Инженер. Система против монстров – 9

Глава 19 Небесный Левиафан

Солнце, пробивавшееся сквозь жидкую пелену облаков, заливало двор гостиницы не по-осеннему ярким светом. Тени от пятиэтажек лежали резкие, почти летние, но холодный ветер, срывавший последние жёлтые листья с клёнов вдоль забора, напоминал, что октябрь в этом мире тоже существует. Хуже того, он подходит к концу, и скоро начнётся ноябрь.

Я наскоро отправлял сообщения.

Кому: Борис, Медведь.

Текст: «Сбор во дворе. Немедленно. Выдвигаемся в лесопарк, нужно добить тварь».

Кому: Фокусник, Женя.

Текст: «Отправляетесь на поиски пилота. Возьмите с собой Костоправа на случай, если понадобится первая помощь».

Прометей стоял рядом, опустив руку с массивным блоком «Молота-А». Оптика на его голове едва светилась холодным синим. Он сканировал пространство, выискивая любые аномалии. Робокоп, чёрт возьми. Натуральный робокоп из старых фильмов, только вместо пистолета у него автоматический гранатомёт.

Искра, откинувшись на спинке лавочки, с ленцой перекатывала в пальцах волшебную палочку.

За её спиной, чуть в стороне стояли Рейн и Горыныч. Маг крови куталась в чёрный плащ с глубоким капюшоном, скрывавшим лицо почти полностью. Только бледный подбородок и плотно сжатые губы.

Горыныч, наоборот, был взбудоражен до предела. Его руки, покрытые россыпью мелких ожогов, то и дело сжимались в кулаки. Он переминался с ноги на ногу и смотрел на меня с тем особенным, лихорадочным блеском в глазах, который я уже успел возненавидеть. Безумный пироманьяк, которому не терпелось устроить большой бабах.

Регина: «Командир, доспех обработан и перемещён в Хранилище фракции».

Отлично. Быстрее, чем я ожидал. Будем верить, что Надежда со своей магией чистоты действительно творит чудеса, и я не отправлюсь в лазарет с повторной интоксикацией.

Не успел смахнуть окно сообщения, как Рейн сделала шаг вперёд.

— Мы идём с тобой, — голос у неё сегодня был с хрипотцой, словно она простудилась или слишком много кричала.

Горыныч за её спиной аж подпрыгнул от нетерпения. Между его пальцами возникли тонкие струйки дыма.

— Я уже соскучился по хорошим мишеням! — прошипел он, облизнувшись. — А эта хорошая! Большая! Сильная!

Я посмотрел на медсестру. В глаза, скрытые тенью капюшона. Её группа — мои должники. Мои трофеи, если уж называть вещи своими именами. Но сейчас не время для выяснения отношений. Маг, способный накладывать дебаффы и убивать врагов их собственной кровью — ценный актив в бою с боссом. А пиромант, пусть и полоумный — это ещё один дамагер.

— Хорошо, — коротко кивнул я. — Но одно условие. Выполняете мои приказы. Без самодеятельности. Шаг влево, шаг вправо без команды, и я оставлю вас там на корм мутанту. Ясно?

Рейн молча кивнула. Горыныч же расплылся в такой счастливой улыбке, будто я подарил ему ящик напалма.

— Ясно, начальник! Мы не подведём! Я такой армагеддец устрою, что эта рыбина вмиг забудет, как летать и уползёт в лужу, из которой выползла! Будет жарко!

Искра фыркнула, скрестив руки на груди. Кончик её тлеющей палочки разгорелся ярче.

— Ещё как будет, если не заткнёшься, — процедила она, сверля Горыныча взглядом. — Работа с огнём — это моя специализация, поджигатель-недоучка. Не путай божий дар с яичницей. Ты, головешка, будешь на подхвате. Греть воздух и создавать дымовую завесу.

— Ой-ой-ой, — Горыныч картинно прижал руку к сердцу, — ранила насмерть! Да не бойся, красотка, там на всех хватит! Ты же видела эту тушу, её жарить и жарить! Может, даже на шашлык пустим, а? Как думаешь, начальник, мясо у этого ската съедобное?

Искра прищурилась, воздух вокруг неё ощутимо нагрелся.

— Ещё одно слово про «красотку», и я тебя так разукрашу, что зеркала при виде твоей морды трескаться начнут!

Похоже, огневик попал в точку. Сыпь после токсина ещё не полностью сошла, так что Анечка действительно выглядела потрясающе.

— Тихо! — рявкнул я, и оба пироманта заткнулись, хотя взглядами продолжали жечь друг друга. — Выяснять, чей огонь горячее, будете потом. Сейчас наша задача уничтожение монстра.

