Психо Перевертыши

Глава 6. Кобра

Шпионаж

Часом ранее…

Бесконечная черная воронка грозила поглотить меня.

Последние шесть лет, проведенные в тренировочном комплексе, я сражался с фейри, сдерживая третий портал, и все это время мне удавалось прятать свою тьму глубоко в трещинах израненного разума.

Жизнь, тренировки и битвы рядом с Джаксом постепенно растопили мою душу. Спокойное присутствие этого гиганта давало мне силы противостоять демонам. Рядом с ним я восстановил свое разбитое сознание, кусок за куском.

А теперь все мои усилия рушились. С тех пор, как прибыл сюда, я не одержим женщинами. Они вызывают у меня отвращение и презрение, и эта новенькая беловолосая девочка не исключение. Ее миндалевидные глаза, густые ресницы и слишком пухлые губы — идеальная маскировка.

Ядовитые змеи всегда самые красивые. Их опасность неуловима, пока клыки не погрузятся в плоть и яд не остановит сердце.

Я больше никогда не буду дураком.

Сидя на кровати в нашей общей комнате альф, я сосредоточился на составлении плана тренировок на следующий день. Мы с Джаксом по очереди составляли графики тренировок. Перо оставляло большие чернильные пятна от того, что я слишком сильно давил на бумагу.

Мои инстинкты вопили.

У меня в животе появилось тяжелое чувство, как будто в нем лежит свинец, который вызывает неприятные спазмы.

Эта девочка нечто необычное и полна тайн. Я всем своим существом чувствую, что она что-то скрывает. На спарринг-поединке мне едва удавалось сосредоточится на собственных боях. Все мое внимание поглотила самая маленькая из перевертышей, которую я когда-либо видел.

Она настолько маленькая ростом, что это даже смешно. Ее голова едва доходила мне до груди. Дело не только в ее росте, но в конечностях, они были настолько тощими, что удивительно, как она еще не замерзла насмерть в этом лютом холодном мире.

Невозможно, чтобы эта жалкая девчонка была альфой.

Когда увидел ее впервые, то сразу списал, решив, что она умрет в первом же бою. Теперь я уже не так уверен. Ее неестественные красные глаза должны были насторожить меня с самого начала. Я повидал множество существ, но ни у одного из них не было таких насыщенных рубиновых радужек.

Она оправдала остроту своего взгляда, когда сражалась в спаррингах с бетами. Ее маленькое тело раз за разом принимало удары, кровь стекала по лицу, но она все выдержала, даже не моргнув. После стольких часов боя любой другой сломался бы под таким давлением.

Она не сломалась.

Эта девочка сражалась как зверь.

Я никогда не видел настолько маленького и слабого перевертыша, который бы не дрогнул от боли. Даже с раненой щекой и сломанной ногой она стояла прямо, будто физическая боль ее совсем не касалась. Во всех мирах лишь немногие способны выдерживать такие побои, даже не моргнув. И все они обученные убийцы. Именно они являются теми демонами, которые преследуют меня в воспоминаниях.

Она ухмылялась своим соперникам, как будто хотела, чтобы они били ее сильнее, словно она жила ради насилия.

Мое перо проткнуло бумагу, и я с трудом сдерживал желание вонзить его себе в бедро. Изумруды и бриллианты в моей коже зудели, словно зверь внутри меня желал вырваться на свободу. Он бился в моем подсознании, крича мне что-то.

Неистовая сила Джакса очаровывала меня, потому что он давал столько же, сколько получал. С ним сломанная часть моей души могла обрести утешение в кровавой драке, в бесконечном покое насилия. Кулаки сжались, когда я представил, как эта девчонка корчится подо мной.

Она первая среди женщин на моем опыте, способная отдавать и брать, как Джакс. Девочка не согнулась под ударами. Она принимала их жестокость и отвечала взаимностью.

Бой с Джаксом был сражением, которое успокаивало пустоту внутри меня. Мое чутье подсказывало мне, что бой с этой девушкой будет таким же.

Нет.

Она женщина, а я презирал их всех.

По какой-то неизвестной мне причине я нарушаю клятву, данную самому себе:

Никогда больше не разговаривать с женщинами.

Клятву, которую держу более пятидесяти лет.

