***
Странно, но, увидев наконец место, где будет стоять наш дом, я словно ожила. Крылья за спиной выросли. Я точно знала, что никогда ни при каких условиях не дам Нуму продать участок. Даже пригрозила, что упрошу Астру и Мити мне отрезать ноги, пока он спит.
Нум, конечно, счел это за шутку, но, судя по тому, как сдвинулись к переносице его брови, он осознал, что я вполне решительно настроена.
Вот теперь я окончательно поняла — долетела!
И не просто на другую планету прибыла. Нет, в новую жизнь! Где у меня уже есть любимый и самый лучший во вселенной муж, который меня никогда не бросит в беде.
Я словно вышла за порог своего дома и осмотрелась.
Жизнь больше не плелась вслед за сестрами. Я не зависела от их желания возиться со мной и тратить свое время.
Нет. Я была вольна сама решать, чем заняться и куда пойти.
Больше никто не проникал в мое личное пространство, не диктовал свои условия, желания, не навязывал мнение.
Нум сидел за своим рабочим столом. Изучал файлы. Все такой же напряженный и неулыбчивый. Но это до того момента, как его взгляд не натолкнулся на меня.
Он мгновенно преображался. Становился нежным и мягким.
Да и мне быстро нашлось чем заняться. Смекнув, что муж погряз в своих делах, вооружилась планшетом и принялась искать дизайн дома, который устроил бы нас обоих. Отчего-то мне казалось, что и в этом вопросе мое мнение будет решающим.
Я листала картинки, вникая в прайсы. Изучала материалы. Отмела сразу бассейн, просто взглянув, во что он нам обойдется. Река есть... Это куда лучше. Соорудим мостик.
Удобно и сидеть на нем можно. Загорать.
Красота.
Покусывая губу, я увлеченно копировала все в папочку.
— Лиля, будь добра, принеси нам обед, — не отрываясь от монитора, попросил Нум.
— Угу, — отложив планшет, я направила коляску из отсека.
... Передвигаясь по коридору, все прокручивала в голове отобранные модели. Нужно было все же у Нума спросить, каким он видит наш дом, а то, может, у нас вкусы не сходятся. Да и я совсем не знаю, что он предпочитает.
И что ему сейчас брать? На обед.
Остановилась. Я же не спросила, что он будет. Принесу, да не то.
Мысленно обругав себя за рассеянность, завернула коляску обратно...
И не зря... Злость взяла, стоило мне вернуться.
— Нет, дед, она вышла, — услышала мужа из отсека.
Замерев за широкими дверями, прислушалась.
— Ты проверил клиники из списка, что я тебе дал? — и этот голос был мне знаком.
Сжав ладонь в кулак, выдохнула.
Так нечестно.
— Проверил. Ничего, за что можно было зацепиться. Обратил внимание только на цены. Столько у меня нет... — Нум устало выдохнул.
— Участок?
— Лиля не даст продать. Так и заявила: отрезай ноги.
— Нет, нет, даже не думай. Галы всегда можно заработать, а вот родные ножки уже не вернешь. Операция, только если грянет еще один кризис. Да и то... Будем спасать до последнего. Ладно, ваш не продать, так может наш?
— Нет, дед. Жена моя - разбираться мне.
— Ха, — я услышала весьма высокомерный смешок. — Кольцо на её пальце, а значит, девочка - моя неи. И как старший в семье, я буду решать, кто и что продает. Хотя, может, выкрутимся... Рыскай, Нум. Ищи! Зови братьев. Хватит тащить всё одному. Порой твой характер играет с тобой злую шутку. Лэксар обязан тебе жизнью своей Астры. Это ты смог выходить её после облучения. Да и лицо его истинное ты ей показал. Вот и пусть расплачивается. Садится рядом с тобой и рыскает. Ищет хронов, они лучше знают, где их лечат. Где Маэр и Лукер? Почему я не вижу их рядом с тобой?
От такой тирады у меня бровь приподнялась. Астра была на грани смерти? И нам ни слова?
— Дед, я справлюсь сам... — в голосе Нума я слышала отчаяние.
— Тебе сказать, сынок, куда гордость свою засунуть? Я тебя растил как старшего. Учил. А ты что творишь? Ты какой пример остальным показываешь? Семья превыше всего. Горе одного — это горе семьи. Когда Астре грозила смерть, Лукер без вопросов пошел рисковать своей шкурой. Потому что девочка — часть семьи. Душа Лэксара, и без неё ему конец. А что, твоя Лиля не достойна быть любимой всеми? Или ты не настолько её любишь? Ты настолько ревнив? Кольцо уже на её пальце. Выдохни!
— Не дави на больное, дед! — неожиданно вспылил муж. — Я её больше жизни люблю. И я не хочу, чтобы она видела, насколько всё плохо. Хочу покоя для неё. Пусть она никогда не узнает, что я чуть не потерял её во время операции. Не хочу, чтобы она видела меня слабым. Я не проиграю, дед... Не проиграю!
— Ой дурак, — пожилой мужчина выдохнул. — Сам такой же. Чего уж. Послушай, неи. Не тот случай, чтобы таиться. Я её попросил из отсека убрать, чтобы не слышала, как я тебя словно мальчишку отчитываю. Нельзя ронять мужа в глазах жены. Но послушай меня. Время поджимает. Зараза вырвалась раз, она размножается. И это просто вопрос времени, когда случится следующий кризис. Береги её от всего. Никаких плохих эмоций. Убери от девочки все раздражители.
— Я убрал, — Нум тяжело выдохнул. — Поэтому в помощь звать никого не стану. Она не должна ничего понимать...
— Нум, послушай меня, не вывезешь один. Ты с таким объемом информации, что нужно переработать, спать когда будешь?
— Потом, когда моя жена будет здорова.
— Нум, внучок...
— Она ничего не должна знать! — мой орш срывался.
Я слышала это в его голосе. Он был на грани.
Улыбнувшись, я покатила коляску вперед.
— Поздно, любимый, я уже знаю, — оповестила о своем присутствии с порога. — И не позволю тебе доводить себя до нервного истощения. Я сильнее, чем ты думаешь, родной. Я с детства живу с мыслью, что завтра меня может уже не быть. И справляться с этим мне позволяет мысль, что здесь и сейчас я живая и небеспомощная. Насколько я понимаю, простая ампутация ног может не сработать?
Он растерялся, открыл рот и уставился на меня.
— Дедушка? — позвала я, кажется, своего союзника.
— Да, моя смелая неи, это полумера, которую можно избежать.
— Так, а что нужно? — я подъехала к столу и, упрямо выставив подбородок, уставилась в монитор.
— Молодец! Вот такой я и видел тебя на тех видео, что Нум показывал. Смелая девочка. А нужно, хорошая моя, отыскать клинику... Черную, где лечат хронов, и связаться с их врачами.
— Участок я продавать не хочу, есть ещё возможность найти средства? — спросила в лоб.
— Наш участок... — начал было пожилой сакали, но я покачала головой.
— Нет. Ещё варианты?
— Найдём, — он кивнул своим мыслям. — А пока помогай мужу. Открою тебе секрет — он не умеет звать на помощь. Всё всегда тащит сам. Загибаться будет, но ни словом не обмолвится.
— Я это запомню и буду следить за ним в оба, — протянув руку, я накрыла сжатый кулак Нума. — Мы не проигрываем, так ведь?
Он слабо кивнул и улыбнулся.