По воле богов. Выбор богини. Книга четвертая. Вторая часть

Глава 39

Гвенни поле похорон Верховного оракула жила в своей загородной резиденции, редко появляясь в Урсулане.

Леди Эмбер ехала к Её Высочеству и мысленно настраивалась на серьезный разговор. Свои подозрения о чувствах и намерениях Доминика она пока хранила при себе и даже не поделилась с Ланиром, хотя с тех пор как тот стал хранителем, они обсуждали все острые и значимые темы.

Ее Высочество уже проснулись, позавтракали и собирались на ежедневную прогулку верхом в компании своего личного секретаря.

Принцесса приняла ее в круглой гостиной, одной из самых любимых комнат леди Эмбер. Здесь стояла чудесная резная мебель цвета слоновой кости с нежно-голубой парчовой обивкой – лучшее место для чашечки ароматного утреннего кофе с воздушными кремовыми корзиночками.

Гвенни, в легком кисейном утреннем платье, волосами, небрежно схваченными на затылке лентой, и с изящной чашечкой в руках, села так, чтобы ей было удобно смотреть в окно, выходившее в парк, в глубине которого находился коттедж секретаря, и время от времени бросала туда взгляды.

Эмбер обратила внимание, что Ран Баргу так и продолжал обитать в своем коттедже, а не переехал во дворец, где жила сама принцесса. Учитывая, какие слухи о них ходили, Эмбер удивилась: они до сих пор не любовники? Бывает же такое…

Гвендолин выслушала доводы племянницы с молчаливым раздражением.

– Даже если всё так, как ты говоришь, я не могу на это повлиять. – сказала она, сухо поджав губы, когда Эмбер закончила говорить. – У Доминика на всё свое мнение, он меня не слушает.

– Как только он начнет действовать более настойчиво, Сандэр его убьет. Мы лишимся императора.

Гвенни пожала плечами.

– Я понимаю, что ты переживаешь, но что я могу сделать?

– Выйти замуж.

Принцесса вскинула на Эмбер настороженный взгляд.

– Что? – наигранно засмеялась Гвендолин. – Как это поможет ситуации?

– Да, выйти замуж. – более твердо повторила Эмбер. – В случае смерти Доминика, вы сможете наследовать трон и Алгея избежит междоусобной грызни за императорскую корону.

– Надеюсь, до этого не дойдет.

– Я бы не была так в этом уверена. Слишком многое поставлено на кон. Я тоже часть правящей семьи и ее судьба мне не безразлична. Древних магических родов в Алгеи достаточно, и любой из них захочет претендовать на корону. Вспомните, что случилось в Валории, когда отец Великой Княгини Левадии не захотел, чтобы после его смерти правила дочь, и не узаконил ее права на престол. После его кончины ее сразу попытались убить, чтобы не мешалась под ногами, а в Княжество охватила долгая кровопролитная война.

Принцесса задумалась.

– Понимаю твои опасения, Эм.

– Вам следует как можно скорее выйти замуж, тетушка, и обзавестись наследниками. Это упрочит положение семьи.

– Да, ты права, права… Но это не так легко и быстро устроить: замужество, наследники… После драконов никто из правителей не пожелал связать своих сыновей со мной узами брака.

– И что? Невелика утрата… Найдите жениха среди алгейцев. Разве мало у нас своих достойных мужчин? Да тот же Кристиан…

– Моро? – встретила с удивлением и без энтузиазма предложение Эмбер принцесса. – Он отбывает в Махитанию на днях.

– Разве навсегда? Вернется… Или будет повод оставить его дома.

– Это невозможно, – Гвенни поставила чашечку на стол и поднялась, обняла себя за плечи и подошла к окну, обернулась к Эмбер, – он впал в немилость у Никки. Я уже пыталась отговорить, ничего не вышло.

– Вот! – воскликнула гостья, вскинув руку с указательным пальцем, выставленным вверх. – Это лишний раз доказывает серьезность намерений Его Величества относительно валорийской княжны. Понятно, что он задумал… Он целенаправленно устраняет препятствия. Следующим Доминик отправит Сандэра в долгую экспедицию в надежде, что тот оттуда не вернется. Или вернется, когда уже изменить будет ничего нельзя…

– Хорт, ты права, дорогая… И что же нам делать?

– Что-что… Действовать!

– Как?

– Определите круг возможных женихов, тетушка. И выбирайте, династический долг зовет!

– Легко сказать… – Гвенни дернула шнур колокольчика.

В гостиную вошла служанка.

– Господин Баргу уже пришел?

– Нет, Ваше Высочество.

– Странно, он никогда не опаздывает. Пошлите к нему гонца, узнайте, вдруг он нездоров?

– Охрана предупредила, что к нему приехала гостья, Ваше Высочество.

– Кто такая?! – резко сменила тон с обеспокоенного на требовательный Гвендолин, что даже Эмбер не удержалась и удивленно приподняла бровь, но быстро взяла себя в руки, возвращая лицу невозмутимое выражение.

***

У ворот коттеджа Рана Баргу остановился элегантный экипаж и из него выбралась тонкая женская фигурка в широкополой черной шляпке с большим изысканным бантом, укутанная в меховую накидку.

Дама осмотрелась по сторонам и процокала каблучками по расчищенной каменной дорожке, между голыми раскидистыми кустами с крупными красными ягодами шиповника, прямиком к крыльцу.

Постучала в дверь.

Отворили ей не сразу.

– Леди Мадина? Какая приятная неожиданность. – в дверном проеме стоял Ран.

Если он и удивился, то вида не подал и окинул пристальным взглядом гостью с головы до ног. И, судя по его взгляду, приятной для него эта неожиданность всё-таки не стала.

– Чем обязан столь внезапному утреннему визиту?

– Я могу войти? – мягко улыбнулась красавица.

Баргу нехотя посторонился, пропуская ее внутрь.

– Кофе, травяной отвар, воды, вина желаете? – шел он за ней следом, монотонно перечисляя. – Прошу направо, в гостиную.

