Глава 9 Тринадцатый этаж

Второй сюрприз за день случился буквально сразу, не успел вернуться к офису. К центральному входу подрулил чёрный бронированный автобус. Задние дверки распахнулись, изнутри на свет божий выглянул боец в маске, в полной боевой раскладке спецназа. Я растерянно остановился. Из дверей здания выбежал Уорик и быстро запрыгнул к товарищам в кузов броневика. Дверки захлопнулись, машина рванула с места, что говорится, в неизвестном направлении, свернув на ближайшем перекрёстке.

— И что бы это значило, Генрих?

— Тебя полковник ждёт, — швейцар проигнорировал вопрос. — Давай, пулей к нему.

Индикатор, тот, который метр ниже шеи, подсказал — экстренное отбытие группы спецназа каким-то образом связано с Марго и госпиталем. И это не мог быть «побег» капитана, значит случилось что-то ещё, не менее интересное. Попытался вспомить все дела, по которым Гриссом мог устроить сыр-бор. Ничего не вспомнил, впрочем, полковник с минуты на минуту сам всё расскажет.

Наш офис занимает половину тринадцатого этажа. Начинается с большого холла: в него выходишь сразу из лифта. С первого взгляда кажется, что попал в чью-то квартиру. Тут тебе и диван, и журнальный столик с креслами и, самое интересное, бар. За стойкой скучает Катерина, она принимает редких посетителей, исполняет функции секретаря на предмет вызвать кого и, само собой, барменши, угощая заблудившихся или редких клиентов в ожидании сотрудника КГБ. Да мы и сами временами не прочь отдохнуть в холле. На сей раз встревоженное лицо Катерины не оставляло возможностей переброситься парой слов, а то и приложиться к стопочке коньяку. Она, только увидела меня, сразу кивнула головой в сторону стальной двери, за которой располагается наше всё. Дверь приоткрыта — о моём появлении в офисе знали, так что без предварительной проверки (мы на неё и так часто плюем, если честно), шмыгнул в длинный узкий коридор и сразу помчался к кабинету Гриссома.

Прозрачная стена, такая же дверь. Полковник следит за моим продвижением по коридору, при этом часто поглядывает на голографический монитор. Как только я вбежал в кабинет, он молча кивнул головой, мол, присоединяйся.

Я упал локтями на столешницу стилизованного под старину стола. Трансляция шла от той группы спецназа, что при мне отъезжала от офиса. Поначалу только безжизненные маски бойцов. Через пару минут Гриссом переключил режим и изображение распалось на четыре, одно из которых транслировалось из кабины броневика.

— Что у нас?

— Из госпиталя поступило интересное сообщение. Кое-что их смутило, — не отрывая взгляда от картинки, ответил Гриссом.

— Это касается Марго?

— Да, они отправили нам образцы. Результаты исследований прислали по электронной почте. Ты как раз разговаривал с капитаном Винсент.

— Понятно. А спецназ?

Вопрос остался без ответа.

Всё-таки Марго на «Одине» что-то подцепила.

На экране тем временем начали происходить события, которые оправдывали спешку спецназа. Броневик вырулил на узкую улицу, с невысокими домами, первые этажи которых занимали небольшие магазинчики и бутики. Когда я возвращался из госпиталя домой, здесь и шёл. Пешеходов мало, транспорта тоже немного. Улица, худо-бедно, просматривается на пару-тройку кварталов. Вот и нужный нам фургончик, с красно-белыми полосками, вырулил из-за угла за пару перекрёстков от нашего, завернул навстречу. Вокруг тихо и спокойно. Казалось, ещё немного, спецназовцы встретят груз, и можно трубить отбой. Я уже начал коситься на великого перестраховщика Гриссома, как всё изменилось кардинальным образом.

На первом же перекрёстке, почти вплотную к броневику, игнорируя красный сигнал светофора, откуда ни возьмись, появился небольшой белый фургон без опознавательных знаков, перекрывая видимость и возможность двигаться дальше. Водитель вжал педаль тормоза, камеру метнуло вперёд, чуть не ударяясь о лобовое стекло.

— Что за ерунда? — воскликнул водитель и нажал на клаксон.

— Как вовремя, — пробормотал полковник.

— Все на выход! — отдал команду лейтенант Сайдл, и тут же выскочил из броневика.

Он обогнул фургон и побежал к следующему перекрёстку, где ещё один фургон, близнец первого, перекрыл движение машине из госпиталя. На встречной полосе водители постарались побыстрее унести ноги и колеса. Кому не повезло, спешно покидали свои машины, оставляя их где придётся.

Уорик подбежал к кабине фургона, перекрывшего ход госпитальной машине, распахнул дверь — внутри никого. Тогда он обогнул фургон, и перед нами с Гриссомом предстала нерадостная картинка: двери «скорой помощи» раскрыты, водитель, он же курьер, лежит под колёсами, без сознания. Кто-то из спецназовцев забрался внутрь медицинского фургона, полковник тут же переключился на его камеру. Нападавшие знали, что надо было забрать и знали, где оно находится. Внутри не было ничего перевёрнуто, вещи остались лежать там, где располагались первоначально.

