По воле богов. Выбор богини. Книга четвертая. Вторая часть

Глава 40

Теодора была не в духе, несмотря на то, что в тренировочном бою двое на двое, они с Орисом одерживали явную победу.

В порыве боевого азарта она случайно подпалила Орису, маячившему перед ней, плащ. И когда тот удивленно обернулся, смахивая пламя, вместо привычных извинений получил недовольную гримасу, на которой читалось: сам виноват!

Хотя тут с Теодорой было сложно не согласиться. Ему следовало вовремя отступить и взять правее, а он понадеялся на свои силы, и в результате просчитался, а Теа сообразила и вовремя ударила у него из-за спины, вернув им прежнее преимущество.

Вивьен, наблюдавшая за боем с третьего ряда трибуны полигона, удовлетворенно улыбнулась: занятия с Раном Баргу пошли Теа на пользу. Удары стали не просто меткими, но сильными, уверенными и такими красивыми, что залюбуешься. Она здорово подросла в управлении магией за последние два месяца. Да и вообще подросла, стала выше, немного похудела и расцвела еще больше. Даже темные маги со старших курсов, раньше упорно игнорировавшие ее, сворачивали шеи и жадно пялились.

– Почему командир тройки не с командой? – сел на лавку рядом с Вивьен Лангранж. – Нездоровится? – он кивнул на фляжку в ее руке. – Что там?

Вивьен, не отводя взгляда от полигона, протянула ему обтянутую кожей баклажку. Декан взял, отвинтил крышку, поднес горлышко к носу, понюхал и поморщился.

– Вербянка, что ли? – покосился он на Вивьен.

– Да.

– Что-то серьезное? Отравилась?

– Ерунда, скоро пройдет.

Ха! Вряд ли… Но верить-то хотелось. Про то, что она рассказывала о вербянке, когда старшекурсники напали на Ориса и Теодору, Лангранж, видимо, благополучно забыл. И слава богам!

– Может, домой тебя отпустить?.. – протянул он задумчиво и вернул ей фляжку. – Мой экипаж у ворот, могу подвезти.

– Нет, я останусь. Мне уже лучше.

Лангранж кивнул и хмыкнул.

– Понимаю. Не рвешься домой? Я смотрю, не особо там тебе нравится.

Домой?.. Ее дом находился за тысячи лье отсюда, в Валории, и она его очень любила, хотя недавно отказалась туда возвращаться. Но на то были свои веские причины.

– Я – гостья лорда Кристиана Моро, – повернула голову Вивьен и прямо посмотрела на декана. – и как хозяин он безупречен. Мне не на что жаловаться.

– Ну да, о гостеприимстве лорда Моро легенды ходят… – усмехнулся он. – Ты прекрасно понимаешь, о чем я. – теперь Лангранж не сводил взгляда с полигона.

Вивьен внутренне подобралась. Да? И о чём?

– В целом твоя команда наконец-то начала показывать неплохие результаты, стала лучше по слаженности и боеспособности. Но у меня появилось много вопросов к тебе… Ты стала раздражительной, подавленной, всё чаще предпочитаешь на тренировках отсиживаться на трибуне и наблюдать…

И что?

– Я всё замечаю, и, как видишь, не принуждаю тебя выходить на полигон с Орисом и Теодорой… И в дальнейшем не собираюсь.

И на том спасибо.

– Мне не нравится твое нынешнее состояние, оно меня беспокоит. Ты и сама должна осознавать, как для мага твоего уровня важны уверенность в себе, в завтрашнем дне и стабильный магический источник… Без всплесков, перепадов, отказов…

Сам того не ведая, Лангранж ткнул в самое больное место. Если с первым у нее еще было худо-бедно, то со стабильностью источника и завтрашним днем дела обстояли совсем плохо. Точнее, не было у нее ни того ни другого.

– Таких как ты нельзя подавлять или заставлять что-либо делать против воли. Вы сразу впадаете в апатию либо начинаете злиться и разрушать всё вокруг… И если Сандэр тебя…

– Ошибаетесь, – нетерпеливо и не слишком вежливо перебила его Вивьен. – Сандэр с меня пылинки сдувает и из кожи вон лезет, чтобы мне угодить.

– Хорошо… Не буду спорить, тебе видней… – сразу отступил декан. – Но я Моро знаю давно, мы с ним шесть лет учились бок о бок на одном курсе в этой самой Академии.

– Вы – давние соперники.

– Всякое между нами бывало. Но сейчас соперничество ни при чем, оно в прошлом. Я беспокоюсь о тебе…

Даже так? С чего бы?

– Видишь ли, – поспешил он пояснить в ответ на ее изумлённый взгляд. – Моро слишком принципиален и не меняет свои взгляды. Никогда. Он не потерпит предательства или несоответствия своим ожиданиям, для него существует либо белое, либо черное…

Это он о чем?