Мадина вошла в гостиную, не оглядываясь, грациозно повела плечиками и скинула накидку, так что Ран еле успел подхватить ее у самого пола, и осталась стоять посреди комнаты, чтобы он полюбовался ей, прекрасной, как статуэтка, в строгом черном, с белой кружевной отделкой, платье. Оно ей невероятно шло, мягко подчёркивая все достоинства фигуры: делая круглое еще круглее, а тонкое еще тоньше.

– У вас очень мило. – огляделась она, взялась обеими руками за поля шляпы и сняла ее, величественно проплыла по комнате и положила на обитый темно-рыжей кожей диван.

– Прошу вас. – подвинул к столику массивное кресло Ран, приглашая ее сесть.

Мадина мягко опустилась, закинув ножку на ножку, так что ткань юбки изящно очертила точеную коленочку, и подняла глаза на стоявшего над ней Рана с шубкой в руках.

– Я ужасно голодна. С утра в дороге и во рту ни крошки не было… Угостите меня завтраком, господин Баргу.

Ран усмехнулся, бросил мех на диван рядом со шляпкой и дернул колокольчик.

– Что миледи желает? – спросил, когда в комнату вошел слуга.

– А что на завтрак обычно предпочитаете вы?

– Плотный косяк кефали.

– Что?

– Тант, принесите миледи завтрак. Сладкую булочку, сыр, ветчину и мед. И кофе приготовьте на двоих.

– Слушаюсь.

Слуга вышел, а Мадина воодушевилась услышанным, раскраснелась, потупилась, смутившись.

– Как вы догадались, что я люблю? Неужели следили за мной, узнавали мои пристрастия, привычки?

– М-м-м… Не совсем. Я велел принести всё, что осталось от моего завтрака.

Гостья обиженно фыркнула и закусила нижнюю губу. Но повышенная обидчивость сейчас была ей не на руку. И Мадина быстро сменила гнев на милость.

– Почему вы стали редко бывать в Урсулане?

Ранвальд бывал в Урсулане не реже трёх раз в седмицу, он тренировал Теодору в Академии. Но старался делать свои отлучки незаметными и в городе не попадаться на глаза знакомым.

– Нет достойных поводов.

– А как же наша помолвка?

– Простите? – небрежно уточнил он и сел в кресло с другой стороны стола.

Мадина снова показательно смутилась и зарделась, теребя в тонких пальчиках кружевной платочек.

– Ну как же… Я ведь поэтому и приехала… Его Величество сказал мне, что всё с вами обсудил и вы согласились на наш брак. Разве вы с ним не обсуждали эту тему?

– Обсуждали.

Ран откровенно разглядывал гостью.

Ей на вид было не больше двадцати трех лет, красивая, темноглазая, смуглая. С крупным, ярким ртом и большими, слегка навыкате глазами, казавшимися бесстыжими и наглыми, которые, впрочем, не портили, а добавляли изюминку ее внешности и выдавали в ней натуру страстную и чрезмерно чувственную.

– И о чем договорились?

– Ни о чем… Боюсь, что Его Величество поторопился. Я не давал согласия на помолвку.

– Но Его Величество…

– Всего лишь человек, и может ошибаться…

– Ну, допустим, не давали ему. Так дайте мне!

В этот момент слуга внес поднос с завтраком. Пока он выставлял чашки и тарелки на стол, Мадина нервно помалкивала, а Ран был невозмутимо спокоен и ждал, когда ему нальют кофе.

– Так скажите сейчас, что согласны. – спина Мадины стала еще прямее, а подбородок слегка поднялся. – Этого будет достаточно.

Ран лениво потянулся за налитым горячим кофе и, когда откинулся обратно на высокую спинку кресла, держа в пальцах чашку, произнес:

– Не скажу.

– Почему?.. – сжала девушка в руках вилку и нож, словно собиралась броситься с ними на собеседника, забыв про еду. – Я вам не нравлюсь? Я недостаточно красива для вас?

– Вы говорили, что проголодались… Не стесняйтесь, ешьте!

Мадина зацепила вилкой сыр и вонзила в него зубы, не сводя глаз с Рана, отпила кофе, проглотила.

– У меня очень хорошее приданое! – зашла она с козырей. – И титул, который перейдет по наследству нашим детям.

– Титулы и приданое мне не интересны.

– А что вы хотите? Должность при императоре? Его особое расположение? Что? Я могу попросить что угодно, мне не сложно. Скажите, что?

– Ничего.

Мадина со злостью швырнула на стол приборы.

– Значит, я не слишком хороша для вас?.. Немедленно признавайтесь, какого хорта не хотите жениться на мне?! Любой другой на вашем месте был бы счастлив и в ногах у меня валялся, лишь бы я не передумала!

– Кто посмел пустить сюда эту бесстыдницу?! – раскатилось от двери громким разгневанным голосом, что вздрогнули сразу оба.

Ран обернулся. В дверном проеме, по-хозяйски уперев руки в бока, стояла разъяренная, как тигрица, принцесса Гвендолин.

Мадина разом утратила напор и уверенность, притихла, потом спохватилась, вскочила с кресла и присела в реверансе, приветствуя Ее Высочество.

– Что вы здесь делаете?! Кто вам позволил сюда являться?! – процедила сквозь зубы Гвенни.

В ее глазах сверкали молнии. Вся ее фигура и поза выдавали острое желание вцепиться нарушительнице покоя в волосы и оттаскать ее как следует, чтоб знала впредь, как покушаться на чужое.

– Но Его Величество… – пыталась возражать и оправдываться Мадина.

– Пошла отсюда вон! – вытянула руку с выставленным указательным пальцем на входную дверь Гвендолин. – Это мои владения! Только я здесь распоряжаюсь. Вон!..

Мадина быстро сообразила, что дело плохо, перестала перечить императорской сестре, схватила в охапку шубку, шляпу, и бросилась к выходу.

