Контракт на невинность

Глава 16. Илана

После ночи, проведённой с Кастором, по телу разливается сладкая истома. Потягиваюсь и улыбаюсь, несмотря на небольшой дискомфорт в области промежности.

Могла ли я подумать, что однажды проснусь вот так вот в мире, где существует настоящая магия, да ещё и в постели одинокого мужчины.

Впрочем, стоп! О чём это я? Кастор больше не одинокий мужчина. Теперь у него есть дама сердца.

Правда, сам Кастор пока ещё ничего об этом не знает. Потому что ночью, когда он спросил, отдам ли я ему свою любовь, я так и не ответила. Просила дать мне время, чтобы подумать.

Не то, чтобы я не знала ответ, но…

Теперь, когда, по словам Эрх Даррена, наш контракт недействителен, я ведь могу вернуться домой, как только захочу. Если захочу…

Одним словом, у меня в запасе есть целых три дня на принятие решения.

Только очень уж мне не хочется спешить, портя послевкусие прошедшей ночи. И ещё меньше хочется что-то решать на голодный желудок.

А значит, даме сердца Кастора Эрх Даррена пора выбираться из кровати, одеваться и спускаться в столовую на завтрак. Потому что, судя по отсутствию мага в комнате, можно дождаться лишь того, что Кастор один слопает всё самое вкусное.

Кстати, странно, что он не разбудил меня утром перед тем, как уйти, и не позвал на завтрак. Может, хотел, чтобы я отдохнула и набралась сил для следующей ночи?

Эта мысль вынуждает меня выпутаться из вороха простыней и, не обращая внимания на наготу, начать носиться по комнате, собирая разбросанную одежду.

Чтобы одеться и вернуть себе более-менее приличный вид у меня уходит совсем немного времени. И вскоре я, красивая и счастливая, спускаюсь на первый этаж в столовую.

Неожиданно для себя обнаруживаю, что столовые приборы стоят только для одной персоны.

Странно, где же Кастор? Он разве не составит компанию даме сердца, как делал это раньше?

Стоит мне в растерянности сесть за стол, как в столовой появляется управляющий домом.

— Подавать вам завтрак? — интересуется он, даже не пытаясь скрыть любопытный взгляд.

— А Кастор… господин Эрх Даррен разве не будет завтракать? — Я нервно постукиваю пальцем по столешнице.

— Хозяина нет дома. Он уехал по каким-то срочным делам рано утром и велел позаботиться о вас.

— Вот как? Ладно. Хорошо. Подавайте завтрак.

Однако управляющий не спешит. Смотрит на меня как-то весьма подозрительно.

— Господин Эрх Даррен велел ещё кое-что передать вам, — произносит он загадочно.

И, признаться, этой одной-единственной фразой ему удаётся заинтересовать меня всерьёз.

— И что же он велел передать?

Вместо ответа управляющий оборачивается и, глядя на дверь, зовёт:

— Агнелия, несите завтрак!

Через мгновение в столовую входит служанка с подносом.

Совершенно не понимая, какая связь между моим завтраком и тем, что просил передать мне Кастор, нервно ёрзаю на сидении.

А Агнелия тем временем приближается к столу и выставляет на него блюдо с булочками, маслёнку, сливочник, ставит рядом чайничек и что-то накладывает мне в тарелку.

Я даже не слежу, что именно. Моё внимание приковано к стоящей на подносе корзинке, накрытой плетёной крышкой.

Агнелия, наконец-то, выставляет на стол весь перечень продуктов, входящих в состав моего сегодняшнего завтрака. Последнее, что появляется передо мной, это корзинка.

— Приятного аппетита, — вежливо кивает служанка, и они с управляющим по-быстрому ретируются из столовой.

Я тотчас забываю о них. Все мысли лишь об одном.

Откидываю крышку с корзинки и не знаю, расплыться мне в улыбке или покраснеть до кончиков волос.

На дне корзинки лежат одна внутри другой две ленты, выложенные в форме сердец: белая атласная и чёрная велюровая. А в их центре стоит маленькое пирожное. Такое же, как купил для меня Кастор в наше первое свидание. В день, когда мы впервые целовались по-настоящему.

— Надо же, — улыбаюсь я, произнося мысли вслух, — оказывается, чудовище тоже может быть милым.

Завтракать в одиночестве непривычно и немного неуютно. Поэтому я ем торопливо, порою просто глотая целыми кусками. Хочется быстрее закончить и уйти к себе в комнату.

Мысли снова и снова норовят убежать куда-то в сторону. Мысли о прошедшей ночи и о Касторе, где бы он сейчас ни был. И ещё о том, что нам с ним теперь делать.

