Мечта идиота

Глава 20 Заморский гость

Номер у соседа заметно больше моего, видимо, что-то типа полулюкса, так что в нем свободно разместилось человек десять, с любопытством поглядывающих на меня. Представительная компания в комнате собралась. Все пожилые, сразу бросается в глаза, что эти люди привыкли распоряжаться.

Вот только я из всех присутствующих узнаю только двоих — Валерия Быковского и Германа Титова. С Леоновым получается трое. Кстати, Леонов и Быковский входили в состав лунного отряда космонавтов. Вот Титов, тот точно нет. Остальные из гостей Семена Семеновича, я так понимаю, ученые и конструкторы космической техники. Не удивлюсь, если марсианских спускаемых аппаратов. Не зря же они моей повестью заинтересовались.

Не удивлюсь, если все эти люди участвуют в какой-нибудь конференции, посвященной исследованию Марса или других планет Солнечной системы, а тут я с теперь уже своим романом, в котором (100 пудов даю) я кому-нибудь на любимую мозоль наступил, зато мнению иного лица, напротив, потрафил. Вот и решили занятые люди посмотреть на забавного самоуверенного юнца.

Впрочем, про юнца зря я, это уже во мне опаска говорит, все же очутиться перед ареопагом таких зубров — это не шутка. Вот и ершусь, как молодой студент, которым нынче и являюсь. Мда, сейчас они меня влет препарируют, поняв, что ничего-то я толком по теме межпланетных полетов не знаю и не понимаю. А с другой стороны как бы ни сболтнуть что-нибудь, что я в Интернете в будущем вычитал и что пока достоянием общественности отнюдь не является.

— О, а вот и наш юный фантаст, — произнес кто-то.

Боюсь, тут все останутся для меня инкогнито, как тот ревизор из Петербурга [1], хотя более чем уверен, что хотя бы про некоторых людей я читал, но вот вспомнить не могу, хотя в статьях фотографии были, только кто же думал, что их стоит запомнить.

— Прошу любить и жаловать, Александр Гарин, — громко произнес Семен Семенович, — Извини, но представлять никого не буду.

— Я понимаю, только трех-то я точно знаю, слишком часто их фотографии в газетах появлялись, — улыбнулся я.

Дальнейшее напоминало какой-то странный экзамен наоборот. Наоборот, потому что на нормальном зачете на одного профессора десяток студентов приходится, а тут на меня одного сплошные профессора.

Как же я порадовался, что выписки сделал источников и расчеты провел, причем, основательно над этим поработал и запомнил. Иначе меня быстро вывели на чистую воду, что я пишу то, о чем ни малейшего представления не имею. Мгновенно бы образовался вопрос — а откуда я взял технические подробности. Подсказал, может, кто или же списал где? Будьте любезны, осветите возникшее недоумение. А сейчас я практически на любой вопрос могу дать ответ, пусть и не исчерпывающий, но определенные моменты уже можно на собственную фантазию списать.

— А почему у вас в книге экспедиция именно советская, пусть с привлечением иностранных членов экипажа? Логичнее организация международного сотрудничества. И почему свой корабль не запускают те же американцы? Все же у них есть опыт достижения других космических объектов.

— Я серьезно сомневаюсь, что они способны достичь Марса, — твердо ответил я, — Нет у них опыта действительно длительных полетов. После единственной запущенной ими орбитальной станции они даже попыток развернуть новую не предпринимали. Да и с лунной программой слишком много вопросов.

— Это каких же? — удивился один из ученых.

— Наверное, наш молодой гость из тех, кто считает, что американцы не были на Луне, — ухмыльнулся Леонов, — И какие же аргументы вы приведете? Отсутствие звезд на лунных снимках или раскачивающийся флаг?

— Двигатель F-1, который был установлен на ракете-носителе «Сатурн-5».

— Да что же не так с ним? — я даже не понял, кто это спросил.

