Я остаюсь стоять посреди роскошной гостиной. От едкого страха по спине бежит холодок, а внутри всё сжимается в ледяной узел.
Консумация. То есть секс. С двумя. Незнакомцами. Карателями.
Эти слова бьются в висках навязчивым, пугающим ритмом.
Рэлон, чья мощь ощущается физически, как повышенная гравитация. Эйден, чей взгляд просверливает насквозь.
Они огромные, сильные, и их репутация не оставляет сомнений в их жёсткости.
Как они обойдутся со мной? Сломят? Подчинят? Сделают своей вещью? От одной мысли оказаться между ними, в лапах этих двух хищников, сердце уходит в пятки, а в горле встаёт ком.
Я не девочка. Я знаю цену всему. Но эта цена…
Сквозь нарастающую панику пробивается другие мысли, холодные и ясные, основанные на фактах.
Они не отдали меня в изолятор, что было равноценно моей гибели в течение дня и утилизации Руби и Сапфы. И сейчас решили, даже если откажусь, не отдавать меня. Спрятать. И меня и моих девочек.
Эта мысль обжигает внезапной, щемящей благодарностью. В мире, где меня всегда предавали, эти двое высокопоставленных карателей оказались единственными, кто предлагает настоящую защиту. Не условную. Не с долгом и процентами. А просто потому, что… так правильно.
Мой взгляд падает на Руби и Сапфу. Сапфа греется у камина и тихонько урчит. Руби, устроившаяся на спинке дивана, чистит свои лапки-инструменты, издавая довольное пощёлкивание.
Им здесь хорошо. Безопасно. Тепло. Таких условий у них не было никогда. Я оглядываюсь, признавая: как и у меня.
Ведь Эйден и Рэлон позаботились о них.
Перед глазами возникают образы: Рэлон, катящий кристаллик Сапфе, Эйден, с интересом позволяющий Руби играть с магнитными застёжками.
Они могли бы проигнорировать то, что считается несанкционированным оборудованием. Не объяснять мне всё и просто поставить перед фактом.
Тут же, ножом по старому шраму, вспоминается другое. Отчим, патентующий мои детские поделки. Муж, крадущий чертежи под видом любви. Профессор, присваивающий себе мою работу.
Всю жизнь у меня отбирали мои проекты, мои идеи, моё будущее.
А сейчас… сейчас у меня есть шанс сохранить всё. Больше, чем сохранить.
Тонкий, мелодичный сигнал планшета, оставленный Рэлоном на столе, выводит меня из оцепенения.
Я машинально подхожу. Над устройством всплывает объёмная голограмма. Два документа.
Первый — брачный контракт.
Я пробегаю глазами, ожидая увидеть унизительные условия, право собственности на мои будущие изобретения. Но вместо этого…
Пункт о взаимном уважении личных границ. Гарантия моей безопасности и статуса. И многое другое, утверждающее мои свободные права.
Единственное ключевое условие: дипломатический иммунитет действует только во время брака. При расторжении или признании брака фиктивным — защита снимается. Я изумлённо перевожу дыхание: всё чисто, прозрачно, честно.
Второй документ заставляет моё сердце пропустить удар.
Трудовой договор. Должность: Ведущий научный сотрудник Сектора перспективных разработок КЦГО.
Оклад, о котором я не могу и мечтать. Персональная лаборатория. Полный доступ к архивам. И жирным шрифтом: все права на интеллектуальную собственность остаются за сотрудником Варварой Самойловой.
У меня перехватывает дыхание. Это не просто щедро. Это за гранью моего понимания.
Они не отбирают. Они предлагают партнёрство. Они покупают не мой проект, а мой талант. И платят за него не только деньгами, но и возможностью реализоваться.
Всегда отбирали… А сейчас…
Моя рациональность поднимает голову.
В конце-концов, что тут уж такого? Подтвердить брак. Один раз. И получить всё.
Работать. Творить. Не выживать, а жить.
Я смотрю на своих девочек. На их безмятежность. Вспоминаю заботу о них от Рэлона и Эйдена.
Если эти двое могущественных мужчин так относятся к тем, кого считают бездушными существами… даже на свалку выкинули… может, и ко мне отнесутся не как к вещи?
Страх не исчезает. Он сжимается в тугой, холодный комок где-то глубоко внутри. Но над ним теперь стоит это новое, трепетное чувство надежда.
Решение приходит не как озарение, а как окончание сложного вычисления. Все переменные учтены. Ответ очевиден.
Да, я решаюсь довериться. Снова. Даже если снова обманусь…
Не важно. Я решила.
Не буду ждать, пока они вернутся через час. Зачем тянуть? Зачем давать страху снова разрастись?
Мой палец дрожит лишь на мгновение, прежде чем ткнуть в голограмму, в иконку связи. Из двух объёмных портретов я выбираю Рэлона. Он кажется… безопаснее.
Сигнал идёт. Секунда, другая. Я делаю глубокий вдох, выпрямляю спину и заставляю голос звучать ровно и твёрдо, когда связь открывается.
— Рэлон. Я приняла решение. Благодарна вам… за всё. Давайте не будем тянуть. Я готова. Сейчас.