Инженер. Система против монстров – 9

Глава 17 Живая сталь

Я поднял руку, сложив пальцы в щепоть, а затем развёл их. Жест, которому научила Олеся. Простой, интуитивный. Реакция последовала незамедлительно. Тело паучихи качнулось. Она подняла передние лапы, будто предупреждая отойти. Мигом позже её массивное брюшко, покрытое короткими чёрными волосками, дёрнулось. Я даже заметил, как сократились мышцы вокруг паутинных бородавок — группы крошечных, похожих на сопла, органов. И оттуда, с едва слышным шипящим звуком, вырвалась нить.

Плотный жгут паутины, толщиной с карандаш, устремился к потолку, преодолел несколько метров за долю секунды и с влажным шлепком прилип к бетонной плите. Второй конец остался прикреплён к Черничке. Нить натянулась, как струна, издавая низкий, затухающий звук.

— Задача выполнена, — констатировал Прометей. — Образец получен.

— Образец прикреплён, — поправил я. — А это, дружище, две большие разницы.

Я подошёл ближе и осторожно потрогал натянутый канат. Твёрдый, упругий, с едва заметной липкостью по всей длине. Точно такой же, какой я только что трогал в её тёмном уголочке. Дёрнул его ради интереса. Нить даже не шелохнулась, зато по ней пробежала волна вибрации, которую Черничка, несомненно, почувствовала. Она тут же переступила парой лап.

— Если дёрнуть посильнее, можно вырвать кусок потолка, — пробормотал я.

— Это приказ, Создатель? — тут же отозвался Прометей. Причём, кажется, с энтузиазмом.

— Нет, это мысли вслух.

Я сжал пальцы в перчатке на паутине и мысленно скомандовал «в инвентарь», хотя догадывался, какой ответ получу.

ВНИМАНИЕ! ОШИБКА!

Невозможно поместить объект «Паутина Мутировавшего Паука» в пространственный карман.

Причина: Объект находится в жёсткой связке с другими материальными объектами.

Справка: Допускается перенос только свободных объектов.

Вздохнул. Глупое, но незыблемое правило. Одно из трёх основных правил пользования хаммерспейсом, если нет ещё каких-то. Нельзя запихивать в инвентарь живых существ, для них бывают специальные карманы. Нельзя запихивать сыпучие, текучие и газообразные вещества без тары, Система просто не видит их границ. И нельзя запихивать то, что условно является частью чего-то большего.

Этот канат сейчас был частью и Чернички, и всего здания отеля. Его нужно отделить.

— Рекомендую применение полярных растворителей, — посоветовал андроид. — 70-процентный раствор этанола или изопропанола должен денатурировать белковые цепи и снизить адгезию на 80–90%. Альтернатива: нанесение концентрированного раствора липидов. Например, растительного масла.

— Маслом мы воспользуемся иначе, а сейчас спирт.

Я полез в инвентарь и материализовал пузырёк семидесятипроцентного этанола, свинтил крышечку. Следом достал небольшую стальную фляжку. Перелил спирт в неё. Сосредоточился. Магия отозвалась где-то в глубине груди, потянулась к рукам, а оттуда к металлу.

Активирован навык: «Магнитный Захват»

Фляга мягко оторвалась от моей ладони и повисла в воздухе. Я чувствовал, как поле огибает флягу, сгущается внутри её стенок, а затем возвращается ко мне, замыкаясь в невидимую петлю. Циркуляция силовых линий.

Я не касался фляги, но через натяжение поля ощущал каждый грамм её веса, будто держал на невидимой леске. Непривычное ощущение, но магический навык нужно развивать, а не забивать на него.

Поднял взгляд, мысленно направляя ёмкость вверх. Медленно. Плавно. Фляга поплыла к потолку, чуть покачиваясь. Приходилось постоянно удерживать её от кульбита и гасить каждое отклонение от траектории мысленным импульсом.

— Магнитная левитация через ферромагнитный захват, — прокомментировал Прометей. — Эффективно. Но учтите: поле взаимодействует только с флягой, а не с содержимым.

— Знаю, — буркнул я, не отвлекаясь. — Стараюсь не расплескать.

Фляга зависла в сантиметрах от места прикрепления паутины. Я чуть наклонил её мысленным усилием. Горлышко накренилось, и спирт облил основание жгута. Подождал. Ещё немного полил. Вернул флягу вниз, постепенно уменьшая градиент поля. Поставил на стол. Выставил таймер на минуту и занялся просмотром «жалоб от населения». На этот раз они были не хозяйственными, а… паническими. Химическая атака всколыхнула волну страха в душах бывших офисных работников, менеджеров и домохозяек.

