Недвижимость

Глава 25

Штурм «Звездопада».

Август 1995 года.

Город. Дорожный район. Отделение по борьбе с незаконным оборотом наркотиков.

— Здорово, начальник… — в кабинет заглянула улыбающаяся физиономия, а затем и полностью тушка моего «человека» — Тимофея Алексеевича Стрикуна: — А мне сказали, что тебя уволили, а ты, как я гляжу, в кресле начальника сидишь, совсем невозможно тебя утопить…

— Ага, как гавно всплываю все время.

Я встал из-за стола и шагнув навстречу, облапал своего «человека». В отличие от множества других агентов, подсевших на наркотики, Тимофей был… скажем так, вполне порядочным человеком.

Минут через десять, обменявшись новостями о себе и о семье, а также ритуально поругав немного все ветви власти, мы приступили к делу.

— Радуйся, Тимофей, у меня для тебя новое задание.

Агент поморщился — никто, даже самые лучшие, не любят работать, зато все хотят получать сладкие печеньки и ни хрена не делать.

— Ты на меня не работал почти год…

— Паша, да без проблем, я готов…

— Я, как твой настоящий друг приготовил для тебя эксклюзивную работу, просто работу мечты…

— Да я не верю, начальник! Ты меня сможешь устроить на склад изъятой наркоты кладовщиком?

— Нет у нас такого склада, к счастью. — я достал бумажник и отсчитал Тимофею несколько купюр: — Слушай внимательно. Ночной клуб «Звездопад» знаешь? Там «банчат». Твоя задача — берешь деньги, идешь в клуб, изображаешь, что с Севера приехал, при деньгах и хочешь уйти в отрыв. Снимаешь девку или берешь туда свою, пьешь, ешь, танцуешь, смотришь по сторонам, соблюдая осторожность. Короче, через три дня ты должен знать, кто и чем торгует.

— Для нефтяника Севера на три дня этого маловато будет. — Тимофей помахал в воздухе цветными бумажками.

— Знаю, но ты прекрасно понимаешь, что я тебе все сразу не дам. Давай договоримся, где и во сколько будем встречаться, я тебе буду давать деньги на текущий день. И это, ты насчет нефти поменьше языком трепли. Ты же нефть от гудрона не отличишь. Давай что-то более тебе известное, тракторист, к примеру, или сварщик.

— Я гудрон в детстве жевал, в отличие от нефти. — Обиженно буркнул Тимофей, выхватывая деньги и жизнерадостно заржал, как молодой жеребец: — Ну ты, начальник, мне работу подогнал, просто работу мечты! Ладно, побегу я, надо готовится к загулу.

Дорожный РОВД. Кабинет начальника РОВД.

— У меня сегодня мероприятие… — я дождался, когда дойдет моя очередь и обвел взглядом начальника РОВД и, не глядящего в мою сторону, начальника криминальной милиции: — Нужны люди, минимум, три человека «по гражданке» и один человек в форме. Ну, а насчет поддержки со стороны автопатрулей я сам в роте ППС договорюсь.

— Слышали, товарищи? «Он договорится». А кто тебе разрешил, Громов, в обход руководства, о чем-то договариваться с руководителями других подразделений? — у господина подполковника аж голос дрожал, когда он бросал презрительные взгляды на меня: — У тебя есть форма, Громов? Вот и надевай ее, если тебе нужен сотрудник в форме. Глядишь, в форме «леща» не выхватишь и не ляжешь снова в больничку на пару месяцев. И вообще, у тебя в группе полно народу, больше, чем по другим линиям работы.

— Насчет формы — непременно исполню ваше указание. Насчет всего остального — категорически не согласен. Вы прекрасно знаете, что провести закупку — это не грабеж раскрыть, где достаточно двух оперов…

— Громов, ты считаешь, что только ты работаешь? — никак не мог угомониться начальник криминальной милиции: — Кстати, Громов, а у кого ты подписывал план мероприятий на сегодня. Я что-то не помню, чтобы что-то подписывал…

— План мероприятий был у вас на столе два дня назад…

— Громов, ты не знаешь, как положено оформлять такие бумаги? Где конкретный адрес проведения мероприятия? Улица Магистральная — это больше километра…

Ага, сейчас я тебе адрес клуба напишу, чтобы завтра об этом знали все заинтересованные лица. Не зря у начальника криминальной милиции джип, стоимость которого больше, чем его оклад денежного содержания за десять лет, но это озвучивать я не стал.

