По снегу босиком вместе

35. Грустный оруженосец

Утро было обычным. Еще вечером накануне они распланировали весь этот день. Весна в этом полушарии уверенно переходила в холодное местное лето. Солнце едва заходило за горизонт, впереди их ждала пора белых ночей, так люто ненавидимая обоими.

Эта весна была аномально жаркой, и к середине дня и даже в горах воздух раскалялся тропическим зноем.

Охлаждающие артефакты дарили прохладу, но сидеть целый день в своем доме уже не хотелось. Подвижные, любопытные, вечные оборотни начинали скучать. Привычка вечно жить словно в эпицентре сразу всех мировых катаклизмов все же сказывалась.

Медленно, осторожно, соблюдая все правила жесточайшей конспирации могущественная пара изучала окрестности, совершая вылазки в горы, к океану, в зеленую долину, которая и зеленой-то была только сверху.

Низкие северные кустарнички боязливо жавшиеся к холодным камням покрывали старые осыпи, выползали до самого подножья крутых склонов Южных Анд.

Патагония.

Куда еще могло занести невозможную Венди? Край света, во всей красе своей и неизведанности.

Лер очень долго над этим смеялся, когда обнаружил наконец их «актуальную локализацию». Случайно, играя с маленьким артефактом — «компасом» обучая его азам современной географии. Сначала маленький шарик упорно твердил, что ни «за пределами Ойкумены», потом ничего, смирился с действительностью двадцать первого века и стал разговаривать не на латыни.

И вот, светлым утром обычной патагонской весны в их маленькой кухне неожиданно совершенно появился один темный гость.

Когда Лер вышел, потягиваясь, почесывая волосатую грудь, в первозданной красе, так сказать, то есть покрытый лишь густой человеческой шерстью, он глазам своим не поверил.

За их столиком важно восседал Илья Корвус. Перекатывая в ладонях как раз тот самый сговорчивый географический артефакт.

— Думали, не найду? — ухмыльнулся ехидно.

— Аве, милейший. Если честно, и думать забыли.

Тут Гуло сообразил, что гостей встречать без штанов как-то не комильфо. Несколько секунд размышлял над проблемой и хмыкнув, ушел в спальню обратно.

Илья проводил его взглядом, не сдержав широчайшей улыбки.

Значит, у них все получилось. Лер выглядел, как включенный на полную мощность прожектор: он силой магии просто сиял.

Судя по тихому шепоту за тонкой стеной, Ди очень скоро появится тоже. Первая любовь, недостижимая мечта Корвуса. Люся была совершенно другой: теплая, добрая, очень родная. И чувства его были тоже другими, о Ди он долго Грезил, и вряд ли бы даже решился еще раз к ней прикоснуться.

О таких, как она, поют песни, слагают поэмы и…

Появление этой самой мечты, одетой в одну только майку мужскую, непозволительно тонкую, ничего не скрывающую. С копной спутанных белых волос, которые она безуспешно пыталась прихватить в высокий узел длинной медной шпилькой, отчего эта чертова майка предательски задиралась, вызвав у Ильи натуральное головокружение.

Он громко сглотнул, схватил со стола стакан с теплой водой и выпил ее одним залпом.

Ди удивилась, недоуменно перевела свой фиалковый взгляд на смеющегося беззвучно мужа и нахмурилась.

— Птичка, ты бы оделась. Похоже, некоторые не готовы к твоим метаморфозам.

Та только лишь отмахнулась, усаживаясь перед Корвусом. Тот медленно и мучительно покраснел. На шее у Ди явственно красовались следы их весьма бурной супружеской ночи (или дня, кто его знает) и не только не шее. Она тоже буквально пылала энергией, и изменилась. Так сильно, что Илье теперь проще разговаривая с ней и вовсе глаза закрывать. А лучше даже выйти. Потому, что кроме всего прочего, Ди еще и божественно пахла.

Ему много раз объясняли уже простую и незатейливую истину: всех птицелюдей тянет к этой маленькой древней. Это законы природы иных.

Но не настолько же!

Все еще ехидно хихикавший Лер все же принес тонкий пушистый плед, укутал недоумевающую совершенно жену и заговорщицки подмигнул ворону.

Полегчало немного. Настолько, что говорить он уже мог.

— Ну, рассказывай! — все еще хмурясь, Ди коротко взглянула на мужа, тот улыбнулся и пошел кофе варить.

