ГЛАВА 2

Первыми нас заметили дети. Стайка босоногих малышей лет пяти-шести, играющая на окраине сначала удивленно уставилась во все глаза на идущих по дороге женщин, а затем прыснула в сторону деревни. Только пятки засверкали. Бежали они молча и к определенному дому.

– О нас сейчас доложат главному, – хмыкнула бабушка. – Охранная сигнализация сработала.

Действительно, к тому моменту, когда мы подошли к деревне, нас уже ждали. Десять здоровых широкоплечих вооруженных парней в простых свободных штанах и льняных домотканых рубахах с вышивкой по вороту стояли поперек дороги и с интересом и недоверием поглядывали на незваных гостий. Вооружены деревенские жители были отнюдь не вилами и топорами. Видимо, в этом мире прогресс идет семимильными шагами. В руках у них сверкали сталью с синеватым отливом самые настоящие мечи.

Вперед вышел черноволосый мужчина лет тридцати двух-трех и грубо спросил:

– Кто вы?

Мы радостно переглянулись. Вопрос прозвучал на русском языке. Хотя, может, и нет, но мы его поняли!

– Здравствуйте, – вежливо стрельнула глазками Бажена.

– Мы пришли к вам с миром, – помня напутствие бабушки, донести аборигенам о своей миролюбивости ляпнула я. Хотела еще добавить: «мы одной крови», но вовремя прикусила язык.

Мужчина, тем не менее, нахмурился. Две морщинки пересекли высокий лоб. Я окинула быстрым взглядом вооруженных парней. Темноволосые, фигуры ладные, лица вполне обычные человеческие. Никаких рогов, хвостов и других рудиментов. Люди. Почему же встречают нас так нерадостно, или, правда, по их меркам две хрупкие блондинки представляют опасность?

– Вы откуда здесь? – продолжил допытываться мужчина.

– А здесь это где?- я сделала жалобное лицо. – Мы просто шли по улице, а потом нас неожиданно затянуло в синюю лужу и мы теперь не знаем, где оказались. Бредово звучит, да?

– Ну почему же, – повеселел мужчина, морщинки разгладились, – это как раз все объясняет. Так как, говорите, называется ваш мир?

Вот жук хитрый, не говорили еще, но скрывать нам нечего и я сообщила:

– Земля.

– Зем-ля, – повторил встречающий. – Не слышал о таком.

– А вы про многие миры слышали? Их что много? – я подскочила к мужчине, вытаращив глаза и не обращая внимания на его меч. – Вас не удивляет, что люди могут перемещаться в другие миры?

– Тихо, тихо, девочка, сколько вопросов сразу, – рассмеялся так и не представившийся пока мужчина и уточнил для верности: – Значит, вы люди из мира Земля?

Мы закивали как китайские болванчики, а я еще и расстроилась. Теперь меня вот такие тридцатилетние дяденьки будут величать девочкой. Опять расти.

Мужчина тем временем махнул парням рукой и те послушно спрятали оружие в ножны.

– Я староста этой деревни Осталидан, – доброжелательно представился он.

– Меня зовут Бажена, – обрадовалась бабушка чудному имени старосты и, опередив меня на долю секунды, сказала: – А это моя сестра Апполинария.

Я с негодованием сжала кулаки, а Осталидан воскликнул:

– Линария! Какое красивое имя, – и засуетился, – Пойдемте в дом, устали ведь с дороги. Долго шли?

Тоже мне тайный разведчик, мы бы и так рассказали совсем необязательно искать во всем подвох. Хотя, что мы знаем о жизни людей, которые по своей деревне с саблями ходят?

Бажена стала щебетать о жуткой ночи и странном утре. Как мы испугались и как долго шли вдоль нескончаемого поля с колосками.

Ути, блондиночка моя, давай-давай, завлекай, вдруг парень не женат еще, мы с рыцарем так и быть мешать не будем. Кажется, сплавить помолодевшую бабушку замуж теперь моя идея-фикс.


Дом старосты выглядел добротно как снаружи, так и внутри. Пройдя через просторную прихожую или сени, раз уж это деревенская изба, мы оказались в большой гостиной. И эту комнату по-другому назвать было абсолютно невозможно. Я ожидала увидеть в центре большую русскую печку с закопченными казанками и деревянные лавки по углам, но ничего подобного не наблюдалось. Печка была, но маленькая и стояла скромно в углу, в середине комнаты занимал место большой стол со стульями, у стены резные шкафы, буфет с посудой, мягкий большой диван и пара кресел. Вся мебель добротная и красивая. Такую даже в городской квартире поставить не стыдно.

– Ух, ты! – не удержалась бабушка, большая любительница резьбы и изделий из натурального дерева. – Как красиво!

Осталидан довольно улыбнулся и пригласил к столу, взмахом руки подзывая молодую женщину лет двадцати восьми-тридцати. Женщина послушно подошла, держа в руках кувшин, и уставилась на нас с опаской и интересом.

– Познакомьтесь, девушки, это моя жена Санажана, – довольно приобнял супругу за талию староста. – А это Бажена и Линария.

Мы по очереди кивнули и заверили, что очень рады знакомству.

– Сейчас обедать будем, – вяло кивнула Санажана, обнимая кувшин.

– Извините, а где можно руки помыть? – Бажена была сама вежливость и, выставив на обозрение ладошки, призналась: – Только возле родничка ополоснула, а водичка там холоднющая аж челюсти сводит. Хотелось бы получше отмыть.

Супруги расплылись улыбками, словно им выдали награду, и повеселевшая Санажана кинулась со своим кувшином на кухню, а староста вежливо пригласил в мойку, распахнув не замеченную ранее дверь возле печи.

Войдя в мойку, мы с бабушкой снова обалдели, оказавшись в оригинальном аналоге современной земной ванной. Оригинальном потому, что ванная, раковина и унитаз сделаны были не из керамики, а какого-то неизвестного темно-синего материала, напоминающего камень. Но они были!

– Вот это домик в деревне! – опять восхитилась Бажена и послала улыбку старосте. – А я думала, что в деревнях только бани и удобства на улице.

– Баня тоже есть, – усмехнулся мужчина и, указав рукой на унитаз, спросил: – А удобства это что ли? Зачем же природу засорять? Запах, мухи.

– А здесь как?

– Амулет утилизации все перерабатывает бесследно.

– Амулет? – в два голоса одновременно воскликнули попаданки и бабушка, толкнув меня локтем, чтобы не лезла поперек бабки, спросила: – А на чем он работает?

– На магии, конечно. Какие вы странные, девушки. Ну мойте руки, мойте, – и открыв воду внимательно посмотрел, как мы с удовольствием сунули ладошки под струю воды. Затем довольно ухмыльнулся и, кивнув в сторону «удобств», вышел, сообщив, что не будет мешать приводить себя в порядок.