Наспех расправившись с завтраком, который сегодня кажется мне совершенно безвкусным, подхватываю корзинку с пирожным и лентами и выбираюсь из-за стола.

Подгоняемая желанием убежать к себе в комнату, где смогу насладиться подарком Кастора, иду к выходу из столовой. И когда уже дохожу до двери, останавливаюсь.

В коридоре слышатся голоса, которые тотчас привлекают моё внимание.

— Вам лучше уйти. Хозяин дал чёткие распоряжения: вы нежеланная особа в этом доме. — Этот голос мне хорошо знаком, и принадлежит он управляющему.

— Ой, да ладно тебе, Гаред, ты же знаешь меня. Пусти, я просто хочу поговорить с ней, — отвечает другой, женский голос. Он кажется знакомым, но я никак не могу сообразить, откуда.

— Именно потому, что знаю, не могу пустить, — твёрдо стоит на своём управляющий. — Последний раз, когда вы хотели просто поговорить, закончился весьма печально для всех.

Я приоткрываю тихонько дверь и подглядываю в образовавшуюся щёлочку. Действительно, вижу управляющего домом, преграждающего путь в столовую какой-то даме, стоящей ко мне боком.

Они перебрасываются ещё парой слов, и когда «нежеланная особа» в гневе поворачивает голову, я узнаю её.

Это та женщина, у которой была сексуальная связь с Кастором до появления в его жизни Кристины. Та, которая сама ушла от него, но решила вернуться, узнав, что у него есть другая. Это та самая женщина, что приходила недавно к магу и рассуждала о моих способностях и умениях.

И мне кажется очень странным, что она приходит каждый раз, когда в жизни Эрх Даррена появляется кто-то близкий.

С такими мыслями я распахиваю дверь и к всеобщей неожиданности выскакиваю в коридор.

— Гаред, оставь нас! — повелеваю тоном хозяйки дома.

— Но господин Эрх Даррен велел… — пытается воззвать управляющий к моему разуму.

— Пожалуйста, оставь нас! — повышаю я голос и смотрю на него с укором.

Он сокрушённо качает головой, явно осуждая мою беспечность, но спорить в открытую всё же не решается.

Дождавшись, когда Гаред уйдёт, я, наконец, поворачиваюсь к пришедшей женщине.

Она выглядит немного растерянной. Думаю, это связано с тем, что когда дама жила в этом доме в качестве любовницы Кастора, слуги не особенно подчинялись ей.

— Спасибо, что не прогнала меня. — Она заговаривает со мной первая и пытается приблизиться, но я останавливаю жестом.

— Говори, зачем пришла и уходи, пока Кастор не вышвырнул тебя, — делаю я строгое лицо.

— Я понимаю, ты ревнуешь. Но я не желаю тебе зла. Просто хочу уберечь от участи предыдущих игрушек Кастора. Ты не знаешь, насколько он страшный, порочный и двуличный. — С некоторым театральным пафосом заламывает руки гостья. — Ты даже не представляешь, какие непотребства он вытворяет с девушками. Как безжалостно ломает их жизни и убивает души!

— Так, стоп! Остановись! Ты переигрываешь! — сигнализирую я ей свободной рукой и стараюсь держаться уверенно и непринуждённо. — Поверь, я провела в постели Кастора ни одну ночь. И знаю наизусть все его грязные секреты. Про вас с сестрой, про Кристину. И про игры с лентами тоже.

— Он всё рассказал тебе? — косится на меня бывшая любовница мага. — И о своей потребности связывать женщину во время секса?

— Конечно, он предложил попробовать, и я согласилась. А что тебя удивляет? — сочиняю я на ходу и беззаботно пожимаю я плечами. А у самой перед глазами вечер, когда Кастор впервые чуть не довёл меня до икоты, связав руки и завязав глаза чулками. — У нас нет секретов друг от друга, так что ты зря пришла. Как видишь, тебе нечем удивить меня.

— Что ж, видимо, ты, правда, значишь для него больше, чем все остальные. Ты первая, кому он предложил. Нас Кастор просто ставил перед фактом. Уже связанных. — Она задумывается о чём-то на миг, затем изящно откидывает волосы с плеча и добавляет: — Не всех, конечно. Некоторые, как Кристина, случайно находили ленты. Таких Кастор связывал в наказание. Так что будь осторожна с ним. А мне, пожалуй, пора.

Бывшая любовница Эрх Даррена разворачивается на каблучках и гордо шагает на выход.

А я стою посреди коридора и пытаюсь понять, что в её словах не даёт мне покоя.

Откуда этой даме знать, как Кристина узнала о хранящихся в комоде лентах?