— Эти наркобарыги по всей улице торгуют. Как я могу конкретный адрес указать?

— Ладно, это все мелочи. — Оборвал дискуссию начальник РОВД: — Громов, лишних людей нет, обходись своими силами. Твои бумаги подпишут через час, поэтому готовься. Кто следующий докладывает?

Город. Улица Магистральная. Ночной клуб «Звездопад».

Со слов Тимофея, наркоту продавали в клубе, как минимум, два человека, работавшие одной командой. Деньги принимал бармен, «товар» приносил официант буквально через пять минут, ну а туалетных комнатах было все необходимое, чтобы использовать дурь по прямому назначению. И поэтому, трех человек, оставшихся в отделе, было категорически недостаточно. Придется задействовать мою «команду мечты», иначе нам не вытянуть…

Двойной тональный сигнал рации, поданный из глубин помещений клуба, означал, что Тимофей уже отдал деньги и получил товар, а значит основной группе оперов надо заходить и приступать к задержанию. Как говориться, сначала намечались танцы, потом аресты, но, подумав, решили все совместить.

— Пошли. — я ухватил Демона за ошейник и полез наружу из салона автопатруля, который стоял в соседнем, от здания клуба, дворе. В «собачнике» заволновалась Грета, но я взял с собой только Демона. Двух псов, в условиях ночного клуба, тесноты помещения, громкой музыки и галдящей, возбужденной толпы, контролировать я не мог, но и оставить Герду одну на дачном участке я не захотел, слишком жалобно она скулила, когда я собирал Демона.

Я в форме, Демон и участковый Виталий Самохин со своими операми заходили через главный вход, где нам попытался преградить дорогу один-единственный охранник, крепкий невысокий парень в дешевом черном костюме.

— Это частная территория и вы не имеете права, мы вас не вызывали… — гордо начал он, глядя выше нас, но я даже не стал задерживаться, шагнул мимо него, а за моей спиной началась возня. Когда я открывал дверь клуба, парня уже пристегивали наручниками к металлической штырю крыльца, а опер Олег Нарышкин высыпал газовые патроны из барабана кургузого револьвера «Айсберг».

Загадка исчезновения остальных охранников от входа получила свое разрешение в зале. Внутри клуба, под взглядами десятков посетителей, за высокой стойкой, двое оперов из моего отдела крутили руки бармену, периодически роняя с полок бутылки с разноцветным пойлом, которые, с оглушительным звоном, разбивались на острые осколки. Третий мой штатный опер, Артур, держал оборону в узком проходе бара, не давая двум охранникам в измятых костюмах прорваться на выручку бармену.

— Назад! — я дернул Демона за поводок и он, и так возбужденный до предела, с ревом бросился вперед, повиснув на натянутом брезентовом поводке. Двое в черных костюмах отпрянули назад, спасаясь от взбешенного пса, один из охранников потянулся к револьверу в поясной кобуре, но рука замерла, когда я, в свою очередь, обхватил ладонью привычную рукоять «Макарова».

— В сторону отойдите, мы его забираем…

— На каком основании? — один из охранников, видимо старший, не сводил глаз с рычащего Демона: — Он на работе, если он вам нужен, вызывайте повесткой!

— Не дай Бог, сейчас на помешаете его отсюда вывести… — я махнул парням, которые успели «спеленать» ошарашенного бармена и шагнул назад.

Сейчас был самый ответственный момент — сунутся ли набыченные охранники в драку, препятствуя уводу бармена, или нет. Нас было шестеро (себя я не считал, мое здоровье стоило дороже всех наркотиков в Городе) и одна собака, против трех охранников. Мы бы конечно победили, но только драка мне сейчас не нужна. Старший охранник моргнул и отвел взгляд, и я понял, что мы победили и драки сейчас не будет. Этому сорокалетнему мужику, побитому жизнью, тоже были не нужны зубодробительные драки с ментами и уголовные дела за хозяйские деньги.