– Магический мир, – прошептала бабушка, намыливая руки. – Ванная в деревенском доме, не то что у нас на даче. Один душ и то на улице. Даже представить страшно какие у них тут города, если в деревне все так культурно.

– Зато у нас в деревнях не ходят с мечами на изготовку, – это мне показалось самым странным.

– Да, интересно почему, – неожиданно согласилась Бажена, вытирая руки пушистым полотенцем. – В смысле не у нас не ходят, а здесь ходят. Ладно, пошли. Не будем заставлять хозяев ждать.

Расторопная жена старосты уже накрыла на стол. Оказывается, мы очень проголодались. Пробуя какое-то блюдо с мясом и рисом, я пребывала в блаженном состоянии. Бабушка мечтательно посмотрела на жареную куриную ножку и, вспомнив, что ей теперь можно есть все с молодым желудком-то и своими зубами, кровожадно утащила ее себе на тарелку.

Осталидан подошел к шкафу и, выдвинув резной ящичек, достал плоский камешек, размером с ладошку.

– Сейчас я о вас сообщу главному магу, – заметив наши заинтересованные взгляды, пояснил он.

Затем, не дождавшись от нас никаких возражений, усмехнулся, сжал камешек в ладони и закрыл глаза.

– Это он что, телефонную книгу вспоминает? – тихонько хихикнула бабушка, а я приложила палец к губам.

Что бы там ни делал хозяин дома, это сработало, и из камешка раздался резкий мужской голос:

– Слушаю! Кто это?

– Здравствуйте, мэтр Симерин! Это староста деревни Улесье Осталидан.

– А помню, здравствуй Осталидан. Случилось что? По экстренной связи вызвал.

– У меня попаданки. Две.

– Что? Как? Пострадавшие…

– Люди, люди, – поспешил заверить староста. – Обычные девушки из другого мира под названием Земля. Голубой стали не боятся, руки помыли и даже из источника напились.

Мы с бабушкой переглянулись. Тут оказывается, целый экзамен сдали и не заметили. Так они нас за кого, вообще, приняли? За нечисть, нежить, зомбяков? Ужас, какой!

– Держи их у себя, выезжаю, скоро буду! – приказал голос неведомого Симерина, и связь прекратилась.

Староста положил камешек обратно в резной шкафчик и, хитро улыбаясь, развел руками.

– Слышали? Ждите.

А потом басовито расхохотался. Его супруга тоже захихикала, видимо выражения наших обиженных лиц вызывали смех.

– Простите, уважаемый хозяин, а за кого вы нас, собственно, приняли? Просто интересно очень, я всегда считала себя довольно симпатичной, – надула губки Бажена. Неожиданная молодость сотворила из бабушки настоящую блондинку. Раньше я за ней такого не замечала.

– Вы очень красивые обе, – Осталидан сел за стол. – Не обижайтесь. Просто в нашем мире непредсказуемые порталы часто выбрасывают тварей.

– В смысле? – не на шутку обиделась бабушка. Так ее еще никто не оскорблял. – По-вашему, я похожа…

– Нет, нет-нет, – не дал договорить староста, подняв руки в успокаивающем жесте. – Твари могут принимать любую форму. Даже очень красивых женщин. Они лезут к нам из одного мира, поэтому мы точно знаем, что они боятся воды и голубую сталь. Вы совсем из другого мира и ничего этого не боитесь, но не думаю, что ваша цель причинить вред этому миру.

– Вы абсолютно правы, – я обрадовалась. Надо же какой продвинутый староста. – Наша цель просто выжить. Мы обычные девушки и нам страшно. А у вас тут еще и магия и твари какие-то.

– А у вас что, магии нет? – удивилась Санажана.

– Нет, мы из технического мира, – заверила бабушка и показала рукой на дверь возле печи. – У нас тоже есть мойки, но там все гораздо сложнее. Трубы, которые подают воду, трубы которые выводят. Котельни, которые эту воду нагревают. Все сложно, но все есть.

– Откуда же у вас тогда порталы?

– Сами в шоке!

Бабушка стала разливаться соловьем, рассказывая о Земле, а я, спросив разрешения, вышла на улицу и села на красивую резную лавочку.

Деревня была большой. По краям широкой центральной улицы стояли добротные дома, огороженные невысокими заборчиками. Видимо просто для порядка или красоты. Больше всего меня поразила окружающая чистота. Никакого мусора, старых телег, веток принесенных ветром.

Вальяжно подошел большой черный кот и без спроса запрыгнул мне на колени. Видимо, решил меня осчастливить и не прогадал. Котиков я люблю, хоть и выругалась от неожиданности и немалого веса когтистой тушки. Но джинсы спасли, поцарапать мои колени ему не удалось. Старательно начесывая за ушком у нового друга, обратила внимание на парнишку, который целенаправленно шел к нашей с котом лавочке.

– Привет! – поздоровался парень, один из тех, кто выходил за околицу встречать блондинистых тварей. То есть нас с бабушкой. Я запомнила его по прическе – только у него волосы были собраны в хвост.

– Виделись, кажется, – ехидно ответила я, не отрываясь от кошачьего массажа.

– Надо же, Барон на колени тебе сам запрыгнул, обычно не дождешься от него, – улыбнулся парнишка, на вид которому было лет восемнадцать-двадцать.

Рост высокий, плечи широченные, а лицо еще не утратило мальчишеские черты. Каштановые волосы, собранные в хвост, карие газа, правильные черты лица и откровенная улыбка. Не сказать, чтобы красавец, но очень приятный молодой человек.

– Познакомимся?

Вопрос меня убил. Еще я с малолетками не знакомилась! Зеленые пацаны не в моем вкусе. Он что любит женщин бальзаковского возраста? И тут я вспомнила. Блин! Я же теперь сама на семнадцать лет выгляжу, вот парень и подошел к сверстнице, а я его чуть не послала далеко и надолго. Придется привыкать ближайшие пять лет общаться с дитями, блин!

– Тебя зовут Линария, я запомнил, – присаживаясь рядом на лавочку, не отставал парень. – А я Освальдин.

– А покороче можно? – спросила просто из вредности, потому что общаться с детинушкой я не собиралась. Я его, скорей всего и не увижу больше никогда. – Освальд, например.

– Можно, а чем ты в своем мире занималась?

– Училась, работала, как все.

– Понятно. А я вот тоже учиться хочу. Наш деревенский маг сказал, что у меня хороший потенциал. Хочу в академию съездить, более сильному магу показаться, вдруг примут.

Я слушала планы незнакомого парня и чувствовала себя героиней своих фэнтезийных книжек. Академия, магия, потенциал. Интересно, почему я до сих пор удивляюсь? После преображения за одну ночь моей старушки, должен выработаться иммунитет на магию и чудеса. Кстати, как хорошо, что она омолодилась, вот бы я намучилась топать с ней через бесконечное поле. Вспомнив о собеседнике, я решила сказать ему пару добрых слов. Все-таки меня учили работать с детьми.

