Мечта идиота

Глава 13 Кровавые разборки поселкового масштаба

— Стоять, — отец навел двустволку на громил, — Уходите, и никто не пострадает!

Если быть честным, то громила там был только один, второй жилистый и худой, но такие обычно весь крепкие и выносливые люди.

Ответом на предложение стала очередная порция отборных матов, пусть и не претендующих на виртуозность. М-да, куда пропали знаменитые петровские загибы? Ну, никакой фантазии, пропало высокое искусство ненормативной лексики, совсем пропало. Судя по тому, что щедро обещали два ужратых субъекта по отношении к бате, а также всем остальным людям, присутствующим в квартире, они оказались теми еще извращенцами.

Но мозги у них или вообще отсутствовали или под воздействием водки напрочь отключились. Нормальный человек, на которого направлен ствол, на рожон переть не станет я знаю, в прошлой жизни и в меня тыкали и я сам, будучи часовым, нарушителя останавливал. Эти, видимо, решили, что они бессмертные.

— Стой, — еще раз рявкнул отец, и добавил, видимо, вспомнив караульный устав, — Стрелять буду.

— Это не ти стрелят будиш, это я тибя резат буду! — заверещал бандит и рванул в комнату, поудобнее перехватив нож.

Я, сидя на полу, очумело наблюдал за тем, как отец чуть опустил ствол.

— Хрясь, Хрясь, — ударило почти слившимся в один дуплет выстрелами.

Ой, мои уши, мои бедные ушки, как больно по ним ударило, как же громко звучат выстрелы в помещении! Я даже не сразу понял, что с лестничной площадки несется сдвоенный вой. Кряхтя, словно старик, я поднялся с пола, выглянул в дверной проем, поморщившись от густого запаха пороховой гари, ядреного перегара и железистого запаха крови. Что за дрянь пили эти долбонавты? И, похоже, кто-то из них еще и обделался?

— А-а, визывай скорую, давай, а-а-а, — послышалось от одного из двух распростертых тел. Второе продолжило орать, то держась за ноги, то безуспешно пытаясь подняться, хватаясь за стены. Шок у него, видимо.

Вот дурак, какая нафиг неотложка, ей от Сусумана полчаса ехать, так что она не такая уже и скорая получается. Обернулся на отца, он подрагивающими руками вынимал из стволов гильзы, меняя на новые патроны.

Опять посмотрел на пострадавших бандитов. Кровищи-то, штаны у обоих уже в алых пятнах и стена на лестничной площадке на уровне метра от пола вся истыканная мелкими точками. Кучно пошло.

— Бать, ты утиной дробью по ним жахнул что ли?

— Что под руку попалось, тем и пальнул, — нервно ответил отец.

Да уж дела. Где же народ? Не каждый день у нас в поселке из ружей прямо в доме палят. Только подумал, как сверху загрохотали по деревянной лестнице ноги. Соседи сверху бегут — сразу трое. Увидели валяющихся бандитов, остановились нерешительно.

— Стойте, — замахал я руками, не спускайтесь дальше, — Шут его знает, что от этих ушлепков ожидать.

— Перевязать же нужно, — растеряно пролепетала девушка лет двадцати на вид, — Кровью истечь могут.

А точно — она медсестра из поселкового медпункта.

— Не те раны, чтобы истечь, — пресек я самодеятельность, — Была бы артерия повреждена, уже лужа крови по полу растекалась. Сейчас участковый прибежит, ножи изымет, этим руки свяжем, тогда и раны обработать можно будет.

Девушка, кажется, хотела возразить, даже рот открыла, но тут уже хлопнула входная дверь и в подъезд начали набиваться соседи. Впрочем, никто из них по лестнице подниматься не стал. Так и толпились на площадке перед ней, но, похоже, народ снаружи активно прибывает. Жаль, в окно не посмотришь — оно снаружи толстым полиэтиленом забито для сбережения тепла. Такой вот северный вариант третьей рамы. Кстати, неплохо помогает при сильных морозах. Свет тоже нормально пропускает, но вот разглядеть снаружи хоть что-то нереально — слишком мутная пленка, на нее пускают мешки из-под взрывчатки для горных работ.

