По снегу босиком вместе

40. Зеркало

— Откройся, — не попросил, приказал. — Венди, быстро и полностью! Он не мог использовать дар кукловода на собственной женщине, они это оба отчетливо знали. Но Ди подчинилась ему беспрекословно, открывая сознание, словно книгу. И тут же его потеряла, а Лер в эту мгновенную вспышку осознанности успел увидеть лишь море горя и черного отчаяния, бесконечно-глубокого, как сама бездна. Нежно в лоб ее поцеловав, подхватил легкое женское тело и унес на кровать, уложив очень бережно. Лег тут же рядом, крепко прижав Венди к груди. Он знал: она скоро очнется. Он видел мягкие отсветы ее мыслей, поглаживал их, как потерявшихся и испуганных сильно котят, успокаивал. А сам погружался во все более невеселые размышления. Он ведь чуть не сорвался. Она лишь просила о помощи, а он… Почему вдруг подумал о самом плохом, отчего разозлился? Ответ был на поверхности, очень простой и печальный: Лер поверить ей так до сих пор и не смог. Он старался, но не получалось никак. И словам ее о любви, так неправдоподобно звучащими, и громким стонам, что она издавала в минуты их страсти. Столько лет Гуло этого ждал, а получив, — не поверил. Так жить больше нельзя, нужно все изменить. Очень скоро их уже будет не двое. А пока решить нужно как-то проблему со страхами Венди, глупо и вредно так дальше страдать. Он так крепко задумался, что не заметил ее возвращения. — Лель, — тихий шепот у него на груди. — Мне надо к зеркалу. Я должна знать. — Да понял уже. Ветерок, я только в толк никак не возьму, откуда все это в твоей голове? Мы с тобой оба бессмертные, ты отлично разбираешься в вопросах генетики и наследственности, что тебя так смущает? — Ты знаешь родителей наших? Вот и я тоже не знаю. — Птенчик, ну о чем мы с тобой говорим? Бессмертие — миф, ты же знаешь. По сравнению с продолжительностью жизни морского рачка, человек тоже бессмертен. Во сколько раз там у них разница? В тысячу? — Восемь с половиной. — Прозвучало безжизненно. Но почему-то Венди произнесла это вслух, а не мыслями. И зачем-то вцепилась в него тонкими пальцами, снова спрятав лицо на груди громко всхлипнула. — Даже если и вылезут подлые смертные бабушки с дедушками, дитя наше будет жить очень долго, многие сотни лет. Откуда Фетидовы мысли, Ге что-то тебе говорила? — У меня очень плохое предчувствие. Уже очень давно, даже не помню когда появилось. Ты же помнишь, я тебе говорила об этом ни раз. И Ге наотрез отказалась давать предсказание. Лер отчетливо скрипнул зубами. У него были свои отношения с «великой и мудрой» супругой сиятельного Клавдия. И с ней по этому поводу он еще поговорит. Когда-нибудь. Да, он помнил эти детские страхи своей возлюбленной, но никогда даже представить не мог себе такой ситуации: Венди беременна от него и боится рождения смертного. Время абсурда продолжилось. — Ди, но ты же понимаешь, там может быть очень опасно. И Фила сейчас я не выдерну, выход к Зеркалу не такая простая задача, даже для тебя, а тем более — прямо сейчас. — Лель, да какая, скажи мне, опасность для двух еще-кажется-инквизиторов величайших? Сэм под арестом, со всеми остальными заключен договор. — Понимая, что никак его не убедила, просто всхлипнула, и прошептала: — Пожалуйста, муж. Мне очень надо, я в неизвестности просто не выживу. Ди оторвалась от волосатой груди его и посмотрела в глаза. Да, он увидел: определенно не выживет. А еще Лер увидел легкий проблеск того, что ему не понравилось совершенно. Паранойя? Возможно. Да только он вспомнил тот маленький эпизод, незначительный, с Венди и походом ее в парикмахерскую к ведьме Наташе. А еще Гуло помнил отчетливо наложенный после ментальный щит, ему жизнь потом осложнивший очень сильно. — Ди, можно я попрошу тебя снова закрыться, совсем, намертво, как тогда в рамках дела с волками? Мы с тобой все равно теперь связаны, я тебя чувствую, как себя самого. Венди выпрямилась, и ответила, отчего-то