— Все не так. Я не могу понять, как однокамерный ракетный двигатель, работающий на паре керосина и жидкого кислорода мог выдавать тягу в вакууме в 790 тонна-сил. Все остальные однокамерные двигатели, использующие такое же топливо и окислитель, способны дать тягу немногим превосходящую 200 тонна-сил. Насколько я понимаю — это технологический предел для них. А тут вдруг рост почти в 4 раза больший. И зачем, имея в арсенале настолько совершенный двигатель, на голову превосходящий все остальное, в дальнейшем отказываться от него, как и от самого «Сатурна»? Не могу поверить, что американцам вдруг стал не нужен надежный тяжелый носитель с отработанной конструкцией. При этом они продолжили совершенствовать носители Атлас, Дельту и Титан, куда менее совершенные, постепенно повышая их грузоподъемность? Чудес в технике не бывает, улучшение характеристик любого двигателя — долгий процесс, растягивающийся на десятилетия, причем рост в несколько процентов после модернизации — уже победа. А тут мгновенный прыжок эффективности, но совершенно не отразившийся на других двигателях. Причем и позднее американцы не смогли предел в 200 тонно-сил для керосиново-кислородных двигателей преодолеть, что странно с настолько выдающимся опытом создания F-1… Простите.

Что-то в горле запершило во время речи. Прервавшись, я налил в стакан воды из графина, стоящего на столе, выпил. Собравшись с мыслями, продолжил:

— Я не могу исключать, что реальная мощность F-1 была значительно меньше заявленной и «Сатурн-5» на самом деле выводила на орбиту куда меньший груз. Но тогда и орбитальная станция «Скайлэб» должна быть в действительности намного легче, как и лунный модуль. И я уже не говорю про то, что американцы неделю без туалета обходились, в памперсы ходили во время лунной миссии. А ведь их постоянно менять нужно, иначе кожа опреет только в путь. Значит неизбежно в атмосферу аппарата будут и пары мочи попадать и вонь фекалий, а то и кусочки кала. Но в целом я не говорю, что американцы на Луне не были, я в этом сомневаюсь, слишком уж много странностей и нестыковок. Вот когда наши космонавты или их — нибудь другой независимой страны слетают на Луну и предъявят фотографии, тогда поверю безоговорочно.

— Забавно, забавно, а как же лунный грунт, который американцы привезли с Луны, как же прямые радио и телевизионные передачи? — прозвучала новая реплика.

— Так ведь в США еще и программа «Сервейер» действовала, в ходе ее могли и грунт доставить обратно.

— Все 362 килограмма? — перебили меня насмешливо.

— Так это они сами утверждали, что 362 килограмма. Кто проверял? В другие страны они передали чуть более 200 грамм камней и пыли. Странная скупость. В самих США они щедрее были, но опять же — уверенности, что образцы выдавались в заявленных объемах, нет. А насчет радиопередач. Луна сама по себе могла отражать радиоволны, использование ретранслятора тоже не исключено. В любом случае проверить деятельность на Луне получится очень не скоро. Уверен, что ближайшие тридцать лет человек на ее поверхность не ступит. Увы, но американцы — мастера блефа и создания иллюзий. Да и наглости у них хватает, чтобы выдать желаемое за действительное, — закончил я свой спич.

— Но почему вы исключаете международную экспедицию? — последовал новый вопрос.

— Потому что никто не стремится раскрывать свои технологические секреты, это же очевидно. Американцы весьма прагматичная нация, получить наши секреты они всегда за, но кто сказал, что они готовы предоставить нам свои? Любое сотрудничество, что с англичанами, что с американцами возможно только, когда им оно выгодно, но не более того. Вы не слышали о кругосветке ледокола «Микоян» в 41-м году? [2] Так вот с англичанами было достигнуто соглашение о помощи. Они должны были встретить пароход в Эгейском море, прикрыв его от немцев и итальянцев, вооружить и сопроводить конвоями при переходе через Индийский океан и Атлантику. Ни один пункт соглашения выполнен так и не был, а наш ледокол дошел до цели назначения буквально чудом. При этом наши моряки спасли британское судно от гибели, когда оно загорелось после бомбардировки. Рискуя своими жизнями, потушили пожар. Не мной сказано, что «хуже войны с англичанами только дружба с ними». Американцы в этом плане ничуть не лучше, — ух, я уже язык скоро отболтаю начисто.

— Получается, вы считаете, что лучше не сотрудничать и не контактировать с НАСА? — послышался ехидный голос.

