воин вскинул массивные руки. Когтистые пальцы намертво сжали рукояти двух исполинских мечей. Широкие лезвия клинков тоже сияли белым, а их контуры размывались в дрожащем мареве. В глазах Горэла горела лишь яростная решимость обрушить всю накопленную мощь на голову Врага, обратить её в не подлежащий обжалованию приговор.

Моё тело тоже корёжила и перекраивала поступающая извне сила. Боль… она наверняка была запредельной, способной выжечь разум любого смертного, но сейчас нервные окончания просто захлебнулись в хлынувшем по жилам потоке. Эта энергия вытесняла из плоти саму возможность чувствовать что-то ещё, оставляя лишь ледяную сосредоточенность.

Давно ставшее привычным жжение Печати на лице внезапно перешагнуло некий порог: изнутри пробилось холодное серебристое свечение, заливающее пространство вокруг резким, неестественным блеском. В этом свете мир казался выцветшим и хрупким. «Источник могущества», который ещё минуту назад я считал пиком своих возможностей, на фоне концентрированной мощи Алана Тёмного теперь выглядел как жалкий светлячок рядом с солнцем. Даже действие «Абсолюта» прервалось, вытесненное сущностью Алана, как ненужный, мешающий костыль.

Божество, копившее потенциал в Цитадели, больше не заботилось о сохранности моего тела — оно просто вливало в меня весь запас энергии для одного, решающего броска. Я чувствовал, как за спиной разворачивается тяжёлая тень покровителя, буквально выдавливая воздух из лёгких, а лезвие Пламеня вибрировало так яростно, раскаляясь насыщенным багрянцем, что рукоять меча едва не вырывалась из пальцев. В этот миг не осталось ни Зубоскала, ни Ключника — я превратился в перегруженный до предела предохранитель, через который высшая сила решила нанести удар. И если я не разряжу этот потенциал в ближайшую секунду, Смерть заберёт меня раньше, чем я успею до неё дотянуться.

[ ВНИМАНИЕ!]: Активирована синергия Пантеона: «Вердикт Астрального Единства». Статус: Все Аватары приняли полный Аспект Силы.

Я не обольщался: здесь не было истинных божеств. Передо мной и во мне находились лишь их проекции, перекачанные накопленной энергией — всем ресурсом, что удалось выскрести ради этой бойни. Но этого должно было хватить. Четверо против одного — весомый аргумент. Ведь и Владыка — лишь один из многих аватаров более грозной силы, чьё имя неизвестно, но кто равен или более могуч, чем Тамран Прародитель, послуживший основой для Горэла и Йеноху.

План оставался убийственно простым. Пока Аура Смертного Истощения выжигала остатки рейда, моя задача — нанести удар «Жатвой душ», чтобы обнулить «сейвы» Владыки, вырвав его из режима вечной сущности и превратив в смертную мишень. В это же мгновение Горэл и Йеноху под прикрытием Дживы должны были вбить свои Аспекты в образовавшуюся брешь, завершив дело. Теоретически — ничего сложного… Но второго шанса у нас уже не будет. «Вердикт Астрального Единства» — разовая акция, после которой Цитадель, по сути, надолго лишится обессилевших покровителей, вынужденных уйти на «перезагрузку».

«Теневое преимущество» под действием «Вердикта» отозвалось ожидаемо качественным скачком. Мир вокруг не просто замедлился — он схлопнулся в абсолютную статику. Пыль и ошмётки праха повисли в воздухе неподвижными искрами, а звуки битвы сменились вакуумной тишиной, в которой гулко отдавался лишь напряжённый звон Печати Алана. И несмотря на всё это, Владыка продолжал движение, хотя и с видимым трудом преодолевая сопротивление объединённых сил Пантеона. До чего же мощная Тварь…

Медленно, словно взламывая слой застывшего бетона, Владыка Древа Смерти поднимал молот. Зелёное пламя на его оголовье пульсировало, пытаясь пробить кокон нашего «Вердикта», но монстр явно опаздывал.

Тот факт, что я оказался к нему ближе всех, не был случайностью или геройством. Так диктовал расчёт.

«Пламень» вспыхнул тёмным багровым сиянием, мгновенно дотянувшись до Владыки изломанной молнией «Плети боли». Наши силы теперь были сопоставимы, так что древней твари было не избежать жгучей «Метки еретика». Следом, разрывая саму ткань реальности, ушла «Жатва душ». В системном интерфейсе бешено замигала иконка «Великого уравнителя», она на долю секунды стёрла последние границы в наших рангах и превратила аватара Бога Смерти в обычную, пусть и очень крупную, мишень. Запасы кристаллов в подсумках вспыхнули призрачным жаром, отдавая энергию.

Время окончательно замерло, наконец заставив Владыку застыть. От лезвия Пламеня вытянулись сотни тонких как волос призрачных нитей, пронизанных холодными голубыми искрами. Словно кто-то мгновенно развесил над полем боя невиданную реку из сияющей паутины, решив на краткий миг соединить в единое целое две главные фигуры.

Я физически ощутил колоссальную тяжесть этих нитей, казавшихся невесомыми лишь со стороны: подошвы сапог со стоном проломили оплавленную корку почвы. Ноги почти по колено ушли в каменистую землю — давление было таким, будто я в одиночку удерживал падающий небесный свод.

Нити опутали исполинскую фигуру Владыки сверкающим коконом, беспрепятственно вгрызаясь в его балахон из струящейся тьмы и глубоко погружаясь в призрачную плоть. «Жатва» гарантированно пожрала весь запас вражеских возрождений, рывком возвратив в копилку десяток сейвов, которые я давно не считал. В ту же секунду на меня обрушилась свинцовая слабость «Великого изнурения». Мир перед глазами сузился до тусклого пятна… но я устоял, вцепившись в рукоять вонзённого в грунт меча как в единственный якорь. На коленях должен стоять не я. Впрочем, не факт, что у древней твари вообще имеются колени под этим вечно колышущимся балахоном — да и знать не желаю.

Одновременно со мной нанесли удар и остальные, промедлив лишь мгновение, чтобы дать «Жатве» добраться до цели. Огромный арбалет Йеноху Охотника исторг стрелу толщиной с доброе бревно, словно сотканную из теней призрачного леса. Снаряд с тягучим шелестом вспорол воздух. Разрывая небо, сверху стремительно опускались две исполинских проекции сверкающих клинков Горэла. Лезвия, каждое размером с башню Цитадели, гудели от перенапряжения, готовые размолоть кости мертвеца в невесомый прах. Два ядра силы, напитанные тёплым золотистым светом, вылетели из ладоней Дживы стремительными росчерками…

Если Владыка каким-то чудом переживёт «Вердикт», я планировал лично добить его «Местью камикадзе» под усилением «Теневого прокола», и второе «Изнурение» меня сейчас не остановит — эту цену я готов был заплатить без раздумий. Пора поставить жирную точку в этой затянувшейся истории Архипелага…

Стрела Тарпа-Йеноху материализованной тенью вспорола защитные барьеры Владыки Смерти, словно ветхий пергамент. Снаряд вонзился точно в центр груди монстра, пробив призрачную плоть насквозь. Из дымящегося провала вместо крови плеснула густая первородная тьма. Прогибая само пространство, клинки Горэла-Акарха тоже настигли Владыку…

Почти настигли.

