Не буди во мне Ведьму, Некромант!

Глава 12 Уют - святое дело

— Нет, я… Что вы… — заикаясь, проблеял слуга, покрываясь красными пятнами.

Я только головой покачала. Вот что за воспитание у Крэга, если ему нравится людей пугать? Что меня на кладбище, что просто так, ради забавы… Но следующие его слова меня удивили.

— Вам не кажется, что если девушка завтракает в моём доме, то она, априори, находится под моей защитой? Проявляя неуважение к ней, вы проявляете неуважение ко мне.

— Но я же просто в ведьму… — начал было этот самоубийца, но быстро сдулся под взглядом мрачных глаз, — от силы… тёмной…

Откуда-то из-под лестницы послышался насмешливый хмык моего фамильяра.

— Ещё одно подобное замечание, и вас отсюда выпроводит мой дворецкий, — пообещал Крэг. — Что просил передать король? Желательно быстро и по существу.

Мужчина, уже было раскрывший рот и принявший пафосную позу, сбился, закашлялся и постарался выдать максимально короткую информацию:

— Там после раскрытия заговора привезли несколько бывших бунтарей, надо бы их допросить…

Я, совсем не вовремя хлебнувшая кофе, истерично закашлялась.

Что значит «бывших»? Это же не то, о чём я подумала, нет?

Крэг в это время кивнул, поднялся и сухо обронил, чуть повернув корпус в мою сторону:

— Я на работу, ты остаёшься здесь. Брайн проследит. Со всеми просьбами — к нему или Жорику.

С этими словами он перекинул через руку чёрный пиджак, что до этого висел на перилах лестницы, и, вместе с трясущимся слугой, вышел из кухни вон.

Я осталась сидеть за столом, меланхолично наблюдая за действиями Лёли.

— Ну ты учудила, Нинка! — вышел из своего укрытия Каркуш, подбираясь к булочкам, что остались на столе.

— А я-то тут при чём?

— Так из-за тебя же всё! Разболталась тут о прошлой жизни, ещё бы рассказала все ведьминские секреты, находясь в доме некроманта!

Ворон нахохлился от праведного гнева.

— Будто я знаю эти секреты, — усмехнулась я. — Да и не стал бы Крэг их слушать. Видел, как он на меня волком смотрит? Словно, чтобы я не сказала, заранее не верит ни одному моему слову!

Тут я увидела еле заметное свечение из коридора и прозрачное ухо, торчащее из-за колонны.

— А подслушивать не обязательно! — рассердилась я. — Не дом, а сборище доносчиков! Крэг приставил следить, да?!

Из-за колонны медленно выплыл дворецкий и с независимым видом скрылся где-то в недрах холла.

Я обиженно хлюпнула носом.

— Пошли, Каркуш, в комнату. Мне же здесь выделили кусочек лишнего пространства? Вот и пойдем туда. И я надеюсь, — специально повысила голос, чтобы меня отовсюду было слышно, — что всякие полупрозрачные мужики, если у них, конечно, есть хоть капля самоуважения, не станут подглядывать и подслушивать за тем, что творится в девичьей спальне.

Ворон неприлично раскрыл клюв.

— А меня просишь как раз находиться в этой самой спальне? Как это понимать?!

— А тебе я доверяю, — отрезала я.

И мы, обиженные, но не побеждённые, удалились из кухни, позволяя Лёле закончить уборку.

С левого края парадного холла была довольно незаметная дверца, которая, как оказалось, и вела в мою новую спальню.

Ну, что я могу сказать… По-спартански.

Даже у меня во флигеле с дырявой крышей было лучше.

Нет, тут, конечно, была узкая кровать, стоял жёсткий стул, глубоко задвинутый внутрь простого деревянного стола... Даже шкаф был, в котором обнаружилась моя одежда, наверняка, заботливо развешенная Лёлей и Жориком, которого я давненько уже не видела. Не удивлюсь, если стоит в каком-нибудь углу и радостно улыбается ближайшей стене, раз нет никаких поручений от хозяина.

Комнате не хватало… Да всего ей не хватало!

— Всё-таки Крэг — бесчувственный чурбан! — в сердцах недовольно пробормотала я.

— Так ему по профессии положено, — ворон пожал плечами.