— Помилуйте, я этого не говорил. Даже нужно сотрудничать, главное помнить, что американцы нам не друзья, а потому нужно самим быть предельно прагматичными и думать о собственной выгоде, — постарался я свою позицию объяснить, — И никогда ничего не дарить. Только продавать, потому как они подарок-то возьмут, но на ответный лучше не надеяться. Вон, мы лунным грунтом поделились, хотя добыли его не много, но я не слышал, чтобы нашим исследователям американцы предоставили свой грунт, которого у них аж завались, как они утверждают.

— Вы так говорите, словно там вообще нет людей, которые к нам хорошо относятся?

— Они есть, — я даже голос повысил, — Но что это меняет? И среди немцев были те, кто не одобрял то, что творил Вермахт и СС на нашей земле, но разве это помешало фашистам зверствовать? Здесь так же нужно помнить, что за улыбками американцев и англичан ничего нет. С той же улыбкой они и на пресловутую кнопку нажмут, если будут уверены в своей безопасности. «Ничего личного, только бизнес», как они сами говорят. Знаете, я этой осенью был в Москве и случайно подслушал на Красной площади разговор между англоязычными иностранцами.

На самом деле, случай тот произошел уже в 2020-х годах и, да, именно в Москве в центре, поблизости от Красной площади. Там всегда иностранных туристов хватало, в том числе и англоязычных. Язык я на слух неплохо понимал, если обычный разговорный. А здесь у меня вообще соединились навыки двух человек, реципиент мой действительно качественно язык освоил, хорошая учительница попалась.

И вот иду, наслаждаюсь архитектурой. Впереди компания явных иностранцев на английском переговаривается. Они же не знают, что я их понимаю. И слышу я о том, как в Москве красиво и чисто, бездомных не видно, люди хорошо одеты, в цены совсем невысокие. И тут один из компании выдает, что «They have no right to live so well» [3].

Вот так, товарищи, не имеем мы такого права, потому что, по их мнению, жить хорошо могут исключительно они. Вот тогда я и понял, что вековая ненависть к нам англосаксов — это вовсе не выдумка пропагандистов, а самая настоящая реальность. И запомнил я тот случай хорошо. Так что, взаимодействуя, что с бриттами, что с американцами, нужно всегда помнить о своем интересе. Тем более, я-то уже пережил 90-е во всей их красе, когда мы чуть вообще не сдали свою государственность. И чем хуже у нас было, тем больше нас нахваливали «заокеанские партнеры», мол, «гуд, парни, гуд, все правильно делаете». Такое забыть трудно.

Только все сказанное касается и всех других европейцев без исключения. Не видят они в нас равных партнеров. Через губу поучать — это сколько угодно, но не более того. Самомнение у них раздутое дальше некуда. Даже болгары и черногорцы, уж какие братушки на словах, а быстрее собственного визга во враждебную нам НАТО побежали. Да и сербы оружие нашим врагам продавали без всяких внутренних терзаний и это после того, как наши добровольцы и десантники их спасали.

Привыкли европейцы, что русские с ними постоянно пытаются играть в добро, забывая про все гадости, которые получали в ответ. А надо не так, впрочем, как раз к 20-м в России научились работать с зарубежными партнерами жестко и без особого пиетета.

Мне хороший знакомый рассказывал, как ему один итальянский бизнесмен жаловался на русских партнеров. Суть в том, что итальянец, считая, что без него не обойдутся, заломил за поставки товара совершенно нереальную цену и отказывался ее снизить, ведя себя предельно высокомерно. Кончилось тем, что с ним отказались вести дело. Жестко отказались, найдя других поставщиков. И, неожиданно для него, прежде дружелюбные русские, неоднократно призывающие жить мирно, внезапно послали его нафиг. И не изменили решения даже после того, как он предложил цену ниже конкурентов. Его просто выкинули из бизнеса. Потом он шибко плакался, жаловался всем вокруг на варваров русских.

Те же восточноевропейские народы привыкли, что русские с ними слишком мягко себя ведут. А надо бить по рукам за каждый акт нелояльности. Впрочем, мы сами виноваты, научили, что достаточно малость поплакаться и русские простят, а, доброту западные партнеры понимают, как слабость. Долго переучивать придется. Вот с американцами они как шелковые, знают, что не забалуешь.

