Код Кентавра

Глава 21: Ярость Пробужденной

Старый транспортный туннель встретил их гулкой тишиной, запахом застоявшегося воздуха и почти полной темнотой. Аварийное освещение едва работало, редкие лампы мигали или отбрасывали слабые, дрожащие лучи света на ржавые стены и заброшенные рельсовые пути, по которым когда-то ходили грузовые платформы. Кайден активировал тактический фонарь на своем комме, его узкий луч выхватывал из мрака обрывки кабелей, свисающих с потолка, лужи какой-то маслянистой жидкости на полу и горы мусора, скопившегося за долгие циклы запустения.

— Этот туннель ведет к стыковочному доку G-17 на внешней обшивке, — пояснил Кайден, двигаясь вперед быстрым, но осторожным шагом. Лина следовала за ним, стараясь не шуметь и не отставать. — Док давно выведен из эксплуатации и не числится на активных картах. Там должен быть как минимум один старый разведывательный катер или курьерский бот, который можно привести в рабочее состояние. Наша единственная надежда выбраться отсюда незамеченными.

Он постоянно сверялся с коммом, проверяя не только маршрут, но и эфир.

— Пока тихо. Похоже, Шард и компания еще не поняли, что я их обвел вокруг пальца. Но это ненадолго. Скоро они поймут, что Дариан не выходит на связь, найдут их и поймут, куда мы направляемся. Нам нужно спешить.

Они шли по туннелю уже около получаса. Атмосфера была гнетущей. Тишина давила на уши, а темнота скрывала неведомые опасности. Каждый шорох, каждый скрип ржавого металла заставлял Лину вздрагивать. Она крепко сжимала в руке бластерный пистолет, подобранный у одного из приспешников Дариана, хотя и не была уверена, что сможет им эффективно воспользоваться.

— Кайден, — тихо позвала она. — Те, кто напал на вас у лаборатории… и эти, люди Дариана… Они все связаны с «Химерой»? С доктором Эшем?

— Скорее всего, — ответил он, не оборачиваясь. — Эш — лишь исполнитель, гениальный, но беспринципный ученый. За ним стоит кто-то выше. Кто-то, кто имеет достаточно власти, чтобы прикрывать такие проекты и отдавать приказы полковнику Шарду. «Куратор Ноль», как он назван в тех файлах, что вы скачали? Вероятно, это одна из ключевых фигур. И они не остановятся ни перед чем, чтобы сохранить свою тайну.

— А вы? — решилась спросить Лина. — Вы давно знали об этом? О «Химере»? О том, что Каэла Рин… была не просто кадетом?

Кайден помолчал несколько шагов.

— Я подозревал, — сказал он наконец глухо. — Слишком много странностей было вокруг Каэлы Рин в последние циклы перед ее исчезновением. Слишком много нестыковок в официальных отчетах. И инцидент на «Триаде»… он был связан с похожими неконтролируемыми пси-всплесками у другого кадета. Тогда все списали на несчастный случай, но я не верил. Я начал копать, но слишком осторожно, слишком медленно. Боялся привлечь внимание. А потом появились вы… и все ускорилось. Ваша аномальность стала катализатором.

Он остановился и повернулся к ней. В свете фонаря его лицо выглядело уставшим и мрачным.

— Я должен был действовать раньше, Лина. Возможно, тогда Каэлу и Корвуса можно было бы спасти. Возможно, тогда Лора сейчас не сидела бы в камере допросов. Я слишком долго был частью системы, даже когда видел ее гниль.

В его голосе звучало неприкрытое чувство вины. Лина почувствовала укол сочувствия к этому жесткому, закрытому человеку, который тоже оказался пленником обстоятельств и собственных ошибок.

— Вы не виноваты, — тихо сказала она. — Вы не могли знать всего. И вы… вы спасли меня. Несколько раз.

Он отвернулся, словно не желая принимать ее сочувствие.

— Не будем об этом. Нам нужно идти. Стыковочный док уже близко.

Они прошли еще несколько сотен метров. Туннель начал расширяться, переходя в просторное помещение, заваленное старым оборудованием. В дальнем конце виднелась еще одна массивная гермодверь — вход в док G-17.

— Почти пришли, — сказал Кайден, направляя луч фонаря на панель управления дверью. — Сейчас открою…

Но когда он подошел к панели, она вспыхнула красным, и из скрытых динамиков раздался резкий, механический голос:

— Внимание! Несанкционированный доступ в зону ограниченного пользования! Сектор блокирован! Активирован протокол защиты «Цербер-Гамма»!