смутившись. — Мне почему-то не хочется… Получила в ответ поцелуй прямо в лоб, нежный, трепетный. Прикосновение ласковое пальцами к волосам. Мужская рука по спине ее гладила, словно подбадривала. Ди закрыла глаза, рвано выдохнула и пальцами в воздухе вывела руну Минервы, наложив на себя ее щит. Лер всмотрелся внимательно в его жесткие контуры, проверяя на прочность. Мощно вышло. Больше, пожалуй, никто не пробьется, кроме него самого. — Полегчало? — осторожно обнял, укутывая ее стянутой с кровати простыней. — Не знаю. Плакать больше не хочется, но к Зеркалу все-таки надо. Он на многое и не надеялся, это было бы чудом, а в чудеса этот сильнейший из магов и кукловод давно уже как-то не верил. — А Фил? Он ждет нас и связи с ним нет. Не особо рассчитывая на успех, он все-таки попытался. Мог бы просто заставить ее подчиниться, уговорить, наконец. Лер вообще многое мог, но не хотел он ломать свою белую птицу. Ди уступит, и будет страдать тогда молча, ну и какой же защитник ей муж? — Значит, надо идти туда прямо сейчас. Мы же собраны? Вот и отлично. Никакого «отличного» в экстренном выходе через Великий океан и два континента он точно не видел. Тем более в том, что портал пробивать будет сам. Скрипнул зубами, сосчитал до пяти, положил теплую руку ей на живот и произнес, наконец-таки то, что должен был ей сказать сразу — Ветерок, ты просто не представляешь себе, как я счастлив. И думать не мог, никогда не мечтал, даже в мыслях боялся надеяться. У нас будет ребенок. — Только произнеся слова вслух, он вдруг понял их смысл. Дети у высших светлых практически не рождались. Лишь любовь, обоюдная и великая давала древним шанс стать родителями. Они всегда знали, но простая арифметика знаний до него дошла только теперь. Выходит, его Венанди любит? Ком застрял в горле, слезы обожгли вдруг глаза. Самое неоспоримое из доказательств сидело сейчас где-то там, в глубине женского тела, у него под ладонью. Слова подло пропали, и все, что великий смог выдавить из себя, прозвучало мучительно-тихо и жалко. — Будь осторожна, пожалуйста и никогда больше во мне не сомневайся. Обещаешь? Он сам в себе сомневался не раз. Но жена не должна даже думать об этом. Ди вздохнула в ответ, молча скользнула рукой поверх его пальцев. Он все привыкнуть не мог к тому, что они безо всякой ментальной связи друг другу так чувствуют, словно видят чужими глазами. — Спасибо тебе за него. Я только теперь поняла, что отцом моих детей никто другой… — тут Ди отчего-то смутилась и замолчала. Получила свой поцелуй, прикосновение лба, тихий вздох. — Я это знаю, всегда знал, наверное. Боялся признаться себе и тебе. А теперь вдруг открылись глаза и мне все стало ясно. Смешно ведь? — Люблю тебя. И все время хочу это произносить. Вот, она сказала опять и сразу же радостно стало, непривычные эти слова ее грели. Горячая мужская рука осторожно погладила живот Ди, словно с ней соглашаясь. — Но я не хочу никуда уходить. Может, просто чуть позже? Ди промолчала. Он понял. Сопротивление бесполезно. Снова вздохнул, с кровати резко встал и пошел пересматривать арсенал. Предчувствия вообще редко обманывали инквизитора, и точно уж не такие, как это… Коллекция древнего и легендарного вооружения Венди была не очень большой, но невероятно бесценной. Она вся разместилась на скромной стене библиотеки, где древние клинки скромно висели рядом с ножнами, загадочно поблескивая смертоносными лезвиями. Выше всех размещался короткий и беспощадный меч-гладиус, с его знаменитым круглым навершием, чей мощный профиль когда-то покорил этот мир. Оружие древнего Рима, покорившее всю Ойкумену. Нет, Этот вояка Леру совсем не понравился: хладнокровный и беспощадный убийца, палач. Ему было нужно выбрать свое главное оружие, которое не подведет никогда, и будет служить, словно верный пес своему единственному хозяину. Как в логове дикой собаки выбрать новорожденного щенка: нужно все сделать