Наследница проклятого острова (СИ)

Капитула одиннадцатая, скользкая

Утром я проснулась очень рано, ещё не рассвело. Выбрала подходящую удобную блузку и шальвары, искупалась и хотела спуститься вниз к комендантше.

Вот только лестницы на месте не оказалось. Я неверяще уставилась на пустоту. В месте, где вчера был проём и начинались ступеньки, сегодня стояла ровная балюстрада. Даже потрогала её на всякий случай. Нет, не привиделось. Не иллюзия и не морок — реально исчезла лестница.

А если пожар⁈

Со второго этажа прыгать? Допустим, шансы выжить есть даже у людей. Но как третьему и четвёртому этажам поступать? К ним лестница тоже больше не вела. Получится ли через окна вылезти? Решёток вчера я не заметила, надо будет проверить, есть ли они. Может, на них арканы невидимости? Или просто защитные магические барьеры? После исчезновения целой лестницы — я бы ничему не удивилась.

Мой план состоял в том, чтобы прийти к комендантше первой и рассказать душещипательную историю, как я осталась без койки и как хорошо прижилась в 124-м блоке. Девочки мне действительно понравились, а что до заносчивой незнакомки, так не факт, что в другом блоке подобной не будет. Тут она хотя бы одна, а остальные девочки куда адекватнее. А ведь таких на всю голову аристократнутых может попасться и три!

Уступать незнакомке и кричаще одетой Элитере я не собиралась. У них и так неплохо идут дела, не всё же в сметане плавать. Нужны в жизни и разочарования, чтобы вкус не терять. Да и потом, попроси они вежливо, объясни по-человечески, предложи обмен — я бы, может, и уступила. Но я терпеть не могу, когда отбирают моё или, как в данном случае, ничьё, которое я успела первая занять. Сколько драк из-за этого было в приюте! Нет, за своё я буду сражаться изо всех сил. Комната, конечно, пока не моя… но очень уж хочется, чтобы она таковой стала. После вчерашнего — особенно. Щёлкнуть по носу черноволосой зазнайке будет очень приятно.

Интересно, а во сколько и каким образом лестница появится обратно? Пожалуй, останусь посмотреть. Можно ли спуститься по верёвке, или там есть ловушки на этот случай?

За окнами рассвело. Я проверила по часам — почти семь. Интересно, во сколько обычно начинаются занятия. Почему же я вечно обо всём узнаю последняя?

Когда из коридора показались фигуры незнакомки и Элитеры, я не удивилась. Балюстрада вдруг начала плавно погружаться в пол, и я уже готовилась бежать по лестнице вниз, как в меня полетела струя какой-то пакости. Инстинктивно отпрянув в сторону, я ушла от первой порции и тут же получила вторую. Незнакомка плеснула в меня чем-то скользким, липким и очень вонючим. По плиточному полу растеклась мерзкая лужа, а я шокированно замерла, утирая испачканное лицо.

— Это тебя отвлечёт, — мстительно улыбнулась соседка по блоку и свернула на лестницу.

Желание прикончить её прямо на месте завладело всем моим существом. Гайрона забилась внутри, пытаясь вырваться наружу и покарать обидчицу. Черноволосая дрянь! Да как она смеет⁈

Но момент уже был упущен — пока я справлялась с беснующейся второформой, брюнетки уже спустились на один пролёт. Да и не идти же к комендантше в таком виде?

Я метнулась обратно в блок и ворвалась в ванную. К счастью, девочки ещё спали, и там оказалось свободно. Стянула с себя измазанную липкой вонючей субстанцией одежду и залезла под душ. Открыла смеситель, подставила лицо под струи и бешено заорала — на меня хлынул кипяток. Болью окатило такой, что крик перешёл в вой.

Поскользнулась, ушибла коленку и содрала кожу на локте, выбираясь из ловушки с кипятком. Ванную мгновенно заволокло паром. На ощупь выключила воду и подошла к артефактному нагревателю — кто-то на максимум выкрутил температуру, а подачу холодной воды в кран перекрыл. Хотя я уже понимала, кто. Конечно, мои действия были максимально предсказуемы — я побежала смывать вонючую слизь, которой меня окатила незнакомка. Дрянь в квадрате. Вернула рычажок на привычное место и шагнула к зеркалу. Кожу немилосердно пекло. В дверь постучались.

— Что случилось? Помощь нужна? — сонным, полным тревоги голосом спросила Горрия.

— Всё в порядке!

Как же больно! Эта дрянь одного не учла — я гайрона. И заживает на мне всё куда быстрее, чем на обычном человеке. Протёрла зеркало ладонью и взглянула на себя.