– Можешь считать, что тебе повезло. Сильный маг сейчас сам сюда приедет, то есть главный.

– Придворный маг? – Освальд даже подпрыгнул на лавке, черный кот зашипел.

– Чего ты скачешь? Котика напугал. Староста называл его мэтр Симерин.

– Точно, главный придворный маг! Вот здорово! До него же просто так не доберешься, только на экзаменах.

– Кстати, а далеко ли до города и на чем он приедет?

– Далековато, – со знанием дела сообщил Освальд. – Верхом три дня добираться, а мэтр-то на мабезконе приедет, за час долетит.

– На чем?

– О, это надо видеть, – глаза у парнишки загорелись азартом. – Повозка без лошадей. Сама едет при помощи магического амулета. Быстро!

– А дороги у вас все такие, как возле деревни? – я усмехнулась. Если телега обгоняет коня, то да очень быстро.

– Мабезкону хорошая дорога не нужна, при разгоне он даже земли не касается, представляешь? Это новейшее изобретение, очень дорогое. И мы сейчас на него посмотрим, а ты даже покатаешься! – окатив меня неприкрытой завистью, парень вздохнул.

– Подумаешь, машина обычная на магическом двигателе, – я сморщила носик. – У нас их тьма.

– Расскажи! – опять подпрыгнул Освальд и получил по коленке когтистой лапой от Барона. – Ой, ну, пожалуйста.

Вообще-то к технике я равнодушна и общаться со случайным знакомцем не очень хотелось, но, глядя в широко распахнутые глаза сверкающие неподдельным мальчишеским интересом, я стала рассказывать о средствах передвижения в своем мире и втянулась. Когда тебя так слушают, это очень приятно, оказывается, особенно несостоявшейся училке.


***


– Держи их у себя, выезжаю, скоро буду! – придворный маг отключил связь и посмотрел на короля.

На вызов экстренной связи отвечать необходимо сразу не зависимо, где и с кем ты сейчас находишься. Это незыблемое правило соблюдалась магами беспрекословно. Вызов старосты из Улесья застал мэтра в кабинете его величества на малом собрании советников.

– Два человека? Почему староста сообщает, а не ваши маги-координаторы? – возмущенно спросил король.

– Я все выясню, ваше величество, – пообещал придворный маг и разжал ладонь, в которой снова затрезвонил магический переговорник. – Слушаю!

– Мэтр Симерин, обнаружен магический всплеск в лесу неподалеку от Улесья, – доложил голос подчиненного.

– Почему только сейчас сообщаете?

– Всплеск слабый, только обнаружили.

– Слабый? – грозно прорычал придворный маг. – Переместились два человека, а у вас всплеск слабый?

– Два? – пискнуло из переговорника, а следом и вовсе удивленно: – Человека?

– Да! Я сам поеду, пришли мабезкон, срочно!

– Уже высылаю, мэтр.

– Простите, ваше величество, господа, я вас покину, – встал из за стола озабоченный маг.

– Если это действительно люди, мэтр, привезите их во дворец, – приказал король.

– Только если они не представляют опасности, ваше величество, – пообещал маг, слегка склонив голову, и быстрым шагом направился к двери.

В кабинете воцарилась тишина. Советники сосредоточено переваривали информацию.

– Как поздно засекли проникновение, – нарушил молчание русоволосый мужчина, сидящий по правую руку от его величества. – Уж не поумнели ли твари? Достаточно ли опытен староста? Слишком он уверен, подозрительно это.

– Жизнь любит загадывать загадки, – философски произнес король. – Симерин разберется. Хоть бы это были просто люди, которые в состоянии рассказать о другом мире. Ужасно интересно.


*****

– Из какого ты интересного мира! – воскликнул Освальд. – А как устроен мотор, который без магии работает?

– Откуда я знаю? Я обычный пользователь.

– Это как?

– Ну вот рубашка у тебя. Ты ее носишь каждый день, а как сшить знаешь? Сам сможешь?

– Ну… нет, – парень посмотрел на свою одежку другими глазами. – Как-то не задумывался об этом. Мама сможет.

– Значит, ты тоже пользователь. Просто носишь, не задумываясь, а если порвется, отдаешь мастеру, который в этом разбирается. Так же и с мотором – сломается, специально обученные люди починят, – я терпеливо объяснила и решила сменить тему. – А у вас правит король? Ну, если есть придворный маг?

– Да, Вастальдион седьмой! У нас хороший король, ты не бойся, – успокоил парень.

– Да мне то, что бояться? Я его и не увижу никогда.

Наш интересный разговор прервала местная сигнализация. Детишки, играющие на дороге, промчались через всю деревню, оглашая ее криками:

– Мабезконы едут! Мабезконы!

Из дома выбежал староста за ним Бажена с Санажаной. Я непроизвольно отметила про себя, что бабушка стала бегать наравне с молодухой. Мы с Освальдом подскочили с лавочки. Кота сбрасывать на землю стало жалко, и я просто прижала пушистый комочек к груди. Не понравится – сам убежит. Но Барон вцепился когтями в куртку, и покидать меня не спешил.

Из соседних домов тоже выбегали люди и спешили к дому старосты. Сегодня у народа день полный событий.

Сбавив скорость в населенном пункте, в деревню въехали два мабезкона. По мне так две древние колымаги, которые у нас знатоки с придыханием называют ретро. Примерно такие машинки я видела в старых документальных лентах тридцатых годов. Надо бабушку спросить, она должна помнить. Назвала бы эти мабезконы кабриолетом, но у них даже лобового стекла не было. Вместо этого у двух пассажиров на первой машине и четверых на второй на лицах красовались огромные очки, делая их похожими на первых авиаторов ретро-самолетов. Короче, два больших корыта на колесах не впечатлили ни меня, ни Бажену – избалованных детей цивилизации.

Зато местные жители были в восторге! Мабезконы для них были, как для землян летающая тарелка. Конечно, машина в средневековье это круто, хотя если вспомнить их мойки, то язвлю я напрасно.

Из первого мабезкона вылез мужчина, снял очки и кожаную куртку, закинул это все на сиденье и был тепло встречен Осталиданом. Значит это и есть придворный маг. Я с интересом принялась разглядывать первого встреченного в моей жизни настоящего мага, да еще и главного.

Мое воображение рисовало белобородого старичка с посохом, в белой мантии или черном плаще, но придворный маг был неприлично молод. Лет немногим за тридцать три, для человека занимающего такой важный пост это замечательная карьера, как только сумел? Черные встрепанные ветром волосы, прикрывали только шею, приятный овал лица, мужественный подбородок, прямой аккуратный нос. Карие глаза цепко пробежали по встречающим и остановились на Бажене. По-моему, маг даже сглотнул. Йес! Ловись рыбка большая и маленькая. Бабушка, хватай! Великолепная партия, лучше только король, но вряд ли он холост.