– Вы говорите загадками, я не понимаю вас.

Вивьен плотнее запахнула плащ и накинула на голову капюшон, прячась в черный кокон.

– Прости, если нарушаю личные границы, знаю, тебе это неприятно, но раз мы начали об этом говорить…

– Вы начали. – поправила его Вивьен.

– Хорошо, я. То позволь, я договорю…Ты сама знаешь, как сложен мир магии. Он до сих пор не познан до конца и, возможно, никогда не будет познан. Более того, многие древние знания о нем безвозвратно утрачены, одни случайно, другие намерено. И как маг, который почти всю жизнь занимался изучением темных сил и всем, что с ними связано, я сталкивался с разными удивительными вещами, которых и быть-то не должно и объяснить невозможно.

– Какими? – голос Вивьен сел, и вопрос прозвучал сипло, она закашлялась.

– Ну, например, когда магия становится изменчивой и может перетекать из светлой в темную, и… не пугайся сразу… даже в черную, и обратно… И всё это богатство сочетается в одном маге, представляешь?..

Представляет. И что это за богатство такое – тоже.

– Декан, вы про кого-то конкретного говорите или просто рассказываете, что такое бывает?

– Пока просто рассказываю.

Пока?

Вивьен провела ладонью по лбу, покрывшемуся холодной испариной.

– А зачем вы мне это рассказываете?

– Видишь ли, я давно за тобой наблюдаю, с того самого момента, как ты поступила на факультет. И…

И?

Вивьен нервно заёрзала на скамье.

– …делаю выводы, что Вивьен Сурим не совсем обычная девушка. Вернее, совсем необычная… Допускаю, что магия, которую ты унаследовала от родителей, имеет подобные свойства. Не все, конечно, только некоторые…

Ха! Да если бы.

– Эти неконтролируемые перепады, яркие вспышки, магический рисунок силы, повышенная чувствительность к чужой силе – они такие необычные, я больше ни у кого и никогда не встречал подобного… Ты словно растущий и формирующийся магический подросток, в котором бушуют магические страсти… Редкое явление! Уникальное… Это как второе рождение. С тобой еще долго могут происходить удивительные, необычные, а подчас даже жуткие превращения, которые поймут и оценят немногие. А кто-то может испугаться, и даже превратно их истолковать!.. И если вдруг такое случится пока ты здесь, запомни, я буду рядом и помогу тебе справиться с ситуацией, как твой декан, твой наставник, твой друг… Остальное будет зависеть только от твоего желания.

Вивьен метнула на мага удивленный и настороженный взгляд. Он вроде ничего особенного, странного или неприличного не сказал, но если ей не показалось, то «остальное» прозвучало слишком многообещающе и слишком бархатно, чтобы она не уловила скрытый посыл.

Что-то вроде: не навязываюсь и не настаиваю, но если ты захочешь, то да.

И как ей на это отвечать?.. Что по декану факультета Темной магии сохла почти вся прекрасная половина Академии, для Вивьен не было секретом. Магически одаренный, умный, красивый, загадочный. И вечно одинокий: ни жены, ни невесты. Тут никакое, даже самое жестокое, женское сердце не устоит.

Только Вивьен давно его разгадала. Как говорится, дракон дракона видит издалека…

Лорд Освальд Лангранж был таким же нелюбом, как и сама Вивьен, всё понимающий разумом и ничего не чувствующий сердцем.

А от нее ему что надо? У него тоже тонкий расчет, как у Моро?..

Богатая и магически одаренная наследница княжеского рода – выгодный союз.

А ей он зачем?

Заманчивый шанс ничего не менять в своей жизни. Разве плохо? В отличие от Сандэра Моро, Лангранж будет изучать ее «наследственные дары» с неиссякаемым интересом исследователя, как подопытного кролика, зато родной дом и близкие люди останутся с ней навсегда. Чудесная перспектива. И никаких тебе скитаний, бродяжничества по мирам, одиночества. Никакой неизвестности и пустоты.

Вот только… Почему ее тошнило об одной мысли о таком союзе? Разве два нелюба в одной семье – не слишком много? И ей так никогда и не удастся узнать, каково это – испытывать чувства к мужчине? Любить, быть любимой?

К тому же становится заложницей вечного состязания Лангранжа с Сандэром, где главным призом будет она, – а Вивьен решила, что в ее случае именно это стало причиной внимания к ней декана, – у нее не было желания.

– Вы меня перехваливаете. Зря… Нет никаких особых наследных даров, просто вам не приходилось раньше сталкиваться с женской темной магией. Она такая изменчивая по своей сути и есть, мне отец говорил. Возьмите хотя бы Теодору, – она кивнула в сторону полигона, – сколько вы с ней мучились и всё безрезультатно, а сейчас, смотрите, она запросто справляется с тремя противниками одновременно.