Входящие сообщения (18 непрочитанных):

Отправитель: Циклон (Маг Погоды).

Текст: «ЛИДЕР, ЭТО КОНЕЦ! У меня першит в горле и я трижды чихнул после завтрака! А на руке какое-то красное пятнышко! Это точно начальная стадия Некротической Лихорадки! Я полчаса назад проходил мимо восточного крыла, меня обдуло ветром! Мне нужен антидот! СРОЧНО!!!»

…

Отправитель: Надежда (Маг Чистоты).

Текст: «Алексей, я настаиваю на введении тотального масочного режима на всей территории отеля, включая жилые комнаты! А также на организации обязательных дезинфекционных шлюзов перед столовой! Я уже составила проект, нужно только выделить мне троих рабочих и доступ к запасам хлорки!»

…

Отправитель: Вован (Стекольщик).

Текст: «Лёх, тут такое дело… чёт в глазах темнеет и слабость во всём теле. Наверное, надышался в мастерской. Я сегодня на работу не выйду, отлежусь, ладно? Нехорошо мне чё-то».

…

Отправитель: Матильда (Маг Растений).

Текст: «Мои саженцы огурцов, которые я высадила на подоконнике, начали подвядать! Их листья скручиваются! Это несомненно остаточное действие токсина, попавшего в систему вентиляции! Нужно немедленно проверить все воздуховоды!»

…

Отправитель: Whisper (Разведчик).

Текст: «Я вчера видел, как Белов (Гончар) после ужина слишком долго мыл руки. Минут десять. Он что-то скрывает? Может, он второй диверсант и смывал с себя улики? Предлагаю допросить его. Профилактически».

…

Отправитель: Starlight (Маг Света).

Текст: «Лидер, моя магия барахлит! „Световой Шар“ подрагивает, а „Озаряющий Луч“ стал каким-то тусклым, с зеленоватым оттенком! Я уверена, это остаточное воздействие тёмной магии! Моя светлая аура осквернена! Что мне делать⁈»

Я не стал читать дальше. Просто смахнул сообщения, тяжело вздохнув. Пандемия страха распространилась быстрее любого токсина. Если это не пресечь, завтра половина фракции сляжет с воображаемой лихорадкой, а вторая половина будет охотиться на ведьм. Ну, то есть на Игнатов.

Нужно решение. Немедленно.

Кому: Олег Петрович.

Текст: «Петрович, у нас массовая ипохондрия. Разверните в западном крыле пункт медицинского триажа. Возьмите в помощь Веру и других медиков. Задача: отсеивать паникёров от тех, кому реально нужна помощь. Все, кто жалуется на симптомы, должны пройти осмотр. Тем, у кого тупо воспаление фантазии, выдайте какое-нибудь плацебо. Аскорбинку, например. Скажите, что это специальный детокс-витамин. Нужно срочно сбить эту волну идиотизма».

Таймер пискнул. Минута прошла. Пора возвращаться к паутине.

Я достал из инвентаря нож. Небольшой, с тефлоновым покрытием, предназначенный для работы с клеями и адгезивами. К такому лезвию не прилипает почти ничего. Сосредоточился, получил сообщение об активации навыка, и нож плавно поднялся к потолку.

Я повернул его в воздухе, добиваясь нужной ориентации. Лезвие легло на ослабленную паутину и начало пилить. Это оказалось не так-то просто. Приходилось одновременно контролировать и движение, и силу нажатия. Маны уходило в два раза больше. Но вот бело-серый жгут с сухим треском поддался.

Черничка почувствовала изменение натяжения и немедленно отреагировала, подтянула жгут к себе, намотав несколько витков на задние лапы. Ещё пара движений, и нить лопнула. Я тут же опустил нож вниз, выключил магнитное поле и поймал его свободной рукой, убрал в инвентарь.

Вместо него материализовал металлический пруток и бутыль масла. Протёр стержень, ухватил свободный конец нити и осторожно намотал на него. Масло не давало паутине прилипнуть к металлу намертво. Жгут по-прежнему тянулся от мотка к брюшку Чернички. Я не пытался вытянуть из её желёз больше паутины, наверняка это было бы неприятно.

Паучиха ещё несколько секунд терпеливо перебирала задними лапами, удерживая слабину. Но затем её нервы не выдержали, и она перекусила нить у основания хелицерами. Щёлк!

