Никто и звать никак

Глава 28

Проснулась я с первыми лучами солнца и долго валялась в кровати, наслаждаясь её мягкостью и чистотой белья. Окно в комнате было открыто, от нежданных посетителей защищено тонкой решеткой, а от мух и прочей летающей дряни — прозрачной шелковой сеткой с мелкими ячейками.

В доме стояла тишина, только где-то на улице изредка взбрёхивала дворовая собака. Но не слишком громко, так, скорее — для порядка. Навалявшись всласть, я решила не дожидаться горничной. Оделась сама, расчесала волосы и наконец-то разобрала их у зеркала на четкий пробор, скрепила два густых хвостика кожаными шнурками, заполнила сетку для волос шарфом и надела тот самый золотой обруч с тонкой фатой. Зеркало в комнате было просто роскошное, в полный рост, в широкой бронзовой раме с завитушками. Мне по-прежнему было интересно смотреть на себя. Голышом я не представляла чего-то особенного, так, тощенькая девица со слабо развитой грудью. Думаю, нормальная сытная еда это быстро поправит. А вот в одежде я рассматривала себя достаточно пристально. Платье нужно менять, и — срочно! Никакие шелковые шарфы не спасают положение полностью. Это платье шито на женщину с третьим номером, не меньше, оно мне великовато и это сильно заметно. Я похожа в нем на девочку подростка, которая утащила на примерку мамино одеяние. И серьги из клада тоже слишком взрослые и шикарные. На лето, на будни, стоит выбрать что-либо попроще. Но и совсем без украшений не обойтись.

Об этом я и говорила с Ригером за завтраком, оставив горничную в недоумении. Ей трудно было понять, как это барышня одевается сама, без помощи.

Девятый день периода был выходным. Ну, у свободных людей. У рабов выходных не бывает.

Руфа сообщила мне, с некоторым удивлением, что у нее выходные будут, когда закончится наша аренда. Она специально искала такую работу, чтобы копить дни и, изредка, навещать в деревне свою семью. А в выходной в городе устраивают самые большие торги, для приезжих купцов и местных.

Девятый день — это сегодня, так что тут нам с Ригером повезло. Ему тоже нужно купить багаж, обязательно плащ в дорогу, сменное белье и прочее.

Белилами я утром пользоваться не стала. Боязно портить хорошую кожу. Припудрила лицо и решила, что поищу на рынке крупу. Ну, где-то я читала про рисовую пудру. Думаю, любая белая крупа для этого подойдет. Ждать, пока появятся прыщи от местной косметики я не хотела.

Рынок, куда мы пришли с Ригером был просто огромен.

Тогда, с моря, городок показался мне маленьким, это потому, что он был изогнут и большая часть его скрывалась за лесным массивом. Порт был лишь четвертью города.

В Катиро, так он назывался, было большое количество лавок и магазинов, но в основном продуктовых. И мастерские по пошиву одежды, обуви, изготовлению оружия. При них тоже были маленькие лавочки. Остальным торговали в месте под названием «Ярмаан». Чем-то мне это слово напоминало русское — ярмарка. В выходной день все лавочники и владельцы мастерских спешили на Ярмаан.

Ряды делились на железные, глиняные, меховые, ювелирные, кожаные… Стройными параллельными рядами уходили в даль навесы. Их была масса. Но, чтобы дойти до них следовало пройти через центральную площадь. Здесь располагались рабские торги. Меня замутило…

— Калина, возьми себя в руки. Если хочешь — мы сейчас же уйдем…

— Нет.

Сдаваться я не собиралась. Несколько раз глубоко вздохнула-выдохнула, крепко взяла Райгера под руку и мы пошли вглубь огороженной территории. Я не поднимала глаз от земли, Райгер уверенно вел меня между рядами. Я понимала, что ничего изменить не могу, но и видеть это было выше моих сил…

Райгер договорился с владельцем конторы доставки. Таких на рынке было всего две, и они держали одинаковую цену. Райгер объяснил, что за вещи ответ несет хозяин, и тут можно не опасаться воровства.

— Ты уже бывал здесь раньше?

— Да, в прошлом году провел в городе два дня, пока искали посредника. Что-то там у Забо не срасталось с продажей, и он оставил двоих сторожить товар, а сам прибыл сюда. Со мной в качестве телохранителя.

К нам приставили трех крепких мужиков с большими плетеными корзинами за спиной. Корзины были одеты на манер рюкзака и снабжены широкими кожаными лямками. Сперва они шли по пятам, потом один из них остался стоять на краю тканевого ряда с парой больших сундуков, а двое продолжили сопровождение. Одежду Ригеру мы купили достаточно быстро. Так же, как и мне. Готовые платья все шнуровались или на груди, или по бокам, Ригер просто промахнулся с размером. Я купила пару льняных и пару шелковых платьев на лето, тонкое и красивое шерстяное для холодов и очень нарядное бархатное, глубокого зеленого цвета с золотой вышивкой. Больше брать не стала. Мода может отличаться деталями, хотя страны и расположены так близко. На рынке все торговались и я, хоть и было непривычно, но делала это вполне успешно. Думаю, мастера специально немного завышали цены. Почти на все удавалось сбросить процентов двадцать, а то и больше.