Ран, который сначала напрягся, словно его поймали на горяченьком, после того как Мадина позорно бежала с поля боя, снова вернулся к своему кофе и безмятежно продолжил сидеть в кресле как ни в чем не бывало.

– А вы?! – выросла перед ним как из-под земли возмущенная Гвендолин.

– А что я? – спокойно уточнил он и пожал плечами.

– Почему вы ее впустили в свой дом?!

– Я не впускал. Она сама ворвалась сюда. И, прошу заметить, покушалась на мои честь и достоинство, я еле отбился. Чудом удалось ее задобрить и отвлечь чашечкой кофе, сыром, ветчиной и медом. – он кивнул на стоявшую на столе еду в подтверждение своих слов. – Мне повезло, что Мадина оказалась голодной. Иначе страшно представить, чем бы для меня вся эта история обернулась. Ну и, конечно, большое спасибо вам, Ваше Высочество. Если бы не вы, я бы не знал, что с ней делать после того, как она насытилась бы завтраком…

Гвенни округлила глаза и потеряла дар речи от такой наглости. Он ведь издевался над ней, да? Над принцессой! Над родной сестрой императора Алгеи!.. Ах, негодяй!..

Баргу словно прочитал ее мысли и чарующе улыбнулся.

– Хотите кофе, Ваше Высочество? Сыр, ветчина и мед – всё свежайшее и к вашим услугам. Распорядиться, чтобы принесли? – произнес он бархатным баритоном так, что у Гвенни проснулся зверский аппетит. Как ему удается так делать? Это магия такая?

– Да!

Напившись кофе и немного придя в себя, Ее Высочество осмотрелась, подобрела, удобно устроилась в кресле, где до этого сидела Мадина, и решилась на важный разговор.

– У меня будет к вам особое поручение, Ран.

– Я весь внимание, Ваше Высочество. – слегка склонил голову он в знак полной готовности, всегда чутко улавливая любые оттенки настроения принцессы.

– Это очень важное поручение. – сделала многозначительный вид Гвенни.

– Я так и понял.

– Я собралась замуж. – глядя в чашку с остатками кофе, в отчаянии сцепила ладони в замок принцесса и выпалила без остановки: – Это очень важный и ответственный шаг. Вы должны будете составить список всех самых достойных кандидатов на роль моего супруга из магических родов Алгеи, указать в нем достоинства и недостатки каждого из них… Месяца вам хватит?

Баргу нахмурился, осмысливая услышанное.

– Вполне.

Она несмело подняла глаза на Ранвальда.

– Мы с вами обсудим каждую персону и выберем самого лучшего из всех.

– Да, Ваше Высочество.

– Вы что, улыбаетесь, Ран?

– Нет, Ваше Высочество. Я серьезен как никогда. Вам показалось.

– Возможно… Далее, вы переедете из своего коттеджа во дворец.

– Зачем?

– Охрана сказала, что у побережья снова видели дракона. Мне страшно. Нужно, чтобы вы были постоянно рядом, чтобы я могла в любой момент позвать вас… Вы опять улыбаетесь?.. Я что-то смешное говорю все время?

– Нет, Ваше Высочество. Но охрана явно лукавит или ошибается, в последние три седмицы на море не было никаких драконов.

– Вам-то откуда знать? Драконы вам лично докладываются, что ли? – нервно смеясь своей шутке, уточнила Гвенни.

– В этом нет необходимости. Я часто гуляю по берегу, и заметил бы. Да и местные рыбаки молчат. Но я перееду во дворец, если вам так будет угодно.

– Завтра же.

– Хорошо.

– Мне будет так спокойнее.

– Не волнуйтесь, Ваше Высочество, я вам обещаю, пока я буду рядом, ни один дракон не посмеет к вам приблизиться.

***

Экипаж остановился у ворот Академии и Арно аккуратно выбрался наружу, стараясь не помять большой роскошный букет со свежесрезанными крупными нежно-розовыми бутонами. Воспользовавшись тем, что Сандэру было не до него, – брат с императором заперлись с утра в кабинете во дворце и обсуждали план очередной экспедиции, – по-тихому сбежал из канцелярии, стараясь никому не попадаться на глаза, чтобы навестить свою невесту. Он не мог позволить себе утратить сердечное расположение влюбленной в него девушки. В конце концов, это дело чести утереть нос Крайтону и доказать, что пара танцев на музыкальном вечере ничего не решала.

Арно одернул камзол на ладной фигуре, пригладил слегка растрепавшиеся русые волосы и, с полным и справедливым осознанием своей неотразимости, направился через парк к девичьему общежитию.

Так как до этого он не баловал девушку визитами, и несмотря на то, что прекрасно ориентировался на территории Академии, где когда-то учился, к общежитию он шел терзаемый сомнениями. Ему припомнилось, что Теа говорила, что жила отдельно, в другом корпусе, но где, вспомнить не мог. Слегка поколебавшись, он направился в ректорат: там точно знали, где искать Теодору Тэнье.

Свернув с брусчатой дорожки на боковую тропинку, отгороженную плотной стеной высоких густых вечнозеленых кустов, Арно неожиданно, нос к носу, столкнулся с… Крайтоном. Тот, тоже с цветами в руках, направлялся вглубь территории Академии.

Оба остановились, буравя друг друга не слишком дружелюбными взглядами. Арно с раздражением прицелился к букету соперника.

Если он, заехав по-быстрому домой, через Бриджа велел срезать самых лучших и отборных хризантем, даже не удосужившись объяснить, какого цвета и для какого повода они нужны, полностью положившись на вкус садовника, то этот стервец Крайтон явно потратил время и силы и на выбор цветов, и на составление букета.

В овальной формы белой плетеной корзине, с высокой изогнутой ручкой, искусно обвитой голубой шелковой лентой, был собран великолепный букет из кремовых и нежно-сиреневых роз, белых крупноголовых ранункулюсов, голубой и светло-бирюзовой маттиолы, пепельно-розовых и бледно-лиловых озотамнусов.

