Моя виза - подушка

Глава 2

День не задался с самого утра. Сначала будильник помешал досмотреть обалденный сон, потом перегорела лампочка в туалете и пришлось справлять нужду с открытой дверью (какое счастье, что я живу одна!). На неделю отключили горячую воду — бегала с тазиком, чайником и кружкой, чувствуя себя средневековой селянкой. Омлет подгорел, хотя раньше никогда такого не было. Давилась, но ковыряла уцелевшие части и ела, так как в холодильнике больше ничего не осталось, а на работе поесть получится не скоро. А еще опоздала на маршрутку, вступила в лужу и получила нагоняй от начальства за неподобающий внешний вид! Естественно, завуч накинулась на меня прямо у порога школы, я даже не успела вытащить из сумки влажные салфетки, чтобы вытереть пострадавшую обувь.

Кстати, об обуви. Идеальные люди, у которых всегда и везде в любую погоду обувь остается кристально чистой, поделитесь своей страшной тайной или не мозольте простому народу глаза! Как, ну, как можно в дождливую погоду прийти на своих двоих, например, в кафе в белых тряпичных тапках без единой грязной капельки?! Я знаю, что некоторые девушки носят с собой сменную обувь, тут всё понятно. Но есть же и те, чья обувь без сменки и чистки выглядит идеально! Ведьмы и колдуны!

Ничего удивительного, что после таких приключений в класс я ворвалась, как фурия. Плюхнулась на стул, сумку водрузила на стол, а лицо закрыла ладонями. Глубокий вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Проблемы, прочь! Проблемы, прочь! Я добрая, хорошая, воспитанная, образованная, сдержанная. И меня всё БЕСИТ, БЕСИТ, БЕСИТ!!!

Вдоооооох. Выыыыыдох. Вдоооох. Выыыыдох. Дети не виноваты в том, что я такая «везучая». Они маленькие, хорошенькие. Наедешь на них, потом их родители наедут на тебя, поэтому успокаиваемся и настраиваемся на рабочий лад.

***

Странно, но уроки прошли спокойно и даже весело.

Когда к доске выходят малыши, чтобы показать ту или иную букву алфавита на плакате, я ставлю им стульчик, потому что даже с указкой они не дотягивались до верхних рядов. Подниматься и спускаться помогаю. К чему я это? Читайте дальше.

К доске вышел мальчик по имени Максим. На стул взобрался сам, продемонстрировал и назвал нужную букву. Когда ему нужно было спуститься на пол, я по привычке подала ему руку. Максим демонстративно воззрился на мою ладонь, отвернулся, спрыгнул сам, оттянул съехавший пиджак и выдал:

— Не нужно. Я же мужчина, — и пошёл к своей парте с гордо поднятой головой.

Я чуть не умерла от умиления.

***

Сегодня у моей единственной подруги с работы был выходной. Садиться в столовке за чей-то столик и общаться с малоприятными людьми не хотелось, поэтому я отсела подальше, пытаясь затеряться среди школьников. Едва не подавилась супом, услышав за спиной знакомый голос одного из старшеклассников:

— Алина Сергеевна, я Вас люблю!

Крепкой рукой мне постучали по спине, чтобы еда все же попала в нужное горло. А когда я повернулась с навернувшимися из-за кашля слезами на глазах и удивленно-разозленным выражением лица, увидела перед собой Андрея Лютикова из 11 «А».

— Пока не сдашь мне проекты, что ты задолжал, итоговую отметку не поставлю.

— Ну, Алииииина Сергеееевна! Мне некогда их делать, у меня каждый день тренировки.

— А ерундой заниматься, значит, есть время.

Андрей надулся и выпалил:

— Вас всё равно заставят выставить отметки в срок, всех учителей заставляют!

— Не вопрос, поставлю то, что у тебя выйдет с учётом неудов за несданные работы.

— Ладно, завтра всё принесу, — сдался ученик.

— Иди уже, герой-любовник.

***

Последний урок был как раз у 11 «А». Ученики подготовили проекты по теме «Туризм» и с упоением рассказывали о красивейших и интереснейших местах своей страны и мира. Я слушала, периодически улетая на крыльях мечты и желания поскорее пойти в отпуск. Я уже представила лазурный пляж, высокие пальмы, горячий песок, свежий ветерок, красивого мужчину, намазывающего меня кремом для загара…

Внезапно в дверь постучали — и в класс вошёл курьер из службы доставки цветов с внушительным букетом жёлтых роз. Меня попросили поставить подпись, подтверждающую получение и оставили в полном невменозе.

Дети были в восторге, перешептывались и гадали, кто этот таинственный ухажёр. А мне было как-то совсем не весело. Во-первых, я не люблю жёлтый цвет. Во-вторых, число бутонов в букете было чётным, как для поминок. А в-третьих, ко всему этому великолепию прилагалась записка: «Вот ты и нашлась, маленькая хулиганка. До скорой встречи!».

