Пациентка по межзвездной переписке

Глава 47

Наш полет протекал спокойно.

Днем мы гуляли по палубе, наблюдали за нелюдями, обсуждали расы... ну, мужиков, в общем. Хвосты, уши, большие волосатые руки, от которых Ками приходила в восторг, а меня и Пети просто трясло от отвращения.

А еще нашелся автомат с бесплатными коктейлями и столики... Но чуть подальше от экранов. Так что вечерами мы продолжали смотреть романтические фильмы, потягивая соки.

Наверное, это время я могла бы назвать самым счастливым в своей жизни. И пусть мы ютились в маленькой каюте, и на завтрак, обед и ужин были белковые бульоны. Но... Я словно выбралась из скорлупы и, наконец, смогла увидеть внешний мир — яркий и такой неоднозначный. Шумный, людный и пахнущий неведомыми ароматами. И даже спина стала меньше болеть, или я перестала обращать на нее внимание. Не до того было.

Осмелев, я стала кататься на лифте и останавливаться на разных палубах. Выходила и прогуливалась по длинным коридорам, оценивая интерьер и обитателей кают. Это вовсе не возбранялось. Да и девушка в инвалидном кресле никому не была интересна.

Каждый день по новому ярусу. И вот сегодня я добралась до самого нижнего. Корабль, замедляя ход, приближался к системе Альтаме, все тех же расзнов. Высадка пассажиров предполагалась именно с этой платформы, что подогревало мой интерес. Ведь я могла высунуть свой любопытный нос из люка и хоть одним глазком взглянуть и узнать, какие они инопланетные порты. Уж явно не такие, как на нашей Церере.

Одно огорчало: ни Ками, ни Пети мой энтузиазм не поддержали. Засиделись мы ночью за просмотром фильма, и теперь эти две лентяйки отсыпались.

Но я просто не могла упустить такой шанс.

Проехав по длинному коридору яруса, я высмотрела впереди у люка группу нелюдей. В основном — зеленокожие. Двое мужчин и группа женщин с детишками. Так же чуть в сторонке стоял низкорослый коренастый нелюдь в возрасте с густой бородой до талии. Из-за огненно-рыжего цвета эта самая борода морковку напоминала, что придавало мужичку совсем уж комичный вид. Хотя, конечно, я была предвзята.

Просто его так обозвала Ками. Я видела его раньше — на палубе. Он уже несколько дней присаживался за столик недалеко от нас и смотрел на экран. Всегда какой-то грустный и слегка потерянный.

Краснобородый скользнул по мне взглядом, задержался в районе ног и отвернулся. Мне показалось, что ему любопытно так же, как и мне. Видимо, люди для него были в такую же диковинку.

Не знаю, что мною двигало, но я пристроилась за его спиной. Крейсер продолжал замедлять ход.

У главного люка появились два стюарда и противный док, который старательно делал вид, что не замечает меня. Дается мне, он до сих пор находился под впечатлением от встречи с хронами.

Я же... А я после этого будто окрылилась. Вдруг исчез привычный страх. Я ведь теперь знала, что есть те, кто постоит за меня. И это не только мой сильный папа. Он, к слову, уже несколько дней как ужом крутился вокруг мамы, у которой начался токсикоз. Как она страдала. Спасали бульоны, а еще те самые бесплатные коктейли. Теперь и отец носился за ними к автомату даже по ночам. Скупались овощи и фрукты.

А еще наш гордый папочка, думая, что мы не видим, уже искал себе работу на планете Зилфа.

Каким-то образом он отыскал их базу с вакансиями и активно рассылал заполненные анкеты. Судя по тому, как спокойно он стал позволять тратить выделенные Маэром галы и с каким рвением кормил маму полезными вкусностями, у него все было схвачено.

Легкий толчок вывел меня из задумчивости.

Крейсер издал шипение, и над внешним люком загорелось зеленое табло.

— Самира, вы сходите? — Обернулся ко мне огненобородый. — Почему с вами нет сопровождающего? Вы ведь не способны ходить, верно?

Моргнув, я даже не сразу поняла, к кому он обращается и о чем он вообще.

— Нет, я просто хотела посмотреть, как там все, — кивнула я в сторону выхода. — Любопытно, никогда не видела космопортов в иных системах.

Он удивился, моргнул мне третьим веком и вдруг улыбнулся.

— Стоянка продлиться час по системе времени расзнов. Я тоже решил прогуляться. Развеяться, уже двадцать дней в пути, устал от однообразия. Не хотите пойти со мной?

Открыв рот, я не знала, как быть. Нет, ну конечно, опасно. И глупо, и вообще...

— Не переживайте. Выходя, мы отметимся у ответственных за посадку. Стюарты никуда не полетят, пока мы не вернемся. Конечно, если задержим вылет, нам придется заплатить штраф за срыв расписания, но уж точно нас не оставят здесь.

Я всё еще страшно сомневалась. Так хотелось, но внутренний голос сварливо напоминал, что нельзя разговаривать с незнакомцем.

Как говорится: и хочется, и колется, и папа не велит.

— Вы с сестричками часто сидите вечером за столиком, — он улыбнулся шире. — Не бойтесь, у меня есть дочери помладше вас. Просто я ужасно не люблю одиночество. Не переношу его. Да и гулять там, разговаривая сам с собой... Это ужасно!

Вздохнув, я покосилась на стюардов. Они о чем-то переговаривались. Один из них поднес к губам средства для связи, но не успел ничего сказать... Двери небольшого служебного лифта раскрылись, и вышел наш стюард — Алэр Тье.

— Я думаю, мне стоит спросить у него, — я показала бородатому дядечке на него пальцем.

— Конечно, — он кивнул и как-то шустро пристроился за моей коляской.

Склонился, подвел рычажок тормоза и взялся за ручки. Так обыденно и легко, без смущения. Как будто делал это много раз. Знал, что и как. Моему недоумению не было предела. Поняв это, бородач сконфуженно поджал губы.

— Простите уж меня, милая девушка, но... — Он тяжело выдохнул. — Я не случайно на вас внимание обратил, а сегодня будто сам космос сжалился. Была у меня дочь. Старшая. Знаете, как бывает: вроде и не планировал детей, а оно раз... Мы с женой сначала растерялись, а к концу срока радостно выбирали место для кроватки. — У него в этот момент так глаза заблестели от влаги, что стало понятно: ничем хорошим рассказ его не закончится. — Она родилась слабенькой. Доктора делали, что могли, но... Генная поломка, просмотрели во время обследований. Это как приговор. Врачи давали ей всего три года, а она была настоящим бойцом. Прожила девятнадцать. Тебе ведь примерно столько же? — Я кивнула, чувствуя, что ком в горле становится. — Она также передвигалась в коляске, жутко не любила все эти магнитные доски. Я обещал показать ей мир. Красивые города. Погулять с ней... Не вышло. Не успел я денег на путешествие скопить, все на ее лечение уходило. А сегодня... Сегодня годовщина со дня ее смерти. Вот и хотел прогуляться, как будто с ней...

— Мои родители тоже все на меня тратят. Перед сестрами стыдно, — негромко пробормотала я. — Из-за меня у них будущего нет.

— Какая глупость, — он взглянул на меня с укором. — Пойдем, дитя, погуляем, поговорим по душам. Иногда лучший собеседник — случайный незнакомец.