Арно тихо вскипел от злости. До этой поры только одна особа своими выходками мгновенно выводила его из себя и с легкостью возвращала в подростковое состояние протеста, ревности и возмущения. Теперь он чувствовал, как в этот список добавилась еще одна. И что любопытно, обе особы, согласно договорам, являлись невестами представителей рода Моро. Неожиданное совпадение, не так ли?

Он скрипнул зубами и сжал челюсти. Несмотря на то что в отличие от прошлого раза он был абсолютно трезв, ему снова захотелось хорошенько навалять Крайтону, совершенно забыв, что в прошлый раз наваляли ему самому.

– Вот так встреча! Как ты здесь оказался? Почему не на службе?

Крайтон не смутился, а лишь ухмыльнулся.

– Могу задать тебе такие же вопросы.

– Я приехал проведать свою невесту. – Арно, приподнял подбородок и на слове «свою» сделал особое ударение. – А что здесь делаешь ты?

– А я приехал с позволения леди Виолы Тэнье нанести визит ее племяннице. – не остался в долгу инквизитор.

Этот наглец явно умел находить подходы к женщинам, иначе какого хорта леди Тэнье, отличавшаяся строгими нравом и принципами, позволила ему навестить свою племянницу? Она что, забыла про договор? А Сандэр в курсе? Это же его затея с дурацкой помолвкой.

– Слушай, а давай ты сейчас развернешься и отправишься обратно на службу. А я сделаю вид, что тебя здесь не видел. – с вызовом в голосе предложил Арно. – И так и быть, я ничего не скажу Сандэру о твоих посягательствах на будущую леди Моро.

– Ты можешь пожаловаться на меня хоть самому императору. Тебе скажет любой жрец: невеста еще не жена. Любая помолвка может быть расторгнута. – в тон ему ответил Крайтон.

Неизвестно, чем закончились бы эти агрессивные переговоры, если бы неожиданно для спорщиков не раздалось откуда-то сбоку:

– Ба!.. На ловца и зверь бежит… Кого я вижу! А вы что оба здесь делаете?

Декан Лангранж вырос как из-под земли и встал напротив обоих, сложив руки на груди, с интересом оглядел гостей, задержав взгляд на цветах.

– Крайтон, если ты соскучился по мне, то напоминаю, я предпочитаю более брутальные оттенки.

– Гевезии, – многозначительно и задорно хмыкнул Крайтон, не тушуясь, и Арно, никогда не слыхавший о таком цветке, изумленно зыркнул в его сторону, – я помню, магистр… ох, простите, декан. В следующий раз обязательно захвачу.

– Ого! Будет и следующий раз? – изумился Лангранж. – Ты меня пугаешь, Крайтон. Эдак я снова потеряю сон и аппетит. С тех долгих пор, как ты покинул эти стены с дипломом в руках, я только и вздохнул свободно.

– Я сильно изменился с того времени, декан. – сдерживая улыбку, оправдывался бывший ученик. – Служу в инквизиции, никакого баловства и шалопайства.

– Я до сих пор помню пустырь за Академией, где ты постоянно устраивал драки по любому поводу.

– Всё в прошлом.

– Серьезно?.. Не зря, значит, я тебя тогда заставлял по четыре часа на полигоне выкладываться по полной, на пользу пошло. – и добавил иронично, повернувшись к Арно: – А вас, милорд, какая надобность к нам занесла? Тоже соскучились по родным пенатам? Вы, кажется, с Крайтоном в один год закончили учебу?

– Нет, – отозвался Крайтон, – я на два года раньше.

– Ах, ну да… А вы, господин светлый маг, с Боевого факультета, если не ошибаюсь? Там сейчас Корвел Прайн за главного. Вы с ним вряд ли знакомы, он у нас первый год деканствует.

Арно откашлялся.

– Знаком. Но я приехал к невесте.

– Ах, к невесте… Похвально, похвально… Первый раз за год пылкий влюбленный жених все-таки нашел время явиться в гости. А то многие уже начали сомневаться, настоящая ли помолвка у леди Тэнье. Да… Такие дела… А что же вы окольными-то путями к ней пробираетесь? Есть же более короткая дорога. Или запамятовали, где она живет?.. Решили в ректорате уточнить?

– Погода хорошая и здесь приятная…э-э-э… обстановка, вот прогуляться решил…

– Да, ваша правда, парк у нас замечательный, что есть, то есть. Многим нравится. Так захватили бы невесту, с ней вдвоем и прогулялись, а то…

Лангранж замолчал, прищурился, озадаченно глядя в дальний конец тропинки, на которой они стояли втроем.

–…а то обязательно найдется кто-нибудь более прыткий, кто тоже захочет прогуляться с вашей невестой по такому чудесному парку… – медленно закончил он.

Арно и Крайтон встрепенулись и дружно уставились туда же, куда и декан.

Навстречу им, не торопясь и улыбаясь, шла рядом с высоким импозантным мужчиной Теодора Тэнье. В спутнике своей невесты Арно с удивлением признал личного секретаря принцессы Гвендолин.

Арно сначала подумал, что обознался. Или ему показалось. Но нет, не особо смущаясь и не переставая улыбаться, Теа помахала издали ему рукой. Или им? Потому что Крайтон тоже откликнулся и помахал ей в ответ, чем вызвал новую волну удивления у Лангранжа и приступ бешенства у Арно.

– А ты что же, Крайтон, тоже к невесте Его Светлости явился? – хотел пошутить декан, кивая на букет.

– Да. – не стал скрывать тот.

– Дела… Господин Баргу, рад вас видеть! – произнес Лангранж, подошедшим. – У меня сегодня день неожиданных встреч.

– Главное, чтобы еще и приятных…

– Эт да… Какими судьбами в наши края?