— Молодец, девочка, — усмехнулся я, продолжая наматывать.

Черничка сразу же поднесла задние лапы к месту среза, счищая короткий оставшийся «хвостик». Через секунду она уже сидела спокойно, будто спрашивая: и всё?

— Пока всё, — ответил я. — Хорошая работа.

Получился плотный, тугой моток. Я взвесил его в руке. Тяжелее, чем кажется. Значительно тяжелее, чем должен весить аналогичный объём паучьего шёлка. Хороший знак.

— Прометей, сколько примерно метров?

— Около семи-восьми, с учётом диаметра.

Активирован модуль: «Анализатор Материалов».

Выберите образец для сканирования.

Анализ образца…

Идентификация структуры…

Определение элементного состава…

ВНИМАНИЕ! Обнаружена сложная белковая структура с элементами магии!

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ! Магическая составляющая не будет просчитана!

Расчётное время анализа: 2 минуты 10 секунд.

Я приподнял бровь. Магическая составляющая, значит. Ну… вполне ожидаемо.

Значок «Техно-Ока» мигнул в углу зрения — тихо, без фанфар. Просто сообщение о входящей телеметрии с четырьмя иконками дронов. Я вернулся за стол и мысленно развернул основной экран. Голографическая панель раскрылась широким полупрозрачным полотном.

Четыре видеопотока легли рядом. Плоские прямоугольники с мерцающими пометками координат в углу, временная метка в формате ЧЧ:ММ:СС, уровень заряда кристалла, статус соединения.

Дрон-разведчик «Стрекоза-2» (ID: 25)

Вертолётная площадка МЧС. Развёртка с высоты сорока метров. Открытый бетон, кольца разметки под посадку. Пусто. Только ветер гонит мусор через площадку, и один опрокинутый ветроуказатель болтается на стойке.

Дрон-разведчик «Стрекоза-2» (ID: 26)

Площадка два, возле больницы. Вот здесь чуть интереснее. На стояночных колодках для санитарного вертолёта торчала металлическая туша Ми-8П. Я узнал силуэт сразу. Широкое брюхо, пятилопастный несущий винт, хвостовая балка с характерным изгибом. Транспортно-пассажирский. Двадцать четыре пассажира или три тонны груза.

Сейчас это просто мёртвая туша. Ми-8П сгорел. Дрон зашёл с бреющего, и камера показала подробности: обшивка выгорела до каркаса, остекление кабины из карбонизированных полимеров превратилось в оплавленные чёрные дыры, внутри просматривались перекошенные переборки и что-то бесформенное, что раньше было интерьером. Двигатели в надвтулочных гондолах прогорели насквозь.

— Безнадёжен, — констатировал я. — Мой ремонтный навык такие повреждения не вытянет.

— Согласен, — отозвался Прометей. — Даже на запчасти не подойдёт.

Я смахнул два первых потока видео. Осталось ещё два.

Дрон-разведчик «Стрекоза-2» (ID: 27)

Третья стрекозка вела съёмку в нескольких километрах к востоку. Мелкая площадка возле шоссе, судя по ориентирам. Там тоже было пусто. Бетонный пятачок, металлические кольца крепежа. Дрон сделал круг, убедился, что смотреть не на что, и лёг на обратный курс.

Остался четвёртый поток.

Дрон-разведчик «Стрекоза-2» (ID: 28)

Самый дальний дрон, он работал за рекой и только что добрался до места. Я отправил его к вертолётной компании, небольшой частной структуре, обозначенной на карте значком с названием. Она базировалась в промышленной зоне на правом берегу Москвы-реки. Площадка с разметкой под несколько вертолётов, главный офис с разбитыми стёклами и несколько технических построек.

Два силуэта с лопастями. Первый вертолёт, попавший в поле зрения камеры, выглядел целым. Я сразу же запустил сканирование с дрона.

Активирован навык: «Сканирование устройств».

Цель: Вертолёт «Ка-32»

Сложность объекта: Высокая.

Ориентировочная стоимость сканирования: 150 маны.

Начать сканирование?

Да/Нет.

Давай, сканируй, а я пока поглощу пару кристаллов, чтобы и другую вертушку сходу просканировать. На экране отразились голубые блики, едва заметные в лучах дневного света. Это дрон направил магический луч на объект. Сетка скользнула по корпусу, винтам, проникла вглубь.

Сканирование завершено. Анализ структуры…

ВНИМАНИЕ!

