Пленница Волчьего Пламени (СИ)

Глава 30

Пара мгновений безмолвия — и волчий клан разразился криками. Возмущенными, негодующими, протестующими. Вождь Трейвор тоже не мог скрыть ошеломление. Затем спохватился. Выхватил свой кинжал из ножен и ударил плашмя по ближайшему чану. Громкий звон заставил оборотней стихнуть.

— Всем молчать! — рявкнул вождь. — Кирейни, ты понимаешь, насколько серьезное обвинение выдвигаешь? Ты уверена в своих словах? Может, ты просто в горе плохо помнишь? Тело Алмера сожгли в погребальном костре. Уже никто, кроме его духа, не сможет подтвердить, был на нем твой подарок при погребении, или нет…

— Я клянусь в своих словах, — холодно произнесла вдова. — Алмера принесли в нашу избу после той битвы без браслета. Я в скорби, но не в беспамятстве.

— Я тоже могу подтвердить, — раздался другой женский голос.

Все оборотни повернулись к Тамри, которая поднялась со своего места.

— Я запомнила, что на руке Алмера не было браслета. Не придала тому значения — ибо это наследие Кирейни. Она молода и еще может выйти замуж. Тогда ей полагается принести родовой дар новому мужу. И передать их дочери на ее свадьбе. Но я смотрела на руку Алмера. Вспоминала тот браслет и думала…

Волчица осеклась, не договорив. Кирейни закончила фразу сама:

— И думала, что браслет не уберег Алмера. Я сама так думала. Но если магические вещи не защищают наших близких от смерти, то мы сами должны защитить их в посмертии. Я хочу, чтобы надругавшийся над моим мужем был наказан.

Фернир не прислушивался к шуму и спорам. Он смотрел на Лорни. Как только Кирейни произнесла слово «браслет», дочь вождя замерла и побледнела. И тут же старательно придала лицу потрясенное выражение, как у большинства.

И вот сейчас она заговорила, вступая в спор. Алмер был воином из ее отряда. Было бы странно, если бы старшина не сказал ни слова, когда речь об осквернении памяти его бойца.

— Кирейни, но как быть, если надругавшийся вор из Сынов Ледяной Царицы? Я всем сердцем скорблю по Алмеру вместе с тобой. И жажду отмщения. Но мы планируем ответный набег. Там и свершится месть.

Вместо вдовы ответил Эстран. Он, как и Фернир, пристально наблюдал за Лорни исподтишка. Ее испуг в первые мгновения, хоть и умело скрытый, не остался незамеченным матерым волком.

— Алмер был убит издалека. Метким броском кинжала прямо в основание затылка. Враг не приближался к нему. И мы быстро отогнали Сынов Ледяной. Вряд ли у них была возможность обобрать одного из двух убитых, когда вокруг было столько живых Избранных Смелого Ветра. Живых — и алчущих возмездия. А вот кому-то из своих вполне могло хватить времени снять браслет, притворившись, что помогает раненому товарищу. А возможно — даже добить. Если первый удар оказался не смертельным. Кстати, Лорни. Ты ведь мастер по метанию ножей. Никто из нашего клана не сравнится с тобой в меткости. И на межклановых состязаниях ты почти всегда побеждаешь. Что скажешь, как знаток — мог ли убийца промахнуться с первым ударом, ранить, но не убить? А потом кто-то другой добил Алмера, чтобы украсть ценный оберег из янтаря?

— Эстран! — рявкнул вождь. — Ты обвиняешь соклановца не просто в краже, но еще и в убийстве раненого товарища?!

— Боги упасите, вождь Трейвор. Я лишь спрашиваю, мог ли убийца Алмера промахнуться. Ведь метание ножей — тонкое искусство. Не так ли, Лорни?

Вновь истинные эмоции волчицы на миг прорвались сквозь маску. Фернир чуть не выругался. Друг открыто вел к тому, что Лорни лучше всех владела тем способом боя, который сразил Алмера. Она не может не насторожиться. И это спугнет ее раньше времени.

С другой стороны, если браслет найдется в ее избе, весь клан сразу вспомнит, как именно был убит Алмер. И сопоставит с воинскими навыками Лорни. Тогда вождю будет непросто отвертеться от назначения суда над дочерью. Так что матерый волк знал, что делает.

Лорни проговорила вроде бы спокойно, но Эстран и Фернир видели, насколько она пересиливает себя:

— Алмер был убит с одного удара. Ты вместе со мной и другими старшинами осматривал его тело.

