Контракт на невинность

Глава 4. Кастор

Дом, куда магичка Вероника должна привести Илану, давным-давно принадлежал предкам Кастора. Много столетий в нём совершались странные магические ритуалы, сути которых тогда ещё совсем юный Эрх Даррен не понимал.

После вступления в права наследования родового имения Кастор без тени сожаления собирался его продать.

А потом в его жизнь вошла Кристина, и всё изменилось.

Кастор понял, почему предки так ценили старый, полузаброшенный дом.

Он служил проходом, соединявшим две половины когда-то единого мира. А Эрх Даррены были не только магами, но ещё и хранителями этого прохода…

Кастор встаёт из-за стола в своём рабочем кабинете. Как ни старается, а сосредоточиться на делах всё равно не получается.

Все мысли занимает чёртово родовое имение. Там в данный момент находится девушка, так похожая на Кристину. Сегодня он получит её, и вскоре она займёт место Кристины.

Заложив руки за спину, Кастор нетерпеливо вышагивает по кабинету.

Ему полагается появиться в условленном месте только через десять минут. Однако его безудержно тянет туда прямо сейчас. Эта тяга настолько сильна, что он не способен противиться ей.

Кастор останавливается, прикрывает глаза, делает глубокий вдох.

Обычно это помогает успокоиться и сосредоточиться на важном. Только сегодня отчего-то не срабатывает.

Зато теперь Кастор совершенно чётко осознаёт, что непонятное чувство, терзающее его душу — та необъяснимая тяга, влекущая его в дом — ничто иное как беспокойство.

Беспокойство за Илану.

Не тратя ни секунды на сомнения и раздумья, Эрх Даррен открывает глаза, вскидывает руку и, щёлкнув пальцами, переносится в имение.

Он не знает заранее, в какую именно часть дома попадёт, это зависит от того, где находится объект, на который настроена и направлена его магия.

Магия перемещает Кастора в бывшую каминную комнату.

Картина, которую он застаёт, ещё несколькими днями ранее могла бы пробудить в нём самые низменные желания. Если бы эпицентром картины не была Илана.

Какого дьявола здесь творится?

Разве для этого он нанял Веронику и отдал дом во временное распоряжение? Для того чтобы сейчас увидеть, как старое родовое имение магов Эрх Дарренов превращается в бордель?!

А Вероника настолько увлечена любовными игрищами и мужчиной, копошащимся у неё под юбкой, что не замечает вообще ничего и никого вокруг.

И это пробуждает в Касторе невероятный по силе прилив злости. И одно-единственное желание — уничтожить мерзавца, осмелившегося позариться на ту, кто должна принадлежать только ему. Кастору Эрх Даррену.

Злость придаёт сил. Кастор хватает за шиворот жалкого человечишку, повалившего Илану на стол и тянущего к ней свои грязные лапы, и отшвыривает его. Отшвыривает с такой силой, что тот отлетает к стене и, приложившись плечом, цедит сквозь зубы ругательства.

Придушить бы гада! Раздавить как жалкую букашку.

Илана поднимается, поворачивается и кажется Кастору слегка шокированной. Неужели память зеркального двойника помогает ей узнать его?

Эрх Даррен не в силах сдержать порыв, протягивает руку к лицу Иланы и проводит пальцами по щеке. Взгляд скользит по телу и задерживается на обнажённой груди, виднеющейся из-под разорванной ткани.

— С тобой всё в порядке?

Реакция Иланы на простой вопрос подтверждает, что у неё всё более чем в порядке.

— Верни меня домой. Сейчас же! — рассерженно топает она ногой.

Домой? Что ж, это он может. Без проблем.

Пожалуй, будет даже лучше, если она подождёт в доме. В его доме.

Кастор делает движение рукой, и девушку захватывает и поглощает тёмный вихрь.

Вот теперь можно спокойно заняться наведением порядка в имении.

Ещё один взмах руки, и магия, посланная в любовника Вероники, отрывает его от магички, поднимая над полом.

Входная дверь в комнату открывается сама собой, и, пребывающий в шоке мужчина, вылетает в коридор. И дверь за ним с грохотом захлопывается.

— Кастор? Уже? — Раскрасневшаяся Вероника приподнимается и таращится на него рассредоточенным взглядом.

Кастор зло сверкает глазами и рычит, сжимая кулаки:

— Какого чёрта ты устроила из моего дома? Почему не остановила урода, что пытался разложить твою подругу на столе? Ждала, пока он её трахнет?!

— Подругу? Да мне, если хочешь знать, плевать на неё. — Вероника опускает и расправляет платье и садится в кресле, закидывая ногу на ногу. — Ты расплатился со мной за то, что я доставлю тебе Иланку. И я доставила. Прости, но хранительницей её невинности я не нанималась.