сразу и безошибочно, по зову сердца и с первого взгляда. Хищные кортики, висевшие ниже, тоже Гуло не подходили. Оружие одного смертельного удара хорошо носить на ремне, в пыл абордажного боя. Нет. Тут взгляд его остановился на весьма примечательной паре: черная, будто аспид, длинная и стремительная катана и ее верный спутник, крепкий и прочный вакидзаси, — лучший друг пехотинца. Этой паре цены просто не было: выполненные в одном стиле, древние, гордые они занимали почетное место на этой стене. Четкий рисунок хамона, покрывающий безупречно-гладкие лезвия, был похож на высокие волны штормящего океана. Черненое серебро украшений на рукоятках, тонкая гравировка, все говорило о просто неслыханной стоимости этой пары. Лер аккуратно погладил катану, вздохнул. Он всегда питал слабость к оружию с женской душой. Эта красавица тоже к Гуло была благосклонна, только вот… черную гордость восточного оружейника некому будет нести за ним в ножнах. И лошади не было, чтобы сидя в седле, широким и эффектным взмахом из руки прямо из ножн выпускать черную смерть. Прости дорогая, увы и увы. Протянул руку к короткому, как гладиус, смертоносному, как его черная стальная подруга, мечу вакидзаси, взял уверенно, взвесил, примерился. Оружие льнуло к рукам, будто просило воина не отпускать, принять своим другом. — Да, малыш, ты прав. Одна у нас с тобой судьба: стоять рядом с великой. Особенно, если она совершенно беспомощна. Осторожно снял со стены ножны, прямо на голое тело обвязался старинным поясом, плотно сплетенным из прочных кожаных лент, рывком сунул в них своего нового друга, задумался. — Ты так собираешься, будто мы идем на большую войну. — Венди все это время стояла на входе, и внимательно наблюдала за муками Лера. Она уже даже успела одеться, и медленно заплетала косу. — Там, куда мы идем, магия не работает, ты же знаешь. Я даже щит не смогу на тебя набросить. Остается рассчитывать на простые, но эффективные методы. — Лучше бы взял уж тогда динамит. — Венди фыркнула. — Третье тысячелетие от Рождества, а иные все бегают с ножиками. Это была просто шутка, и оба они это знали: защитное заклинание от огня умели творить даже школьники-азеркины. Самое действенное и быстрое, оно позволяло пройти без потерь даже через минное поле. А вот меч-артефакт, принявший руку хозяина… Не зря древние так ценили подобное вооружение. Никаких способов эффективной защиты от него для безоружного просто не было. Разве что, — бегство. Напряженное молчание снова повисло, уже вполне ощутимо звеня напряжением. Лер вздохнул, ожесточенно потер спинку носа, быстро очень оделся в заранее приготовленный свой альпийский костюм и начал уверенное построение сложной системы магических векторов мега-портала. Не в другой мир, конечно, подобное практиковали лишь только драконы да еще один ненормальный бессмертный. Но через стихию огромного океана, со всеми его многочисленными помехами и погрешностями, минуя монолиты высочайших гор Земли, прямо туда, где он очень надеялся, их не ждали. К Зеркалу Мира, в древний Тибет.

* Фетида (Thetis, Θέτις). Морская нимфа, дочь Нерея и Дориды, супруга Пелея и мать Ахиллеса.

** Речь идет об эпизоде, описанном в гл. 31 книги Н. Кроноцкой «Я бегу по снегу босиком» https://author.today/reader/176469

*** Щит Минервы — стационарное (длительного действия) заклинание ментальной защиты высшего порядка, применение которого исключает телепатическое вмешательство (чтение мыслей). Уровень силы воплощения заклинания напрямую зависит от уровня магии творящего его азеркина.

**** меч-гладиус — древнеримский короткий солдатский меч, носился у правого бедра военнослужащего рядового состава. Так же меч, которым казнили преступников, стал употребляться вместо древней секиры при всех казнях, но прежде собственно им казнили только солдат римского войска.

***** вакидзаси — второй самурайский меч с размерами на треть меньше размеров катаны.