Рассказал присутствующим немного измененную историю про услышанную от англоязычных туристов фразу. Но, чувствую, далеко не все прониклись, хотя некоторые вполне одобрительно смотрят.

— Вот такое мнение у молодых литераторов, — рассмеялся Семен Семенович, — Но мы товарища Гарина позвали для обсуждения деталей его марсианской эпопеи.

Еще примерно час меня терзали разными подробностями. Много вопросов было с подковырками, а в ряде случаев я откровенно плавать начинал. И все же для не специалиста кое-как справился.

— Скажите, Александр, — задал мне очередной вопрос Семен Семенович, — Вы уже предложили свою книгу какому-нибудь издательству?

— Да, сегодня был в журнале «Вокруг Света». Обещали на днях позвонить, но там напечатают только сокращенную версию повести. Зато сколько читателей будет, если повезет и она выйдет на их страницах, тираж у них огромный, — не стал скрывать я.

Пожалуй, просто так уходить не стоит, нужно бы подытожить свой бенефис, малость смягчив впечатление у присутствующих.

— И еще, товарищи, все, что прозвучало здесь — это только мое личное мнение и не более того. Ни в коем случае я не пытаюсь его навязать специалистам. Я все же не более чем самоучка, нахватавшийся по верхам. Я вообще пока только учусь на первом курсе института. Несмотря на все расчеты, приведенные в книге, они играют только второстепенную роль. Основной лейтмотив романа — преодоление суровой окружающей действительности, выживание благодаря знаниям, силе духа, а затем и помощи людей с Земли. Марс в данном случае — не более чем фон, тем более что, состав марсианского грунта пока неизвестен. Возможно, никакой картофель на нем прижиться не сможет несмотря на добавление органических удобрений.

Только распрощался с космонавтами и учеными, открываю дверь в номер — телефон разрывается. Поднял трубку — Вася Пяткин собственной персоной. Сказал, что не знаю, удастся ли попасть к нему, очень уж плотно занят. Попросил часов после шести заехать ко мне, а то, зря, что ли, гостинцы тащил. Таких деликатесов, что в Магадане можно купить, в Москве не найдешь.

Ну, все, умотали меня старики, как Сивку крутые горки, надо спать ложиться. Ничего нового, я им, конечно, не сказал. Все они и без меня прекрасно знают. Не те люди, чтобы я их поучал. Даже не знаю, зачем им потребовалось меня выслушивать. Эх, вот бы у Леонова картину купить или в подарок получить. Но я даже заикаться не стал, получилось бы, что я плату требую за разговор, а тут, скорее, мне честь сделали, позволив высказаться.

Так, завтра еще попытаюсь проехаться по остальным редакциям, глядишь, и оставшиеся рассказы пристрою. А еще бы нужно в пару магазинов заехать, а то приедет американец, неудобно будет по очередям бегать, мне ведь его придется сопровождать. Не с ним же на пару советскую действительность обнажать. Куратор из КГБ меня за это не похвалит, это уж точно.

Кстати, вот, если подумать, как соотносится мое желание пристроить в американское издательство «Пиратов Карибского моря» и не особая моя любовь к американцам? Да вполне нормально, я жить в США не собираюсь, разве что совсем в СССР припечет, а вот заработать денег на англоязычной аудитории — очень даже за. Если книга пойдет, да еще и фильмы снимут и в этой реальности, то доход может оказаться очень даже приличный. А потратить я его вполне могу в 90-е у нас. Главное, чтобы до их начала не в СССР всплыло, кто именно написал книги., а то меня живо построят вдоль и поперек.

И прибылью можно распорядиться с умом. Сейчас акции Microsoft Corporation стоят вроде долларов 20 за штуку, а в 86-м они до 65 подскочили, более чем трехкратный рост, да и дальше они в цене поднимались очень даже прилично. А еще есть Apple, туда тоже можно вложиться. Главное, чтобы потом вовремя вывести капиталы, мало ли, стану олигархом и заморозят мне зарубежные счета. Ой, ладно, все равно я в этом году точно не попаду за границу, кто же меня туда отправит. Но ничего, в 90-х появятся Google, Amazon, Yahoo!. Можно будет купить их акции, пока они совсем дешевые, а потом сорвать джек-пот на их взрывном росте.