Достаточно было пары язвительных реплик из ее прекрасного рта, и я уже не могу сдержаться и отвечаю ей тем же. Не разговаривать с ней просто невозможно. Я хочу дразнить ее, пока не поставлю на колени.

Тьма становилась удушающей. Я ничего не мог сделать, просто терял себя в бесконечной пустоте, что сжигала меня заживо.

Мне нужно перестать одержимо думать о девочке.

— Ты слышишь это? — спросил Ашер, не поднимая головы от своего навороченного телефона.

Молодой перевертыш проявил себя как альфа всего год назад. Иногда телу перевертыша требуется больше времени, чтобы вырасти до своего полного бессмертного размера.

Ашер уникален тем, что его рога прорезались в день его двадцатилетия, и он сразу же стал более мускулистым. Свою звериную форму он принял уже в первый день, когда мы с ним сражались. Тем не менее, он громкий, дерзкий и еще не сломленный жизнью. Он жаждет доказать свою силу всем. В отличие от него, Джаксу сейчас сто двадцать лет, и он уже сражался у множества порталов.

Мне же сто лет, но большую часть своей жалкой жизни я провел в королевстве фейри. Сбежать в мир перевертышей я смог лишь шесть лет назад. В тот же год нас с Джаксом отправили охранять этот портал.

С Ашером у нас никогда не возникало проблем. Он трудолюбив, а его зверь силен. Даже сейчас его черные рога, величественно закрученные на голове, постоянно напоминали, что он не тот, кем кажется.

Тем не менее, я проигнорировал его вопрос, как обычно. Хоти я и уважал его, но это не значило, что буду всегда подыгрывать его выходкам. Пусть этим занимается Джакс, у меня нет такого терпения. Большую часть времени я тратил на то, чтобы держать себя в руках, и не дать разуму треснуть окончательно.

Джакс невнятно хмыкнул, продолжая отжиматься на полу. Его выпуклые мышцы блестели от пота, и я не мог не восхищаться этим могучим гигантом.

Он моя опора.

Я знаю его лучше, чем самого себя. И видел, что эта девочка вывела и его из равновесия. Она — загадка, насквозь пропитанная тайнами и ложью. Она ни в коем случае не может быть альфой.

Олигархия сообщила Зеду, что у нее нет никакого боевого опыта. Каждый раз, когда ее кожа трескалась от сильного удара, она отвечала еще более сильным. Казалось, боль лишь давала ей силы.

Нас обманули.

Тьма медленно заползала в мое сознание.

Мы с Джаксом вообще недоверчивы по природе. Мы выполняем приказы и ведем свои отряды войск, но ни один из нас не был большим националистом.

Единственный, кому я верен — это Джакс.

У олигархии есть свои тайны, и вся эта бесконечная война с фейри не дает нам покоя. Я пережил слишком многое, чтобы быть дураком и плясать под дудку тех, у кого слишком много власти.

Эту девчонку использовали для чего-то, и я собирался выбить из нее правду.

— Слышал? Вот опять, — сказал Ашер, резко выпрямляясь и откладывая телефон.

Самоуверенный альфа выглядел напряженным, и у меня пробежали по коже мурашки.

Какова вероятность, что мои инстинкты сходят с ума в ту же секунду, что и его?

— Я что-то почувствовал. Вибрацию, — сказал Джакс, резко прекращая отжимания и вставая на ноги. — Этажом выше нас.

Я прислушался и услышал эхо удара тела о пол. Когда постоянно тренируешься для войны, ты узнаешь звуки драки мгновенно.

Двое людей дерутся.

Мой мозг мгновенно сложил все кусочки воедино.

— Девчонка наверху, — я едва успел выговорить, как мы трое вылетели за дверь.

Зед убирался в коридоре. И, увидев нас, рванул следом.

Я знал, что она что-то замышляла, и не должен был игнорировать свои инстинкты. Ее нужно было запереть в комнате для допросов и пытать, пока мы не убедимся, что она здесь не для того, чтобы уничтожить нас.

С каждым шагом запах крови, боли и страха становился гуще. Тьма внутри меня пыталась выбраться наружу, и мне стоило колоссальных усилий не позволить зверю вырваться.

Как только я увидел ее комнату, как все замерло. Шум наполнил мои уши, и внезапно я начал тонуть. Девочка лежала на полу и судорожно дергалась. Ее глаза были широко открыты, но безжизненны. В правой руке она сжимала большой нож для разделки мяса.

