Пленница Волчьего Пламени (СИ)

Глава 27

Огонь погас. Фернир встретился с взглядом Виреллы. Как обычно — тревожным и напуганным. Он понимал ее. Не злился и не раздражался на ее страх, а старался успокоить. Когда мог.

Сейчас он сам был немыслимо потрясен увиденным. И оставил ее эмоции без внимания. Запустил в волосы широкую пятерню, прошелся по избе.

— Почтенный Рамек. Благодарю тебя за камлание. С твоей помощью духи приоткрыли мне очень важные вести. И я должен обдумать их.

Шаман фыркнул.

— Обдумывай. Но даже и мне понятно, что создатель дормаши — твой сородич. Может, ты вспомнишь, кто стоял рядом с погибшим во время его последнего боя. Ты же тоже сражался там.

Фернир мотнул головой.

— Нет. Я был в человеческих землях. Как раз там на меня напал дормаши. Через день после гибели Алмера.

Рамек кивнул.

— Самый ранний срок для сотворения призрака. Раньше он не родится. Тогда поспрашивай других воинов. Начни с моего зятя. И еще ответь на вопрос — насколько сильным тебе показался дормаши.

— Не особо, — мотнул головой Фернир. — Я справился с ним без особых усилий.

— Ответь себе самому, не мне. Ты и сам знаешь, Последний из Обреченных, что сила дормаши зависит от кровной близости жертвы и создателя. Раз фантом не показался тебе мощным, значит, убийца не был в близком родстве с жертвой. Просто один из соклановцев. Не член семьи. Должно быть, он слишком любил своих родных и не мог пожертвовать ими. А может, спешил и выбрал первого, кого было легче убить без подозрений. Ну и еще быть может, он не хотел причинять тебе подлинного вреда.

Фернир молча обдумывал слова шамана. А тот продолжал:

— Подумай еще — к кому убийца успел обратиться за наложением чар после того, как убил жертву. Мог ли это быть кто-то, кроме шаманки вашего клана. Ты остался недоволен ее вопрошанием и ответами духов. Очевидно, что создатель дормаши запутает духов и сделает вопрошание таким, чтобы не выдать себя.

Фернир вздрогнул, пробормотав:

— Если это Ирени… то вождь не мог не знать. Обращения к шаману проводятся с дозволения вождя. Иначе камлание не будет иметь силы. Она не отреклась от клана, чтобы за плату творить любую темную волшбу. Иначе на ней все видели бы метку тьмы. Значит, она подчиняется воле клана и его вождя…

Рамек негромко молвил:

— И тут возможны варианты. Либо убийца нашел шамана-отступника. Либо и верно действовал с ведома вождя. Есть еще один вариант. Разве ты испрашивал дозволения моего вождя на мое камлание?

— Но я… я думал, Эстран испросил! Когда вы ходили завтракать.

Рамек качнул головой.

— Не испросил. Эстран — мой родич. Не кровный, но отец моих внуков. Это дает ему право прямого обращения к шаману. Просить о камлании может либо вождь — за членов клана — либо родич. Напрямую, без вождя. Тогда шаман не получит метку тьмы даже за сотворение дормаши.

— Трейвор и вождь, и родич Ирени… — пробормотал Фернир. — Он тоже отец ее внуков. Как Эстран — твоих.

Рамек промолчал. Фернир вновь пересек избу из угла в угол. Милора тихо сидела на лавке, молча наблюдала, то и дело поглядывала на своего наставника — и наверно любовника — но никак не вмешивалась.

В тишине вдруг прозвучал дрожащий голос Виреллы:

— Трейвор — отец внуков Ирени? Отец Лорни?

— Лорни и Хорана, — автоматически ответил Фернир.

— Так Лорни — внучка Ирени? — продолжала говорить девушка. — А я и не поняла сразу, на кого похожа эта жуткая ведьма… Лорни… Она очень злая. Я видела, как она смотрит на меня. Будто жаждет зарубить своим мечом. И она переглядывалась с Вельди за столом. Я видела. После этого Вельди стала приставать ко мне и не давать проходу. Это Лорни ее подбила.

— Они дружны, — пробормотал Фернир. — Но с Вельди я разобрался. Дормаши — это серьезное преступление и серьезная опасность. Серьезнее, чем женские разборки.

Теперь Рамек прищурился настороженно.

— Дочь Трейвора воительница, как и ее мать?

Фернир кивнул.

— Где она сражалась во время последнего набега? И где сражался сам вождь? Узнай.

Фернир застыл на месте. И проговорил тягуче:

— Алмер входил в отряд Лорни. Она была его старшиной. Они должны были сражаться рядом.