– Вот, навещал декана Прайна и заблудился на обратной дороге, а юная леди спасла меня, – он повернулся и слегка поклонился Теодоре, которая вблизи уже не выглядела такой спокойной и уверенной в себе, как издали, чего не нельзя было сказать о Баргу, тот оставался таким же непробиваемым и невозмутимым, – любезно предложила стать моим проводником.

Арно с облегчением выдохнул. Крайтон усмехнулся и отвел взгляд.

– Да, у нас с непривычки заблудится немудрено… – пристально глядя на Теодору, поддержал гостя декан. – Не знал, что вы с Корвелом знакомы… Что ж, теперь я на себя лично возьму труд проводить вас. Заодно послушаю, какие новости во дворце, как здоровье Ее Высочества, что вообще в мире происходит. Вам-то все новости из первых рук достаются… А мы сидим в своей Академии, как в норе, ни сном, ни духом, не знаем ничего… А тут такое совпадение, юную леди как раз жених поджидал. Точнее, два. Сдадим ее им с рук на руки, как говорится… Да?.. Пусть молодежь развлекается, прошу сюда. – он вскинул руку, указывая путь, и когда Баргу, кивнув, проследовал в нужную сторону, оглянулся и негромко прошипел, обращаясь к соперникам, чтобы не слышала Теодора. – Если затеете здесь драку или дуэль, вернусь и головы оторву обоим. И не только головы… Поняли?.. Не слышу!

– Да поняли, поняли. Прям как в старые добрые времена… – проворчал довольный Крайтон, и когда Лангранж, не оглядываясь, размашистым шагом пошел следом за личным секретарем принцессы, улыбнулся испуганной Теодоре. – Надеюсь, вам понравится этот скромный букет.

И поставил корзину у ее ног.

– И мой. – протянул свои цветы Арно.

– Это всё мне? – стала пунцовой от смущения и восторга Теодора, разглядывая подарки. – Они такие красивые!

– Да, вам. И я надеюсь, что юная леди не против прогулки…

– Я еще здесь и не собираюсь уходить. – предупредил Арно, с вызовом глядя на Крайтона.

– …прогулки в компании двух надежных, проверенных инквизиторов?

– А вы снова драться не будете? – недоверчиво уточнила Теа, переводя взгляд с одного на другого.

– Конечно, будем. – смеясь сказал Крайтон, беря ее под руку.

– Но не сейчас. – добавил Арно, забирая букет обратно и подхватывая другую руку Теодору.

– И не здесь. Служба у нас такая, мы постоянно с кем-нибудь деремся…

– Сражаетесь. – строго уточнила Теодора.

– В сухом остатке разницы нет. Да, Арно?.. Для начала предлагаю занести букеты. В какую сторону идти к вашему дому, моя повелительница? Указывайте нам путь…

Теодора сначала растерялась, не зная, как себя вести с ними обоими.

Раньше ей ни разу не приходилось гулять сразу с двумя кавалерами. Она и с одним-то всего пару раз ходила на свидание, и то под пристальным оком тетушки Виолы.

Теа поступила очень просто: представила, чтобы на ее месте сделала Вивьен. И сразу сориентировалась, успокоилась, перестала дергаться. Нынешняя ситуация показалась ей даже забавной: оба ухажера беспрестанно и наперебой соревновались в остроумии и острословии, и постоянно ее смешили, прямо до боли в животе.

Ну, если не считать еще голодного урчания, ведь она всегда сразу после тренировки вместе с Орисом шла в столовку, а сейчас ходила голодная, но ужасно счастливая. Только бы Арно и лорд Сафл не услышали этих звуков. И ничего страшного, что немного болела голова. Скоро отпустит.

Когда они проходили мимо академической столовки, Крайтон вспомнил, как любил здешние пирожки с мясом и плюшки с творогом, Арно поддержал его, и они решили зайти перекусить.

В этот момент у Теодоры закрались сомнения, не слишком ли громко урчал желудок?

В столовке было почти пусто.

Они заняли столик у окна. Крайтон под изумленными взглядами Арно, принес полный поднос еды и выставил все блюда перед смущенной Теодорой.

– Не знал, что вы любите, поэтому взял всё.

– А пирожков не было? – оглядев стол, спросил Арно.

– Были. Пойди и возьми себе сам.

Арно, бросив на Крайтона тяжелый взгляд, поднялся и ушел к буфету.

– Обычно после тренировки у меня просыпается волчий аппетит. – Крайтон подвинул Теодоре тарелку с мясными кусочками в подливе и перловку с грибами.

– Но вы не оборотень. – заметила Теа, беря в руки столовые приборы.

– Да, но это не мешает мне быть голодным подобно зверю. Когда тратишь много сил на управление магией, лучший способ восстановиться – мясо и перловка, уж поверьте мне. Ешьте, не тушуйтесь, он не скоро вернется. – добавил он, оглянувшись и выискивая взглядом Арно, чтобы убедиться в правоте своих слов. – В буфет пришел ректор Мэшем, Арно быстро от него не отделается. – произнес заговорщицким тоном Крайтон и подмигнул Теодоре, та рассмеялась, послушно зацепила на вилку и отправила в рот мясо. – Ни конфеты, ни плюшки, ни торты… А только мясо и перловка.

– Вивьен также мне всегда говорит. Только она предпочитает мясо и овощи.

– Тоже хороший выбор. Мне нравятся девушки со здоровым аппетитом. Вам нужно обязательно поесть, иначе завтра вы будете себя чувствовать очень и очень плохо. Настолько, что с кровати не сможете встать. – Теа бросила на него исподлобья недоверчивый взгляд. – Я не шучу.

– Правда?

– Да. У вас тренировка была, перед тем как… вы встретили и пошли провожать господина Баргу?

Теодора кивнула, неторопливо прожевывая мясо.

– Вам нужно будет отдохнуть. Вы бледны. Как вы себя чувствуете?

– Ну так… – пожала плечами Теа, слегка поморщившись.

– Поужинаете, и мы проводим вас до дома.

– Но…

– Не спорьте и ешьте. Я знаю, что говорю.