В тот самый миг, когда мечи должны были сомкнуться на капюшоне босса, само мироздание решило перевернуть доску. Будто кто-то свыше решил, что спектакль недостаточно интересен, и пора вводить новых действующих лиц.

Удар пришёл не от Врага и не из портала — он пришёл снизу, из самой утробы Бездны. Титанический толчок, сокрушающий основы реальности, прошил остров насквозь, будто гигантская колотушка опустилась на мембрану необъятного барабана. Сила импульса была такова, что нас всех — невзирая на статус Аватаров — разбросало в разные стороны, точно кегли.

Почва буквально выстрелила в ноги, подбрасывая вверх. Инерция была безумной. Уже кувыркаясь в воздухе, я выхватил взглядом, как значимая часть «Вердикта» ушла в «молоко». Пылающие клинки Горэла, потеряв цель из-за смещения пространства, с громовым рёвом обрушились на опустевшую Язву в десятке метров от босса, мгновенно испарили почву и превратили скальную породу в озеро раскалённой лавы. Владыку, лишённого опоры, тоже отшвырнуло прочь — он пролетел ворохом дымящегося тряпья и рухнул на краю горящего эпицентра.

Понимание катастрофы и отчаяние толкнули ударить «Местью Камикадзе» прямо в воздухе, за миг до столкновения плеча с землёй. Умение, не раз доказывавшее свою безжалостную и неотвратимую силу, вспыхнуло…

И угасло, стёртое из реальности более могущественным явлением. Пространство исказилось, сдаваясь под натиском Силы Бездны. Холодной, безразличной, абсолютной.

Жёсткое приземление вспахало моим телом израненную почву, словно плугом.

Действие «Ауры Смертного Истощения» оборвалось так резко, словно кто-то перерезал незримый провод. Но облегчения это не принесло. Следом, один за другим, схлопнулись божественные Аспекты Пантеона. Тёмная Звезда перестала быть проводником для наших покровителей — теперь здесь правила чужеродная воля. Рывком приподнявшись на руках, я кожей чувствовал, как серебряное сияние Алана гаснет, втягиваясь обратно в Печать на лице. Видел, как осыпаются золотым пеплом лепестки Цветка Дживы. Как бессильно растворяется в тенях призрачный лес Охотника и гаснет белое пламя доспехов Воителя.

— Нет!!! — мой яростный крик утонул в бездонной тишине, словно стёртый призрачной рукой.

Силуэты соратников уже исчезли вдали, поглощённые наплывающим со всех сторон туманом Бездны. Он катился по острову низкими, тяжёлыми волнами, пожирая всё на своём пути. Каким-то безумным усилием мне удалось лишь подняться на колени, сжимая рукоять Пламеня в ослабевшей руке и с ненавистью впившись взглядом в то место, где волны накрыли силуэт Владыки. Один рывок, чтобы его прикончить… Один удар! Но откат «Вердикта» словно вынул из меня все кости разом, а мышцы превратились в желе. Мы все облажались, и совершенно неважно, что не по своей вине…

[ ВНИМАНИЕ!]: Доступ к астральным маякам заблокирован внешним вмешательством.

Всё это было знакомо до боли, до зубовного скрежета. Остров Мертвецов. Там всё начиналось точно так же — с обрыва связей, падения в никуда и пугающего безмолвия Системы.

Я зарычал от яростного бессилия. План, выверенный до секунды, рассыпался прахом. Мы были так близки! Но Бездна изменила правила игры прямо во время финального хода. Владыка Смерти был ранен, лишён сейвов, почти развоплощён, но… он был жив. И теперь он находился где-то там, под слоем накатывающей Белой Мглы, наверняка планируя беспощадную месть, как только представится малейший шанс.

Проклятое тело совершенно не желало слушаться. На одной силе воли я словно чужой рукой достал из подсумка кристалл астрального маяка и попробовал его установить возле ног на ощупь — туман уже добрался и до меня, захлестнув по пояс. Артефакт ожидаемо остался лишь холодным куском кристаллизованной энергии. Где-то там, среди этого белого моря, находилась и моя Кроха, но «Духовная связь» прервалась, я её не чувствовал. Марана оставалась рядом с фейри до конца, она не ушла бы без меня — но теперь и её не найти. Тарп и Акарх тоже наверняка ещё живы, но вряд ли в лучшем состоянии, чем я. Сейчас мы Владыке точно не соперники, даже если эта тварь ранена смертельно. Без силы Пантеона и поддержки усилителей мы всего лишь игроки, а он по-прежнему — аватар Бога Смерти.

Оставалось лишь убраться с острова, который именно сегодня вдруг вздумал погружаться в Бездну как корабль с пробитым днищем. Пляски безумных энергий нарушили метрику пространства, сбили хрупкий баланс вековых настроек. Так, может, Бездна и завершит дело за нас? Плевать на награды — главное, чтобы Система стёрла эту Тварь без следа. Без шанса вернуться.

Иконки интерфейса затянуло рябью. Система молчала, но я лишь зло оскалился: в прошлый раз «Астральный сдвиг» сработал несмотря ни на что, надежда оставалась. Куда больше меня сейчас беспокоила судьба соратников и демонессы — Бездна для них куда опаснее, чем для Ключника.

Но Бездна, как выяснилось, только начинала своё представление.

Тёмная Звезда под коленями содрогнулась от удара такой силы, что реальность снова встала на дыбы. Раскалённое озеро, образовавшееся в месте поражения «Вердиктом», брызнуло во все стороны фонтанами горящих ошмётков, расталкивая сомкнувшийся было над ним покров Белой Мглы.

Древняя магическая структура Искажённого портала не выдержала: круглая массивная плита сдетонировала, разлетаясь каменной шрапнелью. Ослепительная фиолетовая вспышка на мгновение превратила туман вокруг неё в раскалённый неон, а следом пришёл рокочущий, оглушительный гул рвущейся материи. Земля прямо под воронкой вздыбилась колоссальным горбом, заставив меня заскользить по резко накренившейся поверхности острова прочь от эпицентра.

Что-то чудовищно огромное проламывалось с той стороны сквозь твердь, вздымая пласты базальта точно гигантские льдины. Яростно работая Пламенем и кинжалом, я сумел вбить лезвия в почву и остановиться, хотя инстинкт кричал, что нужно позволить инерции унести меня как можно дальше от этого места.

Сначала из проложенного в недрах жерла взметнулись десятки огромных щупалец, каждое толщиной с крепостную башню. Но это было лишь «остриё клинка». По всему телу острова побежали зияющие трещины шириной с каньон, из которых тут же ударил ледяной бешеный ветер. Не выдерживая напора прущего следом гигантского тела, Тёмная Звезда раскалывалась на части скорлупой ореха под ударом молота. В какой-то момент мне пришлось рывком сместиться на несколько метров, чтобы не рухнуть в очередной разлом, мгновенно втянувший тысячи тонн камня под ногами.

Патриарх…

Медленно и величественно ОН проходил сквозь остров, словно пробивал тонкую корку льда. Огромная масса, сопоставимая размерами с островом второго ранга, всё выше вздымалась над руинами гигантским тёмным веретеном. Словно ожившее Древо Смерти, но вместо веток — непрерывно шевелящиеся километровые щупальца, испещрённые пульсирующими присосками. Он небрежно отбрасывал мешающие проходу куски скал, дробя их в щебень.