— И верно, — криво ухмыльнулся воин. — И кстати, после слов Кирейни я тоже вспомнил, что браслета на нем не было. Вождь Трейвор, прими еще одно свидетельство. А ты, Лорни, сама подтвердила, что враг сразил Алмера, не приближаясь к нему. Тем выше вероятность, что похититель — свой. Избранный Смелого Ветра — как ни больно это признавать.

На этот раз оборотни не галдели возмущенно. За столом воцарилось угрюмое молчание. Свидетельств было достаточно. Все выжидающе смотрели на вождя. Решение за ним.

Трейвор не произносил ни слова. Лишь его усы подрагивали, выдавая напряжение. Эстран не собирался выпускать инициативу из рук:

— Прикажи обыскать избы воинов, вождь. Я согласен, чтобы начали с меня — я ведь тоже могу быть под подозрением.

Вождь оскалился.

— Ты-то точно прикасался к телу Алмера. И ты покидал селение вместе с Ферниром Волчье Пламя. Если именно ты похитил браслет, тебе легко предложить начать с себя. Ведь ты мог ночью встретиться с перекупщиком краденого. А сейчас выступаешь заводилой, чтобы отвести подозрения.

Эстран развел руками.

— Не очень хорошо у меня получается, не находишь? Все знают, что я покидал клан. Лучший способ отвести подозрения в таком случае — вообще не поднимать этот разговор. А я пришел сюда вместе с Кирейни и поддержал ее обвинения. Я выдвигаю еще одно предложение. Если браслета не найдется ни в чьей избе — тогда я, как главный подозреваемый, приму вызов на суд чести от любого воина, кто пожелает поддержать обвинение Кирейни. Но обыск должен стать первым шагом.

Многие оборотни — и среди них немало дружинных старшин — согласно закивали. Трейвор видел это. И больше не мог затягивать с решением.

— Да будет так! Обыскать избы воинов. Начнем с Эстрана. Пять воинов заходят в избу. А другие в это время смотрят, чтобы никто не отлучился. Всем старшинам собрать свои отряды и следить за каждым. Запрещено заходить в избы до конца обыска.

Фернир не сводил глаз с Лорни. И видел, что она никак не могла скрыть напряжение после слов вождя. Но изо всех сил держала лицо. Вместе с другими старшинами вышла из-за стола и подняла руку, приказывая воинам отряда подойти к ней.

Мирные жители тоже разделились на группки. Все пристально смотрели друг на друга. Улизнуть тайком никто бы не смог: когда волки настороже, они видели и чуяли все происходящее вокруг них.

Так, всем кланом, они направились к избе Эстрана. Седоусый волк широко повел рукой.

— Лорни, предлагаю тебе возглавить обыск. И Фернир поможет. Кто еще к ним присоединится? А я подожду вас тут.

И он демонстративно отступил к соседней избе… которая принадлежала не кому-нибудь, а Лорни!

Одинокие женщины-воительницы точно так же жили на краю селения, чтобы при нападении первыми дать отпор. И девическая у них была — которой они сами и пользовались.

Самообладание оборотицы дало сбой. Она побледнела и сжала кулаки. Маневр Эстрана был ясен. Он отправил ее в свою избу, а сам отошел к ее собственной двери. Чтобы не дать Лорни даже призрачного шанса проникнуть к себе и прихватить браслет.

Ну а на тот случай, если браслет у нее с собой, и она вздумает подкинуть его Эстрану — отправил Фернира. Тот должен не спускать с нее глаз и не дать подбросить улику.

И все это на виду у всего клана. Лорни оставалось только зайти избу в компании Фернира, невзначай вставшего с ней рука об руку. Если волчица и желала его близости — то не такой и не в таких условиях. А следом присоединились еще трое оборотней.

Впятером они тщательно осмотрели избу Эстрана. При этом Фернир не отходил ни на шаг от Лорни. Даже когда Эстран открыл Логовище, оборотень ступил на лестницу первый и галантно предложил ей руку.

— Так делают мужчины в человеческих городах, — пояснил при этом с усмешкой. — Люди называют это галантность.

— Мы не люди, мы — волки, — попыталась улыбнуться в ответ Лорни, но вышло у нее нервно и напряженно.

Она попыталась высвободить руку, но Фернир держал крепко и настойчиво. Так ей и пришлось спуститься следом, опираясь на его руку. Осмотрев Логовище, они поднялись, и снова Фернир не отходил от Лорни ни на шаг.

Не найдя янтарного оберега, «команда досмотра» вышла из избы. Эстран стоял, опираясь на косяк двери Лорни. Завидев выходящих, он выразительно отступил в сторону и сделал приглашающий жест.