— Пропустите, да расступитесь же, — а вот и представитель власти тут как тут.

Участковый протолкался до места происшествия, остановился рядом с заунывно воющими телами, громко присвистнул:

— Ну, нифига себе вы тут разборки устроили. Вот же мать моя женщина.

Участковый развернул кипучую деятельность. Выгнал людей из подъезда, оставив только понятых, народ, впрочем, по домам расходиться не стал, оставшись толпиться рядом с домом. Потом наш милиционер сделал несколько снимков места происшествия. Я, подумав, тоже достал свою камеру и в свою очередь отщелкал целую ленту. Участковый посмотрел на меня, но, что удивительно, возражать не стал.

Оба ножа он изъял, осторожно уложив в полиэтиленовые пакеты. На нападавших надели наручники, медсестра перевязала им ноги. Штанины пришлось срезать, так что зрелище было еще то — двое громил сидели на табуретках в неровно обрезанных шортах и с замотанными ногами. Словно из них собирались делать мумии, да бальзамировщики перекур устроили. Мужикам пришлось вытаскивать их под руки, чтобы перевезти в Сусуман, ходить сами они не могли. Как раз милицейский УАЗик подъехал, в него их и усадили. С учетом вони, которую распространяли оба тела, я наряду могу только посочувствовать.

Нормально повеселились ребята. Сейчас им дробь будут вытаскивать, а потом в камеру упакуют. Не зря говорят, что алкоголь — зло. Не напились бы, не потянуло на подвиги, остались бы на свободе. Да и ноги теперь лечить, даже мелкая дробь в упор — жуткое дело, хорошо, если только в мясо попала, а может и в кости застрять и сухожилия повредить. Ну, да, сами виноваты.

Потом нас всех еще мучили добрых часа три, собирая показания. С отца, с меня, с соседа, с Валентины и жены соседа, изматывая одними и теми же вопросами. Разве что к детям не приставали. Впрочем, опер умотал уже через час, оставив участкового одного разбираться с мелочами. Видимо, происшествие особых вопросов не вызывало.

— Блин, Глеб, не мог сразу пристрелить ушлепков? — меньше бы отписываться пришлось, — буркнул участковый, пока составлял протокол.

— Ага, счас, — хмыкнул отец, — Савельевич, я же не душегуб какой грех на душу брать. Да еще бы мне потом и срок нахлобучили за превышение самообороны. И никого бы не волновало, что ко мне с ножиками заявились, что убить грозились, жену с детишками порезать. Вот не случилось бы сегодня сына и соседа или у меня ружья не оказалось? Они же конкретно убивать шли. И не только меня, они бы вообще всех порешили, может, даже и детей. А судья бы мне потом пояснял, что я обязан адекватно реагировать на опасность.

Последние слова батя протянул издевательским тоном, потом добавил:

— Вообще хотел сначала, но рука не поднялась.

— Откуда ты, такой умный, все знаешь? — съехидничал участковый.

— Живу долго, видел много. Что мало мужиков село, которые своих девушек или семьи от бандитов защищали? У меня так приятель на год сел. Оказывается, он не имел права палкой от хулиганов отбиваться, подумаешь, что их пятеро было. Вред он им причинил, видите ли. А за убийство, сколько бы мне навялили? Пять, семь лет?

— Я что ли, законы такие принимаю? — буркнул Савельевич, — И вообще, вон, в августе постановление Пленума Верховного суда вышло [1], там как раз говорится, что слишком сурово наказывают за самоборону. Да и чего бы мы тебя топить стали?