— Водитель жив, — в водительском окне появился боец, проверявший единственную жертву нападения, — его оглушили.

Хоть здесь без жертв обошлось, я тихо выдохнул.

— Груза нет, — доложил спецназовец, закончив рыться внутри фургона.

Подъехал полицейский джип с включеной мигалкой. Вслед за ней к месту происшествия подъехали ещё два экипажа. Уорик снял каску, повернул камерой к себе.

— Полковник, мы опоздали. Образцов нет.

— Возвращайтесь, лейтенант, — ответил Гриссом. — Пусть полицейские приведут там всё в порядок.

— Есть!

— Вот такие дела, Крис, — предварительно вырубив монитор, полковник откинулся на спинку кресла.

— Происходит что-то, о чём мы не имеем ни малейшего понятия? Кто-то украл у нас образцы, значит, что-то в них есть интересное. Я не буду спрашивать, откуда о них узнал противник. Откуда ты узнал, что будет нападение, полковник?

— Чуть-чуть опоздали, — Гриссом взглянул на меня и подвинул по столешнице свёрнутый вдвое лист бумаги. — Читай.

Интересный способ обмена информацией. Старый, как мир, и ненадёжный. Хотя, как посмотреть. Электронная почта порой тоже бывает небезопасна. Содержимое письма оказалось, не побоюсь этого слова — ошеломляющим.

— Интриги мадридского двора, не меньше, — я посмотрел на полковника. — И ты этой писюльке тут же поверил?

— Как видишь, да.

Здесь не поспоришь, но чтобы вот так взять и поверить бумажке с напечатанным предложением: «Образцы будут похищены!» без уточнения что, где и кем. Предупреждение отпечатано на принтере, наверняка чужом, если отправитель не дурак. Я эту записку сразу выкинул бы в урну.

На скептический взгляд полковник ответил действием: пододвинул ко мне ближе конверт, на котором написан адрес Комитета. В углу конверта стоит печать почтовой службы Гранд-Хотеля. Имени отправителя не было — неизвестный предпочел остаться анонимом.

— Должен был среагировать, — будто в оправдание, продолжил Гриссом. — К тому же всё сходилось. Другой вопрос: кто это отправил. Я послал туда Григория, он должен разобраться. Как только от него придёт сообщение…

— Полковник, только не говори, что меня туда пошлёшь, — я отстранился от стола и подозрительно уставился на шефа. — Ты дал мне отпуск.

— Сам явился, — Гриссом философски пожал плечами, — так что впрягайся в работу.

Я взял тайм-аут, уселся на стул.

— Про Гравза что-нибудь удалось узнать?

— Не много. Лейтенант Сайдл как раз рассказывал то, что ему известно, а потом решил поучаствовать в операции с курьером. Скоро явится, может ещё что дополнит. Полгода назад, до вступления в отряд, Гравз работал охранником КТК. Отпустили его оттуда «с миром», он работал там не больше четырёх месяцев. Конфликтов не было. Сам с Фронтира, но нужно изучать документы, что он там делал и чем занимался. Впрочем, думаю, в полиции в своё время бумажки изучили досконально.

Мы посидели молча, думая каждый о своём. Впрочем, у меня мыслей никаких не было. Хотя нет, не выходила из головы Марго — что с ней случилось на самом деле? Чем заразилась таким, что некто неизвестный решил украсть образцы? Эдак получится, что и в офис могут заявиться за электронной документацией. Там ведь тоже показания и выводы такие, что могут вывести на людей, желающих скрыть случай с пропажей людей на «Одине». Уверен, всё это взаимосвязано.

Первый, и главный подозреваемый в деле лайнера — Космическая Торговая Компания. Вилами на воде, конечно, писано. В реальности всё может оказаться совсем не так и КТК тут вовсе ни причём. Честнейшие люди, белые и пушистые. Только вот почему-то не верилось в их невиновность. Пусть не вся КТК. Пусть даже не всё её представительство на Олимпике в этом замешано, только часть. Кто ещё, если подумать, может нанять людей для таких точечных операций, как, скажем, похищение образцов? Внедрение сотрудника службы безопасности в полицейский спецназ. Да и вообще, такая куча дел вырисовывается, что страшно от одного перечисления становится. Хотя это только, чую, вершина айсберга. На всё это нужно хорошее финансирование, комплектация и разведка. Кроме КТК никто не подходит. Остальные возможные фигуранты слишком мелки для таких дел. Или наша служба работает из рук вон плохо, что проглядела крупного игрока.

Одним словом, вопросов много, в качестве ответов одни догадки и ничего конкретного.

Из задумчивости вывел озабоченный голос Гриссома:

— Как интересно. Кто-то и нами серьёзно занялся.

— Что такое?

Взгляд, вслед за линией внимания Гриссома, переместился в коридор. Над входом в небольшой закуток системщиков мигал красный огонёк. Вот это уже серьёзно. Сигнал на моей памяти срабатывал всего два раза, и то меня в это время в офисе не было. Да и давно это было.