— Мы только вернулись в Москву. Три дня тому как. Тишина, темнота и трясина. Все делают вид, будто ничего не случилось. — Корвус поморщился вспоминая. — Да! Ладон тут же подал рапорт и с головой ушел в академию.

— А как у него с… — Ди была женщиной, а женщин всегда интересует личная жизнь.

— Тишина. Я знаю только, что он все это время пытался к ней как-то пробиться, но Оркины встали стеной. Что у них там, почему так — не знаю.

Ди невесело улыбнулась. Есть такая черта у бессмертных — откладывать жизнь на потом. Куда оно денется личное счастье, если впереди еще бездна времени? А с годами они остывают. И смысла не видят меняться, влюбляться, жертвовать личным пространством и временем. Это они с Лером единое целое уже очень многие годы. И даже такие они с невероятным трудом шли навстречу друг к другу.

Вздохнула. Как у них все непросто. Хотя… Смертным даже сложнее, наверное. В краткий век нужно столько успеть…

— Ди, да спроси ты уже его, даже я устал ждать, пока ты соберешься духом. — Лер одним ловким движением выставил на столе три кофейные чашки и разлил кофе по ним.

— Самый лучший сорт, высокогорный, из Гватемалы. Наслаждайся.

Корвус усмехнулся невесело.

— Вы становитесь натуральными эмигрантами. Так что ты хотела спросить?

Напиток действительно был восхитителен. С легкой, едва ощутимой кислинкой, фруктовыми, шоколадными и ореховыми нотами, отменно обжарен и мастерски сварен. Гуло явно знал в этом толк.

— Что там у нас в Инквизиции?

— Соскучились? — Илья улыбнулся ехидно. — Не спешите обратно пока. И… Меня послала к вам Ге. Заглянула как будто случайно и просила вам передать, чтобы вы были осторожны с желаниями. И вообще — осторожны. «Даже когда всходит солнце, и кажется все позади, можно больно упасть.»

Великие молча переглянулись. Ворона всегда забавлял диалог их безмолвный. Интересно, как это: не просто слышать все мысли друг-друга, но и их ощущать? Не вести ограниченный ритуалами беззвучный диалог, как все в их группе, а вот так. Быть открытой книгой, когда даже тайных желаний и слабостей даже не скрыть. Он поежился. Не хотелось бы так.

Ну ее, эту прекрасную Венди.

Достаточно Корвусу и теплой Люси.

— Сэм свирепствует?

Спросила уже наконец.

— Рвет и мечет. Такое ощущение, что от того, что он нас всех под Трибунал подведет, зависет его жизнь, не меньше.

— Ну… — Венди задумчиво помешала костяной ложечкой свой напиток. — Думаю, так оно и есть.

Они снова переглянулись.

— А мне вы сказать ничего не хотите? — тихонечко Корвус спросил, не надеясь услышать ответ положительный.

И обманулся.

— Не просто хотим, но и скажем. Чуть позже. Скажи, что там слышно по поводу Фила?

Венди очень тревожила судьба ее названого брата, бессмертного полудемона. А еще больше — подруга Арина, провернувшая ритуал с артефактом вороньей вдовы. Все тогда вышло так глупо… Кольцо это, а после осколок инферно, друзей разлучивший.

Ей давно не давала покоя эта беда, Ди и ней даже расспрашивала Павла Канина, самого надежного специалиста в деле артефакторики, но тот лишь головой покачал.

Лишних слов он не любил, а утешительного рассказать, видимо, было нечего.

Они все были вынуждены постоянно ходить по самому краю смертельного риска и полнейшей неизвестности.

Полудемону было сложнее других, нашли и инициировали его уже взрослым, в шаге от полного и разрушительного отчаяния. Редкий дар Фила выворачивал и ломал всех разумных, правда могла убивать. А ведь это был лишь один из его многочисленных, очень опасных талантов. Он действительно был очень силен и предельно опасен. В особенности — для тех, у кого были причины опасаться быть кем-то раскрытым. То есть — для всех.

Как Арину вообще угораздило полюбить это чудо природы? Хотя… Только такого великая ведьма и смогла уважать, ставя вровень с собой. Все логично.

Венди вздохнула, косясь на супруга. Ее персональное счастье и сам был непрост. Теперь, когда дар кукловода и ей стал доступен, Ди узнала очередной секрет мужа: использовать этот талант, управляя живыми существами, словно марионетками, он мог без исключения абсолютно на всех. И ментальная связь с членами их опергруппы помехой тому не была.