Тяжелые стальные решетки с грохотом опустились, перекрывая туннель позади них и проход к гермодвери впереди. Одновременно с этим из стен и потолка выдвинулись автоматические боевые турели, их сенсоры загорелись красным, нацеливаясь на Лину и Кайдена. А из боковых ниш, шипя гидравликой, выползли два боевых робота — не учебные модели, а настоящие, смертоносные машины класса «Цербер», такие же, как тот, которого Лина обезвредила голыми руками на проверке, только эти были вооружены до зубов боевыми зарядами.

— Ловушка! — выкрикнул Кайден, толкая Лину за нагромождение ящиков. — Они ждали нас здесь! Шард или «Куратор Ноль» предусмотрели этот путь!

Воздух взорвался грохотом выстрелов. Бластерные лучи и плазменные заряды ударили по их укрытию, откалывая куски металла и бетона. Лина прижалась к полу, ее сердце бешено колотилось. Они были заперты в этом заброшенном зале с двумя тяжелыми боевыми роботами и целой батареей турелей. Выхода не было. Это был конец. Предательский механизм Цитадели снова захлопнул свои челюсти.

— Нужно уничтожить турели! Они прикрывают роботов! — крикнул Кайден, ведя прицельный огонь из своего бластера по одной из потолочных установок. Его выстрелы были точными, но турели были хорошо бронированы. — Лина, попробуй обойти справа, там меньше простреливается! Зайди им во фланг!

Лина выглянула из-за укрытия. Огонь был шквальным. Перебежать под ним казалось самоубийством. Но она видела, что Кайден прав — лобовая атака была бесполезна. Она кивнула и, дождавшись короткой паузы в стрельбе одной из турелей, рванулась вперед, пригибаясь к полу, используя каждую тень, каждый выступ как укрытие.

Лучи проносились над самой ее головой. Она чувствовала жар от плазменных зарядов, взрывающихся рядом. Адреналин зашкаливал, но страх отступил, уступив место холодной ярости. Ярости на тех, кто загнал ее в эту ловушку, кто играл ее жизнью, кто похитил Лору. Ярости на эту бездушную Цитадель, на ее ложь и жестокость.

Она добралась до боковой стены, где огонь был не таким плотным. Отсюда ей были видны роботы «Церберы», медленно продвигающиеся к их с Кайденом укрытию, и турели, поливающие огнем все вокруг. Она вспомнила свой опыт с «Цербером» на полигоне — его мертвую зону под брюхом, уязвимый кабель. Но эти роботы были боевыми, наверняка лучше защищенными. И подобраться к ним под таким огнем было невозможно.

Нужно было что-то другое. Что-то… нестандартное. Ее сила. Та, что реагировала на ее эмоции. Сейчас она чувствовала внутри себя целый ураган — гнев, страх за Кайдена, отчаяние, желание выжить. Сможет ли она направить эту бурю? Не просто создать помеху или открыть замок, а… атаковать?

Она посмотрела на ближайшего «Цербера». Огромная, бездушная машина из стали и проводов. Но внутри — сложная электроника, системы управления, источники питания. Что, если?..

Лина закрыла глаза, отгоняя мысли о бластерных лучах и грохоте боя. Она сосредоточилась на своей ярости, на своем желании уничтожить эту угрозу. Она представила себе внутренности робота — не как механизм, а как сложную энергетическую сеть. И она направила свою эмоцию, свою волю, как таран, в самое сердце этой сети. Она не знала, что делает, просто отчаянно хотела, чтобы он остановился, чтобы он… сломался.

Она почувствовала знакомое давление в висках, но на этот раз оно было сильнее, почти болезненным. Тепло в ладонях превратилось в жар. Ей показалось, что она слышит тихий треск, словно что-то перегорает.

Она открыла глаза. Робот «Цербер», который был ближе к ней, замер. Его орудия опустились. Из его сочленений повалил дым. Он не взорвался, но явно был выведен из строя — его системы перегорели от какого-то внутреннего скачка напряжения. Сработало!

— Один готов! — крикнула она Кайдену, сама не веря своему успеху.

Кайден бросил на нее быстрый, изумленный взгляд, но тут же переключился на второго робота, сосредоточив на нем огонь своего бластера и пытаясь подавить оставшиеся турели.

Лина почувствовала прилив сил от своей маленькой победы. Она снова сосредоточилась, на этот раз на втором «Цербере». Ярость все еще кипела в ней. Она направила новый импульс своей силы на машину. И снова — треск, дым, остановка! Два тяжелых боевых робота были обезврежены без единого выстрела с ее стороны!

Но это далось ей нелегко. Голова раскалывалась, перед глазами плыли темные пятна. Она чувствовала себя совершенно опустошенной, словно отдала всю свою энергию. Она оперлась о стену, пытаясь отдышаться.

Теперь оставались только турели. Их было много, и они продолжали вести огонь, хотя и менее интенсивно, так как Кайдену удалось уничтожить еще пару. Но прорываться под их огнем к гермодвери было все еще смертельно опасно.

