Искушение недотроги. Ставка на темного ректора

Глава 8

Как же я ужасно, до дрожи в коленях, стеснялась! Казалось, блестящий паркет подо мной вот-вот разверзнется, поглотив целиком, и я навеки провалюсь в сырой подпол от нестерпимого, жгучего стыда. Сердце колотилось, как пойманная птица, когда пальцы Грегора сжались на моем запястье. Недопустимо. Но его это не волновало. После этого возмутительно жаркого и, чего уж там, компрометирующего вальса Грегор снова отвел меня в сторону. Замерев с левой стороны от трона, я, спрятавшись между мужчинами, старалась не шелохнуться. И даже больше — дышала через раз.

Но вот избежать косых взглядов не удавалось. И ладно бы гости. Но… В то время как император рассеянно кивал, выслушивая бесконечные хвалебные речи, ледяные глаза его супруги буквально впивались в нас, не отпуская ни на миг, будто выговаривая за несдержанность. Каждый ее взгляд обжигал новым приливом паники.

Меня уже мелко трясло, и Грегор не мог этого не почувствовать — его рука покоилась на моей талии сжимая. Наверное, боялся, что я не выдержу и трусливо сбегу.

И правильно делал, потому что я была в шаге от этого необдуманного поступка. Только гордость и держала. А то что обо мне потом говорить будут?

И чем больше я дрожала, тем тяжелее становилась рука на моей талии. В какой-то момент я просто опустила голову и, прикрыв глаза, повернулась в сторону Грегора.

— Еще немного, — шепнул он. — Ты прекрасно справляешься. Еще чуть-чуть, и я отведу тебя к дальним столикам. Там есть зеленый чай, соки. Что бы ты сейчас хотела?

— Бокал крепленого вина и пледик, — выпалила не думая.

— Хм… В принципе, и это можно, но вот не прямо сейчас. Боюсь, нас не поймут, если мы исчезнем после первого же вальса.

Я печально выдохнула.

— Если тебе от этого станет легче, то я стараюсь каждый раз избегать посещения таких вот мероприятий. У меня или поездка, или лич какой срочно появляется.

— А в этот раз что, погосты все в порядке? — Я подняла на него взгляд. — Ни одной причины улизнуть?

— Увы… Так что танцевать, угощаться и вести светские беседы.

Я сникла. Взгляд снова метнулся в сторону гостей. Я невольно искала Марису. Интересно, она видела, что произошло между мной и Грегором… Поцелуй.

Я снова мелко задрожала. Как бы ни гнала мысли о нем, всё равно, сделав круг, они возвращались к этому моменту.

— Зачем вы это сделали? — наконец решилась я на этот вопрос.

— Потому что хотел. Мечтал об этом. И ничуть не жалею. Была бы возможность, повторил бы снова. Хотя я себе эту возможность еще организую, поверь. Уступать тебя кому-либо не намерен.

Он плавно потянул меня на себя. Я не могла сопротивляться, было бы странно. Да и позорно, если гости еще и заметят нашу борьбу. И пока я старалась соблюсти хоть какие-то приличия, меня нагло присваивали, не стесняясь свидетелей.

— Боги, Грегор, может, хоть моим мнением поинтересуетесь, хочу ли я, чтобы меня обнимали?

— И не подумаю. Ты мне «нет» ответишь, Кейт. Тот случай, когда лучше проявить упрямство. Но я так понимаю, на «ты» ко мне ты будешь обращаться только во время поцелуев? Что же, видимо, придется взять твои губы в плен навечно, чтобы ты не выкала.

— Еще чего, — фыркнула, теряя последний страх перед ним. — Придержите коней.

— Хм… — он лишь усмехнулся.

Взгляд его маменьки стал тяжелее. Нет, она явно не на меня сердилась, а, похоже, на сына.

Заиграла веселая музыка, и первые пары закружились по залу.

А мы продолжали стоять, наблюдая за гостями с возвышения. Я же невольно рассматривала императорскую семью. Угрюмые, жесткие… Там, в гостиной, они были иными, здесь же словно в масках.

Это смущало. Даже Грегор выглядел высокомерным. Если бы я впервые увидела его здесь и сегодня, то никогда бы не осмелилась приблизиться.