Все, хватит, хватит, спать пора. «Нам с утра непростая с тобой предстоит работенка. Почему ты не спишь? Спи, тебе говорят» [4].

С утра опять в семь вскочил. Причем, сна ни в одном глазу. А дрых, как убитый, вроде бы даже не снилось ничего. Ну, раз проснулся, то первым делом хорошенько зарядку сделал. Удобно, что мне так никого и не подселили — вот что вовремя всунутый червонец делает! Размялся и в душ, сначала пот смыл горячей водой, потом врубил на полную холодную и с полминуты под тугими струями постоял. Ух, хорошо. А еще лучше, когда в бане напаришься, а потом в прорубь нырнуть. Или в сугроб сигануть — тоже ощущения потрясающие.

Быстренько простирнул рубашку. Я с собой две взял. Пока ношу вторую, первая высохнет, и я ее поглажу. Все же столица, нужно быть опрятным. В принципе, я еще могу прикупить пару штук, мне это вполне по карману. Сегодня, если время останется, то опять смотаюсь в «Балатон», возьму каких-нибудь гостинцев домой.

Папка с рукописями стала совсем тонкой, осталось в ней всего несколько рассказов, фантастических и юмористических. Быстро позавтракал и отправился в редакцию «Крокодила». Долго я там не задержался, не подошли рассказы, сатиры мало, а в «Крокодиле» оказалось, требуется именно она, абы бичевать ей пороки общества, производства и вообще.

Зато в «Крокодиле» сотрудник посоветовал мне показаться в журнале «Юность». У меня как раз истории о жизни студентов, целевая аудитория. Вот как я мог забыть про него? У него тираж больше трех миллионов. Золотое дно для публикации! Поблагодарил заместителя редактора за наводку, а тот еще раз полистал листы, которые я ему дал и сказал, что история про обнаглевшую Машу в гостях у медведей и попутно задолбавшую весь лес, им, пожалуй, подойдет.

Дальше я последовательно побывал в «Юности», «Знание-Сила» и «Науке и Жизнь». Как-то очень быстро у меня получилось везде. Ответственный товарищ в «Юности» согласился просмотреть папку, а в результате прочитал все три истории и предложил оставить. Если редактор согласится, то могут напечатать их все.

Ну, а в научно-популярных журналах я предложил по одному рассказу, особо ни на что не надеясь. Главное, что приняли к рассмотрению, а это уже хлеб. Шансы на публикацию большие — целых 50 процентов, потому как или напечатают или нет.

До обеда удалось разобраться со всеми делами. Заехал пообедать в гостиницу, заодно дозвонился, наконец, куратору в МГУ. Договорились, что обещанный мне старшекурсник сегодня вечером забежит ко мне в номер, заодно и передаст мне, когда и где встречать американца.

Время пока есть, поэтому решил проехаться в Теплый Стан, к знакомому товароведу. Связался по телефону, попросил о встрече и на такси. Отец Алисы просил, если будет возможность, еще югославских сигарет привезти. Возьму для него пару блоков.

Опять купил игрушек, кое-что из шмоток, косметики, но в этот раз без фанатизма. Рублей триста на покупки потратил, не более того. В этот раз я кучу сумок везти в Магадан не планирую, тем более, много с собой на пассажирском самолете не возьмешь — это не военный транспортник.

На часах всего три, а я уже свободен. Таксиста, на обратном пути попросил заехать на Новый Арбат. Захотелось мне полакомиться московским мороженым, а где это еще сделать, как ни в кафе «Метелица». Очень известное место и интересной архитектурой. К счастью, сегодня оно работало, как обычно. На выходные кафе частенько выкупают под всякие симпозиумы, дни рождения. На самом деле под их видом устраивают нелегальные концерты. Но там без билета не пройдешь, а их распространяют среди своих. Стоят они обычно 3–4 рубля, выступают самые разные наши группы, известные и не особо. Репертуар в основном — каверы иностранных хитов. Но для нынешних любителей рока и это супер пупер, они в восторге.

