Пленница Волчьего Пламени (СИ)

Глава 36

Молчание продолжалось. А через несколько секунд Фернир и вовсе отодвинулся от Ви… Мигом раньше она и сама порывалась отстраниться. Но когда это сделал он, как будто что-то острое полоснуло по сердцу.

Быть близко ощущалось неловким, стесняющим… А быть далеко — отчего-то больно и обидно…

— Что она тебе говорила про Истинных? — наконец нарушил молчание Фернир.

— Что женщины шаманки чувствуют их с первого взгляда. А опытные — и на расстоянии. И что Ирени наверняка учуяла это, раз даже духов смогла обмануть…

И что Лорни положила на тебя глаз, продолжила Ви мысленно, но вслух и не подумала это сказать. Фернир наморщил лоб, словно пытался поймать какую-то мысль. Со вздохом недовольно мотнул головой — видать, не поймал.

Ви решилась спросить:

— А что это такое — Истинные? Она не объясняла…

Оборотень неловко отвел взгляд в сторону. Вирелла не узнавала его. Такой властный и непререкаемый все те дни, что она знала его. Слова поперек не сказать, только подчиняться и исполнять любое его слово.

А тут вдруг молчит и мнется, как подросток, которого застигли на чем-то непристойном и неподобающем.

Она выжидающе смотрела, и Ферниру пришлось отвечать:

— Истинные Пары… Волк и волчица, предназначенные друг другу природой. Они с первого взгляда понимают, что хотят быть вместе… быть парой. Зачать и воспитать волчат вместе.

Как ни была смущена Вирелла, не удержалась и прыснула.

— И ты захотел? С первого взгляда, зачать со мной волчат?

— Ну не с первого, а когда застал тебя… — осекся.

— В уборной? В лохани? — подхватила она, не давая ему ускользнуть.

Фернир покраснел. Ви едва не подпрыгнула от удовольствия. Ну надо же — впервые в их общении краснеет он, а она забавляется! Прежде всегда было наоборот.

Но в следующий миг Фернир сделался угрюмым, и веселье Ви тоже испарилось враз. Особенно после его слов.

— Истинные Пары — всегда волк и волчица. Полукровки не могут зачать волчат.

Теперь девушка отвела взгляд.

— Значит, Милора солгала?

— Кто ее знает. Пойду погляжу, что там с этой безумной женщиной. Впрочем, нет. Скорее бы уже Рамек проспался и дал дозволение отрубить ей голову. Иначе не удержусь, едва ее увижу.

Снова молчание. Вирелла вспомнила еще кое-что из разговора с «безумной женщиной».

— Откуда у тебя твой меч? Он ведь не простой, а колдовской?

Фернир тут же кивнул головой и ответил быстро, в охотку. Явно довольный, что разговор зашел не об Истинных Парах, а о понятном, мужском — об оружии.

— Он зачарованный. Я нашел его в тот день, когда погиб мой клан. Я был волчонком. Пошел собирать ягоды. И вдруг услышал странный зов. Как будто что-то влекло меня — но не против воли, а очень настойчиво просило подойти. И я пошел на зов. Остановился возле дубового пня — и увидел этот меч. Точнее, тогда он был размером с большой кинжал. По тогдашнему моему росту он пришелся мне в точности как меч. По лезвию перебегали алые искры. Я был насторожен — но не боялся. Чуял, что этот клинок не навредит мне. Он будто звал меня прикоснуться. Извлечь из пня и забрать себе. Так я и сделал. Наверно, именно он спас меня в тот день. Укрыл неведомым образом от стаи дормаши. Я весь день околачивался возле того пня, где нашел его. Тренировался, размахивал им и наносил удары невидимому противнику. И не знал, что в это самое время настоящий враг убивает мое племя…

Горечь и скорбь коснулись его лица. Ви несмело придвинулась ближе и коснулась ладошкой его плеча. Он дрогнул — но не отпрянул от ее утешающей ласки. Продолжил рассказ уже спокойнее.

— Когда я вернулся в клан, застал смерть и разруху. И пошел куда глаза глядят, убиваясь, что не пришел раньше, чтобы сражаться с остальными. Или пасть вместе с ними.

— Ты бы ничего не смог сделать. Даже с волшебным клинком. Эти дормаши непобедимы.

— Все так, — мрачно кивнул Фернир. — Но я долго не мог себя простить, что не был с кланом. Я скитался в разных кланах, в человечьих землях. Подрастал — и меч рос вместе со мной. Я выслеживал выживших из Проклятой Крови и убивал их…

Он осекся, вспомнив о происхождении Ви. Девушка медленно спросила:

— Так ты поэтому пришел тогда в наш дом? Убить меня?

Фернир вздрогнул. И молчал, долго подбирая слова. Ему стало очень страшно увидеть в ее глазах ужас и отвращение к нему. Страшнее, чем предстоящая встреча с могучим дормаши, рожденным убийством брата.

— Не тебя. Я не знал, кого встречу. Просто чуял запах. А когда увидел тебя… не смог.