Мир окончательно сорвался с петель. Воздух свистел, уходя в разверзшиеся провалы, а остров распадался на тысячи рваных осколков, вращающихся в безумном танце. Тонны серой пыли окрасили воздух почти непроницаемой вуалью.

Но Патриарх пришёл не один.

Остров вздрагивал раз за разом: новые титанические удары снизу пробивали твердь, выпуская гигантские тени Дегустаторов. Их не интересовало Семя. Сейчас их привлекла сама Сила, которую мы неосторожно разрядили в центре их вотчины. Истинные хозяева глубин пожаловали на «огонёк», разбирая остров на части и пережёвывая реальность вместе с камнями, мертвецами и нами. Для таких концептуальных монстров все наши божественные аватары были лишь мальками в пруду с хищными рыбами.

Вздрогнув особенно резко, мой клочок суши окончательно оторвался от основного массива и, слегка накренившись, начал стремительное погружение в бездонную пасть Великого Вихря. Ничего не оставалось, как вцепиться в рукоять вонзённого до середины лезвия меча покрепче, забыв про торчавший рядом кинжал, уже не справлявшийся с такой задачей.

Интерфейс перед глазами ожил на краткий миг, словно издеваясь:

[ ВНИМАНИЕ!]: Вероятность гибели Ключника — 99%… Статус: «Астральный сдвиг» заблокирован внешним вмешательством.

Я висел над зевом вечности, вцепившись в холодный камень стальным когтем клинка и слушал, как Бездна смеётся над планами богов и людей. Вокруг в серой взвеси тумана, безмолвно на фоне воющего ветра, скользили вниз куски суши, медленно погружаясь в ничто. И на одном из них находился я. Силы немного вернулись, но их некуда было приложить. И нечем было защититься от самой Бездны.

Я видел, как быстро тускнеет, покрываясь пятнами коррозии, металл эльфийских доспехов. Покрываются налётом невесомого праха детали кожаной амуниции — вещи стремительно старели. И если бы только вещи.

Пропущенный удар обнаружился только сейчас. Левая перчатка лопнула по швам, и пришлось избавиться от остатков защиты, чтобы не сковывали движений. Обнажённая кисть под агрессивным воздействием Бездны быстро краснела, проступая влажной плёнкой сукровицы. То же самое сейчас явно происходило и с лицом, судя по слегка затуманенной остроте зрения. Странно, но я не чувствовал боли — видимо, внутри всё выгорело после божественных трансформаций. В прошлый раз в Бездне такого не происходило, но и падение тогда не было настолько глубоким как сейчас, да ещё и в самой Воронке, где среда явно была агрессивней. Подозреваю, что если бы не безумное количество вкачанных параметров, существенно укрепивших плоть, то кожа давно бы уже слезла клочьями, а затем и мышцы — до костей, и сейчас бы я выхаркивал кровь вместе с лёгкими, полностью лишившись и глаз.

Глоток из фляги ожидаемо оказался бесполезным. Похоже, стандартное зелье здоровья теперь влияло на организм не больше, чем дистиллированная вода. Впрочем, простая возможность смочить горло — уже неплохо. Вылил часть зелья на тыльную сторону кисти… но оно просто стекло, не захотев вспениваться и закрывать кожу. Значит, зелье здесь просто не действовало.

Риск погибнуть окончательно никогда ещё не был так высок. Бездна могла забрать меня целиком, как когда-то забрала Хорку Умного. Ему не помогли ни сейвы, ни личная сила Видящего. Но мысль об этом заставила лишь со злым упрямством стиснуть зубы. Хрен ты меня заберёшь… Не знаю как, но — подавишься.

Подсумки… В них почти не осталось кристаллов, да и сами они уже расползались прахом, грозя уронить содержимое в пустоту. Все накопления сгорели в пламени «Жатвы», но я обнаружил это только сейчас — в горячке боя было не до контроля расхода. Тварь оказалась на порядок сильнее любых расчётов, а запасные подсумки ушли во тьму вместе с павшими гхэллами. Жалкие полтора десятка штук от полутора тысяч — вот и весь ресурс, чтобы торговаться со смертью.

В Бездне системная магия сдохла, но у меня ещё оставался «Хроно-Эхо». Одно из его ключевых свойств — игнорирование внешних блокировок, если их ранг не превышал «Божественный». Само собой, принудительный сброс отката в таком состоянии мог убить быстрее самой Бездны, но терять было уже нечего. Я решил тянуть до последнего, пока ситуация не станет фатальной, и только тогда врубить «Абсолют».

На крайний случай оставались «Узы вечности», гарантировавшие, что Ключник не может умереть окончательно, пока его душа связана с Цитаделью. Но меня грызло сомнение: здесь, в Бездне, сохранилась ли эта связь, или её перерезало вместе с остальными системными каналами?

Я медлил. Полтора десятка кристаллов под «Абсолютом» давали всего минуту с четвертью отсрочки — в масштабах падения это был просто пшик. Куда больше помог бы «Душелов», но с ним возникла патовая ситуация. Под «Концентрацией» его откат составлял всего пять секунд и давно истёк, а «Обновление» работало только с теми навыками, что уже находились в перезарядке. Ещё большая засада заключалась в том, что здесь банально некого было бить. Пытаться достать «Душеловом» Дегустатора — затея на грани суицидального бреда, но даже эти твари исчезли, потеряв интерес к каменным обломкам. Бездна была стерильна: вокруг не осталось никого, из кого я мог бы выжать хотя бы каплю энергии, чтобы продержаться как можно дольше.

Проблемы продолжали нарастать. Ровное жжение серебряной паутины Алана каким-то образом всё-таки сдерживало распад плоти на лице, сохраняя тем самым и зрение, а вот с левой кистью было совсем печально. Кожа уже слезала клочьями, капли крови бесследно падали в колышущийся возле ног туман. Но кисть — это мелочи. Куда больше не нравилось, что лёгкие уже начинали неприятно хрипеть, а на губах чувствовался характерный привкус.

Я встрепенулся. Только что вокруг не было никого — и вдруг на самой границе угасающего восприятия вспыхнули два сигнала. Первый — крохотный золотистый огонёк, прожигавший своей сутью завывающий кисель из тумана и пыли. Кроха! Жива⁈

Я даже не заметил, как тело само приняло боевую стойку, а пальцы в латной перчатке до хруста сжали рукоять Пламеня. Фейри пробивалась ко мне по кратчайшей прямой, ориентируясь по нашей искалеченной, но всё ещё живой духовной связи. Все шесть её крылышек работали на износ, рассекая плотные течения Белой мглы. Через эфир я чувствовал, что на своём хвосте из золотистой пыльцы Кроха тащила шлейф чистого, концентрированного ужаса.

Второй сигнал гнался за ней огромной размытой кляксой. Сучий недобиток! Лишённый божественного величия и израненный нашим «Вердиктом», Владыка, тем не менее, сохранил достаточно сил, чтобы открыть охоту. И даже Бездна не стала ему помехой. Крыльев у монстра не было, поэтому чёрная тень рваными, неестественно длинными прыжками перемещалась по падающим каменным глыбам точно гигантский паук по нитям невидимой паутины. Он следовал за Крохой, прекрасно зная, что она приведёт его к главной цели. Иначе бы давно сцапал.