— Что ты сказала? А ну, повтори! — Кастор не верит собственным ушам. Возможно, он ослышался? — Ты подсунула мне непорочную девицу? Мне?!

— Ну-у… — Вероника, довольно усмехаясь, разводит руками. — По крайней мере, ноги и грудь у неё — предел твоих мечтаний. А учитывая твою страсть к… всякого рода развлечениям, с непорочностью Иланки ты уж как-нибудь справишься. Или можешь отказаться.

Магичка хитро смотрит на Кастора, а до него наконец-то доходит. Вот ведь мерзавка!

Она думает обвести его вокруг пальца. Любовный напиток назад, конечно, не вернёт. Она-то выполнила условия их устного договора. И не её проблема, если он, Кастор откажется от девушки только потому, что не готов иметь дел с девственницей.

Кастор хмурится. Вот ведь чёрт!

И как же быть, учитывая, что просто так отпустить Илану он готов ещё меньше?

Кажется, коварный замысел Вероники становится понятен не только одному ему.

Всё это время сидевший молча у противоположной стены «насильник» поднимается с пола и ржёт на всю комнату.

— Ну, что, маг, уже жалеешь, что не дал мне поиметь девчонку и облегчить тебе жизнь?

Это уже попросту переходит все границы. И Кастор не намерен более терпеть.

В два шага он пересекает помещение и, оказавшись возле наглеца, с размаху от всей души врезает кулаком в челюсть.

Несчастный, едва вставший на ноги, вновь впечатывается в стену, на этот раз ударяясь затылком.

— За что? — возмущается он и чешет ушибленную голову.

— За самодеятельность, — встряхивает Кастор рукой. После удара она здорово болит.

— Вы же сами приказали имитировать нападение и насилие, — оправдывается «насильник».

— Вот именно. Имитировать! — кивает Кастор, глядя на него сквозь прищур глаз. — Это всё равно как вместо того, чтобы дать в морду я лишь замахнулся бы, погрозив тебе кулаком. Чувствуешь разницу?

— Ладно! Ладно, я понял, — торопится предупредить «насильник», видимо, опасаясь, что Кастор способен ещё раз двинуть ему и чего доброго сломать челюсть.

— Ну, а если все всё поняли, тогда бегом подобрали свои задницы и навели здесь порядок. — Кастор на всякий случай грозит кулаком обоим: и Веронике, и мужчине. — Я вернусь утром и проверю. И если хоть одну пылинку найду…

Он уже собирается исчезнуть. Но занесённая для магического паса рука так и застывает в воздухе.

— Да, чуть не забыл. — Эрх Даррен бросает недовольный взгляд на магичку. — Позаботься, чтобы в ближайшее время никто не искал Илану.

— Ой, да кому она нужна, кроме тебя, — поджимает губы Вероника. — Сиротка несчастная. Ни родственников, ни друзей, ни мужика. Из развлечений только работа. Но с начальством я договорюсь, не беспокойся.

По губам Вероники расползается приторная улыбка.

В этот момент Кастор прекрасно понимает, для кого и для чего предназначается любовный напиток, который магичка получила от него в качестве отплаты.

Впрочем, амурные интрижки Вероники его никак не касаются. Всё, что он может, это лишь посочувствовать глупцу-начальнику, попавшемуся на крючок магички.

— Надеюсь. До завтра. — По щелчку пальцев Кастор покидает родовое имение.

Завтра он непременно вернётся и проверит, наведен ли в порядок. И не сносить Веронике головы, если она оставит хоть какие-то следы своего пребывания в доме.

В принципе Кастор и сам может применить магию и очистить имение и от людей, и от оставленного ими бардака.

Но сейчас Эрх Даррена больше волнует другой вопрос. Правда ли, что Илана девственница, и если да, какого чёрта он будет с ней делать?

Только из-за того, что ему необходимо время для раздумий, он не переносится сразу в комнату, где сейчас должна быть девушка.

Кастор появляется в холле первого этажа и, погрузившись в размышления, идёт по коридорам и лестницам собственного дома.

Он так долго живёт одним лишь желанием вернуть в свою жизнь погибшую возлюбленную, что, увидев похожую на неё девушку, попросту зацикливается.

И пусть Илана совсем не Кристина, но она всё равно нужна ему. Нужна, чтобы всё исправить. И он не сможет отпустить её.

Кастор понимает это уже в тот момент, когда заглядывает ей в глаза; понимает после мимолётного прикосновения пальцев к её щеке.

— Что же мне делать с тобой, если окажется, что Вера права?

Он задаёт этот вопрос сам себе и даже не замечает, что произносит его вслух, стоя перед дверью одной из гостевых спален.

Там за дверью должна сейчас крепко спать под воздействием магии Илана. Утром им предстоит непростой разговор. Но до утра ещё так далеко.

Кастор тихонько приоткрывает дверь и заходит в комнату.