— Но нельзя же быть настолько непробиваемым. Я к нему со всей душой. Знаешь, как сложно было признаться?! Тут и так всё страшное, а еще мне нутро своё вытаскивать на всеобщее обозрение. А ему всё нипочём! Словно из камня сделан!

— А что ты хотела? — птиц явно не оценил моих откровений. — Некроманты все такие. У них ни семьи не бывает, ни друзей. Одиночки. Они даже между собой-то не общаются. Роются в чужих трупах, поднимают мёртвых, в том числе убийц, чтобы допросить. Откуда у них сочувствие? Тем более к такой дурынде?!

— А почему у него семьи нет? — тут же заинтересовалась я, практически привычно пропустив оскорбление мимо ушей. Начнёшь разборки устраивать, и Каркуш, чего доброго, говорить передумает. А этого никак нельзя допустить — тут такая сплетня наклёвывается. Пятой точкой чую — стоящая!

— А откуда же ей взяться?

— Не, ну девушка, жена — это, в принципе, можно понять, — я вспомнила свою посетительницу и то, как она с ужасом взирала на мрачного мужчину, а также на его зомби, — но родители-то у него должны быть! Бабушки, дедушки, дяди, тёти, племянники…

— Ты остановись уже, — прервал собеседник, — разогналась она. Нет у него никого. Ты что, не знаешь, что если ребёнок рождается с чёрной магией, то от него тут же отказывается вся его родня? Он должен жить в одном из королевских закрытых пансионов под неусыпным наблюдением, а потом всю жизнь работать на корону. Там их с детства учат всем азам их дара. Знаешь, сколько грязи они успевают увидеть и собственными руками перелопатить до совершеннолетия? Некроманты — одиночки, Нинка. И никому не доверяют.

— Так он — сирота! — всплеснула я руками.

Вот она — русская женщина. Нам только дай повод мужика пожалеть!

— Тогда понятно, почему он такой нелюдимый! И дом у него такой... мрачный… Тут никогда не было женской руки!

Я хищным взглядом обвела пространство, всё больше загораясь энтузиазмом. Он же не отвёл меня на костёр, правильно? Хотя мог! А еще от ведьмы спас и за вещами съездил. А сегодня еще и этого плюгавого осадил, чтобы тот не плевался в мою сторону. Значит, не до конца его противная душонка прогнила!

Ну да, шутки у него… Специфические. Но раз друзей не было, то и учиться было не на ком.

А значит… Не всё потеряно!

— Э-э-э… — заметил ворон перемену в моём настроении, — Нинка, не смотри так, ты меня пугаешь!

— Так, Каркуш, — распорядилась я, — сразу нас не убили, на кухне хозяйничать разрешили, так что считаю, что мы здесь — гости! А значит что?

— Что?

— Значит, надо чувствовать себя как дома!

Если Крэг еще не научился вежливому обращению с гостями, то моя прямая обязанность — ему помочь!

Первым делом мужчине нужно было научиться расслабляться в собственном доме, перестать ждать ото всех подвоха и проникнуться домашним уютом.

Начали мы с гостиной.

Я обошла весь дом и насобирала всю возможную ерунду, что хоть как-нибудь могла бы преобразить мрачное жилище. Ерунды оказалось немного. Пара каких-то мистических статуэток, что я расставила по комодам, и странного вида ядовитое растение, которое Лёле пришлось устанавливать в качестве украшения на подоконник. Мерзкое травянистое каким-то образом умудрилось сожрать один из пальцев зомби. Но, получив от меня тапком по наиболее толстому стволу, успокоилось и гордо вытянулось во весь рост, ожидая восхищений.

Так как ничего более-менее красивого я найти не смогла в этом мужском царстве, то встал вопрос о пополнении запасов.

— Лорд Хинтер запретил куда-либо выпускать ведьму, — с надменным выражением лица процедил дворецкий.

— Жорик! — заорала я на высокой ноте, призывая свою поддержку. — Жорик, скажи этому истукану, что я ещё ни разу не делала ничего плохого его разлюбимому хозяину. Да и вообще, Каркуш, вот ты помнишь, чтобы хоть одна из моих идей оказалась глупой?

— Да как тебе сказать… — осторожно отодвинулся от меня пернатый.

— Нет, — повторило привидение, смотря на меня с откровенной неприязнью.

— Что именно приказал Крэг? — пошла я другим путём.