Он говорил не совсем правду. Он размышлял, не опустить ли меч на бьющуюся в лихорадке девушку. Его остановила ее мать. Он не смог убить ребенка на глазах матери. А может, и не в том дело. Может, он просто чуял Истинную Пару, и даже не вмешайся мать, не смог бы обрушить на нее меч.

Вирелла не стала сомневаться. Она неожиданно придвинулась ближе к нему… и волк не отпрянул, не отдалился. И еще неожиданнее она накрыла его широкую руку маленькой девичьей ладошкой.

Фернира аж подбросило от этого прикосновения. Будто молния шарахнула. А у Виреллы обиженно дрогнули губы. Она решила, что ему так неприятно.

— Нам нужно возвращаться в мой клан, — быстро заговорил он, стараясь сгладить неловкость момента. — Не буду дожидаться Рамека. Грей останется и все ему расскажет.

— А если он не захочет? — возразила Вирелла, пряча обиду и недоумение на реакцию Фернира. — Ты ведь и за него поручился. А сейчас вы друг другу в дружбе клялись. Может, он хочет пойти с тобой.

— И стать добычей дормаши? Он не воин, а принц и менестрель.

Ви фыркнула.

— Такой не воин, что спас мне жизнь. При этом ухитрился не убить, а только подранить Милору, чтобы она дождалась суда.

Фернир вздохнул.

— Твоя правда. Придется подождать. И где там Эстран с Греем застряли? На руках что ли нянчат эту…

Он вскочил с лавки, принялся нервно расхаживать по избе. Ви сидела молча и смотрела на него исподлобья.

Долго им ждать не пришлось. Через несколько минут неловкого молчания подпол Логовища поднялся. Наружу вылез заспанный Рамек.

— Ох и сморило меня… А вот и ты. Уже вернулись с Эстраном?

— Вернулись, — мрачно кивнул Фернир. — Тут многое случилось, пока ты спал.

Рамек напряженно оглядел избу.

— Где Милора?

— В лесу, — ответил Фернир еще мрачнее. — Лучше тебе пойти туда, увидеть своими глазами, и расспросить Грея и Виреллу, что натворила твоя ученица.

Теперь и шаман стал темнее тучи. Метнулся к двери, рывком распахнул ее и широким шагом направился к лесу. Фернир не сделал ни шага вслед за ним. Глядя на него, Ви тоже осталась в избе.

Прошло еще около трети часа, и все вернулись в избу. Впереди — пасмурный

Рамек с Милорой на руках. Женщина была в сознании. Поодаль шли Эстран и Грей. Рамек уложил ученицу на свободную лавку, выпрямился и повернулся к Ферниру.

— Какого возмещения желаешь от меня? Виру или боя?

Фернир пожал плечами.

— Немного чести, сойтись волку-воину в бою с тем, кто всю жизнь учил иное, не воинское искусство. И в серебре я жизнь своей Истинной не измеряю. Дозволь мне взять ее жизнь в отмщение. Или отдай на суд своего вождя, как положено по закону.

Милора вздрогнула, когда Фернир потребовал ее жизнь. А Рамек сгорбился устало. Будто и не спал полдня беспробудным сном.

— Не надо суда, — произнес он просительно. — Она — единственная моя отрада. Хоть и не Истинная Пара. Столько лет была рядом после смерти жены. И в деле и в отдыхе. Другой я уже не найду и не хочу искать. Оставь мне ее, молю. Откуплю, чем пожелаешь.

Фернир стиснул зубы. Зря пожилой волк опять заговорил о выкупе. Ферниру претило, что жизнь Виреллы измеряется чем-то материальным.

Но тут вперед шагнул Эстран, кладя руку на запястье соклановца.

— Вспомни, как Лорни ударила меня кинжалом. Если бы не защитный амулет Рамека, я был бы мертв. Тот же амулет был и на тебе. Тебе он не пригодился, а меня спас. Передо мной долг жизни. Сочтемся — моя жизнь за жизнь его ученицы.

По-прежнему лицо Фернира искажала кривая гримаса. Его мало устраивал любой размен, в результате которого Милора оставалась безнаказанной. Но жизнь товарища для него была не менее священна, чем жизнь Виреллы. И он нехотя кивнул.

— Наложишь на нее достойную кару.

— Будь уверен, — кивнул Рамек.

— Нам пора возвращаться. Долго медлить нельзя. К вечеру объявится дормаши. Мы должны быть готовы.

Эстран проговорил, стараясь смягчить рубленый тон товарища:

— Не найдется ли у тебя дополнительной защиты для нас, достопочтенный Рамек?

Шаман качнул головой.

— Все, что мог, уже отдал вам. Самая крепкая защита от демонических фантомов у вас уже есть.

И он указал на Волчье Пламя за плечами Фернира. Вирелла вспомнила повествование своего Истинного. А ведь и верно. Меч явился ему в момент, когда злобные призраки убивали его родных. Не помог спасти их, но помог выжить самому. Должен и впредь защищать от страшных демонических порождений.

