Пройди свой путь

Глава 17

Наутро Лина собралась было открыть последний адрес, однако не успела — с ней начало что-то происходить. Что-то странное. Чувства скачком расширились, охватили собой сперва звездную систему, а затем всю местную галактику. Силы начали включаться в ее ауру, начиная от Света и Тьмы, заканчивая Порядком и Хаосом. Девушка стремительно переходила в состояние а-фактора и прекрасно это осознавала. Но почему⁈ Что случилось⁈ Нечто невидимое восприняло ее недоумение, как запрос, и Лина узнала, что кто-то позвал ее, как судью. Воззвал к справедливости, высшей справедливости по древним правилам. Не ответить на такой призыв она не могла, это противоречило всей ее сути. А значит сейчас а-фактор будет перемещена к призывающему и, пока не решит поставленную тем задачу, назад не вернется. Причем ее справедливость вполне может не понравиться ни одной стороне, поскольку это именно справедливость. Высшая. А она редко совпадает со справедливостью разумных.

— Меня призывают! — хрипло сообщила девушка спутникам. — Как судью. Ждите здесь, я постараюсь вернуться как можно быстрее. Когда проснутся люди из анабиозных камер, объясните им ситуацию. Профессор Агелор, прошу об этом вас, вы понимаете больше остальных.

— Конечно, — кивнул Джеронимо, заворожено смотря, как глаза Лины превращаются в источники белого света, и тот же свет медленно скрывает ее тело, превращая его в световой кокон.

Вспышка, и Лина исчезла. Для нее самой ничего не изменилось, разве что обстановка словно переключилась, как на стоп-кадре. Девушка внезапно оказалась в каком-то пафосном амфитеатре, далеко не сразу поняв, что она в зале суда. Причем в нем находились одни только маги, что было четко видно по их многоцветным аурам. Однако не вероятностные, обычные стихиалы, разве что хорошо обученные и владеющие своим даром, что тоже было видно по аурам. Однако что-то во всей этой картине было неправильное настолько, что у Лины сводило зубы. Что-то настолько фальшивое, что это надо было любой ценой исправить. Потому, видимо, ее и притянуло сюда.

Люди в зале гостью не видели, они продолжали что-то возбужденно обсуждать, кричать и махать руками на гордо выпрямившуюся в клетке для подсудимых молодую женщину. Та что-то отвечала высокому полному старику, обвиняюще указывающему на нее пальцем. Вслушавшись, а знание местного языка она получила автоматически, Лина задумчиво хмыкнула. Ситуация явно интересная. Вот только в ней надо для начала разобраться.

Сознание а-фактора разбилось на тысячи потоков, сотни новых, неизведанных доселе чувств заставили ошеломленно зашипеть. В какой-то момент девушка перестала быть человеком — глаза открыла безличная и безразличная Сила, знающая только одно — долг. Она включилась в ноосферу планеты, мгновенно освоила информацию о вызвавшей и ее оппонентах, затем начала многофакторный анализ, подключив близлежащие хосты Сети на уровне, до сих пор ей недоступном. Первый же вывод дал понять, что ситуация очень дурно пахнет. Причем с обеих сторон.

Эстран Кварин, лорд Аронат, был крайне доволен. Принесшая ему столько неприятностей сволочь наконец-то попалась в ловушку, поверила подброшенным фальшивым документам и подала иск в Высший суд Тархалада, обвиняя его род в геноциде просторожденных. Не сказать, чтобы старик не был в этом виноват, был, но доказательств этому не имелось, глава фракции консерваторов всегда соблюдал осторожность и следов своих преступлений не оставлял. А подброшенные Эстении Тарос улики однозначно являлись фальшивыми. Это любая экспертиза подтвердит!