— Ведьму из дома не выпускать, следить за ней. Мне, — тут он приосанился, важно выпятив грудь колесом, — ну, и этой черепушке, — брезгливо махнул рукой в сторону Жорика.

— Ага…

Я немного подумала и невинно уточнила:

— Меня выпускать нельзя, но Лёлю же можно? И Каркуша можно? И запрет прохождения через входные двери касается только меня, правильно?

Аристократичные призрачные усы подозрительно задвигались, так как их обладатель явно чувствовал наличие подвоха, но определить его не мог.

— Теоретически, — осторожно проговорил он, — так и есть, но я думаю…

— Брайн, хорошему слуге нужно не думать, а выполнять, — наставительно произнесла я, подняв вверх указательный палец.

Затем обвела хищным взглядом притихшего ворона и вечно молчаливую горничную.

— Так, дрУги мои… А сходите-ка вы во дворец, да притащите-ка мне сюда главного распорядителя по хозяйственной части. Мне бы с ним перетереть кое о чём надо.

— Что? Нет! Исключено! — взвился призрак.

— Никаких посетителей в доме! Я уже пятнадцать лет охраняю это здание и при мне ни одна мышь внутрь не проскочила! Не ведьме здесь распоряжаться!

— Крэг дал запрет на посетителей? — подняла я бровь.

— Нет, но это моя святая обязанность…

— Ваша святая обязанность, Брайн, была вовремя отбыть в мир иной, — парировала я, осуждающе качая головой, — но раз уж вы здесь, значит, благородный некромант позволил вам остаться и приносить пользу!

Я скосила взгляд на Каркуша, который подавал невербальные знаки о том, что я явно переигрываю, но на меня снизошло вдохновение.

— Так неужели вы ставите своё личное, прошу заметить, необъективное мнение выше прямого указа вашего благодетеля? Или вы считаете, что имеете право распоряжаться в его доме?

— Что? О чём вообще эта ведьма говорит?! — возмутился дворецкий, впрочем, на глазах теряющий остатки былой уверенности. — У меня есть приказ…

— Охранять меня, — закончила за него, — а охранять и приглядывать — не значит сторожить. Это значит — помогать и оказывать содействие! Видел, как твой хозяин за меня заступился? А что делаешь ты?! Ты меня от меня отмахиваешься, тем самым нарушая волю своего хозяина! О, неблагодарное создание! Если Крэг узнает…

Тут я сделала театральную паузу, а краем глаза заметила, как Каркуш молча похлопывает одним крылом об другое, имитируя аплодисменты. Медленные, но аплодисменты.

Я победно посмотрела на поверженного и растерянного оппонента.

— Но я могу тебе помочь, Брайн! Помоги мне осчастливить твоего хозяина, и он не узнает о твоём вопиющем проступке…

Благодаря необыкновенному уму и смекалке мне всё же удалось уломать растерянного дворецкого нам посодействовать.

Бедняга понимал, что его точно где-то надули, но не понимал, где. Видимо, в жизни мало общался с интриганками. А зря — нигде так больше не научишься мастерству увиливания и игре слов, как в старом добром серпентарии.

Так что буквально через полчаса передо мной стоял весьма нахального и вороватого вида Королевский распорядитель дворца по хозяйственной части.

— Я знаю, сколько ты наворовал, — без предисловий заявила я, встречая его сидя в кресле, что мы стащили из комнаты Крэга. Хорошее кресло — с высокой спинкой и широкими подлокотниками, на которые я величественно положила ладошки с аккуратным маникюром. Ноги закинула друг на друга, открывая сбоку вид на высокий, до самого бедра разрез. Декольте опустила пониже, а губы намазала алой помадой из запасов Нинаты.

Роковая баба! Настоящая ведьма.

Бедняга пытался выглядеть внушительно, но его глаза то и дело разъезжались, не в силах выбрать, в какой разрез заглядывать.

— Поклёп и неправда, — прохрипел он, ослабляя шейный платок, что явно начал душить хозяина.

— Это ты своей любовнице рассказывать будешь! — нагло ухмыльнулась я.

Оппонент побледнел.

— Откуда ты знаешь?!

Откуда? Да у него на хитрой роже написано, что гуляет, как кот мартовский!

Вместо слов я медленно поменяла ноги, чем вызвала нервное дёрганье глаз у посетителя.

— Душечка, не стоит врать ведьме. Если я получу всё, что мне нужно, то никто о твоих грязных делишках не узнает.