То самое кафе-мороженое «Метелица» на Новом Арбате

Народу внутри хватает, несмотря на осень, еле усмотрел свободное местечко. Все же, в Москве делают лучшее мороженое в стране. С детства я его люблю, с тех самых пор в Комсомольск-на-Амуре под Новый Год приходил целый эшелон лакомства из столицы, и родители брали целый ящик, который стоял на балконе. Мне разрешали взять сразу две порции, которые я вынимал ложкой в тарелку и поливал брусничным вареньем.

Детство вспомнилось, не выдержал, заказал пломбир с сиропом, да заодно и молочный коктейль, он тоже вкусный. Три раза повторял, соседи даже переглядываться начали насмешливо.

— Ничего не поделаешь, — говорю, — Я с Магадана приехал, здесь очень жарко, страдаю. Приходится хоть так охлаждаться, а то такой зной стоит, ноль градусов — это просто кошмар.

Кажется, народ не понял, что это была шутка, поглядывают с опасением, мало ли, может ненормальный какой. Доел со вкусом я последнюю порцию и на Арбат — такси ловить. Что-то я сибаритствую, про метро почти забыл.

Думал отдохнуть с полчасика, потом поработать или учебник почитать — смотря по настроению. Но в фойе ко мне подошел рослый парень с открытым лицом, даже несколько простоватым на вид. Впрочем, на то она и маска, чтобы ней прикрывать свою сущность. Как оказалось — это и был обещанный мне гид, Андрей Иванцов, третьекурсник и местный комсомольский активист. Сказал, что завтра вместе отправимся встречать американского гостя. Все правильно, так и думал, что одного меня с ним не оставят, приставят кого-нибудь для пущей надежности.

Майкл, как оказалось, прилетает в семь вечером рейсом из Лондона. Прямые рейсы Аэрофлота, летавших в Нью-Йорк и Вашингтон, нет с 1983 года. Их отменил президент Рейган после провокации с корейским Боингом 747, который американцы подставили под наше ПВО над Сахалином.

Поэтому американец в Лондоне пересядет на рейс Аэрофлота и прилетит в Шереметьево-2. Сейчас все международные рейсы из Москвы летают оттуда. Вот же — и в будущем будет точно так же. Мне и пропуск вручили, так просто, оказывается, в международный аэропорт не пускают. Или билеты предъяви или пропуск. Такси нам завтра предоставят.

Пока разговаривал со студентом с Андреем, слышу, что со мной здороваются. Обернулся, Леонов с Титовым улыбаются. Я голову наклонил:

— Здравствуйте, Алексей Архимович и Герман Степанович.

Надо было видеть реакцию Иванцова, когда он понял, кто с нами поздоровался. У него глаза распахнулись так, что я даже беспокоиться начал, а ну, как выпадут? Парень даже сразу тон разговора поменял, как космонавты прошли. То покровительственно так вещал, как положено старшекурснику с салагой, а тут резко напор снизил.

Поднялся к себе в номер, только переоделся, расположился за столом, как начавшуюся работу прервал звонок. Оказался звонит завотделом из «Вокруг Света».

— Саша, вы не подъедете завтра до обеда в редакцию? Нужно договор подписать.

Я даже сначала не понял, что ответить. Не ожидал такой оперативности, даже осторожно поинтересовался, в чем причина такого быстрого решения. Оказалось, что редакция получила одобрительную рецензию, но от кого мне отвечать отказались.

Я в полной прострации положил трубку. Если честно, то рассчитывал, что в лучшем случае свяжутся со мной уже, когда в Магадане буду. Но вот — пожалуйста. Чуть придя в себя, подумал, что причина — вчерашнее мое выступление у Семена Семеновича. А кто еще мог дать мне хорошую рецензию? Да никто вообще кроме него не знал, что я рукопись в «Вокруг Света» отдал.

Вышел в коридор, постучал в соседний номер, увы, никто не отвечает. Ладно, попробую попозже зайти. Разволновался так, что работать не получается. Плюнул, спустился на ужин, а волнение не проходит. Пришлось одеться, подумал, что прогуляюсь немного рядом с гостиницей.