— А мне много радости, что мне за защиту своей семьи на пару месяцев меньше дадут? — удивился отец, — Да и ты-то ладно, ты мужик правильный, к тебе претензий никаких, вот только решение судья принимает, откуда я знаю, что он там себе надумает?

— Ну, пальнул бы вверх предупредительным, а потом на поражение. Железное доказательство, что сами на тебя перли.

— Как в армии? Так у часового в рожке 30 патронов, а у меня всего два. А если бы второй на меня бросился? Перезарядиться бы никак не успел. У него же не нож, тесак натуральный был.

— Вообще-то предупредительный выстрел не обязателен, «часовой обязан применять оружие без предупреждения в случае явного нападения на него или на охраняемый им объект» [2], — процитировал я по памяти.

— Ты-то откуда знаешь? Ты в армии не служил, — возмутился батя.

— Кафедра у нас военная, — соврал я, — Уставы на ней учим.

Нет, пара занятий у нас уже прошли и действительно, зубрили уставы, но обязанности часового я и так помню по прежней жизни. Мы в учебке через день в караулы ходили, устав нас заставляли зубрить наизусть. До сих пор местами помню.

— Ладно, читай показания, если все верно, подписывай, — участковый сунул в руки отцу протокол.

— Бать, ты прочитай, мало ли, где ошибка или описка, будет потом «казнить, нельзя помиловать». Читай, это важный документ, — вступил я в разговор, видя, что отец собирается поставить подпись.

— Ружье придется изъять вместе со стреляными гильзами, — заявил участковый, — На экспертизу положено отправить.

— Я думал все уже, — вздохнул отец.

— Ну, а ты как хотел? — удивился милиционер, — Чем больше бумаг, тем меньше потом проблем, так что не вздыхай. Сейчас оформим. Да не бойся, верну через пару недель. Все нормально будет, все только рады, что от этих сволочей избавились.

— Ты когда уезжаешь? — теперь участковый ко мне обратился.

— Да послезавтра думал.

— Задержись на пару дней, мало ли.

— Так я, если что в Магадане, вызовите, подъеду. Или там возьмете показания, — предложил я.

— Давай лучше 2-го поедешь и вот, — Савельевич сунул мне записную книжку, — Черкни мне свой адрес и, если есть, номер телефона, по которому можно связаться.

Через полчаса после того, как ушел участковый, в дверь деликатно постучались. Мы с батей и соседом на кухне сидели, чаем баловались. Вроде бы пора спать, да нервы никак не отпустят.

— Кого это там еще принесло? — удивился отец, поднимаясь.

Я тоже вскочил, мало ли что.

— Не мельтеши, два снаряда в одну воронку не падают, — остановил батя меня и пошел открывать дверь.

Кто это там, так поздно? Я посмотрел на часы — уже половина двенадцатого. Не принято на поселке в такое время по гостям шляться. Но отец спокоен, значит все в порядке. Жаль, но не слышно о чем в прихожей говорят. Ага, отец повернулся, обратно идет, гости за ним. Оба на, а вот и местный Дон Карлеоне кавказской национальности.

— Ладно, у вас тут гости, — сосед предпочел удалиться.

А я остался. Какого хрена я буду уходить?

Хан посмотрел на меня, кивнул, здороваясь, спросил, присаживаясь на табуретку:

— Чаю нальешь?

Да отчего нет? У нас гостя накормить и напоить — святой долг. Достал чистую кружку, наполнил крепким «купеческим» чаем, пододвинул вазочку с конфетами и печеньем.

— Вот спасибо, — гость с удовольствием отхлебнул горячего напитка, откусил шоколадную конфету.

Отец, не торопя ингуша, тоже молча взялся за кружку. Только сделав последний глоток, Хан начал говорить, веско роняя слова.

— Эти два идиота приходили ко мне, узнавали про тебя. Я сказал, чтобы даже не думали связываться, будет хуже. Не поверили, молодые, глупые, на севере не бывали раньше.