Всё внутри похолодело. Неужели мои подозрения и паранойя получат подтверждение?

Как дожила до конца урока, не помню. Букет оставила в классе, чтобы дома не нервничать. Выбрасывать было жалко, цветы ж ни в чём не виноваты. Уходила из школы в подавленном состоянии. А когда на крыльце мою талию обхватили чьи-то руки, заорала в голос.

— Алинка, ты чего орёшь? — раздался над ухом мужской голос, а тиски объятий разжались.

Я вывернулась, чтобы посмотреть своему страху в глаза.

— Вадик? — обалдела я. — Ты что здесь делаешь? Ты ж в Америке.

Кареглазый брюнет в джинсах и футболке засмеялся.

— Как видишь, уже не там. В отпуск приехал родителей проведать. Вот и тебя решил навестить. Ты как? Свободна в ближайший час?

— Для тебя свободна, вредина ты моя любимая! — на радостях повисла у него на шее.

— Тогда идём в какое-нибудь кафе, пообщаемся.

И мы пошли. Вадик — мой лучший друг. Познакомились мы в универе, вместе учились и сидели за одной партой. Я помогала ему по предметам, он был моей наглой пробивной торпедой. В том смысле, что, если я куда-то боялась идти или что-то у кого-то спросить, он выполнял эту функцию за меня. Именно он решал кучу моих бытовых проблем, а также заставлял преодолевать свои страхи, выводил в люди, помогал раскрепоститься. Если бы не Вадик, я бы так и оставалась серой мышью, в которой только изредка пробивается бунтарское начало. За что я ему очень благодарна.

После окончания учёбы он уехал работать в США, там и остался. Сначала мы пыталась общаться: созванивались, писали друг другу письма, общались по скайпу и в социальных сетях. Но постепенно всё сошло на нет. То времени было мало, то большая разбежка в часовых поясах мешала выкроить конкретное время для разговора. А потом как-то мы привыкли к отсутствию друг друга и, можно сказать, смирились, хоть и не перестали периодически перебрасываться сообщениями в интернете.

Когда мы уселись в маленькой уютной кафешке и заказали по чашке кофе и десерту, я не выдержала и спросила:

— Вадик, а это ты мне сегодня букет прислал?

— Да, а что? Он тебе не понравился?

— То, что розы жёлтые, это ерунда, но объясни мне, пожалуйста, почему их количество чётное?

— У славян издавна было принято дарить именно чётное количество цветов, желая, чтобы человек был с парой. А «нечётные» букеты приносили на могилы родственников, выражая свою скорбь.

— В следующий раз поясняй, в соответствии с какими традициями даришь букеты. Я же испугалась до чёртиков, — буркнула я.

— Ну, извини. Не подумал, выпендриться решил. Больше так не буду.

Мы поинтересовались друг у друга текущими делами, обсудили новинки кино и литературы, а потом уже, вроде как, и не о чем говорить было. И кто бы ни говорил, что время и расстояние никогда не сможет помешать дружбе, я ни за что не поверю. Да, теплые отношения могут сохраниться, но больше не будет веселых моментов, проведенных вместе, откровений, которые говорят только наедине, и обычного, но такого необходимого присутствия. Это будет уже не та дружба, не те отношения. И самое обидное состоит в том, что больше никогда вы не сможете восстановить то, что было перемолото в жерновах прошлого.

— Алинка, пообещай мне, что будешь себя беречь. Я переживаю за тебя.

Я улыбнулась и кивнула в знак согласия.

— Я бы еще с тобой посидел, но нужно бежать. Отпуск короткий, а людей, которых хочется повидать, много. Завтра я улетаю обратно.

— Когда вернёшься в следующий раз? — я опустила глаза, чтобы друг не заметил, как они увлажнились.

— Без понятия, честно. Но вряд ли это будет скоро, — Вадим тяжело вздохнул. — Приезжай в гости. С языком проблем у тебя не будет.

— Я постараюсь.

На том и разошлись.

Я была рада повидать своего старого друга, но после его ухода стало еще муторнее, чем было до этого. Вспомнив, что собиралась утешить себя новой сумочкой, отправилась в торговый центр.