— Уводите этого, двух понятых найдите и кассу снимайте. Этому карманы выверните. — я посветил на несколько мятых купюр дешевым китайским фонариком, но меченных купюр в карманах у бармена не было, значит придется возиться с кассой.

Город. Улица Магистральная. Ночной клуб «Звездопад».

— Продавец через кухню убежал… — зашептал сзади Тимофей, изображающий обдолбанного наркомана: — Невысокий и рыжий…

Я двинулся в сторону черного входа, от которого меня отделяла кухня. Поваров не было видно, видимо, услышав шум и разглядев милиционера с собакой, решили спрятаться на всякий случай. А вот у двери черного входа стоял еще один охранник, внимательно что-то выглядывающий на улице.

— Ну что, ушел нормально? — спросил я.

— Ага, из ворот выбежали, все норм… — ответил парень в черном костюме и, после этого обернулся…

— С дороги отойди.

— Ага, сейчас! Если что, я собак не боюсь… — парень встряхнул руками и решительно двинулся к нам с Демоном.

Говорят, что каратисты и другие любители боевых единоборств имеют в своем арсенале два-три, отточенных до совершенства, удара или приема. Которые чаще всего и примеряют. Судя по всему, этот придурок имел в запасе только один прием. Не знаю, как он называется, малаша-гири или йоко-гири, но нельзя наносить боковой удар ногой, находясь среди работающих электрических плит. Сначала, все было красиво, парень изобразил удар левой ногой, после чего мощно и высоко ударил. Вот только удар пришелся не по мне или Демону, а по огромной кастрюле с кипящим кипятком. Кастрюля сдвинулась, на мгновение зависла над краем плиты, после чего рухнула вниз, опрокидываясь на бок. Во все стороны хлынули потоки парящего кипятка и завизжали Демон на пару с обожженным охранником, который сдирал с себя намокшие брюки. Я схватил в охапку Демона, который не успел отскочить и сунул его лапами в раковину, выкрутив вентиль с холодной водой до упора. Но, видимо я не успел, лапы пса покрывались волдырями, Демон скулил, вырывался и пытался меня укусить. Пнув на ходу, прыгающего без трусов, охранника, чьи ноги стали похожи на вареные сосиски, я, с Демоном на руках, бросился на улицу. За воротами, вне видимости клуба, лежал на асфальте распластанный, как морская звезда, парень в белой олимпийке, со скованными за спиной, руками, которого деловито пинал по ребрам Давид Левин. Рядом, на корточках, привалившись спиной к забору, с закрытыми глазами и разбитой в кровь головой, сидел Виктор Брагин.

— Что случилось? Где официант? — я покрепче прижал вырывающего и скулящего Демона и внимательно посмотрел на окровавленный затылок опера — кровь продолжала сочиться между темных коротких волос.

— Туда убежал. — мрачно кивнул здоровяк: — Мы его попытались перехватить, но тут этот появился, как из-под земли, и Витьку кирпичом в затылок отоварил.

— «Скорую» вызвал?

— Да куда там, не успел…

— Я сейчас до аптеки добегу и «Скорую помощь» вызову…

В аптеке я порога гаркнул «Мазь от ожога и телефон, немедленно!» и короткая очередь прыснула в разные стороны. Девушка — провизор сунула в окошку цветастую коробку, в которой я обнаружил баллон с пульверизатором.

— Говорят, что очень хорошее средство…

Я вылил на лапы Демона весь баллон, и теперь не давал ему лизать обожженные места. Вытянув телефон на всю длину провода, вызвал скорую Брагину, после чего начал звонить на питомник УВД. На наше с Демоном счастье, ветеринар была на месте и выслушав меня, она коротко сказала «Привози быстрее» и положила трубку.

До автопатруля я дотащил пса, уже изрядно вспотев и запыхавшись.

— Парни, любые деньги плачу, но надо Демона довезти до нашего питомника, а то ему ноги не спасти.