Из служебного входа, громыхая обновками, вышли Борис и Медведь. Оба в полной боевой выкладке, в самодельных доспехах из Хранилища, которые остались от Гладиаторов. Следом за ними шли Фокусник, Женя и мрачный, как грозовая туча, Костоправ с объёмной медицинской сумкой, которую он прямо на ходу убрал в инвентарь. Видимо, её вручила ему Вера, узнав, что мы собираемся на вылазку.

— Прибыли, — басовито доложил Борис. — Что за тварь?

— Увидишь, — коротко ответил я. — Крупная и потенциально съедобная.

Борис предвкушающе ухмыльнулся. Медведь хмыкнул и перехватил секиру поудобнее.

— Хорошо. Давно нормальной драки не было.

Я подошёл к группе «Бета».

— Фокусник, слушай задачу. Берёте «Ленд Крузер». Едете в район улицы Ткацкой фабрики. Там где-то приземлился пилот сбитого аэроплана. С парашютом. Не смотри такими глазами, я сам охренел. И нет, его не мы сбили, а монстр.

— Не, ну, отличный сегодня день, — вздохнул Фокусник. — Только слегка прибрались после гада-Игната, так на тебе, новые приключения зовут.

Выслушав его причитания, продолжил инструктаж:

— Я отправлю с вами дрона-разведчика, он поможет с поиском. Найдёте, оцените состояние. Если нужна помощь, окажете на месте. Если в сознании и может говорить, доставите на базу. Если без сознания, вызываете Петровича. Через весь город тащить не надо, он может не пережить дорогу, если ранен. Связь через интерфейс. Вопросы?

Фокусник ещё раз тяжело и обречённо вздохнул. Женя просто кивнул. Костоправ шагнул вперёд. Разрешения у своей лидерши, чтобы отправиться с ребятами, он не спрашивал. Сразу обратился ко мне:

— Поняли, командир. Если что, стабилизирую.

Рейн за моей спиной поперхнулась возмущением, но устраивать разнос на тему «Кого это ты командиром называешь?» не стала. Редкостное благоразумие с её стороны.

— Отлично, — кивнул я. — Выдвигайтесь немедленно.

Я мысленно активировал «Техно-Око». На тактической карте высветились все активные дроны. Двадцать третью «Стрекозу» я перенаправил в квадрат Ткацкой фабрики, назначив ей приоритетом поиск парашюта. Двадцать четвёртую, висевшую над северным периметром, отправил в лесопарк, чтобы заняла позицию над местом падения чудовища и вела непрерывное наблюдение.

Смахнул картинку с её камеры в угол зрения.

Едва Фокусник, Женя и Костоправ скрылись за поворотом, направляясь к недавно восстановленному гаражу, как из дверей отеля вылетела Олеся. Мики бежал рядом, настороженно прижав уши. Девочка выглядела растрёпанной, глаза горели предвкушением.

— Лёша! Вы куда⁈ — закричала она ещё на бегу. — Это из-за мутанта, да? Мне сказали, там огромный мутант! Я с вами! Мики тоже хочет! Мы поможем! Дайте нам поучаствовать!

Я открыл рот, чтобы ответить, но не успел. Следом за Олесей из дверей буквально выбежал Варягин. Его лицо багровело от ярости.

— Олеся! А ну стоять! — рявкнул он, хватая дочь за плечо. — Ты куда собралась, бестолочь⁈ На смерть⁈ Быстро в оранжерею! Ты ещё тётю Ариадну не домучила!

Малявка вырвала плечо, сверкнув глазами.

— Пап! Я — боевая единица! Я зверей контролирую! Я могу помочь!

— Ты — ребёнок! — Варягин почти кричал. — Сиди в отеле и не высовывайся!

Я шагнул вперёд и положил руку на плечо Варягина.

— Успокойтесь, Сергей Иванович, — сказал я твёрдо. — Олеся остаётся здесь. И вы тоже.

Варягин сдвинул брови, уставившись на меня. Олеся надулась, готовя возражения.

— Олеся, — я повернулся к ней и заговорил спокойно, но с нажимом, — ты нужна здесь. Ты и твои звери. Защита отеля сейчас на вас с отцом. Мы уходим почти всей боевой группой. Если какая-нибудь тварь решит воспользоваться моментом и сунуться за периметр, кто её остановит? Турели? Они хороши, но их можно обойти. Так что оборона зависит от вас.

Девочка смотрела на меня несколько секунд, потом её плечи опустились. Восторг в глазах сменился пониманием и серьёзностью. Она неторопливо кивнула.