***

Вызвонить по дороге свою подругу Лику так и не получилось. Она тот человек, с которым мне комфортно, которому можно доверить свои страхи и сокровенный мысли, с которым можно расслабиться и вытворить что-то сумасшедшее. Но личность она сложная, со своими тараканами и постоянными загонами. Я уже давно привыкла к её манере общения «Хочу — дружу, не хочу — не дружу» и чаще удивлялась, когда она отвечала на звонки, чем, когда отправляла меня на месяц в беспричинный игнор. В «моменты просветления», как я их называю, мне было очень хорошо с Ликой, я забывала о «особенностях» общения с ней и каждый раз искренне верила в пылкие заверения о крепкой дружбе и жаркие обещания никогда так больше себя не вести. Но снова и снова обо мне забывали, вычёркивали из жизни и находили новых любимых друзей. Вот и теперь в прекрасную голову Анжелики зашёл какой-то заскок, хотя я всё равно упорно пытаюсь придумать ей оправдания и ищу причину в себе.

Тяжело вздохнув, я пошла обследовать ассортимент магазина одна.

Люди, может, что-то пропустила? Когда для взрослых и серьезных женщин перестали выпускать классические сумки нейтральных тонов без лишних украшательств? На всех витринах было одно и то же: то противные рюшечки, то детсадовские бантики, то поросячье розовое, то тошнотворное жёлтое. Я обошла четыре этажа магазина, но так и не нашла ничего подходящего. Только оборачивалась постоянно, ощущая на себе чей-то пристальный взгляд. Но понять, от кого он исходит, так и не получилось.

Ехать еще куда-то не было ни времени, ни желания. Пришлось тащиться в продуктовый и шлёпать домой с тяжеленными пакетами, ручки которых впивались в мои ладони. В очередной раз в голове пробежала мыслишка о необходимости покупки автомобиля, хотя бы самого завалящего, лишь бы ездил.

Права у меня были, но с машиной пока что-то не срасталось. То денег не было, то посоветоваться о её покупке не с кем. Сейчас тоже нет никого, кто бы мог помочь. Ну да ладно, как-нибудь разберемся.

Сразу вспомнился мой инструктор по вождению. Училась я в Минске, когда еще была студенткой. Автошколу выбирала по отзывам и удобству расположения. Теория прошла на ура, женщина-преподаватель очень доходчиво всё объясняла, подкрепляя материал случаями из жизни и забавными моментами. А потом настало время для практических занятий.

После первой встречи с «мастером», как их там называли, у меня сложились двоякие впечатления. С одной стороны, он не был очень старым, рассказывал понятно, машинка тоже резвая была. А с другой стороны, мужчина показался мне скользким, и не понравились явные намёки на заигрывание.

Ездить на практику приходилось через весь Минск. Чтобы попасть на занятие, а потом еще успеть в университет, мне приходилось вставать в 5 утра, полтора часа ехать с двумя пересадками, час «кататься», а потом снова полтора часа до факультета.

Первое впечатление об инструкторе подтвердилось. Я неловко себя чувствовала под пожирающими взглядами, от лебезящих интонаций хотелось заткнуть уши, а от прикосновений к коленке, якобы предназначенных научить правильно давить на педаль, меня вообще трясло. И вроде допустимую черту он не переходил, если бы я пожаловалась кому-то, легко бы списал это на мою бурную фантазию. Поэтому я терпела и утешала себя тем, что скоро всё закончится.

Чем ближе дело шло к внутреннему экзамену, тем меньше инструктор давал мне пояснений. Несколько занятий к ряду мы ездили по кругу и говорили о всякой ерунде. А вот во время сдачи и начали выползать мелкие недочеты, из-за которых я и «завалила» испытание. Зато потом мой инструктор любезно предложил провести дополнительное занятие, за отдельную плату. Мне ничего не оставалось, как согласиться. И, о чудо! Человека словно подменили! Всё объяснял, не злился, даже если я тупила, раскладывал по полочкам все возникающие дорожные ситуации. Да за один этот дополнительный час он рассказал мне больше, чем за весь курс обучения! Осталось неприятное ощущение того, что меня нагло обманули и использовали как дойную корову.

Экзамены я потом всё-таки сдала и получила водительское удостоверение. Но садиться за руль я боюсь до сих пор. И не столько из-за страха ездить, сколько от последствий стресса, давившего на меня всё время учёбы. От одной мысли о том, чтобы сесть за руль, меня начинает колотить мелкая дрожь. Но в душе я понимаю, что рано или поздно придётся справляться и с этим. Всё-таки, когда на соседнем сидении нет злого дяди инспектора или опостылевшего инструктора, ехать должно быть комфортнее психологически.

За этими мыслями я и не заметила, как пришла домой.

***

Поужинав, я сделала уборку, заменила лампочку в туалете, вымыла тарелки и кастрюли в ледяной воде, обещая себе накопить еще и на посудомоечную машину. Часа полтора я просидела, готовясь к завтрашним занятиям, а потом решила поваляться в кровати в компании книжки.