— Лина! Ты сможешь… сделать это еще раз? С турелями? — крикнул Кайден, перезаряжая бластер за укрытием.

Лина посмотрела на потолок, усеянный красными огоньками сенсоров. Их было слишком много. И она была слишком истощена.

— Не знаю… — прохрипела она. — Я попробую…

Она снова попыталась сконцентрироваться, собрать остатки своей ярости, своей силы. Но внутри была пустота. Она отдала все.

И тут одна из турелей, самая ближняя к ней, развернулась и нацелилась прямо на нее. Лина застыла, понимая, что увернуться не успеет.

Часть 3: Пробуждение Истинной Силы

В этот момент, когда бластерный заряд уже летел к ней, когда смерть казалась неминуемой, произошло нечто совершенно неожиданное. Страх и отчаяние достигли своего пика, но вместо паники Лина ощутила внутри себя… тишину. Словно буря эмоций внезапно стихла, уступив место чему-то иному — глубокому, спокойному, но невероятно мощному потоку энергии.

Это была не ярость, не страх. Это была… воля. Чистая, несгибаемая воля к жизни. И эта воля, казалось, резонировала с чем-то вокруг нее, с самой структурой Цитадели, с энергией, пронизывающей ее металл и провода.

Она не думала, не пыталась что-то сделать. Она просто пожелала быть защищенной.

И перед ней, за долю секунды до попадания заряда, вспыхнул щит. Но не такой, как стандартные энергетические щиты кадетов — полупрозрачный, мерцающий. Этот был другим. Он был плотным, почти материальным, серебристо-белого цвета, и он не просто отразил заряд — он поглотил его, растворил в себе без следа. Щит продержался лишь мгновение, а затем исчез, оставив Лину невредимой, но потрясенной до глубины души.

Что это было? Откуда? Это тоже ее сила? Но она ощущалась совершенно иначе — не как стихийный выброс эмоций, а как осознанный, контролируемый акт творения.

Кайден, видевший это из своего укрытия, замер на мгновение, его глаза расширились от изумления, которое было видно даже на расстоянии. Он явно не ожидал ничего подобного.

Но времени на раздумья не было. Турели продолжали стрелять. И Лина, ощутившая эту новую, спокойную силу внутри себя, поняла, что может больше, чем просто защищаться. Она посмотрела на турели — не как на врагов, а как на механизмы, подчиняющиеся приказам, на узлы энергии и информации. Она снова сосредоточилась, но на этот раз — спокойно, уверенно. Она не пыталась их уничтожить. Она попыталась… отключить. Передать им команду «стоп».

Она протянула руку в их сторону, и серебристое сияние, похожее на то, что было у щита, окутало ее ладонь. Она направила этот поток спокойной воли на ближайшую турель. Красный огонек сенсора моргнул… и погас. Турель замерла. Лина перевела поток на следующую. Тот же результат. Одна за другой, турели в зале начали отключаться под ее безмолвным приказом.

Это было похоже на чудо. Она чувствовала поток энергии, проходящий сквозь нее, она чувствовала ответ от механизмов, их подчинение ее воле. Это не истощало ее так, как эмоциональные всплески. Наоборот, она ощущала… правильность происходящего. Словно она наконец нашла ключ к своей истинной природе.

Через несколько мгновений последние турели затихли. В зале воцарилась полная тишина, нарушаемая лишь потрескиванием поврежденных роботов и их собственным дыханием.

Кайден медленно вышел из укрытия, его бластер был опущен. Он смотрел на Лину с выражением благоговейного ужаса и безграничного изумления. Он подошел к ней, его взгляд блуждал от нее к замершим турелям и обратно.

— Лина… — прошептал он, и в его голосе слышался трепет. — Что… что это было? Это… это не похоже на пси-выброс… Это… контроль?

Лина посмотрела на свои руки, на которых все еще ощущалось остаточное тепло энергии.

— Я… я не знаю, — честно ответила она, чувствуя себя одновременно опустошенной и наполненной чем-то новым, неизведанным. — Я просто… захотела, чтобы они остановились. И они остановились.

Он протянул руку и осторожно коснулся ее щеки, словно проверяя, реальна ли она. Его прикосновение было теплым, нежным — немыслимая ласка от ледяного капитана Вольфа.

— Вы… невероятны, — выдохнул он.

В этот момент все маски окончательно спали. Не было больше куратора и кадета, аномалии и охотника. Были двое, пережившие смертельную опасность, связанные общей тайной и только что открывшейся, поразительной силой. Силой, которая могла стать их спасением или их проклятием. Ярость пробужденной уступила место тихому чуду истинной силы. Новые вопросы вставали перед ними, но сейчас, в этой тишине после боя, они были вместе. И это было главное.