Мэтр Симерин перевел внимательный взгляд на вторую попаданку и удивленно уставился на Барона, по-хозяйски развалившегося у меня на руках.

– Прошу в дом, – доброжелательно распахнул дверь Осталидан и все послушно стали заходить в помещение. Ну не все, конечно, тут пол деревни уже сбежалось. Только придворный маг с помощником или коллегой, я с Бароном, бабушка и сами хозяева. Четверо магов из второго мабезкона остались на улице. Освальдин тоже просочился в дом, но никто, почему-то, не прогнал наглого мальчишку.

Все сели за стол и начались расспросы. Что, где, когда? Мы отвечали честно и не скрывали ничего, кроме нашего удивительного омоложения. У женщин свои секреты. Тем более что это ведь никого не касается и не вредит этому миру.

На просьбу мэтра описать примерные координаты места нашего появления я зависла.

– Ну как я объясню? Лес и лес. У нас дома это был городской сквер. Потом мы пошли просто наугад, понадеявшись на удачу, и вышли к огромному полю.

– А ничего приметного вам не попадалось? – настойчиво спросил мэтр. – Какой-нибудь камень или упавшее дерево?

Мы переглянулись и отрицательно покачали головами. Дальше объяснения подхватила Бажена и стала подробно рассказывать о бескрайнем поле с колосками, а я вдруг вспомнила дерево с треугольными листочками. Очень приметное дерево! Я уже было открыла рот, но не зря же Нарька прожила тридцать два года в квартире штандартенфюрера Бажены Спиридоновны, чувствуя себя русской разведчицей. Научилась сначала думать, а потом говорить. Иногда.

Вот и сейчас я поняла, что надо промолчать. Ведь бабушка об этом дереве ничего не знает. Ей тогда не до этого было. Она изучала помолодевшее тело, я тоже пребывала в шоке от чудес анатомии и не вспомнила больше о чуде природы. Если я сейчас скажу, то Бажена первая начнет вопросы задавать и выяснится, что на самом деле она древняя старушка, а я зрелая женщина. Этот главный волшебник с цепким взглядом и бульдожьей хваткой обязательно докопается. Мне то все равно, я и так была молода, а бабушка не простит. Замуж ее точно после этого не сплавишь. И я благоразумно промолчала.

Приняв решение, что обязательно скажу о приметном дереве, но позже, наедине и без Бажены, забыла, мол, переволновалась, успокоено вздохнула.

Когда закончились одни и те же вопросы в разной интерпретации, мэтр Симерин достал хрустальную сосульку с делениями и синей каплей на самом кончике и сказал, что хочет проверить нас на наличие магии. Стало интересно, а вдруг действительно в этом мире проявились способности? И я как настоящая попаданка поступлю в академию и стану крутой магичкой?

Бажена протянула руку, мэтр поставил в центр ладошки сосульку и – ничего не произошло. Маги развели руками и пожали плечами. Лично я не поняла ничего.

– Уберите уже этого кота, – раздраженно сказал помощник придворного мага, и я с удивлением обнаружила, что все это время не выпускала Барона из рук. Мы с ним сроднились.

Укоризненно покачав головой, я передала котика Освальду. Бедняжка обиделся и убежал. Не парень, конечно, кот. Выставив руку, я стала наблюдать за действиями мэтра, предвидя такой же результат, как и у кровной родственницы землянки Бажены. Но нет. Синяя капля, едва коснувшись моей кожи, стала бледнеть и растворилась без следа. Сосулька стала просто сосулькой, без начинки.

Маги ахнули и посмотрели на меня как на врага народа или чудо природы точно определить их злобно- удивленные взгляды не получилось.

– Очень интересно, – наконец произнес Симерин, глядя на меня как на подопытную крысу. – С вами нужно будет провести несколько экспериментов, уважаемая Линария.

Я похвалила себя за сдержанность и решила, что ни про какие треугольные листики этот ненормальный ученый не узнает. Эта тайна умрет вместе со мной, и скорей всего скоро – после неудачно проведенного опыта. Мысленно, я по-детски, показала магу язык. На опыты меня, ишь!

Тем временем староста сделал шаг к придворному магу и уважительно попросил:

– Мэтр Симерин, замерьте заодно потенциал Освальдина. Можно ли ему в академию в этом году поступать?

– Я бы замерил, – ворчливо отозвался маг, – но кое-кто сломал замерный хрусталь.

– Ничего я не ломала! – лучшая защита это нападение. – Сами сосульку эту приставили.

Помощник выскочил на улицу и через минуту вернулся с таким же прибором, видимо, взял у коллег из второго мабезкона. Парень протянул ладонь и тут я, наконец, поняла, что эта штука работает как градусник. Синяя капля что-то вроде ртутной шкалы, чувствительной к температуре тела, в данном случае к наличию магии. Оказавшись на ладони Освальда, синяя капля уверенно поползла вверх, благополучно преодолела середину и еще несколько отметок и замерла почти у самого края. Маги обрадовано воскликнули.

– Отличный потенциал, Освальдин! – хлопнул счастливого парня по плечу Симерин. – Срочно поезжай в академию. Через неделю приемные экзамены, не опоздай.

Санажана всплеснула руками, Осталидан довольно заулыбался. Ну конечно, рады за своего односельчанина. Я показала большой палец, Освальд расплылся в улыбке. Надо же, какой международный жест.

– Все! Мы уезжаем, девушек забираем, – оповестил придворный маг и повернулся к двум попаданкам. – Его величество Вастальдион седьмой, приказал доставить вас во дворец. Поэтому вы сейчас едете с нами.

Мы с Баженой переглянулись и кивнули. Желания оставаться пожить в деревне, не было никакого. Мы бы и так потопали в город, а нам предлагают поездку на магической машине, да во дворец. Хотя, туда как раз не хотелось. Одно из правил, в котором мы с бабушкой были солидарны – подальше от начальства, поближе к кухне. Но выбора у нас не было. Ладно, выдам Бажену замуж, а сама на опыты. Эх, доля попаданская…

Дружной толпой мы вышли из дома и направились к машинам, то есть мабезконам. Освальд сиял счастливой улыбкой.

– Ну, прощайте, что ли, – я повернулась к Санажане и обняла. – Вы как родные стали, так приветили незнакомок.

– Точно-точно, – подхватила бабушка. – Замечательные люди! Счастья вам здоровья и всех благ.

– Может, увидимся еще, – пробасил Осталидан. – В гости приезжайте.

– Поехали, поехали, – поторопил маг, дав какие-то указания пассажирам второго мабезкона. Те понятливо закивали, запрыгнули в машину, развернулись и уехали. Наверное, искать место портала.

