Черная Волна


«Легион Боевого Коня оказался в полном беспорядке», — удовлетворенно отметил Фарос. Они все еще пытались сражаться, но оказались не готовы биться на два направления сразу. Никто из легионеров не был уверен, кто стоит рядом — друг или враг.

Мятежники тоже понесли тяжелые потери — поле брани усеивали тела шедших за Фаросом по пустыням Керна, дважды пересекших Куранский океан и перебравшихся через Аргонскую Цепь. И нашедших смерть здесь, недалеко от Нетхосака.

— Натравливайте их друг на друга, — кричал Фарос, отбивая секиру легионера. — Найдите леди Марицию, она — ключ к победе!

— Бьюсь об заклад, она сейчас размышляет, где ее подкрепление! — залился смехом Ботанос.

Легион Медвежьего Когтя не придет на помощь. И силы Фароса выглядели меньше не потому, что он переодел часть своих воинов в доспехи легионеров. Просто его арьергард не расстался с трофеями, после того как разгромил спешащих к леди Мариции имперцев. На всю операцию было отведено меньше дня, иначе Фарос не успел бы перехватить легион Боевого Коня в его стремительном марше к Нетхосаку.

— Стрелы! — заревел Ботанос.

Фарос с капитаном мигом спрыгнули с коней и, отпустив их, бросились в скалы. Дождь стрел вновь собрал свою страшную дань. Предводитель мятежников увидел, как моряк вскрикнул и зажал руку, окрасившуюся кровью.

— Все в порядке, — прорычал Ботанос. — Пара минут, чтобы перевязать эту царапину, — и я снова готов к бою! Ты только не дури и не дай себя убить, пока я не вернул должок!

Кивнув, сын Градиса вновь кинулся в бой, но теперь, без коня, ему было трудней разобраться в ситуации. Слева он заметил баллисту, наводимую на фланг мятежников.

Он привлек внимание соратников и показал на суетящихся легионеров:

— Уничтожить механизм!

Минотавры бросились в атаку, сформировав клин — впереди Фарос, остальные прикрывали ему спину. Декарион, крутящий рукоятку взвода баллисты, отвлекся на нападающих и выхватил меч. Черный жеребец легиона на латах офицера на миг вернул Фароса во времена Ночи Крови — минотавр вспомнил убийцу в глухом шлеме, пытавшегося прикончить его. В ярости он отбросил меч и, схватив декариона за горло, задушил его.

Эс-Келин долго приходил в себя, потом подобрал клинок и махнул воинам:

— Разверните ее!

Повстанцы повернули баллисту и дали залп по суетящимся легионерам, убивая и калеча. На Фароса бросился всадник в плаще, но обрадованный мятежник легко выбросил офицера в грязь и сам вскочил в седло...

...И сразу вскрикнул от резкой боли в боку — только инстинкт спас его от смертельного удара мечом.

— Искал меня? — насмешливо спросила Мариция Де-Дрока.

Дочь Хотака закрутилась на лошади, стараясь зайти к Фаросу с раненого бока.

— Я обещала отцу твою голову! — Она сделала выпад, от которого лидер мятежников снова уклонился.

Клинки, наконец, скрестились в полную силу, и со снопом искр меч Мариции разлетелся на куски. Не обескураженная, она ударила Фароса обломком.

Эс-Келин уже собрался отрубить несущуюся к нему руку, но в последний миг ударил клинком плашмя. Мариция закричала и отдернула онемевшую конечность, стараясь выхватить кинжал.

Вновь вокруг закипела битва, растаскивая непримиримых соперников. Мариция на прощание махнула рукой, и Фарос едва успел подставить наручь, отбивая прилетевший кинжал.

Вокруг Мариции сомкнулись подоспевшие офицеры, уводя ее прочь, а на Фароса наскочил какой-то молоденький легионер. Бывший раб яростно набросился на него, осыпая градом ударов, но, к сожалению, тот слишком быстро погиб, успев перед смертью ткнуть лошадь лидера мятежников клинком в грудь.

Животное рухнуло, подминая под себя Фароса, не погибшего только благодаря случайности и общей неразберихе. Кашляя, минотавр поднялся.

Запела труба легиона, вот только оглушенному Фаросу никак было не разобрать, что означает сигнал. Не пришло ли Мариции нежданное подкрепление? Но потом он увидел легионеров, бегущих в обратном направлении.

Легион Боевого Коня отступал, и вокруг не было никаких следов его командующей.

Фарос подбежал к первому попавшемуся мятежнику.

— Срочно, мне нужен твой конь!

Наездник спешился, и лидер запрыгнул в седло, торопливо оглядываясь.

Никого.

Мариция сбежала, но зато он увидел Ботаноса, спешащего на помощь с перевязанной рукой.

— Ты выглядишь ужасно, — крикнул он после краткого осмотра, — но почти целым, если бы не вот этот порез... его нужно перевязать... — Капитан достал из сумки кусок полотна. — Вот чудеса, Боевой Конь отступает! Видно, пришло время чудес...