Рядом с ее телом на полу стоял на коленях Даррен, один из самых агрессивных бет, прижимая руку к окровавленному лицу. Он хрипел от боли и шока.

Но не его изуродованная физиономия сломала меня. А пустые, мертвые глаза этой девчонки, и тихие стоны, вырывающиеся из ее покалеченного горла. Ее нос разбит, а лицо залито свежей кровью.

Я знаю, как выглядит нападение, и Даррен не имел права находиться в ее комнате. Не раздумывая, я схватил его за волосы и выволок в коридор. Он посмотрел на меня с мольбой и яростно махнул рукой в сторону девушки. Даррен пытается придумать оправдание. Очевидно, он считает, что его нападение на нее было оправданным.

Пустота мелькала между бесконечной чернильной тьмой и ослепительной красной яростью. Все мое существо замерцало, и именно в такие моменты я задавался вопросом:

Не потерял ли я уже свою душу?

Они забрали ее у меня.

Хладнокровно я сломал ему обе ноги и руки. В его темных глазах застыл ужас, по изуродованному лицу потекли слезы. Я продолжал безжалостно ломать каждую кость и умело давить на места переломов. Из его легких и изуродованного рта вырвался пронзительный крик, но я неумолимо продолжал, один перелом за другим.

Он осмелился вопить и умолять, как жертва, после того как напал на девушку в ее комнате. Чудовище худшего сорта, которое причиняет боль тем, кого считает слабее.

Я сжал рукой его трахею. В тот же миг крик оборвался.

— Как ты, блядь, посмел? — прошипел я.

Он имел наглость просить у меня пощады после того, что натворил.

Бесконечная ярость бушевала во мне, как шторм. Я держал его за волосы, не позволяя себе двинуться дальше ни на дюйм.

Я зашел слишком далеко в одиночку и не буду больше принимать никаких решений без Джакса. Это наш тренировочный комплекс. Наш портал, который мы должны защищать. И наш солдат, которого нужно наказать.

Мы всегда принимаем решения все вместе.

Я услышал хриплое дыхание и обернулся. Там стояла девочка, ее заплетенные волосы были растрепаны, а глаза широко раскрыты от ужаса. Одного взгляда хватило, чтобы оценить ее травмы. Бета дважды сломал ей нос, с особой жестокостью. Кровь заливала все лицо, а костяшки на руках были сбиты от того, что она била в ответ.

Меня передернуло от мысли, что было бы, если бы у нее не оказалось ножа?

Почему он вообще у нее был?

Эта мысль проникла в мою пустоту.

Она согнулась пополам и ее вырвало прямо на пол. Инстинкты кричали мне подойди, и утешить ее. Но я стоял неподвижно. Если она играла роль, то это лучший спектакль, какой я когда-либо видел. Перед глазами вспыхнули образы, где она вся в крови, и сражается в тренировочном зале.

Возможно, она действительно настолько искусна.

— Он хотел ее изнасиловать, — сказал Зед, встав перед Сэди, будто мог защитить ее своим слабым, бесполезным телом.

Он стоял слишком близко к ней. Мне это чертовски не понравилось. А потом до меня дошел смысл его слов. Пустота внутри меня треснула, кожа зазудела.

Мой зверь взревел, требуя свободы.

Я сосредоточился на Джаксе. Единственном, кто когда-либо удерживал моего монстра в клетке. Когда я посмотрел в его штормовые серые глаза, пустота отступила.

— Изнасиловать? — тихо спросил я.

Джакс кивнул. Он знал, что это слово значит для меня.

В мгновение я свернул бете шею. Жажда крови и бесконечный стук в голове исчезли. Холодный покой успокоил меня. Мои инстинкты и моя зверская натура, наконец умиротворились. Стоя неподвижно, я игнорировал окружающую обстановку, загнав пустоту обратно в самые глубокие, темные уголки своего сознания.

Туда, где ей и положено быть.

Туда, где я мог ее контролировать.

Девчонка двинулась, собираясь вернуться в свою комнату, и я встал перед ней. Пока я слушал, как Джакс потребовал, чтобы она жила с нами. В ту же минуту спокойствие, которое я с таким трудом контролировал, грозило разбиться на миллион осколков. Я едва мог держать себя в руках рядом с этой девочкой.