Так значит, тебе нужен Ключник? Прекрасно. А мне нужен ты. Где бы я ещё добыл в этой стерильной пустоте батарейку для выживания?

«Всё правильно, малышка…» — я послал Крохе через эфир импульс тепла и поддержки, не сводя взгляда с силуэта преследователя. — «Ты умница. Лети ко мне. Не бойся, я его встречу».

Отчаяние фейри мгновенно сменилось облегчением, а следом — новой волной тревоги, но уже за меня. Пришлось успокаивать её повторно, транслируя чёткий видеоряд предстоящих действий. Пусть воспринимает эту погоню не как бегство, а как загон зверя на ловца. Если мы переживём эту тварь хотя бы на секунду — это уже будет победой.

Я со злой усмешкой перехватил меч, чувствуя, как по пальцам левой руки всё обильнее течёт кровь. Плевать, мне и правой хватит, чтобы всадить сталь в это отродье. Владыка Смерти хотел финала? Он его получит. Здесь, в пустоте, где нет ни богов, ни законов Системы, а от самого Мертвяка осталась лишь тень прежнего могущества, я рассчитывал сыграть на равных.

Светлячок Крохи становился всё ярче, пробиваясь сквозь серую муть. А за спиной, уже не скрываясь, летел чёрный саван Врага. До столкновения оставались считанные мгновения.

Золотистая искра Крохи влетела в личное пространство. Я едва успел подставить плечо, чтобы она смогла вцепиться в изъеденный Бездной наплечник крошечными дрожащими ручонками. Фея была изнурена до предела: крылья двигались судорожно, а в расширенных, как чайные блюдца, васильковых глазах плескался первобытный ужас. Она тут же юркнула за спину, спасаясь от жгучего взгляда преследователя.

Секундой позже осколок содрогнулся так, словно в него врезался метеорит. Тяжёлый удар заставил клочок суши заколебаться теряющим остойчивость кораблём. Прямо передо мной, в десяти шагах, из серой взвеси соткалась фигура Владыки.

Он выглядел жалко и страшно одновременно. От былого пятиметрового величия псевдобожества не осталось и следа: теперь передо мной стоял трёхметровый монстр, чьё присутствие всё ещё давило на психику, но уже не казалось абсолютным. Одеяние из струящейся тьмы висело на нём грязным рваньём. Клочья магической материи отрывались и таяли в воздухе, обнажая сквозь прорехи в балахоне жёлтые, иссохшие кости и куски почерневшей плоти, которую «Вердикт» содрал целыми пластами. Магия Бездны лишила его возможности регенерировать — раны курились едким дымом, не затягиваясь.

Владыка медленно выпрямился. Костлявые лапы, похожие на сучья мёртвого дерева, сжали древко костяного Молота. Раньше это оружие извергало потоки призрачного пламени, выжигавшие легионы; теперь же оно лишь тускло тлело умирающим изумрудным светом, словно уголёк в затухающем костре. Но расслабляться рановато — даже в таком состоянии эта тварь могла размозжить череп одним небрежным движением.

В глубине капюшона, среди ядовито пульсирующих рун, полыхали два провала мертвенно-зелёных глаз. В них не было зрачков — только бесконечный голод и ледяная пустота. Когда этот взгляд скрестился с моим, сердце на мгновение пропустило удар. Даже развоплощаясь, Владыка продолжал транслировать в мир свою суть, подавляющую всё живое в радиусе досягаемости.

Кого он сейчас видел перед собой? Избитого, едва стоящего на ногах игрока с развороченной кистью и затуманенным взором? Очередную жертву, которая в приступе предсмертного отчаяния выставила перед собой бесполезную против такого монстра железку?

Пусть так и думает.

Монстр не собирался вести переговоры. Он не тратил силы на шёпот. Владыка просто сделал шаг вперёд, занося молот, и воздух вокруг застонал от сконцентрированного веса грядущего удара.

Что ж, я тоже не собирался сотрясать воздух зря.

" Обновление"!

В ответ на мысленную команду провернулись шестерни запретной механики. Система молчала, но артефакт торговой гильдии плевать хотел на блокировки Бездны — он просто вырвал кусок моей жизненной силы, чтобы мгновенно сжечь откат умения.

Позвоночник словно прошил раскалённый шомпол. Тёплая, липкая влага потекла из ушей и ноздрей; зрение затянуло багровой дымкой — кровь из лопнувших капилляров заливала взор. Горло сдавило спазмом. Тупая, выламывающая суставы боль пришла вместе с ледяным осознанием: ещё один такой «сброс», и в Цитадели гарантированно будет нечего восстанавливать. Душа просто развеется прахом.

Но главное — я устоял. Владыка уже начал движение. Молот пошёл вниз, рассекая серую мглу и обещая вбить меня в скалы. Он опоздал всего на долю секунды — ту самую, что отделяет добычу от охотника.

Облако из тысяч ярко-голубых искорок, похожих на разъярённый рой призрачных насекомых, сорвалось с лезвия Пламеня. Они ввинтились в пространство, бешено вращаясь по замысловатым орбитам. Иконка «Великого уравнителя» вспыхнула на периферии зрения тусклым мерцающим светом. Полтора десятка оставшихся кристаллов не могли вытянуть разницу в рангах даже отчасти — подсумок на поясе вдруг вспыхнул, ослепив меня жаром сгорающей энергии, и осыпался серым пеплом.

Но и здоровье монстра было далеко от идеала.

Светляки врезались во Владыку, пробивая остатки плоти и кости в тысячах мест. Тварь издала звук, похожий на скрежет ломающегося льда. Чёрная фигура рывком «сжалась», уменьшаясь до двух метров — инстинктивная защитная реакция в попытке минимизировать урон.

«Душелов»… не сработал. Без «Хроно-Эхо» Бездна не позволила применить умение, а активация артефакта сейчас просто убила бы меня. Неважно. Теперь-то мы точно были равны.

Оправившись от шока, Владыка снова замахнулся. Я был не в состоянии уклоняться — ноги просто не выдержали бы резкого смещения, поэтому встретил удар Пламенем, вложив в блок все остатки сил. Сталь столкнулась с мёртвой костью. Мощный импульс отдачи едва не вырвал плечи из суставов. Мы оба отшатнулись, но тут же снова кинулись в атаку.

Лязг, скрежет, короткие рубленые выпады. Мы были похожи на двух умирающих гладиаторов на тонущем плоту. Обессиленные, выжатые досуха, через пару мгновений мы замерли друг против друга. Мой меч упёрся в его рёбра, его молот лежал на моём левом наплечнике, вмятом в изувеченное тело. Мы смотрели глаза в глаза, и даже сквозь багровую муть я видел ядовитую зелень в провалах его глазниц. Ненависть была осязаемой, как свинец. Из него истекала некротическая тьма, заставляя фигуру таять, а по доспехам всё гуще текла кровь. Я уже не был уверен, что смогу пережить его хотя бы на секунду.

И тут Кроха сделала свой ход. Я не успел её остановить, да и смысла уже не было останавливать. Светящейся шестикрылой стрекозой фейри скользнула к поясу. Маленькие пальчики сомкнулись на поверхности «Хроно-Эхо», торчавшего в слоте пряжки.