Под косым взглядом водителя вездехода я уложил на заднее сидение Демона и сунул старшему машины несколько купюр.

— Найдете в питомнике доктора Ирину Викторовну Белову, она вас ждет, дадите денег, сколько скажет, остальное возьмите себе. Если не хватит, скажете сколько, закрою вопрос.

Я открыл дверцу «собачника» и вывел оттуда поскуливающую от возбуждения Герду и хлопнув ладонью по металлическому кузову «УАЗика», двинулся в сторону клуба, который напоминал собой разворошенный муравейник. Народ выплеснулся из клуба наружу и потихоньку расходился, лишь пара десятков толпились у входа, с любопытством ожидая развития событий.

В машине «Скорой помощи», стоящей у ворот во двор клуба, сидел Виктор Брагин, над которым крутились две женщины в синей униформе.

— Здравствуйте. — я заглянул в салон побитой жизнью «Газели» с красной полосой вдоль белого борта: — Забирать его в больницу будете?

— Нет, здесь обработаем и нормально. — обернулась одна из докторов: — Тем более, он отказ написал от госпитализации. Если потом станет хуже — обращайтесь.

— Справочку ему оставите, хорошо. — кивнул я и двинулся к парадному крыльцу клуба.

В зале клуба посетителей уже не было, люди стояли лишь у бара.

— Паша, у них ни одного выбитого чека за сегодня… — Николай Небогатов, стоящий над пачкой денег и протоколом осмотра замахал мне руками.

— Значит изымай все деньги. Передадим в ОБЭП, пусть они разбираются. Помеченные купюры отдельно изымай. — я повернулся к, стоящим поодаль, охранником, среди которых выделялся тип в очках и сером костюме.

— Павел… — шагнул тип вперед: — Я представитель владельца клуба, который, к сожалению, в отъезде. Мы не могли бы поговорить наедине?

— Извините, но это не мой уровень. — я помотал головой: — Завтра приходите к руководству Дорожного РОВД, там и поговорите. А мы так, винтики.

У руководства нашего РОВД, в любом случае, ценник гораздо выше по определению, или я знаю, в каком месте мы будем отмечать День уголовного розыска или День милиции.

— Где шкафчик рыжего официанта, который убежал? — я повернулся к охранникам.

Молчание было мне ответом.

— Ну, как хотите. — я пожал плечами: — Значит в рамках осмотра места продажи наркотиков я проведу осмотр всех шкафчиков, и Бог знает, что я там найду. Патроны, например, или те же наркотики. Давайте, решайте на счет «три».

Охранники мрачно переглянулись, оглянулись на старшего, который не отлипал от телефонного аппарата, безуспешно пытаясь до кого-то дозвониться. Старший кивнул и один охранник шагнул вперед, махнув мне рукой.

След по поношенным джинсам из шкафчика официанта Герда взяла уверенно, сразу, с силой, натянув поводок.

— Артур, давай за мной. — успел крикнуть я, прежде чем выбежал через кухню на улицу.

Вода, разлитая на кухне уже остыла и нас с Гердой не остановила, а потом мы выметнулись на улицу, пробежали мимо Брагина и Левина, и побежали в сторону «хрущевок», находившихся в глубине жилого массива.

Рыжего официанта мы нашли в подвале одной из пятиэтажек, он прятался в дощатой кабинке недалеко от входа. К сожалению, в кабинке, кроме самого рыжего официанта, ничего не было, а в самом подвале был сильнейший запах какой-то хлорной химии, что Герда только жалобно скулила и рвалась на улицу.

— Где сумка? — я встряхнул рыжего.

— Какая сумка?

— Сумка с наркотиками.

— Ха-ха, не знаю, о чем ты, начальник.

Легкий массаж по ребрам паренька не сподобил его разговорчивости, но я особо не надеялся.

Город. Дорожный район. Отделение по борьбе с незаконным оборотом наркотиков.

— Паша, тут к тебе юрист из клуба рвется, хочет с задержанными побеседовать. Я пошлю его? Он же не адвокат… — Николай был рад показать мне свои познания в юриспруденции.