Суд шел своим чередом, консерваторы улыбались улыбками довольных жизнью акул — возглавлявшая их противников, полностью потерявшая берега дамочка закапывала себя каждой своей фразой все глубже и глубже, она явно пребывала в отчаянии и совершала ошибку за ошибкой. В итоге лорд Аронат был полностью оправдан Высшим судом и, не сходя с места, подал ответный иск. Госпожу Тарос переместили в клетку для обвиняемых, невзирая на ее возмущение. Теперь вождя прогрессистов ждал приговор за клевету, а это огромный штраф, который просторожденная никогда не сможет выплатить. В итоге она попадет в рабство, и будет отрабатывать долг, а уж Эстран позаботится, чтобы отрабатывала она в борделе самого худшего пошиба, где извращенцы покажут ей, почем раки зимой.

Когда получивший вчера подарок судья уже собирался огласить приговор, проклятая девчонка вдруг учинила то, чего от нее никто не ждал. Она подняла кулаки вверх и принялась чеканить литанию призыва высшей справедливости, начав ритуал по всем правилам — теперь, пока не закончит, ее трогать нельзя, это будет означать признание своей вины. Откуда только эта дура узнала об ритуале⁈ Информация о таком способе уйти от ответственности считалась тайной старых семей. Кто, как и когда передал ее просторожденной⁈ Не иначе, как директор школы, стоящий за прогрессистами, больше просто некому. Это предательство! Прямое предательство! Никто не решался прочесть эту литанию уже много поколений, ведь высшая справедливость — не человеческая. Она страшная и безжалостная, и понять, что высшие сочтут справедливым, а что — нет, никогда нельзя предсказать. Чаще всего страдали обе стороны, и так, что никому хорошо не было. Лорд Аронат схватился за сердце и прохрипел:

— Остановись, дура! Ты что творишь⁈

Заседавшие в Высшем суде аристократы пребывали в ступоре, кто-то хватался за голову, кто-то рыдал, кто-то трясся, кто-то монотонно стонал, кто-то подвывал от страха. Несколько человек потеряло сознание. Просторожденные и полукровки растерянно смотрели на них, ничего не понимая — они не осознавали, что происходит. Не представляли себе возможных последствий этого.

Литания завершилась, над головой читавшей ее полыхнуло белым светом, но больше ничего не случилось. Аристократы принялись переглядываться со все большей растерянностью. Не сработало? Дайте-то боги! Они закопают наглую тварь, заставившую их потерять лицо и показать свой страх! И на госпожу Таров, вцепившуюся в решетку, принялись орать лорды, чиновники, главы родов и их наследники. Ей обещали смертные кары, пытки, каторгу и многое другое. Белый, как мел, глава Ареопага грозил девушке кулаком, его обычно сонные маленькие глазки горели неприкрытым гневом. Такого ужаса старый бюрократ не испытывал за всю свою довольно длинную жизнь.

— Ха-ха-ха! — запрокинул голову лорд Аронат. — Даже высшие не слышат таких, как ты, убогая!

— А они вообще есть, эти высшие? — хмуро поинтересовался лорд Корвайд. — Когда они в последний раз появлялись?

— Лет пятьсот назад, — ответил старик. — И это ни к чему хорошему не привело. Дома Стайд, Орвин и Макайр полностью прекратили свое существование, приговор был очень суров. Их лишили магии и удачи. Но сейчас высшие остались глухи и не пришли! Слава богам и первым магам!

— Ты ошибаешься, я услышала и пришла, — рухнул на мгновенно замолчавший зал нечеловеческий голос, некая невидимая, но пугающая до икоты Сила заставила всех присутствующих пригнуться и затрястись от страха перед чем-то потусторонним и жутким до предела. — Ты позвала меня, дитя, поставив в залог зова свою жизнь и свою душу. Тебя, как и тех, кого ты обвиняешь, ждет суд справедливости. Ты готова?

— Да!!! — яростно выдохнула Эстения. — Да, готова! Я обвиняю всех вот этих аристократов в геноциде просторожденных магов! Детей обычных людей без магического дара! Нас поколениями держат в черном теле, нам не позволяют иметь ничего сверх установленной ими нормы! Нам даже открыть своего магазинчика не позволяют! Только черная, тяжелая и грязная работа, за которую платят мизер! А когда несколько десятков наших объединились и смогли выкарабкаться из нищеты, к ним ночью пришли боевики и всех убили! Даже маленьких детей! И наняли их вот эти вот подонки!