Танец продолжался. Мой взгляд поймал яркое оранжевое платье. Мариса кружилась с профессором Арлисом. Я же следила за ними и представляла, что там, в его объятиях, должна была находиться я. Но рука, сжимающая мою талию, отвлекала.

В душе воцарилось смятение. Кажется, я окончательно запуталась.

Чего хотела, кого желала?

— Отец подзывает, — тихо шепнул Грегор.

— Тебя… Вас? — испуганно выдохнула я.

— Нас, — он улыбнулся. — Я прошу на «ты», иначе зацелую.

— Это угроза?

— Обещание, — его улыбка стала шире.

Мы двинулись вперед. Как же мне было страшно в этот момент, даже больше, чем в гостиной.

— Император, — Грегор склонился.

— У тебя вечер, понял. Игру твою я разгадал. Грязно, но эффективно. Никто не тронет и не отвлечет, полная свобода. Но если у тебя не получится, ты хоть представляешь, как это будет выглядеть со стороны? Аккуратнее нужно быть, сын.

— Здесь я не проиграю, отец. Слишком уж важна мне победа.

Император кивнул.

— Тогда идите. И… — он перевел взгляд на меня, — я буду рад такой снохе. Светлая. Да еще и целитель. Достойный выбор.

Я открыла рот, чтобы опровергнуть его слова, и сообразила, что сказать-то нечего. Ну не заявлю же, что просто на вечерок выкупила его младшего сына, и то случайно, перепутав его лот с другим. И этот другой вон кузину мою кружит. А ректор… ну, поцеловались тут у всего высшего общества разок перед вашим троном. Да с кем не бывает? Забыть и размазать.

Подумала и покраснела, как рак, от осознания.

Император тихо рассмеялся.

— Удачи, сын, она будет тебе ой как нужна.

Грегор склонил голову и, пройдя немного вперед, завел меня за трон.

— Можно уходить? — я обернулась на него.

— В сад, чтобы ты немного отдохнула и пришла в себя. Отец понимает, насколько для тебя все это неожиданно и непривычно, поэтому и отпустил. Со временем ты станешь относиться к этому даже с некоторой скукой.

— Со временем? — шепнула я.

— Да… Со временем, — повторил он и замолчал.

Мы прошли через коридор и вышли в небольшой холл, оттуда — через дверь — в сад.

Ночная прохлада опьяняла. Спохватившись, Грегор снял с себя сюртук и накинул на мои плечи.

Мы шли по узкой тропинке между высокой живой изгородью. Где-то недалеко громко распевала свои трели ночная пташка. Стрекотали насекомые в траве.

Над нашими головами ярко светила полная луна, она подсвечивала кроны деревьев и крыши беседок. Где-то неподалеку журчала вода в фонтане.

— Когда нам нужно будет вернуться? — я подняла взгляд на Грегора.

— Мы еще никуда не пришли, а ты уже спешишь обратно.

— Нет, я просто желаю узнать о твоих планах на эту ночь.

— М-м-м, на ты… Что же, это победа. Скоро будет представление. Фейерверки. Отец специально приглашает магов-стихийников. В основном огневики. Они уж стараются вовсю. Видно в любом уголке столицы. А вот после нужно будет пройти в зал и станцевать у всех на виду еще несколько танцев. А дальше уже на наше усмотрение.

— Тяжело так жить? Быть обязанным делать что-то, что не особо нравится?

— Нет, — он ответил не задумываясь. — Поверь, я готов постоять немного столбом у трона и поулыбаться, зная, что при этом аристократы трясут своими кошельками. Через неделю все собранные на благотворительность средства распределят, и все они будут направлены нуждающимся. Этим занимается Рагнар, второй брат после Фельора. Он очень въедливый и всегда проверяет, как исполняются его приказы. Ну и суров на расправу, если вдруг что-то не так.

— Наверное, хорошо, когда так много братьев, — мне стало чуточку завидно.

— Да, не буду даже обманывать. Каждый нашел себя в жизни. Занимается своим делом. Близнецы Антуан и Арьян — военачальники. Сколько их помню — бегали по дворцу с деревянными мечами. Джоел — торговец. Он даже за обеденным столом умудрялся выменять у нас конфеты. Сидишь потом с холодной куриной ножкой и не понимаешь, как же так произошло.

Я тихо рассмеялась.

— Да, я, как самый младший, чаще всего попадался на его уловки.