Лангранж помолчал и глубоко втянул воздух носом, потом тяжко вздохнул.

– Жаль, что не поверила, я был честен с тобой. И я знаю даже больше, чем сказал тебе, но не хочу, чтобы ты воспринимала это как шантаж. В любом случае мое предложение остается в силе, но ни к чему тебя не обязывает.

Он поднялся и неторопливо направился вниз по ступенькам трибуны.

Вивьен от досады закусила губу до крови. Беда пришла откуда не ждала.

Лангранж морочит ей голову или действительно что-то знает?

Когда и чем она выдала себя? Он ведь намекал на абелитов, да? Кто ему рассказывал о них? Ведь в учебниках про них не написано, книг про них не найти, даже в библиотеке Верховного оракула таких не оказалось.

Догадка пронзила внезапной яркой вспышкой. Вивьен вперилась глазами в удалявшуюся широкую спину декана.

Не может быть! Как ей сразу в голову не пришло?

Таинственный незнакомец, который у нее из-под носа увел нужные книги из библиотеки Верховного оракула…

Как его называл хранитель?.

– Луго? – вырвалось у нее вслух.

– Что? – сразу обернулся и остановился Освальд. – Ты что-то сказала?

– Нет, – побледнела и замотала головой Вивьен, – вам послышалось.

***

В шелковом халатике поверх брючной пижамки, в мягких домашних туфлях, с распущенными волосами, зло и сосредоточенно глядя в одну точку, Вивьен решительно шла по темным коридорам резиденции Моро, не оглядываясь по сторонам. Её бы сейчас не смогла остановить даже армия темных магов.

Под мышкой она держала любимую подушку.

Она устала! Хватит! К хортам всё и всех!

Кому-то ее решение могло показаться безумным. Но когда ты не можешь уснуть пятую ночь подряд, то от безысходности и усталости границы разумного и бредового безвозвратно стираются, а страх отступает. Растворяется.

Не особо терзая себя угрызениями совести от возможных последствий принятого решения, она добралась до нужной двери. Встала и уставилась в резную деревянную перепонку помутневшим взором.

Без особых усилий сняла защитные печати и толкнула дверь. В кромешной темноте, немного поплутав по бесчисленным комнатам покоев и чудом не наткнувшись ни на один предмет мебели, она добралась до спальни и встала у широкой кровати, держа перед собой обеими руками подушку.

Он лежал близко к краю, в штанах, с голым торсом и спал.

Вивьен слышала его ровное дыхание. Она придвинулась к кровати, оценивая его положение и мысленно прикидывая, как лучше это сделать. И тут…

Сандэр открыл глаза.

– Душить пришла? – невозмутимо уточнил он, не меняя позы и явно не собираясь ничего предпринимать.

Неплохая идея. Но в другой раз.

– Спать.

Воспоминания о том, как она провалилась в сон в ту самую ночь, когда Сандэр утащил ее к себе в спальню, и они сладко проспали до самого утра, не давали ей покоя последние три дня, неотступно преследуя ее. От отчаяния и бессилия Вивьен готова была на всё, даже провести ночь в его кровати.

Оценив серьезность ее намерений, Моро молча сдвинулся к середине кровати, освобождая место ей и ее подушке. К слову сказать, на его огромной кровати таких уже было три. Вивьен добавила свою, бережно разгладив ее углы, легла и, вздохнув с облегчением, закрыла глаза.

Чудесно.

– Раздеваться не будешь?

Размечтался.

– Нет.

– Я и не рассчитывал, просто так спросил… Что, не спится?

– Угу.

– А подушка зачем? – он повернулся и придвинулся к ней вплотную, обнимая и утыкаясь носом в ее макушку.

Вязкая дрема уже коснулась хрупкого сознания, – так восхитительно и головокружительно унося ее царство снов, – но она нашла силы ответить:

– Приходить в гости с пустыми руками неприлично…

– В гости?.. Разве ты гостья?

– Покои твои, не мои. Значит, гостья.

– М-м-м… – понимающе промычал Сандэр. – У тебя своеобразное представление о приличиях, я уже заметил.

– Разбудишь меня завтра пораньше?

– Да… А-а-а… Райнину настойку не пробовала? Она валит с ног похлеще любого снотворного.

Это точно.

– Я туда не дошла… – впервые за последние пять ночей засыпая, с блаженством прошептала Вивьен.

– Куда? – с закрытыми глазами нахмурил брови Сандэр.

– На цветочную поляну…

– Зачем?

Странный вопрос. Это же очевидно.

– Там красиво… – она прижалась щекой к его голой груди и коснулась ее кончиком носа, тихо засопела и шепотом добавила: – И пахнет дивно…

– Как от тебя?

– Нет…

Как от тебя.