По сути, это был тот же кристалл энергии, просто заточенный в форму артефакта с чётко прописанными функциями, но на порядки мощнее и сложнее всего, что нам доставалось раньше. Честно говоря, я даже не думал о таком применении артефакта, но способная поглощать чистый эфир, истощённая и обессиленная, Кроха сообразила куда быстрее. Её вели инстинкты. Она выдернула артефакт размером в треть своего роста из слота, прижала к груди и прошептала:

— Светлячок!

И он вспыхнул.

Выброс энергии был такой силы, что реальность на мгновение превратилась в жидкое стекло. Совершенно безобидное умение, которое раньше заменяло факел в тёмных коридорах, но подпитанное мощью «Хроно-Эхо», превратилось в оружие фатального исхода. Свет за доли секунды разгорелся до ослепляющей яркости сверхновой.

Я успел увидеть, как фигура Владыки Древа Смерти, не защищённая более ничем, распалась облаком сухого праха и исчезла под напором первородного света, словно горсть пепла, брошенная в эпицентр шторма.

В следующую секунду в глаза плеснуло золотом, и я ослеп. Боль была странной — тупой и какой-то щадящей. Свет словно прижёг и запечатал все раны одновременно. Я лишь успел наугад подхватить на руки обмякшее, почти невесомое тельце Крохи, прежде чем обессиленно опуститься на колени.

Системных уведомлений сейчас не дождаться, но, вне всякого сомнения, Владыка был мёртв. На этот раз — окончательно. Губы скривились в горькой улыбке. «Узы вечности» не торопились проявлять силу, но меня больше беспокоило, выжила ли Кроха. Духовная связь молчала. Я боялся, что мощь артефакта без остатка выжгла её маленькую отважную душу…

Я ждал, что обломок вот-вот врежется в Дно Бездны, размазав нас по камням, но падение внезапно прекратилось. Не было столкновения, не было резкой остановки. Движение просто сменило вектор: я почувствовал мощное ускорение по горизонтали, словно островок подхватило течением гигантской реки.

Тяжело дыша, я довольно долго сидел в полной темноте. Постепенно сквозь пелену крови и слёз начал пробиваться мягкий изумрудный свет. Зрение возвращалось мутными пятнами. Кроха… эта героическая мелочь всё ещё обнималась с погасшим кристаллом артефакта. Прямо на моих ладонях она умудрилась установить все три своих коронных тотема, вложенных один в другой: красный слой «Эфирного безмолвия», медовый — «Сферы покоя» и изумрудное сияние «Оазиса жизни» внутри. В центре чаши, пульсирующей нежным теплом, лежала и сама фейри.

Лишь благодаря этой магии моё зрение восстанавливалось, а раны затягивались. Сама же Кроха пребывала в глубокой коме — сознание надорвалось, пытаясь удержать действие магии среди этого хаоса. Малышка не реагировала ни на что, но мёртвой хваткой прижимала к себе пустой корпус «Хроно-Эхо», выгоревший, но почему-то, вопреки описанию, так и не разрушившийся.

Я поднял голову. Островок и впрямь не летел вниз — он плавно скользил в тумане, плотно прижавшись к чему-то серому, бугристому и бесконечно огромному. До меня не сразу дошло, что мы оказались на спине Дегустатора-Патриарха. Хозяин Бездны нёс нас куда-то вглубь своего царства.

Но я был не один на этой живой горе летающей плоти. Там, впереди, сквозь туманные течения, пробивался огонёк другой ауры. Смутно знакомой. Той, что не должна была здесь находиться.

Удерживая Кроху в цветке тотемов, я поднялся и, пошатываясь, пошёл вперёд.

Путешествие по спине Патриарха показалось мне довольно необычным занятием. Под ногами ощущалась не твердь камня, а нечто среднее между ороговевшей древней бронёй и застывшей лавой — бугристая, шероховатая поверхность вибрировала от бесконечной внутренней силы, которая толкала этого титана сквозь пустоту. Казалось, я шагаю по живой тектонической плите, под которой пульсирует кровь самой Бездны.

Туманные течения здесь были особенно агрессивны. Они налетали стаями зубастых пираний, пытаясь выгрызть куски моей реальности, но сияние тотемов Крохи держало оборону. Тройная сфера создавала вокруг нас трёхметровый пузырь пригодного для жизни пространства, о который серая хмарь разбивалась бессильными вспышками энтропии.

Вскоре туман расступился, и я ненадолго замер, рассматривая стоящую впереди фигуру. Высокий, широкоплечий, окутанный дымчато-серой мантией, которая постоянно меняла очертания, сливаясь с фоном Бездны. Под светом моих тотемов Система, словно нехотя, выдала лаконичную справку:

Хорка Призрачный [Проводник Бездны]. Статус: Нейтрален.

Да, это был уже не тот Видящий, которого я знал. Но я не чувствовал от него враждебности. Напротив, от фигуры веяло каким-то запредельным спокойствием. Сложно было не догадаться: Патриарх не случайно подхватил мой обломок — он подчинялся воле этого существа.

Пожав плечами, я подошёл и встал рядом, плечом к плечу. Мы летели сквозь Бездну молча. Я не задавал вопросов, понимая, что Хорка вряд ли ответит на них привычным способом. Он просто стоял у «руля» этого живого острова, вглядываясь в пустоту впереди. Его глаза, когда-то полные мудрости и лукавства, теперь светились ровным, холодным светом Изнанки.

Через некоторое время пространство начало деформироваться. Серый туман истончился, а впереди разрослась гигантская сияющая воронка, отдалённо напоминающая ту, через которую я когда-то покинул Лунную Радугу. Она переливалась всеми цветами спектра, закручиваясь в безумном ритме, и от неё исходила мощь, способная перемалывать миры в звёздную пыль.

Дегустатор-Патриарх начал закладывать крутой вираж, заходя по касательной к этому радужному жерлу. Хорка вдруг шевельнулся. Один единственный шаг — и он оказался вплотную ко мне. Холодная как лёд и тяжёлая как гранит рука легла мне на плечо.

Я не успел издать ни звука. Могучим, поистине сверхъестественным усилием Хорка сорвал меня со шкуры Дегустатора и швырнул прямо в центр воронки. И лишь тогда в сознании, перекрывая рёв пространственного шторма, прозвучал знакомый мысленный шёпот: «Я ни о чём не жалею, Ключник. Но ты мне задолжал. Позаботься о моём народе».

Потоки сияющей энергии подхватили нас с Крохой, увлекая к неведомому устью. Странное оцепенение охватило разум, перегруженный событиями последних часов. Я просто наблюдал без всяких эмоций, как цвета сменяются с безумной скоростью: от ослепительного белого до глубокого ультрамарина. Пузырь тотемов справился и здесь, защищая нас не хуже «Абсолюта». Единственной моей задачей было не потревожить Кроху, всё остальное происходило само собой.

Секунда. Две. Пять. Вспышка!

Резкий удар. Всплеск. Прохлада. Вкус воды — настоящей, живой воды. Я вынырнул на поверхность, жадно хватая ртом воздух. Он был потрясающим — чистым, свежим, напоенным ароматами цветов и влажной травы. Вокруг не было ни пыли, ни запаха серы, ни тлена. Сразу же подхватив с поверхности воды одной ладонью тельце фейри, я в несколько неуклюжих гребков добрался до суши. Тотемы всё-таки разметало, но в них больше не было нужды.