Именно книжками я пыталась в последнее время залечить своё чувство подавленности. Как умалишённая читала электронку и слушала аудиокниги: дома, на улице, на совещаниях, в перерывах между работой, в транспорте, в ванной, в туалете, во время приготовления еды — всегда и везде. Я легко «вливалась» в повествование и проживала судьбу понравившегося персонажа, забывая о своих страхах, сомнениях, боли и одиночестве. Да, именно одиночестве. Несмотря на множество людей вокруг меня, я в полной мере ощутила на себе действие понятия «одиночество в толпе».

Книги я выбирала в большинстве своём фэнтезийного жанра, в которых есть любовная линия и счастливый конец. Читать что-то унылое, где все герои поголовно страдают и умирают в муках, мне совсем не хотелось. Всё-таки книга должна поднимать боевой дух, иногда пробивать на слезу и размышления, но не превращать и так невесёлую жизнь в тихий ужас.

Сегодня мой выбор пал на одну из книг космической тематики. Суперкрутые корабли, высокие технологии, другие планеты и галактики, военные, а среди этого всего растянутая любовная история, когда героиня с героем лет десять не могут определиться, нравятся они друг другу или нет. По-моему, это уже какой-то экстрим — столько времени измываться друг над другом. А еще по закону жанра героиня — обязательно чистая и непорочная дева. Ей под тридцатник, ведёт себя как подросток, а окружена она сплошь альфа-самцами, но ко всем относится, как к братьям. Вы в такое верите? Я нет. Мне таким героиням хочется настучать по голове чем-нибудь тяжёлым, чтобы у них хоть инстинкты проснулись, раз уж мозг отказал.

Прекратив читать это бред, я, как обычно, проверила все замки в квартире, кое-как поплескалась в тазике с нагретой водой, натянула любимую красную сорочку в надежде увидеть во сне какого-нибудь красавчика и пошлёпала в кроватку.

***

Видимо, прочитанная книга меня сильно зацепила, так как я оказалась в каюте космического корабля. Как я поняла это? В иллюминатор посмотрела, там как раз очень живописно проплывали мимо неведомые звёзды, в где-то вдалеке виделись широкие кольца Сатурна. Сама комната была небольшой и вмещала в себя только узкую кровать, тумбочку, маленький письменный стол и стул. Одна из стен была облицована какими-то панелями глубокого синего цвета, возможно, за ними скрывался шкаф. Ещё я обнаружила дверь в санузел. Стандартный унитаз, раковина, зеркало и душевая кабинка. Всё строгого серого цвета, никаких излишеств. Свет лился непонятно откуда, освещая именно ту зону, в которой ты находишься. Интересненько.

Выходить из уже изученной каюты не хотелось. Столкнусь там с кем-нибудь, и объясняй потом, как я сюда попала. Кто ж поверит, что это мой сон? Ансгар же не поверил. Так там лес был, мало ли откуда я забрести могла. А тут корабль в открытом космосе, все пассажиры подсчитаны.

Чем себя занять, я знала. На столе обнаружился толстенный талмуд о космических кораблях. Я хоть и понимала, что там написано, но мне больше были любопытны качественные цветные картинки. Их я и принялась рассматривать, забравшись в кровать и включая настенный светильник.

Формы этих летающих посудин были очень разнообразными: треугольные, круглые, вытянутые, сплющенные, похожие на морских животных и сложносоставные, которые словами-то и не опишешь. Во всех было четкое деление на функциональные части. Жилые помещения находились, как правило, отдельно от рабочих, а капитанский мостик был размещен так, чтобы команда имела максимальный угол обзора.

Моё скромное занятие было прервано звуком приближающихся шагов и непродолжительным писком какого-то мудрёного электронного замка. Я плюхнула книгу на стол, выключила свет и накрылась одеялом с головой, оставляя небольшую щелочку для обзора.

В каюту вошёл статный мужчина в синей форменной рубашке с короткими рукавами и специальными нашивками, прямых брюках в тон, такой же кепке, на широком чёрном поясе крепилось оружие, дубинка и еще какие-то прибамбасы непонятного назначения. Странным мне показалось то, что он был в темных солнечных очках, но потом решила, что они, наверняка, выполняют какую-то иную функцию.

Хозяин комнаты выглядел уставшим, возможно, это одна из причин, по которой он не заметил меня сразу. Кровать хоть и находилась в тёмном углу, а одеяло по цвету сливалось со стеной, но при должном рассмотрении нетрудно было понять, что там кто-то лежит.

Мужчина быстрым и привычным движением подошел к столу, снял очки и кепку, явив моему взору стильно остриженные темные волосы. Потом он надавил на панель в стене, открывая шкаф, эротично снял с себя рубашку и майку, повесил на тремпель, поигрывая умопомрачительными мускулами. Тяжелый ремень с «игрушками» спрятал в сейф, снял ботинки и носки, а потом приступил к брюкам. Я даже задержала дыхание. Под ними обнаружились белые боксеры, обтягивающие упругую попку. Так и хотелось ущипнуть!