– Ладно, спи…

Утром Мирэй водила щеткой по волосам госпожи и рассматривала ее отражение в зеркале. Та сидела перед туалетным столиком и в задумчивости смотрела перед собой.

– Вы сегодня хорошо выглядите, миледи. Свеженькая, и круги под глазами пропали.

Вивьен подняла взгляд в зеркало, рассматривая себя.

Сандэр сдержал обещание и разбудил ее рано, сам уехал на службу, а она вернулась в свою спальню и даже смогла немного еще немного поспать, пока не пришла Мирэй.

Позже, когда она уже вышла из купальни и переоделась в домашнее платье, в ее покоях появился Бридж с… подушкой в руках.

– Милорд просил передать, что его не будет два дня, и сказал, что это лучшее средство от бессонницы в его отсутствие. – невозмутимо пояснил мажордом, прежде чем чинно ретироваться.

Мирэй с удивлением приняла ее.

– И что с ней делать? – задумалась она, когда за Бриджем закрылась дверь. – У вас своих полно.

– Дай-ка мне.

Вивьен взяла в руки подушку, и в нос легонько ударил запах Сандэра. Это была не ее подушка, а его. То ли он перепутал, то ли нарочно отдал свою.

– Положи на кровать. Как ни странно это признавать, но лучшее средство от бессонницы, – вздохнула Вивьен, – это сам Его Светлость.

И сама удивилась, что сказала это вслух. Но было поздно, Мирэй услыхала и метнула на нее озорной взгляд в зеркало.

– Может, вы хотели сказать от сонливости, миледи?

***

Император не изменил своего решения, и день отъезда Верховного Мага Алгеи в Махитанию неминуемо наступил.

Сборы были долгими, и добра с собой набралось много: личные вещи лорда Моро и сопровождающих лиц, посольские подарки для царствующих особ Махитании, всякое прочее, без чего не могло обойтись ни одно приличное путешествие. В долгую дорогу были подготовлены три тяжелых экипажа, запряженных шестеркой резвых породистых скакунов каждый.

Вивьен на протяжении нескольких дней наблюдала за последними приготовлениями, и у нее неприятно щемило сердце. Словно после отъезда Кристиана Моро из защищавшей ее внешних невзгод невидимой стены исчезнет один из тех важных кирпичиков, на которых всё держалось, и ее и без того хрупкий мир станет еще более шатким и уязвимым.

Несмотря на то что уже целых четыре дня не возвращались приступы, не было бессонницы, и чувствовала она себя просто великолепно, – конечно, всё только благодаря воздействию вербянки, а не ночи, проведенной под боком у Его Светлости, – нехорошие предчувствия тяготили ее, и она печально наблюдала в окно гостиной, как в дормезы складывают вещи и крепят сундуки.

Около Кристиана постоянно кто-то крутился, что-то спрашивал, получал распоряжения, задания, уходил и снова возвращался. Суета и хлопоты не отпускали лорда Моро ни на мгновение. С ним долго разговаривал Сандэр и, судя по тому, что тот время от времени бросал взгляды в сторону окон ее покоев, Вивьен предположила, что речь шла о ней. Потом на смену ее явился Арно. Младший сын явно спорил с отцом и ушел, оглядываясь и жестикулируя руками, явно оставаясь при своем мнении.

Но она поймала момент, чтобы поговорить с ним и самой.

Он стоял в одиночестве и в раздумьях возле экипажей во дворе и что-то помечал в маленькой записной книжечке, которую всегда носил с собой в кармане, когда Вивьен решилась подойти к нему.

Кристиан обернулся и заулыбался, едва завидев ее.

– Вивьен, что крадешься?

– К вам иду, милорд. Может, вы и для меня найдете минутку?.. И мне скажите что-нибудь важное?

– А что ты хочешь услышать, дитя моё?

Вивьен встала перед ним.

– Не знаю, вы же всем-всем, – она сделала широкий жест, – что-то говорите, поручаете, напутствуете, скажите и мне что-нибудь… Я столько прожила в вашем доме, что, как и все остальные, имею право на ваше внимание и важные слова. Иначе я буду чувствовать себя обделенной.

– Не хочу, чтобы ты чувствовала себя обделенной. – он положил ладони ей на плечи, и взгляд его стал серьезным. – Найдутся и для тебя важные слова… Запомни, это твой дом и, что бы ни случилось после моего отъезда, здесь ты всегда будешь под защитой, при любых обстоятельствах. Любых. Когда Сандэр отправится в экспедицию, ты останешься здесь хозяйкой. Запомни, не гостьей, а хозяйкой. Ты сможешь поступать так, как сочтешь нужным. Поняла?.. Комендант резиденции получил от меня указания и в случае необходимости окажет тебе поддержку.

– А мне понадобятся помощь и поддержка? – не то чтобы Вивьен испугалась, но слышать такие слова ей было странно.