Я видел, что оказался в гигантской цветущей долине, образованной древним кратером. С отвесных скалистых стен кальдеры срывались сотни хрустальных водопадов. Они шумели, переливаясь на ярком дневном солнце, и собирались в огромное зеркальное озеро, в центре которого и находился островок.

Не обращая внимания на стекающую по доспехам воду, я опустился на корточки и бережно положил Кроху на мягкую траву. Изумрудный цветок «Оазиса жизни» тут же расцвёл вокруг неё с новой силой. Значит, артефакт ещё не исчерпан? Или тотем запустился от естественной магии этого места? Неважно. Главное, что в чаше лепестков фейри наконец-то расслабилась и глубоко задышала.

Система давно ожила, заваливая меня уведомлениями, но мне было на них глубоко наплевать. Я откинулся на спину, растянувшись во весь рост и уставившись в бездонное лазурное небо. Раны больше не болели, а на душе воцарилась полнейшая безмятежность. Где-то там, за барьером, остались Тёмная Звезда, Владыка Смерти и псоглавые надсмотрщики, жаждавшие заполучить Ключника в личное пользование. А под полуразрушенной кирасой, на шнурке в кожаном мешочке, дожидался своего часа особый расходник.

На самом деле, по уговору, Кроха должна была воспользоваться именно им перед схваткой с Владыкой. Кристалл есть кристалл, даже если это расходник Радужного портала, но тогда нам было не до «заначек» на чёрный день, так что… Но Кроха нашла вариант получше, проявив личную инициативу. Какая же она всё-таки…

— Босс, — раздался рядом слабый и сонный голосок. — Я умница, да? Вот скажи? А ну скажи, какая я умница, и вообще вся замечательная с ног до головы, и крылышки похвалить не забудь, а то я тебя пну!

Я не смог сдержать улыбки. Вот теперь точно всё в порядке, раз «Духовная связь» восстановилась настолько, что позволяет читать мысли.

От автора: Что ж, вот и финал. Как ни ста рался уменьшить объём, глава всё равно выросла вдвое больше расчётного размера. Крайне сложная и напряжённая главушка вышла. Дело осталось за малым: написать небольшой эпилог для подведения итогов и прояснения некоторых моментов — это примерно два-три дня.

Надеюсь, сцена, отнявшая столько времени и сил, удалась. Позже, после завершения книги, будет корректирующая редактура последних глав. Свежему тексту нужно отлежаться, после чего, недельки через две-три, кроме чтения станет доступно и скачивание.

Эпилог

Мир: Виридис (III). Сектор: Калдарис. Локация: Лазурные Водопады.

Прошло три дня с того момента, как Бездна едва не поглотила нас вместе с остатками Тёмной Звезды.

Приспособив в качестве табуретки подходящий по размеру валун, я с относительным комфортом устроился на самом краю скального выступа-козырька, который надёжно спрятался в неглубокой расселине на склоне горы. Точка обзора находилась на высоте сотни метров над уровнем долины — идеальное место для того, кто привык контролировать ситуацию, оставаясь при этом абсолютно незамеченным. Таких «глаз» по всей окружности гигантской кальдеры мы успели обустроить уже около двух десятков. Благодаря слаженной работе астральных маяков сеть получилась не просто мобильной, а мгновенной: в случае любой экстренной угрозы переброска ударных групп составила бы считанные секунды. Незнакомый мир не прощает беспечности, особенно на первых порах, и я не собирался давать Виридису ни единого шанса застать мой клан врасплох.

В клане уже всё усвоили, что этот наблюдательный пункт — мой личный «остров тишины». Здесь меня никто не решался беспокоить без жизненно важных причин. Тем более что у Тарпа Старого, Акарха Терпеливого и других лидеров хватало забот по размещению и обустройству сотен суров на новом месте.

Рядом находились лишь Чупа и Джарук. Им сегодня предстояла особая, глубоко личная миссия — встреча с прошлым. Ракшас выглядел торжественно-спокойным, он буквально светился величием перед моментом долгожданной встречи со своим племенем. На нём была лучшая стальная и кожаная амуниция из того, что удалось отыскать в арсеналах Цитадели. А вот симпатичная мордашка Чупы от волнения покраснела до цвета спелого помидора; девчонка явно не знала, куда деть руки: то бесконечно поправляла ремни снаряжения, то теребила кудряшки, то судорожно хваталась за пращу на поясе, хотя здесь и сейчас драться было совершенно не с кем.

Я перевёл взгляд вниз, и на мгновение меня снова охватило то самое странное, щемящее волнение. После бесконечных серых пустот Небесного Архипелага, где между островами зияли километры агрессивного, пожирающего свет тумана, вид этой цветущей долины казался чем-то нереальным, почти божественной галлюцинацией.

В первую очередь взгляд приковывала огромная чаша с кристально чистой водой, которая занимала самый центр долины. В её безмятежной поверхности, как в безупречном зеркале, отражалось бездонное лазурное небо и белоснежные шапки гор. Неудивительно, что это озеро носило название Зеркало Вечности. Единственным пятнышком на глади оставался словно специально для меня созданный островок посерёдке. Почему для меня? Ну, если учесть, что протяжённость озера в самой широкой части составляла около тридцати километров, то оказаться на крошечном стометровом пятачке суши в момент выброса из астральной межмировой дыры — это не просто совпадение. Это чудо. Похоже, параметр Удачи в тот момент сработал на все 100%, а может даже, взял нехилый кредит у самой Судьбы.

Вокруг озера, радуя взгляд сочными красками, до самых границ скалистых склонов расстилался ковер из буйной, почти изумрудной зелени. Никакого пепла, никакой скверны или удушливого белесого тумана — только высокая трава и рощи незнакомых деревьев, трепещущих густой летней листвой на ласковом теплом ветру. Окружавший долину по периметру величественный горный пояс, самые низкие вершины в котором вздымались километра на два, выглядел неприступной крепостью… Или причудливой каменной короной, защищающей этот рай от внешнего мира. Из расселин между крутых склонов срывались сотни водопадов; они искрились на солнце миллионами брызг и наполняли воздух монотонным, глубоким и очень успокаивающим рокотом падающей воды.

Вид твёрдой, надёжной земли, куда ни глянь, был настолько прекрасен, что внутри всё сжималось от подсознательного страха: а что, если эта картина вдруг окажется искусной иллюзией? Если даже мне, повидавшему миры за пределами Архипелага, сейчас это казалось диковинкой, то что чувствовали гхэллы? Для них, не видевших с рождения ничего, кроме туманной круговерти вокруг парящих в пустоте островов, эта долина стала настоящим раем обетованным. Твердь под ногами перестала быть для них роскошью, превратившись в незыблемый фундамент новой, свободной жизни.

Хорке Умному понравился бы этот мир. Но не будем о грустном.

Народ внизу буквально ошалел от этого внезапного счастья. Я видел, как по зеркальной глади озера скользят первые самодельные лодки. Гхэллы проявили чудеса хозяйственности и предусмотрительности: они умудрились перетащить стройматериалы при эвакуации и в кратчайшие сроки собрать несколько посудин. Хотя те конструктивно явно не предназначались для воды, встроенный в корпус левимет позволял им уверенно держаться на плаву. Сейчас бывшие жители летающих островов увлечённо осваивали древнее искусство рыбной ловли, азартно орудуя острогами и самодельными удочками.