Этот сгусток тестостерона повесил брюки на специальное крепление, задвинул обе вешалки с формой в какой-то отсек, закрыл стеклянной дверцей и что-то набрал на дисплее. Раздался писк, отсек заполнился белым паром или газом, что-то пошипело, газ со свистом вернулся восвояси, открывая вид на свежую и выглаженную одежду, а механический голос известил: «Чистка завершена». Ничего ж себе! Стирка, сушка и глажка в один приём и за считанные секунды! Дайте мне эту штуку! Я её хочу!!!

Тем временем хозяин комнаты вытащил с полки чистое полотенце и отправился в ванную. Был он там недолго, но я успела разнервничаться. А когда открылась дверь, вошел в комнату в одном полотенце, завернутом вокруг бёдер. Я сглотнула. Роскошные мышцы под загорелой влажной кожей божества! От хозяина комнаты пахло самцом, сильным, властным, несгибаемым. Я почувствовала себя мартовской кошкой, у которой крышу сносит от красивого кота. И да, кота у меня давно не было. Перед тем, как бросить, мой бывший уезжал на несколько месяцев на заработки. Поэтому я не стеснялась своих желаний. Всё-таки это мой сон, а я молодая, свободная и голодная.

Красавчик с задумчивым видом подошёл к стулу, повесил на спинку влажное полотенце, повернулся к кровати, сдёрнул одеяло, посмотрел на меня равнодушным взглядом, развернулся и ушёл в ванную.

И что это было?

Через минуту мужчина вернулся с мокрым лицом. Умывался, значит. Неужели не поверил, что в его постели может лежать полуголая девушка? Любопытно.

Он потёр глаза и уставился на меня. Я помахала ручкой:

— Привет.

Что-то в его голове явно происходило. Это я поняла по тому, как он хмурил брови. А потом одним резким скачком он подлетел к стулу, сорвал полотенце, прикрывая самое дорогое, и спросил:

— Ты кто?

Да уж. Какие-то все неоригинальные.

— Алина, — со вздохом ответила я. — А ты кто?

— Майор Флетчер, — отрапортовал он.

— А имя у тебя есть, майор?

— Энтони, — похоже, до него еще не до конца дошло, что я реальная.

— Очень приятно. А теперь иди ко мне. Я не знаю, когда проснусь, поэтому, давай, не будем зря терять время.

Энтони, опешив, плюхнулся на стул.

— Долетался до зрительных и слуховых галлюцинаций, — пробормотал он. — Говорила мне мама: «Сынок, зачем тебе этот космос? Ни земли, ни женщин», а я, дурак, не послушался.

— Хватит рефлексировать, а то у меня будильник в любой момент зазвонить может. Поцелуй меня, в конце концов! — я потянулась к нему и цапнула за руку, заставляя перекочевать на уютную кровать.

Мужчина словно очнулся. Уселся рядом, всё так же пристыжено прикрываясь полотенцем, будто у меня не было возможности рассмотреть всё в деталях, ощупал моё лицо, погладил шею и, буркнув: «Настоящая», страстно впился в мои губы.

Мммммм, как он вкусно целуется! Посасывания, покусывания, чередование нежных и почти грубых ласк. Лёгкие, воздушные касания и неистовый танец языков. Это просто фейерверк какой-то!

Как думаете, что было потом?

Бурный секс и охи-вздохи? А вот и нет! Снова звонок! Только это не мой будильник звонил, что еще оставляло мне надежду на продолжение, а дверь, то есть какая-то штука вроде видеодомофона. На экране появилась физиономия какого-то мужика в форме, а судя по тому, как мой несостоявшийся любовник дёрнулся и попытался меня спрятать, это был его начальник.

Я уже говорила, что Энтони не отличался оригинальностью? Так вот, спрятал он меня в шкафу. Собственно, больше и негде было, если только в ванной, но мало ли гостю приспичит руки помыть. Поэтому сижу в шкафу, как герой популярных анекдотов, и подглядываю. Интересно же.

Одеться хоть во что-то Антоха не успел, пришлось поплотнее замотать полотенце и открывать дверь заждавшемуся начальству. Белый кусок ткани не смог в полной мере скрыть приподнятое настроение моего друга, что не осталось незамеченным старшим по званию.

— О, ты уже отдыхаешь? — с ехидной усмешкой спросил он.

Майор криво улыбнулся.

— Устав не запрещает немного помечтать в свободное от работы время. Что-то случилось?

— Да, там Франк хотел анализатор починить, а в итоге доломал окончательно. А мне завтра позарез утром результаты командованию сдать нужно. Только на тебя одна надежда.