Больше всего пострадало лицо. Красные волдыри уже наливались на лбу и щеках. Но сильнее всего жгло веки. Глаза слезились. Дрянь в кубе, вот кто эта аристократка.

Пришлось частично трансформироваться, чтобы избавиться от ожогов. Сначала — отдельно — голова. Потом — правая рука. Плечо. Грудь. Всё по очереди.

Когда закончила, я открыла дверь и вышла на прохладный воздух.

— Эта тварь облила меня какой-то гадостью и настроила нагреватель на подачу кипятка, зная, что я побегу её смывать. Хорошо, что я проверила воду до того, как под неё залезть, — сипло сказала я. — Всегда проверяйте температуру воды перед купанием теперь.

— И это из-за комнаты? — ужаснулась Горрия, заглядывая внутрь заволочённой паром ванной.

— Да. Из-за комнаты.

Я вернулась к себе, быстро оделась и побежала вниз. Кажется, общежитие ещё спало. Горрия двинулась следом за мной — натянула прямо поверх ночной рубашки куртку и длинную юбку.

Мы подошли к комнате комендантши как раз в тот момент, когда там назревал скандал.

— Но комната пустая! Вы же обещали! — ярилась незнакомка.

— Я сказала, что «возможно» поселю вашу подругу в ваш блок. Но возможности не представилось. Я определила её в другой. Сменить комнату нельзя. Вы распределены согласно утверждённому ректором принципу.

— Вы обязаны!.. — воскликнула незнакомка, но комендантша её тут же перебила.

— Это вы обязаны соблюдать правила академии, зайта Позойтар. Вас тут сотни, если я всех начну селить согласно их желаниям, то как раз к следующему учебному году закончу. Ваши прихоти мне не интересны, никаких связанных с титулом привилегий на территории академии у вас нет. Не нравится — отчисляйтесь, — ледяным тоном отчеканила высокая крепкая женщина с седеющими волосами, собранными в тугой пучок. Она была одета в форменный тёмно-синий жилет, серую рубашку и строгую юбку до пола. Серые глаза смотрели холодно. — Можете ходить с подругой в столовую и общаться после занятий. На этом — всё. Вы свободны.

Незнакомка развернулась на пятках и хотела уже вылететь из комнаты, но наткнулась взглядом на меня.

— Приветствую! — вежливо поздоровалась я со всеми. — Простите, что прерываю. Так вышло, что я вчера прибыла слишком поздно и не успела получить комнату. Девочки пустили меня переночевать в 124-й блок, и я хотела бы попросить закрепить за мной вторую комнату. Если это не противоречит принципу расселения, конечно.

— Фамилия! — властно потребовала комендантша, беря в руки свиток со списком учащихся.

— Инор. Ветана Инор. Просто не хотелось бы вещи туда-сюда таскать, если это возможно.

— Возможно, — легко согласилась заведующая общежитием. — Вот ваш ключ.

От возмущения и шока дрянную аристократку аж передёрнуло. Я победно улыбнулась.

В этот момент на лестнице раздался истошный крик и послышался грохот. Комендантша резко рванула в ту сторону, проявив неожиданное проворство. Мы кинулись следом. На лестничной площадке между первым и вторым этажом скулила девушка. Даже мне было понятно, что у неё сломана нога. С лестницы упала?

— Успокойся, сейчас я обезболю, — деловито присела рядом с пострадавшей комендантша и начала плести обезболивающий аркан.

— Нужна помощь? — раздался сверху обеспокоенный мужской голос, и его обладатель шагнул к лестнице.

Вдруг его ноги разъехались, и парень сначала с размаха упал на пятую точку, а потом полетел вниз, собирая ступени. Затормозил он как раз о заведующую общежитием и сбил аркан, да ещё и сломанную ногу девушки задел. Та взвыла. Парень зарычал, схватившись за копчик. Полетели магические искры от распавшихся чар.

Проклятая слизь! В неясном утреннем свете её, должно быть, не видно на полу. А я и не подумала убрать — слишком взбесил поступок дряни в кубе. Как там её… Позойтар. Кажется, я эту фамилию помню. Я осторожно поднялась наверх по сухим частям ступеней и встала у начала лестницы.

— Не подходите! Опасно! — остановила я нескольких парней, что спешили к месту событий.

Комендантша наконец сплела теперь уже два обезболивающих аркана и поднялась на ноги.

— Что случилось? — возмущённо спросила она.

— Зайта Позойтар разлила у подхода к лестнице слизь, чтобы навредить мне. Но в ловушку попался кто-то другой, — честно ответила я.

— Это правда? — взревела заведующая, обращая лицо на побледневшую брюнетку.

