Глава XVI

— … Вставайте! — раздался громкий голос над ухом, и кто-то бесцеремонно потряс меня за плечо. Выходит, несмотря на все волнения, я таки уснул.

Приоткрыл глаза и увидел, что солнце уже высоко, а рядом сидит на корточках тот, кого накануне я мысленно окрестил одноглазым бандитом, но появление которого было для меня сейчас приятней и радостней всего на свете.

— О, это вы!..

Привстав на локтях, я постепенно придал затекшему и онемевшему за несколько часов сна на голой земле телу более или менее вертикальное положение. Меня просто распирало от желания выговориться, как-то объясниться, отвести, что ли, душу. Я снова открыл было рот, однако…

— Слушайте, давайте отложим все разговоры на потом, сударь, — озабоченно пробормотал Ян и тревожно огляделся по сторонам.

— Но…

— Молчите! — Он приложил палец к губам. — Отсюда нужно уходить, и скорее.

Ян встал, все так же настороженно оглядываясь.

— Это весь ваш багаж? — Он подхватил с земли чемодан и быстро углубился в чащу.

Шагов через сто перед нами открылась небольшая поляна, на краю которой, привязанные к кустам, щипали траву две лошади. Одну я узнал — именно на ней я совершил вчера утром побег из Каменной Пустоши. Вторая лошадь была мне еще не знакома.

Ян отвязал поводья:

— Садитесь, чего ждете!

Я повиновался, и уже через несколько секунд, уклоняясь от веток и сучьев, мы потрусили по лесной тропинке: Ян впереди, я, естественно, сзади.

Направление маршрута не отличалось оригинальностью: в конечном итоге мы снова очутились в Каменной Пустоши. Только проехали на этот раз к ней не известной мне проселочной дорогой, а напрямик через лес — какими-то оврагами, балками и ведомыми, наверное, одному только Яну звериными тропами.

Он спрыгнул на землю, я — тоже, и мы привязали лошадей к деревьям. Я уже в каком-то смысле более или менее покорно принял правила всей этой такой невероятной и в то же время такой реальной и опасной игры и, не говоря ни слова, направился к люку в подземелье.

Однако Ян остановил меня:

— Погодите, сударь. Сейчас вы увидитесь с одним человеком. Человеком… м-м-м… несколько необычным, а потому мне хотелось бы подготовить вас к встрече с ним и заодно…

— Хорошо, — перебил я. — Но скажите: вы действительно тот самый Ян, о котором я читал в рукописи, про какую мы говорили вчера?

Он немного помолчал, потом словно нехотя кивнул:

— Увы, тот самый.

Я почувствовал себя обиженным.

— Но почему же тогда не открылись?

Он улыбнулся:

— Ну, во-первых, я не считаю себя столь важной птицей, чтобы ни с того ни сего громогласно провозглашать: я это, сударь, я! А во-вторых… — Улыбка исчезла. — А во-вторых, — только уж не обижайтесь, — но и вас надо было проверить. Нет-нет, я поверил всему, что вы рассказали, — не поверить невозможно, такое посторонний просто не выдумает, — да и к тому же кольцо… Но понимаете, все-таки сначала нужно было навести дополнительные справки, убедиться в том, что вы человек, на которого можно полностью положиться.

Ей-богу, я был здорово озадачен:

— Неужели за истекшие сутки получили на мой счет какие-то рекомендации?!

Он опять улыбнулся:

— Да вроде того.

Я только присвистнул.

— М-да-а… И от кого, конечно, секрет?

Еще раз улыбка:

— Конечно.

С минуту я переваривал услышанное. А когда переварил, холодно спросил:

— Ну и? Со мной можно иметь дело?

Он кивнул:

— Можно. Только нас предупредили, что за вами нужен глаз да глаз.

— Намек на мою беспомощность? — вспыхнул я.

Ян успокоил:

— Нет-нет, скорее — горячность.

Я насупился:

— Да уж, чего-чего, а храбрости мне не занимать. Ну хорошо, будем считать, с этим пунктом покончено. Я могу продолжать?

Он пожал плечами:

— Конечно, но только, пожалуйста, побыстрее. Через пять минут мы должны спуститься вниз.

— Спустимся, — заверил я. — Главное, скажите вот что: ночью в лесу ко мне подходил один… В общем, некто, который назвался вашим другом.

— Как он выглядел? — насторожился Ян.

Я описал облик своего странного ночного гостя, и Ян хмуро проговорил:

— Все верно, сударь. Ему можете доверять.

— Да, но… Понимаете, меня поразило в нем очень многое, и…

— Простите, — резко оборвал меня Ян, — но на эту тему я говорить не буду.

— Это почему же?

— Не буду, и всё. Придет время, когда поймете сами или услышите от него, если он только, конечно, захочет рассказать.

— А вы знаете, что этот тип поведал на прощанье? — поинтересовался я.

— Нет.

Я вздохнул:

— Он сказал, что когда все закончится, у него ко мне будет не вполне обычная просьба. Но не сказал, какая.