— Благодарю за помощь и гостеприимство, Рамек, — коротко поблагодарил Фернир.

Тот кивнул.

— Благодарю и тебя, что отступился от мести. Прости, что твоя Истинная подверглась опасности в моем доме. На ужин приглашать не стану. Время и верно поджимает вас.

Они наконец распрощались, и четверо гостей покинули избу шамана. Грей тут же выпалил:

— Кто-нибудь объяснит, что такое творится? Кто объявится к вечеру и к чему надо быть готовыми?

— Позже, — бросил Фернир. — Сейчас возвращаемся в клан.

Он перекинулся, Эстран тоже. Вирелла вскарабкалась на хребет Ферниру, чувствуя странный трепет. Все же эта скачка порождала между ними какую-то необычную близость… Волнующую, несмотря на грозящую им смертельную опасность.

И когда она дотронулась до его загривка, чтобы залезть на спину, почувствовала, как огромный волк тоже встрепенулся. Для него это тоже было чем-то особенным, не просто необходимостью…

Но как только он сорвался с места, враз стало не необычных переживаний. Фантастическая скорость не оставила места для мыслей о близости. Лишь гул и суматошное мельтешение теней по бокам.

Прибыли они прямо к кромке леса. На этот раз Фернир не стал пробираться через потайной лаз подземелья. Они вошли в селение открыто. Ви ждала, что Фернир сразу отведет ее в избу. Но оборотень направился прямиком к трапезному столу.

Было время ужина, и весь клан собрался там. Ви дрогнула, когда сидящие за столом повернулись к ней. Она помнила взгляды, полные ненависти. Помнила взгляд Милоры, заносящей кинжал. Они все ненавидели ее и желали смерти.

Тут она заметила вождя Трейвора и ужаснулась. Он словно постарел на двадцать лет. Голова была полностью седой. Лицо изрезали морщины, которых прежде не было. Фернир и Эстран тоже остановились, пораженные видом вождя.

Но ее Истинный быстро взял себя в руки.

— Избранные Смелого Ветра. Прежде, чем мы вступим в смертный бой с чудовищем, я хочу вам сказать. Эта женщина — моя Истинная Пара. Кто покусится на ее жизнь — мой смертельный враг. Будь то мужчина, женщина или ребенок. Вы все видели тело Хорана. Видите сейчас его отца. Вы знаете, кто содеял это немыслимое преступление. В этих волчицах не было Проклятой Крови. Как не было ее и в тех, кого мы сейчас так называем, прежде чем они совершили страшные злодеяния. Зло не в крови, а в сердцах. Ирени и Лорни озлобились, убив родича. Да не уподобимся мы им, как не уподобимся тем, кто из мести убил своих детей. Изгоните злобу из своих сердец. Я сам дважды отказался от возмездия, на которое имел заслуженное право. Это было нелегко. Но это возможно. На нас надвигается страшная угроза. Сплотимся же перед ней и отставим прошлое в сторону.

С этими словами он взял Виреллу за руку, подошел к столу и сел — не в начале, рядом с вождем, среди дружинников. И не в конце, где сидела Ви. В середине, где сидели рядом мирные мужья и жены — парами. И сам наложил Вирелле рагу из чана.

Как только он поставил перед ней плошку, она последовала его примеру: взяла вторую, наложила и поставила перед ним. Сделав это, оба сели и приступили к ужину. Эстран и Грей покачали головами, уважительно и восхищенно. И тоже сели на свои места.

После ужина Фернир повел ее в избу. Строго-настрого наказал не высовывать носа, а сам переместил Волчье Пламя из-за плеч к поясу — чтобы не терять времени с началом боя. Рассказал Грею, чего им ждать. Велел вооружиться до зубов — благо мечей и кинжалов на стенах избы хватало. Сам тоже взял длинный кинжал. И вышел из избы, тревожно глянув на Ви.

Грей вышел с ним. Дверь плотно захлопнулась. Ви присела на лавку, жалея, что не обняла Фернира. Все-таки между ними было много неловкости и стеснения. Оба не понимали, как им вести себя друг с другом. И было не до того, чтобы в этом разбираться.

Но предстоящий бой мог стать смертельным. Ви с ужасом представила, что больше не увидит его. Что он больше не войдет сюда, не переступит порог избы. Тогда ей лучше умереть вместе с ним.

И едва ужасная мысль пронеслась в ее воображении, как дверь распахнулась… и Фернир переступил порог.

Девушка вскочила и хотела броситься ему на шею. Обнять — сделать то, о чем только что жалела. Сказать, как она хочет увидеть его живым и здоровым после этого боя. Но встретила его взгляд… и замерла на месте.

Никогда Фернир не смотрел на нее таким взглядом. Даже в самом начале, в городе. Как на цель. А следом она заметила, что у него на поясе нет Волчьего Пламени. Зато в руках — огромный хлыст. Который начал подниматься, занесенный рукой в черной одежде.