– Надеюсь, что нет. Как говорится, верь в лучшее и готовься к худшему.

Ей не понравился тон, которым Кристиан произнес эти слова, Вивьен пытливо заглянула лорду Моро в глаза.

– Но вы ведь вернетесь?

– Вернусь, конечно, вернусь. – он вздохнул. – Главное, чтобы не оказалось слишком…

– Отец! – вышел из дома Арно и окликнул его, и, увидев Вивьен вместе с лордом Кристианом, сделал недовольное лицо. – Там без тебя никак…

– Иду!

Арно скрылся за дверью.

– А… – попыталась продолжить Вивьен.

– Прости, дела. Поговорим позже. – пообещал Кристиан и ушел следом за сыном.

Договорить у них так и не получилось.

Четыре часа спустя все три экипажа Верховного мага Империи выкатились за ворота резиденции Моро и направились в сторону Махитании в сопровождении трех конных магов-охранников.

***

По сложившейся традиции после занятий на полигоне у боевиков Теодора провожала господина Баргу до ворот Академии.

Они шли привычной дорогой через парк, и Теа счастливо улыбалась, чуть не подпрыгивая от радости при каждом шаге, а ее спутник был, как всегда, спокоен и монументально невозмутим.

– Молодец, сегодня ты прекрасно поработала. Я рад за тебя.

Наставник был скуп на похвалу, поэтому Теодора дорожила каждым его добрым словом.

– Правда?! – заглядывала ему в глаза Теа. – Ах, как я рада, господин Баргу, как рада! Я так боялась, что у меня никогда ничего не получится! Если бы не вы, я бы так и осталась полной неумёхой.

– Не хочу тебя огорчать, но сегодня у нас была последняя встреча. Я научил тебя основным навыкам управления магией, дальше тебе придется совершенствоваться самой. Я больше не смогу приходить.

– Ах, как жаль, – на мгновение сникла Теа, но сразу одернула себя и снова заулыбалась, – но я всё понимаю, я не глупая и наивная, как все думают. Вы так заняты на службе у Ее Высочества, у вас очень важные государственные дела… и я вам очень благодарна за всё, так сильно, что не измерять… как от земли и до небес!

– Там, где я родился, обычно, когда говорят о чем-то значительном, то сравнивают с распахнутыми крыльями черного дракона.

– Значит, моя благодарность огромна, как распахнутые крылья черного дракона?.. Наверное, это очень красиво… и страшно. Я никогда не видела драконов. Он очень большой, этот черный?

– Да. Его крылья закрывают небо, а хвост подобен горному хребту.

– Ого!.. А бывают другие драконы, кроме черных?

– Да. Золотые, серебряные, красные, изумрудные… Но после того, как золотых не осталось, черные самые сильные и страшные.

– Они главные среди драконов?

– Вроде того.

– Когда я была маленькой, а мама была жива, она мне рассказывала сказки про драконов и края, где они живут. Чаще всего про Эрика-Непоседу Иглопузого и Жака-Сапфира Жадного из Сагарских пещер.

Ран скупо улыбнулся.

– Это старинные сказки, у нас их рассказывают всем малышам. А что она еще тебе рассказывала?

– Я плохо помню, иногда мама напевала красивую колыбельную про облака и небо.

– А она говорила, из какого…

– Вот те раз!.. – резко вывернул навстречу из-за поворота, скрытого за высоким непроглядным кустарником, и преградил им путь Освальд Лангранж. – Какая неожиданная встреча! – широко развел он руки в стороны. – У нас прямо традицией стало вот так, запросто, средь бела дня в парке Академии встретить личного помощника принцессы… Дайте-ка, господин Баргу, угадаю. Опять потерялись, блуждали-блуждали по нашим необъятным просторам в поисках единственного выхода, и снова случайно встретили Теодору?

– Не поверите, но именно так всё и было. – не дрогнув ни единым мускулом, ответил в тон Лангранжу Ран.

– Дважды случайно встретить одну из самых обаятельных учениц Академии… – покачал головой декан. – Вы – редкий везунчик.

– Матушка мне тоже всегда так говорила.

– Весьма рад, что наши с вашей матушкой мнения совпадают. Но позвольте украсть у вас вашу спутницу, у меня к ней дело. Тем более, до ворот осталась какая-то пара сотен шагов по этой же тропинке, вам будет сложно потеряться. И передайте Ее Высочеству мои наилучшие пожелания.

Ранвальд видел, что девочка вконец растерялась и стояла, ни жива ни мертва. И сначала хотел прийти ей на помощь, но вовремя одумался. Он не захотел бросать на нее тень еще больших подозрений со стороны декана факультета Темной магии своими оправданиями. Ведь обычно оправдывается тот, кто виноват. К тому же настоящий дракон должен уметь выкручиваться из любой, даже самой безвыходной и скандальной ситуации.