В воздухе над клеткой обвиняемой проявилась туманная фигура, от которой веяло такой пугающей, давящей силой, что магов снова пригнуло к полу, их колотило при одном взгляде на нее. Лорд Аронат устало прикрыл глаза — все же пришла. Знать бы еще кто именно пришел. Магия? Судьба? Жизнь? Удача? Или, хуже того, Смерть? Нет, вряд ли, это кто-то другой. Но сильна неизвестная настолько, что жутко становится. Что теперь ждет их несчастную страну? Никогда еще суд высших не обходился малой кровью. Что же эта проклятая дура натворила⁈ Справедливости ей восхотелось⁈ Ну-ну, не зря говорят, что своих желаний стоит бояться, могут и исполниться. Только ты этому рад не будешь.

Господа аристократы тихо потели от страха — грешки разного рода имелись у каждого, и никто не знал, как среагирует на них высшая. Что она посчитает справедливостью, а что — нет? Трудно сказать, но, согласно древним хроникам, в случае прихода одной из Сил никому хорошо не было — ни вызвавшей стороне, ни ее противникам. Просторожденная дура просто не могла этого знать, была очарована словом «справедливость», где-то раздобыв описание ритуала и список литании. А тот, кто снабдил ее этой информацией, явно умышленно не рассказал о последствиях.

— Я жду ответа другой стороны на обвинения, — голос неизвестной сущности снова заставил присутствующих пригнуться, им показалось, что каждого вывернуло наизнанку.

Взгляды аристократов скрестились на лорде Аронате, и тот понял, что отвечать придется ему — не зря же именно он возглавлял консерваторов. Самое страшное, что высшей нельзя лгать ни в чем, она сразу это почует — лжи подобные ей не терпят и всегда за нее наказывают. Надо сказать правду таким образом, чтобы не навлечь на себя и свою фракцию ее гнев.

— Просторожденные приходят в наш мир из мира простецов, не желая знать и не понимая наших законов и обычаев, — начал Эстран. — Они обзывают нас отсталыми, ретроградами, не желая даже слышать, что наши законы и обычаи возникли не просто так, что они писаны кровью поколений магов. Просторожденные не хотят принимать своего положения, забывая старую истину, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят. При этом, приезжая в другую страну, почему-то соблюдают ее обычаи, не навязывая свои. Придя же в наш мир, они именно навязывают нам чужое и чуждое, а когда мы сопротивляемся, начинают визжать. В итоге дело идет к гражданской войне — мы не позволим уничтожить то, что строили ценой жизни наши предки!

— Убийство семей просторожденных, — попомнила высшая. — Чем оно обусловлено? Ты знаешь, что виновен в этом, знаешь, что от меня ничего не скрыть, в ноосфере, которую я способна читать, сохраняется каждое слово, каждое деяние и каждая мысль.

— Знаю, — подтвердил лорд, у него темнело в глазах, пришлось даже выпить флакончик сердечного зелья. — Дело в том, что объединение просторожденных, начавшее выпускать разного рода артефакты, влезло на чужую территорию. Их просили хотя бы согласовывать цены и количество выпускаемой продукции, но они отказались. В итоге многие старые семьи и дома разорились из-за того, что их продукция оказалась слишком дорогой — просторожденные продавали артефакты задешево. Например, глава дома Атвейт умер от сердечного приступа, когда не смог выплатить долг преступному объединению. Его дочерей это объединение продало в бордель, где домашние девочки выдержали месяц, после чего покончили с собой. Вам, госпожа Таров, не кажется, что именно вы виноваты в их страшной судьбе и гибели?

— Нет, не кажется! — вскинулась та. — Мы всего лишь хотели получить достойное место в мире магии! Мы имели на него право!