— Поняла, командир. Мы с Мики будем на страже. Ни одна тварь не пройдёт.

Мики, словно подтверждая, глухо заворчал и потёрся башкой о ногу хозяйки.

— Вот и отлично, — я кивнул Варягину. — Вы за старшего. Держите оборону. Если что, сразу докладывайте.

Варягин, всё ещё хмурый, но уже успокоенный, коротко кивнул.

— Сделаем. Вы там… это… поаккуратнее.

— Обязательно, — усмехнулся я.

Группа «Альфа» построилась у ворот. Я окинул взглядом свой отряд. Прометей, Искра, Борис и Медведь. Рейн и Горыныч… нервный, дёрганый, с безумной улыбкой.

— Выдвигаемся, — скомандовал я. — Идём быстро, не растягиваемся. До лесопарка минут десять пешком через дворы.

Мы покинули территорию отеля и углубились в лабиринт многоэтажек. Осенний день был обманчиво тих. Под ногами шуршали сухие листья — жёлтые, бурые, багряные. Они устилали асфальт плотным ковром, никто теперь не чистил улицы. Где-то вдалеке каркала ворона, вроде, не мутировавшая. Её крик звучал зловеще в этой противоестественной тишине.

Мы миновали детскую площадку с поскрипывающими качелями и покосившимся грибком-песочницей. Прошли мимо сгоревшего остова легковушки, мимо продуктового магазина, уже начисто разграбленного. Запах гари, старой резины и сырости смешивался в коктейль, к которому я, впрочем, уже почти привык.

Всё это время я следил за монстром через камеру дрона. Через семь минут быстрого марша мы вышли к последнему ряду многоэтажек, за которыми начинался лесопарк. Здесь дома стояли реже, а деревья подступали вплотную к тропинкам. Я поднял руку, приказывая остановиться.

— Дальше тихо, — произнёс я вполголоса. — За мной, к той возвышенности.

Указал на небольшой пригорок метрах в пятидесяти, поросший густым кустарником. Оттуда должен был открываться хороший обзор на низину, куда рухнул монстр. Дрон уже висел над местом, передавая картинку на мой интерфейс, но я хотел увидеть всё своими глазами. Оценить масштаб вживую, а не через пиксели.

Мы поднялись на пригорок, стараясь не шуметь. У берсерков получалось плохо, их горе-доспехи выдавали позицию за километр, но скрафтить для них нормальные я опять не успел. Кусты здесь были высокими и ещё не все облетели. Я раздвинул ветки и выглянул. Сразу замер.

Внизу, метрах в ста от нас, распластался суперскат…

Дрон передавал картинку, но реальность… Реальность всегда бьёт по нервам сильнее. Размах крыльев — сорок два метра — на экране был просто цифрой. Здесь, вживую, это как… как если бы на землю рухнул боинг. Только этот «боинг» состоял из плоти, слизи и костей.

Он лежал в неглубокой ложбине, по дну которой вилась узкая речушка. Скорее даже, ручей, сейчас наполовину пересохший. Крылья были раскинуты в стороны, одно из них, правое, подломилось у самого основания, и из разрыва торчали обломки костяных рёбер жёсткости. Второе крыло лежало плашмя, придавив собой несколько молодых берёзок, сломавшихся, как спички.

Вокруг туши земля была чёрной и дымилась. Кислота. Огромная лужа растеклась на десятки метров вокруг, и всё, чего она касалась, превращалось в оплывающую, пузырящуюся кашу. Запах… Запах ударил в нос даже здесь, на возвышенности. Резкий, удушливый, похожий на смесь аммиака, тухлых яиц и жжёной пластмассы. Органическая химия во всей её отвратительной красе. Потом ещё и с заражением грунтовых вод бороться придётся.

Воздушные мешки под брюхом сейчас были сдуты. Один из них, пробитый очередями турелей, всё ещё сочился чёрной кровью, которая смешивалась с грязью и кислотой. Но хуже всего, что увидев тварь вживую, мы узнали о ней слишком много.

Небесный Левиафан — Уровень 40

Искра присвистнула. Тихо, но выразительно.

— Сороковой уровень… Охренеть. Как Кладбищенский Голем.

— Я его сейчас поджарю! — Горыныч рванулся вперёд, сжимая кулаки, из которых тут же повалил густой чёрный дым. — Я его зажарю до хрустящей корочки! Вы видели эти глаза⁈ Я хочу видеть, как они лопнут от жара!

Рейн молниеносным движением схватила его за плечо и дёрнула назад. Без единого слова. Просто удержала на месте, сжав пальцы так, что Горыныч скривился от боли.

— Пусти, кровососка! — прошипел он.