Поэтому он напоследок кинул пристальный взгляд на притихшую Теодору, откланялся и ушел.

Как только Ран Баргу скрылся из виду, Лангранж тут же навис над ученицей, сложив руки на груди и грозно сдвинув брови.

– Теодора?

Теа по привычке сначала смутилась и растеряла все слова. Но спасение пришло само и с неожиданной стороны.

Кто-то глазастый и прыткий растрезвонил по всей Академии, что Лангранжа заприметили одиноко гуляющим в академическом парке. И в одночасье всё женское сообщество Академии внезапно охватила непреодолимая тяга к романтическим прогулкам на свежем воздухе. И девичьи косяки ломанули в парк с резвостью императорского кортежа.

– Здравствуйте, декан Лангранж! – похихикивая, перешептываясь и бросая заинтересованные взгляды, неторопливо прошла мимо компания девчонок с Целительского, оставляя за собой мятно-ромашковый шлейф.

– Здравствуйте! – громко и не поворачивая головы в их сторону, ответил декан. – Теодора, тебе придется…

– Здравствуйте, декан Лангранж! – проплыла мимо еще одна резвая стайка чаровниц с Артефактологии. От этих пахло мускусом и ореховым деревом.

– Здравствуйте!.. Теодора, тебе…

– Здравствуйте, декан Лангранж! – этих красоток Теодора даже не знала. Они выглядели сногсшибательно, словно вышли не в парке прогуляться, а собрались на бал, и от них пахло тягучими, чувственными махитанскими маслами. Теа поморщилась. Ну так себе, на любителя запашок.

Лангранж, судя по всему, таковым не оказался. К тому же заподозрил неладное и выругался.

– Здравствуйте! – рявкнул он им в ответ так, что те подпрыгнули на месте, затем подхватил Теа за локоть и быстрым шагом, не оглядываясь, направился к ректорскому корпусу. – Продолжим у меня в кабинете.

Он разместился за своим огромным кабинетным столом, а ей указал на гостевое кресло.

– Итак. В чем дело? – начал он. – Теодора? Что за тайные свидания у тебя с Баргу?

Но Теа уже успела по дороге придумать стратегию выживания и, пару раз шмыгнув носом, громко и показательно разрыдалась, закрывая лицо ладонями. Она уже заметила, что на некоторых мужчин женские слезы имели необъяснимое магическое воздействие.

Лангранж поднялся, обошел стол, достал из кармана белый шелковый платок, протянул его рыдающей девушке и сел напротив, терпеливо выжидая, когда она немного успокоиться.

– Я тебя понимаю, сам был молод и часто влюблялся. – начал он, но Теа сразу подняла на него недоверчивый заплаканный взгляд. – Да, а что тебя удивляет?..

– Обманываете. Вы не могли влюбляться. Вы выше этого. – заявила Теодора.

– Это еще почему? – задето удивился декан.

– Потому что вы очень серьезный, ответственный и не тратите время на всякую ерунду.

– Значит, влюбленность, по-твоему, это ерунда?

– Не для меня. Для вас. – не моргнув глазом, ответила Теа.

Лангранж от такого выпада слегка опешил и не сразу нашел что сказать.

А что тут возразишь, если тебе мимоходом мелкая пигалица, которая толком-то и жизни не видела, ткнула не в бровь, а в глаз.

– Ладно, это не важно, речь не обо мне. – свернул он скользкую тему. – Я не буду читать мораль, напоминать о том, что тебе надо обязательно доучиться, что ты помолвлена, пусть и для отвода глаз и настойчивых поклонников… И я прекрасно понимаю, эти два горе-ухажера, что с букетами шатались в поисках тебя по всей Академии, один из которых, кстати, является твоим женихом, даже вскладчину не дотягивают до господина Баргу. Но всё же… не слишком ли он для тебя стар?

– Он разве старик? – возмущенно захлопала мокрыми ресницами Теа. – Тетушка Виола говорит, что одинокий мужчина в любом возрасте жених, из него же не бульон варить!

Лангранж поставил локоть на ручку кресла и закрыл рот кулаком, сдерживаясь, чтобы не расхохотаться.

– Да, твоя тетушка – кладезь житейской мудрости, ей видней. Но в женихи выбрала тебе молодого мужчину.

– Без восторга. Выбрала без восторга. – повторила Теа слова и тон, которые однажды услышала от тетушки по поводу кандидата в свои женихи, и тут же уточнила: – И даже не выбрала, а согласилась с предложением лорда Моро.

– Ладно, ладно, всё, сдаюсь. Я смотрю, ты у кое-кого не только хитрых боевых приёмчиков нахваталась. Слишком остра стала на язык. – декан потянулся к графину с водой. – Тебе налить?