За руль, или что там у них, сел помощник мага, сам мэтр Симерин устроился рядом с ним на переднем сидении, а нам было велено занимать места сзади.

Я махнула на прощание рукой Освальду и осторожно села в ретромобиль, проверяя мягкость сидения и наличие рессор. Бажена устроилась рядом.

Мы предвкушали интересную поездку, но мабезкон не трогался с места. Водила ковырялся в панельной доске, но колымага не заводилась.

– В чем дело, Тир? – раздраженно спросил Симерин.

Надо же у них и короткие имена в ходу, хотя может это сокращенное от Тиранозавра?

– Кто-то блокирует! – взвизгнул маг.

Мэтр повернулся к нам и приказал:

– Вылезайте.

Мы послушно покинули мабезкон. Бабушка фыркнула, деспоты не переносят приказной тон исходящий не от них. Мотор, двигатель, амулет или что там внутри этого корыта снова тихонько забурбулил.

– Работает! – обрадовался водила.

– Садитесь по одной, – повернулся мэтр и некультурно указал пальцем на Бажену. – Сначала ты.

Бабушка скривилась, но послушно заняла место. Мотор работал без сбоев. Я, после кивка мэтра села, противный мабезкон фыркнул, подражая блондинке и сдох. Вылезла – заработал.

– Так, так, так, – мэтр Симерин вышел из машины, хлопнув дверцей. – Этого и следовало ожидать. С тобой на мабезконе мы дальше этого места не уедем.

– Что же делать? – забеспокоилась бабушка, собираясь составить мне компанию, но ее остановил громкий рявк мэтра:

– Сидеть! Ты едешь с нами. Его величество приказал!

Бажена плюхнулась на сидение, ошарашено выпучив глаза. Ее раздирали сомнения, но кто она против короля? Подчиняться власти в крови у советских женщин. Тем более если приказывает маг.

– Значит, сделаем так, – Симерин подозвал движением пальцев Освальда и сказал: – Ты без экзаменов принят в магическую академию и с этого момента считаешься студентом. Поздравляю!

Толпящиеся неподалеку селяне радостно заулюлюкали и захлопали в ладоши. Парень благодарно вытянулся в струнку, как солдат перед генералом.

– И вот тебе первое королевское задание, – улыбнулся мэтр доброй улыбкой. – Привезешь эту девушку во дворец, понял? Все равно ведь тебе в академию ехать.

– Я их провожу, мэтр, не беспокойтесь! Доставим в лучшем виде, – благодушно пообещал Осталидан.

– Отлично, поехали! – Симерин снова сел в мабезкон и захлопнул дверцу.

– Нет, а как же… – подала голос бабушка.

– Очки надень и куртку, – грубо перебил Тир, повернувшись к пассажирке.

Бажена с ужасом посмотрела на огромные круглые очки комбайнера-семидесятника и возмутилась:

– Ленивые мужики! Машину нормальную изобрести не можете! Как эту страсть на лицо надевать? Хотя бы лобовое стекло установили и крышу как в кабриолете.

– Стекло хрупкое, – автоматически возмутился Тир. – Большая площадь магическому укреплению не поддается, только очки.

– Вам бы только отговорки искать, мужчины! Магия при чем? Если проклеить несколько слоев, то стекло прочное становится и при ударе не разлетается на осколки.

Два мага удивленно уставились друг на друга. У обоих в головах шевелились шестеренки.

Ай да, бабушка, ай да молодец! Уже прогрессорством занялась, как приличная попаданка из моих книжек. Чтобы эту умную блондинку не оставили здесь мне в нагрузку, после очередного нелицеприятного эпитета в адрес мужчин, я помахала рукой и напомнила:

– Вас король ждет. Везите сестрицу аккуратно, не растрясите. Бажена очень ценный пассажир.

Мабезкон фыркнул, подался вперед, лихо развернулся и покатил из Улесья. Бабушка, пытаясь напоследок дать мне ценные указания, успела выкрикнуть только: «Апполи…» и все. А нечего было ребенка таким длинным именем называть!

* * * * *

Народ стал расходиться по домам. Я постояла немного, глядя вслед магической машинке и боясь пошевелиться, чтобы не сглазить. Освальд решил, что грусть-тоска меня съедает и приобнял за плечи.

– Не печалься, скоро увидитесь.

– Она уехала! Уехала, уехала, – я запрыгала на месте и захлопала в ладоши. – Ваш маг настоящий волшебник. Он сумел увезти Бажену! Уехала, уехала, уехала…

– Эк она тебя достала, – от души рассмеялся староста и подмигнул Освальду: – Ну ладно, дети, сегодня собираемся, а завтра в дорогу. Первое задание выполнять.

– Спасибо, папа, – обрадовался парень и побежал в дом.

Папа? Что-то на папу двадцатилетнего парня Осталидан не тянул. Сохранился хорошо, что ли? Тогда Санажана скорей всего мачеха. На вид ей около тридцати. То есть Освальд сын старосты? Наверное, приемный. Так вот почему его из дома не гнали – он в нем живет! Я хихикнула.

– Мне собирать нечего, все свое ношу с собой, – похлопав по сумке рукой, доложила я. – Пойду по деревне пройдусь, можно?

– Конечно, деточка, погуляй, – кивнул староста и отправился в дом.

Я поморщилась от снисходительного обращения практически ровесника, и пошла по дороге. Солнце еще не закатилось, люди занимались своими делами, обсуждая последние события. Пахло свежими опилками.

Я смотрела по сторонам, все было хорошо, спокойно, умиротворенно. Но какое-то странное чувство, на уровне подсознания, начало терзать душу. Вроде деревня как деревня. Дома, огороды, собаки лают, но что-то непривычно цепляло глаз или чего-то, наоборот, не хватало. Что-то было не так в этой деревне, не соответствовало моим представлениям и привычкам. Но что? Женщины, мужчины, дети. Кстати, назвать деревенских жителей бабами и мужиками язык не поворачивался. Слишком они были молоды.

Точно! Вот оно! Дети, женщины, мужчины, а старики где? Где убеленные сединами бородатые старцы с посохами? Где согбенные старушки, греющие старые косточки на лавке возле дома? Это же неизменные атрибуты любой деревни! Куда делись все старики? Да и просто людей в возрасте, лет шестидесяти, не видно. Они их здесь что уничтожают? Государство так уклоняется от уплаты пенсий? Или их скармливают тварям?

От невероятной догадки меня охватил ужас. На спине выступил холодный пот, руки заледенели. Даже существование каких-то тварей я восприняла спокойно, но это! Как же так можно? Стариков надо уважать, это наша гордость, совесть, мудрость, история. Как бы я не относилась к своей деспотичной бабушке, но не бросила бы никогда. И если бы она не помолодела, тащила бы на своем горбу через поле с колосками!