Отец кивнул.

— Не думал, что такую глупость сотворят. К тебе никаких вопросов — ты в своем праве, семью защищал. Если кто что вякнет по этому поводу — ко мне посылай, я сам объясню. Ладно, время позднее, вам отдыхать пора. Решил, гляну, если свет горит, зайду сразу, не буду завтра ждать, — продолжил Хан, — Пойду однако.

Он поднялся, пожал руку бате, затем протянул мне, потом молча пошел к выходу. Пришлось тоже вставать, провожать.

Блин, даром что «Крестного отца» [3] в СССР не показывали, но насколько похоже на ту сцену, где дон Корлеоне цедит «но ты делаешь это без уважения». За одним исключением — Хан наоборот сам продемонстрировал свое уважение. Но повадки, само поведение — почти один к одному.

Что же, я убедился, мафия на поселке есть и она вполне встроена в систему отношений, но старается вести себя максимально незаметно. Думаю, мой здешний отец на самом деле сделал изрядную услугу Хану, устранив двух потенциальных беспредельщиков. А они тут не нужны, потому как незаметность вытекает из поддержания неких выработанных правил игры. Мафия их не нарушает и спокойно работает, эксцессы не нужны никому. Вот зачем организованной преступности нарушения порядка, драки, кражи, хулиганство? От них только беспокойство и вероятность привлечения внимания высокого начальства.

И вообще получается — местные мафиози прекрасно всем известны, но их не трогают, а они притворяются обычными работягами. Участковый не знает? Три раза ха-ха. Сам не трогает? Еще раз посмеюсь. Нет, тут сверху идет, иначе бы схема устойчивой не была. В общем, нужно осторожно приглядываться, да слушать побольше, потому как неизвестно, что в разговорах может проскочить. Так по крошке, глядишь, и удастся составить картину.

А мафиози, кстати, порой прокалываются. Стоп, за столом, когда выход в свет моих книжек отмечали, отец интересный эпизод озвучил про Хана. Он в баню после работы пошел и по пути этого якобы водилу встретил. А когда в парилку зашли, то какие-то два парня рванули оттуда, едва Хана увидели. Да, точно, тот еще развеял недоумение отца, заявив, что им нельзя на голое начальство смотреть. Значит, есть у нашего дона штат подручных. Для выводов информации мало, но в копилочку фактик положим.

Жаль, на поселке я редко появляюсь, толком разведку наладить не удастся. Но мне же на приисках летом практика предстоит, там тоже много чего можно будет узнать.

Помнится, в 1991-м был случай нападения на драгу. Налетчики приехали на четырех «Волгах» и с оружием в руках захватили полигон. У мужиков ружье было, но они предпочли сдаться, чай не Рембы какие пострелушки устраивать. Бандиты их аккуратно связали, закрыв в одном из помещений, а затем вскрыли прибор, в котором накапливается золото. Причем сделали они это аккурат за день перед запланированной выемкой.

Мужики смогли развязаться и сообщить об ограблении примерно через полчаса, как машины налетчиков отбыли. Что характерно, никакого преследования или перехвата милицией организовано не было, а ведь дорога одна. Легко можно было перехватить транспорт даже до выезда его на Колымскую трассу.

Оно и тогда эта история мне странной показалась, а сейчас я вообще думаю, что налет был натуральной инсценировкой. В деле явно было и начальство прииска, а также милицейское руководство. Либо же ментам приказали особо не спешить. Нет, товарищи, это только на поверхности советское общество — тишь, благодать и благорастворения в воздусях. А на деле процессы идут весьма нехорошие. 90-е — они не сами по себе возникли, они прямиком из 80-х выросли, они активно подготавливались, пока не превратились во взрыв. Коррупция, рост преступности, серая экономика — все это есть здесь и сейчас, только слегка замаскированное социалистической действительностью. Кто не хочет видеть — ничего и не заметит.