– Спасибо, нет. А господин Баргу, – разошлась Теодора, защищая своего теперь уже бывшего наставника, – не только не старый, но очень красивый и сильный, он добрый, внимательный и терпеливый. И даже знает, какие сказки нужно рассказывать на ночь малышам! Он будет прекрасным мужем и отцом.

Лангранж поперхнулся водой.

– В смысле отцом? – он опустил пристальный взгляд на крепкую талию Теодоры, плотно перехваченную тонким белым пояском.

– Что тут непонятного?.. – всплеснула руками Теа. – Той женщине, которой он достанется в мужья, очень повезет. Ей и детям, которые у них родятся.

– А-а-а… – выдохнул декан. – Тогда да, пусть повезет… хм, хотя бы той женщине…

Он залпом осушил стакан и поставил на стол.

– А что ты делала с Баргу в парке?

– Провожала до ворот.

– Кажется, кто-то сейчас пытается меня обмануть.

– Кто? – устремила на него полный невинности взгляд Теодора. – Он с полигона боевиков возвращался.

– Ах да, точно… Опять? А что он там делал?

– Откуда я знаю?.. – уставилась в пол Теодора. – Вы бы у него самого и спросили.

Лангранж помолчал, хмуро глядя на хорошенькое личико своей ученицы и постукивая подушечками пальцев по подлокотнику кресла, произнес:

– Ладно, ступай. Я сам с Прайном переговорю и всё выясню.

Теодора шустро выпорхнула из здания, где располагался ректорат, не обращая внимания на парней, устроившихся тут же на лавочке, умолкших при ее появлении и проводивших ее пристальными взглядами.

Она направилась в сторону полигона Боевого факультета, чтобы предупредить декана Прайна, и не заметила, как из окна своего кабинета за ней наблюдал Освальд Лангранж.

***

Без лорда Кристиана дом осиротел.

За завтраком Вивьен растерянно смотрела на опустевший стул хозяина резиденции и без аппетита ковырялась в своей тарелке. Она даже не думала, что его отъезд так повлияет на нее.

Сандэр сидел напротив, резал тонкими ломтиками мясо и исподлобья бросал внимательные взгляды. Он был рядом с ней последние дни, не досаждая своим вниманием и, в тоже время, не давая замыкаться в себе и чувствовать себя потерянной. Учитывая, что приступы отступили, и она перестала бояться случайно выдать себя, его компания уже не тяготила, наоборот, с ним было интересно и легко.

Арно пил маленькими глотками кофе и наблюдал за ними обоими поверх ободка чашки.

В столовой тикали большие настенные часы с боем, а за окном было слышно, как комендант отчитывает уборщика, чистившего каменный настил двора, за нерадивость.

Все трое молчали.

Бридж, как всегда в белых перчатках, по-деловому прислуживал за столом, перекинув через руку белую салфетку.

– Когда ты отбываешь в экспедицию? – наконец нарушил тишину Арно.

– Послезавтра. И ты, кстати, отправляешься со мной.

– Мы же обсуждали и решили, что я останусь.

– Я передумал, ты будешь мне нужен там.

Арно поставил чашку на стол.

– А как же Вивьен? Она здесь будет совершенно одна?

При упоминании своего имени, Вивьен вскинула на Арно глаза.

– Не переживай, она взрослая и вполне справится сама.

– Но отец сказал…

– Ты едешь со мной. Это не обсуждается.

– Может, мы у нее спросим?.. Вивьен?

– Сандэр прав. – отозвалась она. – Я оставалась одна дома в Валории много раз. В этом нет ничего особенного.

– Да хорта с два! – взорвался Арно – Сейчас всё особенное! Ты что, не понимаешь…

– Арно! – осадил его брат. – Не преувеличивай. Что бы ни случилось здесь, твое присутствие мало что изменит. В то время как твоя помощь там, может оказаться бесценной и спасти чью-то жизнь.

– Далеко вы на этот раз? – спросила Вивьен.

– На северную границу, – ответил Сандэр, – в ту часть, где расположено бывшее Королевство Ясантия.

– А когда вернетесь?

– Боюсь, что в этот раз поход может затянуться. – Сандэр налил себе из графина воды в хрустальный стакан.

Вивьен сложила крест-накрест в тарелке вилку и нож, и подала знак, чтобы Бридж забрал у нее посуду.

– Хорошо. – сложив руки на коленях, произнесла она. – Буду ждать вашего возвращения.

Рука со стаканом замерла у губ Сандэра, а взгляд стал долгим, пронизывающим.

– Обещаешь?

– Да.

***

Сандер стоял перед большим, в полный рост, зеркалом, облаченный в штаны, заправленные в высокие сапоги, в рубахе, распахнутой и навыпуск, застегивал манжету на рукаве и улыбался уголками губ своему отражению.

За окном едва светало, но он уже собирался в экспедицию.

– Сегодня, верно, какое-то особенное утро?.. Ты должна еще крепко-крепко спать. – произнес и обернулся. – Но ты здесь.