Арно вернулся через полчаса, злющий, как пёс, и без пирожка. Теа к тому времени успела поесть, они сидели и весело болтали с Крайтоном про академическую жизнь, неспешно попивая травяной отвар.

За ворота Академии Крайтон и Арно вышли, когда уже стемнело.

– Что за гевезии у вас с Лангранжем были?

Крайтон расхохотался в ответ.

– Надо же, запомнил… Редкая штучка… Растет только в болотистой местности у северных окраин. Красивая, зараза… Темно-бордовая, почти черная, размером с кулак, с блестящими толстыми соцветиями. Неприхотливая, ядовитая, опасная. Питается насекомыми и мышами, может укусить человека и от его укуса можно надолго потерять сознание. Со стороны это выглядит так, словно человек умер, дыхания не слышно, сердце сильно замедляется… В общем, хищница, но легко приручается, прям как собака, только не лает. Даже узнает хозяина.

– Хозяина?

– Ну, кто кормит, тот и хозяин.

Арно присвистнул.

– Это такие-то цветочки предпочитает Лангранж?

– У всякого свой вкус. – развел руками Крайтон.

– Слушай, а ты нарочно отправил меня в буфет? Знал, что меня остановит Гектор?

– Знал. – не стал уворачиваться и врать Крайтон.

– Не удивлен… А что, пустырь за Академией, про который вспоминал Лангранж, еще не зарос кустами?

– Вряд ли…

– Ты как, не против прогуляться до него?

– Сам хотел предложить.

Теодора после купальни, облаченная в свободную ночную сорочку до пят, сидела на кровати, поджав одну ногу под себя, водила гребнем по распущенным волосам и задумчиво смотрела на букеты, стоявшие на столе. От них по комнате плыл еле уловимый нежный аромат.

Хотелось спать, но душа, пребывавшая в смятении, не позволяла просто лечь и заснуть.

Теа погрузилась в раздумья.

Раньше казалось, что она влюблена в Арно. А теперь она переживала потому, что выяснилось, что ей нравился и лорд Сафл тоже. И непонятно, кто из них больше.

Разве можно быть влюбленной сразу в двоих? Боги, какой ужас… Она что, падшая женщина?

Что сказала бы тетя Виола, если бы узнала?

***

В Академию нужно было к первой паре, но Вивьен приехала раньше. Это давно стало привычкой.

В последнее время она плохо себя чувствовала днем и еще хуже спала ночами. Не бессонница, но частые провалы в вязкие кошмары мучили ее. Плохой знак!

Да если б только они…

После прочтения книг, что она взяла из библиотеки Верховного оракула, стало лишь тяжелее. Прямых ответов на свои вопросы она не нашла, но стоило немного поразмыслить и… Догадки, а точнее, выводы, которые напрашивались сами собой, были один ужаснее другого.

Арезес, ментальные проклятие… Нет, Арезес даже больше, чем всё остальное. И хуже, чем всё остальное. Из-за этого не хотелось возвращаться домой. Там ей будет страшно совсем одной, без отца и Шая.

И как?.. Как ей дальше жить с этим?

И почему?.. Почему разбираться с чужими ошибками приходится именно ей?

Разве мало своих?

В задумчивости она шла знакомой тропинкой по парку Академии, глядя под ноги и на ходу отвинчивая крышечку фляги. В ней плескался заранее приготовленный отвар вербянки, который Вивьен теперь пила почти беспрестанно. Пока помогало, а как будет дальше, она старалась не думать.

Случайно подняла она голову, посмотрев вперед, и увидела бегущую по тропинке навстречу ей Теодору. Плащ развевался за спиной девушки, как широко распахнутые черные крылья. Растрепанные волосы разметались по плечам. Бледная, с заплаканными глазами.

Собственные беды улетучились из головы в одно мгновение.

– Вивьен! – с жаром выпалила она, подлетая ближе и хватая Вивьен за руки. – Ты мне очень нужна!.. Мне надо с тобой поговорить!

– Что-то случилось? – оставаясь внешне спокойной, прищуриваясь и отпивая глоток отвара, спросила Вивьен.

– Да! – и, понизив голос, Теодора горячо добавила: – Что мне делать?! Я – падшая женщина!..

Вивьен еле успела отвернуться в сторону. Вербянка фонтаном прыснула изо рта на снег, она закашлялась, вытирая ладонью губы.

– Чего?

– Я – падшая женщина… – зашептала Теодора, сопя и тревожно оглядываясь вокруг. Мало ли кто услышит!

– Ого!.. И давно?

– А?

– Женщиной стала давно?

– Со вчерашнего дня.

Вивьен всмотрелась в милое, пухлощекое и по-детски розовое личико Теодоры, в тревожно вытаращенные золотистые глазищи: превращением в женщину здесь и не пахло, да и не похоже было на Теодору с ее строгим тетушкиным воспитанием.

Вивьен крепко уцепила подругу за локоть и свернула с дорожки к лавочке.

– Вот что, ты выдохни… Пойдем, сядем. Хочу кое-что прояснить… Ты провела ночь с мужчиной?

– Что?! Да Боги тебя упаси! Как такое в голову могло прийти!.. Нет! Нет!

– Ясно.

Хотя, пока вообще ничего ясного не было.

Они устроились на лавочке.

– Объясни, что именно сделало тебя падшей?

Золотистые глаза наполнились слезами, ресницы задергались, губы мелко задрожали.

– Мне нравятся одновременно два лорда! – выпалила Теа и окончательно разрыдалась, заливаясь краской и закрывая лицо ладонями.

Вивьен в недоумение посмотрела на плачущую девушку и позавидовала: вот бы ей такие проблемы!

– Угу… И это сделало тебя падшей?

– А разве нет? – недоверчиво глянула Теа, оторвав ладони от лица и всхлипнув.

– Кто тебе сказал такую глупость?