Создан новый чертёж: Средний транспортный вертолёт «Ка-32».

Чертёж добавлен в вашу базу данных.

Получено опыта: 300 × 3 = 900

Я сразу же открыл его. Соосная схема несущих роторов, никакого рулевого хвостового винта, компактное тело, мощное. Эту машину создавали для серьёзной работы: строительный монтаж, пожаротушение, горноспасательные операции. Грузоподъёмность около пяти тонн. Огромный по меркам нашей ситуации ресурс. Два двигателя ТВ3–117ВМА, каждый почти по двум тысячам лошадиных сил.

Если говорить о проблемах…

Механика цела, лопасти не повреждены. Планер в норме. Баки пусты, но целы. Двигатели стоят, не горели. Блок управления и вся электроника вышли из строя, но это ожидаемо. Система AFCS, автопилот, гидравлика с электроуправлением, авионика — всё мертво. Не страшно. Мы это всё уже проходили. Если доберусь туда, то оживлю за пару минут. Если нет, то восстановлю виртуальную схему и построю с нуля.

Я крутанул голограмму, любуясь новой игрушкой. Ка-32 — это мощь. Настоящая рабочая лошадка. Теперь взглянем на второй вертолёт. Давай, «Стрекоза», лети дальше.

Robinson R44. Простенький, четырёхместный. Американская конструкция, один из самых распространённых частных вертолётов в мире. Я смотрел на него несколько секунд, не говоря ничего. Потом запустил сканирование.

Создан новый чертёж: Лёгкий гражданский вертолёт «Robinson R44».

Чертёж добавлен в вашу базу данных.

Получено опыта: 200 × 3 = 600

Теперь посмотрим на конструкцию изнутри… Голографическая панель сразу же обросла информационными плашками, а в центре появилось изображение вертолётика. Масса пустого около семисот килограммов. Один поршневой двигатель Lycoming O-540 мощностью двести двадцать пять лошадиных сил. Двухлопастной полужёсткий несущий ротор с тягой-маятником. Двухлопастной хвостовой рулевой ротор.

— Ресурс конструкции от двадцати тысяч лётных часов, — сообщил Прометей.

Практически полностью механическая трансмиссия с минимумом электроники. Управление через механические тяги и качалки. Гидроусилители отсутствуют. Двигатель с магнето, а потому не требует внешнего источника электропитания для работы. Ну, то есть для запуска двигателя всё равно нужен стартер, который питается от аккумулятора. Однако при отказе электрооборудования в полёте магнето продолжит давать искру, так что мотор не заглохнет. А это писец как хорошо.

Я невольно улыбнулся.

Элементарная схема, понятная, ремонтопригодная почти без магии. Практически мотоцикл, только летающий. Никакой цифровой авионики, которую нужно оживлять и перепрошивать. Конструкция, которую человек с руками и нужными материалами может разобрать и собрать в полевых условиях.

А если к этому добавить энергетические кристаллы вместо аккумулятора, усовершенствованные гироскопы, нано-принтерные компоненты вместо изношенных деталей трансмиссии…

Так, не отвлекаемся. Заниматься фантастическими переделками будем потом. Сейчас нужно закончить осмотр.

Картинка на секунду смазалась, дрон поднялся выше и заложил широкий круг над вертолётной площадкой. Я снова увидел бетонное поле с разметкой, а рядом несколько странных сооружений. Они стояли полукругом, недалеко от основного здания компании и напоминали сплющенные шары. Я таких раньше не видел.

— Что это? Есть инфа в базе?

— Надувные ангары, — ответил Прометей. — Модель «AirDome» или аналогичная. Каркас из ПВХ-ткани с системой избыточного давления. Для поддержания формы требуется постоянная работа нагнетателей.

— Ага, ясно. Сейчас они сдуты, потому что давление отсутствует, электропитание не подаётся.

— Материал лежит на объекте внутри, — заметил Прометей.

Я приблизил изображение. Ткань ангаров обвисла бесформенными куполами, сморщенная, серая, с редкими чёрными разводами. Возможно, от грязи или копоти. Дрон сместился влево, к ближайшему сдутому ангару. Из-под неровно лежащих складок проступал силуэт. Что-то твёрдое, с правильными геометрическими линиями. Потом «Стрекоза» снова поднялась выше. Я различил очертания фюзеляжа, выступающий хвост, нечто вроде лопастей, прижатых к крыше. Но деталей никаких. Ясно, что там вертолёт, но какой?

