Контракт на невинность

Глава 14. Илана

Никогда раньше я не замечала, насколько быстро летит время. Особенно если проводить его не в одиночестве.

А после откровений Кастора, если мне что-то и грозило, то это точно было не одиночество. Маг старался посвящать моей скромной персоне практически всё своё свободное время.

Я помнила, каким он предстал передо мной в самом начале нашего знакомства. Циничным и эгоистичным. Я и не думала, что этот мужчина может быть совершенно другим. Добрым, заботливым и даже романтичным. Настоящим.

Ему не нужно было больше что-то скрывать и выдумывать. И можно было оставаться самим собой.

Он устраивал для меня потрясающие свидания.

Мы гуляли в парке, катались на качелях и ездили на пикники на природе. Часто кормили друг друга.

Кастору нравилось собирать губами ягоды и горошины сахарного драже с моей ладони. Его глаза вспыхивали желанием каждый раз, когда я брала еду из его рук ртом, касаясь при этом пальцев своими губами.

А мне нравилось подолгу целоваться с ним.

Ни разу за всё это время Эрх Даррен не напомнил мне о контракте и прописанных в нём условиях.

Он больше не стучал в дверь моей комнаты и не напоминал, что я должна спать в его постели.

Он вообще ничего не требовал от меня и ни на чём не настаивал.

Я сама каждую ночь приходила к нему в спальню и оставалась там до утра.

Кастор целовал меня. Иногда раздевал, иногда просил раздеть его. Порою мы просто засыпали, обнявшись. А бывало и так, что объятия постепенно переходили в долгие обоюдные ласки.

Эрх Даррен учил меня. Рассказывал и показывал, как сделать приятно; как и где нужно прикасаться. И много чего ещё.

А самым страшным и одновременно запоминающимся уроком из всех стал минет. Тот самый, которым я когда-то сгоряча собиралась наказать мага, обсуждавшего меня с бывшей любовницей.

Чёрт побери, как же я была наивна, думая, что справлюсь!

Я много раз слышала об этой разновидности секса от коллег, много раз видела в кино и на картинках. Тогда мне казалось, что нет ничего проще. Но в реальности… на практике всё оказалось не так.

И, честно говоря, я не уверена, кому из нас двоих пришлось тяжелее: мне или Кастору.

Первое время я ужасно краснела, сгорая от стыда и смущения. И могла думать лишь о том, чтобы эти уроки скорее прекратились. А из всех существующих желаний у меня подобные вещи вызывали только одно — сбежать.

Но так было лишь поначалу, а потом всё изменилось…

Меня больше не пугают мысли об Эрх Даррене. Его обжигающие кожу прикосновения и предстоящие откровенные ласки не заставляют краснеть. Теперь я хочу всего этого не меньше, чем сам Кастор.

— Ты помнишь, какой сегодня день? — тихим голосом с едва уловимой грустинкой спрашивает меня маг.

Я стою к нему спиной. А он расстёгивает пуговички на моём платье. Осторожно, не спеша, одну за другой.

— День? Ты шутишь? — улыбаюсь я своим собственным мыслям и ощущениям от лёгких прикосновений пальцев к спине. — Вообще-то уже глубокая ночь.

— Я говорю серьёзно, Илана. Ты помнишь, какой сегодня день? — повторяет он.

— Скажи мне, будь так добр. Потому что я понятия не имею, что такого необычного в сегодняшнем дне. — Я откидываю голову назад и кладу её Кастору на грудь. — Ну, кроме того, что твои поцелуи сегодня намного слаще, чем вчера.

Эрх Даррен ничего не отвечает, продолжая расстёгивать оставшиеся пуговицы. И как только справляется с последней, платье свободно сползает по телу вниз к моим ногам.

Он разворачивает меня лицом к себе и заглядывает в глаза.

— Ты, правда, не помнишь?

— Кастор, вот сейчас ты меня очень сильно пугаешь, — признаюсь я честно. — Просто скажи, о чём таком важном я забыла, и будем ложиться.

Он обхватывает меня за плечи и, словно желая удержать, впивается в кожу пальцами.

— Сегодня в полночь истекает срок нашего контракта, Илана. Завтра ты сможешь вернуться домой.

— Что? Что ты сказал? — шарахаюсь я прочь от мага, но тиски его пальцев слишком сильны.

— Завтра я отвезу тебя в имение и оттуда отправлю домой. Ты свободна от меня.

На мгновение в глазах темнеет. Мне кажется, я сейчас либо грохнусь в обморок, либо влеплю хорошую оплеуху одному беспардонному магу, решившему, что от меня можно вот просто избавиться.

Свободна?!

Что это значит?! Разве я его рабыня, чтобы добрый господин так щедро даровал мне свободу?

Свободна…

Зачем? Для чего? Что мне делать теперь с этим его «свободна»?

Я не могу видеть своё лицо, но чувствую, как оно вспыхивает от клокочущей в душе ярости с оседающим на донышке осадком обиды.