Он мог управлять даже ей, словно дергая за веревочки. Мог. Но не стал.

Рассказав друзьям сказку о блоках ментальных и связях, их всех успокоил.

Зачем?

Теперь она понимала. Но только теперь. Невозможно тому доверять, кто в любую секунду может мысленно лишь приказать и ты станешь послушен как раб. И, пожалуй, единственным существом в этом мире, способным устоять перед таким искушением, был именно Лер…

Молчание откровенно затягивалось.

Корвус медлил с ответом, мрачно чашку разглядывая.

Потом грустно вздохнул, и подбирая слова очень нехотя ей ответил.

— Арина сбежала.

И замолчал.

— Договаривай. — Ди была неумолима.

— Когда вы… — Илья бросил короткий взгляд на Гуло и виновато потупился. — Вместе ушли, Самаэль был, конечно же, в ярости. Пытался приказать вас преследовать, но ему… отказали.

Он ухмыльнулся, с удовольствием вспоминая тот триумфальный момент.

— Послали в грубой форме, я так понимаю. Главному Инквизитору просто так не отказывают. — Лер торжествующе улыбнулся. Даже представить себе эту сцену ему было приятно.

— Ага. А Ладон с Каниным составили протокол происшествия. Все честь по чести, с показаниями всех активных участников и случайных свидетелей.

— И гарантом подлинности документа выступил Фил. — Ди натурально схватилась за голову. — Драные яги, именно этого я и боялась!

— Его нельзя было оставить в стороне, не призвав, знаешь же. Собственно, именно приход Рафаила все тогда и решил. Он у нас крупный спец по безжизненной нечисти. Все ты правильно сделала.

— Да. — Венди грустно кивнула в ответ. — Я на своей шкурке это отлично прочувствовала когда-то… И дальше? Ну что я тяну все из тебя, Илья!

— Дальше и нечего-то особо рассказывать. Он когда уходил, Люся всунула ему в руку подарок от Арины. Не знаю я что, не успел рассмотреть, а ее не расспрашивал. Дальше, вроде как, Сэм тут же отправил группу на задержание из Москвы, они долго бегали в поисках порталиста, дважды промахивались, пока сам непогрешимый и неподсудный сиятельный Инквизитор собственноручно все не решил. В общем, когда до Рафаила добрались, уже было поздно. След простыл. Кинулись к ведьме, — дом заперт, следов никаких, все свидетели говорят, что не видели рыжую уже много недель. Семейство, Дивеевых конечно, «не в курсе», а допрашивать их даже Сэм не рискует.

Компанию свою, кстати, Арина оформила под внешнее управление Каниных, представляешь? Вот это действительно стало сенсацией.

Ди с Лером переглянулись. То, что великие ведуны нашли общий язык и прикрыли друг друга было отличной новостью. А вот все остальное…

Оставалось лишь только надеяться на хороших исход этой истории.

— Ты обещала мне кое-что рассказать, а пока лишь допрашиваешь. — Илья тихо сказал.

В его голосе прозвучала обида. Вообще-то добраться до края земли, даже используя связь рыцаря с оруженосцем было ох как непросто. А замести все следы, не приведя с собой группу преследования? Да он все это время готовился! Где восторженная встреча, где благодарность?

Венди чутко ощутила его всплеск обиды и улыбнулась в ответ.

— Мы узнали причину того, отчего клеймо на мне продержалось так долго, якобы не замеченное. Я так и жила бы с ним дальше. Все решила простая случайность. В которые Лер не верит, конечно.

— Я тоже! — обиженно фыркнул оруженосец. — Но ты продолжай.

— При… э-э-э — она вдруг покраснела, Лер же расхохотался, сгреб жену, пересаживая на колени к себе и продолжил:

— После нашего с Венди… — тут он поперхнулся от смеха, глядя на завесившуюся белыми волосами смущенную очень супругу. — Фактического подтверждения брака, произошло сразу несколько неожиданностей. Мы сами в них не до конца разобрались в них еще, если честно. Да всего тебе знать и не нужно. Просто нашим ты аккуратненько передай: у серого демона была уйма причин этого избегать и бояться. Мы для него теперь просто смертельно опасны.

— И он явно не остановится. — Илья даже с завистью наблюдал этих обоих. Могущественных, так давно и надежно нашедших себя и друг друга.

— Пока его не остановят другие.

Спорить с очевидным никто не стал.