– Никто, я сама догадалась… Тетушка Виола говорит, что истинная леди влюбляется один раз и замуж выходит единожды… Даже вдова должна оставаться верной памяти своего мужа.

– Леди Виоле видней, но оставаться верной памяти мужа – личное дело каждой вдовы. Кругом полно примеров, когда женщины повторно выходили замуж и становились счастливы. Разве дома среди ваших соседей не было таких случаев?

Теа задумалась.

– Были.

– И что? Этих леди перестали уважать? Их осуждали или не пускали в приличные дома?

– Нет. Наоборот, все поздравляли, радовались за них, а некоторые, – Теа снова перешла на шепот, – даже завидовали. Но это были не слишком добросердечные леди. Они даже позволяли себе сплетничать за спинами других, а при встрече делали вид, что рады, и улыбались. Я таких не люблю. Они лицемеры.

– Ну вот, видишь… А чем плоха влюбленность в двоих?

– У леди одно сердце и один возлюбленный.

Железно. Не прошибешь.

– Знаешь, моя подруга Сали Ош из ковена Семи Лун, если влюблялась сразу в двоих, говорила, что нужно срочно искать третьего.

– Зачем? – в растерянности захлопала ресницами Теа.

– Ну, если не можешь выбрать лучшего из двух, найди третьего, который превзойдет обоих, и влюбись в него.

– Ой!.. А ты?

– Что я?

– Ты как в таких случаях поступала?

– Я… – запнулась Вивьен.

Она не то что в двоих, и в одного-то толком никогда не влюблялась. Одно слово – нелюб. Только Теодоре об этом не обязательно было знать.

– Я…

– Ага! Вот вы где! – неожиданно появился за их спинами Орис. – Я так и подумал, раз обеих в аудитории нет, значит, вы где-то вместе пропадаете. Взрывов, разборок, всплесков магии, драк и всякой прочей возни на территории Академии замечено не было, значит, секретничаете. Пошли, заговорщицы, скоро лекция начнется. Лангранж будет злиться, если опоздаем.

Он перекинул ногу через лавку и с суровым видом встал перед девушками. От его внимания не укрылись красные глаза Теодоры.

– Теа, ты плакала? – сразу насторожился Орис. – Тебя кто-то обидел?

Теодора помотала головой и шмыгнула носом.

– Теперь всё хорошо.

– Точно? – он сначала Теодору просверлил недоверчивым взглядом, а потом перевел его на Вивьен.

– Да. – подтвердила Вивьен. – Вот скажи нам, ты когда-нибудь влюблялся сразу в двух девчонок?

Орис фыркнул.

– Вам зачем?

– У нас дискуссия. Допустимо ли влюбиться сразу в двух.

Оборотень нахмурился, помолчал, потом ответил:

– Даже в трех. – протянул он руку, снимая с лавки сумку Вивьен. – Пойдемте уже!

– Вот. – Вивьен с торжеством посмотрела на Теодору.

– Ему можно, он мужчина. – выдвинула новый аргумент Теодора тоном, не терпящим возражений.

Вивьен недовольно цокнула: вот упрямица, да какого хорта? И мысленно выругалась витиеватой фразой из словарного запаса Его Светлости Сандэра Моро.

– В столовке и в любви все равны. – буркнул Орис. – Да пойдемте же!

И сам двинулся в сторону учебных корпусов.

– Догоняйте! – недовольно оглянулся на них.

Они догнали и подперли Ориса на тропинке с двух сторон, легко подстраиваясь под его энергичный шаг.

– И как ты поступал в таких случаях? – поинтересовалась Теодора, которой мысль о запретности чувств сразу к двум лордам так и не давала покоя.

– В каких? – Орис уже выкинул их беседу из головы и думал о чем-то другом.

– Ну… когда влюблялся в трех девчонок сразу.

– А… Как и все нормальные парни. – без особого удовольствия ответил Орис. – Ухаживал, звал на свидания, цветы дарил, сладости. Целовал и… – он покосился на Теодору, – короче, наслаждался моментом. Ничего нового не изобрел, всё как у всех.

– Одновременно за тремя ухаживал? – не унималась Теа, пытаясь заглянуть Орису в глаза. – Или сначала за одной, потом за другой? Или только одну выбирал из трех?

– Вот пристали… По-всякому бывало. – глядя вперед, туманно ответил Орис. – Раз влюбился, надо все варианты испробовать, чтобы потом об упущенных шансах не жалеть.

Было заметно, что откровенничать он не настроен.

– Я тобой восхищаюсь. – рассмеялась Вивьен. – По степени прагматичного отношения к влюбленностям ты превзошел даже саму Сали Ош.

– Кто такая Сали Ош?

***

– Сали, ты идешь? – окликнула тоненькая, русая с рыжиной ведьмочка, выглядывая из распахнутой двери учебного корпуса.

Сали стояла на широких ступеньках и осматривалась по сторонам. В последнее время ей все чаще казалось, что ей кто-то постоянно тяжело смотрит в затылок.

Особенно сильно это чувство наваливалось, стоило ей выйти на улицу. И тогда становилось по-настоящему страшно.

Если бы с ней рядом была Вивьен, она бы быстро с этим разобралась. Но Вивьен была далеко.

– Иду, Бэлси! – она еще раз глянула по сторонам и поспешила войти внутрь здания.

В отсутствие Вивьен Сали подружилась с тремя сестрами Ноа из ковена Городских ведьм Дарамуса: Пенни, Конни и Бэлси.

Этих хорошеньких веснушчатых ведьм было слышно почти всегда и везде. Они были шумными, активными хохотушками, вечно ввязывающимися в любую затею на факультете, будь то новое исследование или поручения декана во внеурочное время. Им было интересно всё, они хотели быть в курсе всех новостей в Академии.

Поначалу Сали дико уставала от их не прекращавшейся болтовни, постоянных взрывов заразительного смеха, споров и града вопросов, адресованных друг другу и всем, попадавшим в их поле зрения. По сравнению с сестрами Ноа, они с Вивьен были немыми квелыми рыбами.