— Клянусь своей магией, что зайта Позойтар специально разлила у лестницы слизь, чтобы навредить! Она действовала намеренно. Атака была направлена против меня, но пострадали случайные люди, — звонко сказала я, сплетая аркан правды и накладывая его себе на грудь.

На мгновение кожу запекло, а потом чары впитались в меня, не причинив вреда, подтверждая правдивость сказанного. Утрись, тварь! За пострадавших тебе достанется.

— Немедленно вычистить всю лестницу! — взревела комендантша, глядя на перекошенное лицо аристократки. — Дисциплинарное взыскание первой степени! Мытьё пола на общих территориях весь первый лаурден следующего года! И докладная ректору тоже последует. Ещё одно нарушение, из-за которого пострадают люди, и вы вылетите отсюда как пробка, невзирая на происхождение, — уже тише добавила она.

Лицо Позойтар пошло красными пятнами, она бросила убийственный взгляд на меня и принялась осторожно подниматься по лестнице. Я сжала в ладони ключ и проговорила так, чтобы слышала только она:

— Если не отвалишь от меня, я тебя уничтожу.

— Мы ещё посмотрим, кто кого уничтожит, — прошипела она в ответ.

Комендантша через почтовый аркан срочно вызвала лекарей, и те вскоре пришли за девушкой. Парень поднялся и поковылял в лазарет сам. Бедняги. В пылу конфликта я даже не подумала, что кто-то может из-за этой вонючей слизи пострадать.

Вернувшись в блок в компании полностью деморализованной Горрии, я отправилась к себе. К счастью, мои вещи попортить дрянь в кубе не успела или не догадалась. Отныне буду всегда запирать комнату не только на ключ, но и с помощью аркана.

Села на кровать и уткнулась лицом в ладони. Принялась размеренно и спокойно дышать, хотя внутри всё до сих пор клокотало от пережитого.

Остыв, поняла, что совершила огромную ошибку. Да, комната досталась мне. Но идёт она теперь в комплекте с боевыми действиями против очень хитрого противника. Оно того не стоило! Нужно было на секунду притормозить, обдумать ситуацию и отказаться от комнаты, вместо этого я теперь обречена соседствовать с этой Позойтар. Кто же она такая? Нет, не помню. Явно из знати. Хотя какая, в общем-то, разница? Хоть гварцегиня, как я, хоть гваронесса — погоды это не меняет. Аристократка из древнего богатого рода, которая привыкла получать своё любой ценой, я таких прекрасно знаю, потому что сама такая. Теперь в ней взыграет гордость. Мыть четыре лаурдебата полы — мало удовольствия. И винить за это она станет меня.

Может, меня переселят?

Я вспомнила строгое лицо комендантши. Вряд ли. Кремень, а не женщина. У такой воды в дождь не допросишься. Да что же как всё глупо получилось-то, а?

«Ввязываясь в войну, помни, что если ты не извлекаешь из неё выгоды больше, чем несёшь потерь, то она тебе не нужна. Холодный мир лучше горячей битвы. Штиль лучше шторма. Всегда хорошенько обдумай ситуацию, прежде чем развязать боевые действия. Но если уж начала воевать — противника не щади ни секунды, пока не сломишь или не уничтожишь окончательно. А после этого никогда, слышишь, Аля, никогда не поворачивайся спиной к проигравшему», — учила бабушка.

Ох, какая же я дура! Ну зачем мне это? Мало других проблем? Сидеть надо было тихонько, не высовываться. Нет, мне всё надо что-то кому-то доказать. Зачем? Половина этих студентов без подобной грызни жизни не мыслит. Среди аристократов никого не травить — себя не уважать. Мишень для нападок и жертва нужна всегда, дружить в высших кругах умеют исключительно против кого-то. А я взяла и добровольно подставилась на эту роль. Это тебе не приют, где загнанные нищие напуганные одинокие девчонки иногда вынуждены драться за жалкое подобие комфорта, но при необходимости также вынуждены и объединяться, чтобы выживать вместе. Нет. Это клетка с подрастающими, сытыми, привыкшими к вседозволенности хищниками, которые сожрут тех, кто послабее уже через пару лаурдебатов. Таким, как Позойтар, интересно точить когти и грызться. А я по инерции влетела в это море грязи с головой.

Дура! Как есть дура!

И ведь не помиришься с ней. Теперь-то точно. Сама ей только что угрожала. Я бы на её месте в мифическое внезапно возникшее желание жить дружно точно не поверила бы. Да и желания такого у меня на самом деле нет. Если бы был способ бескровно избавиться от этой дряни, я бы так и сделала, и совесть меня бы не мучила. Ведь была бы я человеком — валялась бы сейчас в лазарете с ошпаренным лицом.