— Заткнись и сядь, — процедила Рейн, не поворачивая головы. Её взгляд оставался прикован к монстру.

Медведь, прищурившись, тоже разглядывал неподвижную тушу.

— Может, он сдох? — спросил он с сомнением. — Не шевелится. Может, турели его добили?

— Обязательно сдохнет, — ответил я. — Но нужно ему помочь. Опыта за него нет, значит, жив. Регенерирует потихоньку. Если дадим ему время, восстановится, поднимется и свалит. Или атакует. Ни то, ни другое нас не устраивает.

Прометей, сидевший чуть позади, издал тихий электронный сигнал. Аналог прочистки горла.

— Анализ завершён, — произнёс он. — Объект демонстрирует высокую живучесть. Рекомендую избегать прямого контакта до нейтрализации кислотного оружия. Наблюдаю пульсацию спинного гребня. Вероятно, источник магической энергии. Однако подозреваю, что единственный шанс убить существо, это критический урон по мозгу. Это гарантирует победу. Атака по корпусу будет неэффективна.

— Хорошо, — кивнул я.

Мысленно открыл интерфейс Хранилища. Коснулся иконки «Доспех», отдал приказ о материализации.

Вспышка света. На секунду моё тело окутал полупрозрачный кокон энергии. Первым слоем легла вторая кожа. Чёрное, лоснящееся полотно миомерного поддоспешника, плотно обхватившее меня. Тут же, поверх него, из света соткался несущий каркас, защёлкнулись на суставах сервоприводы. На каркас легли титановые бронепластины.

И наконец, шлем. Он возник вокруг головы из мерцающей дымки, и в тот же миг перед глазами вспыхнул интерфейс дополненной реальности. Тактическая карта, данные о состоянии доспеха, заряд щита, телеметрия дронов, жизненные показатели членов группы — всё это наложилось на реальный мир полупрозрачными иконками и графиками.

Доспех сел как влитой. Я несколько раз сжал и разжал кулаки, проверяя отклик. Миомеры послушно повторяли движения, усиливая их ровно настолько, насколько нужно. Не дёргано, плавно. Гироскопы держали равновесие идеально.

— Красиво одеваешься, — хмыкнула Марина.

Я не отозвался на комментарий. Мысленно активировал приближение через оптику шлема. Изображение скакнуло, фокусируясь на деталях. Кислотная лужа вокруг туши действительно была обширной. Подойти вплотную, не наступив в эту дрянь, будет проблематично. Земля просела в нескольких местах, образовав дымящиеся ямы. Деревья, попавшие под разлив, превратились в обугленные скелеты.

— Его, похоже, вырвало, — с отвращением произнесла Искра, морща нос. — От вонищи аж глаза режет.

— Кислотный поток, — сказал я. — Он пытался достать аэроплан. Часть заряда ушла в землю, а когда рухнул, возможно, из него силой удара выбило остальной запас. Так что да, вырвало.

Я переключил внимание на левое предплечье. Там, в специальном разъёме, был установлен модуль энергетического щита. Интерфейс показывал: заряд полный, готов к активации. Отлично. Теперь снаряжение.

Мысленно открыл инвентарь и начал материализацию. Первыми появились гранаты. Три осколочные РГД-5 и две зажигательные. Небольшие металлические цилиндры с характерными насечками и красными полосами. Я раздал их Борису и Медведю.

— Бросать только по команде, — предупредил я. — Не в ближнем бою. Если он плюнет кислотой, вы с ним не справитесь.

Берсерки молча кивнули, закрепляя гранаты на поясах.

Для себя я материализовал крио-копьё. Оно возникло в моей правой руке, и я почувствовал приятную тяжесть. В верхней части древка находился массивный техномагический модуль. Цилиндрический корпус из матового металла. Внутри него скрывались криогенный эмиттер, термоэлектрический преобразователь Пельтье, радиатор, контроллер поля, Энергетическая Матрица и батарея.

Искра с интересом покосилась на копьё.

— Заморозишь рыбку?

— Попробую, — я усмехнулся под шлемом. — Мороженый скат — деликатес.

И в этот момент туша шевельнулась.

Сначала дрогнул хвост. Длинный, мускулистый, он ударил по земле, взметнув тучу пыли и грязи. Затем вздулись и опали воздушные мешки под брюхом, издав тот самый низкий, утробный звук: ФУУУХ… Похоже, они успели восстановиться. Глаза на передней кромке ожили. Все шесть, уставившись в разные стороны, словно независимые сенсоры. Гребень на спине засветился, пока ещё бледно, но это наверняка быстро изменится.

Левиафан издал вой.