Пленница Волчьего Пламени (СИ)

Глава 3

— Он превратился в волка! — выдохнула женщина. — И он… он…

— Овладел тобой в волчьем обличье?

— Да… Я была девственницей. В тот миг я чуяла, словно во мне самой остается громадная рана. Думала, он разорвет меня пополам… Но он выпустил меня, скатился на землю... и… и…

— Издох, — закончил он вместо нее.

— Верно. А я встала и побрела в город. Вся в крови, своей и его. Я была не в себе. Бродила по улицам и не могла даже отыскать свой дом. Меня отвели к целителям. И я рассказала все, что произошло. Стража отправилась на берег и действительно нашли труп огромного волка.

— Что с ним сделали?! — встревоженно спросил чужак.

— Не знаю. Это последнее, что меня волновало. Моя жизнь с того дня превратилась в ад. Никто не женился бы на обесчещенной — да еще волком-оборотнем! А потом я обнаружила, что понесла. Родители выгнали меня из дома. Если бы не милость брата, я погибла бы в лесу. Он всегда любил меня и не мог позволить умереть. Он очень добр к нам с Виреллой, не то что его жена…

Мужчина вновь обернулся к кровати, где лежала рыжеволосая девушка. Выродок, смесок, полукровка. Ее судьба — быть отверженной как среди людей, так и среди оборотней. Нигде ей не будет места. К тому же волчья кровь будет неуклонно и мучительно убивать ее.

Стоит ли поддаваться бесполезному милосердию или лучше последовать инстинкту, сделать то, зачем он пришел? Тогда он обретет покой… на время. А она — навсегда.

Голос женщины вторгся в его раздумья.

— Скажи… ты знаешь, что с ней? Третьего дня она слегла и не встает. Целители не могут найти причину ее хвори.

От двери вдруг снова прозвучал голос Фетмы:

— А что тут знать? Проклятый папаша позвал с собой! Отродье мертвеца долго с живыми не останется! Пускай идет — там ей и место.

— Это ты проклята, злоязычная! — выкрикнула в ответ мать Виреллы.

На этот раз темноволосый сам метнулся к двери и вытолкал сварливую бабу взашей. Не хватало еще ему бабских разборок.

— Когда у твоей дочери в последний раз случились женские дни? — задал он вопрос матери.

Та покраснела.

— Пару недель назад.

— Тогда все ясно. Ее тело требует оборота, — ответил он матери. — Ее лихорадит, оттого что волчья кровь не находит выхода.

— Оборота?! Моя Ви должна… должна обратиться волком?!

— Нет. Полукровка никогда не сможет обратиться. Волчья кровь требует того, что человечье тело не может исполнить.

— И что с ней будет?!

— Раз в месяц, в середине ее женского цикла, на нее будет находить подобная хворь. Это время, когда человечьи женщины способны к зачатию. То же с волчьими самками. Твоя дочь созрела. Самка в ней требует дать ей самца, совокупиться в истинном обличье и дать потомство. Вот только истинное обличье ей недоступно.

— И сколько это будет длиться?!

— Сколько вынесет ее организм. Рано или поздно она умрет от истощения.

Мать всхлипнула.

— Скажи, господин… Ты знаешь, как помочь моей Ви?! Ты ведь такой же.

— Как она? К счастью, нет.

— Как он. Ее отец. Я видела огонь в твоих глазах. Его глаза тоже полыхали красным, когда он… когда он…

— Изнасиловал тебя, — вновь чужак закончил фразу за нее. — Верно. Наши глаза краснеют, когда мы движемся к заветной цели. Породить потомство или уничтожить врага. Твой волк не чуял боли рядом с тобой, потому что его вел самый могучий инстинкт — передать свое семя. Он не мог надеяться, что его умирающего найдет невинная дева. И не упустил такой подарок богов. Ну а какую жизнь проживет его смесок — об этом инстинкт не заботится.

— За что ты ненавидел его? Ты ведь пришел убить Ви из-за него? Что он сделал тебе?

Оборотень сузил глаза.

— Человеку ни к чему лезть в наши дела.

— Я бы и не лезла! Но ты явился в наш дом, занес меч над моей дочерью! Хочешь убить ее за грехи отца, а она ничего не знает о них, и о нем самом! И я тоже не знаю! Будь справедлив и милосерден!

— Убить твою дочь и будет милосердием. Ты слышала, какая жизнь ей предстоит? Она не обретет ни мужа, ни детей, ибо у смесков не бывает потомства. А через несколько лет ежемесячные хвори сведут ее в могилу. Ты хочешь ей такой жизни?

Женщина разрыдалась.

— Молю тебя… скажи, как помочь моей Ви. Я сделаю все, клянусь! Что в моих силах и вне их. Должно же быть средство. Должно!

Она подняла на него заплаканные глаза. Увидела, как странная тень пробежала по его лицу. Подскочила и вцепилась ему в ворот.

— Я вижу по твоему взгляду, ей можно помочь! Скажи, как?! Как спасти мою дочь?!