Энтони тяжело вздохнул, мельком глянул на шкаф и сказал:

— Мне нужно одеться.

— Так одевайся.

— Я бы хотел это сделать один, — деликатно проговорил майор.

— Когда это ты таким стеснительным стал, Тони?

— Сэм, как друга прошу, выйди.

— Ну, если как друга, — протянул старший по званию. — Может, ты тут кого-то прячешь?

— Угу, длинноногую блондинку, которая страстно хочет со мной переспать.

Сэм расхохотался. Как говорится, хочешь что-то скрыть — скажи правду.

— Собирайся, Казанова. Там недолго. Сделаешь дело, и мечтай о своей блондинке хоть до утра, — он развернулся и вышел.

Как только дверь закрылась, Тони метнулся ко мне. Затекли ножки и болела шея от неудобной позы, поэтому я с радостью покинула мою временную клетку.

— Малыш, мне нужно уйти ненадолго. Я прибью Франка за то, что из-за него нас прервали. Сделаю всё возможное и невозможное, чтобы вернуться поскорее. Ты дождешься меня? — он так трепетно обнимал меня и заглядывал в глаза с такой тревогой, что я не могла сказать ему «нет», хоть сама и не знала, надолго ли я тут.

С тоской и обожанием смотрела, как он одевается. Красавчик Энтони довольно быстро преобразился в статного майора Флетчера. Перед уходом мужчина покрыл мелкими поцелуями всё моё лицо, шею и линию декольте и крепко обнял, наверное, пытаясь запомнить ощущения.

Коротать время я решила всё с той же книгой про космические корабли, хоть это занятие уже не доставляла мне особой радости. Какой-то дурацкий сон. То меня не замечают, то запихивают в шкаф, то уходят. Жалко будет, если я проснусь, так и не дождавшись Тони. Он мне понравился.

Понравилась ли ему я? Несомненно. В его положении, когда с женщинами на корабле напряг, ему понравилась бы любая.

С этой мысли я перешла к той, которая беспокоила меня уже много лет. Если быть точной, то я давно ломаю голову над тем, где же всё-таки обитает мой суженый. Он ведь должен где-то быть. Не просто так я до сих пор так никого по-настоящему не полюбила. А мне до боли хочется потерять от кого-то голову, дышать им, чувствовать его на расстоянии. Вместе просыпаться каждое утро, вместе завтракать, обедать и ужинать, переживать горе и радости, делиться самым сокровенным и не бояться показаться смешной. Хочется быть любимой и единственной для того, кто навсегда поселится в моём сердце.

Думать о том, что я всё себе придумала и попросту не способна на глубокие чувства, не хотелось. Как и решать, что лучше: любовь без близости или близость без любви. Оба варианта не радужные. Платоническое чувство без физического контакта не будет полным. А секс без чувств — это просто разрядка для организма, после которой иногда чувствуешь себя одноразовым стаканчиком. Воспользовались, сломали и выбросили. Уж я-то знаю. Еще бы чуть-чуть — и меня бы унёс процесс самокопания, что обычно заканчивается слезами в подушку и желанием повеситься.

Энтони вернулся очень вовремя. Он тяжело дышал, видимо, несся со всех ног, а взгляд у него был обеспокоенным, пока он не лицезрел меня.

Заблокировав дверь, он начал стремительно раздеваться, бросая вещи прямо на пол. А что? Утром засунет в свою чудо-машинку — и форма будет чистая и выглаженная.

Я отшвырнула книгу в сторону и набросилась на него. Что-то говорить было бессмысленно, желание, подгоняемое временем, сжигало нас. Безумно хотелось добраться до вожделенного приза и насладиться им сполна.

Тони не составило труда меня раздеть и, подхватив под попу, уложить на кровать. Он начал с глубокого поцелуя в губы, давая вспомнить то, на чём мы остановились, потом перешёл к плечам и шее, жадно покусывая мою тонкую кожу, и надолго задержался на груди. Его рот был горячим и влажным. Я растекалась под ним, как кисель. Кровь разгоняла жар по телу, заставляла выгибаться и мурлыкать. А когда этот божественный мужчина спустился ниже, устраиваясь между моих ног и вытворяя что-то невероятное, я взорвалась от восторга. Вот это да! Вот это сон! Ощущения такие острые, будто всё происходит на самом деле.

— Аааааа, возьми меня немедленно! — простонала я, распалённая до такого состояния, что, если бы сейчас нас опять кто-то прервал, я бы умерла.