Я закусила губу, продолжая идти по дороге и пытаясь найти хоть одну старушку. Может быть, их из дома просто не выпускают? Но старых людей не было нигде! Ни в одном окошке.

Я развернулась и, стараясь не сорваться на бег, быстро пошла к дому старосты. Задам вопрос в лоб и будь что будет. Надо же знать, какая участь ожидает, если доживу до преклонных лет. Мама дорогая, ужас-то какой! Как жить в таком мире?

Сердце бешено колотилось в груди, я опустилась на знакомую лавочку, набираясь храбрости, чтобы войти в дом. На крыльце показался Освальд, и я замахала руками, подзывая парня к себе.

– Что с тобой, Линария? Бледная какая-то, – заволновался будущий маг. – Может маму позвать?

– Погоди, не надо, – я схватила парня за руку и, глядя в карие глаза, спросила: – Где старики?

– Кто?

Ничего себе! Дети даже слова такого не знают?

– Старики. Ну бабушки, дедушки.

– Ааа… А тебе чьи родственники нужны мамины или папины?

– Вообще все! Я гуляла по деревне и не увидела стариков. Где они?

– Странные вопросы задаешь, как бы ты их узнала, если не знакома ни с кем, – пожал плечами Освальд и крикнул, повернувшись к дому: – Папа!

Осталидан тут же выскочил на зов и подошел к лавочке, на которой сидели мы.

– Что случилось, сынок? – обеспокоено спросил староста.

Из дома вышла Санажана, вытирая руки фартуком, и тоже поспешила к нам. Ну вот, вся банда в сборе! Меня мелко колотило. Не столько страшно, сколько противно.

– Да вот Линария вопросы странные задает про стариков каких-то, – совершенно искренне сказал парень. Я даже рот открыла от такой наглости.

Староста присел рядом со мной на лавочку и вопросительно взглянул как на больную. И тут я психанула.

– Да что вы прикидываетесь? Не знаете, кто такие старики? У вас старости нет?

– Почему, вещи со временем старятся, мебель. Погоди, Линария, объясни подробно.

Я усмехнулась. Как они умело из себя невинных овечек изображают! Ладно, пойдем длинным путем, раз подробности нужны.

– Какая в вашем мире продолжительность жизни?

– Сто лет. В среднем сто двадцать, – не задумываясь, ответил мужчина.

– Ну вот! – я хоть и обалдела, но продолжила допытываться до истины. – А во сколько лет начинают стариться?

– А что это означает? Силы уходят после ста.

– Погоди, погоди, – я подняла руку. Нечего мне мозги пудрить. – В моем мире люди живут в среднем семьдесят-восемьдесят лет, после сорока человек уже начинает стариться. Появляются морщины, дрябнет кожа, седеют волосы, болят кости, выпадают зубы.

– Ужас какой! – прикрыла щеки ладошками Санажана.

– Немыслимо! – воскликнул староста.

– В каком страшном мире ты жила! – выпучив глаза, прошептал Освальд.

– Да вы что? – опешила я, глядя на неподдельное изумление. – А у вас как?

– У нас в тридцать лет происходит полное совершеннолетие, и человек практически больше не меняется до конца жизни. Только немного если. После ста лет человек сам решает. Если сил больше нет, прощается с родственниками и идет в храм Отлетающих душ. Там ставит свечу и все, жизненный путь закончен.

– Да разве так бывает? – я пребывала в шоке. – Вот сколько вам лет, Осталидан?

– Шестьдесят два.

– К-как? А Санажане?

– Пятьдесят три.

– Не может быть! А тебе? – я повернулась к Освальду.

– Девятнадцать, – расхохотался малолетка, и указал пальцем в сторону дороги. – Вон видишь у колодца уважаемую Силируну? Сколько, по-твоему, ей лет?

Я посмотрела в указанном направлении. Молодая цветущая женщина переливала воду из одного ведра в другое.

– Ну лет тридцать пять-шесть, – неуверенно, уже неуверенно ответила я.

– Девяносто два, недавно всей деревней праздновали, – рассмеялся парень.

– Быть не может! Вы не обманываете? – я посмотрела в честные лица и призналась Освальду: – А я подумала, что у тебя приемные родители, раз так молодо выглядят.

Семейство снова опешило, и Санажана удивленно спросила:

– Какие родители?

– Ну, когда усыновляют чужого ребенка.

– Кто же отдаст своего ребенка? – в два голоса воскликнули родители Освальдина.

– Ну, так бывает, – я пожала плечами и не стала вдаваться в подробности. Очень уж лица у семейной пары были странными. – А еще маг ваш придворный такой молодой, а уже главный!

– Точно не знаю, – усмехнулся староста, – но мэтру Симерину больше семидесяти.

– Офигеть, да он ровесник моей бабушки, – неожиданно вырвалось у меня.

Но никто ничего не понял. Они видели только мою сестру. На колени запрыгнул Барон, требуя свою порцию ласки. Я принялась чесать за ушком, и вдруг настигло осознание – они не убивают стариков. Их здесь просто не существует!

И бабушка помолодела неспроста – мир переделал ее под себя! А меня тогда зачем? Два лишних года после тридцати? Возможно. Нет, ну подумать только! Мир, где не стареют!

– Эээ… А колодец вам зачем? Или не у каждого в доме мойка?

– У каждого, но ведро воды в день обязательно выливать нужно, а то амулет работать перестанет, – хохотнул парень.

– Учиться и учиться, – я закатила глаза.

* * * * *

Мабезкон действительно развивал приличную скорость, даже для человека из технического мира. Конечно, если бы в этом магическом изобретении на колесах был предусмотрен салон с крышей и окнами, путешествие для Бажены Спиридоновны было бы комфортным. А поскольку лобовое стекло заменяли неудобные очки, а от холода защищала лишь огромная мужская куртка, любоваться окрестным пейзажем было затруднительно.

Ветер трепал волосы, как флаги на корабле во время шторма, пыль забивалась в нос, песок и мошки больно стегали по лицу. Отчаявшись получить от поездки приятные впечатления, Бажена укуталась в чужую куртку и легла боком на сидение, укрываясь от неприятных столкновений.


Только когда мабезкон снизил скорость и стали доноситься голоса и шум, женщина поняла, что они заехали в город. Пока она это сообразила и села, оглядываясь по сторонам, машина уже остановилась перед огромным строением с башенками и колоннами. Путь преграждали кованые ворота, но придворному магу их быстро отворили и мабезкон, доехав до самого входа, остановился.

Нисколько не церемонясь, маг нетерпеливо стал прикрикивать на пассажирку, чтобы она выходила и следовала за ним. Скинув тяжелую куртку и стянув идиотские очки, Бажена послушно пошла за противным высокомерным мальчишкой.