Шторы на окнах не задёрнуты, и свет луны падает прямо на кровать, позволяя рассмотреть гостью.

Девушка лежит на постели в том же разорванном на груди платье и в обуви. И лишь по медленно вздымающейся при вдохе и опускающейся при выдохе груди понятно, что Илана погружена в глубокий, спокойный сон.

Эрх Даррен подходит ближе и опускается рядом на край кровати. Он долго разглядывает её лицо — такое родное и такое чужое одновременно. Не выдержав, он протягивает руку, касается ладонью щеки и с лёгким нажимом мягко проводит подушечкой большого пальца по губам Иланы.

Подумать только, она здесь, рядом. В его доме.

Он может трогать её. Может делать с ней всё, что пожелает. Находясь в магическом сне, она всё равно ничего не почувствует.

Кастору нужно всего лишь окончательно решить, чего же он желает.

Он убирает руку от лица девушки и, сомкнув веки, несколько раз проводит ладонью над её телом.

А когда Эрх Даррен прекращает магические манипуляции и вновь открывает глаза, на Илане не остаётся абсолютно никакой одежды.

Она лежит совсем близко к Кастору. Достаточно просто протянуть руку, чтобы прикоснуться и ощутить бархатистость кожи кончиками пальцами. Очертить розовый ореол вокруг бусины соска. Лизнуть, лаская его языком, а после обхватить губами и втянуть в рот, пробуя на вкус. Провести ладонью по животу вниз к треугольнику тёмных волос.

Кастор чувствует, как в паху разрастается неприятное чувство тяжести, но уже не может сдержать порыв. Сердце заходится в беге, и учащается дыхание.

Эрх Даррен осторожно протягивает руку и медленно опускает её на живот Иланы. Замирает на пару мгновений, ожидая реакции.

Вдруг действие магии прервётся? Вдруг она проснётся, потревоженная его прикосновением?

Илана не реагирует. Спит так же крепко, как и прежде.

Кастор, едва касаясь девичьего тела, опускает ладонь чуть ниже. Он продолжает следить за девушкой, ловя малейшие изменения на её лице.

И опять ничего не происходит.

Он, наконец, решается и накрывает ладонью лобок. Чуть сдвигает руку вниз и, раскрывая лепестки половых губ, аккуратно проникает пальцем внутрь. В тесное тепло. Надавливает немного сильнее и тотчас упирается в преграду, чувствуя, как мышцы Иланы непроизвольно сжимаются.

«Прости, но хранительницей её невинности я не нанималась», — звучит в голове голос Вероники.

Значит, это правда.

Проклятье!

Он так увлёкся, поддавшись своему желанию, что едва не позабыл об этой досадной мелочи. О чёртовой девственности!

Кастор извлекает палец и отстраняется.

Он вглядывается в лицо Иланы. По изломам линий на лбу, по изгибу идеальных бровей и по тому, как девушка кусает во сне губу, Эрх Даррен считывает лёгкую тень беспокойства.

Он возьмёт эту девочку, но не сейчас, не здесь и не так. Она будет принадлежать ему, но придёт в его постель по собственной воле. А потом, когда распробует, как сладок может быть вкус страсти, она сама станет умолять о близости снова и снова, ещё и ещё.

Пусть она не Кристина, но однажды она заменит её. Он добьётся этого любой ценой.

Кастор склоняется над Иланой, вдыхая аромат жасминовых духов, смешавшихся с запахом кожи. Он накрывает губами розовый девичий сосок, обхватывает его плотно и, вбирая в рот, слегка оттягивает. А спустя мгновение с сожалением отпускает.

Нужно уходить.

Он, конечно, давно не зелёный юнец, которому достаточно одного лишь вида голой девицы, чтобы кончить. И у него хватает самоконтроля, чтобы удержать член в штанах.

Однако если задержится в комнате и продолжит думать о сексе с Иланой, боль в паху станет нестерпимой. Он сделает хуже только себе самому.

Эрх Даррен поднимается и отступает от кровати на пару шагов. Скользит взглядом по телу девушку.

Нет, нельзя оставлять её в таком виде. Но и проснуться в порванном платье она тоже не должна.

Взмахом руки Кастор направляет потоки магической материи, которая окутывает Илану, превращаясь в белое кружевное платье.

Как только работа завершена, Кастор критически осматривает её и недовольно кривится.

Это никуда не годится!

Он едва заметно шевелит одними только пальцами, перераспределяя потоки магии. И она ему подчиняется.

Длинные рукава платья исчезают, узкая горловина значительно расширяется, спускаясь до самых плеч. И в завершение пышная юбка, словно распоротая ножницами расходится сбоку — на ней появляется разрез до самого бедра.

Кастор улыбается, в последний на сегодня раз взмахнув рукой, укрывает спящую Илану и выходит из комнаты, предвкушая, каким будет утреннее пробуждение девушки.