— А ты был поглощен наукой.

— Угу, — Грегор кивнул. — Матушка быстро заметила, что я схватываю все на лету, и обеспечила мне лучших учителей. Никто не удивился, что я заявился в академию совсем еще мальчишкой.

— Ты самый молодой ректор в истории Академии, — напомнила я ему.

— Я добился своего положения без участия отца. Скажу даже больше — император не желал видеть сына на столь низкой должности. Вот министр просвещения — другое дело. Но… Я эти балы-то выдерживаю с трудом. Быть постоянно при дворе, на виду у всех… О нет… не для меня. Но как-то странно выходит, Кейт, это я планировал узнать больше о тебе, но в итоге расспрашиваешь ты. Неужели и правда стал интересен?

— Ректор О’Дай, вы в зале сорвали мой первый поцелуй на виду у всех. Я желаю знать, что за наглец на это осмелился.

— Первый? — он остановился. — Правда, первый?

— А то, что это было в зале, где собрался весь высший свет, вас не смущает?

— Нет, — он легко отмахнулся. — Я просто не мог себе позволить упустить возможность.

Наверное, благовоспитанная аристократка, услышав такое, должна была возмутиться, топнуть ножкой, устроить глупую истерику и выдрать три пучка волос, сокрушаясь о загубленной репутации. Только мне было все равно. Возможно, сказалось то, что я сирота и уже давно не следила, что там происходит в этом самом высшем обществе. Дядюшка мой, опекун, хоть и имел титул, но недостаточно высокий даже для того, чтобы Мариса была представлена императорской чете. Так что…

— И со сколькими вот так в зале вы ловили момент, Грегор? — я лукаво стрельнула в него глазками.

— Впервые… — негромко признался он. — Братья были настолько ошеломлены, заметив, что происходит, что спешно прикрыли нас. Отец, кажется, до сих пор не может это принять. Матушка злится на меня за несдержанность.

Мы вышли на небольшую полянку. Невысокий круглый фонтан, возле него клумбы с красными розами. Беседка, поросшая кустами с красной ягодой, и качели, на которых легко могли бы уместиться двое. За ними хорошо был виден дворец. В многочисленных окнах горел свет. Мелькали темные фигуры гостей. Слышалась веселая мелодия.

И в то же время казалось, что мы очень далеко от остальных, в своем уютном мире на двоих.

— И чем это для вас может обернуться? — мое любопытство бежало впереди меня. — Такая несдержанность?

— Для меня, Кейт? — он развернул меня к себе и удивленно приподнял бровь. — А о себе ты не думаешь?

— Ой, — отмахнулась я. — Пока я соберусь выходить замуж, то все уже забудется. Да и что-то мне подсказывает, что избранник мой будет не самого высокого происхождения.

Он странно хмыкнул и, обняв, повел меня к качелям. Усадил на деревянное сиденье и, не раздумывая, опустился рядом. Затем оттолкнулся одной ногой от земли. И мы принялись медленно раскачиваться.

— А у твоего дядюшки есть кто-то для тебя на примете?

Этот вопрос оказался немного неожиданным. Я даже призадумалась. Легкий ветер окутывал, создавая какое-то легкомысленное настроение.

А что… ночь, дворец, сад…

— Нет, за забором нашего поместья не стоит очередь желающих получить мою руку и сердце. Я ведь замкнута и порой угрюма. Подруг у меня нет, а те девушки, что дружат с Марисой, смотрят на меня как на чудачку. Они рассказывают обо мне своим братьям, и те заранее относятся ко мне предвзято. Это обижает. Хотя я, наверное, заслужила подобное отношение.

— Я так не думаю, — он раскачивал качели сильнее. — Но неужели никто не сватался?

— Нет, — повторила я. — Так что мне неважно, что обо мне будут думать снобы из высшего общества.

— А Анрэ, он ведь видел наш поцелуй. Тебя это не волнует?

Замерев, я уставилась на него. Выдохнула.

— Я не наивная дурочка, Грегор, и прекрасно понимаю, что для профессора Арлиса являюсь пустым местом. Воздухом в коридоре. Да, он мне понравился. И я просила дядюшку узнать, не ищет ли он подходящую невесту. Вместо того чтобы выполнить мою просьбу, тетя разнесла новость по всем свободным ушам: «Кейтлин изволила влюбиться». Этот аукцион был для меня единственной возможностью заинтересовать собой того, кто небезразличен.