— А договориться было трудно? — прищурился старик. — Хотя бы выслушать наши аргументы? Но нет, вы гордо отказались даже слушать, и ни в чем не повинные девушки попали в бордель. Я бы очень хотел, чтобы вы испытали то, что испытали они, на себе! Вы это заслужили. Мать девочек была слишком горда, потому отказалась принимать чью-либо помощь и умерла от голода! Вас по совести ничего не царапает⁈

— Это не наша вина!!! — буквально взвыла вождь прогрессистов, по ней было видно, что услышанное ей в новинку, судьба несчастных девушек и их матери ее явно впечатлила. — Они из ваших, вы могли выкупить их долг, среди вам множество богачей! Мы не причем!

— Таких примеров я могу привести несколько десятков, — презрительно посмотрел на нее лорд. — С вами каждый раз пытались договориться, довольно долго пытались, но вы отказывались слышать! Вы не оставили нам другого выхода, кроме как решить вопрос насилием. И мы наняли наемников, объявив вашему объединению кровную месть. Возможно, они действовали слишком жестоко, не знаю. Но выбора у нас не было. Мы не позволим вам разрушить наш мир, не позволим сделать подобием развратного и скотского мира простецов!

— Ваши наемники убили и изнасиловали множество таких девочек, включая самых маленьких! — буквально выплюнула госпожа Таров. — Они даже детей не пожалели! Ладно, взрослые, хоть это и жестоко! Чем вы оправдаете убийство детей⁈ Согласно законов магии, насколько мне известно, нет более гнусного преступления, чем убийство ребенка! Оно ведет к предательству магии!

Старик на несколько мгновений задумался, обвинение было очень серьезным, он досадовал про себя, что не дал точных инструкций наемникам. Могли ведь отправить маленьких детей по приютам, а не убивать их, тогда бы никаких претензий никто предъявить не смог. Забыл, что имеет дело с тупыми боевиками, обожающими мучить беззащитных. Да и слишком зол был из-за всего случившегося.

— Мы виноваты в том, что не запретили наемникам убивать детей, их гибели мы не хотели, но виноваты мы только в недомыслии, — признал лорд Аронат, другого выхода он не имел, это было бы ложью, а, как он уже упоминал, лжи высшие не терпели.

— Ну, конечно! — презрительно бросила вождь прогрессистов. — Не виноваты они! Да, возможно, мы не выслушали всех предложений, но они были одинаковы — продайте свой бизнес за гроши, а сами не смейте даже думать о том, чтобы выкарабкаться из нищеты! У вас все распределено между домами, в итоге получается монополия. Никакой конкуренции!

— Нам она не нужна, — тяжело посмотрел на нее старик. — Семейные предприятия занимаются своим делом веками и знают, что и как надо делать. Любые новшества должны пройти множество испытаний, прежде чем их можно будет предлагать всем. И никак иначе!

— В итоге никакого прогресса веками, — развела руками госпожа Таров. — О чем речь, вы же даже новых заклинаний не разрабатываете! Ответьте мне, когда было создано что-то новое в мире магов? Не можете?

— Нам важнее стабильность! — грохнул тростью об пол лорд Аронат, хотя на самом деле и он переживал по поводу отсутствия нового и вкладывал немало средств в магические исследования. Вот только результата как не было, так и нет.

— Глупо! — отрезала вождь прогрессистов. — Простецы летают в космос, скоро полетят к соседней звезде, гипердвигатель уже разработан, построен и испытан! А мы остаемся дикарями. При этом многие просторожденные, поскольку способны мыслить нестандартно, изобрели новые заклинания, плетения и даже зелья. Но их заворачивают в Ареопаге просто потому, что они просторожденные, даже не рассматривая заявки, не разбираясь в том, что им принесли! Вы глупцы! И сами себя губите!

— Надо было брать в соавторы мага из старого рода, тогда рассмотрели бы, — бросил старик. — Поймите, пока вы не доказали, что чего-то стоите, вы в нашем мире никто и звать никак! Доказывайте. Через несколько поколений ваши внуки или правнуки станут равными нам. Но не раньше!