Я автоматически кивнул, но тут-же спохватился.

— А ты знаешь, пусть поговорят, хуже не будет.

— Но, он же их научит…

— Научит чему, Коля? Не признаваться? Так они и так не признаются. Даже. Задержав их на трое суток, я думаю, мы ситуацию не изменим. Выбивать из них признание я не хочу. Не та ситуация и не те люди. Завтра хозяин клуба приедет, а если мы их измордуем, то завтра будет скандал, нас заставят их отпустить и мы, в итоге, получим шиш на постном масле. — я устало смежил глаза: — Пусть поговорят, хуже уже не будет. Я пойду, погуляю. Вы здесь заканчивайте, пленных в камеры до утра, завтра следователь придет и будем заканчивать.

Гулять мы пошли с Гердой и Давидом, который, отправив Брагина домой на такси и сейчас сидел в углу кабинета с самым потерянным видом и местом прогулки выбрали двор пятиэтажки, из подвала которой несколько часов назад вытащили рыжего официанта.

Под мутным светом электрической лампочки мелькнула черная тень, заскрипела в ржавых петлях дверь в подвал.

— Пошли поближе. — шепнул я Давида и поднялся со скамейки, стоящей среди густых кустов, где мы сидели, в окружении пивных пробок и старых «бычков».

Все испортила любопытная Герда, рванувшая в темноту подвала. Сначала вскрикнул мужчина, потом завизжала собака и Герда выскочила на улицу, обиженно тряся окровавленной мордой.

— Сука. — я повертел в руке дохленький китайский ультрафиолетовый фонарик, чье слабое свечение ни в какой мере не могло разогнать угольно-черную темноту подвала и потянулся к пистолету.

Три пули ушли в темноту, рикошеты, выбивая искры, завизжали

— Это были предупредительные! Выбрасывай оружие и выходи с поднятыми руками!

Из темноты вылетела финка с наборной, красно-белой рукоятью, затем кургузый револьверчик, а через мгновение из темноты выплыла темная фигура с вытянутыми вперед, раскрытыми ладонями.

— И почему я не удивлен… — из подвала, по-крабьи, на полусогнутых в коленях ногах, выползал старший охраны ночного клуба «Звездопад».

— Стой на месте. Где наркота?

— Какая наркота? У меня ничего нет…

Новый выстрел, пуля свистнула у головы мужчины в черном костюме, и он испуганно отпрыгнул назад, на темную лестницу подвала.

— Ты что делаешь, придурок? Ты не имеешь права! Я без оружия и не сопротивляюсь…

— Да мне пох, без наркотиков ты мне не нужен. А оружие… — я коснулся носком ботинка лежащую на асфальте финку: — Оружия у тебя полно.

Старший охранник вновь появился через пару минут, предварительно выкинув спортивную сумку.

— Вставай на колени и руки за спину…

Мужик наклонился, завел руки назад, попытался дернуться, когда я перебросил ему сумку через плечо, но было уже поздно — мы с Давидом дружно навалились на мужика и смогли сомкнуть на его запястьях стальные браслеты.

Объединённый питомник служебных собак областного УВД.

Когда я, в два часа ночи, появился на пороге квартиры ветеринарного врача областного питомника, то первые пять минут я узнал очень много новых слов. Ирина Викторовна, хотя и была собачьим доктором, но отличалась циничной медицинской резкостью, к тому же, она искренне любила четвероногих друзей человека.

— Скажи Громов, сколько собак тебе надо на сутки, чтобы их угробить? Пяти голов хватит? Что опять случилось и откуда у тебя вторая собака?

— Наркоман ножом ткнул, когда подвал проверяли… — я осторожно погладил Герду по голове, стараясь не задеть повязку на острой морде.

— Громов, я тебе ничем здесь не помогу, там, скорее всего, зашивать надо…

— Ира, если ты готова, я на машине, довезу до питомника. Прости, что так получилось.

Город. Дорожный район. Отделение по борьбе с незаконным оборотом наркотиков.