— Да, Кейтлин, и у меня тоже. Мы оба рискнули, но победителем вышел я. И мне нисколечко не стыдно. А Арлис тебя недостоин! Не стоит путать легкую влюбленность с настоящим глубоким чувством.

Мы сидели молча. В воздухе витало напряжение. Некая скованность. И вроде ничего не произошло, но вновь захотелось вернуться в академию.

— Не стоило вообще идти на этот аукцион, — пробормотала я. — Никогда прежде не совершала глупостей, что дёрнуло в этот раз?

— Настолько разочарована в выигрыше? — Грегор приподнял бровь.

— Нет, но…

Я не договорила, потому что он ногой остановил качели и поднялся. Прошёл немного вперед и резким движением сорвал с куста пышную розу. Развернулся.

А у меня в этот момент сердце бешено зашлось.

Разочарована ли… Что-то подсказывало, что профессор Арлис уж точно бы цветок мне не подарил.

А Грегор… Вернувшись, занял прежнее место и протянул розу. Моя рука дрогнула, когда я её приняла. Поднесла к лицу и сделала вдох — лёгкий пьянящий аромат окутал разум.

— И цветы мне ещё никто никогда не дарил, — тихо призналась я. — Нет, Грегор, я не разочарована в своём выигрыше. Просто не ожидала его получить. А теперь совершенно не понимаю, как себя с ним вести. Как воспринимать происходящее?

— Да просто, Кейтлин. Дело в том, что я давно тебя…

Внезапный залп над нашими головами заглушил его слова. Моргнув, я от неожиданности закрыла уши. Он усмехнулся и поднял голову.

Над нами миллионами искр рассыпался первый фейерверк. Всё стихло. Я убрала руки от головы и, заворожённая красотой, вскочила с качелей. В небо, пронзая густую тьму, взметнулась огненная змея, оставляя за собой дымный след. С громом, расколовшим воцарившуюся на несколько мгновений тишину, взорвался бутон невиданного цветка, сотканного из искр и пламени. Взвизгнув, я подняла голову и от восторга прижала руки к груди. Обернулась, чтобы удостовериться, что Грегор тоже наблюдает за представлением, но он, не отрываясь, смотрел на меня.

Поймав мой восторженный взгляд, поднялся.

— Ты не любишь фейерверки? — я не могла не спросить.

— Люблю, — он улыбнулся и, подняв руку, провёл подушечками пальцев по моей щеке. — Безумно люблю, Кейтлин.

— А я всего раз в жизни их и видела. В ту ночь, когда твой отец взошёл на трон. А после… я с тех пор и не появлялась в столице.

— Тогда считай, что сегодняшнее представление для тебя.

Бережно развернув, он прижал меня спиной к своей груди, крепко сжимая в объятиях. Откинувшись на его грудь, я вновь подняла голову.

Снова залп. И в небесах тысячами искр распустился пион. Пышный, ослепительный и легко узнаваемый. Его огненные лепестки трепетали и мерцали, расширяясь во все стороны. Ночь окрасилась в алые тона. В самом центре этого огненного чуда снова вспыхнуло и замерцало золотыми переливами. Лепестки опадали медленно, грациозно, словно танцующие снежинки, оставляя за собой лишь дымный призрак.

Но снова залп… Я подпрыгнула от восторга и почувствовала, как ладони Грегора медленно передвигаются на мой живот. Он буквально вжимал меня в себя. Я слышала его дыхание на волосах. Частое, горячее.

А в небе расцветал очередной огненный цветок. Хризантема. Её огненные иглы, тонкие, изящные, образовали ровный купол, переливающийся пастельными оттенками лилового, розового и бирюзового. Мгновение, и он начал рассыпаться падающими искрами.

Я рвано выдохнула. Грегор коснулся губами моего виска. Скользнул. Затаив дыхание, ощутила сладкую дрожь, сковывающую тело.

Над нами расцветала огненная лилия. Белая, холодная, величественная. Её взрыв был многослойным. Оглушающим…

Жарко. Руки мужчины поднимались выше, лаская моё тело. Я не шевелилась, не способная справиться с собственными эмоциями. Но как же это было жарко…

На небе стремительно развернулись широкие, ледяные лепестки, а затем из центра показались более мелкие, образуя сложный, многогранный узор. Вспышка, и на землю полетел огненный дождь.