— Ну что, Лорни, теперь к тебе? Чтобы ребятам не ходить далеко. С твоего позволения, заменю тебя.

Волчица фыркнула.

— Выверни карманы для начала. Ты сам признал себя главным подозреваемым — и ты единственный, кто был рядом с Алмером и после этого покидал селение. Вдруг ты улучишь момент, чтобы подбросить браслет невиновному.

Эстран усмехнулся.

— Если я покидал селение, чтобы избавиться от браслета, как же я его подброшу? А главный подозреваемый я именно из-за своей отлучки. Но чтобы душа твоя была спокойна — прошу!

И он вывернул карманы штанов наизнанку.

— Снять попросишь?

— Оставь, — бросила Лорни, стараясь звучать пренебрежительно.

И обратилась ко второй женщине среди старшин, которая тоже вошла в команду досмотра:

— Последи за ним, Алиси. Как Фернир следил за мной. Женщины тоже умеют быть «галантными».

Волчица Алиси хмыкнула.

— Послежу, — и хищно подмигнула Эстрану.

Клан знал, что когда-то у них был бурный роман. И еще с его началом боевая волчица не спускала любовнику ни малейших промахов. После расставания осталась такой же придирчивой. Поблажек от нее ждать не приходилось.

Лорни нехотя распечатала охранное заклятье избы. Пятеро воинов вошли внутрь.

Эстран и Фернир переворошили все, что можно и нельзя. Не пропускали ни ноготка внутри избы. Но ничего похожего на браслет не нашли. Когда они вышли, Лорни усмехнулась. Фернир озадаченно хмурился и не мог это скрыть.

А вот Эстран не выглядел удивленным. Он подошел к Лорни ближе и сказал:

— Ты потребовала, чтобы я вывернул карманы. У меня к тебе такое же требование. Надеюсь, ты удовлетворишь его добровольно.

— И раздеться потребуешь? — язвительно бросила Лорни.

— Не дождешься, — усмехнулся седоусый. — Только завернуть рукава.

И тогда волчица вздрогнула и побледнела, не в силах скрыть испуг. А еще потеребила черную оплетку на поясе поверх рубахи.

— Зачем мне заворачивать рукава?

— Что у тебя там?

Эстран указал на левое запястье волчицы, на котором сквозь рубаху просвечивал широкий браслет. Та возмущенно взвизгнула:

— Это оберег от моей матери! Память о ней! Я ношу его с младых лет, и весь клан видел его на мне!

Эстран пожал плечами.

— Прекрасно. Значит, ты не побоишься показать его всему клану. Или боишься, Лорни?

Волчица фыркнула негодующе, и закатала рукав. Руки у нее дрожали — от страха или возмущения, оставалось только гадать. Все оборотни уставились на браслет из скромной берестяной оплетки.

— Убедился? — бросила Лорни и опустила было руку.

— Погоди минутку.

Эстран вынул что-то из кармана и вложил в руку Ферниру.

— Ты видишь то же, что я?

Оборотень сжал то, что дал ему Эстран, и посмотрел на запястье Лорни с оберегом. Его глаза изумленно округлились. Седоусый тут же забрал у него то, что дал, и подошел к Алиси.

— Теперь ты возьми и посмотри на руку Лорни.

Волчица исполнила требование. И воскликнула потрясенно:

— Не может быть… Это же…

Эстран кивнул, не давая ей договорить, и передал свой загадочный предмет еще одному воину. Лорни поспешно опустила руку, сбрасывая вниз рукав рубахи. Эстран молвил, повысив голос, чтобы его слышали все оборотни:

— Обереги бывают разные. Есть защитные. Как тот, что мы ищем. И тот, который, по словам Лорни, подарила ей мать. А есть и для отвода глаз. Вожди запрещают шаманам делать такие — чтобы не плодить обман и заблуждение внутри клана. Но иногда шаман может нарушить запрет. А есть амулеты, которые напротив, снимают иллюзии. И вот вчера я как раз ходил к шаману другого клана за одним таким амулетом.

Он поднял вверх руку с небольшим камушком.

— Я мог бы передавать этот амулет каждому в клане, чтобы они посмотрели на руку Лорни и увидели, что она на самом деле там носит. А могу сделать по-другому.

Он подскочил к волчице и внезапным ударом кинжала рассек ее пояс. Затем мощным рывком отодрал рукав ее рубахи, обнажив руку с оберегом матери. И все оборотни увидели вместо скромного берестяного браслета — широкий кожаный, с крупными янтарными каменьями.

А в следующий миг Лорни выхватила свой кинжал и вонзила в грудь Эстрану.