Жизнь кипела. В окрестностях озера уже росли и множились первые жилища. Естественно, это были привычные им глинники — ничего иного гхэллы пока возводить не умели, но я был уверен, что они неизбежно научатся строить из камня и дерева. Разведгруппы постоянно уходили в глубь территории, нащупывая жилы ресурсов и изредка вступая в короткие стычки с местным зверьем. Долина была обширной, не меньше сотни километров в диаметре, но ничего по-настоящему серьёзного разведчикам пока не встретилось: этот мир официально относился к третьей ступени (уровни 30–50). Для моих парней, закалённых в боях с пожирателями, сектор стал практически курортом.

Я невольно вновь и вновь думал о Жальнике, встреча с которым вот-вот должна была состояться. Врезалось в память, как давний товарищ мечтал о подобном месте — чтобы можно было наконец погреть промёрзшие косточки после вечного снега и пронизывающих ветров Лунной Радуги. Его уровень, конечно, пока слабоват для полной свободы в этих диких краях, но уровни — дело наживное. Главное, что под бдительным присмотром моего клана беженцам из осколка мира Инферно теперь ничего не грозит.

Я лично об этом позабочусь.

Две любопытные теории о природе Бури, которые Тарп Старый излагал мне, пока мы летели на «Быстроглазого» к Тёмной Звезде, так и остались лишь теориями. Разрушение острова над Воронкой не прекратило Бурю мгновенно, но и не превратило её в апокалипсис. Она просто продолжала быть — застывшая в своей серой ярости угроза, которая теперь лишь издалека давила на нервы.

Благодаря этому, хотя мы и проводили эвакуацию в большой спешке, удалось полностью избежать паники.

Кроха стала моим главным стратегическим козырем: при работе возле Алтаря Дживы она превратила своего хозяина в настоящий живой завод по производству магических расходников. Теперь в поле влияния Алтаря все процессы крафта для меня ускорялись многократно, а затраты личной энергии падали почти до нулевой отметки. Благодаря колоссальному количеству созданных, а позже активированных маяков ранг «Астрального таланта» совершил рывок до четвёртого уровня. Теперь получалось производить десяток расходников за один присест, что весьма быстро решило все проблемы с транспортной сетью как в старом, так и в новом мире. А заодно это освободило меня от докучливой обязанности заниматься непрерывной штамповкой этих чёртовых маяков вручную. Поработал сутки — и можно забыть об этой рутине на ближайший месяц.

Самая большая засада при эвакуации заключалась в законе «критической массы». Система Небесного Архипелага — штука крайне капризная: нельзя было выводить население небольшими группами последовательно, не нарушив локальную метрику пространства. Нужно было перебрасывать всех разом, единым мощным рывком. Конечно, граница магического Круга не схлопнулась бы в ту же секунду, но искушать судьбу никто не хотел. Да и время у нас, как оказалось, имелось. Даже прекратись Буря мгновенно, всё равно пройдут несколько суток, прежде чем Надсмотрщики из Столицы рискнут сунуться в сектор Форта Бдительного после такого катаклизма.

Поэтому мы методично расставили как можно больше маяков на островах третьего ранга, где уже было сосредоточено всё население — все, кого удалось найти и предупредить. Затем буквально за пять минут несколько тысяч разумных существ были переправлены прямиком в Цитадель. Но прежде чем уйти окончательно, гхэллы-лидеры активировали функцию самоликвидации на всех уцелевших Порталах Тайного пути в секторе. Нам не нужны здесь «хвосты» из прошлой жизни. Раз уж мы решили начать с чистого листа, старые двери должны быть не просто заколочены, а сожжены дотла.

Из Цитадели через Радужный Портал поток беженцев хлынул в этот новый мир, который Система официально окрестила Виридисом.

Радужный Портал… Никогда раньше я не видел, как это работает на самом деле. Всего за пару часов этот уникальный расходник преобразовал местность в сложнейший портальный комплекс. На собственной внутренней энергии кристалл отпахал круче целой бригады Стражей-строителей. Теперь центр островка венчал плоский холм с круглой пятнадцатиметровой площадкой из полированного красного гранита, а внутри окружности возникли девять слотов-ниш под будущие порталы.

Первый слот занял Небесный Архипелаг. Сам факт моего перехода сработал для его автоматической активации. Сейчас этот канал уже надёжно заблокирован. Как хозяин Радужного Портала, я имею над ним абсолютную власть.

Второй слот вот-вот откроет путь в Лунную Радугу. Тот мир доживает последние мгновения, и канал будет заглушен сразу после перемещения последней партии беженцев.

Но у нас останется ещё семь свободных слотов. Огромный потенциал для будущей экспансии. Особенно если учесть, что центральный, девятый слот предназначен для подключения к мирам высшей, четвёртой ступени.

Но это задачи на далёкое будущее, а сейчас всё моё внимание было приковано ко второму слоту. Пришло время платить по счетам.

Лунная Радуга. Как только этот канал будет окончательно активирован, проклятый круг времени, в котором я завяз так глубоко, наконец-то замкнётся и развеется без следа, словно дурной сон. Прошлое и будущее прямо здесь, на моих глазах, станут единым настоящим.

Я слишком хорошо, до мельчайших подробностей, помнил те последние часы перед крушением Лунной Радуги. Понимал, насколько обескуражены, дезориентированы и попросту смертельно напуганы будут беглецы, вырванные из самого эпицентра катаклизма. Именно поэтому я распорядился свести всю нашу активность вокруг озера к абсолютному минимуму. Незачем сбивать с толку новичков видом многотысячной толпы гхэллов.

Кстати, Фурия и Кроха уже вовсю крутились вокруг портального плато под присмотром Мараны. Демонесса сумела чудом вырваться из лап Бездны в самый последний миг, тем самым избавив меня от лишних горьких переживаний. Энтузиазм малышки-фейри сейчас зашкаливал — ей жутко не терпелось снова увидеть Машту и услышать её любимую присказку о «правда-правде». Почему-то Кроха возомнила её давней и самой близкой подругой, хотя их общение было недолгим. Ну а Фурия просто увязалась за компанию, наслаждаясь обретённой возможностью летать там, где ей вздумается, без малейших ограничений. Было бы настоящим преступлением заставлять их сейчас сидеть рядом на карнизе. Да и моё настроение было слишком меланхоличным для активного общения, так что пусть резвятся, пока есть такая возможность.

— Пора, — негромко произнёс я, бросив на бойцов короткий, но выразительный взгляд.

Чупа и Джарук, стоявшие рядом со мной на скальном карнизе, синхронно кивнули. Я намеренно делегировал миссию первой встречи именно им. Когда их увидят соплеменники, то удивятся, но вряд ли станут в панике хвататься за оружие. На перемещение трёх сотен выживших жителей Лунной Радуги много времени не уйдёт, а когда они немного придут в себя на портальном острове, их можно будет без лишней спешки переправить по маякам дальше в долину, к подготовленным стоянкам.

Вспышка астрального перехода на мгновение озарила склон и унесла соратников вниз, на островок посреди Зеркала Вечности, к Фурии с Крохой, которые уже истомились от ожидания. Спустя мгновение один из слотов портального комплекса на гранитном плато полыхнул мягким, глубоким сиянием. Из марева портала начали выходить первые фигуры — измождённые, потрёпанные, но живые. Чупа и Джарук тут же мягко, но уверенно направляли их в сторону, освобождая место для следующих, а Кроха, высмотрев в толпе Машту, с радостным визгом бросилась той на шею, заставив девушку остолбенеть от изумления.