Госпожа Таров сделала жест рука-лицо, закатила глаза и покачала головой. Лина была с ней полностью согласна — эти идиоты сами себя погубят. Однако судила не она, а ее высшая суть, у которой имелись свои критерии, причем довольно странные. Та мгновенно считала информацию из ноосферы и произвела анализ, используя совершенно, казалось, не связанные с делом параметры. Например, стоимость меры льна или фунта гвоздей в обычном и магическом мире. Ее выводы поразили Лину до глубины души, она бы даже челюсть отвесила, если бы сейчас владела своим телом.

— Виновны обе стороны, — безразличный голос высшей заставил лорда Ароната вздрогнуть, он незаметно вздохнул, это было ожидаемо. — И прежде всего виновны в несоблюдении магических законов. Да, в том числе и старые семьи позабыли об обязательных ритуалах и своем долге. Ваш мир близок к Хаосу, поэтому изначальный долг старых семей — поддерживать ритуалами Завесу, стоять на страже жизни. Просторожденные, утверждая, что эти ритуалы всего лишь пережитки прошлого, неправы. Они обязательны, если вы хотите жить. Твари хаоса во время прорыва не будут разбираться, кто перед ними — маг из старой семьи или просторожденный. Они просто сотрут вас всех с лица планеты. Если вы этой простой истины не понимаете, то мне вас даже не жаль. Главы родов, объясните мне, почему вы позабыли о своем долге?

Аристократы ошалело переглядывались, такого вывода они никак не ожидали, сами считая многие сложные ритуалы пережитком прошлого. А от них, оказывается, зависит жизнь всего мира! Почему об этом забыли⁈ Кому было выгодно, чтобы об этом забыли⁈ А ведь кому-то было выгодно, иначе не прилагалось бы столько усилий, чтобы отринуть старые родовые знания.

— Отныне я возвожу в ранг магического закона обязанность всех магов проводить ритуалы колеса года, как минимум! — в голосе высшей зазвучал металл. — Тот маг, кто в течение трех лет не будет проводить эти ритуалы, магом быть перестанет — раз он не ценит своего дара, то этот дар ему не нужен. Ответственность членов старых семей намного выше, их задача проводить все ритуалы из родовых книг! Даже однократное манкирование этим долгом будет означать для них лишение магии! Также аристократы обязаны передать просторожденным всю информацию по нужным ритуалам. Сказано!

Сам мир внезапно покачнулся, словно кто-то со стороны дал ему хорошего пинка. Лорд Аронат с ужасом понял, что слова высшей отныне действительно возведены в ранг закона, обязательного для каждого мага Эриады. А ведь она права, даже в его роду далеко не все старые обычаи соблюдались, их считали всего лишь обычаями, а не жизненной необходимостью. Теперь все будет по-другому. Многие, конечно, не поверят и продолжат вести себя по-прежнему, но после того, как первые два-три десятка виновных лишатся магии, опомнятся. Самое приятное, что соблюдать обычаи и проводить ритуалы будут обязаны даже самые ярые прогрессисты, если хотят остаться магами.

— Так все эти ритуалы — не чушь, выдуманная дикарями? — растерянно спросила госпожа Таров.

— Нет, от них, повторяю, зависит само существование вашего мира. Этому есть причины, они описаны в родовых книгах старых семей, я обязую их ознакомить с данными причинами всех магов вне зависимости от их происхождения. Вам ясен приказ, господа?

Аристократы ответили согласным гулом. Им не очень хотелось допускать просторожденных к таким знаниям, но приказами высших не манкируют. Придется. Главное, чтобы эти идиоты оценили жертву, на которую придется пойти старым семьям. А то ведь многие уверенные в своей правоте прогрессисты даже знакомиться с древними книгами не захотят. Утешало только то, что таковые через три года станут простецами и забудут о магии.