Сомневаюсь, что Кастор, не желавший более видеть Лидию, обсуждал бы с ней такие вещи. Разве только сама Кристина рассказала, но… Когда? Как? Да и зачем?

Передо мной как в калейдоскопе проносится весь прошедший месяц. Терпение, нежность и забота Кастора, его откровения о Кристине.

Я вспоминаю все события вплоть до вчерашней ночи. Вплоть до момента, когда я протянула магу ленты. И его реакцию, никак не вяжущуюся с рассказом бывшей любовницы…

Сорвавшись с места, я мчусь в холл, надеясь, что гостья, жаждавшая открыть мне глаза на бесчинства Кастора, всё ещё в доме.

К счастью, успеваю застать её у самых дверей.

— Лидия! — окрикиваю я её. — Тебя ведь так зовут?

— Да, — тотчас оборачивается она.

— Скажи, сколько раз ты приходила к Кристине в отсутствие Кастора?

Лидия снова откидывает волосу с плеча и нервно одёргивает рукав платья.

— Я никогда не виделась с ней. Не имела чести!

— Врёшь! — выкрикиваю я, прижимая к груди корзинку с пирожным. — По рассказам Кастора она была слишком робка и не решительна. Она никогда не стала бы рыться в личных вещах мужчины! А значит, и не узнала бы и о лентах. Это ведь ты рассказала ей?

— Вот ещё! — слишком фальшиво морщится Лидия в ответ на моё обвинение. — На кой мне это надо?!

— Ты хотела избавиться от Кристины. Признайся, как часто ты приходила и капала ей на мозги, постепенно доводя робкую девочку до безумия своими рассказами? — видя, как лицо бывшей любовницы Кастора начинает багроветь и покрываться белыми пятнами, я окончательно вхожу в раж. — Ты думала, если её не станет, Кастор вновь примет тебя в свою постель? Признайся, Кристина не сама шагнула из окна! Ты убедила её!

Я отчётливо слышу, как скрипят стиснутые зубы Лидии. Она пытается держать себя в руках, но находится явно на пределе.

— Хм, я думала, с тобой будет проще. Жаль, недооценила. — Развернувшись, она приближается ко мне на расстояние чуть меньше вытянутой руки. — Кастор всегда любил глупых, робких и покорных куриц! Эта дура Кристина никогда ни на что не решилась бы. Но кое в чём ты ошиблась, дорогуша! Я не приходила к ней постоянно и не сводила её с ума рассказами. Достаточно было одного визита, чтобы просто наложить заклинание безумия. Кастор, влюблённый болван, ничего так и не понял. Знаешь, было весьма забавно наблюдать со стороны, как он терзается, обвиняя себя в смерти Кристины.

— И что дальше? Ты ведь не просто поглазеть на меня приходила. И вряд ли прониклась нашей с Кастором любовью настолько, что вот так уйдёшь. Не боишься, что я расскажу ему о твоём визите?

Лидия смотрит на меня с такой ненавистью во взгляде, что в какой-то момент мне кажется, она вот-вот ударит.

— Уверена, ты ничего никому не скажешь. — Она легонько, словно подружку, поглаживает меня по левому плечу. — Желаю удачи! И пусть твоё сердце никогда не замёрзнет!

Хлопаю глазами, не зная, что ответить на это довольно странное пожелание. Всё, на что меня хватает, это неопределённо дёрнуть плечами, сбрасывая ладонь Лидии.

— И тебе не кашлять! — отступаю от неё на шаг и указываю на дверь. — Выход, если что, там!

Лидия кривит губы в неприятной, ледяной улыбке, отворачивается и спешит к выходу.

— Хм, кое в чём эта дамочка права, — говорю я сама себе, как только дверь за бывшей любовницей мага закрывается. — У Кастора, действительно, в прошлом была тяга к глупым курицам. Таким как Лидия.

Я машинально опускаю глаза и напарываюсь взглядом на выложенные из лент сердца. В груди мгновенно теплеет от воспоминаний о Касторе и нашей ночи.

Надеюсь, он скоро вернётся.

Достаю из корзинки пирожное, откусываю и иду к лестнице ведущей наверх. Поднимаюсь, обдумывая, как бы отблагодарить моего романтика за утренний сюрприз.

Я уже дохожу до дверей своей комнаты, а в голову так ничего и не приходит.

Откусываю ещё один кусочек от пирожного и чувствую, как тепло, что недавно родилось в моей груди, исчезает. А его место начинает заполнять холод, будто сковывающий сердце в ледяной панцирь.

— Гаред! — зову я управляющего на помощь.

Однако изо рта вместо крика вылетает лишь облачко пара. Корзинка и пирожное выпадают из слабеющих рук, и всё вокруг плывёт и исчезает в тумане.