По затуманенным глазам Тони поняла, что он примерно в таком же состоянии. Поэтому долго упрашивать его не пришлось. Он навалился на меня, как медведь, давая почувствовать приятную тяжесть, и резко вошёл. От полученного удовольствия у меня потемнело в глазах, а от серии мощных толчков из горла вырывались приглушенные стоны. Тони тоже стонал от наслаждения, что меня жутко возбуждало, хотя, казалось бы, куда уж больше. Мир перестал существовать для нас обоих. Мы находились в своём микрокосмосе, где не было ничего важнее, чем делать друг другу приятное. Сознание было погружено в вакуум, чтобы не мешать телу парить в пространстве. Тем не менее, беспокойная мысль о предохранении в голове всё-таки проскочила. Но это же сон, а от эротических снов еще никто не беременел. На том и порешив, я расслабилась окончательно, сливаясь в экстазе с потрясающим мужчиной.

После того, как пришёл умопомрачительный финал, мы лежали в обнимку, прислушиваясь к биению наших сердец. Одной рукой Тони накручивал на палец мой локон, а второй гладил по ноге, которую я по-собственнически закинула на него.

— Так всё-таки, как ты здесь оказалась, принцесса? — задумчиво произнёс он.

— Я сплю. Ты мой сон, — уверенно ответила я.

Он хмыкнул.

— Тогда что же получается? Я тоже сплю?

— Не знаю. Тебе виднее.

— Почаще бы видеть такие сны, — он поцеловал меня в макушку и стиснул, как любимую детскую игрушку.

— Угу, — подтвердила я и провалилась в сон.

***

Очнулась в своей квартире. В комнате было уже светло, будильник показывал, что сейчас пять утра. Я почувствовала приятную ломоту в теле, потянулась, как сытая кошка, а в следующий момент поняла, что лежу совершенно голая. Меня словно холодной водой окатили. Подскочила и стала трясти одеяло и подушки в поисках ночной одежды. Но моя любимая сорочка и трусики бесследно исчезли.

Тут что-то потекло по внутренней стороне бедра. Неужели месячные? Рановато еще. Я провела рукой по ноге и посмотрела на пальцы. Понюхала.

Беременный ёжик! Выходит, то, что происходило со мной ночью, было на самом деле! И если я не приму меры немедленно, то через девять месяцев буду с малышом на руках от малознакомого майора космических войск. Скажу кому — в дурку отправят. А стыдно-то как! Явилась к мужику и давай в постель тащить. О, ужас! Я же думала, что это сон, МОЙ сон!

Со скоростью света я понеслась в ванную принимать душ. Потом быстренько оделась и помчалась в круглосуточную аптеку за постинором. Хвала тому человеку, который придумал экстренную контрацепцию!

Таблетку я приняла там же, в аптеке, на телефоне поставила себе напоминалку, чтобы принять вторую через двенадцать часов, и отправилась домой досыпать. Сегодня на работу мне только к обеду, время понежиться в постели есть.

Уснула с улыбкой на лице и мыслями и Тони. В этот раз я просто провалилась в черноту.

***

— Алинка, привет!

— Привет, Аллочка! Как ты?

— Я как обычно, а вот с тобой что? Такая загадочная, довольная, и глазки горят. Вот что секс животворящий делает!

Я покраснела.

— Признавайся, кто он! — мгновенно раскусила меня подруга.

— Эмммм, — замялась я, не зная, что и говорить. — Мужчина.

Алла закатила глаза и протянула:

— Понятно, что не верблюд. Кто, как зовут, как выглядит, где вы познакомились? Хорош ли он в постели, спрашивать не буду, и так видно.

— Давай, потом, а?

— Потом ты сбежишь, так и оставив меня мучиться от неизвестности. Здесь и сейчас!

— Аллочка, мы в школе, дети вокруг, — пыталась я остудить её пыл.

— Ладно, после работы идём в кофейню. А сейчас хоть скажи, я его знаю?

— Нет, определённо.

— Кем работает?

Я тяжело вздохнула, делая вид, будто мне не хочется о нём поговорить. Подавила дурацкую улыбку, возникшую при воспоминании об Энтони, и сказала:

— Военный, красивый, здоровенный.

Вид у моей подруги был такой заинтригованный и азартный, что я поспешила ретироваться, пока меня не припёрли к стенке окончательно.

Уроки пролетели незаметно, чему способствовало хорошее настроение. В фойе меня буквально сцапали и утащили в кофейню.

— Так он военный? — с места в карьер начала Аллочка.

— Да.

— Красавчик?

— Помнишь, мы видели фотки крутых испанский полицейских? Вот он такой же.

Алла открыла рот от удивления.

— Подруга, ты просто обязана мне сказать, где такие водятся! Я тоже хочу!

Я не знала, что ей ответить. Сказать, что это был мой «сон»? Засмеёт. А если скажу правду, отправит в больничку. И как быть?

— Он там один такой был, — соврала я.