Но через пару седмиц Сали привыкла, научилась не только не обращать внимание на их птичье чириканье, но и мастерски вовремя вылавливать в этом гомоне вопросов те, что были адресованы именно ей.

Главное, с этими девчонками было не скучно и некогда предаваться унынию. А на Сали иногда накатывала серая тоска, особенно когда она вспоминала о Мейдане. И каждый раз эти воспоминания заканчивались подавленностью и хандрой.

Она осознала, что нет ничего страшнее отношений с парнем, в которых ты не прошла с ним все этапы узнавания и разочарования. Прерванные на романтическом взлете, они становились настоящей ловушкой: казались идеальными, ниспосланными самой судьбой, такими, каких у нее не было и не будет ни с кем и никогда. Ведь всегда приукрашиваешь то, что так и остался непонятым, неразгаданным, неиспробованным.

Но сестры Ноа, сами того не подозревая, не давали ей увязнуть в трясине воспоминаний, вытаскивая ее за шиворот и вбрасывая с силой в брызжущую водопадом страстей и эмоций, яркую, насыщенную и шумную жизнь, за что Сали была им безмерно благодарна и готова была простить любые их недостатки.

– Сегодняшняя лекция посвящена сложным вопросам распознавания зачатков болезни в целительстве. К сожалению, у нас эта тема пока богата белыми пятнами, и любые исследования и работы принимаются и нашими магистрами, и практикующими целителями со стажем, – с большим скепсисом и недоверием. – вещал с трибуны магистр Галармус, поправляя круглую оправу очков на носу. – И сейчас вас активно обучают лишь тому, как лечить уже развившуюся болезнь, что порой бывает поздно… Но не пройдет и каких-нибудь пяти-семи лет, как практика раннего распознавания станет частью нашей жизни…

– Ты чего такая напряженная, с Греем поссорилась? – прошептала Пенни в правое ухо, когда лекция началась.

– Нет, он же не в Дарамусе сейчас. – тоже шепотом ответила Сали.

– Ой! – стукнула себя ладонью по лбу Пенни. – Забыла, прости…

– А возвращается когда? – обожгла левое ухо дыханием Конни.

– Через две седмицы.

– Опять пойдете с ним в Розовую Офелию? Какие там потрясающие пирожные пекут… – перевесилась с верхнего ряда Бэлси. – От одного запаха с ума можно сойти. Я их кексики просто обожаю!

– Конни сказала, что если ты будешь уминать много шоколадных кексиков, то твоя задница вырастет и будет, как у коня…– обернулась к ней Пенни.

Бэлси на мгновение замолчала, видимо, представляя себе лошадиный круп, и обиженно зашипела на сестру:

– Конни сама не прочь свежих маковых булок отведать, пусть о своей заднице печётся!

– А ничего, что я здесь и всё слышу? – возмутилась Конни, до этого стойко внимавшая магистру и старательно игнорировавшая болтовню сестер, и, уже обращаясь к Сали, уточнила: – Пойдете в Розовую Офелию? Туда сейчас весь Дарамус ломится… Самое модное местечко.

– Не знаю… – пожала плечами Сали.

– Я бы только туда и ходила… – Бэлси вздохнула и случайно локтем столкнула вниз на скамью, где сидела Сали, свою тетрадку. – Ой, верни, пожалуйста!

…– Кто самая смелая? О, вижу одну поднятую руку! Прошу вас к доске, госпожа целительница. Вы, вы… – кивнул магистр на Сали. – Вы же руку подняли.

Сали растерялась.

Да она не руку подняла, а тетрадку на верхний ряд передала! Идти к доске совсем не хотелось. Она даже не слышала толком зачем.

– Прошу, прошу! Не стесняйтесь.

Она нехотя спустилась и подошла к доске.

– Так… Защитные амулеты на вас сейчас имеются?

Сали смутилась.

– Д-да.

– Обращаю ваше внимание! – обратился к аудитории магистр. – Любое распознавание не терпит наличия на пациенте какой-либо защиты. Защита прячет от целителя возможные симптомы и проблемы в теле. Снимите! – потребовал он и протянул Сали небольшую деревянную коробочку без крышки. – Не бойтесь, закончим, заберете… Итак, сейчас я наглядно продемонстрирую на добровольце самое простое распознавание. Как вас зовут?

– Сали Ош, магистр. – ответила она, снимая с шеи подвеску с зеленым камнем.

– Что ж, госпожа Сали Ош, приступим…

С последней лекции будущие целительницы вывалились шумной толпой в длинный коридор, бурно обсуждая услышанное.

– Вы теперь домой? – спросила Сали у подруг, когда они вышли на улицу.

Сестры Ноа жили не в академическом общежитие, а в своем доме в южной части Дарамуса.

– Да, мама просила помочь с приготовлением эликсира для сращивания костей.

– Ого! – с пониманием восхитилась Сали. – Сложная задачка. Ну, удачи вам!

– Хочешь, пошли к нам? – предложила Пенни. – Мама будет рада. Она любит, когда ты приходишь.

– Да, и не ворчит, и не ругает нас. – подхватила Бэлси.

– Нет, я сегодня устала, хочу отдохнуть. В другой раз.

– Жаль, тогда пока!

И, не прекращая болтать и смеяться, сестры Ноа отправились домой.

Сали, оставшись одна, постояла, глядя им вслед, потом свернула за угол учебного корпуса и пошла привычным путем к себе в общежитие.

Но не прошла и сотни шагов, как снова почувствовала спиной ледяную тяжесть чужого взгляда, только сильнее, чем обычно. Она привычно положила ладонь на грудь, где обычно висел привезенный Греем гранатовый кабошон, и…

Ее подбросило на месте: она забыла забрать амулет после лекции магистра Галармуса!

Когда Сали, почти бегом, вернулась в аудиторию, там уже не осталась никого.

Коробочка, в которую она положила свой амулет, была пуста.