Королевский дворец был возведен из камня и выглядел величественно, возвышаясь над городом. Внутри он полностью соответствовал своему названию. Высокие потолки, колонны, хрустальные люстры, ковры и картины на стенах. Чтобы все это разглядеть нужно время, но маг быстро шагал вперед, не давая возможности даже дух перевести. Да ладно, что она дворцов не видела? В Питере три дня посвятила только Эрмитажу.

Навстречу попадались люди, они удивленно останавливались и с интересом разглядывали незнакомку. Бажена торопилась, как могла, но иногда поглядывала по сторонам, слегка замедляя шаг.

– Идем быстрее, – нетерпеливо подогнал мэтр, повернувшись и взмахнув рукой.

– Что за спешка такая? – не выдержала женщина. – Почему нужно нестись, как по скоростной трассе?

– Потому что его величество ждет, – теряя терпение, ответил маг.

– Как? В таком виде? Дайте в порядок себя привести, – возмущенно остановилась чистюля Бажена. Да она в таком виде и во двор не выйдет, не то что к королю.

– И так сойдет, пошли, говорю

– У меня пыль на зубах скрипит, дайте хотя бы умыться!

– Это не имеет никакого значения! – вспылил Симерин.

– Что здесь происходит? – прервал перепалку властный женский голос.

Бажена повернулась на звук и увидела высокую женщину в закрытом вечернем платье в пол мандаринового цвета с белой вышивкой на лифе и рукавах. У незнакомки были черные волосы, уложенные в высокую прическу с ниспадающими на шею локонами, правильные черты лица, карие глаза с накрашенными ресницами, аккуратный нос и пухлые губки на которые не пожалели розовой помады. Красивая, ухоженная и яркая. За ней толпилось несколько женщин в таких же длинных нарядах, которые, сгорая от любопытства, даже вытягивали шеи, стараясь разглядеть спутницу мага.

– Ваше величество, – мэтр слегка пригнул голову. – Я выполняю приказ короля, мне нужно срочно доставить эту женщину для важного разговора.

Бажена удивленно приподняла брови. Это королева?

– А она что же не желает? – ехидно усмехнулась величество, мазнув взглядом по странной спутнице мага.

Не зная как обратиться, ведь их не представили, Бажена все же решила объясниться, в глубине души надеясь на женскую солидарность.

– Здравствуйте, – вежливо сказала попаданка и по примеру мага слегка склонила голову. Ну не в ножки же ей кланяться. – Понимаете, меня везли на недоделанной машине без лобовухи и салона. Ветер и пыль. Представляю, какое воронье гнездо у меня сейчас на голове, а на лице, наверное, круги под глазами от очков. Разве можно в таком виде появляться перед королем?

Королева более пристально посмотрела на странную незнакомку, которую с чего-то вдруг ждет ее супруг. Оценивающему взгляду предстали коричневые свободные штаны, жакет такого же мерзкого цвета висящий мешком, словно с чужого плеча, бежевая тряпка на сгибе руки, белые волосы, торчащие в разные стороны, грязное в разводах миловидное лицо, а под голубыми глазами действительно круги. Если ее отмыть и приодеть получится невероятная красотка. Поэтому королева категорично заявила:

– Конечно! Нельзя заставлять его величество ждать!

Довольный мэтр схватил ошарашенную женщину за руку и потащил за собой, больше не тратя время на разговоры. Бажена вспомнила все слова, которые воспитанные бабушки никогда не произносят вслух и мысленно костерила стервозную бабу, которая здесь королева.

Наконец, мэтр Симерин дошел до нужной двери и распахнул ее, что называется с ноги. Бажена тихо ахнула, но оказалось, что за дверью всего лишь приемная его величества. Молодой секретарь слегка вздрогнул, но, узнав, придворного мага, снова склонился над столом.

– Жди здесь! – приказал бесцеремонный маг и без доклада скрылся за дверью кабинета.

Бажена еще негодуя в душе на местных интриганок, с надеждой посмотрела по сторонам. Вместо искомого настенного зеркала, в поле зрения попал секретарь.

– Вы не подскажете где здесь можно умыться? – вежливо обратилась женщина.

– Ждите, все потом, – заучено буркнул парень, не отрываясь от своих бумаг.

Бажена присела на диван для посетителей и, тяжело вздохнув, пожалела, что рядом нет Нарьки. Вот у кого в сумке нашлись бы и влажные салфетки и расческа. Хотя, она ведь так и не вернула внучке зеркальце. Пошарив в кармане жакета, женщина радостно извлекла заветное зеркало и носовой платок. Отражение показало сущее страшилище с колтуном на голове и разводами на лице. Мало того, на скуле вообще прилип какой-то кусок грязи или мазута. Таким видом напугать можно запросто, а не к начальству на глаза показываться.

Бажена провела платком по носу и вдруг задумалась, а так ли неправа королева, отправляя ее в таком виде? Это ведь сейчас что было? Ревность? После семидесяти Бажена Спиридоновна уже забыла такое слово, а раньше да, раньше к ней часто мужиков ревновали. Так и зачем ей такое счастье? Кто его знает, может король блондинок любит? Заставит стать его фавориткой, любовницей, содержанкой. Фу, гадость, какая! Позорище перед внучкой! Кстати, и не откажешь ведь королю, начнет Нарькой шантажировать. Ее жизнью и благополучием. Нет-нет, умная здесь королева.

Бажена послюнявила краешек платка и, подцепив кусок грязи со скулы, размазала его по всему лицу и шее. Получилось хорошо, как в русской народной сказке, где мачеха красоту падчерицы прятала, вымазав ту золой.

На столе секретаря звякнул колокольчик и тот махнул рукой в сторону двери.

– Заходи!

Не став комментировать вслух все, что она думает о наглой, невоспитанной молодежи, Бажена уверенно взялась за ручку двери. Когда-то для мэра города это действо было страшным сном – входящая в его кабинет общественный деятель Бажена Спиридоновна. Правда, тот лебезил, опасаясь лишиться должности, а короля жалобами жильцов не напугаешь, но опыт общения с начальством давал о себе знать.

– Здравствуйте, – склонила встрепанную голову гостья из другого мира, оказавшись в просторном помещении с большим овальным столом за которым сидел его величество.

– Здравствуйте, – король вздрогнул, но, тем не менее, встал и подошел поближе. – Не бойтесь, вас здесь никто не обидит.

Маг фыркнул. Обидишь таких наглых, не уважающих мужчин из мира без магии.

– Давайте присядем, – его величество указал рукой на диван.

Бажена кивнула и пошла в указанном направлении. Король был молод и хорош собой. Высокий, плечистый с короткими русыми волосами и серыми глазами. «Что-то они здесь стариков совсем не уважают. Сам молодой и весь дворец молодежью заселил. И, безусловно – бабник», – подумала бабушка. Бабников она не любила, она ими брезговала.