— Пошли, глянем, — Гриссом сорвался с места. — Это, скорее всего, по тому же делу.

Я вжался в стену, пропуская полковника.

Мы ворвались в кабинет системщиков. Двое молодых парней ожесточённо передвигали на большом голографическом экране, не уступающим размерами главному корабельному, окошки с данными, изображениями, графиками и прочей понятной только им информацией. На взгляд непросвещённого казалось, что они играют в некую игру, пользуясь служебными данными. Третим был Веллер, чуть моложе Гриссома и с рано облысевшим черепом. Он озабоченно вглядывался в плоский монитор, повернутый от входа так, что никто не мог видеть, что там происходит. За спиной главного системщика на стене висит портрет хмурого дядьки в древней фуражке и таком же древнем кителе. Казалось, он пристально наблюдает за действиями Веллера. Яркая особенность — заостренная борода. Как-то интересовался, что за персонаж. Системщики мудро ответили, мол, основоположник. И всё, подробностей никаких, только странное имя — Феликс.

Никто из троих на наше вторжение не отреагировал, пока Гриссом не задал вопрос:

— Что происходит?

— Красная лампочка горит, шеф, — отозвался Веллер. — Кто-то пытается влезть в нашу систему. Атака на сей раз профессиональная и многослойная. Нам пока пока удаётся сдерживать их. Вот, пытаюсь выяснить, кто это.

— Успехи есть? — Гриссом подошёл за спину Веллеру и внимательно всмотрелся в показания. Я даже дёргаться не стал, остался у входа. Всё равно ничего не пойму.

— У них тоже защита ого-го, — ответил Веллер. — Я не могу пробиться дальше буферного сервера.

— Что это означает?

— Попасть на буферный сервер можно откуда угодно, хоть с космодока, но, чтобы вести с него такую мощную атаку… Боюсь, без помощи тут не обошлось.

Ключевые слова были сказаны, рука непроизвольно потянулась к кобуре с пистолетом, правда, вовремя вспомнил, что не вооружён. Вопросительно уставился на полковника.

— Сколько сможете продержаться? — спросил тот.

— Сложно сказать, — поморщился главный системщик. — Пробовали и так, и этак… Но пока глухо. Они легко пробили основную защиту, перекрыли порты…

— Гриссом, — решился оторвать того от интереснейшего занятия, — пойду, проверю вокруг сервера всё, ага?

— Вместе пойдём, — шеф, наконец, оторвался от созерцания монитора, всё равно ничем не мог помочь.

— Ага, давайте, — напоследок кинул Веллер, — может, найдете что-то такое… необычное.

— Насколько необычное? — спросил я, когда мы вышли в коридор.

— Понятия не имею, — Гриссом пожал плечами. — Могу одно посоветовать — увидишь что-нибудь подозрительное, наверняка не наша система.

— Угу, — как будто я и в проводах разбираюсь.

Буферный сервер соединяет наш офис с миром, как можно догадаться. К тому же, и это наверное, минус, он общий на всё здание. Не нужно спрашивать, почему так получилось, и почему мы не поставили своего отдельного сервера. Сейчас не до того. Вооружившись «сонными» пистолетами, мы с Гриссомом покинули офис под изумлённые, а кое-где испуганные взгляды немногочисленных сотрудников, среди которых не оказалось ни одного оперативника. По пути Гриссом отдал приказ Катерине, объявить о ситуации другим службам. Атака шла на Комитет, вряд ли кто-то ещё ощутил что-либо серьёзное, такая вот фишка в буферном сервере. Хотя кто-то мог «почувствовать» отголоски.

Специальное помещение с температурным режимом, похожее на серверную в любой уважающей себя организации, только если там серверов много, у нас только единственная прямоугольная коробочка мигает разноцветными лампочками. Вокруг — чистота, порядок и прохлада, словно в холодильнике. Вход — единственный, его по очереди охраняют ребята из работающих в здании фирм. Наши чаще, но только не сегодня. Тем не менее, когда мы с Гриссомом появились у помещения, дверь в него была вскрыта, а два охранника из туристической фирмы терпеливо топтались рядом.

— Что ж, Крис, — сказал полковник, — давай искать то, чего здесь не должно быть.

Зря вызвался сходить посмотреть. Как тут можно заметить что-то чужое? Вот коробочка, все провода спрятаны под ней, идут по кабинетам, вмурованные в бетонные стены. Да и проникнуть сюда невозможно, разве что кого-то перекупили. Тем не менее, осмотрели помещение в поисках следов, потом занялись сервером на предмет не прицеплено ли к нему лишнего. Тут без помощи специалистов не обошлось, пришлось звать системщика от соседей. После небольшого осмотра, тот вынес вердикт: чисто.

— Атака продолжается? — связался с Веллером полковник и, получив ответ, приказал: — Вырубай сервер!

— Но…

— Вырубай! — голос Гриссома приобрёл стальной оттенок.

В следующий миг десяток организаций во всём здании был окончательно отрезан от мира.

Загрузка...