Залп… Ещё один…

Я задыхалась, сжимая в руке розу…

Надо остановиться, сказать твёрдое нет. Потому что я желала не его… Не… его.

Развернувшись, вздрогнула от очередного взрыва. В глазах Грегора горело неистовое зелёное пламя… Мгновение, и я схватилась за его рубашку. Над нашими головами распустилась огненная роза. Но… Уже было не до неё. Меня буквально вжали в широкую мужскую грудь, заставляя себя дышать, неотрывно смотрела на твёрдые мужские губы. О, я уже знала, каковы они на вкус. Солоноватые, с тонким ароматом лимона.

Грегор склонился. Он не выпускал мой взгляд, словно желал заглянуть в мою душу.

— Да, Кейт? — выдохнул он.

Вместо ответа я сама преодолела оставшееся расстояние. Потёрлась о его сухие губы нежно, немного робко. Смутившись, попыталась отстраниться. Но его рука легла на затылок.

— Я буду считать это за согласие, моя девочка.

Нежность исчезла. Она вспыхнула пламенем страсти, о которой я и не догадывалась. Пожар, я пылала в его объятиях и совершенно не желала это останавливать. Напротив, пылко ответила, когда его губы властно захватили мои, требуя и умоляя, обещая неземное блаженство.

Залп… Ещё один… Мир вокруг нас озарился в бордовые тона…

Языки сплелись в диком танце, то нежно лаская, то дерзко проникая, исследуя каждый миллиметр. Солоноватый вкус его губ пьянил, заставляя забыть обо всём. Взрывы фейерверков казались тихим шёпотом на фоне бушующей между нами бури страсти.

Мои руки скользили по его шее, пальцы проникали в волосы. Кожаный шнурок распустился, и локоны рассыпались по его плечам. Наше дыхание становилось более прерывистым, сердца бешено колотились в унисон.

Казалось, время остановилось. Мы остались одни.

Небеса вспыхнули в последний раз, и стало тихо…

Это словно отрезвило. Чуть отстранившись, я замерла, вглядываясь в его затуманенные страстью глаза.

— Ты моя, Кейтлин, — выдохнул он. — Ты только моя.

Ночь опустилась на сад императорского дворца мягкой, бархатной тенью, окутывая пространство белесой дымкой. Лунный свет, просачиваясь сквозь кроны высоких пышных ив, серебрил дорожки, усыпанные мелким гравием. Каждый наш шаг отзывался тихим хрустом. И не смущала даже тишина, которую нагло нарушал шепот резвящегося в листве ветра и стрекот насекомых в невысокой траве.

— Не замерзла?

Услышав вопрос Грегора, я улыбнулась и покачала головой.

— На мне твой сюртук. Так что это мне нужно спрашивать, не холодно ли тебе?

Я подняла на него взгляд.

— Нисколько.

И мы снова замолчали. Я понимала, что он пытался завязать разговор, но ничего у нас не выходило. Возможно, этому способствовало то ленивое умиротворение, что царило вокруг.

В воздухе витал густой аромат ночной лилии и жасмина, опьяняющий и сладкий. За густой ивовой рощей слышались тихие всплески воды.

— Что там? — поинтересовалась останавливаясь.

— Хм, — Грегор почесал подбородок. — Не то чтобы я очень уж часто здесь гулял, но если не ошибаюсь, там есть одно дивное чудо. И тебе стоит его увидеть.

— Болото? Уж не в трясину ли вы желаете меня умыкнуть, лорд некромант?

— Ну что ты… Умыкнуть я тебя желаю совершенно в иные места. А там пруд. Небольшой, но занятный, остался здесь еще со времен, когда империей правили светлые.

— Вот теперь и правда любопытно, — я улыбнулась и привстала на носочки, пытаясь из-за живой ограды высмотреть нужную тропинку.

— Пойдем, — рука ректора снова легла на мою талию.

Я уже и внимания не обращала на подобные вольности. А толку… Лорду Грегору О’Даю приличия не писаны и не читаны.

Он повел меня вперед. Мы обогнули красивую статую девушки, облачённую в простое крестьянское платье с корзиной яблок в руках, и направились в самую чащу.