Ладно, война так война. В конце концов, эти навыки тоже нужно как-то оттачивать. Документы у меня приняли, под Инор она может копать сколько угодно — это самая распространённая в мире фамилия, когда-то давно её давали освобождённым рабам. В одном только Аллоране этих Иноров десятки тысяч, по всему архипелагу собирать замучаешься.

Итак, для начала нужно выбрать цель. Исключение из академии кажется самым логичным. Следовательно, нужно хорошенько эту Позойтар подставить. После сегодняшнего она, скорее всего, будет осторожнее и постарается не оставлять следов. А для того чтобы она ошиблась, нужно её хорошенько раскачать эмоционально. Чем сильнее она нервничает, тем лучше для меня. С чего начнём? Пожалуй, с комнаты.

Я вскочила на ноги и вышла в прихожую.

Горрия высунулась из-за своей двери, и я ей улыбнулась.

— Подожди, пожалуйста, у себя, ладно? Я сейчас одно дело сделаю и приду к тебе.

— Конечно.

Дверь захлопнулась, стало тихо. Я заперла наш блок изнутри и глубоко вдохнула, обретая равновесие на пороге спальни дряни в кубе. Мои задачи — открыть её дверь, не касаясь, и наложить проклятие, не входя. И второе гораздо проще первого. Позойтар свою дверь даже арканом не защитила — только закрыла на ключ. Глупо. Я расправила плечи, расслабилась и принялась плести очень сложные многослойные чары. К моменту, когда закончила, и её дверь с тихим щелчком отворилась, пот с моей блузы можно было выжимать. Я сплела однослойный аркан ветра, направила его в сторону двери, и та широко распахнулась.

Передохнуть бы, но надо торопиться, пока дрянь не вернулась.

Теперь проклятие, а они отличаются от обычных арканов тем, что в плетение мы вкладываем ещё и слова. Древние и могучие слова языка, на котором в повседневной жизни уже никто не говорит.

Шесть слов — шесть слоёв.

— Хорел!

Я сплела первый уровень, мягко напитывая его силой.

— Дена!

Второй слой нарисовался также ровно, завиток к завитку.

— Устелду!

Третий уже посложнее, но плетение всё ещё сияло ровно.

— Хаутс!

Закольцовывающие петли четвёртого слоя легли чуть неровно, я даже испугалась, что придётся переделывать, но нет. Получилось. С трудом. Меня уже потряхивало от напряжения, начало ломить виски, а чары всё тянули и тянули из меня силы.

— Бихурту!

Выводя пятый слой, я отчётливо поняла — сил на вторую попытку не хватит. Руки дрожали, голова раскалывалась, зрение стало тоннельным — я видела лишь одно плетение перед собой, и ничего кроме него. Вся моя жизнь сосредоточилась в светящихся ажурных чарах, жадно выпивающих меня до дна.

— Дадин!

Последнее слово я вытолкнула из себя через силу. Мы с бабушкой плели этот аркан лишь пару раз, и он никогда не давался мне настолько тяжело. От напряжения зазвенело в ушах, в голове словно взорвалась шаровая молния. Последний слой задрожал в руках, норовя погаснуть, но в итоге неимоверным усилием я удержала проклятие Ветхости и толкнула его внутрь, наблюдая, как оно плавно и бесшумно оседает на вещах Позойтар. Особенно досталось шкафу, стоящему ближе всего ко входу.

В глазах помутилось, закружилась голова.

Финальным усилием я сплела аркан ветра и потянула на себя. Поток воздуха из проклятой спальни рванул мне в лицо и захлопнул за собой дверь. «Хорел дена устелду хаутс бихурту дадин», — чтобы всё истлело и обратилось прахом, если переводить дословно. Очень простое и очень действенное проклятие, избавиться от которого сложнее, чем смириться с потерей вещей. Самое главное, что действовать оно начинает постепенно. Сначала на платье потускнеет цвет, появятся легкие потертости на локтях и по швам, начнут истончаться нитки и возникать маленькие дырочки, которые невозможно зашить, потому что ветшающая ткань расползается под иглой. А спустя месяц оно даже на половые тряпки не сгодится — рассыпется на трухлявые нитки. Надеюсь, Позойтар оценит мой сюрприз. А если она одумается и принесёт искренние извинения, я смогу снять проклятие. Только я, больше никто. Но шантажировать её не стану, зачем? Сначала посмотрю на поведение.

Голова закружилась ещё сильнее. Я покачнулась. Ноги сделались ватными, в ушах стоял звон, во рту стало кисло. Я шагнула к соседней двери и открыла комнату Горрии. Сделала шаг внутрь и рухнула прямо на пол.

Боль зазвенела в голове, и я отключилась.