— Знаешь что, Кастор, мать твою, Эрх Даррен?! Я сама решу, от кого и от чего мне быть свободной! Я сама решу, куда и когда мне отправиться, а ты… Ты!.. — со всей злости ударяю его кулаком в грудь. Один раз. Затем второй. Кусаю губы, чтобы не дать себе разреветься перед этой бесчувственной сволочью… — Да кто ты вообще такой, чтобы решать за меня?! Ты, бездушный кусок магического…

Кастор перехватывает мои руки за миг до третьего удара в грудь. Рывком прижимает меня к себе, обхватывая сзади за плечи. И безжалостным поцелуем сминает губы.

Рука Эрх Даррена движется вверх по шее к затылку. Пальцы пару секунд ласкают затылок, затем зарываются в волосы и сжимаются, натягивая их до боли. До покалывания.

Но мне плевать.

Плевать на боль. И на то, что последует дальше, за этим поцелуем.

Плевать на то, что стою перед Кастором в одном нижнем белье. С похотливым остервенением всё теснее прижимаюсь к его груди. И, сама не понимая, что делаю, выталкиваю язык мага из своего рта и кусаю его губы.

Горячее дыхание Кастора опаляет мои губы.

— Ты не понимаешь… — шепчет он и разрывает жадное слияние губ. Но не выпускает из плена своих рук. — Уходи, пока можешь.

— Уже не могу, — тихо выдыхаю в ответ. — И не хочу…

Я не хочу уходить. И не хочу ничего понимать.

Кроме того, что готова прямо сейчас наплевать на условия дурацкого контракта. Готова признаться Кастору в том, что он нравится мне. Больше чем нравится.

Я готова дышать с ним одним дыханием, пока он целует.

Я готова сказать Кастору те слова, которые он так жаждет услышать.

Только бы его рука продолжала ласкать.

Только бы его губы ни на миг не переставали терзать мои губы.

Эрх Даррен разжимает пальцы, стягивающие волосы, и массирует мой затылок. Сотни иголочек пронзают кожу, вызывая волну мурашек. Другая рука мага в это время медленно спускается вдоль позвоночника, пока не касается ягодицы.

Я кладу руки Кастору на плечи и такими же медленными, дразнящими движениями веду вниз по рукам. Перемещаюсь на его грудь, глажу недолго, считая ускоряющиеся удары сердца.

Прохожусь ладонями вниз к животу. Чувствую, как Эрх Даррен вздрагивает, когда мои руки останавливаются перед преградой пояса его штанов.

Он выдыхает, то ли теряя самообладание, то ли решаясь на что-то. Его руки скользят по моему заду и сминают ягодицы.

— Илана… — Кастор прижимает меня к своему паху и вновь набрасывается на рот голодным поцелуем.

Целует так яростно, будто в последний раз. Словно от этого поцелуя зависит его жизнь.

И я поддаюсь этому напору. Закрываю глаза, отпускаю тормоза и отвечаю Эрх Даррену, забывая обо всём на свете.

Цепляюсь за белоснежную ткань мужской рубашки, тяну и комкаю, постепенно вытаскивая из-под пояса. А когда, наконец, справляюсь, начинаю наощупь расстёгивать пуговицы.

Сначала самую нижнюю. Затем вторую, ту, что выше. Одну за другой, поднимаясь всё выше.

Не удержавшись, открываю глаза.

Остаётся лишь пара пуговиц. И я останавливаюсь, провожу кончиками пальцев по обнажённой коже Кастора. Вдоль тёмной полоски волос, идущих от груди вниз.

По телу Эрх Даррена проходит волна дрожи. Я ощущаю её как собственную.

Кастор, словно опомнившись, разрывает поцелуй, разжимает стальные тиски объятий и шарахается прочь от меня.

— Проклятье! Так не может больше продолжаться! — рычит он, нервно ероша волосы. — Чего ты хочешь, Илана?! Свести меня с ума?

— Нет. Сумасшедший ты мне ни к чему. Я пришла к тебе сама, Кастор. И я хочу, чтобы ты стал моим первым мужчиной.

— Нет. Нет! — трясёт он головой. — Ты не можешь хотеть этого. Ты ничего об этом не знаешь!

Он смотрит на меня как на безумную. И вместе с тем даже я, «ничего об этом не знающая», вижу в его взгляде ничем не прикрытую страсть.

Молча разворачиваюсь, подхожу к уже знакомому комоду и выдвигаю ящик, надеясь, что с момента, когда заглянула в него впервые, ничего не изменилось.

На удачу или нет, но ленты, вызвавшие у меня когда-то много вопросов, всё ещё лежат на месте.

Не имея представления, которая из них для чего именно, беру все три.

Я многое отдала бы, чтобы видеть сейчас выражение лица мага.

Задвигаю ящик комода, поднимаюсь, но не иду к Кастору.

— Ты прав, я не знаю, — произношу я шёпотом и протягиваю ему разноцветные ленты. — Так покажи мне.