Рейнард
Бой с гидрой вышел сложным и затянутым. Собственно, с любой творю, что может отрастить себе пару лишних конечностей или голов, тяжело бороться, но эта сволочь была еще и с демонической кровью.
Я, конечно, ее победил, но и она меня достала. Раны от таких тварей коварны и могут быть смертельны даже для меня, но об этом, конечно же, не следовало никому знать. Сил почти не было, но я кое-как открыл портал и шагнул, куда дотянулся.
Дотянулся я до казарм, что в целом неплохо. Замер на пару секунд, борясь со слабостью и дурнотой. Нужно было добраться в замок, добраться до подвала… но вместо этого я почему-то пошел к казармам.
Я не то чтобы слышал, скорее, чувствовал, что там находится Корнелия, и девушка испытывает недоумение, растерянность и, совсем чуть-чуть, страх.
От последнего у меня открылось второе дыхание – девчонке нечего было делать в казарме, а если кто неровно подышал в ее сторону, мне еще хватит силы выдрать ему дыхало.
Войдя, я увидел, что к Корнелии подбираются облизывающиеся полудемоны, и от этого тошнота и слабость отступили. Бойцы попадали на колени, а девушка обернулась.
Наши взгляды встретились, и глаза ее расширились от ужаса.
Ну да, не такой уже я и красавчик, верно?
– Что ты тут делаешь? – спросил раздраженно.
Корнелия как будто удивилась и растерянно ответила:
– Стою…
Я нахмурился – в таким виде настаивать девушке покинуть казарму будет проблематично. Но лучше выглядеть я сейчас не смогу…
Корнелия продолжала пялиться на меня в ужасе, потом на ее лице отразилось удивление, а затем какая-то отчаянная решимость. Девушка шагнула ко мне, схватила ла руку и магия выдернула нас из казарм.
Пол покачнулся – переход дался непросто, и я бы сцепил зубы, чтобы удержать равновесие, но девушка легонько толкнула меня ладошкой, и сел. Точнее, не сел – рухнул на собственную кровать.
А моя маленькая помощница пулей выскочила из покоев.
Я прикрыл глаза и хотел вздохнуть, но бок болел нещадно. Испугалась, маленькая, сбежала…
Кажется, я провалился в небытие, потому что когда в следующе мгновение открыл глаза, надо мной склонилась Корнелия и с сосредоточенным видом срезала с меня рубашку.
Она… осталась?