— Итак господа… — я оглядел череду стульев, выставленных вдоль стены, на которых сидели трое мужчин — старший охранник, рыжий официант, и бармен: — Сейчас четыре часа утра и у меня для вас единственное и уникальное предложение. У нас есть пятьдесят доз, изъятых при понятых у данного гражданина.

Мой палец уперся в начальника охраны, после чего я продолжил:

— Вас трое, мне достаточно двух человек. Тут есть два варианта. Вы все продолжаете запираться, и тогда завтра все трое будете задержаны, а ночной клуб будет закрыт. Я думаю, вашему хозяину будет трудно доказать районному прокурору, что наркотики, в идентичной упаковке, изъятые у начальника охраны и у официанта в ходе контрольной закупки имеют разное происхождение. Или второй вариант — я забываю, что изымал сумку с наркотой у этого дяди в черном костюме, а рыжий вспоминает, что это он торговал герычем, перестав тупо идти в отказ. Но, этот вариант будет стоить денег на лечение собаки, вернее, двух собак. Время у вас пять минут, после чего никаких поблажек больше не будет.

— Позвонить можно… — пробурчал начальник охраны, глядя в пол.

— Нет, время звонков уже кончилось, и время на раздумье уже пошло.

Через пять минут рыжий официант сказал, что он берет все на себя, а начальник охраны написал расписку на имя одного моего знакомого, с обязательством погасить долг в течение трех дней.

— Зачем ты так сделал? — к семи часам утра все привлеченные силы уже разошлись, в отделении оставались только я и опера отделения, и мы стояли у окна с Артуром, глядя на человека в черном, изрядно измятом и перепачканном белой известкой костюме, что удалялся от здания, где располагалось отделение по борьбе с наркотиками: — Мы же могли и его посадить…

— Могли, но тогда бы прокурору реально пришлось бы закрывать этот клуб, а хозяин клуба бросил бы все свои ресурсы для того, чтобы себя, а автоматически и этого типа, отмазать из этой истории, и чем это все закончится, я не знаю, да и нет у меня желания бодаться с человеком, который дверь главы районной администрации ногой открывает и не только его дверь.

Дорожный РОВД. Утреннее совещание в кабинете начальника РОВД.

— Громов, какого буя у тебя в рапорте на раскрытие буева туча народу, не имеющая никакого отношения в Дорожному РОВД⁈

По факту, я не спал вторые сутки, поэтому, на недовольство начальства я реагировал очень вяло, и, с точки зрения субординации, совсем неправильно.

— Я же просил у вас людей, но вы сказали, обходиться своими силами, товарищ полковник. Я в рапорте указал всех, кого привлек к раскрытию…

— Ладно, Громов, после селектора мы с тобой поговорим.

Но обещанного выговора я не получил. Неожиданно, заместитель начальника областного УВД стал на весь Город восхвалять новый подход полковника Дронова к совместным операциям, когда, в условиях дефицита личного состава и ресурсов, сложные к раскрытию преступления отрабатываются совместными усилиями нескольких подразделений уголовного розыска.

Садовое общество. Участок Громова.

— Паша, тебе костыли еще нужны? — высунулся из окошка правления дядя Вова: — У меня сестра в больницу с переломом попала, костыли нужны, а в аптеке дорого.

— Нет, дядя Вова.

Я кое как добрался вечером до садового общества, чуть пару раз не уснул на перекрестке, сидя за рулем, и теперь мне оставалось только запереть машину, припаркованную у дома сторожа, дойти триста метров до моего участка и завалиться в кровать. Впервые, за много дней, мне не нужно готовить еду собакам Демон и Грета остались в питомнике, на попечении ветеринарного врача и это было странное чувство — ночевать в домике одному. Но ничего, Ирина обещала поправить собачье здоровье за три-четыре дня, а запоры в доме крепкие. Сейчас, только отнесу костыли дяде Вове, закрыв этот сложнейший период своей жизни, надеюсь, что навсегда.

Замок калитки сегодня почему-то плохо закрывался, я отставил костыли в сторону, и тут небо, всей своей тяжестью, обрушилось на мою голову. Уже улетая в темноту, я успел почувствовать, как меня куда-то волокут, подхватив подмышками.