— Значит, узнаете от него самого, — решительно отрубил Ян. — Всё, достаточно расспросов, слушайте теперь меня.

— Да подождите же! — почти простонал я. — А Каролина? Что творится с нею? Почему она такая странная? Почему ничего не помнит? И почему, в конце концов, бросается на меня так, будто я не друг, желающий помочь, а злейший ее враг?

Он помрачнел.

— Не знаю. Вот этого, честно, сударь, не знаю. Я, правда, с ней почти не знаком, однако и мне вчера ее поведение показалось странным… Но довольно, у нас всего три минуты. Слушайте.

— Слушаю, — покорно пробормотал я. — Хорошо, я слушаю вас, Ян.

Он на миг прикрыл свой единственный глаз и, видимо думая, как лучше начать, подергал себя за более-менее отросшую уже бороду.

— В общем, так, — сказал он. — У меня нет времени на долгие прелюдии и исторические экскурсы. Примите то, что скажу, как данность, а остальное… Вы слышали о Горном Учителе?

Брови мои удивленно поползли вверх.

— Как?! — озадаченно протянул я. — Горном Учителе?..

— Вижу, нет, — махнул рукой Ян. — Ну, тем лучше, потому что, когда все действительно закончится, если закончится вообще, вам придется забыть о нем и никогда больше не вспоминать. Ясно?

— Ясно, — кивнул я. — Ладно, я обязательно забуду, Ян, если это нужно.

— Это нужно, — подтвердил он, не принимая моего полушутливого тона. — Так вот: вам, вероятно, известно, что в Европу наши предки пришли тысячу с лишним лет назад из самого сердца Центральной Азии…

— Сие мне известно, — важно изрек я, но он сердито зыркнул пиратским глазом — и я осекся.

— Но и посейчас, — продолжал Ян, — в бескрайних просторах Сибири существует главное языческое святилище пращуров, которое неосязаемо и незримо наблюдает за тем, как живут все сохранившиеся до сей поры ветви и осколки его народа. В святилище десятилетия и века горит все тот же священный огонь, частицу коего взяли с собой, отправляясь в дальний и неведомый путь, предки Арпака. И там и поныне справляются загадочные магические ритуалы, цель и смысл которых не понятны никому из непосвященных. Там никогда не ступала нога чужака, а если и ступала, оттуда он не возвращался. Вот потому-то об этом древнем капище в большом мире ничего не известно, как не известна и степень его влияния на жизнь людей.

Каюсь, я несколько скептически хмыкнул, но Ян мой скепсис проигнорировал, и я, возможно, не совсем вежливо, заметил:

— Вы говорите так, будто сами там были.

Его черный глаз сузился.

— А я и был там.

— Гм… и возвратились?

— И — возвратился.

(И знаете, я ему, черт подери, поверил! Этот человек определенно обладал какой-то внутренней способностью заставлять верить себе. И похоже, сам он об этом прекрасно знал.)

— Так вы там не чужак?

— Я там не чужак, сударь. Как и любой посвященный любой национальности.

— Отлично! — решительно сказал я. — Я верю, действительно верю вам, дорогой Ян. Вы спросили, знаю ли я, кто такой Горный Учитель. Нет. И что дальше? Насколько я понимаю, теперь вы хотите познакомить меня с кем-то?

Ян усмехнулся:

— Как это — с кем-то?! Естественно, с нашим главой, с Горным Учителем…

Ей-богу, в первый момент мне сделалось здорово не по себе. Но это в первый, а во второй… Во второй я воскликнул:

— Он здесь? Сам?!

— Здесь, — подтвердил Ян. — Сам, собственной персоной. Сейчас вы его увидите, и на всякий случай попрошу… Нет-нет, не для того вовсе, чтоб вас запугать, а просто… Ну, постарайтесь, в общем-то, все-таки помнить, что перед вами не обычный человек, а возможно, наиболее могущественный из нынешних колдунов мира.

— Обязательно! — с чувством проговорил я. — Я обязательно буду помнить об этом. Но… почему именно он, именно здесь и именно в это время?

Ян пожал плечами:

— Тому были две причины, сударь. Первая — проблема волколаков и убуров интересует Учителя как ни одна на свете. А вторая… В общем, его пригласил я.

Я кивнул:

— Понятно. — И, повернувшись, храбро пошел к люку, ведущему в подземелье. Однако у самой дыры в земле остановился.

— Вы что-то забыли, сударь?

— Я забыл спросить, на каком языке мы сможем разговаривать, — вздохнул я.

Ян великодушно развел руками:

— На каком вам будет угодно. Наш гость свободно владеет всеми европейскими языками, десятком азиатских и несколькими основными наречиями Северной и Центральной Африки плюс дюжина атапаскских и алгонкинских диалектов. Выбирайте сами.

— Д-да? — Я озадаченно поскреб макушку. — Тогда, пожалуй, попробую на родном.

Ян улыбнулся:

— И это вполне разумное решение, сударь…

Загрузка...