Действительно походил, потихоньку пришел в себя. Тут автомобиль проезжающий сигналит. Вот и Вася подъехал. Поговорили немного, он меня подождал, пока я сбегаю за гостинцами. Пообедал, что если не получится заехать на этой неделе, то летом обязательно посещу. Хотел уже уходить, да как же — тут уже Вася пакет из машины достал. Как говорится, баш на баш.

— Держи, — говорит, — Жена передала, чтобы не похудел. Очень ей твои стулья понравились.

В номере посмотрел — всякие домашние вкусности для меня. Ну, неплохо, я люблю такое, к тому же возраст позволяет себя не ограничивать в пище, потому как я нынче мужчина в полном расцвете сил. Опять попытался постучать к соседу и снова никто не ответил. Жалко, может быть, завтра удастся встретиться?

С утра рванул в «Вокруг Света», потому как такой шанс упустить нельзя. Подписал договор, а также распоряжение о переводе гонорара в Магадан. Поинтересовался и рецензией. Оказалась она за подписью всех трех космонавтов. Видимо, все же, понравилось им теперь уже мое произведение. А может, их попросили подписать, не знаю. Я на Леонова не очень рассчитывал, он, как мне казалось, в это время был сторонником тесного сотрудничества с американцами в космосе, да и тех, кто высказывался о том, что астронавты на Луне не были, всегда жестко критиковал. Но вот поди ж ты. В журнале будет печататься сокращенная версия романа, но оставил им также полный вариант.

Больше особо дел на сегодня не оказалось, поэтому вернулся в гостиницу и засел до вечера с работой. Учил минералогию, писал сказку, пока не пришло время собираться. Спустился вниз, но ждать особо не пришлось, Андрей подъехал буквально через десять минут. Выехали, как положено — за пару часов до прилета, а то мало ли, пробки, поломки, лайнер раньше приземлится. Все бывает.

В зале Шереметьево-2 в 80-е годы прошлого века

Самолет, впрочем, опоздал на десять минут. Потом я еще ждал, когда пассажиры пройдут таможню. Как только первые пассажиры с рейса начали выходить из терминала, я лист ватмана над головой поднял с надписью Michael Staff, чтобы не пропустить нужного чела. Вчера полчаса рисовал плакат.

Вроде все уже вышли, но молодых парней что-то не заметил. И ко мне никто не подошел. Я уже нервничать начал. Начал озираться вокруг, может пропустил.

Тут вопрос слышу:

— Вы не меня встречаете?

Развернулся — невысокий парень, чуть полноватый, с веселыми карими глазами. Ну, да, мне его так и описывали. Что характерно — никакого акцента не чувствуется, чешет, словно родился у нас.

— Да, видимо вас.

— Слушай, давай на ты, — сразу же предложил мне парень, — Извини, задержали на таможне. Сейчас надо груз получить. Поможешь?

Да я, собственно, для этого сюда и приехал, но ответил коротко:

— Конечно, Майкл.

Ну, вот и начинается моя работа при заморском госте. Буду по заданию ответственных товарищей служить гидом, сопровождающим и вообще рассыпаться мелким бесом. Не хочу, а что делать? Улыбнулся по-американски по все 32 зуба, которые, к счастью, у меня сейчас имеются в полном комплекте:

— Ну, что, Майк? Пойдем получать багаж? Машина нас уже ждет.

[1] думаю, тут всем понятно, что речь идет о пьесе Николая Васильевича Гоголя «Ревизор», есть даже фильм Леонида Гайдая, снятый по ней, который так и называется «Инкогнито из Петербурга».

[2] эта история приведена в 6-й главе сборника «Малоизвестные эпизоды Великой Отечественной и Второй Мировой». Глава называется «Как нас предавали союзники — героический прорыв советского ледокола „Микоян“ из Черного моря в 1941 году в Арктику», прочитать ее можно по ссылке https://author.today/reader/461671/4316395

[3] Они не имеют права жить так хорошо.

[4] песенка временно исполняющего должность вагонного товарищ Брыль, которую он исполнял в музыкальной комедии «Чародеи», снятой в 1982 году на Одесской киностудии.