— Модель не идентифицируется, — сказал Прометей. — Недостаточно данных. Общие габариты: длина около двенадцати метров, высота до трёх. Предположительно вертолёт лёгкого или среднего класса.

Я смотрел на экран. Под этой серой тряпкой могло быть что угодно. Bell. Eurocopter. Или, может быть, отечественная машина. «Ансат», например. Такие же примерно размеры.

— Интересно, — выдохнул я, потирая щетинистый подбородок. — Очень интересно.

Сдутый ангар лежал, как упавший зонт. Ветер слегка шевелил его складки. Издевательство. Просто издевательство. Будто тебе на день рождения подарили коробку с подарком, но ты не можешь её открыть. Дрон несколько раз облетел ангар, но поднырнуть под ткань не смог. Он нашёл место, где раньше находился вход. Точнее, полноценный стеклянный фасад, но теперь он превратился в груду осколков и ломаных рам.

— Прометей, что думаешь? Есть шанс, что там что-то ценное?

— Определить состояние агрегатов без прямого осмотра невозможно. Однако следов пожара нет. Очертания выглядят обнадёживающе. Предположительно, летательный аппарат цел.

Я откинулся на кресле, скрестив руки. Нужно найти или создать водный транспорт, чтобы перебраться через реку. Лодка не годится, в воде обитают крупные твари, как тот рак-переросток, который чуть не вскрыл мой доспех, как консерву. Либо по воде, либо по воздуху, но тогда сперва придётся скрафтить что-то по чертежам.

Если там целый вертолёт, пусть даже требующий рук, это стоит риска. А если там какой-нибудь «Ансат» с его газотурбинными двигателями…

— Записывай, — сказал я. — Готовим экспедицию. Нужно переправиться на ту сторону. Хочу посмотреть, что за птица спряталась под этим одеялом.

Прометей молча принял задачу. На основном экране всё ещё мерцали очертания. Силуэт вертолёта, укутанный в серый саван. Я переключил дрон на второстепенную задачу. Осмотреть местность, обнаружить следы жизни. Мутанты, люди и прочая нечисть. Нужно знать, с чем мы там столкнёмся.

Тут пришло сообщение от «Анализатора Материалов» про паутину.

ВНИМАНИЕ! Анализ завершён!

Идентифицирован биологический полимер: спидроин, мутантная форма.

Содержание аланина: 61% (норма: 30–40%). В гибких аморфных блоках обнаружены ковалентно связанные чужеродные кластеры. Предположительно, продукт мутагенеза.

Расчётная прочность на разрыв: 8,4–11,2 ГПа.

— Ох, ничего себе… — пробормотал я. — Прометей, ты это видишь? В семь раз прочнее обычного паучьего шёлка и в три раза прочнее кевлара.

— Вижу, Создатель. Данные впечатляют.

Клеевой состав на основе гликопротеинов с высоким содержанием маннозы и галактозы, стабилизирован ионами калия и натрия. Прогнозируемая адгезия к бетону 2,5 мегапаскаля. Короче, я не стал дёргать этот канат, и правильно. Но самое интересное обнаружилось в составе спидроина. Система сообщила:

Обнаружен неизвестный компонент: Мана-реактивный полипептидный комплекс (МРПК).

Описание: стабильная белковая структура, способная накапливать и проводить ману. При насыщении маной прочность и эластичность материала увеличиваются на 15–25%. Проявляет свойства метаматериала, изменяя конформацию белковых цепей под воздействием магических полей.

— Модуль не может проанализировать магию, но видит белки, отвечающие за работу с магией… Просто охренеть.

Я тут же попытался передать формулу в «Химический Синтезатор». Понимал, что фиг сработает, но вдруг? Магию не воспроизведёт, но саму структуру…

ОШИБКА! Синтез из базовых материалов невозможен!

Я вздохнул и потёр переносицу. Картина прояснилась. Я не смогу напечатать эту паутину. Не смогу её воссоздать. По крайней мере, не с теми ресурсами, которыми располагаю. Сейчас я могу только получать её из естественного источника. От восьминогой фабрики, которая тихо шуршит в углу, плетя себе новое гнездо.

— Прометей, у нас проблема и возможность. Одновременно.

— Я понимаю, Создатель. Мы имеем доступ к уникальному ресурсу, но не можем наладить его промышленное производство. Мы зависим от биологического объекта.

— Именно. И этот биологический объект не будет плести паутину по восемь часов в день по моему приказу. Нам нужен другой подход. Более… индустриальный.