М-да, пойду-ка я спать, а то неизвестно до чего додумаюсь, мне в детской одну кровать выделили, брательников потеснив. Утро вечера мудренее.

С утра проспал, как братцы-кролики в школу ушли, вообще не слышал, хотя они тихо собираться не умеют в принципе. Поднялся, умылся, слышу, кто-то в прихожей грюкает. Оказалось, отец, дверь пытается починить.

— Нет, бесполезно, менять полотно надо, — не дожидаясь моих вопросов, произнес он, как только я вышел в холл.

— А есть где взять?

— Сейчас на лесопилку схожу. Они делают филенчатые, а старые на дрова пускают. Заберу какую-нибудь, да привезу. Ты дома посиди, а то сейчас рукой толкни и заходить можно.

— Может лучше сразу хорошую купить?

— Можно и так, только если есть они. Их же на заказ делают.

Ну да, обычно солидные деревянные двери заказывают те, кто собрался переехать на материк. Здесь их редко ставят за ненадобностью. Нет краж на поселке. Вчерашнее происшествие — то нечто совершенно невероятное.

Собранное из плашек лиственницы полотно по прочности не уступит стальным дверям. Это не картонные стандартные изделия. Вон, наша входная дверь и десяти минут не выдержала под ударами. Я бы все же разорился, да поставил такую, а то до сих пор как-то не по себе.

Отец ушел, а я… дома, так дома, никаких возражений, тем более, мне есть чем заняться. Я дверь в квартиру закрыл и на кухне засел с тетрадью. Так я и прихожую контролирую, и писать могу.

Дверь поменяли быстро. Помощников образовалась целая куча, часов с девяти началось паломничество. У меня такое ощущение, что весь поселок на месте происшествия побывал. Кровь еще вчера женщины с площадки замыли, пока не свернулась. Надо бы еще стенку подкрасить, да щербины от дробин зашпаклевать.

Добровольные помощники помогли поломанное полотно на свалку отнести, принесли шпатлевку, банку краски. Нормально так артелью работать — всего полчаса и все, как новенькое. Дверку все же филенчатую поставили, хорошо, в столярке оказалась заранее сделанная. Даже денег не взяли, так отдали.

Вообще, не понимаю, на что рассчитывали «горячие парни»? Даже, если бы они нас порезали, то все равно бы уйти не смогли, их бы мужики на месте положили. Вчера в толпе кое-то даже с оружием были. Не ушли бы, не дали бы им.

По результату происшествия, если кто случившимся происшествием доволен оказался, так это два моих мелких брательника. Они даже толком испугаться не успели, зато в школе тут же стали дико популярными. Еще бы — в такой переделке побывали. Даже не представляю, каких диких подробностей они наплели перед благодарной аудиторией.

Но на достигнутом они не остановились, небрежно похвастав, что старший брат у них, аж целый писатель. В обычное время им бы не поверили, но не в этот раз. Я сразу и не понял, что это за делегация пионеров во главе с пионервожатой заявилась к нам домой. Оказывается, меня зовут выступить перед классом. А так изумился, что согласился, сначала совершенно не поняв, на что подписываюсь. Я вообще сначала подумал, что им что-то сделать в классе нужно. Во, не успел первую книжку опубликовать, как уже всем интересен стал. Хотя, не случилось бы пострелушек, никто бы мной не заинтересовался.

Только в школе до меня дошло, чего от меня ждут. А там в столовую (она же актовый зал) натаскали из классов стульев и всех мелких согнали. Да они и сами не прочь — не каждый день такая развлекуха. Меня на сцену выперли на расстрел глазами, и началось шоу одного актера.

Сначала было как-то неловко, пока рассказывал о своих книжках. Они, кстати, перед сценой на столике лежали. Я так понял, в школьную библиотеку прислали несколько экземпляров.