– Сигурд, прикажи нам чаю подать, – крикнул в пустоту король, не прибегая к помощи колокольчика.

Бажена подумала, что за такой толстой дверью, наглый мальчик, вряд ли его услышит, но через несколько минут вошел слуга и вкатил тележку, заставленную чайными приборами и выпечкой.

– Уважаемая Бажена, расскажите о вашем мире или вы устали с дороги? – король был сама вежливость, даже странно.

– Что вы, что вы, совсем не устала, – испугавшись, что ее заставят смыть маскировку, быстро ответила Бажена. – В нашем мире нет магии, ее заменяет электричество…

Король внимательно слушал, задавал уточняющие вопросы. Присоединившийся к чаепитию придворный маг, тоже не отставал. Бажена немного расслабилась и терпеливо объясняла и уточняла, как учительница на уроке. Чаще, конечно, она пожимала плечами и говорила, что не разбирается в технических творениях настолько подробно.

– Ваше величество, не ждите от нас изобретений и открытий. Обычный человек пользуется достижениями ученых и науки в повседневной жизни, совершенно не вникая в детали. Почему чайник греет воду? Меня это никогда не интересовало, главное что греет. А если нет, я возвращаю его в магазин, да еще устраиваю скандал и требую компенсацию.

Король рассмеялся.

– Зато вы знаете, как смастерить прочные стекла. Кстати, чем вы занимались в своем мире или женщины у вас не работают?

– Еще как работают. Я работала продавцом, товароведом, заведующей отдела в магазине. Ну, это сфера торговли.

– Замечательно, значит, и без магии вы в нашем мире не пропадете. Торговля существует в любом мире, – заверил король и снова крикнул: – Сигурд!

Секретарь возник на пороге, словно до этого он держался за ручку двери.

– Пока ждем вашу сестру, поживите во дворце и я надеюсь, что мы еще побеседуем, – улыбнулся величество и повернулся к парню. – Устройте нашу гостью и предоставьте ей вещи и служанку.

Значит, прием окончен. Бажена попрощалась и отправилась гостить во дворце.

– Очень славно, как считаешь? – Вастальдион седьмой потер руки, задорно улыбаясь магу. – Только меня раздражает твое неуважение к женщинам, Симерин.

– Чего их уважать, они не магия, – нахмурился мэтр.

– Ну, хотя бы умыть девочку можно было? Она, бедняжка, неловко себя чувствовала, глаз не поднимала. Я бы еще поговорил, да жалко стало.

Маг многозначительно повел бровями.

– Просто по дороге мы встретили ее величество, и она сказала, что и так сойдет, – с серьезным лицом объяснил свою непочтительность Симерин.

Король расхохотался.

– Сколько можно ревновать? Тридцать лет одно и то же!

– Постоянство нашей королевы одно из замечательных качеств.

– Верно, а вот скажи мне друг любезный, с каких это пор ты стал принимать в академию студентов без экзамена?

– А с тех самых, ваше величество, когда потенциал на замерном хрустале переваливает за седьмое деление.

– Ого! Это у Осталидана такой сын талантливый получился? А ведь тоже долго вымаливали…

– Чем труднее достаются дети, тем они способнее.


* * * * *


Вечером, когда закончились суетливые сборы в дорогу счастливого студента, поступившего в престижную академию магии в столице, практически не приложив к этому никаких усилий, Санажана предложила мне освежиться. Я с радостью согласилась и, прихватив большое пушистое полотенце, отправилась в мойку. Правда, у двери остановилась и затопталась на месте.

– В чем дело, Линария? – поинтересовалась хозяйка дома. – Я тебе сейчас помогу.

– Да я вот подумала, – расстроено ответила. – Я же сегодня сломала волшебную сосульку и магическую машину, ну мабезкон этот, а если и мойку вашу сломаю? Получается, что я каким-то образом блокирую магию. Мэтр меня даже на опыты пустить обещался.

Осталидан расхохотался.

– Да что ты там сломаешь? Воду набери и мойся спокойно. Амулет только на подогрев и утилизацию работает. Сломается – заменим, у меня запасной есть. А опыты над людьми в Цамалаке запрещены, не волнуйся.

– Где?

– Страна наша называется Цамалак.

– А мир?

– Аяк. Столица – Анельен.

– Мир Аяк, страна Цамалак, столица Анельен, – повторила я, заходя в мойку. – Прикольно.

Санажана проскользнула следом и сразу открыла краны над большой темно-синей ванной.

– А стираете вы как? – в надежде на магические чудеса поинтересовалась я.

– В освежителе, – махнула рукой женщина в сторону большой коробки и хихикнула. – Раздевайся, я сейчас простирну. Надеюсь, твои необычные вещи не влияют на магию.

Я обрадовано стала скидывать одежку. Женщина удивленно потеребила в руках джинсовую куртку.

– Грубая? – я улыбнулась. – Зато ваш кот так и не сумел меня поцарапать.

Санажана рассмеялась. Я с удовольствием опустилась в горячую воду.

– О, класс! Надеюсь ба… Бажена во дворце тоже помоется. Мы ведь в лесу ночевали, потом шли долго по полю с колосками, – я хихикнула. Скучаю что ли?

– Конечно, – уверенно ответила, блин, ровесница моей матери. До сих пор поверить не могу! – Кто же к его величеству допустит чумазую женщину?

– А что он только с чистыми разговаривает?

– Ну я так думаю, – расхохоталась шутница. – Он же король!

В ванне я блаженствовала больше получаса, странно, но амулет исправно подогревал воду. Уверившись, что это у крутых магов бракованные устройства, я довольная и чистая, завернулась в длинный халат, и вышла к людям, огласив свое появление радостным криком:

– И ничего не сломалось! Кажется.

Затем, переодевшись в выданную хозяйкой дома просторную рубашку и юбку в пол, я присоединилась к приютившему меня семейству за столом. Ужин был потрясающим. Продукты, не отравленные химией, имели совершенно другой вкус. Мясо таяло во рту, а салат пах помидорами. Овощи и фрукты здесь были примерно идентичны земным, но некоторые я видела в первый раз. Но такое и дома могло произойти, попади я в далекую страну.

Знакомые продукты уже хорошо. Хотя разница ощущалась во всем. Это как, к примеру, если сравнить наше ржаное поле с невысокими тонкими стеблями и скромными колосьями и местное поле, в котором с головой спрятаться можно, не пригибаясь. Мы его поэтому и обходили, а не перли напролом. Заблудиться побоялись.

Весь ужин был посвящен напутствиям студента. Сводились они к одному – хорошо учиться и не позорить родное Улесье. Освальд покладисто кивал головой и улыбался. Уверена, завтра он и не вспомнит ничего из полезных советов. Эх, молодость! Хотя… мда… кто бы говорил.

Загрузка...