Как я смогу жить с ней? В тесном пространстве?

— Собираешься меня избить? — девушка оскалила свои маленькие белые зубы у меня перед лицом.

Ее красные глаза сверкали гневом, а белые пряди волос обрамляли сердцевидное лицо. На секунду мне захотелось провести пальцами по ее шелковистым волосам и высоким скулам. Она даже не догадывалась, как сильно мне хотелось причинить ей боль, связать и сделать с ее жалким телом все, что захочу.

Если бы знала, то не дразнила меня. Она бы с криком убежала.

— Почему ты отрезала ему язык? — спросил я вместо того, чтобы обхватить ее горло и сжимать, пока она не начнет умолять меня дать ей вдохнуть.

Тело зудело от желания швырнуть ее на пол и поиграть с ней в свое удовольствие.

— Потому что он нес чушь, — сказала она, и ее красные глаза вспыхнули от боли.

Она прикусила дрожащую нижнюю губу. Я часами наблюдал, как она сражается, не вздрогнув, а теперь ее губа дрожала, как у маленькой девочки. Меня мгновенно охватила ярость от мысли, что она что-то скрывает. Тошнота распространилась по моему желудку, и пустота манила меня.

Вот почему я ненавижу женщин. Они все лгуньи.

Джакс подал ей руку, и его обычно спокойные глаза были полны страсти, а тело напряжено. Снова вернулась тяжесть в животе.

Он моя опора. Мой альфа.

Без него я бы был сломан и потерян.

А теперь кто-то другой привлек его внимание. Кто-то, у кого есть тайны. Как скоро она начнет манипулировать его защитными инстинктами и любовью к женщинам, чтобы привлечь его к себе и отдалить от меня?

Она все, чем я никогда не смогу быть. Она не сломлена.

Ревность грызла мою грудь, как извивающиеся черви. Я наклонился, чтобы прошептать ей на ухо:

— Я не бью слабаков. — Говоря это, я фантазировал о том, как брошу ее на землю и поиграю с ее телом.

Но как бы я ни хотел, чтобы эта девчонка оказалась слабой, она таковой не была. Тем не менее, она была никем по сравнению с воином рядом с ней. Джакс само воплощением силы и самоконтроля. А она лишь маленькая девочка, оказавшаяся не в своей стихии, и которая никогда не сможет меня соблазнить. Ее слабое, уязвимое поведение было всего лишь игрой, ложью, и я не собирался на это вестись.

Я зашагал по коридору. В прошлом мне едва удалось выжить после издевательств одной женщины. Она держала меня в плену десятилетиями. И я пообещал себе, что больше никогда не буду таким беспомощным. Женщины жаждут красивых, блестящих вещей, и это было все, что я для них значил.

Высшее украшение в коллекции — огромный альфа, покрытый самыми редкими драгоценными камнями всех миров.

Они хотели владеть мной. Использовать меня, хвастаться перед подругами, что связаны с блестящим мужчиной, гораздо более красивым, чем все остальные. Тем временем пустота в моей душе, делающая меня жестоким и холодным, превращалась в темную, бесконечную воронку.

Джакс единственный, кто может прикоснуться ко мне, не вызывая отвращения. Только он не видит во мне блестящую безделушку, которой можно владеть и хвастаться.

Я — воин, сражающийся и живущий рядом с ним.

Джакс спокойный, рассудительный и порой слишком мягкий для ужасов истинного лидерства. Когда дело доходило до насилия, он обращался ко мне.

Он любит меня не за внешнюю оболочку.

Он любит меня за чернильную глубину моей гнилой души.

Джакс первый любовник, который так поступил, и он будет последним.

Великий альфа — мое завершение и мое начало.

Мое все.

Прямо сейчас маленькая девчонка касалась великолепной кожи Джакса и шла рядом с ним, как дебютантка. Она беспризорница с нежными чертами лица и секретами.

Как она смеет касаться моего Джакса? Как смеет пытаться забрать его у меня?

Одна женщина уже сломала меня, превратив в это существо из льда и тьмы.

Я живу ради того, чтобы бросить ей вызов.

Но мои инстинкты кричат мне, что я не выживу рядом с этой девочкой.