Несколько батистовых сорочек взяла готовых и договорилась с мастерицей, что она пришлет белошвейку для работы на дому. Ригер объяснил, как найти арендованный дом и оплатил ткань. Трусов нашью и лифчиков. Понадобятся еще. Ткани, кстати, стоили довольно дорого. Бархатное платье вообще обошлось мне чуть не в половину золотого. Еще мы купили несколько удивительно тонких и мягких шерстяных шалей. Три разного цвета мне, и две Ригер выбрал для мамы.

Две пары легких кожаных туфель, сапоги Ригеру и изящные сапожки для меня.

Один из мужчин, что нас сопровождали, отчалил с полной корзиной. Остался последний. Посещать ряд с косметикой я отказалась, но вот сережки новые мне нужны. Возможно, что стоит взять пару комплектов. Я не жадничаю, но, как известно, по одежке встречают. В чужой стране лучше не выглядеть бедной сиротой.

Ювелирку я рассматривала долго и с увлечением. Работы были очень разного уровня. И простые украшения из меди, и сложные плетения из серебра с вкраплениями камушков. Серебро Ригер посоветовал не брать. Это украшения для купчих. Высокородные такое не носят. Даже нищие. А жаль, можно было бы прилично сэкономить. Как ни странно, но первым ювелиркой обзавелся Ригер, который до этого благополучно свалил на меня обязанность выбрать красивые кольцо и серьги его матери. Выяснив, что смогла, о ее внешности, я согласилась. Этот довольно массивный перстень с большим прямоугольным сапфиром сам кинулся мне в глаза. Чистый, хорошо ограненный камень, четкий лаконичны рисунок на самом перстне, надежное крепление камушка… Да, он был хорош и разительно отличался от тех грубоватых изделий, которыми торговал мастер. И цену он заломил в три золотых…

Ригер за руку отвел меня от прилавка и возмущенно зашипел:

— Ты что, с ума сошла, Калина? На кой мне такая побрякушка? Я же не франт столичный!

— Ригер, встречают всегда по одежде. Ты не франт, но ты — состоятельный человек. Это должно быть видно. Кроме того, его потом, случись что, можно будет продать. Ты только посмотри, какой он красивый и какая тонкая, искусная работа!

— Да красивый, конечно, но три золотых!

— Ригер, обещаю, мы придумаем, как зарабатывать деньги. Но такой красоты больше можем и не встретить. Скажи, я так много потратила на свою одежду?

— Нет, я ожидал от тебя большей расточительности. Да и не стал бы препятствовать… Тебе это нужно. Думал, что тебе понадобиться еще пяток золотых, не меньше.

— Вот видишь, я экономна… Но отказаться от кольца — глупость. Ты будешь выглядеть солиднее и богаче, нося его. Думаю, это важно для будущего.

Уломала, но к мастеру мы не вернулись, а с равнодушными лицами пошли мимо. И мой расчет оправдался! Он не выдержал и окликнул нас. Два золотых перекочевали в его карман, руку Ригера украсил перстень. У него были крупные, но красивой лепки кисти, с длинными сильными пальцами, с красивой формой ногтей. Даже небольшой шрам не портил вид. А перстень сел, как влитой. Я заметила, что он украдкой посматривает на непривычное украшение и улыбнулась про себя. Мужчины — те же дети!

Наконец нашелся и для меня мастер, у которого за один золотой я купила маленькие гвоздики с рубином и таким же колечком. Аккуратная работа, маленький изящный цветок с алым огоньком в центре. На каждый день — отлично просто. Матери Ригера я выбрала довольно солидный набор из броши, серег и кольца. Крупные рубины в центре окружены яркими крошечными изумрудами. Смотрелось очень богато. Так мы обеднели еще на два с половиной золотых.

Меховой ряд, который мы оставили напоследок, набил короб второго носильщика. Как объяснил Ригер, здесь лучшие меха и самые дешевые. В столице придется за такое платить в два раза больше. Конечно, осенью меховой торг больше, но и сейчас выбор был очень богат. Плащи мне и ему, третий, крытый серым роскошным атласом мы взяли для его матери. Плюс я еще набрала прекрасных шкурок. Сшить можно и на месте, а вот такой мех я видела впервые. Совершенно белоснежный, похож на мех полярной лисы, только более нежный и шелковистый. Подумав и поторговавшись, я взяла еще и на отделку зимних платьев себе и его маме несколько шкурок. Серебристо-голубых, чуть длиннее и плотнее норки. Удивительно красивых! Это мне подсказал Ригер. Я об отделке платьев как-то не подумала. Но зимой такая отделка будет вполне уместна.

В целом наш поход на рынок удался, я была в отличном настроении, наши сундуки погрузили на тележку и один из мужчин повез их к нам в дом, а мы, не слишком торопясь, двинулись к выходу. Устали мы оба, весь этот поход затянулся не на один час. Кроме того, постоянная толчея, масса народу, громкие голоса… Я мечтала только об одном — добраться до дома и отдохнуть.

Ближе к выходу Ригер взял меня под руку, а я опустила глаза и смотрела только в мощеную булыжником землю. Если бы не споткнувшийся мужчина, который нечаянно толкнул Ригера, мы бы вышли с рынка совершенно свободно. Пока торговец извинялся, косясь на саблю в ножнах на поясе Ригера, я, от неожиданности, подняла глаза и первый, кого я увидела был капитан пиратского судна. Тот самый, что убил старую служанку Элизы, тот, который отрезал мне косу и смеясь сказал:

— Дагра!