— Я надеюсь, они пока не исчерпались, — хмыкнул Фарос.

— Мы будем преследовать легионеров?

— Нет... Надо штурмовать Нетхосак!

Ботанос усмехнулся, но Фарос не чувствовал никакого веселья. Над городом уже крутились облака, черные как смоль. Силы Предшественников вновь созваны для какой-то ужасной цели — и Фарос боялся подумать какой.

Арднор напрягся в седле, когда его сознание заполнил голос матери:

«Он твой, сын мой! О-о, об этой битве будут петь барды много столетий спустя! Вперед!»

Император заревел от удовольствия и выхватил булаву с эмблемой короны.

Рога взвыли, барабаны ударили марш.

Черное пятно, представляющее собой массы Защитников, потекло вперед...


Несмываемый позор — она потеряла легион отца. Боевой Конь отступил впервые с тех пор, как его возглавил Хотак.

— Нам надо перегруппироваться около Нетхосака, — приказала Мариция, перекрикивая вой усилившегося ветра. От ее офицеров осталась едва ли треть. — Пошлите весть Ониксовому легиону приготовиться к бою и идти в столицу! Нам надо продержаться хотя бы до вечера! — Командующая закашлялась. — Мятежников должна встретить нерушимая стена... Есть известия от Медвежьего Когтя?

— Никаких, миледи...

— Наверное, их задержали мятежники... Ничего, обойдемся без них в случае необходимости.

Столица показалась вдали — город словно изрыгал огромную чернильную кляксу.

— Что происходит?

Уже задав вопрос, Мариция поняла — Защитники. Больше черных лат, чем она видела за всю жизнь. Их количество намного превосходило ее легион — шеренга за шеренгой минотавры монотонно маршировали вперед. У каждого пехотинца в одной руке была булава, а в другой — секира. Темные, невероятные фигуры мелькали между воинами...

На незнакомом флаге красовалась перевернутая секира, а впереди, конечно же, ехал Арднор, ставший, на взгляд Мариции, еще больше, чем был. Несмотря ни на что, дочь Хотака ощутила гордость за брата — бойцам Фароса встретится достойный противник.

— Труби общий сбор — мы перегруппируемся здесь и выиграем время для императора!

«Ты ничего не сделаешь».

Голос потряс Марицию, она захлопала глазами и посмотрела в сторону Храма в Нетхосаке.

«Ты продолжишь отступление и не будешь заниматься перегруппировкой...»

— Но почему?!

Страшная сила сжала ее голову, Мариция сорвала шлем и вцепилась себе в гриву. Ничего не понимающие офицеры испуганно на нее посмотрели.

«Твоя задача — служить империи. Ты должна подчиняться плану... — Давление немного ослабло. — Арднор благодарит тебя за самоотверженность и поручает оборону столицы в его отсутствие».

Мариция попробовала успокоить себя — ее отступление принесет пользу. Когда мать убралась из ее головы, она повернулась к воинам.

— Отменить приказ! Продолжать отступление! Мы идем на защиту Нетхосака!

Скоро черная волна приблизилась и проследовала мимо. Арднор ехал распрямившись, грохоча указания офицерам вокруг. В его обжигающих глазах не осталось ничего от смертного. Помощник императора подъехал к стоящим на обочине легионерам.

— Миледи, — сухо сказал Защитник, — император Арднор благодарит тебя за помощь.

— Спасибо, но я хочу переговорить с братом.

Офицер поднял руку, и сразу шеренга воинов повернулась к ним, как одно существо. В глазах минотавров не было ничего, кроме преданности.

— Это сейчас невозможно, ты же понимаешь — скоро битва...

Мариция опустила голову и бросила своим легионерам:

— Вы слышали приказ, продолжайте движение! Надо оказаться внутри ворот как можно быстрей!

— Мы прикроем ваше отступление.

Командующая не ответила — легионера лучшего подразделения сложно оскорбить сильнее, чем приказом уйти с поля боя.

В рядах Защитников открылся проход — они просто сдвинулись в сторону, как марионетки. «Марионетки Арднора», — подумала Мариция. Рядом показалась темная фигура, контуры которой никак не удавалось разглядеть. Как бы командующая ни поворачивала голову, она улавливала только неясное изображение доспехов... потом перевела взгляд на лошадь, на которой ехала тень.

— Боги... — прошептала Мариция.

Конь сверкал белыми ребрами, затянутыми в паутину заплесневелой кожи.

— Миледи, — подбежал к ней офицер, — тебе плохо?

— Нет, продолжайте движение!

Когда они прошли в ворота, Мариция была уже рада их видеть.

Они существуют. Они были реальными. И из них выехала зловещая армия Арднора...

— Паток, прими командование легионом! Если увидишь любого гвардейца, забирай к нам. Не позволяй воинам расходиться! Будьте готовы или выдвинуться на подмогу, или отступать по улицам.

— Но, миледи, куда ты отбываешь?

Брови Мариции сошлись на переносице.

— Я иду повидаться с матерью...


Загрузка...