Я снова посмотрел на Черничку. Идея зародилась в голове мгновенно, дерзкая и немного пугающая в своей циничности.

— У тебя в базе есть справочники по зоологии и биологии. Расскажи мне всё, что знаешь о паутинных железах пауков.

Прометей не заставил себя ждать, сразу же перешёл на лекторский тон:

— У высших пауков, таких как представители семейства Araneidae, к которым, предположительно, относится предок мутировавшего объекта «Черничка», имеется до семи типов паутинных желёз. Каждая производит свой тип шёлка. Основные: большие ампуловидные железы для каркасных нитей, малые ампуловидные для вспомогательных, грушевидные для клеевых дисков, ациниформные для обмотки добычи, и, что самое интересное, жгутиковидные и агрегатные железы, работающие в паре. Первая производит эластичную осевую нить, вторая покрывает её каплями клейкого секрета.

— То есть, липкость и прочность — это продукты разных желёз? — уточнил я.

— Совершенно верно. Паук — это многопрофильный химический комбинат. Он может производить сухие сверхпрочные тросы, эластичные клейкие сети и мягкий упаковочный материал, просто переключаясь между железами.

— Тогда первый вариант, — я начал рассуждать вслух, — обучить Черничку командам. «Команда А» — выдавать сухую нить. «Команда Б» — липкую. Мы строим станок с приёмной катушкой с тефлоновым покрытием, подводим к ней паучиху, даём команду, и она прядёт нам готовую нить.

— Это логичный и наименее инвазивный подход, — согласился Прометей. — Он потребует дрессировки со стороны объекта «Олеся» и создания соответствующего механизма. Вероятность успеха около 75%, но производительность будет ограничена физиологическим циклом и, возможно, настроением объекта «Черничка».

— Настроением, твою мать… Я не могу ставить производство необходимых комплектующих в зависимость от того, с той ли лапы сегодня встал гигантский паук. Мне нужен не готовый продукт, Прометей. Мне нужно сырьё. Жидкий спидроин и паутинный клей. В том виде, в котором я смогу залить их в свои принтеры и синтезаторы.

Я замолчал, переводя дух. Идея, созревшая в голове, наконец обрела форму.

— Мы не будем её дрессировать. Мы её… подключим.

Прометей молчал, его оптика горела ровным голубым светом. Он анализировал мои слова.

— Вы предлагаете инвазивное хирургическое вмешательство? — наконец произнёс он. — Установку катетеров непосредственно в протоки паутинных желёз для прямого забора секретов?

— Именно! — я вскочил и начал ходить по подвалу. — Только представь! Мы напечатаем катетеры из биосовместимого материала. Введём их под наркозом. Семь катетеров, по одному на каждый тип железы. Семь тончайших трубок, ведущих к внешнему порту на её брюшке. Когда мне нужен материал, я просто подключаю к порту систему забора с ёмкостью, открываю нужный клапан и получаю чистый, жидкий, не полимеризовавшийся белок. Спидроин для сверхпрочных изделий. Клей для ловушек. Всё в виде сырья, готового для легирования и печати!

Я остановился перед андроидом, горячо жестикулируя.

— Это будет не дойка, Прометей! А настоящий нефтепровод! Мы подключимся к неиссякаемому источнику уникального ресурса! Но мне нужно больше пауков, одного точно не хватит на все проекты. Придётся найти их гнездо и заняться отловом.

— Данный подход сопряжён с высокими рисками, — невозмутимо парировал робот. — Требуется участие квалифицированного хирурга. Объект «Олег Петрович» не является ветеринаром. Необходима общая анестезия для существа, чья физиология не изучена. Любая ошибка может привести к гибели объекта «Черничка» и потере ресурса.

— Риски приемлемы, — отрезал я. — Олег Петрович справится. Он не эскулап из районной поликлиники, а системный лекарь. Он сможет просканировать её физиологию и подобрать дозировку. А я обеспечу его лучшим хирургическим инструментом, какой только можно создать. Стерильность, мониторинг жизненных показателей, всё это решаемо.

Я снова сел за рабочий стол, чувствуя, как адреналин от новой идеи разгоняет остатки усталости. Потенциал просто ошеломляющий! Но не успел я насладиться открывшимися перспективами, как интерфейс «Техно-Ока» снова мигнул.

ВНИМАНИЕ!

ОБНАРУЖЕНО ПРИБЛИЖЕНИЕ ВОЗДУШНОГО ОБЪЕКТА!

Источник: Дрон-разведчик «Стрекоза-2» (ID: 28)