Шум воды усилился. Я отчетливо слышала журчание ручейков. Ветер порывами бросал нам в лица влагу. Поёжившись, я невольно придвинулась ближе к мужчине. Он заметил и приобнял крепче.

— Можно вопрос? — решила съехидничать я.

— Угу, — раздалось неопределённо.

— Лорд ректор, а вы вообще знаете, что леди принято держать мужчину под руку? И никак иначе.

— Да я же не против, пусть держат, — легко отмахнулся он.

— Но ваша рука на моей талии, — напомнила ему.

— И-и-и?

И ничего… Как-то слов у меня разом не осталось. Всё он понимал.

— Кейтлин, ты всегда была очень умной девушкой. Неужели ещё не сложила в голове полную картину? — тихо произнес он. — Не знакомят с родителями ту, что просто пригласили на вечер. На виду у всех не целуют тех, кто безразличен, и не уединяются с ними в саду. Прости, моя красавица, но я уже просто в прах обратил твою репутацию. И всё это лишь с одной целью.

— Какой? — я испуганно подняла на него взгляд, понимая, что он совсем не шутит.

— Присвоить тебя, Кейт. Но давай не будем портить момент. Ведь впереди чудо.

В этот момент деревья перед нами расступились.

Выдохнув, я уставилась на безмятежную водную гладь озера. По центру серебрилась лунная дорожка, изредка вздрагивая и покрываясь рябью. У самого берега шумно плескались карпы. Их чешуя отливала золотом.

Подняв голову, я взглянула на ректора.

— Сейчас, — он подвел меня ближе к воде. — Смотри вон туда, — указал на правый берег.

При этом я снова оказалась прижата спиной к его груди. Вокруг царила ночная тишина. Шумел камыш, тихо квакали лягушки. Но ничего не происходило.

А я ждала, как маленькая девочка, того самого таинственного чуда и верила, что оно случится.

И вдруг… Медленно из воды один за другим стали вытягиваться тонкие стебли, увенчанные крупными сжатыми бутонами. Они покачивались, сбрасывая с себя капельки воды, распрямлялись.

— Что это? — восторженно шепнула я.

— Императорские лилии, — выдохнул Грегор мне в волосы.

Укутанная в его объятия, наблюдала, как плотно сжатый бутон медленно разворачивается. Постепенно лепестки отходили друг от друга, обнажая нежную розовую сердцевину, мерцающую жемчужным перламутровым цветом.

— Они всегда цветут в этот период. И только по ночам, — негромко произнес Грегор. — Немногим довелось увидеть это маленькое чудо. Надеюсь, я тебя впечатлил?

Я смотрела на капельки воды, блестящие в лунном свете, и не могла отвести от них взгляд, словно завороженная.

Грегор поднял руку и аккуратно коснулся моей шеи лаская.

— Говорят, эти цветы наполняют магией светлых. Излучают её. В следующий раз мы возьмем кулон, оставленный тебе отцом, и проверим это.

Я кивнула.

Сладкий пьянящий аромат поплыл над водой.

И вдруг удар в колокол. Вздрогнув всем телом, вскинула голову и взглянула на Грегора.

— Полночь, Кейт. Нам пора возвращаться в зал. Увы, тут ничего не поделаешь. Но обещаю, мы ещё потанцуем сегодня. Скажем, вальс. Если ты, конечно, не боишься снова закружить со мной.

— Неужели мне грозит ещё что-то? — я невинно хлопнула ресничками.

— Знаешь, я тайно надеялся, что, поцеловав тебя, услышу обвинения в свой адрес. «Разрушил репутацию, мерзавец», — заверещал он. — «Наглец. Женитесь!» А ты молчком. Ну и где справедливость?

— То есть я должна сейчас тащить вас в сторону храма с воплем: «Караул, невинности лишили?»

— Так я ещё не лишил! — возмутился он.

— Так и я пока не тащу, — развела руками.

— Ты неподражаема, Кейтлин. Нет, ну я её соблазняю, а она и не думает призывать меня к ответу.

— Мне ещё вам экзамен сдавать, ректор. А это пострашнее всего будет. Так что… Мне невыгодно ссориться с вами, лорд некромант.

— Дело только в этом? — он приподнял бровь.

— Нет, но так уж я вам в этом и призналась. Ведите обратно в замок.