Самая веселуха пошла, когда на первом ряду поднялась девочка с лицом записной отличницы, задавшая вопрос про мои «дальнейшие планы». Вот сто пудов учительница раздала перед мероприятием своему активу листочки с вопросами.

А я подумал, чего стесняться? Аудитория благодарная, тут главное фантазии побольше. И начал я рассказывать про уже своего «марсианина». Вот тут детей проняло, особенно мальчишек. Сразу же незапланированные вопросы посыпались про космические полеты, про сам Марс. А полезное дело такие выступления, столько интересных идей ребятишки накидали. Я пару раз даже, извинившись, по-быстрому записывал, чтобы не забыть.

В общем, идея с фантастической книгой местной общественностью была горячо одобрена. А вообще пришлось о многом рассказать, в том числе и об истории Колымы, Магадана, о геологии и богатствах края. А уж когда я рассказал, как снимался в кино, то тут уже у девчонок глаза загорелись, хотя у пацанов тоже. Чуть язык напрочь не отболтал, вместо запланированного часа, проговорил добрых три и отпускать меня никак не хотели.

Уж не знаю, что потом об этой встрече рассказали школьники своим родителям, но на следующий день со мной начали здороваться решительно все, с чем я столкнулся, отправившись за хлебом в магазин.

Ну, а авторитет Петьки с Алешкой так и вообще до небес взлетел, они ведь еще подаренными им кубиками Рубика и железной дорогой похвастались. Нет, кубики-то на поселке были еще, целых три, как мне сообщил Петя, но вот железная дорога, да еще гэдээровская, оказалась вне конкуренции.

Участковый больше не беспокоил, я к нему на опорный пункт 1-го февраля забежал, так он сказал, что могу спокойно ехать в Магадан. Думаю, пора, а то меня по гостям затаскали, вот в школу опять приглашают, понравилось им мое выступление. Нет, нужно ехать — в общежитии спокойней, да и Журавлев, небось, ждет не дождется от меня идей для выступления.

Чтобы не трястись в автобусе, заказал за день билет на самолет. За пару часов до вылета вышел на автобусную стоянку. Так даже ждать не пришлось, не так и плохо оказалось, что меня теперь весь поселок знает. Первый же грузовик остановился.

— В Сусуман собрался? — крикнул смутно знакомый водитель.

— Ага.

— Забирайся, подвезу.

Да кто же отказываться будет? Куда лучше в кабине автомобиля ехать, чем в вечно переполненном ПАЗике. Водила оказался так любезен, что высадил меня у здания аэровокзала. Он тут маленький совсем, но там тепло, не нужно на морозе торчать.

В целом я поездкой доволен и родственники стали мне гораздо ближе. Мачеха улыбаться мне стала, братья вообще души не чают. И отец… раньше я его в таком качестве не воспринимал, все же у настоящего меня другой был, к тому же в 20-х мне было больше, чем нынешнему бате. Там я полтинник разменял, а Глебу даже сорока пока нет.

Но я нынче снова молодой парень со всеми соответствующими инстинктами, которые далеко не всегда компенсируются опытом пятидесятилетнего мужика. И еще, я только сейчас заметил, насколько здешний мой отец похож на прежнего. И повадками и даже лицом, разве что нынешний повыше и волосы не рыжие, а русые. А так — один в один почти. Ну, что же, теперь я в Сусуман буду прилетать с удовольствием.

Ага, вот и на посадку народ просят. Через пару часов с небольшим уже буду на Соколе. Пожалуй, стоит к Савельевым забежать, если они дома, конечно.

[1] Речь о Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. N 14 «О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств»

[2] Глава 8, параграф 175 «Устава гарнизонной и караульной служб Вооруженных Сил СССР» (утвержден Указом Президиума ВС СССР от 30.07.1975) (редакция от 16.10.1980), именно этот документ я в свое время учил

[3] имеется в виду американский культовый фильм, снятый в 1972 году режиссером Фрэнсисом Фордом Копполой