У него за спиной стояла Вивьен.

С собранными в тугой высокий пучок волосами, в утреннем платье лилового цвета. Сандэр так редко видел ее в таком виде, и она ему так нравилась в этом наряде.

Он подошел, взял обе ее руки в свои, развернул ладонями вверх, наклонился и поцеловал в самую серединку сначала одну, потом другую.

Поднял на нее довольный и лукавый взгляд.

– Пришла сама. Не вырываешься и не убегаешь, не смотришь хмуро и молчишь… Что за диво такое? Мне подменили невесту?

– Не пытайся меня подловить. Не получится.

– Я и не пытаюсь, просто рад, что ты пришла ко мне сама, правда, при этом лишила меня маленького удовольствия тайком заглянуть к тебе в покои и увидеть тебя сладко спящей, нагой и в обнимку с моей подушкой. Удивительно вдохновляющее на подвиги зрелище.

– Так вот чем вы укрепляете свою силу перед схваткой с врагом? – не разозлилась, а усмехнулась Вивьен.

– И нисколько этого не стыжусь. Поверь, это самое прекрасное и самое надежное средство из всех существующих. Так что заставило тебя проснуться в такую рань?

Вивьен глянула на него исподлобья, но решила не врать.

– Мне захотелось вас проводить.

Да, так всё и было.

Проснувшись среди ночи, она больше не смогла уснуть. Долго вертелась в постели, – даже снотворная подушка Его Светлости не помогла, – и, наконец, встала, оделась, посидела на кровати, глядя в темноту окна, и поняла, что хочет проводить Сандэра в экспедицию. Вот и пришла.

– Боялся, что не доживу до таких речей. – он обнял ее, обхватывая обеими руками и кладя подбородок на ее макушку. – Только… боюсь, теперь мне будет тяжелее оставлять тебя здесь одну.

– Почему? – она прижалась щекой к пахнувшей чистотой рубахе.

– Вивьен… – начал Сандэр шепотом, – я хочу, чтобы ты осталась.

– Я останусь. Я же обещала.

– Я не об этом. Я хочу, чтобы ты осталась со мной, чтобы ты выбрала меня. Понимаешь?.. – он отстранился и взял в ладони ее лицо, чуть приподнимая вверх и нежно проводя подушечками больших пальцев по скулам. – Это будет самый важный меня для выбор, он будет значить очень многое.

Вивьен в растерянности посмотрела на Моро.

– … Что у меня было до того, как я встретил тебя?.. Походы, погони, сражения, вечные экспедиции, разборы кто прав, кто виноват, легкие интрижки и недолгие увлечения. Раньше я думал, что так будет всегда, что я создан для вечной борьбы, вечной войны, что я не смогу жить по-другому. А потом появилась ты… Просто вторглась в мою жизнь, и даже сама того не замечая, всё перевернула с ног на голову…

– Я не… – попыталась возразить Вивьен.

Она ведь никуда не вторгалась. Честно! Ведь с чего всё началось?..

Они с Лео просто возвращались домой из ковена Семи Лун. Ладно, не просто возвращались, а бежали от инквизиторов после выброса магии, который произошел у нее по вине братца ее подруги Шена Ошоса. И если разложить по полочкам, то это он, Сандэр, ворвался в ее жизнь и перевернул всё с ног на голову и…

Но ее мягко остановили:

– Подожди, не перебивай… Я понимаю, что у тебя есть чем мне возразить, но пойми и мой мотив. Сначала я тебя нашел, а позже понял, что нас свела в том трактире сама судьба. Ты сделала то, что до этого не удавалось ни одной женщине в моей жизни: взяла и просто отняла у меня самого себя. Не задумываясь, даже самого того не желая… И когда ты исчезла на целый год, я перестал понимать, ради чего вся эта бессмысленная суета вокруг, словно ты унесла с собой какую-то великую тайну, разгадав которую я обрету смысл жизни и покой.

– У меня нет никакой тайны. – прошептала Вивьен, внимательно всматриваясь в его лицо, словно видела в первый раз.

– Есть.

Он наклонился, поцеловал ее в висок. И отошел, повернулся к ней спиной. Начал застегивать пуговицы на рубахе и заправлять ее за пояс.

– Мне пора. Если захочешь, продолжим этот разговор в следующий раз, когда встретимся.

– Удачи тебе в экспедиции. – Вивьен взяла со стола приготовленную перевязь с оружием и подала ее Сандэру.

– Да, – усмехнулся Сандэр, принимая оружие, – удача мне в этот раз сильно пригодится… Не провожай, ладно? Мне так будет тяжелее оставлять тебя здесь одну.

Вивьен кивнула в ответ.

Спустя полчаса Сандэр и Арно уехали.

И в огромном чужом доме Вивьен осталась одна.