— Вторым законом для вашего мира я устанавливаю запрет убивать и пытать детей младше шестнадцати лет, — продолжила высшая. — Отныне любой убивший ребенка в течение часа сгниет заживо. Причем сгниет как сам убийца, так и тот, кто сподвиг его на это тем или иным образом. Будут наказаны даже косвенные виновники. Откат от нарушения данного закона нельзя будет ни на кого перевести. Также в закон входит запрет ментальной коррекции и зелий ментальной коррекции для несовершеннолетних. Все воздействия и зелья будет зеркально получать виновный.

От этих слов возмущенно вскинулся директор местной магической школы, благообразный белобородый старик в роскошной синей с золотом мантии, молчавший все время суда — похоже, стоящий за прогрессистами опытный манипулятор боялся привлечь к себе внимание высшей. Однако промолчал он и сейчас, только до белизны сжал кулаки и закусил губу. Лорд Аронат с трудом сдержал торжествующий смешок — больше бородатый подонок не сможет морочить детям головы, превращая их в своих сторонников.

Однако закон о непричинении вреда детям был аристократам крайне невыгоден — это что же получается, даже пинка обнаглевшему постреленышу из трущоб не отвесишь? Те быстро поймут, что их нельзя трогать, и обнаглеют. Но делать нечего — с высшей не поспоришь.

— Третий закон — любой талант неприкосновенен, — снова зазвучал безразличный голос. — Отношение к нему зависит только от самого таланта, опять же вне зависимости от его происхождения. Старые семьи обязуются поддерживать таланты всем, чем смогут. В других мирах маги создают свои космические корабли и исследуют космос, а не замыкаются в своей скорлупе, как вы. Магия — это высшее искусство, а не инструмент для бытовых удобств. Но подпадают под этот закон действительно талантливые, принесшие в мир что-то новое, неизведанное маги. Также покровительства могут лишиться те, кто слишком много мнит о себе. Гордыня — смертный грех.

Ненадолго умолкнув, высшая продолжила:

— Старые семьи и просторожденные обязуются отныне находить общий язык и прислушиваться друг к другу. Вам придется создать судебный орган, состоящий из представителей обеих сторон, и в нем рассматривать обоюдные претензии, не переходя к насилию. На этом суд высших завершен, мне нечего вам больше сказать. Да, виновные в гибели детей во время последних инцидентов прокляты! Отныне они — предатели магии и лишатся ее в течение суток, после чего сгниют заживо.

Лорд Аронат с трудом сдержал дрожь, понимая, что за свои ошибки придется ответить жизнью. К счастью, наследники его рода не замешаны в случившемся. А он? Что ж, он свое отжил. Хотелось бы еще пожить, конечно, но нереально — не проследил за наемниками, не обезопасил ни в чем не повинных детей, а значит — виноват.

Туманная фигура высшей исчезла, ее давящее присутствие перестало ощущаться. Маги облегченно загудели. Просторожденные и полукровки так ничего и не поняли, принявшись расспрашивать тех, кто хоть немного понимал в случившемся. Для них стало шоком, что высшие вообще существуют и имеют влияние на их жизнь. А аристократы пребывали в глубокой задумчивости, они хотели побыстрее оказаться дома, чтобы зарыться в родовые библиотеки и найти описания всех нужных ритуалов. Рисковать потерей магии никто не собирался.

— Госпожа Таров, — подошел к выпущенной из клетки подсудимой лорд Аронат. — Завтра утром вам передадут списки со всеми нужными ритуалами колеса года. Озаботьтесь распространить их среди ваших людей сами. Думаю, никто из них не пожелает потерять магию. Мы тоже не хотим подпадать под наказание высшей, потому я вам и передаю эту информацию.

Не сказав больше ни слова, старик покинул зал суда. Вслед за ним потянулись другие аристократы. Просторожденные еще долго не расходились, обсуждая случившееся. Все случившееся казалось им каким-то фарсом, но в душе они понимали, что это далеко не фарс. И новые законы мира придется учитывать, хотят они того или нет.