Если бы не уже подвешенное и активное «Всевидящее око», то с расстояния в несколько километров я бы народ внизу сейчас и вовсе не рассмотрел: отдельные копошащиеся фигурки казались просто муравьями на сером граните.

В груди шевельнулось странное чувство. Большая часть долга перед тем миром была наконец погашена. Старые обещания, когда-то казавшиеся мне непосильным бременем, теперь материализовались и превратились в надёжные гранитные плиты портального комплекса. Кажется, пришло время подумать и о собственных желаниях. О том, чтобы наконец выполнить обещание, данное самому себе — взять хотя бы краткую передышку от бесконечных клановых забот и просто посмотреть на этот мир, освободившись от постылых оков ответственности.

Была и другая причина, почему я не спустился вниз, чтобы встретить прибывших лично. Ведь там, среди этой толпы, были старые друзья. Те, с кем я делил хлеб и кров в самом начале пути. Жальник, Рырк, Машта, Дар…

Для них с момента расставания в Лунной Радуге прошло всего ничего — жалкий десяток минут субъективного времени. Меня же долгая и напряжённая череда событий в Архипелаге и Бездне превратила в совершенно другого человека. Я стал жёстче, холоднее, старше душой на целую вечность. Сейчас я оценивал всё иначе, и значение старых связей, как ни больно и цинично было это признавать, сильно ослабло под грузом новых обязательств.

Машту встретит Чупа — этого вполне достаточно для первого контакта. Ракшасов успокоит своим видом Джарук. Жальник… разбойник наверняка будет искренне рад восстановить отношения, но не сейчас. Не в этот момент триумфа и хаоса. Дар… тут и вовсе не было смысла в личном присутствии, ведь в тот момент, когда его, бесчувственного, тащили к порталу в Лунной Радуге, он находился в глубоком обмороке, так что и здесь его состояние вряд ли изменилось.

Пусть все они сначала обживутся, привыкнут к твёрдой земле и лазурному небу Виридиса. Тогда и видно будет, осталось ли нам о чём поговорить, или наша мимолётная дружба навсегда осталась в прошлом заснеженного, гибнущего мира, став лишь строчкой в логах памяти.

— О чём задумался, повелитель? — бархатный, с едва уловимой хрипотцой голос Мараны вырвал меня из созерцания.

Она появилась на точке астрального маяка позади меня почти бесшумно. Присев на камень рядом, демонесса привычно и доверчиво прижалась ко мне горячим плечом и бедром, делясь теплом.

— О том, что мы здесь не одни, Мара. И о том, что Виридис, несмотря на то, что после ада Архипелага кажется нам истинным раем, может очень быстро превратиться в куда более сложное и изощрённое испытание.

— Паранойя — полезная вещь, если она не мешает трезвости ума и быстроте реакции, — безмятежно улыбнулась демонесса, глядя на озеро. — А сил у нас сейчас более чем достаточно, чтобы дать достойный отпор любым недоброжелателям. Не стоит тревожиться раньше времени. Для охраны твоего спокойствия у тебя есть мы.

Я промолчал, вспоминая вчерашний день. Благодаря астральным маякам, которые наши разведчики успели раскидать по самым высоким и неприступным вершинам окружающего нас горного кольца, и не в последнюю очередь — благодаря Фурии с её неутомимыми крыльями, мне удалось обнаружить нечто тревожное. На пределе зрения, выкрутив «Око» на абсолютный максимум увеличения и едва справляясь с дрожанием картинки от перенапряжения магии, я наблюдал за любопытным зрелищем, что развернулось в десяти километрах от границ нашей долины.

Там, высоко среди перистых облаков, сражались двое неизвестных игроков. Они носились друг за другом на запредельных скоростях, выписывая невероятные пируэты и обмениваясь вспышками умений, которые даже отсюда, через линзы артефакта, казались неприятно мощными. А когда их яростный бой закончился, эти двое не бросились добивать друг друга. Они просто вежливо, почти по-рыцарски раскланялись, словно на светском рауте, и разлетелись в разные стороны. На собственных крыльях. Без всяких летающих маунтов или лодок с парусами.

— Как Ключник я, возможно, сильнейший в нашем клане, но до сих пор так и не научился ходить по небу на своих двоих, — я слабо усмехнулся. — Не факт, что каждый из той парочки намного превосходит меня по чистым параметрам или силе, но здесь, на Виридисе, действуют другие правила. Другие законы рангов. И чем быстрее мы их усвоим, отбросив ограничения Архипелага, тем выше будут наши шансы не просто на выживание, а на реальное развитие.

Я прекрасно понимал, что нам сказочно повезло. Те двое были слишком увлечены своей дуэлью и находились слишком далеко, чтобы заметить всплески активности в нашей кальдере. Горы стали нашим щитом, нашей крепостью, но этот щит не будет вечным. Рано или поздно завеса тайны падёт.

— Нет причин думать, что нам обязательно придётся сражаться со всеми встречными. Хотя я бы с удовольствием поговорила с теми ребятишками на языке стали, — улыбка Мараны при этих словах стала слегка жутковатой, обнажив хищные нотки её натуры. Ну да, её хлебом не корми, дай кого-нибудь заворожить или просто хорошенько пнуть. — Но ты абсолютно прав, сперва нужно освоиться. Закрепиться на этой земле. И для этого у нас имеется всё необходимое. Преданные воины. Цитадель. Пантеон…

Я медленно кивнул. Алан, Джива, Йеноху и Горэл после битвы с Владыкой ушли на глубокую энергетическую перезагрузку, и вернутся в строй они не скоро. Но как-то мы же обходились раньше без прямой поддержки Пантеона? А бодаться с божественными сущностями вряд ли придётся каждый божий день. Слишком уж такие события… исключительные, выходящие за рамки нормы.

Так что сейчас наша стратегия проста — не лезть на рожон и копить силы, только и всего. С другой стороны — Виридис принял нас удивительно милосердно, подарив твёрдую землю и чистую, прохладную воду, но я кожей чувствовал: этот мир преподнесёт нам ещё немало открытий. И некоторые из них могут нам очень, очень не понравиться.

Я перевёл взгляд на горизонт за зазубренными горными вершинами, снова используя «Око». Там, за заснеженными пиками, лежал огромный, неизведанный мир. Мир, где игроки свободно парят в небесах, а расклад сил между фракциями ещё только предстоит изучить с нуля. Я чувствовал, как внутри, где-то под слоем усталости, снова просыпается то самое, почти забытое чувство настоящего азарта. Когда толкает к борьбе не инстинкт зверя, рвущегося из клетки, и не гнетущий долг спасителя тысяч душ. Нет… это скорее похоже на наивное, почти детское любопытство: я хотел просто идти вперёд, чтобы своими глазами увидеть, какие тайны и вызовы припрятал для меня этот мир за очередным поворотом судьбы.

— Справимся, — уверенно обронила Марана, словно прочитав мои мысли, и в её глазах на миг вспыхнул привычный, жаркий демонический огонь. — Мы ведь всегда справлялись, повелитель. Справимся и здесь.