— Непруха, — грустно констатировала Алла, а потом резко воодушевилась. — Слушай, а, может, ты меня со своим познакомишь? У вас как: всё серьёзно или на один раз? Если на раз, то я бы тоже не прочь протестировать.

— Стоп, стоп, стоп. Про серьёзно-несерьёзно я не знаю, но от повтора не отказалась бы. А познакомить не смогу.

— Тебе жалко, что ли? Ревнуешь?

— Нет, просто его нет сейчас. Улетел.

— Куда?

— В космос, — чуть слышно сказала я и многозначительно замолчала.

— Так он космонавт???

— Ага.

Она снова пригорюнилась.

— Надолго улетел?

— Не знаю.

— Да что ты вообще о нём знаешь? — разозлилась подруга.

Я смутилась и опустила голову:

— То, что он классно целуется, и способен заставить меня стонать от удовольствия. Замуж я за него не собираюсь, а для периодических встреч этих знаний достаточно.

— Прям стонать?

— Угу. И он тоже стонал, а меня это очень заводит.

— Как же я тебе завидую, — протянула она.

— А с твоим Серёгой что?

Алла тяжело вздохнула.

— Он мне предложение сделал.

И тут не выдержала я:

— И ты молчала??? Да это же событие века! Вы десять лет встречаетесь!

— Встречаться-то встречаемся, но, понимаешь, я чувствую, что это не он. Ну не представляю я его в роли своего мужа, а, тем более, как папу моих будущих детей.

— Так в чём проблема? Уходи от него. Зачем издеваешься над человеком?

— А вдруг потом одна останусь? Мне уже двадцать шесть лет. Ещё чуть-чуть и тридцать стукнет, кому такая старуха нужна будет?

— А четыре года куда потерялись, старушка ты моя? В Голливуде и в сорок пять в невестах ходят.

— То в Голливуде. И не считаю я это правильным. У тёток детородный возраст на исходе, а они принцесс из себя строят. А я хочу нормальную семью, с мамой, папой, парочкой ребятишек. И внуков своих я хочу понянчить, а не бояться, что умру раньше, чем мои дети обзаведутся потомством.

— Тогда выходи за Сергея.

— Не хочу!

— Определись уже, женщина! — не выдержала я.

— Ты мне погадаешь? А то я совсем запуталась.

Я вздохнула.

— Погадаю, куда ж я денусь. Только после выходных. А то ко мне мама приезжает, а она это дело не любит.

— Договорились.

***

Домой я возвращалась, когда уже почти стемнело. Улица была пустой, я шла и вспоминала Ансгара и Тони. И, если с Тони всё было на самом деле, то и Ансгар где-то существует. А я испарилась прямо из его объятий. Могу себе представить, как он удивился и расстроился. Но уговор я выполнила, мы договаривались лишь на поцелуй.

За спиной послышались шаги. Я обернулась и увидела тёмную фигуру, замотанную в плащ. Стало страшно — и я ускорила шаг. Фигура последовала моему примеру. Я свернула за угол в надежде, что это снова моя паранойя, но меня не упускали из виду. Тогда мне пришлось бежать.

Моё сердце пряталось где-то в районе пяток, потому что преследователь тоже побежал, причем за мной. Он нагнал меня у одного из соседних домов, когда до моей квартирки было рукой подать. Мне зажали рот и припёрли к стенке. Испуганными глазами я смотрела на неизвестное лицо бородатого мужчины. Его физиономия сияла торжеством.

— Ну, здравствуй, пропажа! Долго же ты от меня бегала. Я даже тебя зауважал.

Так это из-за этого гада я уже несколько лет сплю с ножом под подушкой? И что ему от меня надо? Главное, не паниковать и не подавать виду, что я нащупала в кармане газовый баллончик.

Бородач вытащил из кармана старинный кинжал, инкрустированный драгоценными камнями. И я бы, наверное, восхитилась красотой работы мастера, если бы клинок не поднесли к моей щеке. Холодное лезвие обожгло лицо, еще чуть-чуть — и кожа бы разошлась под натиском. Я заплакала. Слёзы крупными бусинами скатывались по моим щекам, а этот урод в плаще противно хохотал. И как на зло — ни одного прохожего!

Я поняла, что больше ждать нельзя, и брызнула из баллончика перцовый газ прямо в зенки моего обидчика. Тот завопил и скрючился, чудом не зацепив ножом моё лицо. Я бежала домой, не помня себя, и очнулась только тогда, когда закрыла бронированную дверь на все замки.

Весь вечер я провела за уборкой, чтобы успокоить нервы и подготовиться к приезду мамы. Она у меня тот еще перфекционист, обязательно к чему-нибудь придерётся и выскажет, какая я плохая. Но я её все равно люблю, это же мама.

Настроения для чтения не было. Я уснула, снова провалившись в черноту.